*194. Из положения вне игры

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7806
18 ФЕВРАЛЯ 2008 г.

medvedev2008.ru

«Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем», — отметил Экклезиаст. Если бы жил он в наше время, то, посмотрев на политическую возню в России (события отыскать в происходящем при всем желании не получается), все равно не написал бы ничего другого. И что бы ни случалось ныне, все это — грабли, по которым менее терпеливый народ уже давно устал бы ходить. А мы, ничего, ходим, наступаем, набиваем шишки и снова наступаем.

Да, наверное, прав Алексей Макаркин во всем, что касается расклада политических сил в сегодняшней России. И про подставные «демократические» партии Богданова и Барщевского прав, и про вытеснение либералов из публичной политики, и про совпадение интересов с «партией третьего срока», и даже, возможно, в оценке Медведева не ошибается.

Однако, упрекая призвавших к бойкоту либералов в ригоризме, Макаркин самым великолепным образом наступает на те же самые грабли, на которые либералы наступили в начале 90-х. Это не в обиду ему — мы в России идем к демократии по граблям, как по минному полю. Кто-нибудь, да обязательно наступит.

Вспомним, как дружно либералы в 90-х годах сделали ставку на Ельцина как на единственного, кто мог привести страну к демократии. Даже когда стало очевидным, что Ельцин не способен противостоять возвращающим свое влияние партаппаратчикам и чекистам, когда он смирился с воровством и коррупцией и махнул рукой на реформы, либералы продолжали держаться за него как за спасительную соломинку. Тех же, кто напоминал о необходимости менять систему, а не уповать на доброго президента, обвиняли в излишнем ригоризме, «недоговороспособности» и стращали маргинализацией.

Потом в стране случился Путин, и стало еще хуже. Уже давно пора было проявить капельку ригоризма и встать в жесткую оппозицию к власти, а демократические партии, включая «Яблоко» и СПС, все пытались договориться с Кремлем насчет мест в парламенте и своей выживаемости в политическом зоопарке. Иногда договориться удавалось, из чего делался вывод о возможности делового партнерства с режимом, взращивающим новый авторитаризм. Либералы всегда проглатывали одну и ту же наживку — нынешний президент не самый плохой человек, вон, сколько вокруг него еще хуже.

Вот и сейчас Алексей Макаркин рассказывает, что Медведев из стана либералов и не так плох, как его малюют. Может быть, он и в самом деле не так плох, да что толку? Гарантировать демократический путь развития страны может только демократическая система, а не добрый президент. Он пытался создать такую систему? Он обещает идти по этому пути? Или мы должны догадываться о его демократических намерениях потому, что раньше он преподавал римское право? Я не склонен умалять роль президента в русской истории, но полагаться на него как на спасение, по меньшей мере, наивно.

Демократическая оппозиция бойкотирует сегодня не Медведева, она бойкотирует антидемократическую избирательную систему. Она наконец, впервые за многие годы, созрела для того, чтобы консолидированно требовать не персональных изменений и назначений, а политических реформ.

Наверное, Макаркин прав, что в сегодняшней ситуации условно «либеральный» Медведев может придти к власти только нелиберальным путем. Как, впрочем, и любой другой кандидат. Но это игры, в которые играет власть, когда безмолвствует народ. У демократической оппозиции, если это не придворная и не игрушечная оппозиция, совсем другая задача — изменить ситуацию, когда власть формируется путем закулисных договоренностей и фальсификации выборов. Поэтому ей не пристало поддерживать даже меньшее из четырех зол, если оно приходит к власти способом, противоречащим принципам демократии.

Изменить ситуацию с каждым годом все труднее и труднее. Поэтому, как говорят мудрые зэки, раньше сядем — раньше выйдем. Тем более что политических механизмов, необходимых для восстановления демократии, становится все меньше и меньше. Уже нет выборов, исчезает свободная пресса, и, может статься, в скором времени в качестве единственного инструмента ненасильственного изменения режима у демократов останется только «оранжевая революция».

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=29984
29 ИЮЛЯ 2016 г.

ТАСС

Высокий суд Лондона отказал Владимиру Буковскому в иске о клевете к прокурорской службе Британии. Незнакомым с делом напомню, что в апреле 2015 года Королевская прокурорская служба выпустила пресс-релиз, в котором обвинила Буковского в производстве и хранении «непристойных» фотографий несовершеннолетних — всего по 11 эпизодам. Следствие утверждает, что Буковский хранил у себя в компьютере детские фотографии непристойного характера.

25 июля в ходе судебного разбирательства по иску Буковского было установлено, что к производству изображений он непричастен, в то время как прокуратура обвиняет его вроде бы и в этом. Однако обвинение в хранении непристойных изображений не снято, то есть косвенным образом признано обоснованным.

Сейчас будет много отвлеченных споров о том, что же надо понимать под «производством» или «изготовлением», снимал ли истец фото сам или только загружал в свой компьютер из сети. Адвокаты Буковского обжалуют решение суда в апелляционной инстанции.

Отдельно стоит вопрос, а причастен ли вообще к этому «преступлению» Буковский. Сам он свою вину категорически отрицает — и по изготовлению, и по хранению. Конечно, это можно счесть формой защиты.

Но вот пример. Недавно с сервера Демократической партии США было несанкционированно скачено около 20 тысяч документов, которые затем попали в общий доступ. Американские эксперты в области кибербезопасности считают, что к хакерской атаке могут быть причастны российские спецслужбы. Может быть, они ошибаются. Но есть ли у кого-нибудь хоть малейшее сомнение в том, что хакеры, взломавшие хорошо защищенный сервер одной из двух крупнейших партий США, без труда закинут десяток «непристойных» фотографий в персональный компьютер Буковского? Было бы желание!

С вердиктом Высокого суда Лондона история не завершилась. Королевская прокуратура ведет против Владимира Буковского уголовное дело. Судебный процесс состоится предположительно этой осенью. Судя по всему, прокуратура откажется инкриминировать ему «изготовление» и оставит только «хранение». Обвинение строится с запасом, чтобы потом было от чего отказаться. Совсем как у нас людоедские законопроекты в Госдуме!

И на этом аналогия, увы, не исчерпана. Законы, в нарушении которых обвиняют Буковского, удивительно похожи на современное российское законотворчество в защиту духовных скреп и особого пути. Прежде всего —отсутствием потерпевшего.

Общественную мораль берется защищать государство. Что оно под этим понимает, не наше дело. Людям спущен сверху закон — извольте исполнять. Госдума, например, считает аморальным и преступным плохо думать о полицейских и верующих. Британский законодатель считает недопустимым хранить порнографические изображения в личном компьютере.

