*305. Вторая мировая война-3

[Sunday Times]

https://colonelcassad.livejournal.com/5481684.html

8 декабря, 2019


Газета от 3 сентября 1939 года и ее расклад сил сторон в начале второй мировой войны.

[Sedov_05]

https://sedov-05.livejournal.com/5389113.html
Пишет sedov_05 (sedov_05)
2019-11-30 23:28:00 74
https://d.radikal.ru/d12/1911/1e/5df0673d6db2t.jpg

30 ноября 1939 года граждане Советского Союза прочитали в газетах второе за осень выступление Председателя Совета Народных Комиссаров Союза Советских Социалистических Республик Вячеслава Молотова в котором он объявлял о начале войны с очередным "старым врагом Советской Власти". В середине сентября это была Польша, в последний - Финляндия, с которой в 1919-21 годах Советская Россия воевала ажинно три раза.

Что интересно, 17 сентября в словах Молотова сквозила некоторая неуверенность, он рассказывал читателям о том, что волноваться не о чем, дефицита продуктов не будет, сходим, победим и будет всем счастье. В этот раз, уверенность Молотова плескалась через край. С войной с Финляндией ситуация вообще была уникальной - это был первый случай в истории СССР, когда народ долго и конкретно готовили к войне. В открытую, ни грамма не стесняясь. Вероятно, все прокатило бы - точно такая же была бы подготовка к оккупации стран Прибалтики, а там и Болгарии. Но не сложилось.. И пошли всяко разно фейковые "пролетарские революции", "исполнения интернационального долга", "приходы на помощь братским венгерскому и чехословацкому народам", "принуждения к миру", "восстановления конституционного порядка" и пр., и пр..

Из моих родственников в Финской Войне участие принимал муж двоюродной сестры моей мамы. Он окончил школу в 1938 году, поступил на Факультет Международных отношений МГУ (в 1943 ИМХО он превратился в отдельный ВУЗ - всемирно известный МГИМО), но после первого курса вернулся в Пензу, как говорили другие родственники - "по семейным обстоятельствам", каким сейчас уже некого спросить, был призван в армию и пошел помогать братскому народу "Финляндской Демократической республики" освобождаться от гнета буржуазии и помещиков. Помог. Потому была Великая Отечественная война. И ее прошел с не очень тяжелым ранением. В 1946 зашел в школу на встречу выпускников, где выяснилось, что изо всех пацанов класса в живых осталось двое - он и еще один, весь искалеченный ветеран 25 лет от роду. Умер дядя в начале 90-х, много лет проработав директором школ. Кстати, школьный друг Данилыча, с которым они отправились покорять Москву, двоюродный брат мамы так и закончил ФМО МГУ, много лет работал дипломатом в англо-саксонских странах, скончался в начале нулевых, а его вдове, которой летом исполнилось 97 лет жива до сих пор, осенью за счет мэрии Москвы сделали капитальный ремонт квартиры, поменяли всю сантехнику и надарили кучу всякой полезной в хозяйстве всячины. Долгих ей лет жизни.

[Голос Америки]

https://www.golos-ameriki.ru/a/a-33-...a5/638840.html
21 Июнь, 2005 03:00

Конечно, об этом писано-переписано, и на русском, и на других языках, и все же книга Дэвида Мерфи «Что знал Сталин: загадка Барбароссы» весьма актуальна. Дэвид Мерфи – отставной американский разведчик, заведующий советским отделом ЦРУ. «Барбаросса» – это план «Барбаросса», разработанный генштабом вермахта для нападения на СССР в 1941 году. А Сталин – ну, это ясно кто.

Мерфи написал свое историческое исследование [David Murphy What Stalin Knew: The Enigma of Barbarossa, Yale UP] с прицелом на сегодняшние события. Действительно, между 22 июня 1941 года в Советском Союзе и 11 сентября 2001 года в Соединенных Штатах – сходство немалое, особенно с точки зрения разведчика. Еще в мае 1939 года Сталин получил секретный доклад, озаглавленный «Будущие планы агрессии фашистской Германии», основанный на документах, добытых советскими агентами в Варшаве. В декабре 1940 года советский разведчик Рудольф фон Шелига сообщил в Москву, что Гитлер утвердил план нападения на СССР в марте наступающего года. Двадцать восьмого февраля тот же агент уточнил дату вторжения: около 20 мая. Эти разведданные тогда же были подтверждены донесениями агентуры из Будапешта, Бухареста, Софии и Рима, не говоря уже об исключительно обоснованных реляциях знаменитого советского шпиона Рихарда Зорге из Токио. Семнадцатого апреля 1941 года из Праги поступило сообщение, что немцы перенесли начало восточной кампании на вторую половину июня, а за три дня до рокового 22 июня агентура в Берлине доложила в Москву дату и даже час начала военных действий с точностью, через 72 часа полностью подтвердившейся.

Как на все это реагировал мудрый советский вождь? На пражском докладе он нацарапал резолюцию: «Английская провокация! Расследовать!» На донесении от 19 мая, в котором Рихард Зорге точно указывал число немецких дивизий, подготовленных для наступления на Россию (150), Сталин написал матерное ругательство.

Нельзя сказать, что Сталин ограничился неумными резолюциями и нецензурной бранью. Кое-какие действия он предпринял. Приграничным отрядам Красной Армии было приказано не занимать оборонительные позиции, «чтобы не провоцировать немцев». А заодно по приказу Сталина началась новая чистка в комсоставе: в июне 1941-го было арестовано около трехсот высших офицеров.

В книге Мерфи два основных мотива. Как профессионал он не может не восхищаться работой советской разведки. Советские агенты были внедрены в ключевые министерства германского рейха: экономики, иностранных дел, авиации. С другой стороны, с некоторым удивлением Мерфи констатирует, что Германия при подготовке «плана Барбаросса» полагалась не столько на секретность, сколько на дезинформацию. Гитлер заверял Сталина, что дивизии вермахта переброшены на восток, чтобы укрыть их от налетов британских бомбардировщиков, что постоянные нарушения немецкими военными самолетами воздушной границы СССР совершаются не в разведывательных целях, а по неопытности молодых летчиков, и что вообще все эти разговоры о нападении Германии на Советский Союз – циничная провокация Лондона.

Сталин был неумен, но хитер и подозрителен. Как же он так опростоволосился, купился на такую примитивную «дезу»? Скорее всего, его подвели те азы марксизма, которые были смолоду вбиты ему в голову в партийных кружках. Великобритания была в его представлении классической капиталистической, империалистической державой, врагом № 1, и, конечно же, она пытается вбить клин между двумя социалистическими государствами – Союзом Советских Социалистических Республик и национал-социалистической Германией.

Модная ныне гипотеза Виктора Суворова о том, что Сталин сам готовился к нападению на Германию, в этой простой картине ничего не нарушает. Скорее всего, Суворов прав: готовился (в недавней книге Константина Плешакова приведены новые документы, подтверждающие эту историческую гипотезу). Но важно другое: Гитлер Сталина переиграл, и за догматическую тупость вождя российский народ заплатил страшную цену: двадцать миллионов погибших, пять миллионов взятых в плен, ужасающие разрушения.

Я сказал вначале, что книга Мерфи актуальна. Конечно, страшная цифра – около трех тысяч погибших во Всемирном Торговом Центре в Нью-Йорке не идет в сравнение с миллионами погибших во Второй Мировой войне россиян, но, как мы теперь знаем, разведданные о подготовке «Аль-Кайдой» теракта исключительного масштаба поступали в США столь же заблаговременно и обильно, как донесения о планах Гитлера в Кремль. И хотя причины, почему эта информация осталась не использованной в Вашингтоне четыре года назад, не те, что в Москве 64 года назад, но исторический урок из катастрофической ошибки Сталина следует, по мнению Дэвида Мерфи, усвоить и сегодняшнему американскому руководству.

