*5664. КПСС

[Александр Майсурян]

На состоявшемся 13-14 октября 1964 года заседани внеочередного Пленума ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв был освобождён от должности первого секретаря партии и выведен из состава Президиума ЦК в связи с преклонным возрастом и ухудшением состояния здоровья по состоянию здоровья

[Von-hoffmann]

https://von-hoffmann.livejournal.com/3312110.html

Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2025-10-15 12:21:00 Запись входит в топ 500 рейтинга 69

После прихода к власти в СССР 12 марта 1985 года, М. Горбачёв начал подготовку давно назревшего плана смены системы социальных отношений в Советском Союзе.

Данный план был озвучен на пленуме ЦК КПСС 15 октября 1985 года в виде «обновления социализма через объединение его с демократией»

Для этого были озвучены задачи достижения качественно нового состояния советского общества, а именно:

- научно-техническое обновление производства,
- достижение мирового уровня производительности труда,
- активизация всей системы политических и общественных институтов.

Плюс ускорение социально-экономического развития общества.

Но увы, система изначально была нежизнеспособны и держалась на штыках. Как только были убраны штыки, социализм советского разлива рухнул и страна еще раз развалилась попечением коммунистов.

Ровно через 5 лет 15.10.1990 - советский лидер Михаил Горбачёв награждён нобелевской премией за вклад в снижение международной напряжённости и осуществление политики гласности.

В заявлении Нобелевского комитета 15 октября 1990 года говорится, что премия присуждена Горбачеву за его «ведущую роль в мирном процессе, который характеризует важную составную часть жизни международного сообщества».
Там же, в частности, отмечалось: «В последние годы в отношениях между Востоком и Западом произошли весомые перемены. Конфронтация сменилась переговорами. Старые европейские государства вновь обрели свободу. Темпы гонки вооружений замедляются, и мы наблюдаем безусловный и активный прогресс на пути к контролю над вооружениями и разоружению. Ряд региональных конфликтов разрешен или, по крайней мере, приблизился к разрешению. ООН начинает играть ту роль, которая первоначально ей отводилась в международном сообществе, где властвует закон.

Эти исторические перемены вызваны рядом факторов, но в 1990 году Нобелевский комитет хочет воздать должное Михаилу Горбачеву за определяющий вклад, который он во многих случаях внес в эти процессы. Возросшая открытость, которую он привнес в советское общество, также способствовала укреплению международного доверия. По мнению комитета, этот мирный процесс, в который Горбачев внес такую весомую лепту, открывает новые возможности перед мировым сообществом для решения его актуальных проблем, невзирая на идеологические, религиозные, исторические и культурные различия».

Найдено здесь: https://vk.com/club216286676?w=wall-216286676_68121

[«Огонёк» Виталия Коротича]

