*1212. Независимая газета: От редакции

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-03-20/2_red.html
20.03.2008

В последние дни Москву посетило значительное число экспертов по России. Это люди, которые формируют позиции и подготавливают решения в американо-российских отношениях. Главное для них, судя по всему, было собрать как можно больше мнений относительно стиля управления и черт характера Дмитрия Медведева. Как с ним работать? Насколько он самостоятелен? Кто станет главным в вопросах внешней политики? Кто будет реально контролировать силовиков?

Американским специалистам кажется, что Медведев другой. Не такой, как Путин. Более мягкий, интеллигентный, юридически подкованный. Непосредственные реакции на конфликтные ситуации формировались в эстетике профессорской семьи, а не дворовых пацанских разборок. На этих рассуждениях базируются ожидания новой оттепели.

Особое внимание обращается на три характерные детали поведения двух лидеров в первые сутки после выборов. Во-первых, Медведев не поблагодарил Путина на Васильевском спуске, хотя сказал спасибо даже избирателям оппонентов. Во-вторых, после заявления Медведева о том, что он займется структурой исполнительной власти, Путин немедленно его подкорректировал: они вместе займутся этим вопросом. В-третьих, на замечание Медведева о том, что по Конституции президент отвечает за формирование внешней политики, тут же последовало уточнение от Путина: внешнеполитический курс России останется неизменным.

Эти нюансы взаимоотношений теперь анализируются с проекцией на будущее. В них видятся и самоходность нового президента, и лидерские амбиции, и потенциальный конфликт на самой вершине власти. Создается ощущение, что американцам очень хочется, чтобы Медведев оказался не Путиным. Чтобы что? Какие вопросы собственной геополитики им без Путина решать будет легче? В какую сторону земного шара расширять НАТО станет комфортнее?

Ответы не очевидны. Более того, кажется, что даже и наивны сами ожидания американских экспертов и официальных лиц. Медведев не с Луны к нам спустился. Он в течение восьми лет являлся одним из самых влиятельных чиновников путинского руководства. Он один из со-зидателей и со-архитекторов того здания новой российской государственности, которая переходит к нему в управление. И, естественно, как любой из творцов, он несет ответственность за недостатки конструкции. Возможно, он даже лучше понимает конструктивные изъяны построенного. А, может быть, как автор и не видит этих недостатков в любимом детище. Авторы часто пристрастны и слепы в вопросах, касающихся дефектов своих произведений. Претензии критиков им кажутся избыточными, поскольку то, что мы имеем сейчас, на их взгляд лучше того, что мы имели в прошлом.

В любом случае, наивными представляются попытки противопоставить Путина и Медведева немедленно, выявить принципиальные различия между ними, предсказать конфликт и раскол элит. Да и само изменение курса маловероятно: не для того было введено в политический оборот понятие «продолжение курса Путина» как лейтмотив двух последних избирательных кампаний.

Медведев много говорит на тему «что делать». Это – очень по-русски. Архетипическая черта нашей ментальности в том, что все знают, «что» надо делать. Мало кто знает, «как». «Как» не в смысле «отнять и поделить», это ближе к «что делать», а «как» – в смысле технологии реализации стратегических замыслов. Цивилизационные различия между типами обществ проходят по линии «как».

Пока в речах нового президента не хватает подробностей про «как». Да и сами аудитории, к которым он обращается, кажутся не вполне правильно подобранными: Институт общественного развития, Общественная палата – не являются теми ячейками нашего общества, от которых зависит реализация стратегических целей страны.

Независимый суд – вот ключевое звено системы модернизации России. Будет такой суд, и все начнет работать на основе энергии масс, снизу. И партию зарегистрируют, и с земли не сгонят, и чиновника укоротят, и бюрократа разоблачат, и независимое СМИ зарегистрируют, и монополию победят.

Но как это сделать? Как?

Эта задача – не для средних умов. Масштаб президентский. Амбиции должны быть тоже президентскими. То есть историческими.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-03-21/2_red.html
21.03.2008

Уходящая неделя принесла россиянам неприятную новость: опять подорожал хлеб. В разных регионах страны – по-разному. Но в среднем белый батон стал стоить на несколько рублей дороже. Как, впрочем, и черный. И даже – серый. Накануне в вечерних новостях ведущих российских телеканалов заговорили о новациях руководителей некоторых областей, которые изобрели так называемую социальную булку. Для тех, кто не знает: это такой хлеб, который предлагается выпекать из смеси самых дешевых сортов муки. Может, говорят авторы проекта, он и будет уступать в качестве, зато обойдется гражданам всего в 12 рублей. Мы это уже проходили. Люди старшего поколения хорошо помнят хлеб времен Хрущева, который, чтобы съесть, нужно было смочить водой, затем потомить в духовке, а после быстро съесть, чтобы он вновь не превратился в камень. Теперь этому же поколению, входящему в самый малообеспеченный слой российского общества, предлагается вспомнить молодость.

