*305. Вторая мировая война-3

[Знание-сила]

https://docs.yandex.ru/docs/view?url...=04.pdf&nosw=1
Знание - сила № 4 апрель 1939 год

[Евгений Жирнов]

23.06. Словакия объявила войну СССР.

[Рismadljaliz]

https://pismadljaliz.livejournal.com/2021/06/24/
June 24th, 2021, 12:21 am

Великая Отечественная война. День за днём: 23 июня–29 августа.

• В 1944 году началась Белорусская стратегическая наступательная операция «Багратион». Проводилась войсками 1-го Прибалтийского (генерал армии И. Баграмян), 1-го (Маршал Советского Союза К. Рокоссовский), 2-го (генерал армии Г. Захаров) и 3-го (генерал армии И. Черняховский) Белорусских фронтов при участии Днепропетровской военной флотилии (контр-адмирал В. Григорьев). В составе 1-го Белорусского фронта действовала 1-я армия Войска Польского (генерал-лейтенант С. Поплавский).

[Humus]

https://humus.livejournal.com/8373213.html

Пишет хумус (humus)
2022-04-26 06:01:00 1000

Назад
Избранное
Поделиться
Отслеживать
Пожаловаться
Вперёд

Категории:

История
Армия

Германия в 1939. Польская кампания. Битва за Варшаву. Часть 3
1
1
Дать 10 жетонов
0

Германия в 1939. Польская кампания. 1-7 сентября. Неделя Данцига
Германия в 1939. Польская кампания. Интермедия. And Now for Something Completely Different. Вып.1
Германия в 1939. Польская кампания. Интермедия. And Now for Something Completely Different. Вып.2
Германия в 1939. Польская кампания. Интермедия. And Now for Something Completely Different. Вып.3
Германия в 1939. Польская кампания. Интермедия. And Now for Something Completely Different. Вып.4
Германия в 1939. Польская кампания. Битва за Варшаву
Германия в 1939. Польская кампания. Битва за Варшаву. Часть 2
45. Немецкие солдаты овладевают южными фортами Варшавы
45. Немецкие солдаты овладевают южными фортами Варшавы

46. Незадолго до окончательной капитуляции. Польские солдаты сдаются.jpg
46. Незадолго до окончательной капитуляции. Польские солдаты сдаются

47. Немецкая армия захватывает форт Садыба. Немецкие солдаты в форте.jpg
47. Немецкая армия захватывает форт Садыба. Немецкие солдаты в форте

48. Капитуляция Варшавы. Польские офицеры перед капитуляцией.jpg
48. Капитуляция Варшавы. Польские офицеры перед капитуляцией

49. Немецкие армейские машины после окончания боя на улицах Варшавы.jpg
49. Немецкие армейские машины после окончания боя на улицах Варшавы

50. Поезд, в котором проходили переговоры о сдаче Модлинской крепости, заходит на мост..jpg
50. Поезд, в котором проходили переговоры о сдаче Модлинской крепости, заходит на мост

51. Окончательная сдача крепости Модлин.jpg
51. Окончательная сдача крепости Модлин

52. Польские войска готовятся сложить оружие после сдачи Модлинской крепости.jpg
52. Польские войска готовятся сложить оружие после сдачи Модлинской крепости

53. Генерал Адольф Штраус покидает дворе после подписания капитуляции Модлинской крепости.jpg
53. Генерал Адольф Штраус покидает дворе после подписания капитуляции Модлинской крепости

54. Переговоры о капитуляции на заводе Skoda-Motor в Ракове недалеко от Варшавы. Прибытие польских переговорщиков.jpg
54. Переговоры о капитуляции на заводе Skoda-Motor в Ракове недалеко от Варшавы. Прибытие польских переговорщиков

55. Переговоры о капитуляции на заводе Skoda-Motor в Ракове недалеко от Варшавы. Генерал Йоханнес Бласковиц (главнокомандующий 8-й армии) и польские…
55. Переговоры о капитуляции на заводе Skoda-Motor в Ракове недалеко от Варшавы. Генерал Йоханнес Бласковиц (главнокомандующий 8-й армии) и польские офицеры