Беда лишь в том, что уроки истории всегда и везде плохо усваиваются. Никто не принес российскому народу за всю его историю так много горя и страдания, как Сталин, и тем не менее, согласно недавним опросам, 53% россиян считают его «великим». Ну что на это скажешь? Ничего. Разве что только то слово, которое Сталин написал на докладе Зорге.

[Ярослав Бутаков]

https://russian7.ru/post/znal-li-sta...-nachala-voyn/

Сообщения о том, что Сталину заранее докладывали о дате нападения Германии на Советский Союз, стали появляться в печати вскоре после разоблачения культа личности Сталина Хрущёвым на ХХ съезде КПСС в 1956 году. И утверждалось, что Сталин, в силу своего предвзятого мнения, игнорировал эти сведения. Это якобы и привело советские войска к катастрофе в первые месяцы Великой Отечественной войны.

«Не информатор, а чёрт знает что»
С тех пор опубликовано уже немало документов и мемуаров, бывших тогда за семью печатями, но тайна остаётся и поныне. Что было известно в Кремле о военных приготовлениях Третьего рейха в июне 1941 года, и к чему конкретно готовился Сталин? Если бы у нас были точные сведения, то не было бы таких разногласий во мнениях современных историков.
Причём именно недвусмысленные реплики Сталина на докладах разведки порождают разные, порой взаимоисключающие версии. Вот самая известная реакция Сталина на подобное донесение. 16 июня 1941 года поступило сообщение наркома госбезопасности Меркулова Сталину. Со ссылкой на источник в штабе Люфтваффе, в нём говорилось, что все приготовления к нападению на СССР в Германии завершены, и вторжение может произойти в любой срок. Сталин порекомендовал послать этот источник к известной матери, ибо это «не информатор, а чёрт знает что».
Именно этот один случай постоянно приводится как образец реакции Сталина на сообщения о готовящемся нападении Германии. Характерно при этом, что полного сборника всех докладов разведки Сталину накануне войны, и всех резолюций, накладывавшихся советским вождём на эти донесения, у историков нет. А из отдельных случаев, подобных этому, историки и публицисты выуживают, снабдив соответствующими трактовками, подтверждения собственным версиям.
Между тем, только исчерпывающая, без купюр, публикация секретных докладов Сталину и его решений перед войной, могла бы снять имеющиеся вопросы. Пока же остаётся только гадать.

Донесения разведчиков противоречили друг другу
Итак, нам известны только негативные отклики Сталина на сообщения о намеченном гитлеровском нападении и его предполагаемых датах. При этом даты в докладах постоянно сдвигались. Вначале там назывался май 1941 года, затем период между 15 мая и 15 июня, наконец, 22 июня 1941 года. Но даже когда прошли первые два срока, накануне 22 июня, в некоторых докладах фигурировали расплывчатые даты вроде конца июня – начала июля.
Спрашивается, кому было верить из этих информаторов? И можно ли было им верить, если они уже ошиблись не раз в предсказании? Может быть, отрицательная реакция Сталина относилась не к сведениям о том, что Гитлер вообще готовит нападение на СССР, а именно к попыткам назвать точную дату вторжения? Ещё раз отметим: 22 июня было не единственной датой, называвшейся в этих донесениях!
Далее, нам неизвестны все отклики Сталина на предоставлявшиеся ему сведения (как и сами эти сведения полностью). И даже если там было что-то, что заслужило доверие вождя, стал бы он, при своей неизменной подозрительности, доверять бумаге свои подлинные мысли? Стал бы он ставить какую-то пометку, вроде: «этому сточнику можно доверять», «принять к сведению» и т.п.?
Поэтому исключительно трудно судить об истинном отношении Сталина к сообщениям о планируемом Гитлером вторжении.

СССР готовился к войне в соответствии со своим планом
Факты же свидетельствуют, что СССР готовился к войне с Германией. Характер этих приготовлений позволяет сделать вывод, что война мыслилась Сталиным как наступательная. Исходя из намерения Сталина упредить Гитлера в развёртывании войск и открытии военных действий, нетрудно предположить, что наиболее желательными для Сталина были бы сообщения о том, что Германия вообще не планирует начать войну против СССР в 1941 году. И такие донесения тоже были.
Мнение о том, будто весной 1941 года у Сталина имелась абсолютно точная информация о том, что 22 июня 1941 года германские войска намерены перейти границу СССР, ложно. У Сталина было целое море донесений различного рода, зачастую противоречивых. И во всём этом было необходимо разобраться. Почему следовало верить сообщениям о том, что война обязательно начнётся точно 22 июня? Особенно после того, как она не началась ни в мае 1941 года, ни до 15 июня? А ведь были данные другого рода.
В этих условиях было разумно продолжать приготовления к войне в соответствии с собственным планом, не шарахаясь из стороны в сторону от тех или иных сообщениях о намерениях будущего противника. Тем более, что большинство этих сообщений в том, что касается дат, оказывалось ложным.

Было ли 22 июня окончательной датой?
У нас есть возможность обратиться к германским источникам. Из них явствует, что дата 22 июня была неизвестна самому руководству Третьего рейха почти до последнего момента. Так откуда же она могла быть ещё раньше известна Сталину?
В плане «Барбаросса», подписанном Гитлером 18 декабря 1940 года, указывалось, что приготовления к войне с СССР должны быть закончены к 15 мая 1941 года. Как легко видеть, это не твёрдый срок нападения, а наиболее ранний из возможных. Директиву на приграничное развёртывание и нападение вермахт должен был получить позднее.
30 апреля 1941 года Гитлер провёл совещание с высшим командованием вермахта, на котором была впервые установлена дата начала осуществления плана «Барбаросса» – 22 июня. Только с этого момента подготовка к вторжению стала проводиться с учётом именно этого срока. Нужно учесть, что в силу разных обстоятельств он мог быть ещё передвинут, как это уже было в истории Второй мировой войны.
Так, дата нападения на Польшу была первоначально назначена Гитлером на 26 августа 1939 года, и отдельные разведывательные подразделения уже вторглись на польскую территорию, когда поступил внезапный приказ о переносе вторжения на 1 сентября. Причиной стал дипломатический демарш Муссолини, заявившего, что не объявит войну Англии и Франции, если те вступятся за Польшу. Это заставило Гитлера поразмыслить ещё несколько дней прежде, чем начать агрессию.
Зная об этом, и Сталин мог предполагать, что, получив сведения о готовящемся вторжении непосредственно перед ним, он ещё сумеет какими-то дипломатическими шагами выиграть время. Этим тоже могут объясняться некоторые странные решения Сталина в ночь и на утро 22 июня.

[Сергей Першуткин]

http://nvo.ng.ru/history/2018-06-22/4_1001_stalin.html
22.06.2018 00:01:00

Роль аналитики и обобщений в стратегических просчетах руководства СССР

Автор: эксперт-аналитик, член-корреспондент Академии военных наук.

Немцы искусно переиграли и Сталина, и его военных. Фото Федерального архива Германии. 1939
22 июня – трагическая дата в истории нашей страны, а также заслуживающий внимания повод, чтобы с высот 77 прошедших лет попытаться иначе взглянуть на причины просчетов в первом периоде Великой Отечественной войны с германским фашизмом, на роль информационной войны против СССР в предвоенный период и как следствие – на дефицит обобщений у советского руководства, затрудняющий принятие адекватных стратегических решений.

Просматривается обилие фактов, сопровождавших драматические события тех лет, но также ощутима возможность и необходимость для новых обобщений и оценок, выходящих за рамки исторических исследований к политико-социологическим гипотезам и обобщениям.

Благодаря появлению в открытом доступе все новых и новых архивных источников, в том числе Центрального архива ФСБ России, появляются шансы для пересмотра сформировавшихся стереотипов и распространенных подходов к оценке событий предвоенных и первых военных лет.

