*5664. КПСС

[«Ъ Власть» Владимира Яковлева]

Журнал "Коммерсантъ Власть" №5 от 28.01.1991

Прошедший 31 января объединенный пленум ЦК КПСС и ЦКК КПСС оказался, по оценкам коммунистов, одним из наиболее мирных за истекшие годы. Наблюдатели полагают, что КПСС выходит из кризиса, очищаясь от "попутчиков" и обретая идейную монолитность, а ее генеральный секретарь Михаил Горбачев возвращает утраченную приязнь товарищей по партии. Поскольку влияние КПСС на своего генерального секретаря (он же - Президент СССР) усиливается, особенный интерес вызывают рекомендации пленума по Кувейтскому кризису.

Гласное освещение пленумов правящей партии продолжалось менее года: стенограммы пленумов появились в печати лишь в феврале 1990 года, но уже из материалов январского пленума 1991 года к публикации намечено лишь
политическое заявление пленума.

Наблюдатели отмечают, что коммунистический enfant terrible лета 1990-го - КП РСФСР - ныне практически задает тон в КПСС. Экономический теоретик ОФТ профессор Алексей Сергеев, обыкновенно резко критиковавший союзное руководство за предательство идеалов коммунизма и покровительство "совбурам", крайне положительно оценил итоги пленума и позицию самого Горбачева.

Интересно, что пленум активно очищается от креатур "летнего" Горбачева - то есть Горбачева времен XXVIII съезда КПСС. Драматург Александр Гельман, на включение которого в состав ЦК КПСС Горбачев на Съезде потратил так много
сил, выведен из ЦК "как утративший связь с партией" (данная мотивировка встречается в истории КПСС впервые). 1-й секретарь самостоятельной КП Эстонии Энн-Арно Силлари, на включении которого в состав Политбюро ЦК КПСС
"летний" Горбачев также активно настаивал, теперь оказался в двусмысленном положении: вторым эстонским членом Политбюро ex officio оказался лидер эстонской КПСС Лембит Аннус. По мнению наблюдателей, на следующем пленуме
единственным полномочным представителем коммунистов Эстонии будет уже Аннус.

Наконец, дружба Горбачева с академиком' Шаталиным оказалась столь же скоротечной, сколь и горячей. Шаталин был приближен к генеральному секретарю ЦК КПСС в феврале 1990 года (тогда он как гость выступал на пленуме ЦК), а в январе 1991 года "пленум ЦК КПСС выражает несогласие с последними выступлениями в печати члена ЦК академика С. С. Шаталина и считает выраженные в них взгляды не совместимыми с членством в КПСС и тем более в ее ЦК". "Вопрос о действиях С. С. Шаталина" будет рассмотрен "после его выздоровления". Прецедент интересен тем, что пока что (последняя волна сдачи партбилетов связана с литовским кризисом) видные представители общественности сами очищались от КПСС, а теперь КПСС начала очищаться от тех, кто не успел от нее очиститься.

Наблюдатели считают, что прошедший пленум во многом подводит черту под кризисом КПСС, бывшей прежде ноевым ковчегом для представителей самых разных общественных движений. Отныне можно говорить об обновленной КПСС,
которая уменьшилась численно, но идейно консолидировалась в рамках осуществляемого ее генеральным секретарем "правого поворота".

В связи с этим особый интерес вызывает сообщение секретаря ЦК КПСС по международным вопросам Александра Дзасохова: "Затрагивалась обстановка в зоне Персидского залива. Пленум призвал государственное руководство страны предпринять необходимые шаги... с целью прекращения военных действий".
Некоторые эксперты полагают, что альянс СССР с "империей зла", как называют США наиболее ортодоксальные коммунисты, может в ближайшее время претерпеть серьезные испытания.

В 1973 году, во время арабо-йзраильской "войны Судного дня", СССР ужесточил в ООН свою позицию по отношению к Израилю в тот момент, когда в ходе войны наметился перелом в пользу Израиля.

[Максим Соколов]

http://www.conservator.ru/lib/msokol/1990.shtml

Коммерсантъ №27 16.7.90
На XXVIII съезде КПСС ничего неожиданного, за исключением, пожалуй, заявления Бориса Ельцина о выходе из коммунистической партии, так и не произошло. Эксперты оценивают уход бывших партийных лидеров в государственные структуры как явное свидетельство утраты коммунистической партией реальной власти в СССР.