56. Переговоры о капитуляции. Генерал Х.-Г. Фельбер (начальник штаба 8-й армии) сообщает об окончательной капитуляции.jpg
56. Переговоры о капитуляции. Генерал Х.-Г. Фельбер (начальник штаба 8-й армии) сообщает об окончательной капитуляции

57. Ликующие немецкие солдаты после получения новостей о окончательной капитуляции Варшавы.jpg
57. Ликующие немецкие солдаты после получения новостей о окончательной капитуляции Варшавы

58. Немецкие войска входят в Варшаву. Проход войск мимо генерал-лейтенанта фон Кохенхаузена, командира 134-й пехотной дивизии вермахта, на площади Пи…
58. Немецкие войска входят в Варшаву. Проход войск мимо генерал-лейтенанта фон Кохенхаузена, командира 134-й пехотной дивизии вермахта, на площади Пилсудского

59. Немецкие войска входят в Варшаву. Проход войск мимо генерал-лейтенанта фон Кохенхаузена, командира 134-й пехотной дивизии вермахта, на площади Пи…
59. Немецкие войска входят в Варшаву. Проход войск мимо генерал-лейтенанта фон Кохенхаузена, командира 134-й пехотной дивизии вермахта, на площади Пилсудского

60. Немецкие войска входят в Варшаву. Проход войск мимо генерала Максимилиана фон Вейхса (командующего XIII армейским корпусом) на площади Пилсудског…
60. Немецкие войска входят в Варшаву. Проход войск мимо генерала Максимилиана фон Вейхса (командующего XIII армейским корпусом) на площади Пилсудского

61. Винтовки и боеприпасы, захваченные у поляков в оккупированной немцами Варшаве, сложены на площади Красинки у подножия памятника Яну Килинскому.jpg
61. Винтовки и боеприпасы, захваченные у поляков в оккупированной немцами Варшаве, сложены на площади Красинки у подножия памятника Яну Килинскому

62. Немецкие военные грузовики и солдаты на улицах Варшавы после окончательной сдачи города.jpg
62. Немецкие военные грузовики и солдаты на улицах Варшавы после окончательной сдачи города

63. Польские солдаты маршируют через Варшаву после взятия в плен немцами.jpg
63. Польские солдаты маршируют через Варшаву после взятия в плен немцами.

64. Польских солдат уводят в плен после сдачи Варшавы .jpg
64. Польских солдат уводят в плен после сдачи Варшавы

Бонус.Поляки проводят химическую атаку в Ясло

65. Место предполагаемого взрыва иприта на мосту в Ясло.jpg
65. Место предполагаемого взрыва иприта на мосту в Ясло

66. Место предполагаемого взрыва иприта на мосту в Ясло.jpg
66. Место предполагаемого взрыва иприта на мосту в Ясло

67. Немецкий сапер по имени Хаун лежит на больничной койке, жертва применения горчичного газа в Ясло польской армией.jpg
67. Немецкий сапер по имени Хаун лежит на больничной койке, жертва применения горчичного газа в Ясло польской армией
Метки: Германия, Польша, война, история, фото

[Хронос]

Патриарший местоблюститель митрополит Сергий обращается с партиотическим воззванием к верующим. В тот же день премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль выступил с радиообращением с предложением помощи СССР.

[«Советский Спорт»]

https://viewer.rusneb.ru/ru/000199_0...0338866?page=1
Красный спорт 1940 № 19

[«Советский Спорт»]

https://viewer.rusneb.ru/ru/000199_0...=0&theme=white
Красный спорт 1940 № 19
[IMG][/IMG]

[Габриэль Городецкий]

