*802. Русские. Стереотипы поведения. Традиции. Ментальность.

[Chugunka10]

либерал

Сообщений: 2189
http://www.russologia.ru/glav1011.html

РУССКАЯ АСОЦИАЛЬНОСТЬ: И ЭТО МНОГОЕ ОБЪЯСНЯЕТ

Глава 11.
Чем русские отличаются от других европейцев

1.
Такой вопрос возникает часто. И чаще всего такой вопрос остается без ответа.
Хотя ответ тут тоже вполне очевиден. Надо лишь сравнить впечатления людей от того, как устроена жизнь на Западе Европы, как она устроена в России. И разница тут станет вполне очевидной. Как и ответ на поставленный выше вопрос.

2.
И эту разницу, и этот ответ можно выразить одним словом - социальность. Там она есть, здесь её нет.
Там люди смогли вместе устроить свою жизнь так, как им удобно. В России - нет. Это видно как в большом, так и в малом, например, в работе ЖЭКа или паспортного стола. И малое тут порой особенно наглядно.
Так, немцы смогли устроить работу своего паспортного стола удобно, «для людей», а русские – нет.
Почему?

Потому, что там «власть» хорошая, а у нас – нет?
Нет, конечно.
Потому, что там нет этой проблемы «власти». Потому что там есть, кому это всё устраивать – общество. Там есть субъект социального действия, в России – его нет. Там есть социальность, в России – её нет. В этом всё дело.
Всё согласно известному образу, придуманному одним японцем: азиаты у него подобны глине, европейцы – кирпичикам, русские – песчинки.
То есть, азиаты, как глина, составляют единое целое – он социальны.
То есть, европейцы, как и положено кирпичикам, выстраивают сложные социальные конструкции, составляют общество – они социальны тоже, хотя и по-своему.

А русские ничего не составляют - они рассыпаны по лицу России, как песчинки. Они – асоциальны. В этом и отличие.
И если говорить об «европейскости», то суть её проста – это всё та же социальность. Они тут синонимы. К такому выходу приходят и те, кто разницу между русским и другими европейцами изучает специально.


И ЭТО ОБЪЯСНЯЕТ МНОГОЕ ДРУГОЕ.
Например, эту стабильность европейской жизни, которая так удивляет русского человека. Почему там она есть, а в России – её нет?
И дело тут вовсе не о привычном (благодаря разговорам русских политологов по ТВ) толковании «стабильности» как стабильности «власти».
Речь идет о другом, куда более важном, основательном, глубинном явлении.

Почему там, скажем, дома людей могут сохраняться с XV века?
Почему все эти века в этих домах может жить одна и та же семья - во многих своих поколениях?
И почему в России такого нет и представить такое невозможно?
Почему так такая нерусская стабильность в Главном – в личной жизни человека, его семьи, его рода?

Потому что там люди сами определяют порядок своей жизни. Это делает их общество.
А в России общества нет – она социально пуста. Или слаба – это тут одно и то же. И порядок жизни людей определяет «власть», никак, понятно, от них не зависящая, могущая, понятно, делать с ними всё, что ей угодно.

Например, этот «социализм», который, как уверены многие русские, существует и в Скандинавии, и во Франции. Так там всё «для людей», как говорят в России.
Но это, конечно, никакой не «социализм». Это лишь слово, придуманное известными публицистами. И никакого «социализма» не в России, конечно, не было, как нет его и сейчас в Европе.

Это - другое.
Это - социальность. И это её в России обычно отождествляют с "социализмом", хотя еще Иван Ильин предлагал отличать одно от другого.
Об этом речь - о социальности.
Люди стараются вместе обустроить свою жизнь так, чтобы всем было максимально удобно хорошо. Причем тут какой-то «социализм»?
Это социальность, это общество.
Журналистке «Новой газеты» пришлось пройти процедуру оформления прописки (регистрации) в Германии. Это её так потрясло (после известных ей русских реалий), что она написала по этому поводу почти восторженную статью.
Ниже – отрывок из неё.

«Знаете, за что мне нравится Германия? За то, что здесь каждый ощущает себя человеком. Правда! Человеческое достоинство на первом месте. Унизить и оскорбить его никто не имеет права. И жизнь организована таким образом, чтобы в ней было удобно. Как минимум — не унизительно. В результате возникает естественное восприятие себя как личности, какой бы социальный статус у тебя ни был; создается общий фон благоприятных взаимоотношений не только между людьми, но, что для нас не менее важно, между человеком и государством. (Может, поэтому люди здесь никогда не теряют человеческий облик. Его терять нельзя — в этой стране в тебе уважают личность, а не держат за слегка мешающую, но иногда, к сожалению, необходимую часть бездумного электората).

Ребята, давно ли вы оформляли прописку? Или меняли паспорта или того хуже — квартиру? Давно ли стояли в очереди в Нижновэнерго или горгазе? Впрочем, давность значения не имеет. Как с родами. Кто хоть раз рожал, уже никогда этого не забудет. Впечатления времени не подвластны… Жуткие узкие коридоры, где стулья просто обозначают некую инвариантность нашего поведения — теоретически можно сесть. Но сесть нельзя — претендентов в сотни раз больше, чем стульев. Да что там… И встать-то нельзя — мест нет. И народ виноградными гроздьями обвивает лестницы и перила. И висеть такой жалкой виноградинкой надо так не час и не два. В последний раз я проторчала в горгазе сутки, но их почему-то не хватило, и в нужный кабинет я попала только к вечеру следующего дня, где как раз и выяснилось, что справка у меня уже не та, а чтобы получить ту…».

А в Баварии, как она обнаружила, всё совершено иначе:
«Казалось бы, прописка. Серьезнейшее дело. Облегчили — до абсурда. Правда, в полицию пойти все-таки нужно. Огромное такое здание — называется Kreisverwaltungreferat (с точным переводом все затрудняются — в общем, что-то типа административного отдела). На входе ребята в форме. Функции их — не запретительные, как у нас обычно бывает, а сугубо разъяснительные, потому что кроме обычных мюнхенских обывателей это здание в обязательном порядке посещают все иностранцы, а тут их, на минуточку, 30 процентов. И на каждом этаже в широченных холлах — круглые стойки, за которыми работают консультанты, объясняющие, в какой кабинет идти, какие документы нести, ну и т.д. Говорят чуть ли не на всех языках. Мы даже русскоязычного умудрились найти.

Счастье! Счастье! Счастье! Для того чтобы прописаться на новом месте (например, при переезде из одной квартиры в другую), никаких справок не нужно. Ни из Мюнхенгаза, ни из Мюнхенэнерго. Все твои серьезные передвижения в пределах страны — в компьютере. И милые нашему сердцу конторы, если ты им что-то недоплатил, найдут тебя при любом раскладе и свое, но уже с процентами и прочими финансовыми и моральными неприятностями, в любом случае заберут.

Так вот. В этом самом Kreisverwaltungreferat(е) в коридорах на всех столах лежат так называемые листы прописки. Их надо заполнить под копирку: написать свою фамилию, старый адрес и новый. Потом с этим листком и паспортом необходимо зайти в нужный кабинет (сказочная легкость проникновения), и там барышня занесет все твои данные в компьютер и поставит на заполненном листке штамп. Один экземпляр заберет себе, второй отдаст клиенту. И всё!!! Человек прописан по новому адресу. Этот листочек и есть его прописка. Никаких справок, никаких бумаг с доказательствами. (Тебе просто верят на слово.)