А кому, собственно, какое дело, что человек думает о полицейских, верующих или порнографии? Особенно если он не кричит об этом на каждом перекрестке, а делится своим мнением в сети или тихонько любуется непристойными изображениями в своем собственном компьютере? Какие основания у государства вмешиваться в частную жизнь, которая никого не задевает и ничью свободу не ограничивает? Когда нет и не может быть потерпевшего? Подчеркиваю, от просмотра изображений потерпевших нет.

Когда нет потерпевшего, они начинают толковать о морали, скрепах и общественной нравственности. Тут они знают, что сказать! Тут простор ханжескому воображению и безбрежная свобода юридическим толкованиям. А всех остальных просят помолчать. Знаменосцы морали и попечители нравственности, вооружившись законом, посматривают на нас строго и подозрительно.

Фото: Великобритания, Cambridge, 09.11.2015. Russian dissident Vladimir Bukovsky leaves Cambridge crown court after denying possessing and making thousands of indecent photographs of children. Chris Radburn/FA Bobo/PIXSELL/PA Images

Кембридж

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7821
22 ФЕВРАЛЯ 2008 г.
mk.ru

Удивительно, как государства любят собственную независимость и как ревностно относятся к чужой. В честь своей независимости учреждают государственные праздники и устраивают военные парады; высокопарные слова о независимости записывают в конституции и государственные гимны; за защиту независимости награждают орденами, ставят памятники и сочиняют баллады. Но, не дай Бог, где-то объявится новое независимое государство, как серьезные государственные мужи, хмуро сдвинув брови и прибавив металла в голосе, торжественно заявляют о недопустимости нарушения норм международного права и о создании угрозы для стабильности и безопасности в мире.

Впрочем, не все государства. Разделение государств по отношению к сепаратизму очень показательно. Конечно, сепаратизм не любят все правительства. Уже хотя бы потому, что видят в нем потенциальную угрозу собственному благополучию. Но все же терпят его по-разному. Чем совершеннее демократия, тем меньше она опасается сепаратизма; чем авторитарнее режим, тем больше он негодует на стремление к независимости. При концепции «человек для государства» сепаратизм и независимость категорически неприемлемы. При концепции «государство для человека» сепаратизм допустим и независимость священна.

Сепаратизмом страдают отнюдь не только тоталитарные режимы и многонациональные империи. Просто в них эти процессы проходят кровопролитно и решаются далеко не цивилизованными способами. С проблемой сепаратизма столкнулись Великобритания в Северной Ирландии, Канада в Квебеке, Испания с басками, Франция с Корсикой. Активность сепаратистов везде разная — от парламентских методов до терроризма, но метрополии в противостоянии с сепаратизмом делают ставку не столько на военное принуждение, сколько на вполне демократический механизм референдума. В 1995 году на референдуме в Квебеке сепаратистам для отделения от Канады не хватило всего нескольких процентов голосов. В 1973 году сепаратисты в Северной Ирландии также потерпели поражение на референдуме об отделении от Великобритании. А вот в Чехословакии на референдуме 1992 года сепаратистам Словакии удалось победить, в результате чего страна мирно разделилась на два государства — Чехию и Словакию. И ничего, живут вполне дружно, обе входят в Евросоюз, не конфликтуют, и трагедии из провозглашения Словакии отдельной страной никто не делал и не делает.

Отчего же в Белграде устраивают такую истерику по поводу провозглашения независимости Косово? Имперское мышление и тоталитарные традиции диктуют сербским политикам жесткое отношение к косовскому сепаратизму — человек существует для государства, а не государство для человека. Косовары живут в Косово для того, чтобы быть частью Сербии, частью государства, которое само по себе — все, а люди в нем — ничто. Не удивительно, что косовских албанцев такое отношение к себе не устраивает. Теперь Сербии придется просто смириться с существованием на Балканах еще одного независимого государства, бывшего некогда частью Югославии.

Забавна реакция официальной Москвы. Министр иностранных дел Сергей Лавров пытается всех запугать тем, что провозглашение независимости в Косово «неизбежно вызовет цепную реакцию в той или иной форме во многих частях Европы и мира». Так что с того? Вся человеческая история сопровождается распадом одних государств и созданием новых. Проблема не в том, чтобы остановить эти процессы, а в том, чтобы сделать их мирными и ввести в правовые рамки. Сегодня это уже более или менее удается. Как удалось Чехословакии, как удалось Советскому Союзу, мирно распавшемуся на новые самостоятельные государства. Но это возможно только в том случае, когда правительство либо с уважением относится к мнению граждан, либо не имеет решимости и сил удерживать их силой. Разумеется, кремлевская знать боится сепаратизма, потому что для них страна — это источник личного дохода. Меньше страна — меньше доход. Именно поэтому они зубами вцепились в Чечню, независимость которой никак не сказалась бы на интересах России. Ну и, конечно, боязнь цепной реакции.

По отношению к сепаратизму и независимости можно судить о степени либерализма политических и общественных сил. Речь, конечно, не идет о таких смешных образованиях, как казачество или Государственная дума, которые с анекдотичной серьезностью выпускают разнообразные заявления в поддержку официального Белграда. Эти ребята, лишенные всякой самокритики и юмора, просто наслаждаются своей способностью произносить какие-нибудь слова, а потом видеть себя по телевизору.

Гораздо интереснее позиция демократических партий, которые пока что не высказали ее достаточно внятно. Правозащитники, видимо, тоже подавленные необходимостью защищать величие государства, на эту тему почти не высказываются. Разве что правозащитное общество «Мемориал» осенью прошлого года выразило «серьезную озабоченность» возможностью одностороннего провозглашения Косово своей независимости. Совсем не правозащитная позиция правозащитников объясняется, как можно понять из их заявления, тем, что начнется пресловутая цепная реакция (а Лавров о чем?!) и ныне «замороженные» конфликты снова превратятся в «горячие точки». Таким образом, «Мемориал» предлагает озаботиться не столько политическими причинами конфликтов, сколько их военными последствиями. Не надо предоставлять Косово независимость, чтобы того же самого не захотели другие!

Если правозащитники рассуждают, как умудренные опытом и уставшие от бойни миротворцы, то политики призывают на помощь право. «Речь идет о подрыве всех устоев международного права», — возмущается министр Лавров. Между тем, международное право как раз твердит о праве наций на самоопределение, а о защите территориальной целостности говорится вскользь и в двух документах: Уставе ООН и Хельсинкских соглашениях. К тому же Устав ООН защищает территориальную неприкосновенность страны только от посягательств на нее других стран, а в преамбуле упоминается о «равенстве прав больших и малых наций», и в первой же статье первой главы говорится об «уважении принципа равноправия и самоопределения народов». Хельсинкские договоренности действительно содержат принцип уважения территориальной целостности и признание нерушимости границ в Европе. Однако в нем же записано: «Исходя из принципа равноправия и права народов распоряжаться своей судьбой, все народы всегда имеют право в условиях полной свободы определять, когда и как они желают, свой внутренний и внешний политический статус без вмешательства извне и осуществлять по своему усмотрению свое политическое, экономическое, социальное и культурное развитие».

