*239. Инсинуации Латыниной

[Жертва на велосипеде]

http://www.echo.msk.ru/programs/code/1212725-echo/

И у меня такой грандиозный вопрос, которому я, наверное, довольно много времени посвящу. Это смерть Нельсона Манделы. В общем, мир говорит, что умер великий государственный деятель, все восхищаются. Вот у нас замечательный блог написал сценарист Козырев, который рассказывает, какой Нельсон Мандела был великий и говорит, что вот Нельсон Мандела имел полную возможность, придя к власти, расправиться с теми, кто его посадил, а он, представьте себе, этого не сделал. Ну, просто, знаете, как в анекдоте про Владимира Ильича Ленина. Владимир Ильич поглядел и погладил мальчика по головке. А мог бы и съесть.

Террорист Мандела... Напомню, что Мандела был террористом, что его организация заявила о своем существовании, взорвав в 1961 году на аналог местного дня независимости 57 бомб. Деньги, оружие на эти бомбы были получены, соответственно, в основном, от Китая, маоистского Китая. Вообще Мандела восхищался Че Геварой, Кастро, Мао, Сталиным. Вот этот человек был посажен в тюрьму. Представляете, какие нехорошие люди посадили такого человека в тюрьму? А когда он вышел из тюрьмы, он, представьте себе, их не замочил. Какой замечательный человек!

Впрочем, к делу. Если коротко сформулировать, то главное наследие Нельсона Манделы заключается в следующем. К началу 90-х годов ЮАР была страной первого мира. Она производила... Вот, 40% от всей Африки южнее Сахары производила ЮАР. 500 тысяч англичан, спасаясь от лейбористов, переехали в Южную Африку.

Под управлением Манделы и его преемников ЮАР превратилась в страну даже не третьего, а четвертого мира. С Бразилией ее, например, сравнивать уже неприлично.

За время правления Манделы средние доходы южноафриканцев упали на 40%. Причем, больше всех пострадали самые бедные слои населения: для нижних 5% населения это падение составило 50%.

А нынешний Кейптаун устроен так. Ну, вот, представьте себе дом, ну, вот, Калабуховский дом, обычный доходный дом, ну, только XX-го века уже с лифтами, с подъездами, с ваннами, с системами отопления. В этот дом заезжают дикари с козами, с несколькими женами. Они гадят в гостиной вместо туалета. Они разводят в ванной костры. Они не то, что ходят мимо сортира как Шариков. Потому что Шариков теоретически понимал, для чего служит сортир. А эти люди считают, что всё окружающее – вода в трубах, отопление, сортир – это козни проклятого белого колонизатора. И учиться за собой спускать – это позорить гордое звание черного человека.

Вот, во что превращается дом, не сложно себе представить. Профессор Преображенский просто с тоской может вспомнить о Швондере.

Вот именно в это превратилась большая часть южноафриканских городов, причем безвозвратно, потому что эта ситуация, когда пользование туалетом принципиально приравнивается к низкопоклонству перед колонизаторами. А если отвлечься от этой лирики и говорить о цифрах, то сейчас в ЮАР реальная безработица составляет 40%. Из тех, кто работает, треть зарабатывает менее 2 долларов в день.

По уровню образования страна занимает 143-е место из 144-х. Уровень преступности в ЮАР один из самых высоких в мире. Количество убийств сейчас составляет 31 на 100 тысяч населения (было вдвое больше). При этом белых фермеров убивают в 3,5 раза чаще, чем какую-либо другую категорию населения. То есть если обычный грабеж где-нибудь в Кейптауне или Йоханнесбурге завершается убийством в одном из 200 случаев, то ограбление белого фермера завершается убийством в одном из 2-х случаев. В результате этих убийств иммиграция и количество фермеров с момента прихода Манделы к власти уменьшились вдвое. Поскольку никакие черные фермеры их не заменили, то на месте ферм, которые кормили Южную Африку, просто пустыри и, соответственно, тотальная сельская безработица.

ЮАР превратилась в страну неприкрытого расизма, только черного. Ну, собственно, она и была страной расизма, только белого (тут надо договориться, да?). Вот, в систематических убийствах белых фермеров, о которых я говорила и которые, например, доктор Грегори Стентон из «Genocide Watch» квалифицирует как геноцид, правительство не видит ничего страшного. Но зато есть последнее предложение Африканского национального конгресса о том, что благотворительная организация должна потерять некоммерческий статус, если она помогает белым. Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Юлия Латынина, и я продолжаю свой рассказ о великом политике Нельсоне Манделе. 750 тысяч покинуло ЮАР. Разница при этом в доходах между бедными и богатыми увеличилась по сравнению со временем апартеида. Естественно, самые богатые сейчас местные черные, приближенные к правящей элите.

О том, как черные относятся к черным, лучше всего свидетельствует бойня, которую учинила полиция в прошлом году, когда в августе прошлого года в Марикане она застрелила 34 бастовавших шахтера. Причем, стреляли в затылок, а обвинили потом, что это шахтеры перестреляли друг друга. Наша Болотная площадь и наше 6 мая отдыхают.

Естественно, почему полиция стреляла в шахтеров? Потому что, ну, вот, кто сейчас владельцы шахт? Черный мультимиллионер Сирил Рамафоза, бывший генсек Африканского национального конгресса и глава профсоюза горняков. Джеймс Матлаци – тоже бывший президент того же профсоюза.

Обратите внимание, что национализации в Южной Африке не произошло, произошло ровно то же самое, что произошло при президенте Путине с Россией. Произошла не национализация принадлежавших проклятым колонизаторам активов, а передача их тем людям, которые приближены к Африканскому национальному конгрессу. То есть африканизация – это вот то же самое, что у Путина. Можно сказать, у нас произошла в России африканизация.

Кстати, несмотря на такое обращение с рабочими, несмотря на абсолютный карт-бланш, эта новая черная элита не может организовать даже добычу и экспорт сырья (в этом смысле у нас в России лучше), потому что если в 1980 году 11% рабочих мест в ЮАР было на шахтах, то сейчас это 2%. И если до 2008 года во всем мире на 5% росла добыча сырья, то в ЮАР она падала на процент.

Коррупция запредельная. Нынешний президент ЮАР Джейкоб Зума имеет несколько жен. А лучшая история, которая его характеризует, на мой взгляд, следующая. Несколько лет назад он изнасиловал в своем кабинете женщину, причем он знал, что она ВИЧ-инфицирована. Презервативом господин Зума не пользовался. А когда его спросили, какие меры предосторожности он принял, он сказал, что потом ополоснул свой член. То есть простите, если не выбирать выражений, можно сказать, что ЮАР правит черная обезьяна, и я имею полное право это сказать, потому что моей страной правят белые обезьяны. Слово «обезьяна» не имеет никакого отношения к цвету кожи, оно имеет отношение к тому, какими мотивами руководствуется при поведении правитель.

Вот, у меня простой вопрос. Что происходит в современном мире, если человек, при котором страна превратилась в это, называется «великим политиком»? На мой взгляд, история Нельсона Манделы – это очень страшная история. Самое страшное в ней то, что лично Нельсон Мандела, действительно, на мой взгляд, очень хороший человек, достойный человек, который несет ответственность за то, что произошло, значительно меньше всяких полезных идиотов и тоталитарной политкорректности, которая, собственно, и сделала катастрофу в ЮАР неотвратимой.

Как я уже сказала, начнем с того, что Нельсон Мандела – коммунист, марксист, террорист, который в юности вдохновлялся Сталиным, Мао Цзэдуном, Че Геварой. И это как-то бесполезно оспаривать и сердиться на меня в этом смысле, потому что когда Манделу поймали, он не стал отпираться от того, что он террорист. Но он использовал процесс для пропаганды собственных взглядов, он заявил на этом процессе, что он является символом справедливости в суде угнетателей. И в этом смысле, конечно, Мандела был последним из великих террористов XIX века, которые не отпирались на суде от собственных взглядов и не заявляли как сейчас мусульманские террористы, что это проклятые неверные взорвали себя сами, чтобы скомпрометировать мирный ислам.

Он также был последним из великих террористов, которые хотя бы теоретически пытались ограничить жертвы среди гражданского населения.

И вот Мандела сел в тюрьму на 18 лет первоначально. Это была маленькая сырая камера, а дальше стала происходить удивительная вещь. Несмотря на то, что Мандела не перестал быть террористом, отношение к нему стало меняться. И с обеих сторон. С одной стороны, с Советского Союза, а, с другой стороны, с западного мира. И левые всего мира, и просто полезные идиоты начали кампанию «Освободи Манделу». Условия содержания Манделы всё улучшались. К середине 80-х Мандела получал кучу международных наград, мог из тюрьмы руководить всем, чем хотел. Уже в 1985-м он отверг предложение президента Боты о помиловании при условиях... Внимание, на каких условиях было предложено помилование? Если Мандела осудит использование насилия как политического оружия.

Теперь вы мне скажете, ну как же я могу? В ЮАР был апартеид – это такая страшная вещь. Это, действительно, очень неприятная вещь. Например, напомню, что просто сексуальные контакты между белыми и черными были запрещены. Правда, с другой стороны, это приводило к тому, что, скажем, белый не мог завести гарем из 100 негритянок.

Так вот я, все-таки, хочу вам, господа, напомнить, что такое апартеид в том виде, в котором он был в 70-х годах. Это система самоуправления для черных. Вообще в выделенных системах самоуправления в истории человечества нет ничего позорного. Вот, персы завоевали Ионию и оставили греческим городам самоуправление. Римляне завоевали Грецию и оставили греческим городам самоуправление.

Вот, была там, условно говоря, фантомная священная Римская империя, в ней были самоуправляющиеся города, всякие Флореции, была самоуправляющаяся Венеция, которая там отчасти формально принадлежала Византии, был самоуправляющийся Марсель во Франции.

Еще раз, апартеид был системой, при которой 30% территории, на которой раньше проживало черное население (то есть им оставили всего треть территории), было выделено под самоуправляющиеся общины, которые назывались «бантустанами».