Пожалуй, более адекватная картина происшедшего в преддверии 22 июня 1941 года может быть выработана и выстроена, если оценки историков, в том числе историков спецслужб и историков дипломатии, дополнить более широкими и объемными политико-социологическими оценками, позволяющими зафиксировать в долговременном интервале времени важные процессы и тенденции.

Прежде всего тот факт, что Советскому Союзу в предвоенный период пришлось столкнуться с мощной информационной кампанией по дезинформации подлинной государственной политики Германии с целью камуфлирования подготовки к агрессии против Советского Союза.

Этот аспект недостаточно освещен в исторической литературе, но значимость взаимосвязи общественного мнения и внешней политики конкретных государств все активнее осознается историками и политологами разных стран на современном материале.

Однако особой актуальностью обладает опыт использования гитлеровским государством возможностей общественного мнения, как в мире и в Европе, так и в Советском Союзе, насчет международной обстановки, насчет германской политики в отношении СССР.

НЕМЕЦКАЯ ДЕЗИНФОРМАЦИЯ

Механизм формирования общественного мнения с помощью непосредственных коммуникаций, печатных и других СМИ, тиражирования слухов глубоко описан в фундаментальных и научных публикациях, в том числе подготовленных в 1920–1930-х годах в США и в Европе.

Не было никаких препятствий для использования в практических целях новых социальных технологий германскими властями – опираясь на идеи и практическую направленность фундаментальной работы Гарольда Лассуэла о технике пропаганды в условиях мировой войны, на лассуэловскую модель гарнизонного государства и другие идеи. Гарольд Лассуэл убедительно доказал, что посредством тщательно продуманной и организованной пропаганды существует возможность как в локальном, так и в глобальном масштабе внедрить в массовое сознание людей необходимые идеологически-политические взгляды, выгодные для осуществления тех или иных программ (реализацию которых Геббельсом и другими руководителями Германии можно обнаружить по косвенным признакам).

Нацистским руководством был взят на вооружение принцип о том, что технологии пропаганды способны оказывать огромное влияние на политическую, социальную сферу жизни, преобразовывая социальные институты, ценности и нормы. Это свидетельствует об особой роли пропаганды в мировой войне.

Комплекс стратегических и тактических задач решался германским руководством с помощью множества инструментов и форм: во-первых, личных встреч советских и германских представителей; во-вторых, газетных и журнальных публикаций; в-третьих, специально распространяемых слухов.

Несмотря на масштабную подготовку к агрессии против СССР, имперский министр Отто Майснер, возглавлявший канцелярию фюрера, регулярно встречался с советским послом в Берлине Владимиром Деканозовым, уверяя в подготовке возможных германо-российских переговоров с целью решения назревших проблем и активизации сотрудничества.

Дезинформация осуществлялась разными методами, например путем трансляции ложных слухов в кругах, где они могли стать достоянием советской агентуры.

Проводились отвлекающие маневры, совещания, отдавались специальные приказы, распоряжения и т.п., дающие ложные направления толкованию действительно происходящих событий.

С помощью совокупности разнообразных методов активно внедрялась мысль о том, что концентрация вермахта у границ Советского Союза реализуется с целью психологического давления на Советское правительство в ходе предстоящих германско-советских переговоров, чтобы принудить к принятию немецких условий экономического и территориального характера, которые Берлин якобы намерен в ультимативной форме выдвинуть.

Широко распространялась информация о том, что Германия испытывает дефицит сырья и продовольствия, горючего и зерна, что предлагалось устранить за счет хлеба Украины и нефти Кавказа, чтобы повысить шансы на победу Германии в войне с Англией.

ДВУХЭТАПНЫЙ ПЛАН

Целенаправленной подготовке информационной кампании против СССР, в которой начиная с 1940 года участвовали руководители Германии, способствовали и «Руководящие указания начальника штаба верховного главнокомандования по маскировке подготовки агрессии против Советского Союза», подписанные 15 февраля 1941 года генерал-фельдмаршалом Вильгельмом Кейтелем.

Дезинформационную кампанию предписывалось осуществить в два этапа. На первом этапе, примерно до середины апреля 1941 года, предлагалось «сохранять существующую неопределенность в отношении намерений Германии». На втором этапе дезинформационной кампании предписывалось выдавать сосредоточение войск в целях проведения операции «Барбаросса» за крупнейший в истории войн отвлекающий маневр, который якобы служит для маскировки комплекса военно-политических задач по активизации боевых действий с Англией.

12 мая 1941 года Кейтелем была подписана еще одна директива, уточняющая направления и приемы дезинформационной работы по прикрытию приготовлений к операции «Барбаросса» с помощью операций «Меркурий» (по захвату германскими войсками острова Крит), в качестве будто бы генеральной репетиции десанта в Англию, а также дополнительных операций «Марита» и «Зонненблюме» (по отработке мнимого вторжения в Грецию и военных действий в Ливии).

С высот сегодняшнего дня просматривается не только масштабная информационная кампания тех лет, но тонкая психологическая игра по убедительному объяснению германскими стратегами многочисленных данных о военных приготовлениях у границ СССР.

Тем самым вносились элементы правдоподобия и логики в объяснение вроде как абсурдных действий гитлеровской Германии – не закончив войну с Англией, открывать фронт против Советского Союза. Помимо того, идея угрозы применения силы в целях предъявления ультиматума хорошо вписывалась в проводимую до этого периода агрессивную политику фашистской Германии в отношении ряда европейских государств.

Высокая эффективность информационной кампании достигалась многократным повторением элементарных истин про возможные переговоры, с намеком на возможные претензии и ультиматум. Эта дезинформация немцев попадала также и в поле зрения агентуры других иностранных разведок, которые докладывали ее руководителям своих государств, а наша разведка получала эту информацию через свою агентуру в этих странах.

Получалось многократное перекрытие добываемых сведений, как бы подтверждающее их достоверность, тогда как в действительности источник их происхождения был один и тот же.

В дневнике имперского министра пропаганды И. Геббельса в мае 1941 года отмечалось:

«Мы старательно распространяем по миру слухи о предстоящем вторжении в Англию. Прежде всего – через нейтральную прессу...

Распространяемые нами слухи о вторжении в Англию действуют. В Англии уже царит крайняя нервозность. Что касается России, то нам удалось организовать грандиозный поток ложных сообщений. Газетные «утки» не дают загранице возможности разобраться, где правда, а где ложь. Это та атмосфера, которая нам нужна...»

Несколько позже он записал: «Подготовка к операции «Барбаросса» продолжается. Наступает первая фаза большой волны маскировки. Мобилизован весь государственный и военный аппарат. В курсе подлинных причин лишь пара людей. Я должен направить все мое министерство по ложному пути... Итак, за дело!»

Оценивая высокий уровень активности Геббельса и его служб по формированию и дезинформации общественного мнения в Европе и в СССР, отметим, что жертвами пропагандистских уток выступали не только наивные обыватели разных стран, но и достаточно квалифицированные и вроде как компетентные работники спецслужб, в качестве читателей разнообразных газет и журналов, но также и слушателей различных радиостанций.

Увы, таков закон циркулирования информации даже на первых этапах становления информационного общества и системы массовых коммуникаций. Возможности этого закона открыли для себя в середине 30-х годов прошлого века не только США, где в общенациональном масштабе началось изучение общественного мнения в интересах не только рекламы и маркетинга, но электорального прогнозирования, но также и гитлеровская Германия, о чем нужно бы сказать в преддверии 22 июня, оценивая ее деятельность по дезинформации общественного мнения накануне агрессии против СССР.

