*2427. Мои обращения в КС

[Marcus Porcius Cato]

В Конституционный Суд Российской Федерации
_____________________________________________
г. Санкт-Петербург, Сенатская площадь, дом 1

Заявитель:
Marcus Porcius Cato

Орган государственной власти, принявший нормативно-правовой акт:
Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации:
Охотный ряд, д. 1, г. Москва, 103265
Судебный департамент при Верховном суде РФ
ГСП-6, ул. Гиляровского, д.31, корпус 2, г. Москва, 107996

Наименование обжалуемых нормативно-правовых актов:
1. Инструкция по судебному делопроизводству в районном суде от 29 апреля 2003 года №36
2. Федеральный закон от 02 мая 2006 года №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан РФ».

Наименование судебных актов, подлежащих проверке при рассмотрении жалобы:
1. Писюлька не установленной ГПК формы изготовленная председателем Басманного суда Солоповой О.Н.
Положения Конституции Российской Федерации, подлежащие толкованию:
Статьи 2, 15, 17, 18, 19, 45, 46, 47, 118 Конституции РФ.

Жалоба
о нарушении права на судебную защиту и публичное судебное разбирательство гражданских дел официальным толкованием и сложившейся басманной судебной практикой по применению пункта 4.4 Инструкции Судебного департамента при Верховном суде РФ и ч. 3 ст. 11 ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», позволяющими судьям злоупотреблять правом и отказывать в принятии жалоб без вынесения соответствующих процессуальных документов.
По мнению заявителя, основанием для направления жалобы к рассмотрению дела, в соответствии со статьей 36 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года № 1-ФКЗ “О Конституционном Суде Российской Федерации”, послужила обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли статьям 2, 15, 17, 18, 19, 45, 46, 47, 118 Конституции Российской Федерации, воспроизведенные в пункте 4.4 Инструкции Судебного департамента при Верховном суде РФ и ч. 3 ст. 11 ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» положения, которые не устанавливают нормативное правовое толкование понятия «оскорбительные выражения», и позволяющие судьям злоупотреблять правом и выносить не установленные ГПК писюльки и не принимать к производству не угодные по их мнению заявления и жалобы граждан. Поводом для направления жалобы к рассмотрению дела послужила принятая указанная писюлька.
Я обратился в Басманный суд с жалобой на нарушение избирательных прав. При этом в свой жалобе я употребил общеизвестное сегодня наименование одной политической партии, а именно словосочетание «партия воров и жуликов». Председатель Басманного суда Солопова О.Н. писюлькой неустановленной ГПК формы вернула мне мою жалобу. Так как я лишён возможности в установленном ГПК порядке обжаловать писюльку Солоповой, я обратился в административном порядке к председателю Московского городского суда, но моя жалоба осталась без удовлетворения.
Право на доступ к правосудию на национальном уровне в моем случае стало формальным, а правовая защита неэффективной, в результате чего я вынужден обратиться в Конституционный Суд РФ за защитой своих нарушенных прав.
Считаю, что действием председателя Басманного суда было допущено произвольное применение законов РФ и нормативных актов, что противоречит статье 46 Конституции, статье 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека, пункту 2 и подпункту "а" пункта 3 статьи 2 и пункту 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункту 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку препятствует эффективной и полной защите прав Заявителя.
Как следует из статей 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека, пункта 2 и подпункта "а" пункта 3 статьи 2 и пункта 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция), каждый имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом.
Из указанных конституционных норм и корреспондирующих им положений международно-правовых актов следует, что государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной (Постановление КС РФ от 16 июля 2004 г. №14-П, Определение КС РФ от 12.04.2005г. №113-О).
Под судебной защитой понимается эффективное восстановление в правах независимым судом на основе справедливого судебного разбирательства, что предполагает обеспечение состязательности и равноправия сторон, в том числе предоставление им достаточных процессуальных правомочий для защиты своих интересов при осуществлении всех процессуальных действий, результат которых имеет существенное значение для определения прав и обязанностей (Определение КС РФ от 18 июня 2004 г. №206-О).
Очевидно, что при рассмотрении моей жалобы председателем Басманного суда было допущено злонамеренные действия при произвольном и необоснованном толковании инструкции и федерального закона. Причём это позволяет ей так поступать вышеуказанные нормативные акты так как ими не дано толкование понятия «оскорбительные выражения», что позволяет недобросовестным судьям произвольно применять эти нормы законодательства. Сейчас понятие «оскорбление» кодифицировано только в Кодексе об административных правонарушениях и оскорбление есть административное правонарушение. И для того, что бы утверждать что человек кого-то оскорбил надо это установить в порядке, который сегодня регламентирован КоАП. А Солопова это установила минуя этот порядок, то есть произвольно. Установила, что я кого-то оскорбил без соблюдения установленной КоАП процедуры. Я считаю, что указанные нормы законодательства позволяют чинушам типа Солоповой нарушать конституционные права граждан. Вот если бы в соответствии с процедурой предусмотренной КоАП было установлено, что я кого-то оскорбил, в этом случае у меня не было бы вопросов.
Я читал последнюю статью председателя Контитуционного суда В.Д. Зорькина в «Российской газете». О разрушителях права. Я не согласен с Зорькиным. Не там он ищет разрушителей права. Разрушители права у нас басманные судьи. Термин соответствующий у нас родился-басманное правосудие. И появился он не благодаря гражданам, а самим судьям, таким как Солопова. Показательно, что термин «басманное правосудие» появился именно в том суде где председательствует Солопова. Писюлька которую я обжалую в КС и есть пример басманного правосудия. Я и прошу высокий суд поставить крест на басманном правосудии, во всяком случае в исполнении Солоповой. Поставить крест на разрушении права басманными судьями.
Полагаю, что по изложенным основаниям настоящая жалоба может рассматриваться Конституционным судом как повод для признания пункта 4.4 Инструкции Судебного департамента при Верховном суде РФ и ч. 3 ст. 11 ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» (с учетом имеющегося правоприменительного толкования) нарушающей ст.ст 2, 15, 17, 18, 19, 45, 46, 47, 118 Конституции РФ.