Вот и все о территориальной целостности. В то же время, о праве наций на самоопределение записано во множестве международных конвенций, в частности, во Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах, Международном пакте о гражданских и политических правах, Декларации о принципах международного права. При цивилизованном развитии государства уделяют все больше внимания правам человека, в том числе и такому «антигосударственному» праву, как право на самоопределение. А принцип территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела остается любимой игрушкой тираний, пытающихся этим историческим атавизмом защититься от международного внимания к творящимся внутри страны безобразиям.

Провозглашение независимости — событие радостное. Люди устраивают свою жизнь так, как это нравится им, а не кому-то другому. Они вправе жить самостоятельно, вправе попроситься в другое государство. Они вправе делать самостоятельный выбор.

Получение Косово независимости может и должно стать моделью для получения независимости другими сепаратистскими территориями. Международное сообщество должно уделить необходимое внимание тем, кто добивается независимости в Чечне, Абхазии, Южной Осетии, Карабахе, Приднестровье, Дарфуре, Северном Кипре. Политическая ситуация, история конфликтов и мотивы не везде одинаковы, различия существенны, но во всех этих случаях есть одно объединяющее начало — интересы государства должны стоять на втором месте, а на первом — право людей устраивать свою жизнь отдельно от других государств. И они не должны добиваться этого права ценой кровопролития.

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7855
29 ФЕВРАЛЯ 2008 г.
Проходящие ныне президентские выборы вполне можно назвать шизофреническими. Раздвоение личности, как основной признак этой печальной болезни, присуще многим моментам избирательной кампании. Неразрешимая противоречивость желаний характерна для запущенного случая.

Декларированное намерение положиться на волю избирателей в выборе президента противоречит реальному отсутствию выбора. Предполагаемая предвыборная борьба никак не вяжется с отсутствием публичных дебатов между кандидатами. Заинтересованность в голосах избирателей нейтрализуется уже хотя бы полным отсутствием предвыборной агитации. По крайней мере, в Москве на улицах совершенно отсутствуют призывы голосовать за того или иного кандидата. Желание кандидатов усесться в президентское кресло неразрешимым образом противоречит их нежеланию тратиться на политическую рекламу. Между тем, при всей шизофреничности происходящего им нельзя отказать в здравом расчете: зачем тратить немалые деньги на предвыборную кампанию, когда результаты выборов предрешены?

Однако самый крепкий шизофренический симптом состоит в навязчивой идее обеспечить высокую явку на выборах. И это в то время как почти вся российская пресса работает на господина престолонаследника, а результат выборов не зависит от процента явки избирателей. Казалось бы — чего так суетиться, когда фальшивые результаты давно сверстаны и ничего им не угрожает? Почему власть так печется о 70-процентной явке избирателей, когда для победы достаточно и одного процента?

Существует объяснение, что власть хочет большей легитимности, всеобщего признания. Но с чего это вдруг ей так загорелось прикупить народной любви? Разве раньше узурпаторы не управляли нашей страной, не опасаясь тяжелых для себя последствий? Может быть, повышенная легитимность нужна для заграницы? Но ведь даже самые крутые демократические лидеры западных стран никогда не страдали политической брезгливостью и легко садились за стол переговоров со Сталиным, генсеками КПСС и сомнительного качества президентами.

Нет, дело не в легитимности. Желание получить на выборах высокую явку продиктовано теми же соображениями, которые диктовали обязанность поголовной явки на выборы в советские времена. Ведь тогда выборы в «парламент» были еще большей профанацией, даже кандидат всегда был только один, а уж про подсчет голосов и говорить нечего. Однако ходить на выборы предписывалось всем, и довольно жестко. Открыто отказавшихся идти на выборы, хотя и не сажали, но брали на заметку партийные органы и КГБ. Тогда это было важнейшим ритуалом добровольной поддержки коммунистической власти. Важнейшим именно в силу добровольности. Принудить можно было кого угодно к чему угодно, механизм репрессий был идеально отлажен и работал практически бесперебойно. Но важно было получить от всех граждан добровольное согласие с ложью и произволом советской системы.

Сегодня Кремль, безусловно, уверен в победе своего ставленника. Сомневаться в этом у них нет никаких оснований. Но им еще нужно и согласие избирателей с созданной ими системой имитации выборов. Им необходимо широкое народное участие в ритуале, чтобы повязать всех общей ложью, общим участием в этом очевидном для всех фарсе. И чем очевиднее фарс, тем больше их желание прогнуть избирателей, заставить их смириться с неизбежностью произвола и бессмысленностью гражданского протеста.

Именно поэтому, при полном отсутствии агитации за отдельных кандидатов, Москва наводнена рекламой самих выборов. С билбордов, уличных растяжек, расклеенных у подъездов листовок и даже на мобильные всем напоминают о необходимости придти на выборы. Чтобы нашим участием в лживой затее повязать нас всех общей ответственностью за будущий произвол. Чтобы мы смирились с фальшивыми выборами и фальшивыми президентами. Чтобы мы усвоили, что от нас ничего не зависит, что настоящая демократия — не для России. Чтобы мы жили во лжи, не терзались сомнениями и не мечтали о свободе.

Приди на выборы и распишись в собственной беспомощности!

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7875
7 МАРТА 2008 г.
kremlin.ru

2 марта 2008 года был знаменательный для России день. Разумеется, некоторые скептики и нытики, кои всегда находятся в нашем отечестве, не заметили ни радостного настроения в народе, ни самого праздника. Конечно, дело личное: считать это праздником или не считать, отмечать его или нет. Но все же глупо делать вид, что большая часть россиян отнеслась к этому дню равнодушно и никак его не отметила. Все-таки канун масленицы!

Старый добрый языческий праздник растянулся на целую неделю. Увы, предшествующий день был омрачен странным политическим событием, которое назвали «выборами президента России». Событие на фоне масленицы хотя и незначительное, но наводящее на некоторые размышления.

Дело не в том, что вопреки многовековым традициям на этот раз в Москве решили не сжигать чучело зимы — властительницы последних холодных месяцев. К чему ненужные аллюзии — смена президентов, сжигание старого чучела? И не в том дело, что официальное празднование начала масленицы перенесли на один день — не стоит, разумеется, одновременно с уходом старого президента и приходом нового праздновать окончание зимы и начало оттепели. А то еще люди поймут превратно, проведут параллели, зажгутся напрасными либеральными надеждами.