Российские власти пока только ищут возможность подешевле накормить свой народ, но при этом уже хорошо знают, как помочь дружественным. В среду в Кишиневе встречали эшелон гуманитарного продовольственного зерна. 15 тыс. тонн высококачественной пшеницы получили молдавские хлебопеки и 4 тыс. тонн фуражного зерна – местные животноводы. Посол России в Молдавии Валерий Кузьмин, передавая груз кишиневским властям, пообещал, что на следующей неделе в молдавскую столицу прибудут новые составы с российской пшеницей. Таким образом, Москва поможет Молдавии, пострадавшей в минувшем году от жестокой засухи. Помощь эту молдавское руководство попросило полгода назад, но паузу в отклике российских властей объяснить можно. Осенью минувшего года президент Молдавии Владимир Воронин еще не считался большим другом России, сегодня же ситуация изменилась, и Молдавия опять вернулась на ближнюю российскую орбиту. Мы, как это было во времена СССР, вновь стали кормить дружеские нам режимы, и на этом направлении подтвердив статус правопреемницы Союза.

В свое время мы кормили многие африканские режимы, предоставляли фактически безвозмездные кредиты странам Ближнего Востока. Вместе с Саддамом Хусейном испарились и 10 млрд. долл., которые Ирак был должен России. Мы не смогли даже поставить эти деньги на кон в интересах российского бизнеса в борьбе за участие в программах по возрождению экономики Ирака. Как известно, по соглашению, подписанному Москвой и Багдадом, задолженность последнего была урегулирована таким образом, что Ираку прощена большая часть долга. Оставшиеся 900 млн. долл. Россия разрешила ему выплачивать в течение 17 лет.

В списке вечных должников России остались Куба, Ангола, Эфиопия и еще много других стран. По словам Владимира Путина, за последние годы Москва списала бедным странам более 30 млрд. долл. долгов. Но, как оказалось, открыла новый долговой талмуд. В него внесены имена новых друзей, которые, как и старые, обещают нас любить долгие годы, но на поверку любят только до очередного исторического перекрестка. И до более выгодного стратегического партнера.

Не совсем ясно, кто из окружающих нас стран нам друг и союзник, а кто попутчик. Так, отправляя эшелонами зерно в Кишинев, мы запретили его экспорт в страны Таможенного союза. И очень этим обидели Белоруссию, которая не только не рассчитывает получить его у нас бесплатно, но теперь не может его у нас купить.

Геополитический замес российской выпечки как в прямом, так и в переносном смысле вызывает чувство несогласия и даже протеста. Если кому-то кажется, что после выборов о своем народе можно заботиться во вторую очередь, то это – цинично. А накормить чужой народ нельзя. Еще никому этого не удавалось. Благодарности не дождемся, а скандалам с перепродажей дарового зерна в третьи страны по мировым ценам – не удивимся.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-03-24/2_red.html
24.03.2008

Подготовка к зимней Олимпиаде 2014 года обременит не только бюджет Российской Федерации, Краснодарского края, города Сочи и участвующих в олимпийском строительстве компаний, но и косвенно ударит по карманам всех россиян. С 1 апреля РЖД повысит на 1% тарифы на грузоперевозки. Обычно тариф увеличивается раз в год – в начале года. При этом Федеральная служба по тарифам пресекает попытки естественных монополий, к числу которых относится РЖД, повысить тарифы сверх утвержденных ею норм и в неурочное время. На этот раз для РЖД сделано исключение.

В оправдание такого раскручивающего инфляцию шага приводятся нужды сочинской Олимпиады. По расчетам РЖД, дополнительная индексация позволит компании дополнительно получить за три года примерно 25 млрд. руб., которые будут пущены на повышение пропускной способности железной дороги Туапсе–Адлер, строительство новой ветки из Сочи в Красную Поляну и возведение складов для хранения стройматериалов.

Спору нет, расширять железнодорожные сети под олимпийские нужды необходимо, как и строить прочие объекты инфраструктуры под Игры-2014. Однако почему это нужно делать за счет введения дополнительного побора с компаний-грузоперевозчиков, которые будут вынуждены переложить по цепочке эти траты на конечного потребителя перевозимой по железной дороге продукции, то есть на население, неясно. Есть же ведь вполне профицитный бюджет РЖД, которые в итоге получат в управление построенные объекты и смогут от их эксплуатации получать дополнительный доход. В ноябре прошлого года замминистра транспорта Александр Мишарин докладывал на правительстве, что по итогам 2007 года чистая прибыль РЖД должна была составить 76 млрд. руб. На текущий и последующие годы запланирована меньшая чистая прибыль: 16,4 млрд. – на 2008-й, 16,2 млрд. – на 2009-й и 26,6 млрд. – на 2010 год. Однако и эти суммы с лихвой перекрывают указанные затраты на строительство железнодорожной олимпийской инфраструктуры.