Прилагаемые документы:
1. Писюлька не установленной ГПК формы от 28 декабря 2011 года

31 января 2012 года

[Конституционный суд]

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Marcus Porcius Cato на нарушение его конституционных прав пунктом 1 и подпунктом 5 пункта 7 Положения о Следственном комитете Российской Федерации, а также пунктом 1 части первой статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

Город Санкт-Петербург

21 декабря 2011 года

Конституционный суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельниковой, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,

Рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Marcus Porcius Cato к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, отказано в принятии заявления гражданина Marcus Porcius Cato об оспаривании норм Положения о Следственном комитете Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 января 2011 года №38 «Вопросы деятельности Следственного комитета Российской Федерации».

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Marcus Porcius Cato оспаривает конституционность пункта 1 данного Положения согласно которому Следственный комитет Российской Федерации является федеральным государственным органом, осуществляющим в соответствии с законодательством Российской Федерации полномочия в сфере уголовного судопроизводства, и подпункта 5 его пункта 7, предусматреющего, что Следственный комитет Российской Федерации принимает нормативные правовые акты по вопросам, относящиеся к установленной сфере деятельности, за исключением вопросов, правовое регулирование которых осуществляется федеральными конституционными законами, федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации.

Кроме того, заявитель просит проверить конституционность пункта 1 части первой статьи 134 «Отказ в принятии искового заявления» ГПК Российской Федерации.

По мнению заявителя, указанные нормы не соответствуют статьям 10,18, 46 и 55(часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не позволяют оспорить в Верховный Суд Российской Федерации нормативные правовые акты Следственного комитета Российской Федерации, препятствующие привлечению к уголовной ответственности должностных лиц.

Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

2.1. В соответствии со статьями 97 и 97 Федерального конституционного закона «Конституционном Суде Российской Федерации» жалоба гражданина в Конституционный Суд Российской Федерации допустима в том случае, если его права и свободы затрагиваются законом, примененном в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде, что должно подтверждаться копией официального документа, прилагаемого к жалобе.

Между тем представленными Marcus Porcius Cato определениями судов применение пункта 1 и подпункта 5 пункта 7 Положения о Следственном комитете Российской Федерации не подтверждается, так как вопрос о нарушении прав и свобод заявителя этими нормами по существу не разрешался и никакие фактические обстоятельства не устанавливались.Само по себе упоминание в судебных актах тех или иных норм не может расцениваться как их применение в конкретном деле заявителя.

Cледовательно, данная жалоба в этой части не отвечает критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации и не может быть принята к рассмотрению.

2.2. Как следует из материалов жалобы, отказывая Marcus Porcius Cato в принятии заявления, суд исходил, в частности, из того, что оспоренные положения нормативного правового акта прав и законных интересов заявителя не затрагивают.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал в своих решениях, что положения пункта 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации в нормативном единстве с частью первой статьи 251 того же Кодекса, устанавливающей в силу части первой его статьи 246 специальные основания для подачи заявления об оспаривании нормативных правовых актов, не предполагают отказ в принятии к своему производству заявлении гражданина, организации об оспаривании нормативного правового акта в связи с тем, что данный акт не затрагивает права, свободы и законные интересы заявителя; в случае поступления в суд заявлении об оспаривании нормативного правового акта суд не вправе своим определением отказать в принятии такого заявления со ссылкой на то, что оспариваемый акт не нарушает права, свободы и законные интересы заявителя,-вопрос о нарушении нормативным правовым актом прав, свобод и законных интересов гражданина, организации должен решаться непосредственно в судебном заседании при разрешении гражданского дел по существу; иное являлось бы отступлением от принципов равенства всех перед законом и судом, осуществления судопроизводства на основе состязательности, равноправия сторон и ограничением права на судебную защиту (статья 19, часть 1; статья 46, часть 1; статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), что недопустимо (определения от 8 июля 2004 года №238-О, от 20 октября 2005 года №513-О, от 24 января 2006 года №3-О и от 13 октября 2009 года №1071-О-О).

Приведенная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации сохраняет свою силу. Проверка же правильности применения указанной нормы в конкретном деле с участием заявителя, в том числе с учетом сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она установлена статьёй 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Marcus Porcius Cato, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин

№1774-О-О

[Marcus Porcius Cato]

Конституционный Суд Российской Федерации _____________________________________________
г. Санкт-Петербург, Сенатская площадь, дом 1
Заявитель:
Marcus Porcius Cato,
Орган государственной власти, принявший нормативно-правовой акт:
Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации:
Охотный ряд, д. 1, г. Москва, 103265
Наименование обжалуемого нормативно-правового акта:
"Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" от 14.11.2002 N 138-ФЗ (принят ГД ФС РФ 23.10.2002) [далее – ГПК РФ].
Первоначальный текст документа опубликован в изданиях
"Собрание законодательства РФ", 18.11.2002, N 46, ст. 4532,
"Парламентская газета", N 220-221, 20.11.2002,
"Российская газета", N 220, 20.11.2002.
Наименование судебных актов, подлежащих проверке при рассмотрении жалобы:
1. Определение судьи Тверского суда г. Москвы Комиссарова Е.В. от 15 июня 2011 года
2. Определение кассационной инстанции Московского городского суда от 10 ноября 2011 года
Положения Конституции Российской Федерации, подлежащие толкованию:
Статьи 2, 7, 15, 17, 18, 19, 45, 46, 47, 52, 53, 118 Конституции РФ.

