**747. Русский календарь

[Историк. РФ]

https://историк.рф/days/2021/07/21/2...ostankine.html
Домашний театр графов Шереметевых был знаменит на всю Россию. Крепостные актёры ставили оперы, балеты и драматические спектакли. Некоторые балеты создавались специально для шереметевского театра. В Останкине архитекторы обустроили уникальный зал со сценой, который быстро можно было превратить из театрального в бальный.

Самой талантливой актрисой крепостного театра являлась Прасковья Ковалёва-Жемчугова, которая в семь лет попала в дом Шереметевых, была ведущей актрисой театра, а в 1801 году стала графиней Шереметевой. В театре существовала традиция: артистам присваивались новые сценические имена, соответствовавшие названиям драгоценных камней. Анна Буянова-Изумрудова, Татьяна Шлыкова-Гранатова, Кузьма Деулин-Сердоликов, Фёкла Урусова-Бирюзова… Шереметев не жалел средств на богатые декорации и костюмы.

[Сергей Антонов]

http://rusplt.ru/wins/pervyiy-sovets...lan-27628.html
21 июля 2016, 00:00
Русские победы, История

Летающий корабль СМ-1: история первого советского экраноплана

Экраноплан. Фото: wikipedia.org

С тех пор как человечество принялось создавать и совершенствовать транспортные средства, одной из главных целей этого процесса стала все большая скорость передвижения. Но, увы, по-настоящему скоростными удалось сделать только самолеты — с кораблями такой фокус почти не проходит. Почти — потому что в послевоенной России сумели создать суда, развивавшие скорость 400–500 км/ч! Речь идет об экранопланах — своего рода гибридах самолета и глиссирующего судна, разработкой которых долгое время занимался талантливый конструктор Ростислав Алексеев. Его первая машина такого рода — экраноплан СМ-1, то есть «Самоходная модель, первая» — отправилась в свой первый полет 22 июля 1961 года. Причем управлял агрегатом сам его создатель, совершенно уверенный в безопасности и возможностях своего детища.

Впервые об эффекте аэродинамического экрана, или экранного эффекта, то есть резкого увеличения подъемной силы крыла и других аэродинамических характеристик летательного аппарата при полете вблизи экранирующей поверхности (воды, земли и пр.), стало известно в начале 1920-х. Первыми с подобным явлением столкнулись летчики, особенно управлявшие самолетами с достаточно широкими и короткими крыльями. Они заметили, что при взлете или посадке самолет, летящий с небольшой скоростью, вдруг начинает вести себя странно — так, словно под ним появилась огромная подушка. На первых порах встречи с экранным эффектом даже приводили к катастрофам, пока ученые-аэродинамики не сумели исследовать и объяснить явление и предложить способы борьбы с ним.

Да, самолетам приходилось бороться с экранным эффектом, но кто сказал, что он совершенно бесполезен? Практически тогда же, когда был описан аэродинамический экран, нашлись и ученые, которые попытались хотя бы теоретически применить новое явление. И одними из первых среди них были советские инженеры. Так, в 1922 году увидела свет статья ученого-аэродинамика Бориса Юрьева (в будущем — действительного члена Академии наук СССР и генерал-лейтенанта инженерно-технической службы) «Влияние земли на аэродинамические свойства крыла». Именно она дала теоретическое обоснование применению экранного эффекта для создания летательных аппаратов особой конструкции. А десять лет спустя первую попытку практического применения этой теории сделал знаменитый советский изобретатель Павел Гроховский. «Мне пришла мысль использовать "воздушную подушку", то есть образующийся под крыльями сжатый воздух от скорости полета, — писал в начале 1930-х известный конструктор. — Корабль-амфибия может лететь-скользить не только над землей, над морем и рекой. Корабль-амфибия позволяет круглый год перебрасывать грузы и людей со скоростью 200–300 км/ч, летом на поплавках, зимой на лыжах».

Но уровень развития довоенной техники и потребности в новых видах транспорта были невысоки, и потому экранопланы в тот момент развития не получили — дело ограничилось несколькими масштабными моделями и экспериментальными машинами. Прототипы, созданные Павлом Гроховским и финном Тоомасом Каарио, доказали саму возможность движения за счет экранного эффекта, но никак не тянули даже на предсерийные экземпляры. И потому расцвет экранопланостроения начался только два десятка лет спустя после окончания Второй мировой войны. К этому времени появились и новые термостойкие и влагостойкие материалы для плоскостей и обшивки такого рода аппаратов, и реактивные и турбовинтовые двигатели, способные разгонять их до скоростей, при которых аэродинамический экран становился по-настоящему эффективным.