Даже если вдруг расчеты на текущую прибыльность РЖД не оправдаются, есть еще федеральный бюджет. Учитывая, что новые железные дороги окажутся в госсобственности даже после грядущей реорганизации РЖД, было бы логично, чтобы государство строило для себя новые железнодорожные пути за свои деньги. Тем более что этих денег столько, что властям приходится ломать голову, по каким бы новым фондам их разместить, чтобы они если не прибыль принесли, то хотя бы не сильно обесценились. Только за 2007 год профицит федерального бюджета составил 1,8 трлн. руб., а за два первых месяца этого года – 416,7 млрд. руб. При этом Резервный фонд к 1 марта вырос до 3,1 трлн. руб., а Фонд национального благосостояния – до 777, 03 млрд. руб. Отметим, что, по прогнозам правительства, бюджетный профицит сохранится как минимум до 2010 года, так что указанные фонды будут ближайшие два-три года и дальше распухать, а оппозиция критиковать власти за вложение накопленных резервов в рискованные в плане доходности заокеанские активы.

Опасения сторонников сохранения госрезервов на черный день, что, если начать их тратить, Россия вступит в финансовый кризис неподготовленной, понятны, но неужели 25 млрд. руб. для РЖД на фоне накопленных резервов критичны? Впрочем, и тут можно найти некое нерадостное оправдание действиям властей. Не исключено, что внеплановый рост тарифов РЖД под нужды Олимпиады – лишь один из многих планирующихся к введению скрытых налогов. Вдобавок к железной дороге в Сочи потребуется еще строить и расширять автотрассы, морские порты, выкупать землю собственников, собственно строить олимпийские объекты. Все эти расходы, по официальным признаниям, окончательно не просчитаны. Следует готовиться к их многократному росту с ныне запланированных чуть более чем 300 млрд. руб. Неясны до конца и механизмы дополнительного финансирования. Не исключено, что введение олимпийского тарифа РЖД – это только первая попытка нащупать механизмы финансирования Олимпиады за счет частных компаний и населения.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-03-25/2_red.html
25.03.2008

Коррупция, по признанию первых лиц страны и по убеждению большинства ее граждан, – главное зло современной России. Разрушающее действие она оказывает и на политику, и на экономику, и на нравственное состояние общества. В условиях тотальной коррупции, наконец, невозможно осуществление объявленного плана развития страны до 2020 года.

Между тем в РФ до сих пор отсутствует соответствующее законодательство. В позапрошлой Думе появился было проект на эту тему, однако его отклонили – под предлогом того, что ожидается поступление антикоррупционного документа от самого президента. И на исходе прошлого года действительно появился пакет законов, подготовленный помощником Путина Виктором Ивановым. И даже получил «добро» в Совете безопасности. Однако на публике так и не появился.

Принято считать, что от коррупции общество защищает закон о предоставлении чиновниками имущественных деклараций. Но Верховный суд, изучивший судебную практику, пришел к выводу: если госслужащий уклоняется от предоставления обязательной декларации, его нельзя даже оштрафовать. В Кодексе РФ об административных нарушениях нет соответствующей статьи. Кодекс не предусматривает ответственности госслужащих за несоблюдение служебных ограничений.

Как получилось, что важнейшая проблема оказалась отложенной в долгий ящик? Антикоррупционные законы – оружие обоюдоострое. Политик, взявший его в руки, с одной стороны, получает возможность контроля элиты. С другой – и сам может оказаться жертвой расследования.

Гражданам, по большому счету, все равно, кто будет руководить процессом. Людям просто надоело давать взятки на каждом шагу – за лечение, за детский сад, за поступление в школу или вуз, за роды и похороны. Они понимают: тем, кто берет, служит индульгенцией коррупция на самом верху властной пирамиды. И когда федеральные каналы в очередной раз, обычно – в разгар избирательной кампании, демонстрируют «оборотней», только скептически улыбаются.

Однако и закон, если он вдруг будет представлен и принят Думой, проблемы не решит. Нужен суд, который непредвзято воспользуется этим оружием. То есть – независимый. Тот, что прочно встроен сегодня во власть, станет применять закон избирательно, и это убьет идею на корню. Залог успеха любой корпорации – в децентрализации полномочий и ответственности. Государство подчиняется тем же законам и потому так нуждается в разделении властей.

Внутрицеховая этика «ордена меченосцев», людей, призвавших себя на спасение России от распада и разложения, после известного письма главы Госнаркоконтроля Виктора Черкесова также представляет серьезную проблему в борьбе с коррупцией. Закрытость системы, стремление оставить все внутри себя, очевидно разросшиеся бизнес-интересы людей в штатском – все это институциональные особенности российской правовой (неправовой) системы.

