*138. Текущие границы бесстрашия

[Виктор Шендерович]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23670
11 НОЯБРЯ 2013 г.
Этот длинный текст мемуарного характера является назойливой попыткой нравоучения — в четырех эпизодах, с эпилогом.

Эпизод первый. Театр

Некоторое время назад один московский театр заинтересовался одной моей пьесой. Заинтересовался до такой степени, что мне позвонил главный режиссер, почтенный интеллигентный человек.

Несколько дней спустя мы пили чай у него в кабинете, а потом гуляли по пустынному фойе театра, среди актерских портретов, обсуждая распределение ролей. Потом было лето. Потом, в сентябре, состоялась читка моей пьесы на труппе — правда, почему-то уже без меня.

А потом у главного режиссера и в самом театре резко изменились обстоятельства. Я узнал об этом из прессы и догадался, что постановки, видимо, не будет. И стал ждать завершения сюжета — в виде звонка от интеллигентного пожилого человека.

Это казалось мне очень простым и, в сущности, совершенно естественным действием: позвонить и извиниться. Ну, не извиниться даже — объясниться. Никаких обид бы и не было — живем, чай, не на облаке; все понимаю: Капков, ветер перемен…

Но режиссер так и не позвонил.

Хотя только что поил меня чаем с конфетами, читал мне наизусть хорошие стихи великих русских поэтов и говорил, какая для него будет радость работать над моей пьесой и как он вообще рад, что я появился в его жизни…

Недавно я встретил его в фойе другого театра — он посмотрел сквозь меня, не меняя интеллигентного выражения лица.

Эпизод второй. Артист

Он должен был выступать на концерте в поддержку политзаключенных, который я вел, — замечательный музыкант, мой приятель. Дал согласие, был объявлен в афише.

А потом застремался и не пришел. Вот просто не пришел, и все.

«Уважительной причиной для неявки артиста на спектакль является смерть»; в этой театральной шутке шутки совсем немного. Твое имя в афише, и это означает, что ты будешь в это время в этом месте. И не приведи тебе бог обстоятельств, которые извинят твое отсутствие.

Но живем, опять-таки, не на облаке… Отпраздновал труса, бывает. (Хотя, видит бог, напрасно отпраздновал, напрасно! И Алексей Кортнев, и Даниил Крамер, и Игорь Бриль играли на этих концертах, и никому ничего потом не перекрыли.)

Но — позвони хотя бы!

Не позвонил. И выбыл из числа друзей, в буквальном смысле по умолчанию.

Недавно мы случайно встретились на одной тусовке. Он был очень рад меня видеть! Так рад, что я даже не набрался духа напомнить ему про тот эпизод. Мне было неловко по результатам этой встречи — ему, кажется, нет…

Эпизод третий. Концертная площадка

Вы уже все поняли, да? Правильно поняли.

Да, все именно так и было: позвонили, позвали выступить, говорили прекрасные слова… Мы договорились о дате — за год, впрок.

И вот она приблизилась, эта дата, и я начал приглашать людей. Люди спросили: а во сколько начало? Сейчас уточню, ответил я и заглянул к ним на сайт.

А меня там нет. Вот — просто нет, и все.

А всего-то было дел позвонить и сказать: Виктор Анатольевич, извините. Переоценили свое гражданское мужество, ха-ха. Вместе бы и посмеялись, клянусь. Не в первый же раз…

Эпизод четвертый. Телевидение

Может, уже расскажете сами, вместо меня?

— Не хотите тряхнуть стариной? — спросила меня владелец телеканала, ну, скажем, «Морось» Наталья С. (Даже не знаю, как еще надежнее зашифровать это имя.)

И предложила мне придумать для ее телеканала сатирическую программу. Как «Куклы» было чтобы. Чтобы все смотрели!

Отчего ж не придумать: придумал. Послал описание программы по указанному мейлу. Получил в ответ эсэмэску, состоявшую из сплошных восклицательных знаков: замечательно! гениально!

Ну, гениально не гениально, а идея была и впрямь симпатичная, с хорошими возможностями для звонкого степа на федеральных костях.