Вы будете смеяться, но они, действительно... Там они могли как угодно себя выбирать, они могли что угодно организовывать. Будете смеяться, при апартеиде количество врачей в бантустанах было больше, чем количество врачей на белое население, на душу населения. Естественно, они были гораздо хуже, но белые разводили руками и говорили «Вы знаете, извините, но качество этих врачей такое».

Вот на минуточку. Что вас смущает в этой системе так уж страшного? То, что эти земли были завоеваны? Ну так в мире всегда все всё завоевывали. Ну, там, американцы завоевали Америку. Они же не могут на этом основании отдать индейцам Манхеттен и сказать, что Манхеттен, на самом деле, принадлежит индейцам со всеми его небоскребами?

Что черный рабочий не мог въехать на белую территорию без визы? Ну, извините, мы все понимаем, что происходит, если на богатую территорию, например, на территорию города Москвы без визы въезжают таджики. Белые тоже не могли въехать на черную территорию без визы. Кстати, это не распространялось на тех чернокожих, которые жили на данной территории города до 1941 года.

То есть чтобы вы понимали, что политика апартеида не сводилась к тому, что белым и черным нельзя было иметь сексуальные контакты (а это было нельзя). Это было 30%. Относительно самой территории страны это составляло 13%, а относительно той территории, на которой раньше жили черные, это составляло 30%. Под самоуправление.

Там было самообразование, там можно было голосовать, была масса законов, привлекающих туда капитал, чтобы строить что-то в черных землях, а не на белых.

Ребята, в чем вопрос? У вас есть самоуправление – покажите, что вы хорошие хозяева. Сделайте из бантустана (слова, которое вы превратили в ругательное) Венецию, сделайте из него Флоренцию.

Простите, но если при этом мне говорят, что «Нет, черные имели право на то, что построили белые на этой земле»... Ну как? А индейцы имеют право на нью-йоркские небоскребы? Я могу вам назвать еще одно место на Земле, где люди, которые являлись, собственно, автохтонами, были лишены права голоса. Оно называется Гонконг. Вы представляете себе, что бы случилось с Гонконгом, если бы китайцы, приезжавшие в Гонконг, абсолютно бесправные, вместо того, чтобы следовать английским законам, стали бы бороться за возвращение себе вот этой исконной территории и права жить по тем законам, по которым они жили?

И вот это очень важно. Нам утверждают, что все расы равны. Прекрасно! Докажите. Как сказал человек, о котором я буду говорить, великий чернокожий просветитель Букер Ти Вашингтон, не было случая, чтобы раса доказала свое величие открытиями и достижениями, и ее не признали бы в мире. Сделайте в бантустанах то же, что сделал Китай. Сделайте так, чтобы слово «бантустан» звучало как слово «Венеция». И никаких у вас проблем не будет, потому что, может быть, и останутся расисты, которые будут говорить, что черная раса ни к чему не годна, но они будут выглядеть как идиоты.

Кстати говоря, заметьте, что в ЮАР, Южно-Африканской республике, которая была богата полезными ископаемыми, не было никакого ресурсного проклятия так же, как и в Америке.

И вот дальше происходит нечто необъяснимое, которое связано именно с идеологическим решением мира, с решением мира о том, что вот Южная Африка устроена ужасно. Апартеид – это не систем самоуправления, это надо ликвидировать. И уже 1989-й год, коммунизм подыхает... Кстати говоря, совершенно понятно в этот момент, что происходит с Африкой. Освобожденная от проклятых колонизаторов Африка уже 30 лет утопает в дерьме и крови. Там 20 лет идет гражданская резня в Анголе. Последствия передачи Африки в руки нецивилизованным дикарям, не научившимся сдерживать самые базовые отвратительные инстинкты человека, но получившим власть и автоматы, уже совершенно ясны. И вот уходит от власти президент Бота, новый президент Де Клерк просто выпускает Манделу и объявляет о конце апартеида. Следующий акт этой драмы почти неизбежен – резня среди черных за лидерство, резня в Себокене, резня в Бойпатонге, резня в Бишо.

Значит, теракты, в том числе против белых. В 1993 году глава одной из африканских организаций Кларенс Маквету в открытую заявляет: «Один фермер – одна пуля. Мы собираемся убивать всех белых – и детей, и стариков. Это будет год террора». Он берет на себя ответственность за уже совершенные убийства. Заметим, что это никто не осуждает. Предоставление самоуправления черным было признано ООН преступлением против человечества. Убивают всех белых? Фигня-вопрос.

В 1993 году, 25 июля происходит теракт, четверо черных врываются в церковь и расстреливают всех, кто там находился. Ответ правительства: «Ах, мы виноваты, мы проводим всеобщие выборы». Мандела с триумфом побеждает на этих выборах. И тут происходит, действительно, чудо. Потому что, как я уже сказала, можно было к этому времени составить себе представление о том, что такое лидер колониальной Африки. Можно было опасаться, что террорист, марксист, поклонник Кастро и Мао Цзэдуна, который 18 лет провел в тюрьме, что он переплюнет Иди Амина и Патриса Лумумбу. И вот к великой чести Нельсона Манделы этого не произошло – он сделал всё, чтобы черные не вырезали белых. Он создал коалиционное правительство с Де Клерком как вице-президентом. Когда стали убивать белых фермеров, в 1997 году Мандела признал, что имеет место чрезмерное убийство белых фермеров, надо попытаться организовать какие-то отряды самообороны. Была фантастическая история, когда белых регбистов, которых все черные ненавидели, национальную команду Спрингбокс Мандела пришел за них болеть и он выходит на стадион в майке, на которой написано «Спрингбокс» и вручает лидеру команды Франсуа Пьенаару победный кубок.

Да! Но проблема-то заключается в том, что Мандела не мог сдержать лавины, он не мог удержать черных шариков, которые въезжают в Калабуховский дом. Взрывной рост преступности, как я уже сказала, эмиграция 750 тысяч белых, то есть элиты. 13-процентный рост социальных расходов при Манделе каждый год происходил, от 13-ти до 7 процентов. Тотальный крах образования, молниеносное распространение СПИДа, коррупция, причем в ближайшем окружении Манделы.

И в 1999 году Мандела совершает следующий потрясающий поступок – он уходит из власти. Это невероятный поступок, особенно для лидера черной Африки, которых, в общем, всегда выносили вперед ногами, причем желательно под звуки артиллерийской канонады. Ему на смену приходит расист Табо Мбеки, который в стране, 10% населения которой заражены ВИЧ, заявляет, что СПИД – это выдумка белых расистов и его нет. Кстати, от СПИДа в этот момент умирают довольно многие сподвижники Манделы. Питер Мокаба, например, тоже заявляет, что СПИДа нет, лекарство белых от СПИДа – это, на самом деле, яд. Это тот самый Питер Мокаба, который умер от СПИДа и который провозгласил тоже лозунг «Убей бура, убей фермера».

Далее по нарастающей тотальная коррупция, однопартийное правление. Деньги сосредоточены в руках партийной верхушки, безработица, преступность, уже упоминаемый мной президент-многоженец Зума. Вот это такая тотальная катастрофа, которую даже нельзя сравнить с большевиками в Зимнем. Потому что представьте себе Нью-Йорк с его инфраструктурой и технологиями, который в результате оказывается у руководства, в котором оказываются люди Каменного века, причем не просто Каменного века, а очень критически настроенные по отношению к ньюйоркцам.

Вот, скажите пожалуйста. Мой второй риторический вопрос. Как можно назвать человека, результатом деятельности которого, пускай совершенно невольным, потому что, конечно, Мандела был, ну, не на голову даже, а на 8 голов выше окружающих африканских лидеров. Но как же, если страна была страной первого мира, а превратилась в страну четвертого мира, как же это можно назвать великой политикой?

А теперь я хочу рассказать вам о, действительно, великом черном политическом деятеле. Его имя вы не встретите на устах у полезных идиотов (его дело проиграно). Я уже упоминала его имя – его звали Букер Ти Вашингтон. И когда в 1865 году в США отменили рабство, ему было 9 лет. Я считаю, что автобиография Букера Ти Вашингтона – это просто, вот, Маастрихт. Потому что это мальчик, который босой и голодный прошел пол-Америки, чтобы научиться читать и писать, а потом чтобы дать образование своему народу.

Он фактически явился основателем частного университета, который назывался Tuskegee Institute, это первый частный университет для черных. И я вам только 2 фразы из Букера Ти Вашингтона скажу. Первая фраза: «Ни одна нация не может считать себя великой, если она не будет уважать физический труд так же, как интеллектуальный». И вторая (я ее уже цитировала): «Не бывает, чтобы нации, прославившиеся своими достижениями и открытиями, мир отказал в признании». Кстати, Букер Ти Вашингтон выступал за ограничение избирательного права для черных, если они не умеют читать и не имеют собственности.

Напомню, что в этот момент в южных штатах Америки существовали совершенно людоедские законы, при которых черные, если они не умеют читать и не имеют собственности, не могли голосовать, а белые, если они не умеют читать и не имеют собственности, могли голосовать. Так вот Букер Ти Вашингтон говорил «Ребята, всем поровну. Чтобы белые в такой ситуации тоже не голосовали».

И вот это к вопросу о том, что погубило ЮАР. Потому что ЮАР погубил не Нельсон Мандела. Вот, лично к жизни Нельсона Манделы у меня не может быть претензий. То, что 20-летний африканский принц (он, кстати, был из царского рода) в 60-е годы был террористом, это вполне понятно. То, что этот человек за 18 лет тюрьмы проделал величайшую духовную эволюцию, понятно. Видимо, он понимал, что происходит. Поэтому он ушел в 1999-м. Когда президент Табо Мбеки говорил, что СПИД – это выдумка белых расистов, Нельсон Мандела встал и сказал «У меня племянник умер от СПИДа».