ВЫВОДЫ

В результате напрашивается ряд выводов:

– накануне войны имел место массированный информационный натиск со стороны Германии на мировое и советское общественное мнение, что привело к дополнительной хаотизации международных отношений и к сильнейшему усложнению факторов военно-политического прогнозирования уже в 1941 году, а также к ошибкам в подготовке и принятии стратегических решений не только в СССР;

– следует указать на дифференциацию зависимости разных социальных групп от информации, в зависимости от использования в профессиональной деятельности средств массовой информации;

– налицо факт большей чувствительности внешнеполитического (дипломатического) сообщества к информации, циркулирующей в СМИ, что дополнительно усиливалось личными контактами с журналистским и военно-политическим сообществами и с другими категориями населения по месту расположения дипломатических миссий. Показательно категоричное письмо от 21 июня 1941 года посла СССР в Лондоне Ивана Майского, утверждавшего, по сути, что агрессия фашистской Германии против СССР «маловероятна».

Обобщая, отметим, что благодаря введению в экспертный анализ факторов «формирование общественного мнения», «информационная кампания по дезинформации» появляется возможность разрушить распространенные среди историков мифы.

Во-первых, насчет будто бы политической близорукости Сталина в преддверии Великой Отечественной войны, игнорировавшего вроде как предупреждения и выводы руководства разведывательных служб, но фактически ориентировавшегося на общественное мнение в СССР и даже за рубежом, а прежде всего на среднетипичные ожидания и предположения советских граждан.

Во-вторых, насчет сориентированности будто бы части советских руководителей выражать не собственное мнение, а будто бы возможные ожидания Сталина, что также видится неправдоподобным через призму общественного мнения и его реальности в СССР в предвоенный период.

Почему информационное оружие гитлеровской Германии не было своевременно идентифицировано в Советском Союзе – это отдельная тема для следующих дискуссий.

[КРАСНАЯ ВЕСНА]

https://arctus.livejournal.com/1071938.html

2019-11-27 21:05:00


Майнильский инцидент — политизированная и лакомая тема для использования в деле очернения образа Советского Союза
*
26 ноября 1939 года на советско-финской границе произошел Майнильский инцидент, ставший формальным поводом для начала зимней войны между СССР и Финляндией (1939–1940).

По советской официальной версии, в этот день в 15:45 с финской стороны был произведен артиллерийский обстрел советской территории. В результате в районе деревни Майнила были убиты четыре бойца РККА — трое рядовых и один младший командир.

Наркомат иностранных дел СССР выступил с нотой протеста к правительству Финляндии и потребовал отвести все финские войска от границы на 20–25 км. Финская сторона заявила о своей непричастности к инциденту и предложила отвести от границы на 25 км также и советские войска. Предложение выглядело неприкрытым издевательством, ведь в этом случае между границей и Ленинградом не должно было остаться ни одного красноармейца.

После этого СССР аннулировал договор о ненападении между двумя странами и разорвал дипломатические отношения с Финляндией. 30 ноября войска РККА Ленинградского военного округа перешли границу, а Финляндия объявила СССР войну, которая закончилась только 13 марта 1940 года.



Памятный знак «Майнильский инцидент» в окрестностях поселка Майнило. Ленобласть.
23.11.2019 © ИА КВ

В перестроечное и постперестроечное время в отечественной историографии появились новые версии Майнильского инцидента, разительно отличавшиеся от официальной советской.

По одной из них, обстрел позиций РККА 26 ноября 1939 года был провокацией НКВД. Эта «провокация» якобы должна была дать Советскому Союзу формальный повод к войне против «миролюбивой», «демократичной» и «нейтральной» Финляндии.

По другой версии, выстрелов и погибших бойцов РККА вообще не было, а весь инцидент в Майниле выдуман советскими пропагандистами по заданию руководства страны и существовал только на страницах советских газет.

Эти же версии задолго до перестройки активно продвигали в массы финские пропагандисты. Им вторили белоэмигранты, работавшие под крышей ЦРУ.

Однако по свидетельствам историков, таких как профессор СПбГУ, историк и специалист по советско-финским войнам Владимир Николаевич Барышников, никаких документов НКВД, говорящих о подготовке и проведении таких спецопераций, до сих пор в архивах не обнаружено.

Эти две версии дополняются критикой советского изложения произошедшего. В частности, приводятся всякого рода нестыковки в официальных документах, которые якобы косвенно свидетельствуют о лжи советской пропаганды.

На сегодняшний день после сопоставления всех аргументов сторонников всех версий понятно — прямых доказательств вины СССР в Майнильском инциденте нет.

Сомнения же по поводу вины Финляндии в провокации высказываются из-за некоторых неточностей в советских документах, которые, впрочем, могут иметь и другие объяснения.

И понятно, что Майнильский инцидент — политизированная и лакомая тема для использования в деле очернения образа Советского Союза.

В связи с этим особенно важным становится вопрос, была ли Финляндия заинтересована в войне с СССР и в чем могла быть такая заинтересованность. И был ли, в конечном счете, Майнильский инцидент выгоден Финляндии.

И могла ли вообще «маленькая миролюбивая демократичная и нейтральная» Финляндия осуществить вооруженную провокацию на границе с СССР, логична ли она в принципе или выглядит чем-то абсолютно абсурдным.

Для ответа на эти вопросы нужно рассмотреть историю советско-финляндских пограничных конфликтов, вписать этот инцидент в контекст советско-финляндских отношений. Необходимо рассмотреть ситуацию в мире, сложившуюся к 26 ноября 1939 года.

Мечта о Великой Финляндии

Финляндия никогда до 1918 года не имела своей государственности. Сначала большая часть ее территории входила в состав Новгородской Республики. Затем шведы начали откусывать от русских владений кусок за куском, пока не захватили всю современную Финляндию, Карельский перешеек и русские земли между Невой и Эстонией.

При Петре I и последующих правителях России эти земли начали постепенно возвращаться в состав России. При Александре I в 1809 году Финляндия была объединена в Великое Княжество Финляндское в составе Российской Империи. В 1812 году в состав Финляндии была передана Выборгская губерния.

После отречения Николая II и прихода к власти Временного правительства финские националисты начали добиваться отделения от России. И в декабре 1917 года, уже после Октябрьской революции, объявили о независимости Финляндии.

В финской гражданской войне (январь–апрель 1918 года) здесь происходили настоящие этнические чистки. Русских убивали независимо от пола, возраста и политических убеждений. Расправлялись и с красными финнами, оказавшими сопротивление националистам.

В постперестроечное время эту тему изучали многие историки. Они опирались как на советские источники, так и на белоэмигрантские, и цифры убитых белофиннами русских в них практически совпадают.

Так, по данным известного петербургского историка Анатолия Васильевича Смолина, после взятия Таммерфорса белофинны казнили на вокзале более 200 русских, среди которых были бывшие русские офицеры. Расстрелы офицеров производились и на улицах города.

После взятия Выборга за несколько дней белофиннами было расстреляно свыше 600 русских офицеров. Кроме офицеров расстреливались и другие лица русской национальности, включая женщин, детей, стариков, служащих, студентов, священников. Многие из этих людей никак не симпатизировали красным.

Множество документов о белофинском терроре в отношении русских сохранилось в архивах Государственного музея «Выборгский замок». Результаты их изучения представила старший научный сотрудник музея Зинаида Анатольевна Новоселова. Процитируем лишь один из представленных ею документов о событиях в день взятия Выборга белофиннами (29 апреля 1918 года):

«Около 6 часов утра белые ворвались в город со стороны Колликомяк с криками „бей русских“. Врывались в квартиры, убивали и расстреливали на месте, выводили группами на валы, где расстреливали из пулеметов. Убивали преимущественно мужчин, но есть и дети».


Новоселова дополняет эту цитату сообщением:
«Далее в публикации приводится список 55 лиц мужского пола, расстрелянных без суда и следствия в Аннинских укреплениях (среди них шестеро учащихся русского реального училища; трое мужчин расстреляны вместе со своими сыновьями, одному из которых было два года)».

Получив независимость в 1917 году, Финляндия начала не только «освобождаться от инородцев», но и конструировать свою идентичность, искать историческую миссию для финского народа.

Поскольку ранее у финнов не было своего государства, сделать это было трудно. Главными частями фундамента вновь сконструированной идентичности стали карело-финский эпос «Калевала», записанный в Карелии, и… ненависть к «русским поработителям».