Завтра же приступаем, сказала владелец канала.

Но живем-то, вы помните, не на облаке… Поэтому я, переживший в позднепутинские годы с полдюжины аналогичных предложений тряхнуть стариной (с последующим бесследным исчезновением собеседников с горизонта), сам сказал Наталье С.:

— Вы не спешите. Посоветуйтесь все-таки там, наверху. Потому что — я же все понимаю…

Да и как тут не понимать, на четырнадцатом году этого счастья? Отпилят ноги ржавой ножовкой, отнимут бизнес, а пойдешь на принцип — начнут, прямо на тебе сидя, укреплять закон. Посоветуйтесь там, говорю, чтобы нам с вами зря головами воздух не греть.

Наталья С. ответила с благородным металлом в голосе:

— Я на канале все решаю сама. Завтра вам позвонит продюсер.

Прошло полтора года.

Продюсер так и не дозвонился.

Наталья С. — тоже.

Эпилог

Живем не на облаке. И особых претензий к людям по поводу того, что не каждый первый из них летчик Гастелло и Валерия Новодворская, я не имею. Хотя, замечу, своей готовностью лечь ничком они сами и создают в стране соответствующую тухловатую атмосферу…

Но здесь-то разговор даже не об этом!

Этот нравоучительный текст мемуарного характера — о необходимости соблюдения элементарных правил приличия, вне зависимости от политического строя.

Потому что нельзя же так, сограждане, мать вашу!

Ну, правда же, нельзя!

Строй строем и времена временами, но ни Путин, ни Роберт Мугабе, ни аятолла Хомейни не могут помешать человеку поменять носки, вымыть руки перед едой и перезвонить, если встреча отменяется.

[Виктор Шендерович]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23841
28 НОЯБРЯ 2013 г.

ИТАР-ТАСС

Поставить на Красной площади домик-сундучок фирмы «Луи Витон» — это, стало быть, позор и оскорбление святынь.

Так и запишем.

Кладбище по соседству, наполовину состоящее из убийц, с мумией главного убийцы в отдельной пирамиде — это, значит, не позор, а как раз вот эта самая святыня и есть.

Миллионы стертых в пыль — эффективный менеджмент.

Кровь интервенций — издержки заботы о священных рубежах.

Бросать на жилые массивы вакуумные бомбы — восстановление конституционного порядка. Расстреливать авиацией колонны беженцев — забота о территориальной целостности государства.

Распылять артиллерийскими снарядами трупы насмерть запытанных — борьба с терроризмом. Душить заложников газом и стрелять из танков по заминированной школе с детьми — тоже борьба с терроризмом.

Не пускать норвежцев к тонущим морякам и врать, что все давно погибли — охрана государственной тайны. 110% судорожно голосующих за нового президента Путина в последние часы перед закрытием участков — честные выборы. Своровать голоса, избить протестующих и засунуть их в клетку в назидание остальным — тоже честные выборы.

Статьи Политковской — нанесение вреда России. Рамзан Кадыров —России Герой!

Каспаров и Гуриев — пятая колонна, Кобзон и Лепс с Тайванчиком — элита страны.

Стас Михайлов — вокал, Шилов — живопись.

Данилкин — это у нас правосудие, если кто забыл.

Мамонтов — свобода слова. Он же и православие, прости господи.

Войти всем руководящим кооперативом в список «Форбс» — удача бизнесмена. Под шумок распилить полсотни миллиардов долларов — торжество идеалов олимпизма!

Угробить пяток-другой детдомовских инвалидов, лишь бы они не достались американским усыновителям, — патриотизм! Угробить еще тысячи детей, потому что в стране, приступающей к серийному производству истребителей пятого поколения, нет денег на лекарства, — это Россия встает с колен!

Все это, короче, не позор, а сплошная гордость.

А позор — сундучок «Луи Витон» на Красной площади!

Какие мы ранимые.
Фото ИТАР-ТАСС/ Антон Новодержкин

[Виктор Шендерович]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23971

12 ДЕКАБРЯ 2013 г.