Но он ничего не мог сделать. А знаете, почему он не мог сделать? Потому что Букер Ти Вашингтон был не один. Потому что у Букера Ти Вашингтона был наставник, которого звали генерал Армстронг. Это был белый северянин, генерал, соответственно, северной армии, который полагал, что несколько сотен лет рабства разрушили черную расу и только белые могут помочь им вернуться в состояние, достойное цивилизации, и который вместе со своими сподвижниками в другом университете, который назывался Хэмптон, положил жизнь на то, чтобы образовывать новую черную элиту. И когда Букер Ти Вашингтон пришел в этот самый Хэмптон, ему сказали «Парень...» А он шел через всю страну пешком, он ночевал под лавками. Он разгружал мешки какие-то. Ему сказали: «Парень, но у тебя ж нет денег. Мы не можем без денег тебя взять, потому что мы хоть и благотворители, но мы же жить на что-то должны».

Букер заметил, что там рядом неубранная стоит классная комната, говорит «Можно я ее уберу?» И он ее убрал так, что ему сказали «Нет, парень. Да, ты остаешься. Ты будешь у нас учеником, но ты будешь работать, естественно».

И вот вокруг Букера Ти Вашингтона был генерал Армстронг, а вокруг Манделы были только полезные идиоты, которым надо было разрушить буржуазное общество любой ценой.

И сейчас мы видим, как эти полезные идиоты вместо того, чтобы спросить, что же происходит с ЮАР, почему это страна тотальной антиутопии, почему это была страна, в которой 10% населения ВИЧ-инфицированы, а президент объявлял СПИД выдумкой белых расистов? Этого не спрашивают, а вместо это говорят, какой великий человек Нельсон Мандела – ведь, он мог убить всех тех, кто держал его в тюрьме, а не убил. И как я уже сказала, это вопрос не тех... ЮАР погубил не Мандела.

И что важно, мне кажется, почему я об этом говорю? Мне кажется, что это незащищаемая позиция. Может быть, я идеалистически настроена по отношению к разуму либерала, но мне кажется, что нельзя описать процесс заселения домов в Претории с позиций, что «Вы знаете, это всё колониальное наследие, это всё проклятые белые виноваты». Да? Нельзя серьезно рассуждать, показывать на президента Мбеки, который говорит, что СПИД – это белый расизм и говорит, что в этом тоже белые виноваты.

А что можно делать? Ответ потрясающий: можно просто запрещать об этом говорить. Можно сказать «Если ты это обсуждаешь, ты фашист». И я пытаюсь перевести тогда, что же значит фашист с леволиберального на язык здравого смысла? Ответ заключается в том, что фашизм в переводе с леволиберального это утверждение об относительных цивилизационных преимуществах европейской цивилизации, любых.

Если ты говоришь, что там маури были людоеды и карибы были людоеды, это фашизм, это неприлично говорить. Если ты напоминаешь, что произошло в Зимбабве после получения ей независимости, это фашизм, об этом неприлично говорить, потому что это не вписывается в модель «Европа виновата перед теми, кого она колонизовала. Поэтому давайте назовем систему предоставления самоуправления черным апартеидом, и заклеймим ее как преступление против человечества».

К сожалению, это проблема политкорректности, тотальной политкорректности, благодаря которой всё выворачивается на изнанку, благодаря которой там исламский фанатизм называется «верностью духовным ценностям», а запрет на свободную критику – «уважением к чужим взглядам».

И главное, на чем основана эта система ценностей, это создать у представителей европейской культуры чувство вины – он виноват тем, что он европеец.

И последнее, что я хотела сказать. Тотальную деградацию черной Африки после деколонизации можно объяснить только двумя способами. Мы либо должны принять утверждение о генетической несостоятельности некоторых народов, которое лично я не принимаю. Русские, наверное, тоже не полноценные в отличие, скажем, от украинцев. Арабы не полноценные в отличие от евреев. Мне это объяснение трудно признать, поскольку, ну, там скажем, генетические различия между арабами и евреями, наверное, минимальны.

Либо мы должны принять утверждение о несостоятельности тотальной, заводящей мир в тупик, леволиберальной идеологии. Что каковы бы не были недостатки системы апартеида, она была одна из возможных систем возвышения черной расы. Что, собственно, другая система, которая была принята в Родезии (напомню, что там апартеида не было, там человек черный мог голосовать, черный мог участвовать в жизни страны, но для этого ему нужно было иметь образовательный или имущественный ценз)...

Еще раз повторяю, если мы обсуждаем положение современной черной Африки и мы видим, в каком состоянии она находится, мы можем только двумя способами это объяснить. Мы либо должны принять утверждение о генетической несостоятельности некоторых народов, которое лично я не принимаю. Либо мы должны принять утверждение о несостоятельности тотальной, заводящей мир в тупик, леволиберальной идеологии.

[Евгений Ихлов]

http://forum-msk.org/material/kompromat/10149056.html
09.12.2013

Объект моих постоянных критических нападок Юлия Латынина наконец-то полностью «расчехлилась», дав понять, в своём очередном «Коде доступа», что чёрная раса уступает белой (кавказской по науке) и, вообще, «пусть докажут равенство рас», а осуждённая ООН система расовой сегрегации в ЮАР и Южной Родезии – это форма «самоуправления для чёрных». Юлия Латынина обижалась, когда её «социальный расизм» я приравнивал к фашизму. Сейчас он наконец-то перешёл к антропологическому. Я не собираюсь напоминать Латыниной, что генетики давно доказали генетическое единство человечества. Она это сама отлично знает, как и то, что родина людей в Африке – Кении или Эфиопии. Сто лет назад неполноценными считали жёлтую расу. Сегодня Латынина взахлёб хвалит китайское чудо, предрекая его торжество над деградировавшей Западной Европой. До этого было японское чудо и южнокорейское чудо.

Чёрная раса не нуждается в обосновании своих талантов – музыкант Луи Армстронг и писатель Сэмуэль Дилени говорят об этом исчерпывающе. Демагогическим идиотизмом является сравнение людей с цивилизационным разрывом в несколько тысячелетий – белые прибыли в Африку, в т.ч. на территорию нынешней ЮАР, из Европы Нового времени, застав там население на стадии бронзового и каменного века. И за 100 лет догнали разрыв в пять тысячелетий. Представим, что мы сравниваем римлян и германцев в 1 веке н.э. Или арабов и европейских народов 11 века. И делаем выводы о превосходстве и неполноценности рас и народов.

Ещё немного истории. 20 тысяч лет назад Средиземноморье населяли бушменские племена. Их гены, негритянские гены - в древних египтянах, евреях, финикийцах, в носителях крито-микенской цивилизации. Назовите их расово неполноценными, госпожа Латынина… Признаком бушменской (негритянской) крови являются, в частности, толстые губы. Как у автора этих строк. Как у Поля Робсона, певшего на идиш «Песню борцов Варшавского гетто».

И еще, Юлия Леонидовна, подойдите к зеркалу…

[Политонлайн]

http://www.politonline.ru/rssArticle/20009890.html
2013.12.09 Понедельник

Юлия Латынина: То есть простите, если не выбирать выражений, можно сказать, что ЮАР правит черная обезьяна, и я имею полное право это сказать, потому что моей страной правят белые обезьяны. Слово «обезьяна» не имеет никакого отношения к цвету кожи, оно имеет отношение к тому, какими мотивами руководствуется при поведении правитель

Сергей Минаев: Юлия Латынина на "Эхе" в последний момент интеллигентненько "поправилась", про цвет кожи. Хотя из всей риторики докладчика очевидно, что сказала именно то, что хотела сказать.
Интересно, через сколько минут ее погнали бы вон с условного ВBC Radio One?

От редакции: Конечно-конечно, мы верим, что на ведущем оппозиционном радио "Эхо Москвы" не работают откровенные расисты. Вот только как быть с высказыванями (http://latynina-ru.livejournal.com/41991.html) той же Юлии Латыниной в 2010 году, когда она уже высказывалась "если бы не существовало микроэлектроники, то черным обезьянам, которые бегают с автоматами" и добавила "тем черным обезьянам, которые таким способом организовали производство, если завтра исчезнет микроэлектроника, им не на что будет покупать автоматы".
Не отнимет ли теперь госдепартамен США с таким пафосом данную Латыниной премию "Защитник свободы" - в свете насаждаемой Америкой толерантности и, скажем так, далеко не белого цвета кожи американского президента?

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23934
11 ДЕКАБРЯ 2013 г.

ИТАР-ТАСС

Просвещенное человечество скорбит о смерти Нельсона Манделы — узника апартеида, 18 лет проведшего в тюрьме и ставшего после освобождения президентом ЮАР.

Если коротко сформулировать, то наследие Манделы заключается в следующем.

К началу 1990-х ЮАР была страной первого мира — для белых. На нее приходилось 40% ВВП всех африканских стран южнее Сахары. 500 тыс. англичан эмигрировали в ЮАР, спасаясь от лейбористов.

Под управлением Манделы и его преемников ЮАР превратилась в страну третьего мира — для всех. За время правления Манделы (1994-1999) средние доходы южноафриканцев упали на 40%, причем больше всех пострадали самые бедные слои населения: для нижних 5% населения это падение составило 50%.

В нынешней ЮАР реальная безработица составляет 40%, из тех, кто работает, треть зарабатывает менее двух долларов в день, по уровню образования страна занимает 143-е место из 144-х.

Уровень преступности в ЮАР один из самых высоких в мире. Количество убийств составляет без малого 16 тысяч на 100 тысяч человек, при этом белых фермеров убивают в три с половиной раза чаще, чем какую-либо другую категорию населения. В результате этих убийств и эмиграции количество фермеров с момента прихода Манделы к власти уменьшилось вдвое, и поскольку черные фермеры их не заменили, то на месте ферм — пустыри и безработица.

ЮАР как была расистской страной, так и осталась, только расизм этот стал черным. В систематических убийствах белых фермеров, которое д-р Грегори Стентон из Genocide Watch квалифирует как геноцид, правительство не видит ничего странного. Зато последнее предложение Африканского национального конгресса (АНК) состоит в том, что благотворительная организация должна потерять некоммерческий статус, если она помогает белым.

750 тыс. белых покинуло ЮАР. Разница в доходах между бедными и богатыми увеличилась по сравнению со временем апартеида. Но, разумеется, новые богатые — черные.