Финны считали другие финно-угорские народы, значительная часть которых проживала на территории России, «младшими братьями» в большой финно-угорской семье.


Скульптура Вяйнямёйнена, одного из главных героев карело-финского эпоса «Калевала» в парке Монрепо. Выборг. 21.08.2019 © ИА КВ

Главной миссией финского народа после обретения независимости было объявлено объединение финно-угорских народностей в одном государстве — Великой Финляндии.

Поскольку и родина «Калевалы» Карелия, и основной район расселения финно-угорских народностей, в том числе и самой близкой финнам — карелов, находились на территории России, то она и стала главным объектом экспансии финского национализма.

Наличие подобных территориальных претензий закономерно поспособствовало превращению Финляндии в один из главных форпостов Запада в борьбе с «дикой Россией» с ее большевиками и прочими ужасами. Немалую роль тут сыграло и большое число бежавших из Советской России белоэмигрантов.

Итак, в декабре 1917 года бывший генерал русской армии, дворянин шведского происхождения Карл Густав Эмиль Маннергейм вернулся на родину в Финляндию, где в январе 1918 года получил от правительства пост главнокомандующего несуществующей пока финской армии. Он принялся создавать ее из отрядов самообороны буржуазии — шюцкора.

Отступая в сторону, стоит отметить, что финская белая армия взаимодействовала с русской белой армией Юденича, наступавшей на Петроград из Эстонии. Поскольку часть русских белых жестко стояла за возвращение Финляндии в состав России, это сотрудничество было тактическим. Каждая сторона старалась использовать другую в своих интересах.

23 февраля Маннергейм объявил своим солдатам на станции Антреа, что не вложит меч в ножны, пока не будет «освобождена от большевиков» Восточная Карелия. В этой «Клятве меча» он заявил о необходимости создания Великой Финляндии.

Заметим, Восточная Карелия входила в состав советского государства, а ранее — в состав метрополии Российской империи и никогда не была в составе Княжества Финляндского. То есть главком финской армии публично заявил, что у Финляндии есть претензии на территории, принадлежащие советской России.

Уже 15 марта 1918 года Маннергейм утверждает «план Валлениуса», включающий в себя захват русских территорий. Согласно плану, граница Великой Финляндии должна была пройти по линии Печенга — Кольский полуостров — Белое море — Онежское озеро — река Свирь — Ладожское озеро.

Кроме того, была прописана судьба Петрограда. Бывшая российская столица вместе с прилегающей территорией — Царским селом, Гатчиной, Петергофом — должна была превратиться в свободный город-республику наподобие тогдашнего Данцига.

Вскоре отряды финских националистов вторглись на территорию России и попытались захватить Печенгу и Кандалакшу. С этого начались попытки создать Великую Финляндию, которые закончились полным крахом лишь в сентябре 1944 года.

Советско-финские пограничные конфликты после обретения Финляндией независимости

Гражданская война в Финляндии между красными и белыми финнами закончилась победой белых и жесточайшим террором против побежденных. По информации В. Н. Барышникова, в результате белого террора за несколько месяцев в Финляндии погибло 27 тыс. человек, что составляло 0,83% населения страны.

Читайте также:
Белый террор в Финляндии повлиял на политику большевиков — историк

Эти числа особо впечатляют, если упомянуть, что в боях с обеих сторон погибло 6 700 человек. 29 апреля пал последний бастион красных — Выборг.


Памятник на месте массовых расстрелов белофиннами мирных горожан. Выборг.
21.08.2019 © ИА Красная Весна

Но еще в середине марта 1918 года главнокомандующий белой армией Финляндии Маннергейм поставил задачи отрядам капитана Валлениуса, подполковника Мальма, докторов Торстена и Ренвалля, подполковника Хэгглунда занять ряд территорий в советской Восточной Карелии. Отряду Мальма удалось закрепиться в Ухте, в которой он хозяйничал до октября 1918 года.

В марте же белофинны заняли острова Гогланд, Лавенсари, Соммерс, перегораживающие Финский залив. После этого началось соперничество Советской России и Финляндии за территориальные воды.

Финны постоянно устраивали здесь провокации, обстреливая из береговой артиллерии наши корабли, якобы заходившие в якобы финские воды. Так, в августе был обстрелян эсминец «Азард», находившийся в дозоре. А 13 ноября 1918 года были обстреляны заградитель «Нарва» и эсминец «Лёгкий», занимавшиеся установкой мин для защиты от флотов Антанты.

В начале августа 1918 года в Берлине прошли советско-финляндские переговоры по поводу определения границы между двумя странами. Первое и последнее на этих переговорах заседание совместной территориальной комиссии продолжалось 45 минут.

За это время представители советского правительства попросили перенести границу на Карельском перешейке на линию Выборг — Кексгольм, чтобы обезопасить Петроград, оставив остальную границу между бывшим Княжеством Финляндским и Россией на прежнем месте.

Финны же потребовали всё полярное побережье от норвежской границы, включая весь Кольский полуостров и Соловки, а также территории до линии, проходящей по железной дороге до Онежского озера, затем по Свири, и, наконец, по Ладоге и старой границе на Карельском перешейке. Разумеется, такие аппетиты финнов и такое расхождение во взглядах на то, где должна будет проходить граница, сразу же завели переговоры в тупик.

В это время, 2–3 августа, жители советской Ребольской волости, доведенные голодом и финскими агитаторами до соответствующего состояния, собрались на сход и решили присоединиться к Финляндии. 31 августа собрание представителей населения волости подтвердило принятое решение. После этого в Реболы пришел отряд финских добровольцев, который в середине октября был заменен частями регулярной финской армии.

В ночь на 7 января 1919 года отряд финских добровольцев вторгся в Поросозерскую волость. Их целью было объявить присоединение этой территории к Финляндии. Силы РККА вытеснили интервентов обратно в Финляндию. Однако через неделю другой финский отряд совершил налет на Ругозеро.

Советское пограничное командование начало принимать меры для укрепления границы. Однако нападения ревнителей идеи Великой Финляндии продолжились.

2 марта финский отряд напал на пограничный пост у Кармелисто. 10 марта стало известно, что на заставе Короссары белофиннами были убиты два наших пограничника, находившихся в дозоре.

На Карельском перешейке в эти же дни неподалеку от дороги Левашово — Коркиамяки произошел бой между полусотней финнов и 15 нашими пограничниками, которые попали в засаду, преследуя контрабандистов.

14 апреля нарком иностранных дел РСФСР Чичерин направил в Хельсинки предложение начать переговоры для установления мирных отношений между двумя странами, но ответа не получил. Вернее, ответом стала новая, теперь уже крупная акция финских националистов.

В ночь на 21 апреля 1919 года границу пересекла финская «Олонецкая добровольческая армия», целью которой был захват Олонецкой Карелии и присоединение ее к Финляндии. Проект этого похода был одобрен правительством в начале апреля.

Силы интервентов (около 2 тыс. человек) значительно превосходили силы советских пограничников, многие из которых погибли, обороняя границу. Поэтому белофиннам быстро удалось занять большие территории в Карелии. Ими были захвачены Видлица, Тулокса, Олонец. Угроза нависла и над Петрозаводском, но врага удалось остановить в нескольких километрах от него.

Только прибытие частей РККА, снятых с других фронтов гражданской войны, смогло переломить ситуацию. В июле 1919 года линия государственной границы РСФСР на Олонецком и Петрозаводском направлении была практически полностью восстановлена. При этом части РККА получили строгий приказ границу не переходить.

Однако финнам удалось в результате этого похода в Карелию урвать Поросозеро, жители которого в июне решили присоединиться к Финляндии. Сначала сюда для защиты от РККА прибыл отряд финского шюцкора, а в сентябре — часть финского егерского полка.