Нет, дело в том, что магия языческого праздника странным образом переплетается с политической магией. Если в первом случае событие основано на наивной вере в персонифицированных героев смены времен года, то во втором случае — на такой же наивной вере в выкладки и заклинания политических шарлатанов.

«Как вы оцениваете тот факт, что Дмитрий Медведев собрал почти 70 процентов голосов избирателей?», — спросил меня поздно вечером 2 марта знакомый иностранный журналист. Я чуть было не пустился в рассуждения о телевизионном промывании мозгов, загадочной русской душе и не выдавленном из сознания народа рабстве, как вдруг сообразил, что мне легче поверить в превращение Хорса в Ярилу (Солнца-дитя в Солнце-юношу), чем в то, что мой знакомый иностранный журналист назвал фактом.

За Медведева проголосовало 70% избирателей — это факт? На выборы пришли 64 % имеющих право голоса — это факт? Может быть, явка на минувших парламентских выборах в одном из районов Мордовии 109% избирателей — это тоже факт? Нет, легче поверить в бога Ярилу, чем в цифры Центризбиркома.

Самое удивительное, что все понимают — цифры подтасованы, результаты выборов фальсифицированы. Однако официальные цифры оказывают на нас магическое влияние. Воля парализуется, аналитические способности угасают, и мы отталкиваемся от вымышленных цифр в дальнейших рассуждениях о несовершенстве российской демократии.

Вот и Леонид Радзиховский пишет в «ЕЖе», что «разговор о том, что эти цифры фальсифицированы — фальсификация» уже хотя бы потому, что «52 млн голосов Медведеву не припишешь». Почему не припишешь? Хоть 1 миллион, хоть 50. Какая разница? Независимых наблюдателей нет, общественного контроля нет. Суды, милиция, прокуратура — все свои, ручные, легко управляемые. И не надо никаких «каруселей», вбросов бюллетеней и других придумок несовершенной демократии. Разве в ЦИКе кто-нибудь сейчас пискнет, если нужному кандидату безо всяких подсчетов, а просто так, от фонаря, припишут десяток-другой миллионов голосов? Кто-нибудь раскопает следы подтасовок?

У нас почему-то укоренилось мнение, что власть может приврать, но не может соврать по-крупному. Между тем, еще Геббельс говорил, что ложь, чтобы ее приняли за правду, должна быть грандиозной. Как в Ингушетии в декабре прошлого года, где по официальным данным в парламентских выборах приняли участие 98% избирателей, а по данным общественных активистов, собиравших подписи тех, кто не голосовал — всего 6-8%.

Те же люди, что собирали подписи в декабре, утверждают, что на президентские выборы в марте пришло 3,5 % избирателей, а вовсе не 92,3%, как сообщает ЦИК. (Эти ребята поставили на всех 160 избирательных участках Ингушетии своих людей и подсчитали пришедших голосовать). Вот такие расхождения — в 30 раз! Кто проверит, на сколько власть врет — на 5-10 или на 70-80 процентов?

Забавно, что даже по официальным данным, за Медведева проголосовали меньше половины российских избирателей — 52 млн из 107 млн. Как же было на самом деле, мы вряд ли скоро узнаем.

Не то же ли самое делается и с рейтингами политиков? Нас долгое время чуть ли не каждый день так усиленно убеждали в высоких рейтингах Путина, что мы, приняв это наконец за чистую монету, начали искать объяснения необъяснимой всенародной любви к этой невзрачной личности. А ведь возможно, что все совсем не так с самого начала. Нет никакой всенародной любви, и врут самым обыкновенным образом социологи в составляемых ими рейтингах, и разносят по свету эту ложь кремлевские журналисты в управляемой властями прессе. Банально, скучно, неинтересно. Конечно, такой взгляд можно списать на пристрастие к теории заговоров, но разве не так именно было у нас еще совсем недавно — лет 30 назад? И разве не в ту же сторону дрейфует Россия последние 8 лет?

Сейчас многие удивляются, как это Медведев за такой короткий срок обогнал по популярности Путина. Объяснения выдвигаются иногда самые невероятные. Мне в связи с этим вспоминается юмористический рассказ Аркадия Аверченко о барине, который приехал в ресторан и велел извозчику — молодому румяному парню — дожидаться его у входа. Выпив изрядно коньяку, барин снова сел в пролетку и велел возвращаться домой. По дороге он с ужасом обнаружил, что извозчик за то время, что барин пил в ресторане, сильно постарел, растолстел и не помнит домашнего адреса. Тысячи кошмарных мыслей пронеслись в его мозгу — о смещении времени, параллельной вселенной, скоротечном старении организма и о других таинственных загадках природы.

Так вот, может быть, нет никакой загадки в популярности Медведева, а просто мы сели не в ту пролетку, поверив данным заказных рейтингов?

Все-таки хорошо, что голосование прошло за один день. Теперь можно смело сказать, что выборами масленицу не испортишь. Потому что масленица — событие гораздо более реальное, чем президентские выборы в России.

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7899
18 МАРТА 2008 г.
АРХИВ EЖ

Чем занимательна жизнь в России, так это своей непредсказуемостью. Изменчивое прошлое, сумбурное настоящее, туманное будущее. Предвидеть ничего невозможно, можно только угадать. Пасмурная погода в стране. Разглядывая в тумане ближайшего будущего новую конфигурацию российской власти, каждый вперед смотрящий видит его по-своему. Лучше всего видно, наверное, просто «смотрящему», но он своими знаниями с нами не делится. Не для того на галерах горбился.

Мне в тумане будущего рисуется такая картина. Представьте мчащийся на хорошей скорости трамвай. Вагоновожатого по неясным причинам выпихнули из водительской кабинки. И завис он, родимый, на подножке — прыгать на такой скорости боязно, а водительское место уже занято его собственным помощником. Тут два пути: либо мягко соскочить на тихом повороте, либо выкинуть помощника и вернуться на место. Что именно предпочтет Владимир Владимирович, сказать трудно — туман.

Место премьера — это, конечно, трамвайная подножка, неудобная и недолговечная. Но выхода нет. Просто все бросить и прыгнуть с трамвая на полном ходу рискованно — попадешь под колеса. Уж сколько всего за 8 лет сделано, собрано, нажито и совершено — не на один срок хватит. И счета предъявить всегда найдется кому. Сойти надо мягко, постепенно, с надежными гарантиями пожизненной неприкосновенности. Конечно, уж кому-кому, а вагоновожатому понятно, что настоящей неприкосновенности нет и быть не может. Но хоть сколько-нибудь гарантий, хоть минимум уверенности для спокойной жизни!