Огонек № 06 (3316) 2-9 февраля 1991 года

Гайк КОТАНДЖЯН:
«Остаюсь в партии, но вовсе
не для того, чтобы защищать
утопию...»
НЕСКОЛЬКО слов
ОТ АВТОРА ЗАТЕИ
Перед вами не очерк, не статья,
а письма двух людей, журналиста
«Огонька» и члена правления Армянской
ассоциации политологов, на
острейшую тему дня: об отношении
к КПСС. С Гайком Котанджяном мы
ровесники с разницей в два дня. Знакомы
давно, но сблизила нас совместная
борьба по одну сторону баррикады.
Сначала — против засилья бывшей
партократии Армении, против коррупции
и теневой экономики. Позже — за
справедливое решение карабахской
проблемы, за политическую оценку трагедии
в Сумгаите, поворотной точки
всех последующих бед в Закавказье, за
диалог между Арменией и Азербайджаном.
Котанджян, тогда еще партийный
работник, в условиях тотальной травли,
как мог, сражался с местными коррупционерами,
я писал статьи в «Огонек».
Гайк Саргисович Котанджян был известен
в брежневское время как первый
секретарь ЦК комсомола Армении,
затем он занялся социальной психологией
политики и защитил кандидатскую
диссертацию. С тех пор служит двум
«музам» — политике и науке. Как начинающему
политику, ему пришлось испытать
себя в качестве советника-послан-
ника ЦК КПСС в Афганистане, когда
Андропов пытался добиться там политического
урегулирования военного
конфликта.
После «Афгана» ему довелось не раз
бывать в самой гуще конфликтов и катастроф,
участвовать в их политическом
анализе и разрешении последствий.
Будучи первым секретарем райкома,
принимал и обустраивал в Раз-
данском районе первых для наших времен
советских беженцев: более тысячи
шестисот армян — жертв сумгаитского
геноцида. В составе Всесоюзного штаба
Котанджян работал уполномоченным
ЦК Компартии по эвакуации семей, пострадавших
во время армянского землетрясения.
Возглавлял бригаду Верховного
Совета Армянской ССР по расследованию
первого случая массового
применения внутренними войсками автоматического
оружия против населения
г. Степанакерта 10 октября 1989
года.
Еще два года назад у нас с Гайком не
было серьезных разногласий по поводу
КПСС: мы оба считали, что партия
обладает достаточно мощным влиянием
в стране, чтобы помочь Горбачеву
в его реформах. Однако XXVIII съезд
КПСС оказался для многих коммунистов,
в том числе и для меня, последним
рубежом.
Для заявления в первичную парторганизацию
хватило нескольких строчек,
а хотелось поделиться с кем-то мыслями
о партии, ее теперешнем положении
в обществе. Так возникла переписка
с Котанджяном.
Письмо первое.
Середина июля 1990 года.
Москва.
Дорогой Гайк!
Возможно, мое письмо озадачит тебя,
но недавно я подал заявление о том,
чтобы меня не считали более членом
КПСС. Ну, уплатил последние взносы,
сдал партбилет — и до свидания. Никто
из райкома не позвонил, не поинтересовался,
что это вдруг произошло у коммуниста
с пятнадцатилетним стажем.
Но дело не в том. Для меня момент
прощания с КПСС был уже чем-то вроде
развода с нелюбимой женой. Вышел,
помню, на улицу, и воздух показался
свежим, как в горах. Подумал: вот и конец
двусмысленному моему и грешному
положению, которым мучился последние
годы. Выход из партии стал для
меня чем-то вроде эмиграции из себя
прежнего.
Почему же интеллигенция в семидесятые
годы рвалась в партию, даже
своеобразную очередь в райкомах создавала?
Многие были вынуждены
вступать в КПСС из-за карьеры. Некоторые
мои коллеги-журналисты — чтобы
получить нормальное место работы.
Часто вопреки искреннему желанию:
такие условия ставил тоталитарно-партийный
режим. Плюс общественное
мнение: почти все в редакции коммунисты
дружно топают на собрание, а ты
остаешься за дверьми как белая ворона.
Но было другое обстоятельство,
важнее: часто на собрании, на заседании
партбюро не хватало именно твоего
голоса в защиту единомышленника.
Тебе ли, Гайк, не знать, как травили,
сживали со свету честных, глубоко порядочных
людей, хамски вторгались
в интимную жизнь, с упоением, садистски
вытирали грязные сапоги о человеческую
душу... Думаю, ты еще не забыл
про жестокие провокации партийных
чиновников и их приспешников?
Вспомни, как преследовали на трассе
твою служебную машину...
Ты скажешь: среди беспартийных
тоже бывают подонки. Да, конечно. Но
разве не унизительно шагать в каком-
то строю, называемом «авангардом»,
заведомо зная, что никуда, кроме пропасти,
дорога не ведет?
Некоторые избрали другие пути —
Андрея Сахарова, или Анатолия Марченко,
или Ларисы Богораз, или Сергея
Григорьянца, или Сергея Ковалева...
Однако такой выбор стал уделом немногих,
самых мужественных и честных.
Единственное утешает: в 70-е годы и по
нашим домам гуляли ксерокопии книг
Солженицына, Конквиста, Оруэлла
(видно, у КГБ не хватало рук обшарить
каждую квартиру!); и наши песни пели,
читали наши стихи, пьесы, обреченные
