*6266. 1917 год

[РАПСИ]

http://rapsinews.ru/incident_publica...278507170.html
Волчьи аппетиты

Издавна так повелось, что все заграничные технические изобретения, целью которых является то или другое удобство практической жизни, неизбежно попадают в Россию через цепкие руки всевозможных дельцов.

Там, где есть место столь простому торговому факту, расцветает бесшабашная спекуляция.

Помимо наживаемых поставщических процентов, комиссионерствующие фирмы – прибавлять ли, что девять десятых из них немецкие? – главным образом, стараются сбыть устаревшие модели, уже замененные за границей более усовершенствованными.
8 – 14 мая 1917 года
8 – 14 мая 1917 года

Последняя комбинация дает возможность, еще дешевле приобретая на месте вещи, наживать лишний десяток процентов с русских покупателей.

Так было в свое время с велосипедами, швейными машинами, позже с автомобилями, циклонетами, за последние годы с пишущими машинами.

В самый разгар увлечения велосипедом, с точки зрения спорта и удобств передвижения, можно было выписать с места велосипед лучшей фирмы за 120 рублей.

В эту сумму входила стоимость велосипеда, перевозка и таможенная пошлина. А при покупке велосипеда той же самой фирмы и марки у купца комиссионера в Москве или Петрограде она обходилась в 300 – 320 рублей.

Какой же процент наживал комиссионер? Такой, если не меньше, какой наживают они сейчас (и до войны) на автомобилях и пишущих машинах.

Это благодаря волчьим аппетитам и торговой недобросовестности давно вошедших в тайное соглашение комиссионеров, автомобиль считается у нас «предметом роскоши».

Почти так же, как и пишущие машины, давно уже ставшие настоятельной необходимостью в обиходе людей самых разнообразных профессий.

Знаете ли, какова фабричная стоимость, при нынешних технических средствах, первоклассной американской пишущей машины? Только от 30 до 50 рублей, в зависимости от количества штук данной марки, изготовляемых той или другой фирмой.

Оптовая же цена для России – по свидетельству вполне компетентного лица – в мирное время подобной первоклассной машины была не более 110 рублей, а за войну не более 130 рублей.

Разница в 20 рублей на машину объясняется вздорожанием перевозки, пошлина же прежняя – около 5 рублей за машину. Курсовая разница (валюта) играет незначительную роль.

До войны первоклассную машину торговцы продавали за 275 руб., т.е. на 150 процентов больше оптовой цены. А теперь требуют до 575 рублей, т. е. желают наживать около 350 процентов!

Имея в виду, что десятки тысяч машин расходились в России до войны, и что особенный спрос явился на них в военное время для нужд фронтовых и тыловых учреждений – не трудно себе представить, что нажива торгующих ими фирм равняется многим десяткам миллионов рублей только в последние несколько лет.

Вот еще одна иллюстрация той кабалы, в которой безвылазно сидит русский покупатель, благодаря инертности, непредприимчивости и отсутствию деловой энергии у отечественных промышленников и коммерсантов.

(вечерняя газета Время)