Прыжок на землю, понятное дело, поступок решительный. Обратно не впрыгнешь. Станешь, как все. Даже хуже — поверженных властителей в России ненавидят больше, чем простых смертных. Тяжелый выбор у пассажира на подножке.

Другой вариант — вернуться к рулю управления. Но затягивать нельзя. До ближайшей пересменки 4 года, а за это время помощник войдет во вкус, обзаведется собственными помощниками и плевать ему будет на тех, кто на подножке. Легкий толчок — и подножка чистая. Возвращаться нужно не позже, чем через несколько месяцев, пока не иссякли силы, связи, рейтинги и деньги.

И тут помощнику следует крепко задуматься о превратностях судьбы и традициях того славного дома, из которого пришел к рулю его бывший шеф. Статья 92 пункт 2 Конституции России предусматривает, что «президент Российской Федерации прекращает исполнение полномочий досрочно в случае его отставки, стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия или отрешения от должности». Об отставке и отрешении от должности говорить не будем как о событиях маловероятных и для суверенной российской демократии немыслимых. А вот подумать о состоянии здоровья всегда полезно. Нет, не обязательно чай с полонием, но чего только ни бывало с царями и вождями в непредсказуемой российской истории.

И ведь в случае «стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия», место президента автоматически занимает премьер-министр. Это логично — к водительской кабинке ближе всего прыгнуть с подножки. Более того, пункт 3 статьи 81 все той же Конституции устанавливает, что «одно и то же лицо не может занимать должность президента Российской Федерации более двух сроков подряд». И вот, пожалуйста, нет двух сроков подряд — достаточно сменщику попрезидентствовать хотя бы один день, чтобы возвращение с подножки стало вполне законным. А пассажиры еще и в ладоши хлопать будут. Тем более что дорожка от и.о. президента к президенту уже однажды успешно пройдена. Чего ж не повторить? Есть о чем призадуматься.

Один едет и думает: потерпеть или столкнуть? Другой висит на подножке: спрыгнуть или вернуться? Тяжелый выбор у этих ребят, не позавидуешь. Ясно одно — двух вагоновожатых в одном трамвае быть не может. Даже если у одного из них только заслуги и амбиции, а у другого — закон и власть. В цивилизованном трамвае и проблем бы не было, но в нашем, суверенном, им непременно станет тесно. Поэтому новому вагоновожатому надо тщательно следить за своим здоровьем и заваривать чай самостоятельно.

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7933
28 МАРТА 2008 г.
chinadaily.com.cnrsf.org
sport.monstersandcritics.com

Позвольте выразить надежду, что не все так продажно в этом мире, как рассказал нам Антон Орех в своей статье «И не надейтесь». И не все так беззастенчиво циничны, как Алексей Митрофанов в полемике с Валерией Новодворской в программе Матвея Ганапольского «Клинч» на «Эхе Москвы». Антон Орех, в отличие от Митрофанова, мудро дистанцировался от идеи целесообразности проведения Олимпийских игр в Пекине. Хотя, мне кажется, эта идея ему ближе, чем идея бойкота Олимпиады.

Дело, впрочем, не в авторах, а в аргументах.

С одной стороны, по наблюдению Ореха, мы живем «в эпоху, когда права человека, демократические ценности, уважение к личности велики как никогда». Но с другой — в эпоху циничного прагматизма и политкорректности. И вот мы, живущие одновременно и сразу в двух эпохах, должны сделать выбор в пользу одной или другой. Так вот тут у Ореха ошибка — нет никакого «мы». Одни живут в эпоху прав человека, другие — в эпоху прагматизма. Они не только не пересекаются, но и противостоят друг другу. Это не «мы», а «мы» и «они».

Вы хотите поддержать Олимпийские игры в Китае, потому что Китай — это большая фабрика? Потому что это выгодно? Потому что у Китая много долларов? Потому что вам важно победить и не важно, где и как? Так вы и живете в эпоху циничного прагматизма. Вы поступаете не как правильно, а как выгодно. Или просто у вас понятия правильности и выгоды — это одно и то же. А нравственная составляющая, по крайней мере, в этом вопросе атрофирована. Как говорит один мой приятель: «Что хочу, то правильно».

Да, расчет действительно «холоден и безжалостен». И он свидетельствует, что бойкотировать Олимпиаду в Пекине не выгодно никому. Такие доходы от рекламы и телевидения, от вложения в инфраструктуру, от сумасшедшего престижа, наконец. А с другой стороны — всего-то красивые слова о правах человека. Что перевесит? Ну ясно, выгода, бог успеха. Мы же материалисты, закваска еще марксистская — на первом месте у нас пузо, все остальное — на последующих местах, можно сказать, не столь отдаленных!

Свобода, независимость, права человека — это, по мнению Антона Ореха, хорошо, но слабо. Выгода — это конкретно, а «общечеловеческие ценности — абстрактны». И вот тут еще одна ошибка. Это для Вас они абстрактны, потому что вам не приходилось платить за эти ценности по счетам, выставленным в виде судебных приговоров. И, дай Бог, не придется.

Вам ведь не случалось гоняться за мышами не для того, чтобы извести их из дома, а для того, чтобы съесть? Знаменитый китайский диссидент Гарри Ву, отсидевший в китайских лагерях 19 лет, рассказывал мне, как, доведенный в тюрьме до крайней степени голода, он охотился за мышами, чтобы съесть их и выжить. Никакой абстракции, все вполне конкретно, борьба за выживание. Мой друг кубинский журналист и диссидент Адольфо Фернандес Сэйнс был арестован в «черную весну» 2005 года и получил 15 лет тюрьмы за то, что публиковал свои статьи на сайте нашего информационного агентства ПРИМА-News. И до сих пор сидит. И вряд ли ему это кажется абстрактным.

hro.orghro.org

Таких людей в Китае, надо полагать, тысячи. И еще нагло оккупированная китайской армией в 1949 году страна Тибет, которая теперь считается китайской провинцией. Конечно, независимость этой страны и свобода каких-то нескольких тысяч политзаключенных у великих прагматиков и расчетливых циников не идут в расчет при сравнении с выгодами проведения Олимпиады в Китае. «Ну, что вы, в самом деле — сравнили! Тут миллионы долларов прольются золотым дождем, да и нас оросят, в вы все про своих борцов за права и свободы. Кому они нужны?»

В самом деле — кому? Понятно, что не Митрофанову — он во времена Московской Олимпиады в МГИМО учился и в МИДе работал. Понятно, что не бизнесменам, завязанным на китайский рынок; для них прибыль — залог жизненного успеха и смысл существования. Даже не европейским политикам, желающим договариваться хоть с чертом и притом за любую цену.