Руководство РСФСР в условиях гражданской войны боялось провоцировать столкновения РККА с финской армией, поэтому временно отказалось от желания вернуть в Поросозеро советскую власть.

На Карельском перешейке на границе в это время также было неспокойно. 5 июня 1919 года артиллерия финского форта Ино обстреляла Кронштадт.

А в ночь на 5 июня в районе Белоострова с финской стороны был открыт ружейный огонь по нашим караульным помещениям, а также по полевым караулам, несшим охрану границы в зоне ответственности 170-го стрелкового полка. Кроме того, по свидетельству очевидцев, финны «стреляли из бронепоезда пулеметным огнем по окопам полка и правому флангу заставы № 1».

Этой же ночью финны перешли реку Сестру, по которой проходила граница, возле деревни Алакюля и открыли огонь по заставе. Обстрелу подверглись и часовые возле железнодорожного и деревянного мостов. Красноармейцы, боясь проникновения на советскую сторону больших сил финнов, были вынуждены взорвать мосты.


Река Сестра в Белоострове, бывшая советско-финляндская граница. 06.10.2019 © ИА КВ

На соседнем участке границы, в зоне ответственности 90-го стрелкового полка, с финской стороны также были обстреляны наши караулы.

Последующие недели на этих участках границы сохранялась напряженность. 7 июня произошла перестрелка, длившаяся 2,5 часа, начали ее финны. 9 июня произошел новый ружейный обстрел с финской стороны. 10 июня финны открыли пулеметный огонь с колокольни, в результате чего были ранены три красноармейца.

В ночь на 15 июня в районе Белоострова отряд белофиннов численностью около 100 человек попытался перейти границу. К утру атака была отбита и нарушители границы отошли с потерями на свою территорию. На соседних участках также были попытки нарушения границы, но и они были пресечены с потерями для финнов.

На ноту протеста Чичерина правительство Финляндии ответило обычным отрицанием участия финской армии в этих инцидентах. Может быть, они и были спонтанными, но факты остаются фактами, и они свидетельствуют об агрессивности наших финских соседей в ту довоенную эпоху.

Отдельным является сюжет использования англичанами территории Финляндии в боевых действиях против советского флота, базировавшегося в Кронштадте.

В 1919 году финляндское правительство предоставило базы английскому флоту в Койвисто (ныне Приморск) и Териоках (ныне Зеленогорск). Отсюда летом англичане осуществили множество рейдов, в результате которых были потоплены или повреждены несколько советских военных кораблей, в том числе и на стоянке в Кронштадте.

Стоит упомянуть об еще одном приграничном конфликте, который, правда, финские власти официально не поддерживали, но который явно пользовался поддержкой финских националистов. Речь идет о восстании против советской власти ингерманландских финнов в Лемболовской волости на Карельском перешейке, начавшемся 10 июня 1919 года.

После захвата власти националистами в приграничном советском поселке Кирьясало, расположенном в 50 км от Петрограда, из финнов-ингерманландцев был сформирован полк, который возглавил подполковник Эльвенгрен. 25 июля он отдал приказ о подготовке наступления на Лемболово и на Никулясы.

По странному совпадению, в этот же день президентом в Финляндии стал сторонник мирной внешней политики страны Карл Столберг. Действия Эльвенгрена в свете всего происходящего выглядели как провокация противников нового президента.

Вскоре ингерманландцы, преодолев слабое сопротивление красноармейцев, заняли советские поселки Коркимяки, Васкелово, Лемболово, Верхние и Нижние Никулясы, приблизившись к Петрограду.

Новые финские власти отказались поддерживать восстание ингерманландцев. РККА быстро отвоевала захваченные территории. Однако, чтобы не провоцировать боестолкновения с финской регулярной армией, советские войска снова отвели.

22 октября ингерманландский полк Эльвенгрена снова двинулся вглубь советской территории, захватив южнее Лемболово станцию Грузино в 32 км от Петрограда. К концу октября советские войска, занятые обороной города от Юденича, все-таки сумели оттеснить финнов в Кирьясало, который, однако, оставили на год в руках повстанцев.

В самом начале 1920 года финский отряд занял Печенгу, расположенную на берегу Баренцева моря, неподалеку от Норвежской границы. Однако 21 февраля в Мурманске была установлена советская власть, и в марте Красная Армия начала вытеснять финнов из района Печенги.

К этому времени страны Антанты поняли, что белые в России проиграли, и начали выстраивать отношения с РСФСР. Финское правительство осознало, что им также надо менять подход к Советской России.

12 апреля 1920 года в Раяйоках (финский пограничный пункт на берегу реки Сестра напротив Белоострова) начались переговоры о нормализации отношений между двумя странами и заключении мирного договора. К переговорным вопросам относились и пограничные споры, а также точная демаркация общей границы.

Финны выставили неприемлемые для РСФСР требования, и 24 апреля переговоры были прерваны.

12 июня переговоры возобновились в эстонском Дерпте (он же Тарту и Юрьев). Финляндия твердо стояла на очень невыгодных для РСФСР условиях.

После трудных переговоров, 13 августа 1920 года был подписан договор о перемирии. Однако переговоры о демаркации границы продолжились.

14 октября был подписан Тартуский мирный договор между двумя странами. Пограничный вопрос был решен следующим образом. Практически везде граница проходила по прежней границе Великого Княжества Финляндского.

Печенгская область отходила к Финляндии, оккупированные финнами Реболы и Поросозеро возвращались России. Кирьясалы на Карельском перешейке, занятые полком ингерманландских финнов, предоставлялись своей судьбе, то есть РККА получала законное право вернуть сюда советскую власть.

В Финском заливе крупные острова, в том числе и Гогланд, оставались под властью финнов, но объявлялись нейтральными в военном смысле, а также был установлен морской путь для свободного прохода советских судов.

Условия Тартуского мирного договора были невыгодными для Советской России, так как близость границы к Петрограду Кронштадту представляла угрозу безопасности этих важнейших городов. Кроме того, РСФСР не контролировала воды Финского залива так, как это было необходимо для обеспечения безопасности с моря.

В последующие годы велись постоянные переговоры по уточнению границы, по незначительным изменениям в ту или иную сторону, уточнялись границы территориальных вод в акватории Финского залива и маршруты морских путей в нем.

В сентябре 1921 года очередной финский отряд перешел советскую границу на Ребольском участке. В октябре был создан Временный Карельский комитет в Тунгудской волости, который начал формировать профинские партизанские отряды из карел.

Они захватили большую территорию в Северной Карелии, после чего обратилась к финляндскому правительству с просьбой о помощи.

6 ноября 1921 года финские отряды, возглавляемые офицерами финской армии, вторглись на советскую территорию. Их численность скоро достигла 6 тыс. человек.

Вторжение сопровождалось убийствами представителей советской власти, красноармейцев и мирных жителей. Красной Армии с трудом удалось справиться с финскими интервентами и выдавить их за границу только к 17 февраля 1922 года.

Как мы видим из описанной истории, наш «мирный» северный сосед был не таким уж мирным. И вполне облизывался на сопредельные советские территории. В следующей статье мы рассмотрим другие аспекты финской предвоенной реальности, приведшие страну к Майнильскому инциденту и к войне с СССР.
ИА Красная Весна
***

Более подробно со зверствами финнов по отношению к русским в 1918 году см. здесь, – по книге-исследованию шведа Ларса Вестерлунда «Мы ждали вас как освободителей, а вы принесли нам смерть...».

[Вyacs]

https://byacs.livejournal.com/977129.html
June 14th, 22:42
Почти два года СССР активно дружил с Германией в 1939-1941 гг.

https://ic.pics.livejournal.com/byac...08303_1000.jpg

Довольно много соглашений было между СССР и Германией. Вот это одно из них - советы редко выпускали из своих лап, очутившихся у них граждан. Но вот тут такая дружба, что на радостях тов. Сталин выпустил немцев.