В Советском Союзе работами над экранопланами занимались два конструкторских бюро, но лишь одному удалось довести свои разработки до серийного производства. Таганрогское ОКБ, в котором работал авиаконструктор Роберт Бартини — один из самых экстравагантных и не связанных условностями создателей советской авиатехники, — воплотило в металле только одну модель своего руководителя: ВВА-14, то есть вертикально взлетающую амфибию. Поскольку доработать и установить на этом удивительном летательном аппарате двигатели вертикального взлета так и не удалось, на их место установили два маршевых двигателя для создания экранного эффекта — и тем самым превратили самолет вертикального взлета и посадки в экраноплан. Но масштабы доводочных работ оказались столь велики, что после смерти конструктора работы над ВВА-14М1П (такой индекс получил экраноплан) были прекращены.

Гораздо больших успехов добились создатели экранопланов из горьковского Центрального конструкторского бюро по судам на подводных крыльях (ЦКБ СПК) под руководством Ростислава Алексеева. В этом конструкторском бюро в послевоенные годы были созданы морские и речные суда на подводных крыльях, многие из которых не имеют себе равных по сей день. Знаменитые «Ракеты» и «Метеоры», «Кометы» и «Буревестники» — все это разработки ЦКБ СПК. И именно они в конечном итоге привели к появлению первых экранопланов конструкции Ростислава Алексеева.

Дело было в том, что, совершенствуя суда на подводных крыльях, конструктор довольно быстро понял: какими бы быстрыми они ни были, достигая скоростей, недоступных обычным судам, они все равно не способны двигаться быстрее 100–120 км/ч. Виной всему — кавитационный эффект, кипение воды в разреженной зоне, который возрастает по мере увеличения скорости и резко снижает эффективность подводного крыла. Именно тогда Алексееву и пришла в голову идея устранить главный источник проблем — контакт судна с водой. Для судостроителя такая идея выглядит как минимум революционной, если не сказать завиральной. Но Ростислава Алексеева это не смутило: проштудировав все доступные материалы по экранному эффекту и довоенным попыткам создания экранопланов, он взялся за конструирование собственных машин такого типа.

Коротким этот путь только выглядит, а на деле у конструктора ушло почти десять лет, прежде чем он сумел вплотную приступить к созданию первого своего экраноплана. Как всегда, процесс подстегнул интерес военных, которые оценили небывалые скоростные возможности и теоретическую грузоподъемность такого рода судов. Но для того чтобы подтвердить теоретические положения и доказать право экранопланов на существование, требовалась внушительная демонстрация. Именно для нее и был построен экраноплан СМ-1, отправившийся в свой первый полет 22 июля 1961 года. Убедившись в том, что теория верна, а построенная машина уверенно двигается над водной гладью, слушается руля и вообще ведет себя адекватно, Алексеев начал демонстрировать ее потенциальным заказчикам. Важнее всего оказались полеты, за которыми наблюдали секретарь ЦК КПСС, будущий министр обороны Дмитрий Устинов и главком ВМФ Сергей Горшков. Они настолько впечатлились увиденным, что выпросили у конструктора право самостоятельно полетать на СМ-1 — и получили от этого, как вспоминали очевидцы, несказанное удовольствие! Недоволен полетом остался только председатель Госкомсудостроения Борис Бутоме, который попал в неприятную ситуацию с внезапно кончившимся посреди полета топливом. Вынужденный дожидаться, пока экраноплан вновь заправят, запустят двигатели и поведут к берегу, руководитель судостроительной промышленности, как говорят, вынес свой раздраженный вердикт: мол, «тем, что летает выше телеграфного столба, судпром не занимается».

Впрочем, это было уже неважно: имевший колоссальный политический вес Дмитрий Устинов и распоряжавшийся флотскими заказами Сергей Горшков по достоинству оценили возможности нового типа машин. И с 1962 года, после того как второй экраноплан СМ-2, получивший ставшие классическими носовые двигатели поддува, помогавшие нагнетать воздух под крыло, показали главе СССР Никите Хрущеву и получили его одобрение, началась разработка серийных образцов в интересах армии и флота. ЦКБ СПК работал сразу над тремя проектами: транспортно-десантного, ударного и противолодочного экранопланов. Параллельно конструкторское бюро занималось отработкой различных вариантов компоновки судов нового типа, последовательно создав еще несколько «самоходных моделей» — от СМ-3 до СМ-8.

Как это обычно бывает с техникой, созданной на основе нового принципа движения, доводка экранопланов заняла очень много времени, за которое интерес военных и финансовые возможности страны понемногу сошли на нет. В итоге в серию пошла только одна модель экраноплана — десантного, получившего индекс МДЭ (малый десантный корабль-экраноплан) и шифр А-90 «Орленок». Правда, и их было построено всего пять экземпляров, из которых только три были приняты на вооружение советским ВМФ и вошли в состав 11-й отдельной авиагруппы Главного штаба морской авиации. Эти экранопланы могли перевозить 200 морских пехотинцев или две единицы бронетехники (например, плавающие танки ПТ-76 или бронетранспортеры БТР-60) на расстояние до 1500 км на скорости до 350 км/ч!

