*2625. Теленеделя с Александром Мельманом

[Александр Мельман]

https://www.mk.ru/old/article/2002/0...o-ne-daet.html

25.04.2002 в 00:00

Их было трое. Влада Листьева убили. Александр Любимов стал буржуа. А третий, Дмитрий Захаров, пропал. Уйдя из “Взгляда”, он делал программы “Веди”, “Река времени”, “На пороге века”. Сейчас на РТР идут два его проекта: “Вокруг света” и “Наука и техника”. Из кадра Захаров бежал как от чумы, и его забыли.

— Непонятно, как можно на пике славы уйти в тень? С телевизионными людьми это очень редко бывает.
— Я никогда не рвался в кадр. На мой взгляд, присутствие в кадре должно быть жестко мотивировано. Радио существует для того, чтобы слушать, а телевидение — чтобы показывать. То, что сейчас показывают в большом количестве, меня повергает в шок. Люди садятся в кадр и начинают нести абсолютную ахинею...
— Вы дружите с Любимовым?
— Я не видел Саши уже несколько лет, но тем не менее мы посылаем друг другу открытки на Новый год.
— Вы ушли из-за конфликта?
— Нет, у меня было ощущение, что программа самоисчерпалась. С того момента, как Горбачев разрешил транслировать заседания Верховного Совета, “Взгляд” стал не нужен. Я ушел и три года не давал интервью. Очень хотел, чтобы меня забыли.
— Вы кайфуете от состояния забытости до сих пор?
— Я не кайфую. Меня вполне устраивает моя фамилия в титрах в качестве главного редактора программ и руководителя проектов.
— Листьев и Любимов превратились из романтиков в прагматиков, при этом совмещая публичность и успех.
— У нас было собрание, на котором создали предприятие “ВиД”. Это был мой последний день, когда я работал во “Взгляде”. Тогда я сказал, что в этом предприятии участвовать не буду, и сейчас понимаю, что поступил абсолютно верно. Я не коммерческий человек, а телевидение начало превращаться в большой и опасный бизнес, что и показали последующие события.
— В то время появились новые возможности, и люди хотели, занимаясь любимой работой, зарабатывать при этом большие деньги. Это же нормально?
— Я бы тоже хотел получать хорошие деньги. Но — как в том анекдоте: с удовольствием взял бы взятку, да никто не дает. Телевидение — большой бизнес в любой стране. Но я не бизнесмен и делаю чисто научно-популярное ТВ.
— Вы не любите говорящие головы. Когда вы смотрели программы Любимова, вас это раздражало?
— Нет, я их просто не смотрел. У меня на столе стоит памятка в рамочке, на которой крупно напечатано: “Ни дня без строчки. Пиши или читай”. Это моя памятка самому себе, чтобы бороться с собственной тупостью. К тому же я в принципе не люблю политические программы.
— Потому что вы хорошо знаете, что такое политика, впрямую столкнувшись с ней во времена “Взгляда”?
— В свое время я прочитал небезызвестную книгу Макиавелли “Государь” и полагаю, что с тех пор политика мало изменилась.
— Значит, достаточно прочитать одну книжку, чтобы все понять о политике?
— Я прочитал немножко больше. К 14 годам я прочитал библиотеку родителей, состоящую из 4000 книг.
— А когда вы сейчас смотрите на несколько раздавшегося и очень успешного Александра Любимова, что вы о нем думаете?
— Я искренне желаю ему удачи.
— Сейчас вы просматриваете записи “Взгляда”?
— У меня их нет, сохранилось только пять фотографий с того времени, не более того.
— Вы можете сравнить нынешнее и перестроечное ТВ?
— Тогда был идеализм, который всегда предполагает дилетантство. Нынешнее более профессионально, хотя словесного поноса более чем хватает. Но если человек в кадре несет полнейшую чушь, значит, он тоже испытывает самодостаточность.
— Ваши программы по тематике напоминают канал “Дискавери”. Но “Дискавери” в отличие от вас знают все...
— А вы посмотрите рейтинги наших программ. Кто хочет, тот знает и смотрит. Как-то мне Кулистиков сказал, что все мои программы состоят из покупных материалов. Но это не так. Просто качество программы настолько высокое, что ее ассоциируют с тем же самым “Дискавери” или с Би-би-си. Но большинство сюжетов в программе “Вокруг света” снято моими ребятами.
— С точки зрения бизнеса ваши проекты успешны?
— Для меня это темный лес. Я просто менеджер на зарплате. Финансами у нас занимаются другие люди. Если бы я занимался финансами, мы давно бы разорились.
— Вы всегда такой немногословный знайка-сухарь? У вас личная жизнь вообще есть?
— У меня есть жена, дочь и родители, которых я очень люблю. Много друзей.
— На президентских выборах вы голосовали за Путина?
— Я вообще не хожу голосовать. Ни за кого. Политики занимаются своим делом, я своим. К счастью, мы не пересекаемся. Хотя когда-то, во времена “Взгляда”, я думал, что обустраиваю мир и делаю его лучше.
— Что же должно произойти с человеком, чтобы он перестал быть романтиком?
— Наверное, я просто стал умнее. Или старее.
— Злые языки говорят, что за участие в программе вашего бывшего коллеги платили большие деньги, причем платили те, кто приходил. Заманчивый пример?
— Нет. Я гуманитарий. И ко мне никто не приходит.