[Вyacs]

https://byacs.livejournal.com/924938.html
ПРИКАЗ НАРОДНОГО КОМИССАРА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР

https://ic.pics.livejournal.com/byac...15220_1000.jpg


С приветствием личному составу Красной Армии в день её 23-й годовщины

№ 96
22 февраля 1941 года
Товарищи красноармейцы, командиры и политработники!
В день 23-й годовщины Красной Армии 193-миллионный советский народ отмечает славный путь героических побед над врагами нашей социалистической Родины, пройденный Красной Армией под руководством партии Ленина — Сталина.
Двадцать третью годовщину своего существования Красная Армия отмечает в исключительно сложной международной обстановке. В огне второй мировой империалистической войны, пылающей во всех концах мира, рушатся и уничтожаются не только границы государств, но и самые государства. Советский Союз, опираясь на свою хозяйственную и оборонную мощь, на морально-политическое единство и сплоченность советского народа, строго проводит мудрую и последовательную внешнюю сталинскую политику — политику мира и нейтралитета. Эта мудрая сталинская внешняя политика обеспечила нам в истекшем году новые замечательные победы: умножились силы Советского Союза, укрепились его рубежи. Обеспечена безопасность северо-западных границ и города Ленинграда. Бессарабия, незаконно захваченная более 20 лет тому назад боярской Румынией, снова стала Советской. Советской стала и Северная Буковина. СССР прочно утвердился на берегах Балтийского моря — Литва, Латвия и Эстония вошли в семью советских народов.
За двадцать три года своего существования Красная Армия, оснащенная новейшей военной техникой, располагающая отличными кадрами, благодаря заботам товарища Сталина, партии, Правительства и всего советского народа выросла в могучую и грозную силу.
Наша задача — не останавливаться на достигнутом, не упиваться успехами, не зазнаваться. Современная война требует, чтобы бойцы и начальники всех степеней умели переносить большое физическое и моральное напряжение на поле боя, чтобы они были воспитаны в духе взаимной выручки и готовности к самопожертвованию. Высокая дисциплинированность, инициативность, смелость, упорство и настойчивость должны быть неотъемлемыми качествами каждого бойца и командира Красной Армии. Учить войска в мирной обстановке только тому, что нужно на войне, и только так, как делается на войне, — первейшая обязанность всех командиров и политработников.
В напряженной международной обстановке, чреватой всякими неожиданностями, каждый красноармеец, командир и политработник должен быть бдительным, упорно овладевать своей военной специальностью и всегда помнить указание товарища Сталина о том, что «нужно весь наш народ держать в состоянии мобилизационной готовности перед лицом опасности военного нападения, чтобы никакая „случайность“ и никакие фокусы наших внешних врагов не могли застигнуть нас врасплох».
Красная Армия была, есть и будет могучим оплотом мирного труда народов Советского Союза. Она готова в любую минуту по зову партии и Правительства нанести сокрушительный удар всем, кто посягнет на священные рубежи Советского Союза, и сумеет мужественно, умело, с достоинством и честью отстоять свободу и независимость нашей Родины.
Боевые знамена Красной Армии овеяны славой ее героических побед на фронтах борьбы с врагами нашего социалистического государства. Товарищи красноармейцы, командиры и политработники!
Совершенствуйте свою боевую и политическую выучку, крепите советскую воинскую дисциплину, будьте всегда готовы к защите нашей Родины!
Поздравляю Вас с праздником 23-й годовщины Красной Армии.
Да здравствует наша славная Красная Армия!
Да здравствует партия Ленина — Сталина — вождь и организатор побед Красной Армии!
Да здравствует наш родной, любимый и великий Сталин!


Народный комиссар обороны СССР

Маршал Советского Союза С. Тимошенко

Так сказать, без комментариев... И указания товарища Сталина быть готовым к войне и неожиданностям плохо выполнили - я знаю почему - Гитлер уж слишком внезапно напал, опередив тов. Сталина, судя по всему, на несколько дней.

Кстати, а откуда в СССР взялось 193 млн.? Скорее всего тов. Сталин приписал с десяток миллиончиков...

[Захар Прилепин, шеф-редактор "Тоталитарной прессы"]

https://sergei-1956.livejournal.com/...rce=embed_post
Dec. 16th, 2019 at 10:00 PM

***Фотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (25-01).jpg

"...Пакт Гитлера – Пилсудского дал возможность Германии, не опасаясь удара с востока, подготовиться к войне со всем миром. Ввести всеобщую воинскую повинность, создать запрещенную после поражения в Первой мировой войне военную авиацию – люфтваффе, мощные танковые силы, могущественный вермахт, милитаризировать экономику. И только после этого, в 1939 году, начать войну.


Но поляки сегодня только с этого места начинают изучать историю. С 1 сентября 1939 года. А события до этого они подрезают. 1 сентября началось германское вторжение в Польшу, а 17 сентября польское правительство покинуло страну. 16 дней вся война заняла. На этом этапе появляется СССР, который якобы нападает на Польшу, разделяя ее с Германией, как нам сегодня рассказывают поляки, которым трогательно вторят российские либералы.

Но секундочку.

Что сделали мы? В 1939 году мы всего лишь вернули исконные украинские и белорусские земли, отторгнутые Польшей в 1920-1921 годах. Мы забрали свое. Уже в X-XI веках эти земли входили в состав Древней Руси. На этих территориях жило от 67% до 90% украинского и белорусского населения. Последнюю тысячу лет основное население этих территорий говорило, в широком смысле, на русском языке и на различных его диалектах..."


***Фотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (17).jpg



***Фотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (33).jpg



*** Фотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (19).jpgФотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (27).jpgФотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (26).jpgФотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (23).jpgФотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (28).jpgФотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (29).jpgФотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (30).jpg





Фотография Е. Халдея(1917 - 1997)Фотохудожник Победы (32).jpg





***





***


Запомните дети, ничего мы с немцами не делили!Запомните дети, ничего мы с немцами не делили! Фото: GLOBAL LOOK PRESS





***



Даже в России уже выросло целое поколение детей, уверенное в том, что Гитлер и Сталин, два усача, обидели такую хорошую, такую мирную Европу и всем испортили жизнь. Как бы не так, дети.



26 января 1934 года был подписан Пакт Гитлера – Пилсудского, польского диктатора того времени, тоже, кстати, усатого. Пакт Гитлера – Пилсудского имел пункт, позволявший обоим государствам совместно вести агрессивную войну против третьей страны, то есть СССР.



Пакт Гитлера – Пилсудского дал возможность Германии, не опасаясь удара с востока, подготовиться к войне со всем миром. Ввести всеобщую воинскую повинность, создать запрещенную после поражения в Первой мировой войне военную авиацию – люфтваффе, мощные танковые силы, могущественный вермахт, милитаризировать экономику. И только после этого, в 1939 году, начать войну.



Но поляки сегодня только с этого места начинают изучать историю. С 1 сентября 1939 года. А события до этого они подрезают. 1 сентября началось германское вторжение в Польшу, а 17 сентября польское правительство покинуло страну. 16 дней вся война заняла. На этом этапе появляется СССР, который якобы нападает на Польшу, разделяя ее с Германией, как нам сегодня рассказывают поляки, которым трогательно вторят российские либералы.



Но секундочку.



Что сделали мы? В 1939 году мы всего лишь вернули исконные украинские и белорусские земли, отторгнутые Польшей в 1920-1921 годах. Мы забрали свое. Уже в X-XI веках эти земли входили в состав Древней Руси. На этих территориях жило от 67% до 90% украинского и белорусского населения. Последнюю тысячу лет основное население этих территорий говорило, в широком смысле, на русском языке и на различных его диалектах.



В 1939 году украинцы, белорусы и евреи организовывали на своих землях партизанские отряды, атакуя польские части, отступающие от немцев. Непольское население превращало польские знамена, отрывая от них белые полосы, в красные, и с радостью встречало Красную Армию.