Жалоба

о нарушении права на судебную защиту и публичное судебное разбирательство гражданских дел официальным толкованием и сложившейся судебной практикой по применению статей 3, 134 ГПК РФ, позволяющими отказывать в принятии жалоб на действия Президента РФ и его администрации.
По мнению заявителя, основанием для направления жалобы к рассмотрению дела, в соответствии со статьей 36 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года № 1-ФКЗ “О Конституционном Суде Российской Федерации”, послужила обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли статьям 2, 15, 17, 18, 19, 45, 46, 47, 52, 53, 55, 118 Конституции Российской Федерации, воспроизведенные в статьях 3, 134 ГПК РФ положения, которые устанавливают нормативное правовое толкование понятия гражданских дел, подведомственных судам общей юрисдикции, которые рассматриваются в качестве суда первой инстанции, а также позволяющее выносить судебные акты нарушающие международные договоры РФ и ограничивающие доступ к правосудию и его публичность. Указанное нормативное правовое толкование (с учетом сложившейся судебной практики), позволяющее в нарушение Конституции РФ:
не принимать районным судом к производству жалобы к Президенту РФ и его администрации. Поводом для направления жалобы к рассмотрению дела послужили принятые указанные судебные акты.
Я обратился в Тверской суд с жалобой на действия Президента РФ и его администрации. Определением судьи Тверского суда мне было отказано в принятии жалобы. Причём по очень смешным основаниям. Как-то очень специфически трактуют Конституцию г-н Комиссаров и судьи Мосгорсуда. Принцип разделения властей. И принцип неприкосновенности. Не понимают роли судебной власти. В этом и заключается её роль вмешиваться в деятельность исполнительной власти когда та нарушает права граждан. Получается, по Комиссарову, что нет никакого разделения властей, а есть одна власть исполнительная, в которую и входит г-н Комиссаров с судьями Мосгорсуда.
Право на доступ к правосудию на национальном уровне в моем случае стало формальным, а правовая защита неэффективной, в результате чего я вынужден обратиться в Конституционный Суд РФ за защитой своих нарушенных прав.
Считаю, что такими действиями национальными судами РФ было допущено произвольное применение законов РФ и нормативных актов, что противоречит статье 46 Конституции, статье 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека, пункту 2 и подпункту "а" пун-кта 3 статьи 2 и пункту 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункту 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку препятствует эффективной и полной защите прав Заявителя.
Как следует из статей 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека, пункта 2 и под-пункта "а" пункта 3 статьи 2 и пункта 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция), каждый имеет право на эффективное восстановление в пра-вах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом.
Из указанных конституционных норм и корреспондирующих им положений международно-правовых актов следует, что государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, пол-ной и эффективной (Постановление КС РФ от 16 июля 2004 г. №14-П, Определение КС РФ от 12.04.2005г. №113-О).
Под судебной защитой понимается эффективное восстановление в правах независимым судом на основе справедливого судебного разбирательства, что предполагает обеспечение состязательности и равноправия сторон, в том числе предоставление им достаточных процессуальных правомочий для защиты своих интересов при осуществлении всех процессуальных действий, результат которых имеет существенное значение для определения прав и обязанностей (Определение КС РФ от 18 июня 2004 г. №206-О).
Правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах (Постановление от 2 февраля 1996 г. №4-П, Определение КС РФ от 9 апреля 2002 г. №28-О, Определение от 14 октября 2004 г. №329-О).
Очевидно, что в моем гражданском деле судами России были допущены фундаментальные ошибки при произвольном и необоснованном толковании процессуального законодательства.
Полагаю, что по изложенным основаниям настоящая жалоба может рассматриваться Конституционным судом как повод для признания ст. 3, 134 ГПК РФ (с учетом имеющегося правоприменительного толкования) нарушающей ст.ст. 2, 7, 15, 17, 18, 19, 45, 46, 47, 52, 53, 55, 118 Конституции Российской Федерации.
Прилагаемые документы:
1. Определение Тверского суда от 15 июня 2011 года
2. Определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 ноября 2011 года

12 февраля 2012 года

[Marcus Porcius Cato]

Конституционный Суд Российской Федерации
_____________________________________________
г. Санкт-Петербург, Сенатская площадь, дом 1

Заявитель:
Marcus Porcius Cato,

Орган государственной власти, принявший нормативно-правовой акт:
Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации:
Охотный ряд, д. 1, г. Москва, 103265
Наименование обжалуемого нормативно-правового акта:
"Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" от 14.11.2002 N 138-ФЗ (принят ГД ФС РФ 23.10.2002) [далее – ГПК РФ].
Первоначальный текст документа опубликован в изданиях
"Собрание законодательства РФ", 18.11.2002, N 46, ст. 4532,
"Парламентская газета", N 220-221, 20.11.2002,
"Российская газета", N 220, 20.11.2002.
Наименование судебных актов, подлежащих проверке при рассмотрении жалобы:
1. Определение судьи Верховного суда Романенкова Н.С. от 21 ноября 2011 года
2. Определение апелляционной коллегии Верховного суда от 12 января 2012 года
3. Определение судьи Московского областного суда Власовой М.Г. от 1 августа 2011 года
4. Определение судьи Московского областного суда Власовой М.Г. от 4 октября 2011 года
5. Определение судьи Московского областного суда Найденовой Л.А. от 17 июня 2011 года
Положения Конституции Российской Федерации, подлежащие толкованию:
Статьи 2, 7, 15, 17, 18, 19, 35, 45, 46, 47, 52, 53, п. 2 ст.55, п.1 ст.123 Конституции РФ.