Мультимиллионер Сирил Рамафоза раньше был генсеком АНК. Другой мультимиллионер Джеймс Мотлаци был президентом профсоюза горняков. Либеральность местных трудовых законов восполняется патологической жестокостью бывших борцов за права трудящихся, ставших хозяевами шахт: в прошлом году в Марикане полиция застрелила 34 бастовавших шахтера, причем стреляли в спину, а потом сказали, что мертвые перестреляли друг друга.

Шахты в 1980-м обеспечивали 11% рабочих мест в ЮАР, сейчас — 2%. До кризиса добыча сырья в мире ежегодно росла на 5%, в ЮАР она падала на 1%.

Коррупция запредельная, нынешний президент ЮАР Джейкоб Зума имеет несколько жен, а лучшей историей, которая его характеризует, является следующая: несколько лет назад он изнасиловал в своем кабинете женщину, причем он знал, что она ВИЧ-инфицирована. Презервативом он не пользовался. Когда его спросили, какие меры предосторожности он принял, он сказал, что потом ополоснул свой член. ВИЧ-инфицированы 10% населения. При этом преемник Манделы президент Мбеки заявлял, что СПИД — это выдумка кровавых белых колонизаторов.

У меня простой вопрос: что происходит в современном мире, если человека, при котором страна превратилась в ЭТО, называют великим государственным деятелем?

На мой взгляд, история Нельсона Манделы — очень страшная история. И самое страшное в ней ровно то, что лично Мандела — морально достойный человек, который несет ответственность за катастрофу в ЮАР.

Начнем с того, что Нельсон Мандела — коммунист, марксист и террорист, которого в юности вдохновляли Сталин, Мао Цзэдун и Че Гевара и который просил деньги и оружие для своей террористической организации «Умконто ве Сизве» от маоистского Китая. «Умконто ве Сизве» объявила о своем существовании 16 декабря 1961 года, устроив 57 (пятьдесят семь) взрывов.

Будучи пойман, Мандела не стал отпираться и использовал процесс для пропаганды собственных взглядов, заявив, что он является «символом справедливости в суде угнетателей». В этом смысле Мандела был последним из великих террористов XIX века, которые не отпирались на суде от собственных взглядов и не заявляли, как сейчас исламисты, что это проклятые неверные взорвали себя сами, чтобы скомпрометировать мирный ислам. Он был также последним из великих террористов, которые хотя бы теоретически пытались ограничить жертвы среди гражданского населения.

Террорист Мандела сел в тюрьму на 18 лет, и первоначально это была маленькая сырая камера. А дальше произошло чудо: несмотря на то, что Мандела не перестал быть террористом, отношение к нему стало меняться.

Финансируемая Кремлем и Пекином коммунистическая пятая колонна, левые всего мира начали кампанию «Освободи Манделу». Условия содержания Манделы все улучшались, к середине 80-х Мандела получил кучу международных наград и мог из тюрьмы руководить всем, чем хотел, и в 1985-м он с негодованием отверг предложения президента Боты о помиловании при условии, что он «откажется от использования насилия как политического оружия».

Я думаю, что большинство моих читателей уже кипят от негодования, потому что они с детства слышала, что Нельсон Мандела был борцом против страшной системы апартеида, при которой черные были лишены гражданских прав, при которой между черными и белыми был запрещен даже секс и черные не могли без пропуска вьехать на территории белых (как и белые на территорию черных). Так вот: я бы хотела напомнить, что апартеид, при всех его чудовищных недостатках, в том виде, в котором он сложился к 1970-м годам, был системой самоуправления для черных.

Вообще в выделенных системах самоуправления в истории человечества нет ничего заведомо позорного. Персы завоевали Ионию и оставили грекам самоуправление в полисах. Римляне завоевали Грецию и тоже оставили грекам самоуправление. Италия была переполнена самоуправляющимися городами, которые так или иначе имели неполный суверенитет. Может быть, это очень обидно для национального достоинства, но при рациональном подходе к делу это дает вам возможность организовать вашу экономику, здравоохранение и образование так, как вы того заслуживаете.

Еще раз: белые выделили черным территорию, на которой они могли делать все, что хотели. Пусть эта территория была мала, неудобна (13% от территории ЮАР и 30% от прежних областей проживания данных групп населения), но ничто не мешало жителям бантустанов голосовать, строить больницы, образовывать население и развивать, как в Китае, экономику, пользуясь дешевой рабочей силой. Ничто не мешало всевозможным борцам за счастье человека доказать на деле, что черная раса ничем не уступает белой, создав там университеты, больницы и производства.

Но позиция борцов за счастье человечества была другой: они видели в нищих и необразованных африканцах, живших в бантустанах, не варваров, которых надо приобщать к западной цивилизации. Они видели в них орудие уничтожения этой цивилизации. Европейские швондеры не хотели образовывать африканских шариковых. Наоборот — они объясняли им, что нужно отнять все, построенное белыми на их земле, и поделить.

Я не собираюсь утверждать, что апартеид — это справедливое государственное устройство. Я утверждаю другое: что проблема сосуществования на одной и той же территории двух народов, или наций, или рас, резко различающихся по уровню цивилизации, не может быть решена справедливым образом.

Апартеид мог быть работающим государственным устройством, если бы швондеры всего мира строили в бантустанах университеты и заводы, вместо того чтобы вовлекать обе расы во взаимное озлобление, которое и без того легко разжечь. В соседней Родезии апартеида не было — там белые пытались взрастить черную элиту в рамках одного государства, давая право голоса тем черным, кто проходил по имущественному и образовательному цензу, — но швондеров всего мира не устраивало и это.

Еще одним способом взаимоотношения двух народов, победителя и побежденных, являются геноцид и рабство. Именно так вели себя по отношению к автохтонным койсанским народам зулусы, пришедшие на будущую территорию ЮАР немногим раньше европейцев. По странной случайности, порядки, установленные королем Чакой — включая смерть за плевок в присутствии короля и запрещение воинам жениться без разрешения властелина, — никогда не подвергались борцами за счастье человечества критике, равно как они и никогда не предлагали, чтобы зулусы покинули завоеванные ими территории, вернув их угнетенным ими народам.

Международное общественное мнение сделало свое дело. Был 1989 год. Освобожденная от проклятых колонизаторов Африка уже 30 лет утопала в нищете и крови — последствия передачи власти в руки дикарям, не научившимся сдерживать низшие базовые инстинкты, но получившим власть и автоматы, были совершенно ясны.

Но чем больше фактов противоречит религии — тем бескомпромисснее она становится, и полезные идиоты, которые к тому времени идеологически правили миром и ООН, были единодушны в осуждении как апартеида, так и любой другой системы управления, которая позволила бы западной цивилизации выжить в Африке.

В 1989 году новый президент ЮАР де Клерк выпустил Нельсона Манделу из тюрьмы и объявил о легализации АНК и конце апартеида.

Следующий акт этой драмы был почти неизбежен: резня среди черных за лидерство, в которой погибли тысячи. Резня в Себокене, резня в Бойпатонге, резня в Бишо. Эпидемия расстрелов белых: в 1993 году глава Панафриканского конгресса Кларенс Маквету провозгласил лозунг «Один фермер — одна пуля! Мы собираемся убивать всех белых — и детей, и стариков». Соратник Манделы, Питер Мокаба, провозгласил: «Убей бура — убей фермера».

Заметим, что этого никто не осудил. Предоставление самоуправления черным было признано ООН преступлением против человечества. «Убивать всех белых» — фигня вопрос.

В 1994-м Мандела с триумфом победил на выборах. К этому времени уже можно было составить себе представление о том, что такое лидер колониальной Африки, и можно было опасаться, что поклонник Кастро и Мао Цзэдуна, просидевший 18 лет в тюрьме, превзойдет в кровавой жестокости Иди Амина и Патриса Лумумбу.

К чести Нельсона Манделы, этого не произошло. Он сделал все, чтобы черные не вырезали белых. Он создал коалиционное правительство с де Клерком как вице-президентом. Осознавая, что означает резня белых фермеров, он признал это национальной проблемой и даже пытался создать специальные силы для борьбы с этим. Мандела покорил сердца африканеров, когда он призвал всех черных болеть за белых регбистов из Springboks и лично вручил их лидеру Франсуа Пиенаару победный кубок, надев его майку.

Увы, майку надеть было легче, чем удержать лавину. Мандела не мог удержать черных шариковых, которые въезжают в дом профессора Преображенского. Правление Манделы было ознаменовано взрывным ростом преступности, крахом образования и экономики, молниеносным распространением СПИДа и тотальной корруцией, причем в ближайшем окружении Манделы.

В 1999 году Мандела уходит из власти, и это еще один поразительный поступок, особенно для лидера черной Африки, которых всегда выносили вперед ногами, под звуки артиллерийской канонады. Ему на смену приходит Табо Мбеки, который в стране, где 10% населения заражены ВИЧ, заявлял, что СПИД — это выдумка белых расистов и его нет.

Дальше — по нарастающей. «Африканизация» вместо национализации, однопартийное правление, богатство и деньги, сосредоточенные в руках партийной верхушки, резня белых, безработица, преступность, забастовки и расстрелы, президент-многоженец Зума. Уровень жизни в ЮАР по-прежнему выше, чем в большинстве других африканских стран, но из страны первого мира для белых она превратилась в страну третьего мира для всех, и сползает все дальше.

Увы, история черной Африки после деколонизации — это история деградации континента. Эта деградация может быть объяснена только двумя способами.

Одно объяснение — расистское. Оно заключается в том, что черные — неполноценная раса. Другое объяснение заключается в том, что леволиберальная идеология тотально несостоятельна. Я лично придерживаюсь второго объяснения.

И именно поэтому я хотела бы завершить эту статью цитатой из великого просветителя черной расы. Его имя вы не услышите из уст «полезных идиотов», и его дело проиграно. Его звали Букер Т. Вашингтон, и когда в 1865 году в США отменили рабство, ему было 9 лет.