https://scepsis.net/library/id_497.html

Неготовность Сталина к немецкому нападению в первую очередь объяснялась безнадежностью политических альтернатив для Советского Союза и перед второй мировой войной, и накануне Великой Отечественной войны. Только теперь, задним числом, возможно увидеть те пути, по которым следовало бы идти. Но если бы и была избрана единственно верная альтернатива, самое большее на что можно было бы надеяться — это смягчить силу удара. Избежать его не удалось бы ни в коем случае. Масштаб военной мощи, который продемонстрировала Германия во Франции и на Балканах, не предугадал никто из участников той, по определению Сталина, «Великой игры»[1]. Сталин, по словам Молотова, «еще перед войной считал, что только к 1943 году мы сможем встретить немца на равных»[2]. И, наверное, самыми важными причинами катастрофы стали давние подозрительность и недоверие, которые все участники «игры» питали друг к другу. В этом еще раз проявилась первостепенная, хотя часто и не замечаемая, роль восприятия в практике международных отношений.
В книге показано, что способность советского руководства справиться с кризисом была в значительной степени ограничена недостатками, присущими советской политической и военной системе. Сталин и руководство вооруженных сил знали об этих недостатках все, но, возможно, оказались не в состоянии исправить их за то малое время, которое им было отпущено после разгрома Франции. Возможно и то, что немецкий удар мог бы быть в определенной мере смягчен, если бы проводилась какая-то альтернативная политика. Но никто не может быть уверенным, что в условиях 1941 г. такая стратегия смогла бы сдержать немецкую армию. Крайне рискованные альтернативы, предлагаемые военными, в то же время не гарантировали надежного выхода. Таковы были сложившиеся обстоятельства. И в этих условиях Сталин, подобно Чемберлену до него, оказался загипнотизирован немецкой военной мощью и избрал путь дипломатического решения. Однако он извлек уроки из политики «умиротворения» стран Запада и не оставил полностью без внимания военные вопросы. Тем не менее процесс возрождения армии как средства обороны был прерван войной.
Недостатки подготовки к войне оказались столь многочисленными, что просто невозможно выделить из них какой-то один, наиболее важный. Однако определяющими, вероятно, являются сложные взаимосвязи между политическими и военными проблемами (о них до этого не говорилось достаточно подробно). Прежде всего, на саму способность ответить соответствующим образом на германскую военную угрозу повлияли последствия репрессий в вооруженных силах, которые начались с 1937 и продолжались еще и в 1940 г., хотя и в несколько меньших масштабах. Однако столь же значительный вред принесло стремление к расширению вооруженных сил и их модернизации, которые осуществлялись лихорадочными темпами, но без соответствующей инфраструктуры. Вопреки тому, что утверждает Суворов, к июню 1941 г. ни механизированные войска Красной Армии, ни ее военно-воздушные силы не находились в состоянии готовности. Хотя военная промышленность предпринимала в 1940-1941 гг. огромные усилия, она не смогла поставить достаточное количество современной боевой техники на замену устаревших танков и самолетов[3]. Более совершенная боевая техника только начинала поступать на вооружение и еще не прошла полностью испытания. Это усугублялось недостатками систем тылового и технического обеспечения[4].
Не менее сокрушительным оказался эффект внезапного нападения, который застал врасплох практически всю армию. Все мобилизационные планы были нарушены. Оказавшись не на том участке фронта, который был предусмотрен планом, армии попадали в катастрофическое положение из-за неразрешимости проблем тылового обеспечения и связи. Дело страдало и из-за того, что на фронте не были созданы командные пункты для надежной передачи приказов[5]. Реорганизацию Вооруженных Сил подрывала частая смена командного состава высшего звена: так, за последний предвоенный год сменились три начальника Генерального штаба. Наконец, не менее важным было и то, что военная теория не была усвоена и приспособлена к условиям, сложившимся весной 1941 г. Репрессии привели к тому, что военная