Декарт сказал однажды, что люди избавились бы от половины своих несчастий, если бы научились договариваться о значении слов.

Только что г-н Путин напугал Федеральное собрание перспективой разрушения традиционных ценностей. Бердяева даже процитировал — о консерватизме, который препятствует движению к хаотической тьме!

Образованные какие референты у нашего дракоши.

О да. «Традиционные ценности» — это святое, но Декарт продолжает настаивать на уточнении содержательной части!

Так вот, наши традиционные ценности не стоит путать с европейскими.

Европейские традиционные ценности — это уважение к правам человека, независимый суд, честные выборы, свобода слова.

Причем заметим: много веков прошло, прежде чем эти, прежде маргинальные, ценности стали в Европе — традиционными! Шестерых спикеров обезглавили на острове, реки крови пролили на континенте, уплывали за законом аж в Америку… Но вот поди ж ты — основали традицию!

Английский консерватизм сегодня — это приоритет закона, контроль общества над властью, файв о’клок и ровные газоны.

Наш консерватизм — право администрации стирать людей в пыль и не нести за это ответственности.

Наши традиционные ценности — азиатская полицейщина, тайная канцелярия и туповатая уваровская триада. Причем, в отличие от Европы, за много веков так ничего мы в своих приоритетах и не поменяли — рихтуем только риторику при смене знамен...

Ну, и дожили: Путин с недрогнувшим лицом цитирует Бердяева!

Бердяева, как известно, допрашивал лично Дзержинский. Потом они выбросили его прочь с Родины, предупредив, что при появлении на границе он будет расстрелян.

Теперь наследничек Дзержинского, гладкий чувак без комплексов, пытается приспособить философа к своим лубянским нуждам; а чо там, все свои! — мертвому не больно, а живому удовольствие. И дрессированное Федеральное собрание, посреди многократно изнасилованной ими России, рукоплещет подлогу.

Вот это и есть «хаотическая тьма», о наступлении которой предупреждал Бердяев.
Фотография ИТАР ТАСС

[Виктор Шендерович]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24036
20 ДЕКАБРЯ 2013

ИТАР-ТАСС

Пытаясь остаться в рамках здравого смысла... Вчера пытался это сообразить прямо во время эфира на радио «Эхо Москвы», во время перерыва на новости, но на ходу не разгадал квадратуру круга...

Итак.

От Ходорковского до Путина (если предположить, что прошение, втайне от адвокатов, написал МБХ) бумага о помиловании должна была пройти через пять-шесть рук, и это не могло занять меньше недели. Ну, он ведь не DHLом послал из Сегежа, да?

И что, за это время никто не слил это инкогнито в прессу? Все разом, имея на руках ТАКОЕ, утерпели, как один номенклатурный сцевола? Хренушки. Утекло бы...

Для меня это означает вот что: к Ходорковскому приехали в колонию прямиком из Кремля и сделали предложение, от которого нельзя отказаться (вот зачем было третье дело! — и вот как кстати пришлась тяжело больная мать, которая не увидит тебя никогда, если откажешься).

Это Ходорковский НЕ ОТКАЗАЛ. А просили о его помиловании — ЕГО САМОГО.

Крепко же, видать, нашего лубянского гуманиста припекло нарастающим международным бойкотом Сочи…

На фото: Рассмотрение жалобы на приговор по второму делу "ЮКОСа" Москва. 6 августа 2013 года. Бывший глава НК "ЮКОС" Михаил Ходорковский во время трансляции на заседании из зала Верховного Суда России.

Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Метцель

[Виктор Шендерович]

http://www.echo.msk.ru/blog/shenderovich/1228710-echo/
30 декабря 2013, 13:50
Прямо сейчас: по BBC, CNN и France-24 - репортажи из Волгограда, по всем главным российским каналам, кроме ДОЖДЯ, продолжается веселуха. Потом они будут еще говорить о развале страны... Вот он, развал страны, прямо сейчас.

[Виктор Шендерович]

http://www.echo.msk.ru/blog/shenderovich/1229372-echo/
31 декабря 2013, 13:41
Глава комитета Госдумы РФ по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая выступила за применение смертной казни за терроризм.