Извините, Антон, выскажу крамольную мысль от нашего общего имени, нахальным образом включая туда и Вас. Наша солидарность с китайскими диссидентами нужна, прежде всего, нам самим. Чтобы мы не вливались в легион отупевших от расчетов циников, продающих свою и чужую свободу за чечевичную похлебку, за рынки сбыта, за дешевые китайские товары, за собранные Китаем доллары. За страх перед китайской атомной бомбой. Если мы сегодня отмахнемся, как от мелочи, от китайских политзаключенных и непокорного Тибета, то это значит, что мы сами готовы разделить такую судьбу. Значит нам и своя свобода не важна, если мы так легко и цинично соглашаемся жертвовать чужой. Ну, ясное дело, Митрофанову она и не понадобится — он найдет свое место при любой власти. А Вы? Торгуя чужой свободой, можно ли сохранить свою?

Да и нужна ли кому-то еще эта свобода? Совершенно справедливо негодование Сергея Иванова на жителей Тарусы — даже ради своего здоровья они палец о палец не ударили, чтобы защитить от местной власти кардиологов районной больницы. И справедливо негодование наших демократов на сонный российский народ — ради собственной свободы они даже на санкционированный митинг протеста не придут, чего уж говорить о риске и жертвенности. Но разве наши демократы, ратуя за Олимпиаду в Пекине и начхав на судьбу китайских диссидентов, ведут себя не подобным же образом?

Солидарность с китайскими диссидентами нужна и им тоже. Что будут чувствовать они, подыхающие от болезней и дистрофии в лагерях и тюрьмах, когда «цивилизованные»», «демократические» страны пришлют свои спортивные делегации в Пекин соревноваться в красоте и мощи человеческого тела? Это вопрос риторический, но я Вам отвечу — они будут считать, что их предали. Конечно, у них сейчас не спросишь, но я скажу по собственному опыту — в 1980 году, когда западный мир бойкотировал Олимпиаду в Москве, я был политзаключенным. И я помню, что проявленная Западом солидарность с нами и жертвами советской агрессии в Афганистане была свидетельством того, что мы не одиноки, что борьба с коммунизмом имеет общечеловеческий смысл, что свобода стоит жертв, что не все покупается и продается за выгоду и безопасность.
chinadaily.com.cn
Да, спортивный, экономический и политический расчет — против бойкота. Целесообразность и выгода — против бойкота. Но вот ведь какая штука — иногда побеждают не расчет и выгода, а честность и солидарность. Примеров достаточно. Циники не любят об этом говорить. Им нравится, чтобы окружающий мир был таким же поганым, как они сами. Поэтому все на свете они пытаются объяснить шкурными интересами. Но разве все обязаны быть такими? И куда бы ушел наш мир, если бы такими были все?

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7946
1 АПРЕЛЯ 2008 г.

chinadaily.com.cn
2008-freetibet.org
В дискуссии на тему «Следует ли проводить Олимпийские игры в Китае?» противники бойкота чаще всего говорят: «Бойкот не поможет восстановить права человека». Сторонники бойкота убеждают: «Участие в Играх укрепляет тоталитарный режим». А китайские власти, между тем, не слушая ни тех, ни других, гнут свою линию, следуя славным коммунистическим традициям.
Как вы думаете, чем они отметили у себя в стране зажжение Олимпийского огня в Греции? Миролюбивыми заявлениями? Амнистией политзаключенным? Обещаниями подумать о независимости для Тибета? Ничего подобного! Новым приговором китайскому диссиденту. День в день, 24 марта.
Ян Чунлинь (Yang Chunlin) приговорен к 5 годам тюрьмы за сбор подписей под открытым письмом «Нам нужны права человека, а не Олимпиада». Эту кампанию он вместе с двумя другими жителями провинции Хэйлунцзян Ван Гуилинем (Wang Guilin) и Ю Чан-у (Yu Changwu) начал в июне 2007 года. Он уже успел собрать 10 тысяч подписей, но 6 июля прошлого года его задержала полиция и предъявила обвинение в «подстрекательстве к свержению государственной власти». 19 февраля 2008 года он предстал перед судом. Согласно сообщениям из Китая, в заключении его подвергали пыткам. На суде прокуратура заявила, что инициированная им петиция «очернила международный имидж Китая».
Два других инициатора сбора подписей под этой петицией — Ю Чан-у и Ван Гуилинь — уже направлены в лагеря трудового перевоспитания, что в Китае не требует даже судебной процедуры.
До своего ареста Ян Чунлинь защищал в суде интересы свыше 40 тысяч крестьян, у которых конфисковали землю в ходе проводящихся в Китае реформ. В 2006 году он принимал участие в голодовке в защиту гражданских прав, которую держал известный адвокат и правозащитник Гао Чжишэн (Gao Zhisheng). Таким образом, китайская госбезопасность давно знает Ян Чунлиня и имеет к нему много претензий. Но на судебные репрессии пошли именно сейчас.
Репрессии эти хотя и демонстративные, но не единственные. 18 марта известный правозащитник Ху Цзя (Jia) предстал перед Судом средней ступени № 1 Пекина. Обвинение против Ху Цзя формулировалось как «подстрекательство к свержению государственной власти» и было связано с публикациями в интернете материалов о правах человека в КНР, в частности статьи «Действительная ситуация в предолимпийском Китае». Власти не допустили на суд жену Ху Цзя и его адвоката. Приговор Ху Цзя еще не объявлен.
Вот так в Китае поступают с теми, кто возражает против проведения Олимпиады в своей стране. 5 лет тюрьмы за сбор подписей под петицией! И не случайно приговор оглашен в столь торжественный для будущей Олимпиады день — день зажжения Олимпийского огня. Китайские власти ясно дают понять всему миру: мы в своей стране будем делать с нашими гражданами все, что захотим, это наше внутреннее дело, не суйтесь к нам со своими правами человека. Мы специально объявим приговор именно в этот знаменательный день, а вы проглотите это молча, потому что вы цените спорт, цените сотрудничество с нами, цените наши рынки и наши дешевые рабочие руки.
И ведь, как это ни ужасно, их расчет верен. Промолчат. Проглотят. Сделают вид, что ничего не заметили — ни приговоров диссидентам, ни расстрела демонстраций, ни оккупации Тибета. Ах, оставьте, у нас тут праздник, не мешайте нам веселиться! Мы не хотим проблем, мы хотим мира. О, спорт! Ты — мир!
blog.studentsforafreetibet.org
Немногочисленные голоса протеста тонут в радостном хоре бескомпромиссных любителей спорта. Когда весь мир с придыханием следил за церемонией зажжения огня, а в Пекине судили Ян Чунлиня, торжества в Греции омрачила только акция руководителя правозащитной организации «Репортеры без границ» Роббера Менара и двух его коллег, которые развернули транспарант «Объявите бойкот стране, которая нарушает права человека».
А судебный процесс в Пекине вообще мало кто заметил. Это и понятно. Иначе как утверждать, что в Китае все не так уж плохо, что нельзя наказывать весь мир за поведение китайских властей, что спорт и политика несовместимы. Расскажите это лучше Ян Чунлиню, которого осудили на той неделе в Пекине, и Ху Цзя, который сейчас ждет приговора. Расскажите им про то, как выгодно иметь экономические отношения с Китаем, как важно провести XXIX Олимпийские игры; расскажите им, что права человека — это абстракция, что здоровый прагматизм — это хорошо и выгодно. Расскажите им, что спорт — это мир. Сядьте с ними в одну камеру на весь срок и расскажите.