По большинству послесъездовских оценок, сами по себе прогнозы, что съезд мог что-то серьезно изменить, были беспочвенными. Многие эксперты сходятся во мнении, что страна уже прошла тот период, когда возможно резкое неожиданное изменение политического курса. Это объясняется тем, что сам по себе нынешний курс является результатом парламентского противодействия политических группировок, а не проявлением чьей-то единоличной воли.

Правые меняют тактику

По большинству оценок, съезд показал, что правые переходят от практики кавалерийских политических атак к парламентским методам, характерным для оппозиции.
Июньские успехи правых больше походили на отчаянную контратаку, поначалу успешную, упорную до фанатизма - и при этом обреченную: нет ни солидных ресурсов, ни надежных тылов. На съезде при выборах на руководящие посты фаворитам противостояли как раз правые, и весь их ресурс оставлял желать лучшего - 501 голос за Авалиани против Горбачева, 776 за Лигачева против Ивашко, т. е. всего 10-15%. И это - от сугубо аппаратного кворума.
Безусловно, опыт стран Балтии показывает, что "партия порядка" в мгновение ока превращается в партию беспорядка - лишь только власть ускользает из ее рук. Тем не менее выдвижение Теймураза Авалиани на пост генсека - явный признак того, что приверженцы авангардной миссии сделали серьезную ставку на популизм, что более подобает партии оппозиционной.
Правила этой игры требуют появления на месте номенклатурных персонажей типа Лигачева людей со стороны, имеющих хоть какое-то отношение к низовым неформальным движениям. Именно этим объясняется выдвижение альтернативной генсеку кандидатуры Теймураза Авалиани, бывшего год назад руководителем кузбасского стачкома, а ныне занимающего куда более правые, чем шахтерские стачкомы, позиции.
До сей поры правые вменяли руководству партии в вину либо либеральные намерения, либо отказ от "социалистических ценностей" (спрос на которые близок к нулю). Выступления Авалиани продемонстрировали новую для правых и вполне парламентскую тенденцию: атаковать не теоретические принципы, а непосредственно Горбачева, обвиняя его не в мнимых, а в действительных грехах; в недостаточной договороспособности, в сведении большой политики к интриге, в беспомощной национальной политике, в туманности экономических воззрений.
Игра несомненно рискованная, но и сулящая больше шансов на успех.

КПСС - правящая партия в оппозиции

Заключительное слово Горбачева, произнесенное 10 июля, свидетельствует, что центр изрядно полевел. Говоря о перспективах сохранения существующей системы, генсек выразился открытым текстом: "Если пойдем так дальше, то, прямо скажу, приведем страну к банкротству".
По большинству оценок, его положение генсека после съезда вполне откровенно сводится к надзору за КПСС, которая без присмотра может оказаться опасна.
Парадокс, по большинству оценок, заключается в том, что КПСС становится правящей партией в оппозиции. Реальная власть переходит от партийных структур к советским. Начинает сбываться прогноз нынешнего российского министра печати Михаила Полторанина: "Президент на первых порах должен сыграть роль патрубка, по которому исполнительная власть перетечет из кабинетов Политбюро, обкомов... в демократические структуры".
После съезда многие эксперты склоняются к тому, что коллапс КПСС - лишь вопрос времени. Примечательно, что и члены Президентского совета Александр Яковлев и Эдуард Шеварднадзе в смягченной форме вторят Ельцину - Попову - Собчаку. Если последние вовсе уходят из КПСС, то ближайшие сотрудники Горбачева уходят из Политбюро, сосредоточиваясь на исполнении чисто государственных обязанностей.

Шестой уж год я царствую спокойно...