ИТАР-ТАСС

Босой и голодный, этот мальчишка прошел пол-Америки, чтобы научиться читать и писать, а потом — чтобы дать образование своему народу. Он руководил Tuskagee University, первым частным университетом для черных, и в его «Автобиографии» есть две великих мысли, которые любой политический деятель развивающейся страны должен высечь у себя на сердце. «No race can prosper till it learns that there is as much dignitуin tilling a field as in writing a poem». И «No race that has anything to contribute to the markets of the world is long in any degree ostracized».

И эти две максимы касаются не только черной расы. Они касаются любой застрявшей в архаике нации, в том числе и России. Можно идти путем Букера Т. Вашингтона или Петра I — уча свой народ, беспощадно обличая его в невежестве и лени и напоминая, что для цивилизации, как для геометрии, нет царского пути.

А можно идти другим путем, провозглашая собственные невежество и отсталость «национальными чертами» и уверяя окружающих, что те, кто богаче — тебе должны. Первый путь ведет к цивилизации, второй — к катастрофе.

Фотографии ИТАР-ТАСС

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=23989
17 ДЕКАБРЯ 2013

ЦБ России отозвал лицензии у еще трех банков — «Инвестбанка», «Смоленского банка» и «Банка проектного финансирования» (БПФ).

Это значит, что ЦБ под руководством Набиуллиной наконец заработал и стал чистить авгиевы конюшни российской банковской системы. Игнатьев, видимо, просто боялся это делать. И ничего банковская система от этого не грохнется: все крики об этом я рассматриваю, если честно, как показатель того, насколько глубоко и широко лобби отмывальщиков.

Но я, увы, о другом. О том, что, по сути дела, в России нет банковской системы или, точнее, цивилизованной системы выдачи кредитов, и в результате чистки она вряд ли появится.

Банковская система — это вообще великое зеркало общества. Деньги людям нужны были всегда, но банковская система возникла только в средневековой Италии, потому что банковская система, больше чем какой-либо другой общественный институт, построена на доверии.

Даже государство может функционировать без доверия, а банковская система без доверия функционировать не может. Чтобы давать кредиты, вы должны быть разумно уверены, что их вернут. А если вы не уверены, то ставки по вашим кредитам будут так высоки, что ни одна разумная прибыль их не окупит.

В России нет кредитной системы. Получить кредит под развитие бизнеса невозможно, потому что этот кредит начинается с 16% (без откатов). Это немыслимая ставка. И эта ставка прямо инкорпорирует в себя все риски того, что на компанию, которой вы даете кредит, наедут менты или силовики.

Это один из финансовых парадоксов России. Бизнес в России — как и в Зимбабве — возможен, и он может быть очень прибылен даже без административного ресурса, потому что бизнес-среда очень разреженная. Но вот кредита нет.

Соответственно, российские банки оказывают принципиально другие услуги. Во-первых, они обслуживают счета, эмитируют карточки и проводят платежи, потому что мы живем в 21 веке и как-то раковинами каури рассчитываться уже тяжело.

А во-вторых, они все, снизу доверху, оказывают клининговую услугу. Услугу по отмывке денег. Все. А отличаются — по размеру административного ресурса, к которому имеют доступ их клиенты.

У нас есть «высшие» банки. Сбербанк, ВЭБ и ВТБ, Россельхозбанк и пр. Их клининговая услуга заключается в том, что они выдают многомиллиардные кредиты ближним людям Путина или приравненным к ним олигархам, а также функционируют как финансовый унитаз, в который олигарх всегда может продать за миллиарды неудачный проект.

Второй слой — это всякого рода кэптивные банки, принадлежащие опять-таки представителям элиты, вроде «Газпромбанка» или «Альфа-банка». К этим же банкам примыкают российские бранчи «Ситибанка» или «Райффайзена». Вы думаете, они не отмывают денег? Ха, а вы не помните скандал с банком «Дисконт» и «Райффайзеном»? Или как усвистали прямым ходом за границу почти все 32 млрд. руб. стабилизационного кредита, выданного вроде бы «привилегированному» «Межпромбанку» Сергея Пугачева?

Ну, и наконец, третий слой — это многочисленные помойки, а то и просто «закрывашки» и «концевики». Отличительной чертой хозяев этих банков является то, что они имеют по нескольку банков. Например, известный банкир Матвей Урин контролировал «Монетный двор», «Уралфинпромбанк», «Донбанк», «Славянский банк» и «Традо-банк». То есть у Козимо Медичи был один банк, а у Урина – целых пять. Он был в пять раз больше банкир, чем Козимо Медичи. Трудовая деятельность пятикратного банкира Урина прервалась по независящим от него обстоятельствам, когда он случайно на Рублевском шоссе приказал избить не уступившую ему дорогу машину, а в ней оказался близкий знакомый дочери Путина Фаассен Йоррит Йост.

Пару месяцев назад охранники другого «банкира» того же сорта — некоего Александра Ерхова, счастливого владельца таких финансовых гигантов, как Липецкий областной банк, «Уралприватбанк» и пр. — тоже побили на дороге человека, но так как это был не зять Путина, то никаких последствий для банков это не имело.

Я особо обращаю ваше внимание на то, что нельзя сказать, что есть «высшие» банки, чистые, а есть «концевики» и «закрывашки». То, что банк велик и приближен к власти, вовсе не означает, что в нем не будет твориться полный ахтунг, как это ясно из примера «Банка Москвы» или уже упомянутого «Межпромбанка».

Дело в принципиально другом характере банковской деятельности в России. Ни один банк в России не является кредитным учреждением. Все они занимаются совсем другим. Только одни отмывают и обналичивают ваши собственные деньги, а другие еще обналичивают госресурс. Путинская экономика построена на распиле, откате и заносе сверху — и отмывке и обналичке снизу. Банки не могут не оказывать эти услуги, потому что на них есть спрос. Это не вина ЦБ, это беда экономики.

Поэтому, при всей благотворности действий ЦБ — все-таки банкиры урины или банкиры антоновы (бывшие хозяева «Инвестбанка») просто не должны портить собой пейзаж — все происходящее выглядит не столько чисткой банковской системы, сколько попыткой монополизации процесса отмывки денег. И она вполне вписывается в построение других — нефтяных, газовых, информационных монополий, которые в последнее время резко ускорились.

Я не сомневаюсь в добрых намерениях Набиуллиной, но, видимо, добро ей Путин дал только потому, что процесс отмывки идет слишком бесконтрольно и переполнен частной инициативой.

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=24046
23 ДЕКАБРЯ 2013

ИТАР-ТАСС

Своим освобождением Ходорковский обязан Ангеле Меркель. И то, что случилось — это договоренность между Ходорковским, Меркель и Путиным. Меркель просила об этом Путина, Меркель встречалась с матерью Ходорковского, и Меркель была единственным из европейских лидеров, кто реально добивался освобождения Ходорковского.

Все остальные европейские политики на самом деле вели себя как полные импотенты, которыми они и являются. Причем Меркель это делала не в предвыборных целях, а просто потому что Ангела Меркель, как и Маргарет Тэтчер или Рональд Рейган, является не политиком, а государственным деятелем.

Переговоры об освобождении велись долго, и предварительное согласие Ходорковского на написание прошения о помиловании без признания вины в связи с состоянием здоровья родителей было, как я понимаю, получено еще в октябре, а само прошение написано в ноябре.

Ходорковского освободили, как я полагаю, по двум причинам. Первая заключается в том, что единственная вещь, которая имеет значение для Путина — это внешняя политика. Про внутреннюю политику Путин справедливо считает, что ее нет, что российская оппозиция безопасна, а вот внешняя политика его заботит.

И Путин понял, что он подходит к «красной черте». Черте, за которой начинается Каддафи. Он не ожидал такого развития событий на Украине, и он не ожидал такого грандиозного облома с Олимпиадой.

Олимпиада для Путина психологически очень важна. Вся Олимпиада была затеяна вот для этого: беседовать с мировыми лидерам, одновременно показывая им рога за их спинами, и наслаждаться тем, как они делают вид, что этого не замечают.

И тут Путину говорят, что Обама не приедет. И не приедет госсекретарь. И не приедет вице-президент.

И вообще делегацию возглавит — внимание! — бывший министр национальной безопасности Джанет Наполитано, которая никогда не была замужем и которая стала предметом знаменитого иска. Ее подчиненный Джеймс Хейс подал иск о том, что она дискриминировала его по половому признаку и отдала причитающееся ему место Доре Шриро, «с которой г-жа Наполитано связана долгими отношениями». Чтобы месседж точно дошел до адресата, в делегацию включили двух открытых лесбиянок.

Путин, наверное, представлял себе, как он будет обниматься с Обамой, а официант в это время будет мочиться Обаме на ботинки. Ну что ж, теперь придется обниматься с Джанет Наполитано.

Путин понял, что он подошел к «красной черте», за которой уже начинается Каддафи, Асад и Лукашенко, и что обменный фонд его очень ограничен. Он не может пожертвовать Украиной, потому что это слишком важный для него вопрос и потому что события вышли из-под его контроля. Он не может свернуть историю с геями, потому что его официальная позиция «это не я затеял». Помилование Ходорковского — это единственное большое событие, которое он контролировал от начала и до конца.

Второй важный момент заключался в том, что помилование — это разменный товар, срок хранения которого стремительно истекал.

Михаил Ходорковский должен был выйти на свободу 25 августа 2014г., и с этим надо было что-то решать.

Вариантов было три. Первый: оставить его в тюрьме по третьему делу. В создавшейся обстановке это стало бы внешнеполитической катастрофой, потому что приговор по третьему делу стал бы приговором не только Ходорковскому, но и Путину. Приговор по третьему делу автоматически приговаривал Путина к статусу Асада. Второй вариант: просто отпустить на свободу в августе. Такой вариант воспринимался бы как поражение Путина. Ходорковский стремительно превращался в чемодан без ручки. Унести нельзя, бросить жалко. Что делать? И вот третий вариант: подарить Меркель, которая давно просит.