на темень ящиков письменного стола,
снятые прямо из номера статьи и репортажи.
Некоторые из этих текстов вполне
тянули на бывшую 190-ю «прим.» УК
РСФСР. Сейчас думаю, что уцелели мы
случайно: слава Богу, не нашлось в кругу
друзей предателя.
Однако наша прежняя «кухонная революция
», все эти попытки вынырнуть
из зловонного болота к свету и правде
(об эмиграции мы не помышляли) вряд
ли могут сравниться по серьезности осмысления
с выбором, который приходится
делать сейчас, хотя речь по-
прежнему идет о возвращении из мира
утопий. Тема все еще актуальна, поскольку
многие люди еще неспособны
осознать, что социализм, идущий от
практики ленинизма, ни на какое реформирование,
ни на какое позитивное
саморазвитие не способен.
Вспомни начало восьмидесятых, когда
плыли над Москвою сиятельные
гробы. Еще не отзвучала траурная музыка,
когда в кабинет генсека вошел
загадочный тогда для многих М. С. Горбачев.
Думаю, он оправдал наши надежды
в том смысле, что никому до него
не удавалось превратить грозные некогда
Пленумы ЦК КПСС в подобие театра
масок, отстранить партаппарат от
всевластия. Но партаппарат, и сегодня
опирающийся на армейские штыки
и свободные — в полной сохранности!
— подвалы КГБ, ясно доказал,
у кого реальная власть в стране.
И вот я хочу спросить тебя, Гайк: что
означает сейчас для трезвомыслящего
человека быть членом КПСС? Время
«оправданий» для нашей славной партии
истекло, покаяния, которого мы
долго ждали, так и не состоялось. Вместо
этого нам твердят: дескать, социализм
в СССР так и не построен. Но
разве Ленин и Сталин не построили
именно социализм? Разве не смешно до
сих пор рассуждать о каком-то прошлом
«извращении социализма», «грубом
отступлении от коммунистических
идеалов»? Разве не верх лицемерия со
стороны партийных бонз лить крокодиловы
слезы по жертвам репрессий, будто
бы предшественникам Лигачева или
Полозкова можно было другим способом
уничтожить частную собственность,
кроме насилия, которое они назвали
«классовой борьбой»...
Понимаю, что, возможно, слишком
много вопросов задал тебе, но уж больно
хотелось выговориться. Напиши, что
ты думаешь об этом, выйдешь ли из
партии.
Жму руку.
А. Г.
Письмо второе.
Начало октября 1990 года.
Ереван.
Дорогой Анатолий!
Если кратко, то я не убежден в том,
Анатолий ГОЛОВКОВ:
«Выход из КПСС для меня —
это что-то вроде эмиграции из
себя прежнего».
что нынче политически важнее, честнее
сдать партбилет. И хотя в Армении
недавно компартия перестала быть
правящей, я в ней остаюсь.
Ты знаешь, что я давно и определенно
различаю чиновных торговцев номенклатурой
и их коррумпированных
клиентов от рядовых коммунистов.
Среди последних больше порядочных
людей. Ведь когда мы вступали в партию,
она была фактически единственной
серьезной сферой политического
самовыражения. Альтернативы не существовало.
Ты пишешь, что было диссидентство.
Да, это так, но диссидентство
под тоталитарным гнетом не могло
быть массовым. Что же касается нас
с тобой, то это все-таки был не наш
выбор, иначе бы мы его сделали.
Итак, почему я остаюсь в партии?
Этот ответ я дал прежде всего себе.
Во-первых, по политическим мотивам.
Сегодня, в обстановке кризиса власти,
по-моему, важно способствовать обновлению
партии изнутри. Удержать общество
от деградации можно, не разрушая
КПСС, а, наоборот, трансформируя ее
из тоталитарной во влиятельную парламентскую
партию демократического
социализма.
К сожалению, многие партийные лидеры
и теперь представляют мощь
и силу партии в образе «монолита», да
и другим голову этим морочат. Велика
инерция политических штампов, живучи
они и по сей день. В иные годы мне,
например, вместе со многими коммунистами
приходилось не раз вставать
и аплодировать в составе монолита
партийной аудитории, когда какая-нибудь
эмблемная фигура выкрикивала
как пароль: «Предлагаю избрать почетный
Президиум из Политбюро... во главе...
лично...» Под этот пароль, под литургию
избрания единственного на всю
страну почетного Президиума требовалось
еще и соответствующее политическое
поведение...
Истина, по-моему, в том, что за последние
несколько лет многие в партии
изъявили готовность взять на себя руководство
антиутопической, в сущности
своей буржуазно-демократической реформой.
Однако с самого начала «монолитность
» обернулась малоподвижностью,
которая не только парадоксальна,
но и саморазрушительна для
КПСС. Политологи знают, что такая
жесткость главного стержня власти при
нарастающей активности окружающей
гражданской жизни оборачивается расшатыванием
всей политической системы.
Думаю, что КПСС на XXVIII съезде,
а вослед и съезды республиканских
компартий не в полной мере учли уроки,
преподанные народно-демократической,
а во многих случаях и антикоммунистической
революцией в Восточной
Европе. И чем дольше наша партия бу-