теория не была до конца принята на вооружение советской армией. Вопросы военной доктрины не были должным образом разработаны; в значительной мере она оставалась уделом теоретиков, споривших между собой на страницах военных журналов. Вследствие этого, такой важный компонент военной доктрины как «глубокая операция» рассматривался только вскользь[6]. Вопреки утверждениям Суворова, на удалении до 50 км от фронта или ближе были размещены только 42 дивизии, а 128 дивизий, в том числе танковые и моторизованные, находились на расстоянии от 50 до 500 км от фронта, несмотря на то, что почти все они были предназначены для прикрытия границы[7]. Таким образом возникла путаница в размещении сил прикрытия и вспомогательных войск на фронте[8].
И, наконец, не следует забывать, что деспотичная система управления привела к «субъективизму и монополии И.В. Сталина в выборе средств и способов достижения целей, игнорированию того научного багажа, который был накоплен в 30-е годы»[9]. Постоянное вмешательство Сталина в деятельность Верховного командования мешало его работе, принятию правильных решений по стратегическим вопросам. Тем не менее советскую внешнюю политику в период после заключения пакта Риббентропа — Молотова нельзя убедительно объяснить только капризной тиранией Сталина или экспансионизмом. Политика, скорее, кажется рациональной и уравновешенной — беспринципной Realpolitik. Тщательное исследование советской политики 1939-1941 годов подтверждает точку зрения, согласно которой пакт был подписан из-за относительной слабости Советского Союза: Сталин никогда, и особенно после разгрома Франции, не игнорировал вероятности того, что когда-нибудь Советскому Союзу придется столкнуться с Германией на поле боя.
С другой стороны, Сталин никогда не отказывался от своих подозрений о возможности примирения между Англией и Германией. Поэтому в высшей степени сомнительно, что Сталин видел в самом пакте абсолютно надежную гарантию западных границ России. Замечательным успехом своей дипломатии русские считали строгий нейтралитет, а не свои обязательства перед Германией. Однако нейтралитет оставался непрочным на протяжении всего периода 1939-1941 гг. — между началом второй мировой войны и Великой Отечественной войной. Нейтралитет подрывали благожелательное советское отношение к Германии, возможность военных действий западных союзников против России, глубокий гнетущий страх в Кремле перед возможностью примирения между Германией и Англией. Русским поэтому пришлось, особенно после разгрома Франции, исполнять смертельно опасный номер, подобно цирковому канатоходцу. И в конечном итоге Сталин был вынужден проводить до того тонкую двойную дипломатию, что ее смысл зачастую оставался темным как для его партнеров по диалогу на международной сцене, так и для его ближайших коллег в Кремле. Даже Молотов признался: «“Сталин считал, Сталин думал...” Будто бы кто-то знал точно, что Сталин думал о войне!»[10] Его маниакальная подозрительность в отношении сепаратного мира помешала ему принимать верные решения. Чем ближе подходила война, тем более сильный паралич воли охватывал его.
Со своей стороны, английское правительство, оставаясь в плену устаревших концепций, так и не сумело оценить значение изменявшейся международной ситуации. Тенденциозная интерпретация английским правительством, особенно Форин оффис, пакта Риббентропа — Молотова усилила фатальную концепцию, исключавшую возможность сотрудничества с Россией в военное время. Считалось аксиомой, что пакт Сталина с Гитлером о нейтралитете в конечном итоге превратится в прочный союз. В придачу к этим предвзятым представлениям втайне вынашивалась надежда, что в ходе войны может представиться возможность избавиться от обоих презренных режимов — нацистского и советского. И таким образом характер отношений, сложившийся после заключения пакта Риббентропа — Молотова, основывался на взаимной подозрительности. Он заставил Советский Союз и Великобританию относиться друг к другу как к потенциальному союзнику и как потенциальному врагу одновременно. Этот характер отношений не только способствовал недолговечности союза, возникшего после 22 июня, но и сформировал карту послевоенной Европы[11].