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7959
7 АПРЕЛЯ 2008 г.

photoline.ru

Была у нас в школе классная руководительница, которая обожала, чтобы мы все делали «как один». Как один встали, как один сели, как один взяли ручки и как один написали. Была б ее воля, она бы, наверное, в последнем слове предыдущего предложения ударение на втором слоге поставила. Но не могла тогда, времена были хоть и советские, но все же для такого единства партийной директивы не было.

Времена партийных директив закончились, а страсть к единству осталась. Называют его то соборностью, то сплоченностью, то консолидацией, а то и просто вертикалью власти и национальной идеей. В сущности же – стадность и безответственность. Слабым и глупым в стаде хорошо – коллектив, если что, прикроет. Сморозил глупость, допустил оплошность – не беда, надо лишь доказать приверженность коллективу, системе, власти.

А можно и наоборот – сначала доказательства лояльности, а потом делай, что хочешь. Лучше всего это получается у правоохранителей. Казалось бы, чего им париться: раскрывайте преступления, ловите преступников – работы непочатый край. Ан нет, спешат выказать политическую благонадежность, авось какие грешки спишутся, либо начальство к себе повыше подтянет.
lenta.ruДва мутных уголовных дела расследуются сейчас в Москве и Петербурге. В белокаменной правозащитника Льва Пономарева обвиняют в клевете на государственного человека – главу всех российских тюрем и лагерей г-на Калинина. Сказал Пономарев, будто г-н Калинин и есть автор пыточной системы внутри пенитенциарной. То ли Пономарев в сердцах преувеличил, то ли Калинин по скромности авторство не признает – разбираться сейчас не будем. Не в том дело. А в том, что взяли с Пономарева подписку о невыезде, чтобы он по первому свистку следователя или судьи к ним для дознания являлся. Ну и славно, Пономарев – человек открытый, публичный, от властей не скрывается. Но вот понадобилось ему съездить на пару дней в Питер на объединительную конференцию демократов, а потом на четыре дня в Страсбург на сессию ПАСЕ. Как человек законопослушный, он обратился к своему следователю за разрешением выехать из Москвы. Ну и какой ущерб уголовному делу может нанести такая поездка? Да никакого. Чего бы следователю следственного отдела прокуратуры ЦАО г. Москвы Сухареву Ю. Е. не отпустить правозащитника по своим правозащитным или политическим делам? Скроется он в Петербурге от московских следователей? Доказательства своей невиновности сфабрикует? Бунт в «Крестах» поднимет против Калинина? Да нет же, но следователю необходимо хорошо выглядеть в глазах своего начальства, у которого есть свое начальство, начальник которого неодобрительно смотрит на конференцию в Петербурге. Вроде как не дело следователя учитывать политическую конъюнктуру, не его эта епархия – его дело имеет номер и ждет утверждения прокурора для передачи в суд. Но дело в том, что и на следователя, и на его начальников, и на начальников его начальников свалилась одна беда – Единство. У каждого своя служебная цель, а еще – одна общая, государственная, национальная. Чтобы все как один ее правильно понимали, все как один исправно ей служили и вопросов лишних не задавали.
aneta-spb.livejournal.com
В северной столице, между тем, под следствием лидер Петербургского «Яблока» Максим Резник. Виноват он то ли в том, что ночью на него напали хулиганы в штатском, то ли он им слишком резво дал сдачи – разбираться сейчас не будем. Не в том дело. А в том, что, будучи под подпиской о невыезде, он обязан являться на допросы. И тут такое совпадение – Резник тоже захотел пойти на конференцию, которую он, к слову сказать, и организовывал. Разумеется, выезжать из города ему для этого не надо, и к следователю ходить за разрешением ни к чему. Но единство целей профессиональных, личных и общенациональных питерские менты демонстрируют не хуже московских. Конференция открылась в субботу в 11 утра – ровно на это время Резника вызвали на допрос в прокуратуру.

Замечательно сориентировались правоохранители, впору засесть за диссертацию – «Уголовное дело как профилактика законной политической деятельности». Не очень свежо, не слишком ново, но достаточно эффективно. Проверено опытом. Во времена единства партии и народа перед международными форумами или визитами в первопрестольную важных иностранных гостей диссидентов тоже старались мягко изолировать. Везучих – в командировки на пару недель, невезучих – в психушки на пару месяцев.

Кто-то скажет, что все это мелкие пакости, и я с ним соглашусь. Но за мелкими пакостями стоит большая проблема – консолидация общества вокруг одной идеи. Консолидация всех ветвей власти вокруг одной – исполнительной. Всеобщее сплочение и тотальное единство – это смертельный диагноз для живого, развивающегося общества. Уже сейчас противостоять самодовольному единству, которое культивирует Кремль, достаточно сложно. На всех ступеньках социальной лестницы, во всех закоулках общественной жизни твердеет понимание того, что успеха в своем деле можно добиться, только подпевая общему хору. Если этот стереотип общественного поведения окончательно укрепится в сознании российского общества, то идущим не в ногу одиночкам только и останется, как встарь, запасаться визами или сухарями.

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7980
15 АПРЕЛЯ 2008 г.
chinadaily.com.cn

Уж не думал, что придется снова писать в «ЕЖ» о пекинской Олимпиаде. Но задело за сердце страстное обращение Ганапольского, крик души и вопль сострадания — в Сан-Франциско убивают олимпийский огонь! Люди мира, на минуту встаньте! Остановитесь, оставьте свои глупые заботы и бессмысленные дела — в Америке огонь убивают! Вы молчали, когда убивали китайских политзаключенных и расстреливали демонстрантов в Тибете. И правильно — не фиг лезть в чужие дела. Вы молчали, когда убивали африканцев в Дарфуре и чеченцев на Кавказе. И справедливо — все это слишком далеко от нас. Вы молчали, даже когда избивали русских в Благовещенске и молодежь в Сокольниках — в конце концов, это за пределами Садового кольца. Но больше молчать нельзя. Нехорошие люди во главе с Ричардом Гиром посягнули на самое святое — на олимпийский огонь.