Это заявление она сделала сразу после второго взрыва в Волгограде.

Времени на размышление у Яровой почти не было, но интеллект не подкачал.

Напугать шахида смертной казнью — это твердая пятерка.

Теперь мы в безопасности.

Еще бы куда-нибудь деть идиотов из органов власти, и можно жить.

[Виктор Шендерович]

http://www.newtimes.ru/articles/detail/76311/
Нет Генриха Белля – встретить Ходорковского у трапа.

Времена другие.

А инструментарий, как выясняется, тот же.

Путин – не постмодернист, и не собирался расставлять по тексту знаки для внимательного читателя. Он просто делает то, что умеет делать. Псина пахнет псиной не потому что она что-то имеет в виду – просто она так пахнет!

А уже мы, принюхавшись, понимаем: ага.

Вот мы и понимаем теперь, как будет пахнуть их новый этап. Ничего как раз нового и не будет…

Высылка инакомыслящих: классика! Из Петрограда – на философский пароход, из Бутырки – в Цюрих, из Сегежа – в Берлин… К чему изобретать велосипед?

Потом, конечно, все в очередной раз лопнет и накроется ржавым тазом, потому что вслед за мозгами и достоинством из страны, рано или поздно, уходит на цыпочках не то что модернизация – еда!

Канадская пшеница-кормилица в восьмидесятых – плата за Николая Вавилова, своими руками убитого в сороковых… Просто чтобы это понять, мозги надо иметь, а где взять-то?

Это я к тому, что Ходорковский не пропадет.

Пропадем – уже пропадаем – мы.

Ну, и у них там вместо Генриха Белля – Ганс-Дитрих Геншер… «Песок неважная замена овсу».

[Виктор Шендерович]

http://www.echo.msk.ru/blog/shenderovich/1230070-echo/
01 января 2014, 16:25
Итак (см. фейсбук Ольги Романовой), сначала в направлении Волгограда вылетел самолет с иконой Богоматери на борту.
Потом икону Богоматери перегрузили в вертолет, и этот вертолет облетел вокруг Волгограда.

И только потом в Волгоград прилетел Путин…

И надо же — ничего плохого в Волгограде с ним не случилось!

Не взорвали болезного.

Может быть, если это работает, — попробовать в масштабах страны?

Облететь ее пару раз по периметру с иконой, и все дела.

Ну, и еще бы и о безопасности россиян попробовать позаботиться с той же маниакальной страстью, с какой охраняет свою жизнь этот особист-фундаменталист.

Гарант, прости господи.

Глухо забивающийся в угол всякий раз, когда в стране происходит что-нибудь трагическое, — и вылезающий наружу не раньше полной зачистки, и только во имя пиара…

[Виктор Шендерович]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24132
2 ЯНВАРЯ 2014 г.

ИТАР-ТАСС

Позвонил Сергею Юрскому, поздравить его с Новым годом.

И Сергей Юрьевич — может быть, самый серьезный человек из всех, кого я знаю на свете (а каким еще и быть гениальному комическому артисту!) — поделился своим ощущением, что мы проживаем сейчас в «квантовое время».

Что вот-вот должен случиться переход общества в какое-то другое состояние — только знать бы, в какое…

О да. «Если бы знать, если бы знать…»

Но пока что состояние наше, не сказать даже, что тревожное. Просто, русским языком говоря, кранты. Новогоднее обращение того, что называется у нас президентом, к тому, что у нас называется народом — это был сеанс саморазоблачения и тяжелейший диагноз, конечно.

Неподвижный лицом глава государства похож уже на Брежнева, то есть дикция еще на месте, но смысла уже не чувствует. Мышцы скрежещут при артикуляции, ожесточение прятать разучился совсем, да и зачем? Поздно пить боржоми…

Не знает собственного гимна, как выяснилось. Стоит, куда-то наверх смотрит, ждет подсказки с «камчатки». Садись, Вова, два.

Я вам скажу: даже в советское время такой убогости не было.