Жалоба

о нарушении права на судебную защиту и публичное судебное разбирательство гражданских дел официальным толкованием и сложившейся судебной практикой по применению абзаца 2 части 2 статьи 241.1, пункта 1 части 1 статьи 244.6, статьи 323 и статьи 332 ГПК РФ и пункта 2 части 5 статьи 3 ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», позволяющими отказывать в принятии искового заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок и заволокичивать рассмотрение таких исков. Да и любых исков.
По мнению заявителя, основанием для направления жалобы к рассмотрению дела, в соответствии со статьей 36 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года № 1-ФКЗ “О Конституционном Суде Российской Федерации”, послужила обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли статьям 2, 15, 17, 18, 19, 45, 46, 47, 52, 53, п.2 ст. 55, п. 1 ст. 123 Конституции Российской Федерации, воспроизве-денные в абзаце 2 части 2 статьи 241.1, пункте 1 части 1 статьи 244.6, статье 323 и статье 332 ГПК РФ и пункте 2 части 5 статьи 3 ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» положения, которые устанавливают нормативное правовое толкование понятия граждан имеющих право на подачу исковых заявлений о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок и позволяющие заволокичивать рассмотрение исковых заявлений, а также позволяющее выносить судебные акты нарушающие международные договоры РФ и ограничивающие доступ к правосудию и его публичность. Указанное нормативное правовое толкование (с учетом сложившейся судебной практики), позволяющее в нарушение Конституции РФ:
а) не принимать районным судам к производству иски о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок
б) заволокичивать рассмотрение таких исков.
Поводом для направления жалобы к рассмотрению дела послужили принятые указанные судебные акты.
Я обратился в Солнечногорский суд Московской области с жалобой на действия должностного лица. Она согласно ГПК должна быть рассмотрена в десятидневный срок, но её никак не хотели рассматривать. И до сих, а прошёл уже почти год, как я обратился в Солнечногорский суд с этой жалобой, я не могу обжаловать действия судьи в апелляционную инстанцию. Я обращался к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения жалобы. Но никакого результата. Тогда я обратился с жалобой к Президенту РФ. На этот раз мне прислали определение, которым отказано в принятии жалобы. Прислали, но уже после истечения срока на обжалование. Я подал жалобу вновь. Происходит опять то-же самое. Отказывают в принятии жалобы, но документы возвращают уже после истечения срока на обжалование. А в определении пишут, что оно может быть обжаловано в течении 10 дней со дня вынесения. В общем я четыре раза подавал одну и ту же жалобу и ни разу она не была рассмотрена в точном соответствии с ГПК. И вот я для того, что бы как-то сдвинуть рассмотрение жалобы с места я и обратился в Московский областной суд с исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.
Судья Московского областного суда отказала мне в принятии искового заявления на основании, что в силу пункта 2 части 5 статьи 3 ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», абзаца 2 части 2 статьи 244.1 ГПК РФ я не отношусь к числу лиц, которым за-коном предоставлено право обращаться в суд с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.
Я обжаловал это определение судьи. Но оно было оставлено без движения так как я не указал номер обжалуемого определения. Причём это сделано было специально, что бы заволокитить рассмотрение моей частной жалобы. Да, я не указал номер обжалуемого определения, но фамилию то судьи указал. И при желании судья могла определить какое определение судьи я обжалую. Но она мне сообщает, что видите ли у судьи Найденовой не одно моё заявление и она не может определиться по какому из них подана частная жалоба. Ага у меня у судьи Найденовой было десяток жалоб. На самом деле у судьи Найденовой было в производстве одно моё заявление и определить какое определение судьи мною обжаловано не составляло никакого труда. Судья Власова оставив мою частную жалобу без движения установила срок для выполнения определения, но получил я её определение с опозданием и выполнить его к указанному сроку не смог. Вернее по почте не успевал его послать. Но я тогда воспользовался более современным способом связи, а именно интернет-сайтом Московского областного суда и направил председателю суда заявление в котором сообщал недостающую информацию и просил передать это заявление судье. Но председатель областного суда не сделал этого. И не сделал специально, что бы моя частная жалоба так и не была рассмотрена. Что и произошло. Судья Власова мне вернула мою частную жалобу. Вернула не дождавшись возвращения уведомления о вручении, ведь она посылала свои определения с уведомлением о вручении. Тем самым становится ясным, что моя частная жалоба оставлена без движения именно для того, что бы заволокитить её рассмотрение. О чем недвусмысленно судья меня предупредила в своём определении от 1 августа 2011 года. Цитирую: «Обращаю внимание заявителя, что в силу положений п.2 ч. 1 ст. 342 ГПК РФ, в случае пропуска процессуального срока для подачи частной жалобы и отсутствия просьбы о восстановлении с обоснованием причин про-пуска срока, жалоба подлежит возвращению». Мне вообще непонятен этот институт-оставление заявление без движения. Зачем он был введен? Ведь согласно статьи 18 Конституции РФ права и свободы человека должны определять смысл и применение законов. В чем смысл этого института? Ведь ранее его не было. И в УПК его сегодня нет. И ничего рассматриваются все дела без этого института. А просто эта статья позволяет недобросовестным судьям издеваться над гражданами. Что они и делают. И весьма успешно. И у меня полно таких фактов, когда судьи просто издеваются над гражданам оставляя по надуманным причинам заявления без движения. Даже как положено номер заявлению не присваивают, а пишут просто №б/д. Я и прошу высокий суд проверить на соответствии Конституции этой статьи ГПК.