Запомнили, дети? Ничего мы с немцами не делили.



И еще запомните, дети. Пакт Гитлера – Пилсудского был первым, подписанным гитлеровской Германией с крупной европейской страной. Пакт со Сталиным был последним. Затем в ходе Великой Отечественной войны СССР освободил Польшу от нацистской оккупации ценою жизни свыше 600 тысяч советских солдат.



Вместо отошедших СССР районов на востоке, о которых поляки втайне плачут по сей день, Польша получила высокоразвитые немецкие территории и широкий выход к Балтийскому морю. Сталин уговорил Черчилля передать полякам Силезию.



Рассказывают об этом польским детям? Нет. Увы, нет.



Оригинал текста — на Телеграм-канале писателя Захара Прилепина. Источник : https://www.kuban.kp.ru/daily/27068....zen.yandex.com

[Аргументы и Факты]

https://aif.ru/society/history/odin_...lniku_razvedki
17.06.2020 00:01 9742

Фрагмент телесериала «Семнадцать мгновений весны»: начальник внешней разведки докладывает Сталину последние разведданные.
Фрагмент телесериала «Семнадцать мгновений весны»: начальник внешней разведки докладывает Сталину последние разведданные. © / Кадр из фильма






Многие фамилии разведчиков давно рассекречены. Однако дело начальника внешней разведки Павла Михайловича Фитина, возглавлявшего спецслужбы в военные годы, долго ждало своего часа.

Успехи внешней разведки в годы Великой Отечественной феноменальны – это общепризнанный факт. Тем не менее генерал-лейтенанта Фитина в 1953 г. уволили из органов «по служебному несоответ*ствию». Причина в том, что ему часто приходилось идти против течения. Писатель, историк спецслужб Николай Долгополов рассказывает лишь об одном дне Павла Михайловича Фитина. А таких дней в жизни легенды советской разведки были тысячи.

«Война на пороге!»
17 июня 1941 г. стало для Фитина тяжелейшим испытанием. В этот день 33-летний начальник внешней разведки докладывал Сталину о предстоящем нападении гитлеровской Германии на Советский Союз. К вождю он прибыл вместе с наркомом госбезопасности Всеволодом Меркуловым.

Фитин представил Иосифу Виссарионовичу подробный доклад, главный вывод из которого был – война на пороге! Начальник разведки лично и полностью ручался, что нападение Германии на СССР в ближайшие несколько дней неминуемо. Сведения получены от вернейших источников из Германии – Корсиканца и Старшины. 16 июня 1941 г. группа, рискуя быть выданной, направила это сообщение на имя начальника разведки. Сообщение подтверждалось и множеством других донесений, оперативных сводок и сообщений, чётко изложенных Фитиным.



Фото: Военный архив
Сталин даже не предложил подчинённым сесть. Правда, и сам не присел, а расхаживал по кабинету, куря трубку. Воспринял доклад болезненно. После его окончания внимательно посмотрел на Фитина и вынес вердикт. Он был трагичен не только для Павла Михайловича, но и для нашей армии и, как это стало ясно уже через несколько дней, для всей полностью подчинявшейся его воле страны.

Почему Сталин не поверил разведке? Во-первых, к нему поступал огромный объём информации, и сообщения нередко противоречили одно другому. А во-вторых, он привык больше доверять себе. Доклад же противоречил твёрдо сформировавшимся в его голове стратегическим планам – и потому раздражал. Не мог Иосиф* Виссарионович допустить, что Гитлер его обманет. Ведь пакт с ним был заключён как раз накануне доклада Фитина, 14 июня, ТАСС выступил с заявлением, в котором опровергались все слухи «о близости войны между СССР и Германией» и подчёркивалось, что «по данным СССР, Германия так же неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении, как и Советский Союз».

Чья это была ошибка? Только не Фитина. Да, немцы не раз меняли дату нападения на СССР. И потому разведка, следуя за событиями, регулярно сообщала, что Гитлер нач*нёт наступление то 15 мая, то в первой декаде июня, а в последних шифровках из Берлина и Токио значилась совсем иная дата – 22 июня. И даже время указывалось – 4 часа.

Для недавнего назначенца Фитина такая реакция Иоси*фа Виссарионовича могла закончиться не только потерей должности, но и гораздо хуже – головы. Меркулов – человек опытный, мог бы доложить и сам. Но предпочёл предоставить это Фитину.


Хронология событий 22 июня 1941 года. Инфографика
Подробнее
«Немцам верить нельзя!»
О сигналах, поступивших в нашу разведку и предупреждавших: война с Германией совсем близко, можно написать целую книгу. Били тревогу и «Кембриджская пятёрка» во главе с Филби, и Зорге.

Держу в руках уникальнейший документ: шифровку «Красной капеллы». Я бы назвал его показательным. Не поверить приведённым в нём данным, переданным в Центр, мог лишь человек, твёрдо веривший, что Гитлер на обман не способен. Таким убеждённым в честности фюрера оказался Сталин. Строгим, недовольным голосом Иосиф* Виссарионович спросил: что это такое? И Павел Фитин взял на себя не только труднейшую, но и опаснейшую миссию – возразил вождю. В то время мало кто мог решиться на такое. Фитин решился.

Сам Павел Михайлович так описывал последовавшее объяснение: «Не без большого внутреннего волнения я сказал, что материалы надёжные, получены от надёжных источников и что информация их, которую получали раньше, подтверждается». Сталин закурил трубку и заявил: «Никому из немцев, кроме Вильгельма Пика (один из руководителей немецких коммунистов. – Н. Д.), верить нельзя. Но если вы считаете надёжным, перепроверьте». Направили запрос о подтверждении. За время, что продолжалась вся эта волокита, из Финляндии, Италии и Польши поступили три телеграммы от наших нелегалов: война начнётся 22 июня! В некоторых шифровках время указывалось уже с точностью до часа.

Спустя 30 лет Фитин писал: «Благодаря наличию агентуры с большими разведывательными возможностями в таких странах, как Германия, Англия, США, Чехословакия, Болгария, Франция и некоторых других, с конца 1940 г. и до нападения Германии на Советский Союз в Управление поступали данные, которые говорили о том, что Германия, захватив 13 европейских стран, готовится к нападению на СССР. Например, наш резидент в Праге сообщал о перебросках немецких воинских частей и техники к границам Советского Союза. Аналогичные сведения поступали и от других резидентов. Естественно, наиболее важная информация направлялась нами в три адреса: И. В. Сталину, В. М. Молотову, К. Е. Ворошилову».

Иосиф Сталин.
СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
Молчание Сталина. Почему он не выступил 22 июня 1941 года
Роковой звонок
Известная детская писательница Зоя Ивановна Воскресенская, а в то время лейтенант госбезопасности Зоя Рыбкина, так вспоминала день 17 июня 1941-го: «Нашей группе было поручено проанализировать информацию всех зарубежных резидентур, касающуюся военных планов гитлеровского командования, и подготовить докладную записку. Из многих источников мы получали сведения, что гитлеровцы вот-вот развяжут войну. Даты начала военных действий фашистской Германией назывались разные, но все сходились в одном: война против СССР начнётся в самое ближайшее время. 17 июня 1941 г. я с волнением завершила этот документ. Обзор агентурных данных с приведённым выше выводом начальник разведки Павел Михайлович Фитин повёз в тот день лично Сталину».

Следующие четыре дня были одними из самых тяжёлых в жизни начальника разведки. В ночь на 22 июня 1941 г. Павел Михайлович не спал, мучился, ждал. И не предчувствие, а точная оценка обстановки не обманула: разбуженный ранним воскресным утром телефонным звонком из Кремля, он уже знал, о чём ему сообщит дежурный: напали немцы. Да, Гитлер начал войну.

Через несколько часов он уже подписывал задания-шифровки, направленные во все легальные и нелегальные резидентуры советской разведки. Это был первый из 1418 дней Великой Отечественной войны.