А видали ль вы эту группу местных зашуганных крепостных, поставленных в виде декорации, и как они в конце, по отмашке, уныло и не в такт кричат «Росси-ия»? Это уже не Брежнев, братцы. Это Черненко.

Но они, вместе с этим своим барином, и есть, к сожалению, Россия. Путинская Россия, итог почти пятнадцатилетней деградации. И мы видим трупные пятна. Режим умер и разлагается, потому что некому убрать его вон.

К сожалению, у истории свои сроки, и разложение может занять долгое время, вплоть до пары-тройки поколений. Но сильно пахнет уже сейчас.

Так вот, возвращаясь к словам мудреца и оптимиста Сергея Юрьевича...

Есть, конечно, и другая Россия, безо всяких кавычек.

«Россия Юрского», например. В скобках, как подвариант, можете сами поставить десяток-другой великолепных имен.

Россия — не крепостная. Способная испытывать стыд.

Россия, граждане которой не цепенеют при виде начальства и не готовы стоять под елочкой в виде декорации.

Если в самое ближайшее историческое время эта свободная Россия не самоорганизуется и не поможет истории осуществить этот самый «квантовый переход» в европейском направлении, то скоро никакой России не будет вообще.

Потому что путинская явно не жилец, а третий угол треугольника занят черной дырой хаоса.

Фото ИТАР-ТАСС/ Алексей Никольский

[Виктор Шендерович]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24070
5 ЯНВАРЯ 2014

Последние две недели ушедшего года внезапно поменяли его картину: на свободу – по амнистии и помилованием – вышли знаковые политзаключенные путинской эпохи.

Не все, конечно, но – главные.

Пошлость и демагогия, которыми все это было обставлено с кремлевской стороны, не так важны, как суть дела.

Хоть на что-то, кроме воровства и пиара, сгодилась эта Олимпиада! Путин, массовым бегством западных лидеров поставленный перед перспективой встретить этот праздник спорта в тропиках в компании таких же тропических лидеров с неясной легитимностью, решился – и вынул из рукава главный козырь.

Поможет ли это Путину – бог весть, но политические подробности этой спецоперации меркнут перед простым человеческим фактом: Ходорковский на свободе! И это, само по себе, – очень серьезное изменение пейзажа. Слишком уж очевидным – и явно главным в это десятилетие – было это противостояние.

И оно никуда не делось.

Слова Ходорковского о его неучастии в политике требуют, безусловно, ясного понимания дефиниций. Да, он не будет никуда выдвигаться и не собирается организовывать партию, но его общественная роль уже уникальна и вряд ли уменьшится.

Его аудитория – все, кто хочет, чтобы вслед за Ходорковским на свободу вышла Россия. И его общественная деятельность, его голос – это, де-факто, несомненно, политика, что же еще! Прямостоящий человек, в изогнутом обществе настаивающий на принципах прямостояния, – это политика, даже если этот человек не претендует на изогнутый трон.

Я бы сказал – даже тем более, если он не претендует на этот трон!

Оппонент Ходорковского – при всей неограниченности его нынешней власти – в историческом смысле выглядит довольно ущербно. Ничего нового ждать от Путина не приходится: он слишком ограничен собственной биографией. Говоря определеннее: статьями УК РФ, по которым пойдет под суд, если потеряет власть при жизни (вариант Каддафи оставим для фантазий левой части электората).

Его инструментарий – инструментарий проверенный, но небогатый: Путин так и будет затягивать гайки и отпускать их, в зависимости от текущей конъюнктуры, накачивая рейтинг дурными понтами и находя крайних при очередном обрушении. Помешать ему делать это в ближайшей перспективе некому (политический пейзаж давно превращен в пустыню), но это – тактические радости нашего крошки Цахеса.

Матушку-историю ему порадовать нечем, и она очевидно потеряла к этой фигуре всякий интерес. Конец путинской эпохи – вопрос времени.

Как именно это будет выглядеть – неизвестно, но, как говорил Швейк, еще никогда не было, чтобы никак не было, и выход на свободу Михаила Ходорковского – безусловное увеличение шансов на цивилизованный вариант.