Среди других знаменитых разработок Ростислава Алексеева — колоссальный (длина почти 95 метров!) десятидвигательный экраноплан КМ-1, название которого западная разведка расшифровала как «Каспийский монстр». Хотя в действительности аббревиатура означала всего лишь «корабль-макет»: это был опытный корабль, на основе которого в дальнейшем планировалось построить серийный боевой экраноплан для ВМФ, способный выполнять функции ударного корабля. Немногим меньше него был построенный в единственном экземпляре боевой экраноплан-ракетоносец «Лунь», получивший неофициальный титул «убийца авианосцев». Вооруженный шестью противокорабельными ракетами «Москит», он был способен выпускать их на ходу — на скорости до 500 км/ч. При этом «Лунь», перемещавшийся на высоте нескольких метров над поверхностью моря, был практически неуловим для локаторов противника и представлял серьезную угрозу авианосным группам, для борьбы с которыми он и был создан. Но в строй в 1990 году вступил всего один такой корабль, да и тот сразу после развала Советского Союза вдруг оказался никому не нужным и доживает свой век на некогда сверхсекретной базе в Каспийске.

[А. О. Колегов]

http://kolegov-a-o.livejournal.com/856552.html

22 июл, 2014 at 12:10 AM

День памяти участника Белого движения епископа Владивостокского и Приморского Михаила (Богданова) (1867-1925), писателя М.М.Зощенко (1894-1958), поэта С.С.Наровчатова (1919-1981).

В этот день родились писатель Л.С.Соболев (1898-1971), директор Института машиноведения РАН, академик К.В.Фролов (1932-2007), специалист в области разработки энергодвигательных и энергетических космических установок, директор центра имени М. В. Келдыша (НИИ-1 МАП), академик РАН А.С.Коротеев (род.1936).

Церковный календарь (9 июля по ст.ст. Седмица 5-я по Пятидесятнице, Глас третий). Сщмч. Панкратия, еп. Тавроменийского (I). Сщмч. Кирилла, еп. Гортинского (III-IV). Прмчч. Патермуфия, Коприя и мч. Александра, подвижников Египетских (361-363). Свт. Феодора, еп. Едесского (IX). Прп. Антония Леохновского. Кипрской в с. Стромыни (Моск. обл.) и Колочской (1413) икон Божией Матери. Прп. Евфимия Карельского. Блж. Петра, сщмч. Черевковского

[Правда.ру]

http://www.pravda.ru/society/calenda...798-jule_22-0/
21 июл 2015 в 18:00

Общество » День в истории » Июль

День защитников неба Москвы

Фотоархив Pravda.Ru

Православный календарь

День священномученика Панкратия, епископа Тавроменийского. Мирно проповедовал учение Христа. Но язычники до смерти забили камнями.

Священномученик Кирилл, епископ Гортинский, пострадал в III веке, будучи 84-летним старцем.

Народные приметы

Сбор черники. По народному поверью, "черника уводит от живота лихо", она "врачует язву желудка, чистит кровь, восстанавливает работу печени". Ягоды и листья черники — лекарственные средства. Чернику полезно есть в больших количествах в жаркое летняя время.

Съем первых огурцов (в открытом грунте).

Именинники: Александр, Кирилл, Панкрат и Федор.

События

22 июля 1898 года состоялась свадьба Владимира Ильича Ленина и Надежды Константиновны Крупской. Церемония состоялась в селе Шушенском Минусинского округа, где находился в ссылке Ленин.

5 августа 1942 года немцы распорядились о депортации знаменитого сиротского приюта, тогда его директор собрал детей, находившихся под его опекой, и спокойно, с достоинством повел их в последнем марше к поезду, который отправлялся в лагерь смерти Трeблинку.

22 июля 1951 года в космос отправились первые живые существа нашей планеты — собаки-дворняги Дезик и Цыган. Братья меньшие стартовали с полигона Капустин Яр и благополучно вернулись на Землю. Всего в период 1951-1962 годов слетало в космос 29 собак.

Дни рождения

22 июля 1596 года родился Михаил Романов, первый российский царь из рода Романовых.
Скорбные даты

22 июля 1990 года скончался Эдуард Стрельцов, великий советский футболист. Умер на следующий день после своего 53-летия.

["Коммерсантъ"]

http://www.kommersant.ru/gallery/223..._campaign=foto

1863 год. В Санкт-Петербурге на Невском проспекте состоялось первое испытание конки

1930 год. Колхозцентр СССР установил оценку и оплату труда в колхозах не в деньгах, а в трудоднях

1959 год. Состоялся первый полет самолета Ан-10

[Литературная газета]

420 лет назад родился Михаил Федорович Романов, русский царь

[Литературная газета]

95 лет назад родился Юрий Катин-Ярцев,, актер театра и кино, педагог, Народный артист РСФСР

[Полит. ру]

http://polit.ru/news/2016/07/23/vyazemskiy/
23 июля 2016, 01:56 Мемория


К.Я. Рейхель. Портрет П. А. Вяземского. 1817
Всероссийский музей А.С. Пушкина (Санкт-Петербург)

23 июля 1792 года родился поэт Петр Вяземский.