Причем если дарить, то именно сейчас. Во-первых, перед Олимпиадой. Во-вторых, есть вопрос здоровья матери. И вообще было бы глупо помиловать Ходорковского за месяц до конца срока. Вон, Толоконникову так помиловали, а никто и не заметил.

И вот теперь увидите — Меркель-то обязательно приедет на Олимпиаду.

Фото ИТАР-ТАСС/ Алексей Дружинин

[Алексей Мельников]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52B95E596F0E3
Латынина предается опытам публичного обоснования ценности апартеида
24-12-2013 (14:22)

Наверное, если бы программа с такими утверждениями вышла в Соединенных Штатах, то доступ ее ведущей в прессу был бы закрыт. А редакция радиостанции принесла бы своим слушателям извинения, выпустив цикл программ, утверждающих общечеловеческие ценности.

Но у нас России другие обстоятельства. У нас многое позволено, и редакция "Эха Москвы" всегда может объяснить, что в программы своих авторов (которых следует отличать от сотрудников), она не вмешивается. Они могут говорить, что угодно и на репутацию радиостанции то, что они говорят, никак не влияет. Это, как бы, их частное дело, а редакция предоставляет только микрофон.

Не нравится – не слушайте. Считаете, что нарушен закон – идите в суд. Не хотите делать того или другого – тогда отстаньте. Это и есть весь нехитрый механизм отношений редакции и слушателей.

Вот, что говорила в перерывах между цитированием вольно препарированной справки о Южной Африке ведущая программы "Код доступа" на "Эхо Москвы" Ю.Л. Латынина. Если это не расизм, то каким словом это можно назвать?

"Нам утверждают, что все расы равны. Прекрасно! Докажите". (Нам говорят, что нельзя убивать свою мать. Прекрасно! Докажите. – А.М.)

".. каковы бы не были недостатки системы апартеида, она была одной из возможных систем возвышения черной расы". (Каковы бы не были недостатки системы национал-социализма, он был одной из форм возвышения германского народа – А.М.)

"… учиться за собой спускать – это позорить гордое звание черного человека".

"То есть простите, если не выбирать выражений, можно сказать, что ЮАР правит черная обезьяна, (дальше понимая, что сказано слишком откровенно, с целью сгладить эффект – А.М.) и я имею право это сказать (!? – А.М.), потому что (!? – А.М.) моей страной правят белые обезьяны". (Дальше снова, чувствуя, что эффект не сглажен, могут и в суд подать, говорится совсем уже беспомощное – А.М.) "Слово "обезьяна" не имеет никакого отношения к цвету кожи, оно имеет отношение к тому, какими мотивами руководствуется при поведении правитель". (Видно, что человек собственно об обезьянах ничего не читал, плохо знает биологию. – А.М.)

"Так вот, все-таки, хочу вам, господа, напомнить, что такое апартеид в том виде, в котором он был в 70-х годах. Это система самоуправления для черных. Вообще в выделенных системах самоуправления в истории человечества нет ничего позорного.

Что вас смущает в этой системе так уж страшного?

Что черный рабочий не мог въехать на белую территорию без визы? Ну, извините, мы все понимаем, что происходит, если на богатую территорию, например на территорию города Москвы без визы въезжают таджики. Кстати это не распространялось на тех чернокожих, которые жили на данной территории города до 1941 года" (Здесь расизм сплел свое гибкое змеиное тело с таким же скользким шипящим серпантином отечественного национализма).

И, наконец, после всего сказанного Ю.Л. Латыниной, ее пустая отговорка: "Мы (кто это "мы"!? Не надо делать слушателей своими соучастниками – А.М.) либо должны принять утверждение о генетической несостоятельности некоторых народов, которое лично я не принимаю. Либо мы должны принять утверждение о несостоятельности тотальной, заводящей в тупик, леволиберальной идеологии".

Не знаю, что там Ю.Л. Латынина имеет в виду под "леволиберальной идеологией", в какой тупик и кого она завела, но я очень надеюсь, что ее программу послушают не только в посольстве ЮАР, но и в посольстве Соединенных Штатов, а также в посольствах европейских стран.

И в следующий раз откажут ей во въездной визе во все эти страны, где правит "тотально несостоятельная, заводящая в тупик леволиберальная идеология" и где людям не нужно доказывать равенство рас.

Пусть Ю.Л. Латынина и дальше предается своим расистским опытам публичного обоснования ценности системы апартеида в стране, если и не "белой обезьяны", то больших белых медведей, белых снегов, белой сочинской олимпиады, снегурочек и прочей милой чувствам Ю.Л. Латыниной белизны.

[Жертва на велосипеде]

http://www.novayagazeta.ru/politics/40364.html
Политика / Выпуск № 31 от 5 Мая 2008 г.

Сильная рука или имитация силы
05.05.2008

«Who is Mr. Putin?»

До 2003 года это был человек, ведший вполне либеральную экономическую политику; он мог создать действительно великую Россию. Мог бы и «Газпром» при этом прихватить: никто б не всполошился.

У этого человека оказался один недостаток. Бывший чекист, он правил посредством разводок. Не то чтобы он часто поддавался разводкам. Напротив, президент — человек ушлый, понимает, все вокруг него только и делают, что подсиживают других. Но так уж устроена жизнь, что если ты правишь посредством разводок, то рано или поздно жертвой разводки ты становишься сам.

Не то чтобы Путин доверял своим силовикам. Вовсе нет. Кстати, мало кто помнит, что поход силовиков за нефтью начался не с «ЮКОСа». Он начался со «Славнефти», но тогда «Славнефть» досталась Абрамовичу, даже не потому, что она была Абрамовичу обещана, а потому, что Путин хорошо знал цену всем любителям спасать президента от заговоров и решать за президента, что дни Абрамовича сочтены.

Но так уж случилось, что люди, которыми окружил себя Путин, не умели делать бизнес и не умели управлять государством. Они умели только разоблачать врагов. Если врагов не было, их следовало придумать, — и силовики, учтя неудачный опыт «Славнефти», к «ЮКОСу» подготовились основательнее.

На стол президента Путина рекой текли доклады: о том, что Ходорковский хочет занять его место, о том, что Ходорковский финансирует коммунистов, о том, что Ходорковский договорился с Кондолизой Райс о ядерном разоружении России, о том, что Ходорковский назвал Путина желтым земляным червяком, а ведь вы понимаете, какое дело: если передавать Васе, как его назвал Петя, а Пете — как его назвал Вася, то очень скоро Петя и Вася назовут друг друга всеми именами, которые им приписаны в доносах.

А дальше — по нарастающей. Оказалось, что можно и про других рассказать Путину, что — враги, и брать врагов голыми руками. Можно рассказать, что Касьянов хочет занять его место, — и Касьянов вылетит в отставку. Что Гуцериев финансирует ингушских боевиков, — и наехать на «Русснефть». А можно и не рассказывать. Можно просто сослаться: «Президент велел».

Говорят, что Путину понадобилось четыре года, чтобы выстроить под себя государство. Не точнее ли сказать наоборот: это силовикам понадобилось четыре года, чтобы превратить Путина в своего заложника? В человека, при виде которого каменеют лица Меркель и Буша, в человека, при котором бизнес стал пищей любого шакала в погонах, в человека, главной опорой которого являются те, кто уничтожает для него врагов. Променять Россию на компанию «Ганвор» — это как променять право первородства на чечевичную похлебку.

Когда я говорю это, я не оправдываю Путина. Я думаю, что быть заложником у собственных холуев куда оскорбительнее, чем быть самому себе Сталиным.

Президент делал сначала мало ошибок — но когда он их признавал? Ошибок не было — были происки врагов. С каждой ошибкой врагов становилось все больше. «ЮКОС»? Это не ошибка, это уничтожение личного врага. Проигрыш выборов в Украине? Это не президент глупо себя вел, это США нагадили. Беслан? Это не генералы потеряли разум и совесть, — это сделали те, кому кажется, что Россия еще для кого-то представляет опасность.

Право на преступление превратилось в часть привилегий чиновника; государство, как проститутка, стало инструментом удовлетворения потребностей любого его представителя: от президента до участкового. Потребности эти были довольно примитивны: нефть, безнаказанность, похвалы.

Чем хуже была реальность, тем красочнее становилась картинка в телевизоре. Путинская элита гуляла в Куршевеле и скупала лондонские особняки, а презираемому ей быдлу на озере Селигер рассказывали про наших врагов на Западе. Мы роняли на Грузию невзрывающиеся ракеты и осаждали эстонское посольство силами «Наших» — в телевизоре это называлось возрождением «сильной России». О цене съемок не задумывались: разве что когда Эстония, после красочного спектакля, устроенного «Нашими», похоронила любимый проект Путина, отказав России в праве проведения по ее дну североевропейского газопровода, — «Наших» немного поприжали.

«Сила» было ключевым словом. Для человека, избегавшего сильных решений, для человека, развернувшего свой самолет под Бесланом, потребность казаться сильным, наверное, очень велика. Отсюда — полеты на стратегических бомбардировщиках и съемки с голым торсом.

Нам внушали, что России нужна «сильная рука», — но, ау! Разве сильная рука правила нами?

Когда сын министра обороны сбивает старушку и отец говорит, что сын понес «моральный и физический ущерб», — разве это сильная рука? Когда президент приказывает оставить в покое «Домодедово» или «Волготанкер», а их все равно курочат, — это разве сильная рука? Когда президент увольняет генералов ФСБ, а они остаются на месте, и через полгода на коллегии робкий майор тянет руку и спрашивает президента: «Товарищ президент, вот вы генералов уволили, а они остались. Нам исполнять их приказания или нет?» — разве это сильная рука? Сила власти измеряется не количеством холуев, которые лижут ей сапог, а количеством выполненных распоряжений.

И знаете, что мне кажется самым большим символом этой эпохи? Сочи.

Президент Путин любит кататься на лыжах — и Сочи стал третьей столицей России. В сочинской резиденции принимают гостей, даже враждебных, неприятных. Из Сочи Путин летел в Нальчик, в час Беслана (и развернулся и улетел в Москву). Из Сочи он прилетел год спустя, на день, чтобы повстречаться в Москве с матерями Беслана, и улетел в Сочи опять.