Как демонтировать этот институт, сохранив его заточенность на содержательные проблемы по профилю деятельности, – задача для Дмитрия Медведева из наисложнейших. Потому что означает перерыв преемственности в отдельно взятой сфере жизни российского общества и государства.

Исходя из логики предвыборной кампании, сделать это без Владимира Путина невозможно. Стало быть, революционные меры борьбы с коррупцией станут первым совместным проектом нового властного тандема. Пожелаем ему удачи.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-03-26/2_red.html
26.03.2008

Дмитрий Медведев дал интервью британской газете. Кто бы ни принял решение относительно того, что с первым интервью после избрания на пост президента Дмитрий Медведев должен выступить в иностранном издании, это решение выглядит ошибочным. Ошибочным и симптоматичным. Симптоматичным в том плане, что сигнализирует миру: Россия – не совсем современная, не совсем демократическая, не совсем западная или европейская страна.

Потому что в современных, демократических, западных, европейских странах избранный президент не может дать первое интервью иностранному изданию. Условно говоря, нельзя представить, чтобы Николя Саркози пригласил на свою первую беседу после избрания на высший пост журналистов из «Российской газеты», а Барак Обама – из «Известий». Исключено. Потому что избиратели не поймут. И СМИ не поймут. И вместе они начнут допытываться у такого лидера, почему для него важен читатель из далекой страны – не метрополии. Вопросы к Дмитрию Медведеву: как он себе представляет читателя Financial Times, его социально-политический портрет, так сказать. И что этот читатель значит для президента Российской Федерации.

Мы поинтересовались у коллег из зарубежных СМИ, припомнят ли они случаи, когда их избранные лидеры «право первой ночи» отдавали иностранным конкурентам. Не припомнили.

Хорошо еще, что у нас не ведется борьба с космополитизмом и низкопоклонством перед Западом, как 60 лет назад. Воистину мы живем в другой России.

Скорее всего Дмитрий Медведев руководствовался соображениями имиджевой целесообразности. С российским народом, ему кажется, у него проблем нет. 72% голосов – верный аргумент. А с западным общественным мнением – есть. Став президентом огромной страны без дебатов, Медведев непонятен Западу. Кто он: самостоятельный лидер или инструмент Владимира Путина? Удобный и управляемый? Вопросы на грани фола, но именно их задают журналисты и эксперты из стран с развитой рыночной экономикой, когда пытаются постичь будущее России.

Когда Медведев говорит британцам: «Свобода лучше, чем несвобода», то они скорее всего не понимают его. Или точнее: не понимают, почему именно им он говорит именно это. С таким же успехом он мог заявить, что зубы лучше чистить два раза в день, а руки мыть каждый раз, когда садишься за стол. Примитивность тезиса «свобода лучше несвободы» больше, чем что-либо еще, свидетельствует о проблемах со свободой в России. Да и такой трактовки проблемы недостаточно. «Свобода и несвобода» – не абстракции. Для России в отличие от Британии это проблема первого и практического ряда актуальности. Контроль над СМИ, особенно в регионах, со стороны властей, в том числе и через механизм финансирования, – серьезный политический вопрос. Что об этом думает Медведев – интересно и важно и для России, и для всего мира. Следствие несвободы – асимметричность информации и искаженное представление людей о происходящих процессах, ложные надежды и ожидания. Кстати, асимметричная информация – главная причина провалов рынка. Провалы рынка требуют вмешательства государства. Государство сильно искажает характер конкуренции и, как правило, отрицательно влияет на эффективность. Увеличивает издержки и бюрократию.

Асимметричность информации удаляет Россию от рынка и процветания. Когда Медведев говорит о четырех «и» как стратегии реализации целей, стоящих перед страной, он забывает, что без пятого «и» – информации – и его четыре «и» превращаются в благие пожелания.

Между тем отечественные СМИ годами простаивают в некоем неофициальном «листе ожидания», добиваясь права на беседу с первым лицом. На мероприятия с участием Медведева допускают лишь избранных. К примеру, нашего журналиста не аккредитовали на заседание Госсовета, которое будет проводить избранный президент.

Создается впечатление, что пресс-секретарю Медведева Наталье Тимаковой кажется, что сопровождать президента – привилегия журналиста и издания. Которую надо заслужить. У нас иное мнение. Это Медведев должен быть заинтересован в том, чтобы общество было адекватно информировано о его позиции.

Нужна не пропаганда примитивных ценностей типа «бить жену нехорошо», а серьезный, содержательный разговор с российским обществом о путях решения проблем, мешающих жить и развиваться.

Без посредников в лице читателей с туманного Альбиона.