Личное дело

Петр Андреевич Вяземский (1792 – 1878) родился в Москве в семье действительного тайного советника, нижегородского и пензенского наместника князя Андрея Ивановича Вяземского и Дженни О’Рейли. В честь рождения Петра его отец в августе 1792 года за 26 тысяч рублей приобрел небольшое (152 крепостных души) село Остафьево и усадьбу с прекрасной липовой аллеей, наличие которой и стало решающим аргументом при покупке. За семь лет отстроил там шикарный двухэтажный особняк (ныне музей «Русский Парнас»).

Имение Вяземских, в котором провел свои юношеские годы Петр, стало одним из средоточий культурной жизни России начала XIX века. В частности, князь пригласил поселиться в Остафьеве своего зятя, Николая Карамзина, который с 1804 по 1815 годы работал здесь над «Историей государства Российского».

Карамзин был женат на сводной незаконнорожденной сестре Петра Екатерине (в девичестве - Колывановой). В ранней молодости Петр Вяземский осиротел - когда ему было всего 10 лет, умерла мать, а спустя 5 лет не стало в живых и отца. Он остался единственным наследником большого состояния. Карамзин был назначен его опекуном. У них были столь теплые отношения, что в одном из своих стихотворений Петр назвал его «вторым отцом».

Благодаря опеке Карамзина, юный князь с ранних лет вошёл в среду московских литераторов карамзинского круга. Он получил прекрасное домашнее образование, а в 1805 году был отдан в Петербургский иезуитский пансион при Педагогическом институте. Однако всего через год Петр вернулся в Москву, так как его неудержимо влекла разгульная жизнь и совсем не нравилось монастырское воспитание. Дома начал брать частные уроки у приглашаемых немецких профессоров. В 1805 году поступил на службу в Межевую канцелярию юнкером.

Мальчик очень рано начал пробовать перо. Первое известное произведение — франкоязычную трагедию «Эльмира и Фанор» он написал в 1802 году – в 10 лет. В 1808 году в «Вестнике Европы» вышло его первое опубликованное стихотворение (под криптонимом К. П. В..ий) — «Послание Жуковскому в деревню».

В раннем творчестве испытал мощное влияние со стороны ведущих русских поэтов конца XVIII-начала XIX вв. — Гавриила Романовича Державина, Ивана Ивановича Дмитриева, Василия Андреевича Жуковского, а также французской «легкой поэзии». В то время русский язык еще не стал основополагающим литературным. Его создателем считается Пушкин. А с ним Вяземский познакомился и подружился намного позже.

Регулярно публиковаться Петр Вяземский начал с 1809 года. В 1813—1817 годах он уже считался одним из самых перспективных молодых поэтов России. Он достаточно быстро выработал собственную манеру, которая поражала современников «Вольтеровой остротой и силой» (А. Ф. Воейков) и одновременно вызывала ассоциации с «живой и остроумной девчонкой» (К. Н. Батюшков), писал в самых разных жанрах — от эпиграммы и дружеского послания до басни и сатирических куплетов. Он вступает в литературное общество «Арзамас», заводит множество дружеских связей в литературных кругах, находится в постоянном личном и творческом контакте с Василием Жуковским, Константином Батюшковым, Василием Пушкиным.

В 1817 г. друзья выхлопотали Вяземскому назначение в Варшаву в качестве переводчика при императорском комиссаре в Царстве Польском. Он неоднократно лично встречался с императором Александром I, был переводчиком при императоре. Вяземский присутствовал в Польше, когда открывали первый сейм, составлял вместе с другими чиновниками «Государственную грамоту Российской империи», обсуждал с императором вопросы, связанные с будущей конституцией. В марте 1819 года Вяземский получил чин надворного советника, а уже 19 октября того же года — равный полковнику чин коллежского советника.

Либеральная атмосфера Варшавы того времени была горячо воспринята легко увлекающимся Вяземским. Будучи представителем когда-то влиятельного древнего рода, он тяготился деспотизмом самодержавия, возвышением новоиспечённой аристократии и изоляцией старинного родовитого дворянства.

Переживания Вяземского этого периода близко совпали с настроениями и идеями декабристов. В 1820 году он вступил в Общество добрых помещиков и подписал записку об освобождении крестьян, поданную императору графом М. С. Воронцовым.

Однако отказ Александра I от идеи проведения масштабных реформ разочаровал Вяземского. Свои убеждения он не боялся демонстративно высказывать в получивших широкую известность стихах («Петербург», «Негодование», «К Кораблю»), частных письмах и беседах. В результате Вяземский был отстранён от службы. В апреле 1821 года, когда он находился в отпуске в России, ему запретили возвращаться в Польшу. Оскорбленный князь подал в отставку, отказавшись, в том числе, и от придворного звания камер-юнкера. Александр I высказал ему неудовольствие и отставку принял.

В итоге Вяземский стал считаться опасным оппозиционером. Начиная с 1820 года за ним была установлена тайная слежка. Вплоть до 1828 года он был в опале у властей и жил, в основном, в Москве.

