*2506. "Эхо Москвы"

[Александр Мельман]

http://www.mk.ru/old/article/2002/02...ov-silnee.html
Примет ли Венедиктов Коха на работу
13 февраля 2002 в 00:00,
Гендиректор “Газпром-медиа” Борис Йордан и главный редактор “Эха Москвы” Алексей Венедиктов встретились, поговорили и разошлись. Неизвестно, остались ли они довольны друг другом, но рандеву закончилось результативно: достигнута договоренность по составу совета директоров “Эха”. Хотя до окончательной любви до гробовой доски еще очень далеко. “МК” решил дать слово обоим участникам процесса.
Борис Йордан.
— Венедиктов — партнер по переговорам или противник, которого нужно переиграть?
— Конечно, партнер. “Эхо Москвы” отлично работает и финансово, и творчески. Венедиктов — очень сильный начальник, и я хочу найти с ним общий язык.
— Его заявление о возможном уходе с поста главного редактора — это ультиматум?
— Я так не считаю. Его не могло устроить абсолютное представительство “Газпрома” в совете директоров “Эха”. Теперь, как известно, мы договорились, что наших представителей там будет пять из девяти, и это справедливо.
— Получается, вы его шантажировали?
— Считаю это неприемлемым. Я лишь воспользовался своим правом, но никогда не настаивал. Прошли переговоры, и было принято решение. Это нормально. Впереди — обсуждение персонального состава совета директоров.
— А если Венедиктов выдвинет свою кандидатуру на пост главреда, вы его поддержите?
— Да. И не только я, но и пять представителей “Газпрома” в совете директоров.
— Кто может стать покупателем “газпромовских” акций “Эха”?
— Не знаю. Вопросом продажи занимается председатель совета директоров “Газпром-медиа” г-н Дыбаль и Дрезден-банк.
— Но ведь вы сами хотели купить эти активы.
— Да, я заинтересован и стараюсь привлечь западных инвесторов. Но пока нет определенности: если медиаактивы будут продаваться единым блоком — это одно, по частям — совершенно другое. Много нюансов.
— Но главный — политический?
— Политикой не занимаюсь и никакого давления не ощущаю. Я уже десять месяцев возглавляю НТВ, и ни разу в информационную политику никто не вмешивался. А разве это не видно по нашим программам?
Алексей Венедиктов.
— Вы довольны соглашением с Йорданом?
— Сейчас для меня важно, кто будет нашим новым главным акционером.
— И кто это может быть?
— Есть четыре варианта. Первый: “Газпром” продает коллективу “Эха” свои 50% акций. В результате у нас становится 84% и мы контролируем совет директоров. Для меня это лучший выход из положения. Второй: “Газпром” продает нам часть своих акций, в результате чего ни у кого не будет контрольного пакета. Это тоже нормально. Третий: “Газпром” продает свои активы афелированной структуре. И четвертый — “Газпром” никому ничего не продает. Последние два варианта для меня неприемлемы.
— Вы слишком многого хотите...
— Ничего подобного. Сам я человек достаточно компромиссный. Поле для переговоров огромное. Когда собственность “Медиа-Моста” отбирали у Гусинского, “Газпрому” помогали почти все силовые ведомства, кроме армии. Хочется, чтобы сейчас все прошло более цивилизованно.
— Журналисты “Эха” вас поддерживают?
— На собрании коллектива 85% из них сказали мне “да”. Они также готовы участвовать в конкурсе на частоту радио “Арсенал”. Но все наши журналисты — люди самостоятельные, и каждый будет сам решать, уходить ему или нет.
— От вас ушел Сергей Корзун. Говорят, уже и с Бунтманом есть разногласия. Так вы все передеретесь.
— Если отец уходит, не всегда виновата семья. На самом деле я гораздо более компромиссный человек, чем те же Корзун и Бунтман. Некоторые на “Эхе” за это меня жестко критикуют. А другие говорят, что я слишком неуступчивый. У меня нет недоброжелателей. Хотя есть один — Кох. А все потому, что ему не удалось меня сломать, как НТВ. В результате я по-прежнему на “Эхе”, а Кох — простой публицист. Он еще на работу ко мне на “Арсенал” попросится.
— Не говорите “гоп”. Вы можете и без “Эха” остаться, и радио “Арсенал” не выиграть. А ведь за вами команда.
— Да, но каждый из нас представляет только себя. Лично я абсолютно свободный человек и имею право на собственное решение. Главное для меня, чтобы “Эхо Москвы” осталось частным и независимым радио и сохранило ту репутацию, которую оно имеет сейчас на рынке информации.