Также прошу проверить на соответствие Конституции ст.332 ГПК РФ. И эта статья ГПК позволяет судьям издеваться над гражданами. Ведь согласно этой статьи право на обжалование определение судьи начи-нает отсчитываться со дня вынесения. Так я нахoжусь в Сверчково, а судья в Красногорске. Она то вынесла его первого августа, но получил то я его 23 августа и срок на обжалование я пропустил. Формально судья права. Но ведь согласно п. 1 ст. 123 Конституции РФ судебное разбирательство у нас открытое. В ГПК тоже написано о публичности судебных разбирательств. Но если отсчёт десятидневного срока начинается со дня вынесения определения судьей в своем кабинете без присутствия стороны по делу то это это не открытое судебное разбирательство, а тайное. Открытым оно начинает быть тогда когда я ознакомлюсь с этим определением. Но судья то начинает отсчитывать срок со дня вынесения, а не с того дня когда оно мне стало известно. По факту получается, что у нас тайное судебное разбирательство, если срок начинает отсчитываться с момента вынесения определения судьёй. Мне говорят, что я могу подать ходатайство о восстановлении срока на подачу частной жалобы. А почему собственно я должен подавать такое ходатайство? Ведь я никаких сроков не пропускал. Просто судьи специально ставят граждан в положение унижающее их достоинство, когда гражданин должен оправдываться за то что он не совершал. А это противоречит статье 18 Конституции.
Теперь по поводу абзаца 2 статьи 241.1 ГПК РФ и пункта 2 части 5 статьи 3 ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», который гласит, что иски о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок принимаются: «до окончания производства по делу, по которому было допущено нарушение, в случае, если продолжительность рассмотрения данного дела превысила три года и заявитель ранее обращался с заявлением об ускорении его рассмотрения в порядке, установленном процессуальным законодательством Российской Федерации.» По сути эти статьи вводят новый разумный срок рассмотрения дел в судах в три года. А ведь ГПК установлен разумный срок рассмотрения дел в судах в два месяца. А в моём деле вообще ГПК установлен разумный срок в 10 дней. Что же мне для того, что бы получить компенсацию за несвоев-ременное рассмотрение моей жалобы которую согласно ГПК должны рассмотреть в течении 10 дней нужно ждать 3 года? Значит я делаю вывод, что этот пункт статьи 3 ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» и ГПК РФ ухудшил положение граждан, что противоречит п.2 ст.55 Конституции РФ.
Я не стал обжаловать определение судьи Власовой от 4 октября 2011 года так как получил его после истечения срока на обжалование, а подал заявление о присуждении мне компенсации вновь в ноябре 2011 года. Но до сих пор по этому моему заявлению не произведено никаких процессуальных действий, а это есть косвенное подтверждение того, что мой иск не принят по надуманным основания и его и не хотели принимать.
Я посчитал, что Московским областным судом было нарушено право на рассмотрение моего иска в разумный срок о присуждении мне компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок. Извиняюсь за тавтологию. И обратился с иском уже в Верховный суд РФ. И Верховный суд мне отказывает в рассмотрении этого иска на основании п.1 ч.1 ст. 244.6, который гласит, что суд отказывает в принятии иска, если оно подано лицом не имеющим право на его подачу. При этом утверждается, что Московским областным судом дело о присуждении мне компенсации не возбуждалось. Так оно не возбуждалось только потому, что бы избежать рассмотрение моего иска. Здесь у судей действует принцип круговой поруки. Они и не будут никогда возбуждать подобные иски так как сами делают тоже самое. Как же можно самого себя наказывать. Здесь конечно все дело в том как трактовать эту статью кто имеет право на подачу иска о присуждении компенсации. Ведь институт права на компенсацию за нарушение права на судопроизводство в разумный срок есть разновидность возмещения вреда причинённого должностными лицами, которое гарантировано статьёй 53 Конституции РФ. Почему мне отказывают в рассмотрении иска о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, если судьи специально не рассматривают мой иск о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок? Ведь я его подал, а судьи с помощью всевозможных ухищрений не хотят его рассматривать. Так у меня право данное мне Конституцией возникает после подачи иска о присуждении мне компенсации или после того как судьи возбудят дело по моему иску? Получается что у меня какое то иллюзорное право.
Право на доступ к правосудию на национальном уровне в моем случае стало формальным, а правовая защита неэффективной, в результате чего я вынужден обратиться в Конституционный Суд РФ за защитой своих нарушенных прав.
Считаю, что такими действиями национальными судами РФ было допущено произвольное применение законов РФ и нормативных актов, что противоречит статье 46 Конституции, статье 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека, пункту 2 и подпункту "а" пункта 3 статьи 2 и пункту 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и полити-ческих правах, пункту 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку препятствует эффективной и полной защите прав Заявителя.
Как следует из статей 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека, пункта 2 и подпункта "а" пункта 3 статьи 2 и пункта 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция), каждый имеет право на эффективное восстановление в пра-вах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом.
Из указанных конституционных норм и корреспондирующих им положений международно-правовых актов следует, что государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной (Постановление КС РФ от 16 июля 2004 г. №14-П, Определение КС РФ от 12.04.2005г. №113-О).
Под судебной защитой понимается эффективное восстановление в правах независимым судом на основе справедливого судебного разбирательства, что предполагает обеспечение состязательности и равноправия сторон, в том числе предоставление им достаточных процессуальных правомочий для защиты своих интересов при осуществлении всех процессуальных действий, результат которых имеет существенное значение для определения прав и обязанностей (Определение КС РФ от 18 июня 2004 г. №206-О).
Правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах (Постановление от 2 февраля 1996 г. №4-П, Определение КС РФ от 9 апреля 2002 г. №28-О, Определение от 14 октября 2004 г. №329-О).
Очевидно, что при рассмотрении моих исков судами России были допущены фундаментальные ошибки при произвольном и необоснованном толковании процессуального законодательства.
Полагаю, что по изложенным основаниям настоящая жалоба может рассматриваться Конституционным судом как повод для признания абзаца 2 части 2 статьи 241.1, пункта 1 части 1 статьи 244.6, статьи 323 и статьи 332 ГПК РФ и пункта 2 части 5 статьи 3 ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», (с учетом имеющегося право-применительного толкования) нарушающих ст.ст. 2, 7, 15, 17, 18, 19, 35, 45, 46, 47, 52, 53, п. 2 ст.55, п.1 ст.123 Конституции Российской Федерации.