Продолжение темы:

Странный способ общения со страной: интервью Медведева рождает больше вопросов, чем ответов.
Спецслужбы не должны соперничать за богатства: Дмитрию Медведеву, по его словам, неизвестны факты соперничества спецслужб за перераспределение богатств; эта проблема, по словам опрошенных «НГ» экспертов, существует.
Сотрудничество с оглядкой на национальные интересы: В интервью британской Financial Times Дмитрий Медведев сделал ряд важных внешнеполитических заявлений.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-03-27/2_red.html
27.03.2008

На территории Северного Кавказа в данный момент действуют 400–500 участников незаконных вооруженных формирований. О чем вчера заявил главком Внутренних войск МВД РФ Николай Рогожкин. «Их надо всех считать вместе на территории всего Северного Кавказа», – подчеркнул генерал.

Заметим, что такая цифра звучит из уст военачальников регулярно. И если она соответствует действительности, можно с уверенностью утверждать, что сепаратисты в регионе пополнения не получают (а если кто-то и уходит в горы, то их число не слишком значительно). То есть идеология создания «халифата от Черного до Каспийского морей» на Северном Кавказе давно уже не имеет широкой поддержки у населения. Между тем там по-прежнему раздаются взрывы, слышны перестрелки, регулярно происходят боестолкновения. Спрашивается, почему и ради чего воюют боевики.

Примечательно, кстати, что в регионе, к счастью, давно уже не совершаются теракты в отношении мирных жителей. Объектами атак боевиков в последнее время становятся в основном сотрудники правоохранительных органов, главы муниципальных администраций, чиновники, от которых во многом зависит распределение огромных денежных потоков, направляемых федеральным Центром в национальные республики Северного Кавказа.

Создается впечатление, что имеет место не столько борьба оставшихся 400–500 боевиков за создание неких анклавов «исламского радикализма», то есть за выход Чечни, Ингушетии или, к примеру, Кабардино-Балкарии из состава России, сколько жестокая схватка оказавшихся вне власти (а значит, и финансовых потоков) местных кланов, готовых на все, чтобы изменить ситуацию и во власть вернуться. Боевики, похоже, лишь выполняют заказ этих кланов, ставя главной своей целью дестабилизацию ситуации в той или иной республике. В надежде, что в результате Москва пойдет на смену руководства республикой, а это дает шансы обиженным снова получить вожделенные чиновничьи кресла.

Наиболее наглядный тому пример – Ингушетия, которая на сегодня, пожалуй, самая горячая точка Северного Кавказа. Именно здесь чаще всего происходят нападения на сотрудников силовых структур, работников прокуратуры, чиновников различного уровня. Но, судя по всему, никакого отношения к сепаратизму это не имеет. Скорее всего речь идет о попытке свергнуть власть нынешнего главы республики Мурата Зязикова – он не устраивает те кланы, которые после его прихода к руководству Ингушетией, как говорится, «остались не у дел».

В итоге всю реальную оппозицию нынешнему главе республики составляет «кружок любителей сайта Ингушетия.ру». Даже широкого разрекламированный «Конгресс ингушского народа» то ли состоялся на подпольной квартире, то ли вообще не проходил. Зато «обращение» к президенту России с требованием отставки Зязикова он умудрился принять.

Если данная версия о причинах непрекращающихся терактов на Северном Кавказе верна, а есть немало оснований, что это действительно так, покушения на чиновников и силовиков в регионе будут продолжаться. Оказавшиеся на обочине представители влиятельных кланов будут воевать с конкурентами до тех пор, пока видят, как те, кто ныне у власти, пользуясь доступом к бюджетному пирогу, строят шикарные коттеджи и разъезжают на иномарках последних моделей.

И пока федеральный Центр не выстроит жесткую вертикаль контроля над солидными суммами, идущими из бюджета на Северный Кавказ, пока каждый находящийся у власти нечистый на руку местный чиновник не поймет, что может быть схвачен за руку и тогда придется ответить за нарушения закона, стрельба в регионе не утихнет.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-03-28/2_red.html
28.03.2008

Цены на книги растут, спрос – падает. Стремительным домкратом, как сказал бы персонаж Ильфа и Петрова Ляпис Трубецкой. Разнообразие тоже растет, а читают только Донцову, Устинову и Шилову.

Василий Васильевич Розанов утверждал: «Дешевые книги – это некультурность. Книги должны быть дороги. Это не водка. Книга должна отвертываться от всякого, кто при виде на цену ее сморщивается... Книга вообще должна быть горда, самостоятельна, независима. Для этого она прежде всего должна быть дорога». Оригинально, парадоксально, но для читателя и для чтения губительно. Тот же Пушкин стал «нашим всем» именно после того, как был напечатан (в 1899 году) массовым тиражом и продавался по низким ценам. А ведь Пушкин, думается, никакая не водка. Пушкин гораздо полезнее и уму, и сердцу.