[«Огонёк» Виталия Коротича]

№ 05 (3106) 31 января-7 февраля 1987 года

[«Огонёк» Виталия Коротича]

[Огонек]

Огонек № 46 (2160) 10 ноября 1968 года

[Von-hoffmann]

https://von-hoffmann.livejournal.com/3521423.html

Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2026-02-07 12:07:00 31

7 февраля 1990 года Пленумом ЦК КПСС была отменена однопартийная система и, соответственно, появилась на свет многопартийная. Многопартийность - наличие в обществе нескольких политических партий, конкурирующих между собой в борьбе за влияние на массы, за вхождение в высшие государственные органы.

Впервые вопрос об отмене идеологической и политической монополии Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) возник весной 1989 года, в дни выборов народных депутатов СССР. Уже тогда многие кандидаты говорили о необходимости перехода к многопартийной системе, о политической демонополизации и отмене 6-й статьи Конституции СССР. Формально 100% коммунистический Совет Народных Депутатов давно уже делился на фракции.

Консервативный лагерь условно назывался «коммунистами», сторонники радикальных реформ — «демократами». Это наводило на мысль о целесообразности двухпартийного парламента, как в Соединённых Штатах.

Однако статья 6-я Конституции 1977 года гласила:

«Руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является Коммунистическая партия Советского Союза. КПСС существует для народа и служит народу. Вооруженная марксистско-ленинским учением, Коммунистическая партия определяет генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР, руководит великой созидательной деятельностью советского народа, придает планомерный научно обоснованный характер его борьбе за победу коммунизма. Все партийные организации действуют в рамках Конституции СССР».

Борьба за отмену или изменение 6-й статьи союзной Конституции развернулась на I Съезде народных депутатов, который начал свою работу 25 мая 1989 года. В острых прениях на съезде сформировалось два направления сторонников перестройки – умеренное, во главе с Михаилом Горбачевым, и радикальное, в виде возникшей Межрегиональной депутатской группы (МДГ), сопредседателями которой стали Юрий Афанасьев, Гавриил Попов, Борис Ельцин, Виктор Пальм и Андрей Сахаров. Члены Межрегиональной группы возглавили растущую в стране оппозицию власти и требовали полного уничтожения советской политической системы.

На съезде они требовали отменить 6 статью Конституции, закрепляющую руководящую роль КПСС, и признать политический плюрализм, внедрить рыночные механизмы в экономику, деидеологизировать управление и т.п.

Рупором радикального направления стали журнал Огонек", газеты "Московские новости", "Московский комсомолец", "Аргументы и факты".