1. См. наст. изд. стр. 124-130.
2. Чуев Ф. Сто сорок бесед с Молотовым, стр. 31.
3. Erickson. The Road to Stalingrad, pp. 62-63.
4. Glantz. The Military Strategy of the Soviet Union, p. 59.
5. Жуков. Цит. соч., стр. 32.
6. Борщев А.Д. "Отражение фашистской агрессии: уроки и выводы". - Военная мысль, 1990, N 3, с. 14.
7. Язов Д.Т. "Впереди была война". - Военно-исторический журнал, 1991, N 5, стр. 7.
8. Борщев А. Д. Цит. соч., стр. 18.
9. Там же, стр. 20.
10. Чуев Ф. Сто сорок бесед с Молотовым, стр. 42.
11. Это хорошо поняли в Форин оффис. См.: FО 371/29484 N 3046/ 78/38, ЛС (41)251 (Final): "Some Effects of German-Soviet Collaboration", 13 June 1941.

OCR: Ольга Португалова

[Humus]

https://humus.livejournal.com/8383921.html
Пишет хумус (humus)
2022-05-03 06:01:00 1029
01. Самолет Адольфа Гитлера пролетает над оккупированными территориями Польши

02. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Адольф Гитлер на военном аэродроме в Польше.png
02. Адольф Гитлер на военном аэродроме в Польше

03. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Солдаты приветствуют Адольфа Гитлера.png
03. Солдаты приветствуют Адольфа Гитлера

04. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Гитлер приветствует солдат немецких ВВС в Польше.png
04. Гитлер приветствует солдат немецких ВВС в Польше

05. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Адольф Гитлер разговаривает с ранеными немецкими солдатами в лазарете .png
05. Адольф Гитлер разговаривает с ранеными немецкими солдатами в лазарете

06. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Адольф Гитлер в окружении ликующих членов вермахта.png
06. Адольф Гитлер в окружении ликующих солдат вермахта

07. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Адольф Гитлер в окружении ликующих членов вермахта.png
07. Адольф Гитлер в окружении ликующих солдат вермахта

08. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Адольф Гитлер возле Лодзи в окружении солдат вермахта .png
08. Адольф Гитлер возле Лодзи в окружении солдат вермахта

09. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Адольф Гитлер среди ликующих солдат в районе реки Вайхзель.png
09. Адольф Гитлер среди ликующих солдат в районе реки Вайхзель

10. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Гитлер посещает немецкие войска в Готенхафене; рядом с Гитлером гауляйтер Альберт Форстер, позади них Вильгель…
10.Гитлер посещает немецкие войска в Готенхафене; рядом с Гитлером гауляйтер Альберт Форстер, позади них Вильгельм Кейтель

11. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Адольф Гитлер обменивается рукопожатием с немецким солдатом в Готенхафене.png
11. Адольф Гитлер обменивается рукопожатием с немецким солдатом в Готенхафене

12. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Встреча Гитлера с армейскими офицерами на полевой кухне в Томашуве. Справа от Гитлера — офицер Хайнц Линге, сл…
13. Встреча Гитлера с армейскими офицерами на полевой кухне в Томашуве. Справа от Гитлера — камердинер Адольфа Гитлера Хайнц Линге, слева — генерал-майор Карл-Генрих Боденшац

13. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Встреча Гитлера с армейскими офицерами на полевой кухне в Томашуве.png
14. Встреча Гитлера с армейскими офицерами на полевой кухне в Томашуве

14. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Адольф Гитлер приветствует членов «лейбштандарта СС Адольфа Гитлера» в районе между Бзурой и рекой Вислой, к з…
14. Адольф Гитлер приветствует солдат 1-я танковой дивизии СС «Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» в районе между Бзурой и рекой Вислой, к западу от Варшавы

15. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Гитлер в гостях у войск под Ярославом; слева направо Вильгельм Лист; Гитлер; Вильгельм Кейтель, Александр Лоер…
15. Гитлер в гостях у войск под Ярославом; слева направо генерал-полковник Вильгельм Лист; Адольф Гитлер; Вильгельм Кейтель, командующий люфтваффе на Юго-Востоке Александр Лёр, адъютант Альберт Борман, командующий VII армейским корпусом генерал-полковник Ойген Зигфрид Эрих риттер фон Шоберт

16. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта.Гитлер в окружении солдат вермахта в Ярославе.png
16.Гитлер в окружении солдат вермахта в Ярославе

17. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Гитлер окружен солдатами вермахта в Ярославе.png
17.Гитлер в окружении солдат вермахта в Ярославе

18. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Гитлер на холме с видом на зону боевых действий между Лодзью и Варшавой.png
18. Гитлер на холме с видом на зону боевых действий между Лодзью и Варшавой

19. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Гитлер с начальником пресс-службы Зеппом Дитрихом идут по железнодорожным путям .png
19. Гитлер с начальником пресс-службы Йозефом «Зеппом» Дитрихом идут по железнодорожным путям

20. АдолГитлер на железнодорожных путях к востоку от Варшавы; слева направо Йозеф Дитрих, Н. Н., Юлиус Шауб, Вильгельм Кейтель, Карл-Генрих Боденшац,…
20. Адольф Гитлер на железнодорожных путях к востоку от Варшавы; слева направо Йозеф «Зепп» Дитрих, личный адъютант Гитлера Юлиус Шауб, Вильгельм Кейтель, Карл-Генрих Боденшац,Адольф Гитлер, врач Гитлера Теодор Морель,командующий 3-ей армией генерал артиллерии Георг фон Кюхлер