В это время поэзия для Вяземского заметно отошла на второй план — он увлекся журналистикой, работал в популярнейшем русском журнале «Московский Телеграф», выступал с острыми критическими статьями и рецензиями, перевел на русский язык роман Бенжамена Констана «Адольф» и «Крымские сонеты» своего близкого друга Адама Мицкевича, планировал написать роман.

Журналистская деятельность князя и его критические выступления вызывали неудовольствие правительства. В 1827 году против Вяземского была развернута настоящая кампания травли — его обвиняли в «развратном поведении» и дурном влиянии на молодежь. В 1828-29 годах князь, пытаясь защитить своё честное имя, обратился к Николаю I с «Запиской о князе Вяземском, им самим составленной», в котором откровенно объяснял свою позицию, и одно время даже собирался эмигрировать.

В итоге Вяземский все же вынужден был оставить «Московский телеграф».

К 1829 году материальное положение семьи Вяземских стало совсем плачевным. Ради семьи Петр решил примириться с императором и написал Николаю письмо с извинениями. Монарх потребовал принести их в устной форме не только ему, но и своему царственному брату в Варшаве.

После принесенных извинений Вяземский был принят на службу чиновником особых поручений при министре финансов. В связи с поступлением на службу в апреле 1830 года переехал из Москвы в Петербург, а позже перевез в столицу семью.

Дальнейшая служба Вяземского также была связана с Министерством финансов: он занимал должности вице-директора департамента внешней торговли (1833—1846), управляющего Главного Заёмного банка (1846—1853), члена совета при министре финансов (1853—1855).

Рос и в чинах: статский советник (1833), действительный статский советник (1839), получал награды — орден Святой Анны 2-й степени с короной (1837), орден Святого Станислава 1-й степени (1848), неоднократно награждался денежными выплатами и арендой.

За время работы он написал несколько статей экономического характера, участвовал в разработке русско-английского договора 1843 года, неоднократно управлял департаментом внешней торговли в отсутствие директора, выступил организатором Второй Всероссийской промышленно-художественной выставки в Москве в 1831 году. Фактически на протяжении 13 лет внешняя торговая политика России находилась в ведении Вяземского. Не возглавил департамент он по чисто формальной причине: поскольку в структуру ведомства входил Корпус пограничной стражи, директором департамента мог быть только военный.

В 1830-х годах в жизни Вяземского началась полоса личных трагедий: смерти детей, многочисленных друзей, среди которых особое положение занимал Пушкин. В связи с пережитыми утратами творчество поэта становится все более меланхоличным, в нём преобладают стихи-воспоминания, появляются религиозные мотивы.

От активной литературной деятельности Вяземский постепенно отходит. В 1831, 1833 и 1836 годах. он ещё планировал издавать собственные журналы и альманахи, активно участвовал в пушкинском журнале «Современник», но со смертью Пушкина его активность в качестве критика и журналиста практически сошла на нет.

По иронии судьбы, именно в это время приходит официальное признание его литературных заслуг — членство в Российской Академии (2 декабря 1839 г.) и Санкт-Петебургской Императорской Академии наук (19 октября 1841 г.)

Во время зарубежных путешествий 1835 и 1838—1839 годов Вяземский свел приятельство с многим европейскими писателями; наиболее близкие отношения у него возникли со Стендалем, творчество которого князь высоко ценил, также он дружил с Адамом Мицкевичем, Шарлем де Сент-Бёвом, общался с Шатобрианом, Ламартином, Гюго, Альфредом де Мюссе. Вяземский активно пропагандировал за рубежом русскую литературу и добился в этом заметных успехов.

В 1848 году вышла в свет написанная Вяземским ещё в конце1830-х годов биография драматурга Дениса Фонвизина — первая русская биография писателя. Она ещё в рукописи получила восторженную оценку Пушкина («книга едва ли не самая замечательная с тех пор, как пишут у нас книги»). Однако, пролежав в рукописи 18 лет, биография опоздала к читателю, да и издана была крохотным тиражом 600 экземпляров.

В марте 1848 года Вяземский попытался обратить на себя внимание Николая I запиской о цензуре, где предлагал коренным образом реформировать русскую цензуру и доверить руководство ей честному и образованному человеку. По следам этой записки в России был создан так называемый Бутурлинский комитет, однако на служебном положении самого князя это никак не отразилось.

В 1850 году после смерти своего седьмого ребёнка — 36-летней дочери Марии, Вяземский предпринял паломничество в Иерусалим ко Гробу Господню, после чего лечился от тяжелого приступа нервной болезни в Европе.

Некий ренессанс случился с Вяземским лишь после начала Крымской войны. Пётр Андреевич отреагировал на нее циклом ярких патриотических стихотворений, которые широко публиковались в России и были переведены на несколько европейских языков. Также он написал по-французски книгу политической публицистики «Письма русского ветерана 1812 года о Восточном вопросе, опубликованные князем Остафьевским» (1854—55), которая была издана в Бельгии, Швейцарии и Пруссии (на русский язык книга была переведена в лишь в 1883 году).