Царь Петр перенес столицу России в Санкт-Петербург, чтобы прорубить окно в Европу. Президент Путин добавил Сочи, где можно в один день покататься на лыжах и поплавать на яхте. Сочи — и нефть. Что еще нужно от жизни?

[Жертва на велосипеде]

http://www.ej.ru/?a=note&id=12540
3 ЯНВАРЯ 2013 г.

За последние 20 лет в мире произошел экономический перелом, такой же фундаментальный, как неолитическая или промышленная революция. А именно: производительность труда стала настолько велика, что впервые в истории меньшинство может прокормить большинство.

Это отличает нашу эпоху от всех предыдущих эпох.

Все предыдущие эпохи в истории человечества не работало меньшинство. И объясняло большинству, почему они – цари, знать, жрецы и пр. – имеют право не работать и забирать у тех, кто работает.

Теперь большинство (или значительная часть населения) не работает. Но - голосует. В результате всеобщее избирательное право превращается из механизма обеспечения свобод и прав граждан в механизм извлечения ренты из работающего меньшинства.

При этом большинство может не работать не только в процветающих демократиях, где его содержат за счет налогоплательщиков, но и в петрократиях, где его содержат за счет экспорта нефти.

В результате в мире исчезают классические диктатуры по образу Дювалье и Маркоса, где кровавый диктатор затыкает рот обездоленному народу, а по улицам бегают тонтон-макуты и режут борцов за свободу. Вслед за исчезновением «кровавых диктаторов» исчез и «обманутый народ». На наших глазах в век мягких диктатур и интернета, обеспечивающего доступ гражданина к любой информации, если у него есть хоть малейшая к тому потребность, дискурс «народ заставили», «избирателя обманули» потерял смысл.

Свобода экономическая и политическая

Античные Афины, родина демократии, были политически свободным государством, и эта политическая свобода породила математику, логику и историю: породила науку.

Однако Афины не были экономически свободным государством. Ситофилаки регулировали цены на хлеб, народ заставлял богачей делиться деньгами, и с учетом того, что в афинском суде в качестве присяжных заседала в суде примерно та же публика, которая в США кормится продуктовых купонов, перед присяжными опаснее было быть богатым, чем виновным. В итоге Афины породили Платона и Фукидида, но не породили и не могли породить Билла Гейтса.

На наших глазах в демократических странах экономическая свобода все меньше и меньше имеет отношение к политической свободе. В последние 20 лет многие политически несвободные страны развиваются быстрее демократий.

На первый взгляд это кажется парадоксом, но на самом деле ничего парадоксального в этом нет. Прогресс Европы в XVII-XIX вв. происходил либо при избирательном цензе (как в Британии или США), либо при просвещенном абсолютизме (как в Прусии или России).

Все до одного сторонники этого прогресса, от Отцов-Основателей до классических либералов XIX в, прекрасно знакомые с Плутархом и Фукидидом, предсказывали, что «демократия кончится социализмом» (Джон Стюарт Милль), что, собственно, и произошло.

Война

Важнейшим фактором эволюции в XVII-XIX в была война. Любое государство, которое не модернизировалось, погибало. Польша не модернизировалась и была расчленена. Пруссия, находившаяся посередине Европы в не менее уязвимом геостратегическом положении, модернизировалась и стала Германской империей.

В современном мире для развитого государства война не окупается. В результате демократии оказываются беззащитны перед маргиналами, которые не умеют ничего, кроме как воевать. А диктатуры (особенно петрократии) оказываются, не заинтересованы в создании мощного третьего сословия. Наоборот, они заинтересованы в том, чтобы максимизировать число тех, кто, так или иначе, зависит от государства.

Окончательная форма правления

В 1991 Френсис Фукуяма заявил, что мы наблюдаем не конец Холодной Войны, а конец Истории, «конечную точку идеологической эволюции человечества и воцарение западной либеральной демократии как окончательной формы правления».

Двадцать лет спустя мы можем констатировать, что это не так. Множество стран, которые в 1991-м стали демократиями, к 2013-му перестали ими быть. В число этих стран входит Россия.

В некоторых из них, как в Киргизии, революции даже успели совершиться несколько раз. А в Грузии, где размах реформ и масштабы преобразвания государства не имели себе равных, избиратель радостно проголосовал за помесь Альенде с Гитлером, пообещавшего, что булки будут расти на деревьях.

Интересно, что совершенно так же ситуация наблюдалась в мире после 1-й мировой войне. «Democracy seems universally to prevail» – заявил в 1918-м американский президент Вудро Вильсон. Через двадцать лет после этих слов почти во всех странах, где было введено всеобщее или широкое избирательное право – в Австрии, Германии, Италии, Испании, Португалии, Венгрии, Болгарии, Греции, Румынии, Югославии – господствовали диктатуры.

Катастрофические проблемы со всеобщим избирательным правом происходили в течение XX в нищих странах повсеместно. Однако до 1991 года крах демократии можно было объяснить внешними влияниями и соперничеством двух сверхдержав. С 1991-го года все Лукашенки и Чавесы приходят к власти вполне самостоятельно.

Европа

Все вместе эти тенденции за последние 20 лет привели к существенным изменениям в мировом балансе стран и регионов.

Пятьсот лет Европа была лидером развития в мире. Евросоюз умудрился утратить пятисотлетнее первенство за двадцать лет. С такой скоростью не рушилась ни одна империя мира.

Прошедший год стал годом важных, но закономерных изменений в Европе. Это год, когда великий Жерар Депардье покидает Францию, потому что избранный президент Франсуа Олланд хочет отдать все деньги Депардье своим избирателям – безработной арабке с шестью детьми. Это год, когда в Испании правое правительство, пришедшее к власти, вынуждено делать то же, что Олланд: повышать налоги.

Это год, когда греки называют Германию четвертым рейхом за то, что она не дает им денег. Чтобы было понятно: госслужащий под названием путевой обходчик в Греции зарабатывал в год 80 тыс. евро. Общий фонд заработной платы греческих железных дорогах составляла 400 млн. евро, а cash flow они генерировали в 100 млн. евро. Ну как не назвать нацистами немцев, которые отказываются из своих налогов финансировать этот праздник жизни?

Евросоюза не является ни финансовым, ни экономическим – это цивилизационный кризис. В течение двадцати лет политики раздавали избирателям больше, чем те заработали, а деньги в долг при этом забирали у будущих поколений. Политики прекрасно знали, что надо делать, но не знали, как при этом выбраться на второй срок.

Европейская цивилизация в XVII-XIX вв. лидировала благодаря уверенности собственном превосходстве, идее неприкосновенности частной собственности, вере в прогресс.

Сейчас в Евросоюзе господствуют диаметрально противоположные ценности. Вместо экспансии европейцев на Восток - экспансия арабов в Европу. Вместо чувства превосходства – чувство вины. Вместо неприкосновенности частной собственности – госрегулирование и бюрократия. Вместо веры в прогресс – борьба с глобальным потеплением и генномодицифированными продуктами.

Господство этих ценностей является прямым следствием всеобщего избирательного права. Европа времен расцвета, достигла этого расцвета благодаря имущественному цензу или просвещенному абсолютизму. «Институты полностью демократические уничтожат свободу, или цивилизацию, или и то и другое», - предсказывал во времена этого расцвета Томас Маколей. Так оно и произошло.

США

Для США прошедший год стал годом, когда Барак Обама с огромным перевесом выиграл выборы. В начале XX в. «американская мечта» было – стать миллиардером. В начале XXI в. выборы в США выиграл человек, который сказал: «Если у вас есть бизнес, это не вы его создали».

США на сегодня остаются одной из самых свободных экономик мира. В США до сих пор, например, нет лицензий на разработку полезных ископаемых. Ты купил кусок земли, и ты можешь выкопать все, что под ним. Именно благодаря этому обстоятельству в США произошла сланцевая революция.

США на сегодня остаются страной с самой богатой традицией самоорганизации населения и страной с наилучшей системой образования. Высшее образование, наряду с продукцией Голливуда – один из главных экспортных продуктов США.

США остаются страной self-made men, и не случайно все новые мировые гиганты – Microsoft, Apple, Google, - появились на свет в США.

Однако в США на сегодняшний день насчитывается 66,1 млн. человек, который получают продуктовые карточки и/или Медикейд. В них также насчитывается 21,2 млн. человек, работающих на государство. 109,3 млн. человек работают в частном секторе. Очевидно, что 109,3 млн. человек не могут содержать 87,3 млн. человек, особенно если число первых падает, а число вторых – растет.

Парадоксальным образом, именно потому, что США остается страной наибольших возможностей, она также и становится страной наибольших паразитов, потому что паразитировать можно там, где есть на чем.

Ближний Восток.

Прошедший год стал годом победы тоталитарной массовой исламистской идеологии в революциях и на выборах: в Египте, в Ливии, скоро в Сирии.

В 1848 г. основатель Коминтерна Маркс написал «Коммунистический манифест». Спустя 70 лет коммунисты победили в России. В 1936-м году основатель «Братьев-мусульман», Хасан аль-Банна написал свой манифест. Спустя 70 с небольшим лет «Братья-Мусульмане» пришли к власти в Египте.

«Братья-мусульмане» являются старейшим исламистским движением, в частности, они являются материнской организацией для ХАМАС. Именно труды их главного идеолога Сайида Кутба были путеводной звездой для бен Ладена.

Кредо братьев-мусульман: «Наша цель – Аллах, наш закон – Коран, наш лидер – Пророк, наш путь – Джихад, и смерть на пути Аллаха – наивысшая из наших мечт».

Это люди, для которых мир делится на землю ислама – где уже господствует ислам, и землю войны – где господствуют неверные, которые должны быть завоеваны. Это люди, которым предписано убивать не только неверных, но и тех мусульман, которые верят не так, как они.