21. Адольф Гитлер в гостях у Вермахта. Гитлер и глава верховного командования вооруженных сил Вильгельм Кейтель смотрят на сошедший с рельсов поезд.…
21. Адольф Гитлер и Вильгельм Кейтель смотрят на сошедший с рельсов поезд
Метки: Германия, Польша, война, история, фото

[Н.Н. Яковлев]

http://historic.ru/books/item/f00/s0...25/st027.shtml

По крайней мере с начала 1941 г. правительства США и Англии во все возрастающей степени основывают свои стратегические планы на возможности войны между Германией и Советским Союзом. Действия германских подводных лодок в Атлантике склоняли Рузвельта и правительство США к более активному вмешательству, даже если это могло привести к вовлечению в войну. Командование американской армии на совещании 16 апреля в основном поддержало точку зрения, высказанную одним из участников совещания: «Если мы будем выжидать, то дело кончится тем, что мы останемся в одиночестве, и внутренние беспорядки могут привести к появлению коммунизма. Меня могут назвать задирой, но что-то надо делать». Было спланировано занять 22 июня 1941 г. Азорские острова, высадить морскую пехоту в Исландии, сменив там англичан. Главнокомандующий Атлантическим флотом адмирал Кинг заметил в этой связи: «Это фактически акт войны» 2 апреля Рузвельт обсудил «план № 1 обороны полушария» — американские корабли будут конвоировать английские суда в Западной Атлантике, в случае необходимости ппинимая решительные меры против подводных лодок. Однако с середины апреля Рузвельт внезапно круто поворачивает руль политики: экспедиция на Азорские острова отменяется, 24 апреля вступает в силу «план № 2 обороны полушария» — американские корабли патрулируют воды Атлантики только до 25° з. д. (на полпути между Америкой и Европой) и их функции ограничиваются сообщением о передвижении немецких подводных лодок.
Биограф Рузвельта Р. Шервуд пишет о «необъяснимом поведении» президента в эти месяцы: «Во время ужасного кризиса, вызванного молниеносной войной на Западе, Дюнкерком и падением Франции, он был почти одинок в своем собственном правительстве, когда принимал смелые, даже отчаянные решения. Теперь, год спустя, когда положение Великобритании снова было исключительно тяжелым, он снова был почти одинок. Однако теперь он был одинок в своем нежелании принимать решения и действовать». Рузвельт не поддержал воинственных деятелей правительства и представителей командования: он предпочитал выжидать. Белый дом получал все новую и новую информацию о сосредоточении германских войск у границ Советского Союза. И когда ночью 21 июня 1941 г. в США стало известно о нападении Германии на СССР, первой мыслью ближайшего советника президента Г. Гопкинса было: «Проводившаяся президентом политика поддержки Великобритании действительно окупила себя. Гитлер повернул налево». Военный министр США Г. Стимсон 23 июня в меморандуме президенту сообщил мнение командования вооруженных сил о последствиях войны между СССР и Германией для США: «Германия будет основательно занята минимум месяц, а максимально, возможно, три месяца задачей разгрома России». Соединенные Штаты должны без промедления использовать эту «драгоценную передышку... прежде чем Германия высвободит ноги из русской трясины... Этот шаг Германии почти напоминает дар провидения». Стимсон предложил принять активные меры в Атлантике для дальнейшего оказания помощи Англии. Штаб американской армии летом 1941 г. сформулировал свое мнение таким образом: «Лучший способ помочь СССР — продолжить помощь Великобритании».
Публично правительство США на первых порах заняло весьма сдержанную позицию в соответствии с политическими планами, составленными еще до 22 июня 1941 г. 14 июня Вашингтон информировал британское правительство о политике США по отношению к СССР в случае нападения на него гитлеровской Германии. «Наша политика заключается в том, чтобы не идти на уступки Советской России, которые она может предложить с целью улучшения американо-советских отношений. Если же мы пойдем на них, то потребуем компенсаций в полном объеме». Накануне вероломного нападения гитлеровской Германии на СССР — 21 июня государственный департамент докладывал правительству: «Мы должны твердо придерживаться следующего политического курса: тот факт, что Советский Союз сражается с Германией, не означает защиту им, борьбу за или согласие с принципами международных отношений, которых придерживаемся мы. Мы не должны заранее давать Советскому Союзу никаких обещаний в отношении помощи, которую мы сможем оказать в случае германо-советского конфликта, и не принимать на себя никаких обязательств в отношении нашей будущей помощи Советскому Союзу, или Германии». Официальная точка зрения правительства США о советско-германской войне была сформулирована и. о. государственного секретаря С. Уэллесом на пресс-конференции 23 июня 1941 г. «Для Соединенных Штатов принципы и доктрины коммунистической диктатуры столь же нетерпимы и чужды, как принципы и доктрины нацистской диктатуры, — говорил С. Уэллес.