После воцарения Александра II, который всегда относился к князю с большим уважением и симпатией, Вяземский в июне 1855 года вернулся из Швейцарии в Россию и получил пост товарища министра народного просвещения при министре Аврааме Сергеевиче Норове. В декабре 1856 — марте 1858 одновременно возглавлял Главное управление цензуры, руководил подготовкой цензурной реформы.

К концу 1850-х годов Вяземский уже пользовался немалым влиянием при дворе, был одним из любимых приближенных императрицы Марии Александровны, посвятил немало стихотворений ей и другим членам правящего дома (в том числе написал стихи на рождение будущего императора Николая II).

В августе 1855 года стал тайным советником, в декабре того же года — сенатором. В марте 1861 года — гофмейстером Двора Его Императорского Величества, а в октябре 1866 года — членом Государственного совета. В 1861 г. в Петербурге было торжественно отпраздновано 50-летие литературной деятельности поэта.

Деятельность князя на посту главы русской цензуры вызывала полярные оценки — от литераторов старшего поколения он слышал похвалы, от «революционных демократов», в том числе Александра Герцена — ругань в свой адрес. Она завершилась в марте 1858 года. Вяземский ушел в отставку, заявив, что предпочитает бороться с цензурой как писатель, а не как её начальник. После ухода в отставку сохранил, тем не менее, влияние при дворе.

Ещё в конце 1810-х годов Вяземский начал страдать нервной болезнью, со временем только усугублявшейся (современный исследователь Л. А. Юферев ставит князю диагноз «рекуррентное депрессивное расстройство»). Болезнь сопровождалась тяжелыми приступами депрессии и мучительной бессонницей, от которой Вяземский безуспешно лечился с помощью хлоралгидрата; эти образы стали одними из главных в поздней лирике поэта.

С конца 1850-х годов князь преимущественно жил в Европе - в Германии, Австрии, Италии, Франции и Швейцарии. Посвятил множество стихотворений европейским городам — Венеции, Берлину, Виченце, Вероне, Женеве, Флоренции, Дрездену, Праге, Карлсбаду, Ницце, Веве и т. д. Однако не забывал и родину – регулярно бывал в России, главным образом в Москве, Петербурге и его дворцовых пригородах.

В 1866 году Петр Вяземский стал основателем и первым председателем Русского исторического общества. Летом 1867 года в свите императрицы совершил большое путешествие по Крыму и Молдавии, после чего написал большой цикл стихотворений «Крымские фотографии 1867 года». Регулярно публиковал в журнале «Русский Архив» выдержки из своих записныx книжек, которые с перерывами вел с 1810-х годов, и мемуарные статьи, в том числе резко полемическую «Воспоминание о 1812 годе», направленную против искажения истории в «Войне и мире» Льва Толстого.

О русской литературе 1850—1870-х годов Вяземский отзывался по преимуществу отрицательно — в частности, его возмущали произведения Александра Островского и Николая Некрасова. С оговорками он принимал творчество Ивана Тургенева, Алексея Писемского, Ивана Гончарова, Алексея Толстого, Аполлона Майкова.

На протяжении 1850—1870-х годов Вяземский продолжал писать стихи в разных жанрах: от политического памфлета и эпиграммы до стихов-посвящений умершим друзьям и придворных од.

В начале октября 1862 года в Москве тиражом в 1186 экземпляров вышел первый и единственный прижизненный сборник Вяземского «В дороге и дома», включавший 289 стихотворений. Успех сборника был весьма скромен - за два года не удалось продать и половину тиража.

Если 1850—1860-х годах князь активно публиковался в российской прессе, то начиная с 1870-х годов практически перестал печататься. В поздней лирике развивал ранние темы и мотивы собственной поэзии, пытался модернизировать эстетику классической русской поэзии XIX века, приспособить её к требованиям нового времени. Начиная с 1850-х гг. испытывал влияние со стороны одного из своих ближайших младших друзей — Федора Ивановича Тютчева; поэты посвятили друг другу ряд стихотворений.

Последняя большая публикация Вяземского в России (20 стихотворений) состоялась в апреле 1874 года.

С 1873 года князь преимущественно жил на водах в немецком Хомбурге, где работал над подготовкой 12-томного Полного собрания своих сочинений и «постскриптумами» к своим старым статьям. Физическое и психическое состояние старого князя постепенно ухудшалось.

10 ноября 1878 года Петр Вяземский скончался «от старческой слабости» в отеле «Beausejour» одного из своих любимых европейских курортов — Баден-Баден. Похоронен на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры Санкт-Петербурга.

Чем знаменит

П.Ф.Соколов. Портрет князя П.А.Вяземского. 1824. ГЛМ

Петр Вяземский входил в пятерку самых популярных писателей своего времени. Его неоднократно называли «остроумнейшим русским писателем». Стихотворения Вяземского становились народными песнями («Тройка мчится, тройка скачет…»), цитаты — пословицами («И жить торопится, и чувствовать спешит», «квасной патриотизм», «Дедушка Крылов»).