Обратимся к статистике, которая, по утверждению Ильфа и Петрова, знает все. Показатели российского книгоиздания, недавно обнародованные Книжной палатой, на первый взгляд обнадеживают. В 2007 году в России было зарегистрировано 108,8 тыс. наименований книг и брошюр (в 2006 году – 102,3 тыс.). Для сравнения: в советские времена в РСФСР рекорд был зафиксирован на уровне 52 тыс. названий, общесоюзный же показатель никогда не превышал 84 тыс. Сегодня Россия уверенно занимает третье место в мире по количеству ежегодно выпускаемых книг, уступая лишь Китаю и США.

Но радоваться тут нечему. Рекордное количество выпускаемых названий говорит не столько об эффективности книжного рынка, сколько о кризисной ситуации в отрасли – перепроизводстве наименований при падении спроса. Доля книг в структуре покупательских расходов уменьшается. Все большее количество потенциальных покупателей утоляют свой информационный голод с помощью TV, DVD, интернета. Книга перестает быть «демократичной», доступной, розановские страшные мечты сбываются. Однако только книга предполагает рефлексию, саморазвитие, настоящий диалог. Телевизор или порносайт – это, конечно, очень интересно, для кого-то даже познавательно, но они не заменят Фета, Блока, Ницше, Платона. Даже телепередача про Фета, Блока, Ницше, Платона вторична, все тщательно пережевывает и разжевывает, и зрителю приходится только глотать, а не думать. Глотать может и животное, и рыба, и птица.

Но вернемся к цифрам. При ежегодном производстве более 100 тыс. наименований книг и брошюр, средний ассортимент книжного магазина не превышает 20 тыс. наименований. Возникает «эффект бутылочного горлышка», когда книготорговые сети просто не в состоянии пропустить через себя такое количество названий.

Кроме того, в России арендная плата за помещение, где можно продавать книги, – европейская, а стоимость книг – в 3–4 раза меньше европейской. Эта стоимость в 2007 году выросла на 15–17%, причем рост арендных ставок опережал рост доходов от продаж. Поэтому эксперты предсказывают ускорение роста цен на книги до европейского уровня. А когда цены растут, спрос падает.

Другая тревожная тенденция – консолидация книжного рынка. «Акулы» наступают: сейчас десять крупных издательств контролируют уже 50% рынка (при этом «АСТ» и «Эксмо» – по 15% издательского рынка). У крупных издательств есть собственные региональные сети распространения, которые растут со скоростью большей, чем средняя скорость рынка. Мелкие и средние издательства вынуждены пользоваться услугами региональных оптовиков, что гораздо менее эффективно. По сути, они обречены на маргинальное существование. Так что путь к читателю для большинства авторов по-прежнему тернист.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-03-31/2_red.html
31.03.2008

В ночь с пятницы на субботу штаб-квартира НАТО выпустила заявление, в котором призвала Россию «приостановить мораторий на Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ)». «Мы призываем Россию прекратить действие «приостановления» (моратория) и работать с нами для достижения базового соглашения о пакете параллельных действий с тем, чтобы мы могли совместно сохранить выгоды этого вехового режима», – говорится в заявлении Североатлантического альянса, поступившем в информационные агентства. В нем выражается готовность членов НАТО продолжить диалог с Россией по всем вызывающим обеспокоенность сторон вопросам, а также по скорейшему вступлению в силу соглашения об адаптации.

Но что такое адаптированный ДОВСЕ и что такое «параллельные действия»? Первое означает, что ситуация с договором будет приведена к условиям, где НАТО признает отсутствие второго его участника – почившего в бозе еще в начале 90-х годов прошлого века Варшавского договора. На чем настаивает Россия. Кроме того, она требует, чтобы количество вооружений, распределенное между нынешними участниками ДОВСЕ и Россией, в зоне действия договора было приведено к таким минимальным величинам, чтобы не создавалась угроза внезапной агрессии ни с одной стороны. Второе положение брюссельского заявления связано с первым – этот процесс будет идти параллельно с ратификацией странами – участниками адаптированного договора. Чего, кроме России, Белоруссии, Казахстана и Украины, за последние девять лет пока не сделал никто.

Все эти действия Брюссель опять обусловил требованием к России вывести свои войска из Грузии и Молдавии. На что, видимо, в отсутствие на рабочих местах в выходной день других политиков, уже отреагировал только постоянный представитель Москвы при НАТО Дмитрий Рогозин. Он заявил, что распространенное в ночь на субботу заявление «никоим образом не учитывает замечание российской стороны». Фактически альянс повторил все те же условия, которых он придерживался все эти годы, когда ДОВСЕ действовал только на пользу стран – участниц самого НАТО. Естественно, Россия с этим, как заявил президент Владимир Путин, по решению которого и был «заморожен» ДОВСЕ, не могла согласиться и, конечно же, не согласится впредь. «Сначала процесс ратификации адаптированного договора, – предложил Кремль, – и только потом разговоры о его размораживании».