— По мнению правительства США, любая борьба против гитлеризма, любое сплочение сил, выступающих против гитлеризма, независимо от их происхождения, ускорит конец нынешних гитлеровских руководителей и тем самым будет способствовать нашей собственной обороне и безопасности. Гитлеровские армии сегодня — главная опасность для американского континента». 24 июня Рузвельт публично заявил, что США окажут помощь СССР. В первые недели войны между Германией и СССР правительство США на словах пришло на помощь СССР, на деле оно заняло выжидательную позицию, изменение ее зависело от хода вооруженной борьбы на советско-германском фронте.
Британские правящие круги, имевшие за плечами двадцать два месяца войны, пошли дальше. 21 июня в узком кругу Черчилль беседовал о возможности войны между Германией и СССР. Он заметил, что Гитлер надеется заручиться в этой войне поддержкой правых в Англии и США и что в этом он ошибается. Англия окажет помощь СССР. Черчиллю был задан недоуменный вопрос: не означает ли это отступление от его принципов убежденного противника коммунизма. «Нисколько, — ответил Черчилль. — У меня лишь одна цель — уничтожение Гитлера, и это сильно упрощает мою жизнь. Если бы Гитлер вторгся в ад, я по меньшей мере благожелательно отозвался бы о сатане в палате общин». И в самом деле, вечером 22 июня Черчилль выступил по радио. Он начал с оговорки: «За последние 25 лет никто не был более последовательным противником коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нем». И далее британский премьер-министр сказал, что Англия окажет помощь СССР, ибо «вторжение в Россию — это лишь прелюдия к попытке вторжения на Британские острова. Он (Гитлер), несомненно, надеется, что все это можно будет осуществить до наступления зимы и что он сможет сокрушить Великобританию, прежде чем вмешаются флот и авиация Соединенных Штатов... Поэтому опасность, угрожающая России, — это опасность, грозящая нам и Соединенным Штатам». В Советский Союз была послана британская миссия. По предложению Советского правительства, 12 июля 1941 г. между СССР и Англией было подписано соглашение о совместных действиях в войне против Германии. Стороны обязались оказывать друг другу взаимную помощь и не заключать сепаратного мира с врагом. Советско-английское соглашение послужило началом образования антигитлеровской коалиции.
Однако до окончательного оформления ее еще должно было пройти время. Против помощи Советскому Союзу и сотрудничества с ним в США и Англии выступили влиятельные реакционные силы. Советско-германская война представлялась им высшим торжеством политики «баланса сил» — видные деятели в англосаксонских странах публично призывали остаться в стороне от нее, дать Германии и СССР максимально истощить друг друга. Г. Гувер рекомендовал: поскольку СССР и Германия «сцепились в смертельной схватке... государственная мудрость требует от США остаться посторонним, внимательным наблюдателем, но вооруженным до зубов». Еще дальше пошел Г. Трумэн, настаивавший: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если будет выигрывать Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше». Аналогичные высказывания делались и в Англии, в том числе министром авиации Мур-Брабазоном. Они вызвали бурю возмущения в английском народе, и Черчилль был вынужден уволить Мур-Брабазона в отставку. Смысл этих наглых выпадов реакционеров заключался в том, чтобы не допустить помощи СССР со стороны США и Англии. Летом 1941 г. правительство США, а в некоторой степени и Англии, практически разделяло их позицию, хотя и по другим мотивам. В Вашингтоне и Лондоне считали, что сопротивление Советских Вооруженных Сил не продлится более трех месяцев. Вооружение и снаряжение, посланное в Советский Союз, неизбежно попадет в руки гитлеровцев. В первые месяцы войны Советский Союз не получил ощутимой помощи от США и Англии. Как мимоходом замечает Черчилль в своих мемуарах: «Я прекрасно понимал, что в эти первые месяцы нашего союза мы могли сделать очень мало и старались заполнить пустоту вежливыми фразами». Укрепление антигитлеровской коалиции зависело не от доброй воли правительств США и Англии, а от успеха советского народа в борьбе против гитлеровской Германии.