Однако по мере отхода от либерализма и свободомыслия и перехода к консерватизму и глубокой религиозности Вяземский постепенно перестал восприниматься как модный и актуальный писатель. Новому поколению читателей его творчество казалось уже устаревшим, а критики, в том числе Виссарион Белинский, отзывались о нём с пренебрежением и даже с откровенной издевкой.

Современники не оценили позднее творчество Вяземского — его стихи воспринимались уже как безнадежно архаичные, стали предметом насмешек и многочисленных пародий (в их числе Василия Курочкина и Дмитрия Минаева).

Несмотря на огромный вклад, внесенный Вяземским в развитие русской литературы XIX века, он долгое время не рассматривался в качестве самостоятельного и крупного явления. Уже в конце XIX века Вяземский как поэт был практически забыт.

Большой вклад в «открытие» Вяземского внесли в 1920-х гг. советские литературоведы Лидия Гинзбург и Вера Нечаева. Однако во времена СССР Вяземский воспринимался не более чем «поэт пушкинской поры» или «пушкинского круга». На первый план выдвигались ранние годы творчества поэта, всячески подчеркивались его «революционность», «богоборчество» и дружба с декабристами, в то время как поздние годы рассматривались как малоценные в силу своей «реакционности». Официальные и религиозные стихи Вяземского не переиздавались, записные книжки полностью не изданы до сих пор.

Лишь начиная с 1980-х годов восприятие Вяземского в истории русской литературы меняется. Он начинает рассматриваться как крупный самодостаточный поэт, оказавший огромное влияние как на свою эпоху, так и на последующие периоды русской литературы (так, Иосиф Бродский называл Вяземского одним из своих главных учителей).

Не меньший интерес представляют и мемуары Вяземского на основе записок, которые он вел шестьдесят с лишним лет. В своей «Старой записной книжке» он собрал воспоминания о высшем светском обществе конца XVIII и начала XIX веков, а также оставил ряд небольших статей-монографий, посвящённых наиболее дорогим для него умершим людям.

«Старая записная книжка» Вяземского — объёмная хроника русской и зарубежной жизни — была после его смерти опубликована в 3-х томах и вновь переиздана в России в 2003 году.

О чем надо знать

Петр Вяземский отказался участвовать в тайном обществе декабристов. Но перед арестом Пущина зашел к нему с предложением сохранить бумаги, какие друг сочтет нужным. Только через 32 года Вяземский вернул поэту портфель с запретными стихами многих авторов. Только за один поступок хранения таких документов Петр мог пойти на каторгу.

Однако, несмотря на добровольно предложенную помощь в хранении запретных бумаг, участвовать в восстании декабристов Вяземский не стал. Он считал, что кровавые методы переворота неприемлемы и нужно искать более мирные варианты.

Не будучи сторонником декабристов, Вяземский воспринял разгром восстания 14 декабря 1825 года как огромную трагедию и резко осудил казнь пятерых участников восстания, троих из которых знал лично. Однако со временем пересмотрел многие свои оценки и в старости отзывался о декабристах уже без всякого сочувствия.

Прямая речь

Литкритик Д. С. Мирский о поэзии Вяземского: «Нет ничего менее романтического, чем его ранние стихи: это или изящные, отделанные и холодные упражнения в поэтических общих местах, или блестящие опыты во всякого рода литературных играх со словом, где каламбур рождает каламбур, шутка — шутку, нагромождая целые горы словесного юмора».

Пушкин – Вяземскому (1823 год): «Прозу-то не забывай; ты да Карамзин одни владеют ею»