Прилагаемые документы:
1. Определение судьи Верховного суда Романенкова Н.С. от 21 ноября 2011 года
2. Определение апелляционной коллегии Верховного суда от 12 января 2012 года
3. Определение судьи Московского областного суда Власовой М.Г. от 1 августа 2011 года
4. Определение судьи Московского областного суда Власовой М.Г. от 4 октября 2011 года
5. Определение судьи Московского областного суда Найденовой Л.А. от 17 июня 2011 года

19 февраля 2012 года

[Ильин А.В, главный консультант Управления конституционных основ частного права]

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

СЕКРЕТАРИАТ

Уважаемый Marcus Porcius Cato!

В соответствии со статьями 40 и 111 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Ваше обращение, поступившее в Конституционный Суд Российской Федерации, рассмотрено в Секретариате Конституционного Суда Российской Федерации, в связи с чем сообщаю о том, что одним из требований к жалобам, направляемым в Конституционный Суд Российской Федерации, является такое правовое обоснование позиции заявителя по оспариваемому положению закона, которое свидетельствовало бы о том, что применение этого положения нарушило конституционные права заявителя, а оценка такого рода нарушений относится к исключительной компетенции Конституционного Суда Российской Федерации.

Обращаю Ваше внимание на то обстоятельство, что согласно положениям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» жалоба должна соответствовать требованиям, установленным статьями 3, 36-39, 43, 96 и 97 указанного Федерального конституционного закона.

Поскольку в силу статьи 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пункта 3 части первой статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушении конституционных прав и свобод граждан проверяет конституционность закона, примененного в конкретном деле, постольку в жалобе, адресованной гражданином в Конституционный Суд Российской Федерации, должна быть четкo указана норма закона, с которой заявитель связывает нарушение своих конституционных прав (пункт 6 части второй статьи 37 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). При этом в силу пункта 8 части второй статьи 37 упомянутого Федерального конституционного закона в обращении должна быть указана позиция заявителя по поставленному им вопросу и её правовое обоснование со ссылкой на соответствующие нормы Конституции Российской Федерации. Таким образом, заявителю следует указать в жалобе, каким образом конкретная норма федерального закона противоречит конкретным положениям Конституции Российской Федерации.

Как непосредственно усматривается из Вашего обращения, нарушение Ваших прав Вы связываете не с положением статей 3, 134 Гражданского процессуального кодексов Российской Федерации, а судебными постановлениями, состоявшимися по делу с Вашим участием.

Между тем согласно статье 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам граждан на нарушение конституционных прав и свобод проверяет конституционность закона, примененного в конкретном деле; Конституционный Суд Российской Федерации решает исключительно вопросы права и воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это относится к компетенции других судов или иных органов.

Иными словами, Конституционный Суд Российской Федерации не является кассационной или надзорной инстанцией в системе судов общей юрисдикции и арбитражных судов и не полномочен прoверять законность и обоснованность принимаемых ими решений и действий (бездействия) их должностных лиц. Возложение на Конституционный Суд Российской Федерации обязанности рассматривать жалобы граждан на решения судов общей юрисдикции и арбитражных судов и действия (бездействия) их должностных лиц означало бы использование конституционного судопроизводства вместо производства по гражданским, административным и уголовным делам, что противоречило бы статьям 47, 118, 125 и 126 Конституции Российской Федерации, исключающим подмену того суда, к подсудности которого закон относит рассмотрение определенной категории дел.

В связи с этим проверка законности и обоснованности принятых по Вашему делу судебных постановлений Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственна.

Исходя из изложенного и на основании статьи 40, 111 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», уведомляю Вас о том, что Ваши обращения не соответствуют требованиям названного Федерального конституционного закона.

Приложение: возврат на 4 листах

[Marcus Porcius Cato]

Председателю Конституционного суда

Российской Федерации

В.Д.Зорькину

от Marcus Porcius Cato

Уважаемый Валерий Дмитриевич!

Я обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой о признании несоответствующими Конституции Российской Федерации норм статьи 3 и п.1 ст.134 ГПК РФ.

Указаннaя жалоба была мне возвращена из Секретариата Конституционного Суда Российской Федерации (исх. № 774 от 14.02.2012) со ссылкой ст.40, статьи 96, 97, статью 111 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Такой возврат я считаю несправедливым и незаконным, а, кроме того, нарушающим единство судебной практики самого Конституционного Суда Российской Федерации.

Г-н А.В.Ильин мне пишет, что «Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушении конституционных прав и свобод граждан проверяет конституционность закона, примененного в конкретном деле, постольку в жалобе, адресованной гражданином в Конституционный Суд Российской Федерации, должна быть четкo указана норма закона, с которой заявитель связывает нарушение своих конституционных прав (пункт 6 части второй статьи 37 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». При этом в силу пункта 8 части второй статьи 37 упомянутого Федерального конституционного закона в обращении должна быть указана позиция заявителя по поставленному им вопросу и её правовое обоснование со ссылкой на соответствующие нормы Конституции Российской Федерации. Таким образом, заявителю следует указать в жалобе, каким образом конкретная норма федерального закона противоречит конкретным положениям Конституции Российской Федерации.» Так я это написал. Препятствует данная статья реализации моего конституциионного права на судебную защиту. Потому что на неё ссылается судья в своём определении. А кассационная инстанция признала, что применение данной статьи правомерно. И это не первый случай когда эта статья препятствует гражданам реализовывать своё конс-титуционное право на судебную защиту. Я и обращаюсь в очередной раз в КС проверить на соответствие Конституции эти статьи ГПК. Например на соответствие статьи 18 в которой написано, что права и свободы человека определяют смысл законов. Вот я и спрашиваю: определяют ли права и свободы человека смысл этих статей? А получается, что смысл этой статьи в нарушении прав граждан России по непринятию их исков к рассмотрению. Вот в этом и есть смысл этой статьи.

