**1313. День в истории

[Foto_history]

520 лет назад, 7 февраля 1497 года, очень интересная церемония — Костёр тщеславия (итал. falo delle vanita) — была проведена в городе Флоренции, на Площади Синьории. Городом в это время правил доминиканский монах Джироламо Савонарола, страстный обличитель «падения нравов», проповедник евангельской бедности и аскетизма. По его приказу отряды хунвейбинов «невинных агнцев», попросту говоря, детей, в сопровождении вооружённых охранников, разошлись по всему городу в поисках разнообразных буржуйских греховных «излишеств». Все свои трофеи, изъятые у жителей города, они складывали в высокую пирамиду посреди пьяцца делла Синьория. В эту пирамиду полетела всевозможная женская и мужская косметика и парфюмерия, ювелирные изделия, предметы роскоши: духи, помады, притирания, румяна, парики, фальшивые усы и бороды, зеркала, маскарадные и просто дорогие костюмы... Следующий слой составляли кипы «греховных книг» древнегреческих и латинских языческих писателей и философов: Овидия, Цицерона, Горация, Вергилия... Более современные авторы, проповедовавшие «греховность», тоже летели туда: Петрарка и Бокаччо. Дальше располагались картины и рисунки «непристойного» содержания. Согласно преданию, художник Сандро Боттичелли, оказавшийся под влиянием неистового проповедника, собственноручно бросил в эту гору для костра несколько своих лучших холстов на мифологические сюжеты.

В той же пирамиде нашли своё место, разумеется, такие порождения азарта, как игральные карты и кости. А также музыкальные инструменты: флейты, лютни, альты... Над ними располагался слой из скульптур античных богов, богинь и мифологических героев. Размеры пирамиды составили, по утверждениям очевидцев, около 20 метров в высоту и 30 в ширину. Какой-то венецианский купец, увидев столь небывалое количество драгоценных произведений искусства, обречённых огню, предложил выкупить их все за 22 тысячи флоринов — огромную по тем временам сумму! Однако купцу сильно повезло, что его самого не посадили на вершину этой пирамиды, но зато её увенчало изображение Сатаны с козлиными копытами, которому придали внешнее сходство с этим купцом...
Пирамида была подожжена и запылала под пение толпы «Те Deum laudamus» («Тебя, Господи, славим…») и другие латинские псалмы.

Проповеди Савонаролы призывали к покаянию и отказу от греховных предметов роскоши

Впрочем, правление Савонаролы оказалось ярким, но недолгим — довольно скоро после «костра тщеславия» местная флорентийская знать расправилась с религиозным реформатором, казнив его, а затем отправив на костёр его тело, на той же самой пьяцца делла Синьория. Любопытно, что позднее Савонаролу почитали как католики, так и протестанты, считавшие его одним из предтеч Реформации.

Савонарола призывает к покаянию правителя Флоренции Медичи

"Проповедь Савонаролы во Флоренции", художник Н. П. Ломтев, 1850-е годы



Памятник Савонароле во Флоренции

Другой памятник Савонароле

После казни Савонаролы

Сожжение тела Савонаролы после его казни на пьяцца делла Синьория

Но чем нам сегодня может быть интересна эта давняя история? Прежде всего, заметим, что религиозные «костры тщеславия» пылают и в наше время, например, на территории Тех-Кого-Нельзя-Называть.

Роскошь сильных мира сего и сейчас вызывает возмущение и ненависть бедняков, как и 520 лет назад, и религиозные деятели, искренне или не очень, стремятся этим народным настроениям угодить. Но есть и различие: если 520 лет назад протест неимущих почти неизбежно облекался в религиозную форму, то в наше время оболочка религии служит, как правило, для того, чтобы погасить реальный классовый и социальный протест. Увести его на заведомо ложный и бесплодный путь "религиозного братства" с богачами.
И стоит различать уничтожение предметов роскоши (которое можно и понять: никто не вправе есть пирожные, пока не всем хватает хлеба) и уничтожение произведений искусства, которое никак не может быть оправдано. Стоит напомнить, что сто лет назад большевики не устраивали на улицах и площадях "костров тщеславия", хотя красные революционеры тоже боролись с роскошью. Но они просто передавали произведения искусства, отобранные у богачей, в общедоступные музеи — именно там им и было настоящее место...