11 фактов о Петре Вяземском

Родители Петра Вяземского познакомились, когда князь Андрей совершал турне по Европе. К моменту их знакомства Дженни О’Рейли была замужем за офицером французской армии, и ей потребовался развод. Отец и мать Андрея. Вяземского были категорически против брака, но тот был непреклонен и женился на избраннице, которая впоследствии стала известна под именем княгини Евгении Ивановны Вяземской.
Первое произведение – эпиграмму - Петр Вяземский написал в детстве на своего русского преподавателя. После этого поссорился с ним практически сразу. И больше его для своего обучения уже не приглашал. Эпиграмма же имела большую популярность в кругу немецких профессоров.
В молодости участвовал в Отечественной войне с Наполеоном, добровольцем вступил в народное ополчение и принимал участие в Бородинском сражении в чине поручика. На поле боя спас раненого генерала А. Н. Бахметева, за что получил орден Святого Владимира 4-й степени с бантом.
По мнению некоторых исследователей, рассказы Вяземского об участии в битве при Бородине были использованы Львом Толстым во время создания «Войны и мира».
Вяземский принимал активное участие в жизни «Арзамаса» и борьбе между сторонниками Карамзина и Шишкова. В группе он получил прозвище Асмодей.
В 1818 году в Варшаве Вяземский вступил в масонскую ложу Северного Щита.
Вяземский и Александр Пушкин познакомились в Царском Селе в 1816 году и поддерживали близкие отношения до самой смерти Пушкина. Пушкин высоко ценил творчество Вяземского, особенно его журнальную прозу, посвятил ему несколько стихотворений и третье издание поэмы «Бахчисарайский фонтан». Пушкин неоднократно ставил эпиграфами к своим произведениям цитаты из Вяземского («Евгений Онегин», «Станционный смотритель»), неоднократно цитировал Вяземского в своем творчестве, ввел его как действующее лицо в «Евгения Онегина». По свидетельству Е. Ф. Розена, Пушкин даже ввел негласный запрет на критику Вяземского в своем присутствии. В свою очередь Вяземский с восхищением отзывался о творчестве Пушкина, посвятил ему свой перевод романа «Адольф» (1831), выступил издателем поэмы «Бахчисарайский фонтан», испытал сильное и благотворное влияние пушкинской стилистики. Некоторые стихи Вяземского — например, «Водопад» (1825) и «Казалось мне: теперь служить могу…» (1828) — были выправлены Пушкиным лично.
Именно Вяземский еще в 1827 году придумал название пушкинского журнала «Современник» и разработал его концепцию.
Вяземский — единственный пример, когда поэт, прошедший 70-летний творческий путь, издал одну-единственную книгу стихов, причем в 70-летнем возрасте
В 1811 году Петр Вяземский женился на княжне Вере Фёдоровне Гагариной. Несмотря на то, что Вера была намного старше Петра, брак оказался счастливым и долгим, у них родилось восемь детей.
В Баден-Бадене скончались два близких друга Вяземского, дочь, внук, а впоследствии и жена. Поэт посвятил ему множество стихотворений, в том числе «Уж если умереть мне на чужбине, так лучше здесь, в виду родных могил…».

Материалы о Петре Вяземском

Князь Петр Вяземский: биография и творчество

Статья о Петре Вяземском в Википедии

Вяземский, Пётр Андреевич в библиотеке Максима Мошкова

[LADNO.ru]

— 1500 г. Во время войны 1500–1503 гг. с Великим княжеством Литовским московская рать (40 тыс. человек) воеводы Д. В. Щени на р. Ведроша, близ Дорогобужа, наголову разбила равное по силе войско литовского гетмана К. И. Острожского. Сражение произошло по плану, намеченному русскими воеводами. Преднамеренное отступление, организация контратаки и охват противника с фланга сторожевым полком решили исход борьбы В сражении было показано образцовое выполнение русской ратью сложных маневров, искусное управление войсками. Потери литовцев составили около 8 тыс. воином убитыми; несколько воевод, в том числе гетман К. Острожский, были взяты в плен. Вся артиллерия и обозы попали в руки русских воинов. После поражения на р. Ведроша Литва вынуждена была возвратить Русскому государству земли с г. Черниговом.

— 1759 г. Во время Семилетней войны 1756–1763 гг. в районе селения Пальциг состоялось сражение русских войск под командованием генерала П. С. Салтыкова (40 тыс. человек, 248 орудий) с прусскими поисками, возглавляемыми генералом К. Г. Веделем (27 тыс. человек, свыше 100 орудий). В нем особенно отличились русские артиллеристы, которые вели сосредоточенный огонь из гаубиц и единорогов, нанося большие потери противнику. Была успешно отбита атака прусской конницы. Ее разгром довершила русская кавалерия. Сражение закончилось полным поражением прусских войск, их потери составили более 7 тыс. человек (русских — до 5 тыс.).

— 1812 г. Во время Отечественной войны 1812 г. у Салтановки, южнее г. Могилева, состоялось сражение между частями русского 7-го пехотного корпуса генерала Н. Н. Раевского (15 тыс. человек) и французскими войсками корпуса маршала Л. Даву (26 тыс. человек). Сражение носило крайне ожесточенный характер. В один из моментов боя, когда каpалось, что русские войска дрогнут, генерал Раевский встал по главе основных сил корпуса и повел пехоту в атаку. Вместе с ним шли его сыновья. Старший Александр (16 лет) нес знамя Смоленского полка, младший Николай (10 лет) шел рядом с отцом. Подвиг Раевского вдохновил всех; в штыковой атаке противник был отброшен. Потери французов составили около 5 тыс. человек, русские потери - 2500 человек. Действия корпуса Раевского, сковавшие противника, обеспечили переправу главных сил армии Багратиона через Днепр.

— 1944 г. Войска 3-го Прибалтийского фронта (генерал-полковник И. И. Масленников) освободили Псков от немецко-фашистских захватчиков.

[World-history.ru]

1645
Умер Михаил I Российский

Первый русский царь из династии Романовых. Сын боярина Федора Никитича Романова, позднее ставшего патриархом (под именем Филарета), дальний родственник царя Фёдора Ивановича. 21 февраля 1613 по инициативе боярства избран на престол Земским собором, собравшимся после изгнания из Москвы польских интервентов. Активную роль в управлении страной играли родственники Михаила, а в 1619—33 правил его отец — патриарх Филарет, официально носивший титул «великого государя».