Положения п. 1 ст. 134 ГПК РФ блокируют в отношении граждан Российской Федерации действие следующих конституционных норм: «В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией» (ч. 1 ст. 17); «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием» (ст. 18); «Все равны перед законом и судом» (ч. 1 ст. 19); «Государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантиируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещеными законом» (ст. 45); «Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд» (ч. 1 и ч. 2 ст. 46); «Перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства» (ст. 55).

Соответственно, нарушается и конституционная норма, закрепленная в ч. 1 ст. 15 Конституции: «Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации», т.к. положения п. 1 ст. 134 ГПК РФ противоречат сразу нескольким конституционным положениям.

В связи со сказанным, в данном конкретном примере имеет место неверное толко-вание судом (правоприменителем) нормативного понятия гражданских дел, подведомственных судам общей юрисдикции, которые рассматриваются в качестве суда первой инстанции нарушающее многие нормы Конституции Российской Федерации.

При этом, подобная практика далеко не носит единичного характера, о чем, в первую очередь, свидетельствуют неоднократные обращения граждан, которым отказано в принятии заявлений, в Конституционный Суд РФ с просьбами о признании неконституционной нормы, предусмотренной п. 1 ст. 134 ГПК РФ.

Таким образом, можно констатировать, что в Российской Федерации сложилась не основанная на положениях Конституции практика отказа в принятии заявлений противоречащая многим нормам Конституции Российской Федерации и не учитывающая разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации, данные им по этой категории дел в связи с обращениями граждан.

Далее г-н Ильин пишет, что «Конституционный Суд Российской Федерации решает исключительно вопросы права и воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это относится к компетенции других судов или иных органов.

Иными словами, Конституционный Суд Российской Федерации не является кассационной или надзорной инстанцией в системе судов общей юрисдикции и арбитражных судов и не полномочен прoверять законность и обоснованность принимаемых ими решений и действий (бездействия) их должностных лиц. Возложение на Конституционный Суд Российской Федерации обязанности рассматривать жалобы граждан на решения судов общей юрисдикции и арбитражных судов и действия (бездействия) их должностных лиц означало бы использование конституционного судопроизводства вместо производства по гражданским, административным и уголовным делам, что противоречило бы статьям 47, 118, 125 и 126 Конституции Российской Федерации, исключающим подмену того суда, к подсудности которого закон относит рассмотрение определенной категории дел.» Я не знаю проверяет ли Конституционный Суд законность и обоснованность решений судов общей юрисдикции, но вот оценку он им даёт. Читаем Определение Конституционного Суда от 5 марта 2009 г. N 278-О-П по жалобе гражданина Ивентьева Сергея Ивановича на нарушение его конституционных прав положением пункта 1 части первой статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Пункт 3: «Определение Тверского районного суда г. Москвы от 14 июня 2007 года, если оно основано на положении пункта 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации в настоящем Определении подлежит пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий..»

Обращаю Ваше внимание, что это Определение Конституционного Суда по жалобе гражданина на точно такое же определение Тверского суда, только фамилия теперь у судьи другая. Ведь дал оценку этому определению высокий суд? Дал. А как же ещё можно назвать пункт 3 как не оценкой определения Тверского суда. Да, Конституционный Суд не пересматривает решения судов общей юрисдикции, но он их оценивает на соответствие Конституции. Вот я и прошу или признать эти статьи не соответствующими Конституции или вынести по моей жалобе точно такое же определение с таким же пунктом 3, как и в Определении по жалобе Ивентьева. В общем я прошу вынести определение, в котором выявить конституционно-правовой смысл ГПК РФ, исключающий ее произвольного толкования и игнорирование национальными судами Российской Федерации.

Например, аналогичные решения Конституционного суда РФ были вынесены в форме Определений от 09.06.2005 № 220-О, от 14.12.2004 № 429-О, от 2 февраля 2006 г. № 33-О. В указанных решениях было указано, что «…Дела, которые послужили для зая-вителей поводом для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации, во всяком случае подлежат пересмотру компетентными органами. Такой пересмотр осуще-ствляется безотносительно к истечению сроков обращения в эти органы и независимо от того, имеются или отсутствуют основания для пересмотра, предусмотренные иными, помимо Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", актами…

…Приведенная правовая позиция, неоднократно изложенная Конституционным Судом Российской Федерации (определения от 5 февраля 2004 года N 78-О, от 27 мая 2004 года N 211-О и др.), в полной мере относится и к порядку исполнения решений, в которых Конституционный Суд Российской Федерации, не признавая оспариваемое нормативное положение противоречащим Конституции Российской Федерации, выявляет его кон-ституционно-правовой смысл: если смысл нормативного положения, придаваемый ему правоприменителем, расходится с его действительным, конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации, то основанные на этом нормативном положении решения судов (вступившие в законную силу и не ис-полненные или частично исполненные либо не вступившие в законную силу) - при надле-жащем волеизъявлении заинтересованного лица, не являвшегося участником конституционного судопроизводства, и с учетом требований отраслевого законодательства - должны быть пересмотрены (изменены или отменены)».

Исключительно в компетенции Конституционного Суда Российской Федерации сейчас находится возможность восстановить истинную справедливость и показать настоящую заботу Российской Федерации о рассмотрении жалоб на беззаконие национальных судов РФ.

В соответствии с правовой позицией, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 16 июня 1998 г. № 19-П, Конституционный Суд Российской Федерации, принимая решение по делу, должен оценивать также смысл, придаваемый рассматриваемому нормативному акту сложившейся судебной практикой. Та-ким образом, он выражает свое отношение, как к позиции законодателя, так и к ее пониманию правоприменителем, основываясь при этом на толковании положений Конституции Российской Федерации, в сфере которого, по смыслу ее статьи 125 (части 5 и 6), только Конституционный Суд Российской Федерации выносит официальные решения, имеющие общеобязательное значение.