Если все это знают в Брюсселе, то зачем очередное «бесплодное» заявление? Ответ прост – там накануне очередного саммита НАТО в Бухаресте и встречи глав государств на Совете Россия–НАТО стремятся переложить вину за отсутствие мер доверия в Европе (а именно этим в первую очередь и ценен Договор об обычных вооруженных силах в Европе) на Кремль. Мол, Североатлантический альянс и так и эдак готов сотрудничать с Москвой, а она, несговорчивая, не хочет выполнять обязательства, что взяла на себя еще в 1999 году в Стамбуле. Но в российской столице уже устали повторять, что никакого отношения стамбульские обязательства к процессу ратификации адаптированного ДОВСЕ не имеют. Это два разных документа, и их искусственная увязка западными странами никак не способствует взаимопониманию между договаривающимися сторонами.

Судя по новому заявлению из Брюсселя, оживить ДОВСЕ так и не удастся – ни в Бухаресте, ни в Сочи, куда собирается приехать на встречу с Владимиром Путиным президент США Джордж Буш. И отношения с Брюсселем и с Вашингтоном вновь избранному президенту России Дмитрию Медведеву придется начинать с чистого листа, запятнанного с противоположной стороны кляксами военно-дипломатических непоняток.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-04-01/2_red.html
01.04.2008

Первоапрельский визит президента США Джорджа Буша в Украину – не просто первая остановка в зарубежном турне. После Киева Буш посетит Бухарест, где 2–4 апреля пройдут саммит НАТО и саммит Россия–НАТО, затем – Хорватию. В конце поездки, 6 апреля, президент США прибудет в Сочи по приглашению президента России Владимира Путина.

Значимость пребывания Буша в Киеве состоит в том, что оно, как камертон настройщика, должно задать тон всей поездке. Ведь именно там Бушу предстоит дать ответ на вопрос о перспективе членства Украины (а заодно и Грузии) в НАТО. Это не просто важная тема обсуждений в Бухаресте, но и, возможно, центральная в отношениях между Москвой и Западом.

Буш торопится с ответом не только из-за нетерпения, которое проявляют некоторые политические круги в Киеве. Он прибег к «превентивной» дипломатии, чтобы упредить тех, кто, возможно, задумал перечить ему в Бухаресте.

Несогласные с такой перспективой действительно есть и в самом альянсе, и в Украине. В Североатлантическом союзе за осторожный подход к вовлечению в НАТО Украины и Грузии выступает Германия. В зависимости от того, как пойдет дискуссия, к ней могут присоединиться и другие. Еще важнее то, что против участия в НАТО Украины выступают широкие круги украинского населения. Прибытие Буша в Киев совпадает с демонстрациями против НАТО на улицах украинской столицы и в ряде других городов.

У Буша свой ответ на все эти возражения и протесты. В интервью немецкой газете Die Welt накануне отъезда в Европу Буш заявил: «Речь идет не о членстве, а о праве заявки на него. Я думаю, в наших интересах четко обозначить Грузии и Украине перспективу».

Беседовавший с президентом журналист напомнил о словах избранного президента РФ Дмитрия Медведева о том, что он «решительно против предоставления Украине перспективы членства в НАТО». И назвал приведенную им цифру: лишь 20% украинского населения хотят вступления в НАТО. Россия, по словам Медведева, не может радоваться приближению к ее границам военного блока, к которому она не принадлежит.

«Во-первых, демократические страны не склонны к войне, – заверяет Буш. – Во-вторых, мы не собираемся сооружать в Украине постоянную базу. Я уже неоднократно ясно говорил, что никакие войска НАТО не должны размещаться в Украине на постоянной основе».

Что же в конце концов касается мнения украинского населения, то можно провести опросы. «Но ведь мнения меняются», – считает Буш. – Если в соответствующее время состоится референдум и большинство выскажется против вступления, то его и не будет. Но решение должно быть принято не извне, а самими людьми».

Если внимательно вчитаться в слова американского президента, то становится ясно, что он верит во вступление Украины (как и Грузии) в Североатлантический альянс и уверен, что референдум окажется в пользу вступления.

И все же, думается, ссылки на решение вопроса самими украинцами через референдум направлены на то, чтобы отодвинуть в сторону аргументацию оппонентов приема Украины в НАТО. Мы, мол, не принимаем эту страну, а лишь «даем шанс», который ко всему прочему обеспечит реформирование ее экономики. При этом даже учитываются озабоченности Москвы.

