*1354. Кремль взял курс на вооруженное восстание

[Андрей Пионтковский]

http://echo.msk.ru/blog/piontkovsky_a/1364786-echo/
22 июля 2014, 16:52
Говорить о том, каким человеком была Валерия Ильинична, умершая 9 дней назад, очень сложно, поскольку она — уникальна, вне рамок или стандартных представлений. Если бы мне пришлось составлять справку о личности Новодворской для западной Википедии, я бы назвал ее визионером с абсолютным нравственным слухом.

Однако в русском языке есть удивительно точное слово для обозначения такого явления как Валерия Ильинична Новодворская. Понятие, которое встречается исключительно в нашей культуре. Парадоксально, но при жизни это слово не раз использовали враги Новодворской. Желая оскорбить, ее называли юродивой.

Так вот, она действительно была юродивая. Святая Юродивая России.

В русской традиции юродивый — человек, являющийся одновременно и совестью, и выразителем стыда нации. Юродивый не боится громко говорить о постыдных вещах, творящихся в стране, о которых среди обычных людей упоминать не принято. Именно такую роль Валерия Ильинична играла в современной истории России, будучи при этом фантастически образованным человеком с потрясающим литературным даром. Меня всегда поражало ее блестящее литературное мастерство, опирающееся на великолепное знание мировой культуры.

Думаю, ошибкой многих людей, да и самой Новодворской, в течение долгого времени было восприятие ее как политика.С начала перестройки и создания партии Демократический союз до конца 90-х, когда она увлекалась партией СПС , Валерия Ильинична считала себя политиком, не понимая: она нечто неизмеримо большее. Только позже Новодворская осознала, что политика слишком профаническое занятие для человека ее масштаба.

Ни в коем случае не собираюсь сравнивать себя с ней ни по масштабу таланта, ни по степени самоотверженности. Но когда Новодворская ушла, я ощутил странное чувство ответственности за каждое будущее слово, чтобы вместе с другими людьми хоть в какой-то мере заполнять громадную лакуну, образовавшуюся в российском обществе и российском сознании.

Есть совершенно фантастическое ее эссе о Путине, написанное Новодворской несколько лет назад. Все 15 лет существования Путина в российской политике она боролась с этим человеком.

Новодворская говорит, что в некотором смысле чувствует себя невольной и нелюбимой супругой Путина: "Встаю я утром, и вдруг до меня доходит: ведь я уже без малого 10 лет замужем за Путиным, и то, что между нами происходит, и есть классическая российская семейная жизнь. Он мне зарплату не приносит, а я ему обед не готовлю и белье не стираю. Живем, как Стива Облонский с Долли, не здороваемся, не разговариваем. А дом общий: 1/8 часть света. Или тьмы".

Муж Путин , продолжала Валерия Ильинична, — молодой, здоровый, спортивный и, конечно, ее переживет, поскольку она старая и больная. Но беспокоило ее не это. Она не знала, кто будет тогда заботиться о России — об их общем убогом дитятке, которого в детстве уронила акушерка, у которого церебральный паралич и замедленное умственное развитие. Новодворская боялась, что после ее смерти бедняжку некому будет и пожалеть.

Почему-то сразу после ее смерти я вспомнил этот удивительный текст.

Валерию Ильиничну часто обвиняли в русофобстве. На самом деле все, что она делала, вдохновлялось болью за Россию. За это несчастное дитятко,обреченное остаться без нее в руках "отца "— молодого, спортивного и бездушного. То-то он тогда развернется.