В Определении от 07 октября 1997 г. № 88-О Конституционный Суд РФ указал, что "правовые позиции, содержащие толкование конституционных норм либо выявляяющие конституционный смысл закона, на которых основаны выводы Конституционного Суда Российской Федерации в резолютивной части его решений, обязательны для всех государственных органов и должностных лиц (статья 6 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации")".

В Определении от 6 февраля 2003 г. № 34-О изложена уточняющая по сути правовая позиция: данное Конституционным Судом РФ "истолкование (в т.ч. выявленный им конституционный смысл действующего права) …. является общеобязательным, в том числе для судов…. Иное означало бы, что … суд может осуществлять истолкование акта, придавая ему иной смысл, нежели выявленный в результате проверки в конститу-ционном судопроизводстве, и тем самым подменять Конституционный Суд Российской Федерации, чего он в силу статей 118, 125, 126, 127 и 128 Конституции Российской Федерации делать не вправе".

В настоящем Заявлении, адресованном Конституционному Суду РФ, Заявитель указывает, что всеми судебными инстанциями ему было отказано в удовлетворении его требований именно со ссылками на обжалуемую норму п.1 ст. 134 ГПК РФ. При этом судами РФ обжалуемой норме было придано толкование, расходящееся с правовой позицией Конституционного Суда РФ.

Поэтому я также прошу вынести и четвертый пункт о передаче всех материалов в СК РФ с требованием привлечь московских судей вынесших такие определения к уголовной ответственности. Я сам обратился с подобным заявлением, но мне из следственных органов сообщают, что в моем заявлении нет достаточных данных о привлечении к уголовной ответственности судьи Тверского суда Комиссарова Е.В. Вот так то игнорирование постановлений и определений ВЫСШЕГО суда Российской Федерации не является основанием для привлечении к уголовной ответственности. А вот если в СК РФ обратится председатель Конституционного Суда, то ответ я уверен будет другим. Надо все-таки разрушителям права дать по рукам. В назидание другим.

Выводы.

1) Таким образом, в России существуют положения гражданского-процессуального законодательства, противоречащие Конституции РФ, активно применяемые на практике, что недопустимо. Трудно поверить, что в таких делах все правоприменители (судьи) одновременно заблуждались относительно содержания оспариваемой нормы и ее конституционно-правового смысла. Очевидно, что указанное регулирование имеет неустранимый никаким толкованием дефект, изначально заложенный законодателем, и подлежит дисквалификации признанием оспариваемой нормы не соответствующей Конституции Российской Федерации.

2) Следует признать норму п.1 ст. 134 ГПК РФ не соответствующей статье 2, статье 17, статье 18, статье 19, статье 45, статье 46, статье 52,статьи 53, статье 55, статье 118 Конституции Российской Федерации в той части, в которой положения указанной правовой нормы, как в буквальном смысле, так и в смысле, придаваемом ей правоприменительной практикой, допускают возможность отказа в принятии заявлений граждан при рассмотрении судами первой инстанции.

С учетом изложенного, прошу Вас поручить одному или нескольким судьям провести предварительное изучение моего обращения для доклада по вопросу о возможности принятия моей жалобы к рассмотрению.

Прилагаемые документы:

Копия квитанции об уплате госпошлины
Определение Тверского суда от 17 марта 2011 года
Определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 10 ноября 2011 года

12 марта 2012 года

P.S. Немного передрал из жалобы П. Лебедева в КС. Слышал по радио возражения адвоката Клювганта на определение суда по этой жалобе, но на слух не смог сформулировать его мысль. А там у Лебедева с Ходорковским та же проблема - игнорирование судами общей юрисдикции решений КС.

[А.В. Новиков, советник Управления конституционных основ публичного права КС]

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

СЕКРЕТАРИАТ

№2413 07 марта 2012 г.

Уважаемый Marcus Porcius Cato!

Ваша жалоба на нарушение конституционных прав пунктом 4.4 Инструкцией по судебному делопроизводству в районном суде (утверждена приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 29 апреля 2003 года №36) и частью 3 статьи 11 Федерального закона от 2 мая 2006 года №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» рассмотрена в предварительном порядке Секретариатом Конституционного Суда Российской Федерации в соответствии со статьями 40 и 111 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

В силу части 4 статьи 125 Конституции Российской Федерации и пункта 3 части первой статьи 3 указанного Федерального конституционного закона Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан проверяет конституционность закона, примененного в конкретном деле. Это означает, что Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам граждане не проверяет конституционность правовых актов ниже уровня закона. Следовательно, оспариваемый в жалобе пункт 4.4. Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде не может выступать предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации.

Что же касается части 3 статьи 11 Федерального закона «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», то она уже неоднокрaтно оспаривалась. Отказывая в принятии соответствующих жалоб к рассмотрению, Конституционный Суд Российской Федерации указывал на то, что данное законоположение исходит из принципов свободной и добровольной реализации гражданами права на обращение, предполагающего недопустимость нарушения при этом прав и свобод других лиц (часть 2 статьи 2 Федерального закона «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»); оно направлено на защиту чести и достоинства личности, охрану общественных отношений в сфере рассмотрения обращений граждан, поскольку гражданин, используя нецензурные либо оскорбительные выражения, преследует цель не защитить свои права и законные интересы, а унизить честь и достоинство лица, рассматривающего обращение, либо иных лиц; данная норма не допускает произвольного оставления обращения без ответа по существу поставленных в нем вопросов (определения от 13 октября 2009 года №1264-О-О и №1342-О-О).

Таким образом, жалоба не соответствует требованиям, установленным для обращений граждан Федеральным конституционным законом «Конституционном Суде Российской Федерации», о чем Вас уведомляем на основании пунктов 1 и 4 части второй статьи 40 данного Федерального конституционного закона.

Единственный экземпляр обращения и приложенные к нему материалы хранится в архиве Конституционного Суда Российской Федерации.