Одним из инициаторов кампании за отмену 6-й статьи Конституции СССР был Андрей Дмитриевич Сахаров. Став одним из сопредседателей МДГ, именно он настоял на том, чтобы включить требование отмены 6-й статьи в программные документы "межрегионалки".

Позже отмену 6-й статьи стали называть «поправкой депутата Сахарова».

На II Съезде народных депутатов СССР, который открылся 12 декабря 1989 года, 6-я статья вызвала бурную полемику. Перед открытием Съезда МДГ обратилась с призывом к всеобщей политической забастовке в поддержку требований об отмене 6‑й статьи. На первом утреннем заседании выступил Андрей Дмитриевич Сахаров с требованием включить в повестку дня вопрос о 6-й статье Конституции.

Но большинство на Съезде отказалось включить вопрос в повестку дня. Михаилу Горбачеву удалось уговорить депутатов вообще не обсуждать вопрос о 6‑й статье Конституции. Хотя Горбачёв формально возглавлял перестроечные реформы, формально он оставался генсеком ЦК КПСС и в полном уничтожении коммунистической партии заинтересован быть не мог.

4 февраля 1990 года в Москве прошли массовые митинги, на улицы столицы вышло по меньшей мере 200 тысяч человек. Это была самая мощная и хорошо подготовленная акция протеста, главным лозунгом которой стало требование отменить 6-ю статью Конституции СССР.

На другой день – 5 февраля 1990 года состоялся расширенный пленум ЦК КПСС, на котором Михаил Горбачев заявил о необходимости введения поста президента СССР с одновременной отменой 6-й статьи Конституции СССР о руководящей роли КПСС и установлении многопартийной системы.

Анатолий Собчак так писал об этом событии:

«Практически все, выступавшие на том пленуме, негативно отнеслись к предложению генсека об отмене 6-й статьи. Более того – в самых резких тонах клеймили «так называемых демократов», говорили о дискредитации партии и социализма и были настроены весьма решительно. А потом так же единодушно проголосовали за».

Согласно решению Пленума ЦК КПСС, на III Внеочередном съезде народных депутатов (12-15 марта 1990 г.) "в порядке законодательной инициативы" был внесен проект "Закона СССР об изменениях и дополнениях Конституции СССР по вопросам политической системы (статьи 6 и 7 Конституции СССР)".

14 марта 1990 года был принят закон "Об учреждении поста Президента СССР и внесении изменений и дополнений в Конституцию СССР".
Статья 6-я Конституции была изложена в следующей редакции:

«Коммунистическая партия Советского Союза, другие политические партии, а также профсоюзные, молодежные, иные общественные организации и массовые движения через своих представителей, избранных в Советы народных депутатов, и в других формах участвуют в выработке политики Советского государства, в управлении государственными и общественными делами».

Вместо обычного для советской системы "коллегиального главы государства" – Президиума ВС СССР, был учрежден пост Президента СССР с большими полномочиями. Он был и Верховным Главнокомандующим Вооруженными силами СССР, назначал и смещал военное командование. Президент представлял ВС СССР, а затем Съезду народных депутатов на утверждение и освобождение от должности председателя правительства СССР, Верховного суда, Генерального прокурора, председателя Высшего арбитражного суда СССР и персональный состав Комитета конституционного надзора СССР.

Отмена 6-й статьи Конституции СССР фактически санкционировала создание других политических партий. К этому времени их было в стране немало. Видное место среди них занимали партии демократической ориентации – Крестьянская, Аграрная, Народная, Демократическая партии России. Они выступали за создание правового государства, проведение экономических и политических реформ.

В октябре 1990 года был принят закон СССР «Об общественных объединениях», утвердивший наличие в стране многопартийности, заложивший фундамент сегодняшней политической системы РФ.

Материал подготовлен на основе информации из открытых источников.

[«Огонёк» Виталия Коротича]

№ 27 (3128) 4-11 июля 1987 года

[«Огонёк» Виталия Коротича]