Все это напоминает заявления, которые делал в начале 90-х годов президент США Джордж Буш-старший. В своем обращении к украинскому парламенту в Киеве 1 августа 1991 года, на следующий день после подписания в Москве Договора СНВ, он осудил «самоубийственный национализм, основанный на этнической ненависти». Его речь в США поспешно назвали Chicken a la Kiev («цыпленком по-киевски»). Президент якобы хотел остановить движение Украины к независимости. Лишь позднее сам Буш пояснил, что задача была иная – способствовать достижению независимости Украины, не нанося ущерба целям Вашингтона в отношении Москвы.

Примечательна судьба других заверений Буша-старшего, прежде всего его обещания не перемещать базы НАТО на Восток после воссоединения Германии. Не оформленные официально, на бумаге они так и остались пустыми обещаниями. Поразительно, что стратагемно мыслящий и тактически изощренный Буш смог даже сохранить дружбу с Михаилом Горбачевым, которого он так обманул.

Сын, похоже, унаследовал таланты отца и прежде всего способность по-адвокатски умело выстраивать аргументацию в пользу собственной позиции. Результатом этих усилий, похоже, станет еще один «цыпленок по-киевски». И опять же это блюдо окажется не по вкусу ни россиянам, ни украинцам.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-04-02/2_red.html
02.04.2008

В последнее время с партией «Яблоко» происходят странные метаморфозы. Изменилась риторика лидера. Из последовательного и резкого критика власти Григорий Явлинский становится ее благожелательным партнером. И в этом качестве он уверенно выступил вскоре после завершения парламентской кампании.

Параллельно шли два процесса. С одной стороны – усилились внутренние разногласия в партии. Заметим – в самых боеспособных ее отделениях: в Петербурге и Петрозаводске. С другой стороны, растет интерес Кремля к этой структуре. Явлинского пригласили в Кремль, и Путин долго с ним беседовал. Стало ясно, что партию готовят к новой, более значимой роли на политической сцене.

Большой соблазн для отечественной оппозиции – поверить в партнерский характер отношений с властью. Выныривая из политического небытия, попадаешь сразу под свет юпитеров. В центр событий. На телеэкраны – в новостные выпуски федеральных каналов. И сами собой всплывают вдруг в твоем лексиконе несвойственные ранее уничижительные выражения в адрес «неправильных» олигархов и «враждебных» СМИ. По заказу «НГ» компания «Медиалогия» сравнила число упоминаний в СМИ Никиты Белых и Григория Явлинского. У второго обнаружилось почти четырехкратное превосходство.

Перемены, случившиеся с «Яблоком», как и усилия власти по переформатированию партии в лояльную структуру, симптоматичны. Любая политическая активность в России по-прежнему исходит из Кремля. Было много проектов. Кто сегодня вспомнит «Родину»? Похожая ситуация с СПС: ее финансированием занимается РАО «ЕЭС» через Анатолия Чубайса. Так считают все, включая президента. Чубайс же утверждает, что к СПС никакого отношения не имеет. При этом именно он решает, что Немцову лучше приостановить свое членство в организации, а Ирине Ясиной не стоит входить в тройку лидеров партии на выборах.

Время от времени Кремль создает новые проекты на право-либеральном фланге. Партии-однодневки, единственное предназначение которых – сыграть роль оппозиции на выборах. Поскольку отсутствие в политическом спектре такого рода структур слишком бросается в глаза западным наблюдателям.

Многим кажется, что грядут перемены с оттенком либерализации. Политологи заговорили о новой оттепели. Правда, к этим разговорам в Кремле относятся плохо, как к неуместным. Если ждут оттепели, значит сейчас – заморозки? В переходе к оттепели от заморозков совсем нет никакой преемственности. Это – другая климатическая среда. А народ проголосовал за преемственность. Аналитики пытаются постичь фразу избранного президента о том, что «свобода лучше несвободы», находя в ней потаенные смыслы. Потребность в солидной демократической структуре в свете возможного «нового курса Медведева–Путина», не исчезла.

Важно отметить, что власть понимает простую истину: без свободы нет процветания. И поэтому задумывается о приемлемой для себя форме свободы. В этом и таится слабость подхода. Свобода сверху – хрупка и эфемерна. Хозяин – барин: хочу дам, а хочу – отберу. Лимиты свободы, спущенные сверху, всегда дефицитны, а часто и расточительны. Потому что ее распределение может быть несбалансированным между реципиентами.

Но и свобода снизу не менее хрупка и эфемерна. За десять лет ни одна партия институционально не укоренилась без поддержки Кремля. Это – тоже факт, от которого отмахнуться нельзя.

Скорее всего мы будем свидетелями очередной попытки вдохнуть жизнь в старый демократический бренд. Однако социал-демократический пафос «Яблока» делает его существенно левее политики правительства. Как из этого получить правую влиятельную партию – одному Богу известно. А может быть, кому-нибудь еще.