И это люди, которым предписано врать неверным. «Братья должны знать, что их работа в Америке есть вид великого Джихада, в деле уничтожения и разложения Западной цивилизации изнутри, как руками самих неверных, так и руками верующих» - это из секретной инструкции американским членам Братства, представленной Конгрессу в 2005-м году.

Когда боевики «Аль-Каиды» стали воевать против Каддафи, а в Дамаске смертники начали взрывать у зданий разведки и Генштаба, унося заодно жизнь десятков случайных прохожих, леволиберальные западные политики оказались при этом в сложном положении, потому что в букваре, который они читали, было написано, что когда народ восстает против кровавого тирана, он требует свободы.

Нам очень долго объясняли, что «Братья-мусульмане» теперь переродились и они борются за демократию. Дело дошло до того, что CNN и Гардиан с невозмутимыми лицами транслировали заявлений сирийской оппозиции о том, что кровавый режим Асада сам себя взорвал, чтобы иметь повод для репрессий.

Поразительно, но по мере исламизации Ближнего Востока левые либералы продолжали упорствовать в своей точке зрения, ибо слишком много в нее было инвестировано. Они вели себя, как министерство Магии, отрицающее возвращение лорда Вольдеморта.

После спланированного заранее и осуществленного исламскими боевиками убийства американского посла в Бенгази Белый Дом объявил, что это было спонтанное народное негодование, вызванное показом оскорбившего чувства мусульман фильма. Впервые в истории США Белый Дом официально транслировал пропаганду террористов: причем транслировал вранье.

После теракта в Бенгази и захвата американского посольства толпой в Каире Вашингтон не остановил помощи Ливии и Египту. При Бараке Обаме США дебютировали в роли Византии, платящей дань аварам, или России, платящей Чечне, потому что если не платить, будет еще хуже. При Бараке Обаме военная помощь США впервые превратилась в дань варварам.

Тоталитарные идеологии – будь то коммунизм, нацизм или исламизм, не понимают слова «компромисс». В каждом компромиссе они видят слабость противника. Каждый компромисс они используют как плацдарм для новых атак.

Не прошло и месяца после Бенгази, как ХАМАС начал обстреливать ракетами Израиль. Израиль в ответ был готов войти в Газу, но оказалось, что ХАМАС очень четко просчитал реакцию американского президента. Под нажимом Обамы Израиль был вынужден отказаться от войны. Более того, это произошло в результате переговоров Обамы и нового исламистского президента Египта, Мурси, которого Обама тем самым назначил главным по Ближнему Востоку.

Мурси понял это назначение совершенно однозначно, и буквально через несколько дней присвоил себе абсолютную власть. Впервые в истории США джихад велся не просто «руками неверных», а руками президента США.

Что такое «арабская весна», если перевести с языка политкорректных идиотов на язык политической реальности?

«Арабская весна» - это когда с двадцатилетним опозданием рухнули последние диктаторы формата времен «холодной войны», и на смену им, благодаря народным революциям и всеобщим выборам, идет новый вариант антизападной тоталитарной идеологии: исламизм.

Над Ближним Востоком нависла тень демократически избранного халифата, и эту тень левые либералы встречают с таким же восторгом, как в 20-х годах полезные идиоты встречали Сталина.

Примечательно, что при этом единственные действительно динамично развивающиеся страны на Ближнем Востоке являются наследственными монархиями, по типу и способу своего функционирования очень похожими на просвещенных европейских деспотов XVIII в. Полное отсутствие свободы прессы или парламента никак не сказывается на успехах Дубая.

Китай

В прошедший год выборы состоялись и в Китае.

Во Франции на выборах победил Олланд, поднявший налог до 75%, в США – Обама Если-У-Вас-Есть-Бизнес-Это-Не-Вы-Его-Создали, в Египте на выборах победил фараон.

В Китае XVIII съезд КРК тихо и мирно передал власть от тов. Ху Цзиньтао к тов. Си Цзиньпину, в соответствии с неписанным правилом - заимствовать все преимущества демократии без ее недостатков. Интересно, что в Китае тоже был популист, рвущийся к власти. Это был Бо Силай, мэр Чуньцина, столицы 360-миллионной сельскохозяйственной Сычуани. Став мэром, Бо Силай в свое время арестовал всю городскую полицию под предлогом коррупции, заменил ее своими людьми. Бо Силай был страшно популярен, заботился о бедняках, устраивал конкурсы революционных песен, центральное правительство боялось его трогать.

И тут случилась абсолютно детективная история в лучшем стиле «Троецарствия». Ближайший помошник Бо Силая сбежал в американское посольство и рассказал, что жена Бо Силая отравила англичанина Нила Хейвуда, своего делового партнера. Отравила сама: напоила до полусмерти и влила в рот цианистый калий.

Отравила потому, что Нил Хейвуд, работавший, кстати, на разведку МИ-5, отмывал деньги бескорыстного маоиста Бо Силая и потребовал слишком большую долю.

В результате этой фантастической истории госпожа Гу получила смертный приговор с отсрочкой исполнения на два года, а сам неподкупный борец за права народа сошел с политического горизонта.

В 50-х годах XX Китай был единственной страной мира, в которой подушевой ВВП в X веке был больше, чем в XX-м. Это была страна тотальной идеологии, тотальной нищеты и культурной революции: безумной попытки уничтожить два тысячелетия одной из величайших в истории человечества культур.

Как это иногда бывает в истории, именно крайняя катастрофа способствовала крайнему подъему: сейчас Китай если еще и мировая сверхдержава, то уже и не региональная сверхдержава.

Достижения Китая совершенно фантастические. Китайская компартия за 20 лет подняла из нищеты 400 млн. человек.

Мнение, что китайские компании берут дешевизной труда, устарело. Труд уже дешевле в Индонезии. Но китайские компании необычайно гибки и быстры. Если ты придешь в немецкую компанию и попросишь, к примеру: «сделайте мне превентор (то есть сложное нефтегазовое оборудование) так-то, а не так-то», - то немцы будут два месяца вынимать из тебя с чертежами всю душу. А китайцы через неделю сделают превентор.

Большая часть электроники мира производится в Китае. Китай продает больше всех в мире автомобилей и вырабатывает самое большое количество электроэнергии с помощью ветряков. (Дело в том, что в Европе, которая очень много кричит о возобновляемой энергии, для устройства ветряка требуется гигантское количество разрешений).

Китай строил за последние годы по 5-6 тыс. км хайвеев ежегодно и теперь обладает второй по величине дорожной сетью после США. Еще восемь лет назад китайские поезда были что-то вроде птичника на колесах. Сейчас города Китая связаны между собой сетью скоростных поездов, а до Шанхайского аэропорта «Пудун» ходит поезд на магнитной подушке со скоростью 500 км. в час.

Ценность образования в Китае традиционно высока. Модель поведения: «Студент из бедной семьи сдает экзамены и становится министром» насчитывает две тысячи лет. В Китае платным является не только высшее, но и среднее образование, и благодаря этому школьники и студенты рассматривают учебу не как бесплатную тягомотину, от которой надо откосить, чтобы пить пиво на лавочке, - а как возможность вырваться из нищеты, как социальный лифт.

По степени свободы китайский режим примерно соответствует просвещенному абсолютизму, при котором элите дозволялось обсуждать все, что угодно, но народу не позволялось бунтовать. Для народа в Китае – культ председателя Мао. Для элиты – твердое решение о том, что никогда больше нельзя допустить единоличной несменяемой власти, коллективное руководство партией и ежедекадная, согласно завещанию Дэн Сяопина, смена руководителя.

Как я уже сказала, политика Китая может быть охарактеризована как «заимствование всех преимущество демократии без ее недостатков». Принцип сменяемости руководителя – заимствован, но выборы происходят в крайне узком кругу.

Принцип «свободы СМИ» заимствован, но более чем своеобразно. Руководитель агентства Синьхуа в каждой провинции Китая фактически выполняет роль не столько главы новостного агентства, сколько главы сети внутреннего шпионажа. Очень много статей пишется журналистами Синьхуа, но они предназначены не для печати, а для сведения Пекина. Обратная связь есть, а огласки нет.

Китайский успех, очевидно, базируется на одном: на отсутствии всеобщих выборов. Если бы они были, то завтра полмиллиарда нищих китайских крестьян проголосовали за нового председателя Мао.

Тем не менее, если вы спросите правоверного демократа про Китай, то он вам ответит только одно: «там нет свободы». То незначительное обстоятельство, что если ввести в Китае свободу, то там, через два года не будет ни свободы, ни процветания, правоверных демократов не волнует. А то, что современная леволиберальная мысль единственной легитимной формой выборов считает выборы всеобщие, препятствует введению в Китае выборов, например, в городах и для налогоплательщиков.

Россия

Европа, США, Ближний Восток, Китай – это все регионы, развитие которых определит лицо мира в XXI в. К сожалению, про Россию это сказать нельзя. В ее нынешнем путинском виде будущее мира от России мало зависит.

Россия при Путине является типичным образцом диктатуры нового типа, с низким уровнем репрессивности и высоким уровнем зависимости населения от государства.

За последний год Россия изменилась радикально: Путин все больше и больше теряет легитимность и чувство реальности. Элита расколота. Рядовой избиратель (которого раньше называли коротким словом «чернь») любит Путина все меньше и меньше.

Конечно, это важный вопрос, когда рухнет режим, через пять лет или через десять? Но, к сожалению, еще более важный вопрос – что придет ему на смену?

В России много нефти и мало третьего сословия. Из-за отсутствия военных угроз нет стимулов для модернизации. Нет также образца, которому можно следовать. Ибо если предложить в качестве такого образца современную Европу и сказать: «давайте у нас будет бесплатная медицина, бесплатное образование, социальное обеспечение, всеобщее избирательное право и средиземноморский климат» - то дело кончится новым Путиным.

Шанс на глубинные перемены, Россия, как мне кажется, получит только тогда, когда после мирового кризиса изменятся и парадигмы. Весьма возможно, что в обозримом будущем всеобщее избирательное право перестанет быть единственно легитимной формой правления, а авторитарные режимы перестанут выживать в случае своей некомпетентности.