Вполне уместно небывалое раздражение Матвея Юрьевича этим «любителем Тибета» — что ему, в самом деле, надо? Почему вместо того, чтобы в кино играть, он взялся защищать каких-то тибетцев, которые нам совершенно не важны? Да еще говорит, что «весь мир отреагировал на ситуацию в Китае. Все поняли, что Олимпийские игры не являются для китайских властей спортивным событием». Сущая неправда. Чтобы это было правдой, Гиру следовало заявить, что это понял весь мир, кроме Матвея Ганапольского. Почему этого еще не понял Ганапольский? Трудно сказать. Олимпийский огонь действительно путешествует практически по всему миру. И везде его встречают акции протеста против Олимпиады в Китае. Вот Гиру, который со свойственной американцам заносчивостью забыл про Ганапольского, и показалось, что на эту ситуацию отреагировал весь мир.

Справедливое возмущение Ганапольского вылилось в ряд бессмысленных вопросов, предположений и догадок. Поддержал бы Гир Олимпиаду в США, ведь в Ираке идет война? Буду ли я, Матвей Ганапольский, правозащитником, если начну бегать по Сан-Франциско за факелом, протестуя против того, что китайцы начали усиленно пить молоко? Как можно будет отличить марафонца от сотен правозащитников, бегущих в майках с призывами рядом с ним?

А еще блестящая догадка озарила Матвея Юрьевича — все эти «дешевые флешмобы» устраивают ряженые, пацанва, которой плевать на любые идеалы. Ганапольскому достоверно известно, что идеалов у них нет, что они только вчера узнали о Тибете и до сих пор путают Далай-ламу с Джеки Чаном. И ведь чем, мерзавцы, пользуются — отсутствием границ, «шенгеном» и скидками на авиарейсы! Для них все это делали? Ну, натурально, конченые отморозки. Первый среди них, разумеется, руководитель международной организации «Репортеры без границ» Роббер Менар, который и провел первую акцию протеста в день зажжения в Греции нынешнего олимпийского огня. А за ним, как водится, подтянулась и остальная безыдейная пацанва во главе с Ричардом Гиром.

А еще вспомнил Матвей Юрьевич два великих московских события: Олимпиаду 1980 года и фестиваль молодежи и студентов 1957-го. Про Олимпиаду он запомнил вот что: пустынная Москва, высланные за 101-й км неугодные элементы и хорошие продукты, исчезнувшие с окончанием Олимпиады. Короче говоря, ничего хорошего. А вот про фестиваль у него много радостных воспоминаний — толпы народа на улице, рок-н-ролл, жвачка, джинсы. Омрачили праздник только издержки: «Вместе с чернокожими красавцами, которых москвички затаскивали к себе домой, они получали и доселе невиданный сифилис». Столь радужные воспоминания о фестивале можно списать на восторженный возраст автора — Матвею Юрьевичу было тогда 4 года, а в этом возрасте, согласитесь, все воспринимается в розовом цвете. В том числе и невиданный доселе сифилис, которого до массового заезда к нам «чернокожих красавцев» в России не было. Сифилис — болезнь, конечно, плохая, но сама мысль Ганапольского хорошая, патриотичная. Была Россия чиста и невинна, а все беды, в том числе и венерические, пришли с буржуазного Запада. Это напоминает очень популярную в свое время идею о том, что колорадского жука нам забросили с самолетов американцы, чтобы мы остались без последней картошки. Если забросили жука, почему не могли забросить сифилис?

Но одна догадка Ганапольского оказалось верной. Правда, Матвей Юрьевич сам этого не ожидал. Долго и со вкусом он иронизирует по поводу фантастической, как ему кажется, мысли, что построенные в Китае олимпийские объекты могут в будущем использоваться как тюремные комплексы. «Стадион — место сбора и фильтрации, беговая дорожка — место для прогулок по кругу. Кольца и брусья — пыточные, для подвешивания любителей свободы и демократии. А олимпийский бассейн — место казни». Очень смешно. Как представишь себе все это, просто начинаешь покатываться от хохота. Ганапольскому кажется, что если такие замыслы и существуют, «то только в сознании самого Гира». Между тем, сознание Гира здесь ни при чем, как и сознание Ганапольского. Все эти «фантазии» уже давно реализованы. В Китае стадионы используются как место вынесения смертных приговоров и проведения публичных казней.

Конечно, Гиру хорошо — у него в голове есть «определитель», с помощью которого можно отделить спорт от пропаганды, добро от зла. А у Ганапольского такого определителя нет, как же ему быть? Гир знает, что должен сделать Китай, чтобы с чистой совестью проводить Олимпиаду, а Ганапольский — нет. Ганапольскому нужна «специальная лакмусовая бумажка», чтобы отделить спорт от пропаганды. А где ее взять? Тяжелый случай.

Соотношение политики и спорта должно быть прописано на бумаге и занесено в Олимпийскую хартию, считает Ганапольский. Вряд ли Гир стал бы с этим спорить. Но пока этого не сделано, Ричард Гир и Матвей Ганапольский видят опасности в разном. Глупый Гир считает, что «Пекин использует игры, чтобы добиться как бы косвенного одобрения происходящих в стране репрессий и нарушений прав человека». А умный Ганапольский видит опасность в том, что «миллионы зрителей будут собираться у телевизоров не в ожидании спортивных результатов», а в надежде узнать, «сорвут ли пронос огня». Сказано же: интересоваться спортивными достижениями. А они интересуются политикой. Действительно, безобразие.

Ганапольского, впрочем, понять можно — тоска по античным временам, по красивым мифам, по нежному возрасту человеческой истории. Но, как заметил Гераклит, все течет, все меняется. Если в древние времена во время Олимпиады прекращались войны, то теперь во время войн прекращаются Олимпиады. Можно по этому поводу негодовать, но Ричард Гир здесь, право, ни при чем. Не от него пошло все зло в этом мире. И в тщеславии его не заподозришь — ему своей голливудской славы достаточно. Просто глупый человек, что Матвея Юрьевича крайне раздражает.

Про остальных участников акций протеста у Ганапольского вполне определенное мнение. «Сколько тысяч сумасшедших присоединятся к этому абсурду, чтобы их, после ареста, показали по телевизору», — задается он риторическим вопросом. Мощно сказано. Ведь мы, выросшие в СССР, надежно усвоили, что против течения можно идти или за деньги, или из тщеславия, или будучи душевнобольным. Какое простое и изумительное по своей вульгарности объяснение: тысячи сумасшедших мечтают увидеть себя по телевизору. Главное — поверить в это самому. Остальное неважно.