Центр в лице Горбачева начинает чувствовать себя все лучше и увереннее в рамках конституционных структур - и манеры приятнее, и люди цивилизованнее. При случае эта мысль доводится до коллег в достаточно жесткой форме. На прошлой неделе Борис Гидаспов (вряд ли неожиданно для Горбачева) предлагал учредить что-то вроде института назначаемых Президентом генерал-губернаторов (а тогда зачем обкомы КПСС?). На этой неделе уже сам Горбачев прозрачно намекнул: "Все находящиеся на службе должны быть лояльными по отношению к правительству. А если это порядочные люди и они не согласны с политикой правительства, то они должны уйти в отставку".
Премьер Рыжков имел случай убедиться, что все реверансы в пользу "социалистических начал" и "недопущения эксплуатации" могут обмануть кого угодно, только не правых, обладающих превосходным классовым чутьем. После того, как Горбачев заявил, что "преимущества рыночного хозяйства доказаны в мировом масштабе", а Лигачев пожелал: "Тот, кто толкает страну на свободные рыночные отношения, тот пусть и станет первым советским безработным", премьеру, очевидно, придется выбирать, и выбор легко прогнозируем.

От судьбы не уйдешь

Общий же итог съезда в том, что никакого итога, собственно говоря, нет. Правые и прежде в основном мутили воду - с большим или меньшим искусством они будут делать это и дальше. Горбачев и прежде все более уютно чувствовал себя в роли надпартийного президента - ныне этот пост становится для него еще уютнее: Левых и прежде интересовало в этой КПСС главным образом ее имущество - если события будут развиваться своим чередом, оно от них никуда не денется.
Роль съезда таким образом свелась к протоколированию неизбежного.

[«Ъ Власть» Владимира Яковлева]

https://www.kommersant.ru/doc/265584
Журнал "Коммерсантъ Власть" №8 от 18.02.1991

День Советской Армии и Военно-Морского Флота Московский горком КПСС, трудовые коллективы города и Московский военный округ отметили нетрадиционным образом. 23 февраля на Манежной площади состоялся митинг в
защиту Вооруженных Сил СССР и в поддержку целостности Союза.

Коммунистам впервые удалось организовать столь массовое мероприятие. По данным милиции, в нем приняло участие около 250 тысяч человек.

Несмотря на мрачные прогнозы демократической печати выступления ораторов, большинство лозунгов и итоговое обращение были довольно сдержанными и почти не содержали ни обвинений в чей-либо адрес, ни конкретных призывов.

Похоже, даже сами организаторы митинга не рассчитывали, что он будет так многолюден. В заявке на проведение митинга, поданной в Моссовет, число его участников определялось в 30 тысяч. И никто не предполагал, что их будет хотя бы столько: многие московские "демократы" выступили против проведения митинга в День Советской Армии, а подкомиссия Моссовета по защите прав граждан даже опубликовала в газете "Куранты" специальное обращение, в котором рекомендовала жителям и гостям столицы "воздержаться от появления на улицах и площадях центра города" во время митинга.

Однако на Манежной площади 23 февраля собралось около 250 тысяч. В основном это были рабочие предприятий, ветераны и военные: десантники, курсанты училищ, слушатели военных академий. Лозунги главным образом призывали защитить единство Союза и Советскую Армию. Некоторые участники Митинга держали более радикальные самодельные плакаты: "России - да! Ельцину - нет!", "Межрегионалов к суду!", однако его ведущие быстро пресекали попытки ярых "антиельпинистов" скандировать: "Позор Ельцину!"

Президент удостоился только двух плакатов из всего множества: большого кумачового полотнища "Поддерживаем М. С. Горбачева" и самодельного плаката Объединенного фронта трудящихся "Горбачева и Ельцина - в отставку!".

Большинство ораторов были сравнительно сдержанны в своих речах и говорили в основном о необходимости отстоять Советскую Родину, ее единство, защитить армию от нападок. Обвинений в чей-либо адрес почти не звучало. Возможно впрочем, что умеренность в речах выступавших частично объясняется тем, что на трибуне стояли лидер российских коммунистов Иван Полозков, первый секретарь МГК КПСС Юрий Прокофьев и председатель КГБ СССР Владимир Крючков.
От выступлений почетные гости воздержались.

Такую подчеркнутую сдержанность организаторов митинга наблюдатели объясняют их стремлением продемонстрировать в первую очередь то, что они пользуются немалой поддержкой москвичей, не вступая при этом в конфронтацию со сторонниками Ельцина. Возможно, определенную роль сыграло и отталкивание от манеры "демократов-экстремистов", которые не обременяют себя заботой об излишней деликатности.
---

[Владимир ВОРОНОВ]

17 ноября 1929 – решением Пленума ЦК ВКП(б) Николай Бухарин выведен из состава Политбюро «как застрельщик правых и капитулянтов».