Вступление Советского Союза в войну с Германией окончательно изменило характер второй мировой войны, ставшей антифашистской, освободительной. Это не могло не наложить отпечаток на политику правящих кругов Англии, США, ибо широкие народные массы требовали скорейшего нанесения поражения европейским державам «оси» активными действиями. Поскольку, однако, Англия в тот период не вела широких операций, а США вообще не принимали участия в войне, демократическая общественность решительно выступила за оказание помощи Советскому Союзу. Активную роль в этом движении как в США, так и в Англии сыграли коммунистические партии. В декларации Английской компартии в связи с нападением Германии на СССР говорилось: «Дело Советского Союза — дело трудящихся всего земного шара, дело свободы и социализма... Мы требуем солидарности с социалистическим Советским Союзом». Американские коммунисты, учитывая политическую обстановку в стране, призывали: «Давайте защитим Америку оказанием всесторонней помощи Советскому Союзу, Великобритании и всем народам, сражающимся против Гитлера».
21 июля Рузвельт отдает первое указание о продаже вооружения и военных материалов Советскому Союзу — до конца октября (начало действий ленд-лиза в отношении СССР) было продано вооружения и военных материалов на 41 млн. долларов. 16 августа правительство Англии предоставило кредит СССР в размере 10 млн. фунтов стерлингов. Это было ничтожной каплей по сравнению с потребностями, вызванными войной с Германией. Размеры помощи, по-прежнему ограничивала затянувшаяся дискуссия о сроках сопротивления Советского Союза. Американские и английские штабы все еще предсказывали победу Германии над Советским Союзом в три месяца. Рузвельт был «оптимистом» — он отодвигал этот срок до 1 октября.
В конце июля Рузвельт направляет в Советский Союз своего ближайшего советника Гопкинса для ознакомления с обстановкой на месте. Гопкинс 30—31 июля вел в Москве переговоры с Советским правительством. Здесь, в столице Советского Союза, посланец Рузвельта убедился в огромной мощи нашего государства. В докладе Рузвельту Гопкинс писал: «Я очень уверен в отношении этого фронта... Здесь существует безусловная решимость победить». Позднее, свидетельствует Шервуд, Гопкинс высказывал «чрезвычайное раздражение по адресу военных наблюдателей в Москве, когда они присылали по телеграфу пессимистические доклады, которые могли основываться только на догадках и предубеждении». Гопкинс обещал, что США и Англия окажут Советскому Союзу помощь, но предупредил, что она не поможет поступить «в оставшееся до плохой погоды время». Прямым следствием миссии Гопкинса явилось официальное сообщение государственного департамента советскому послу в США 2 августа 1941 г. о продлении на год советско-американского торгового соглашения 1937 г. В американской ноте указывалось, что США «решили оказать все осуществимое экономическое содействие с целью укрепления Советского Союза в его борьбе против вооруженной агрессии... (так как это) соответствует интересам государственной обороны Соединенных Штатов».
Однако предоставление помощи из США, даже за наличный расчет, по-прежнему затягивалось, указания президента на этот счет фактически игнорировались. В правительстве США тем временем обсуждался вопрос, что следует запросить с Советского Союза за помощь. На заседании правительства «зашел разговор о золотых запасах, которые могут иметь русские...— записывает в дневнике Икес.— Мы, по-видимому, стремимся к тому, чтобы русские передали нам все свое золото, которое пойдет в погашение за поставки товаров, пока не будет исчерпано. С этого момента мы применим к России закон о ленд-лизе». 24 августа 1941 г. конгресс ассигновал очередные 5 млрд. долларов на осуществление ленд-лиза. Советский Союз был исключен из числа государств — получателей помощи. Орган монополистического капитала США газета «Уолл-стрит джорнэл» писала: «оказывать» помощь Советскому Союзу значит «бросать вызов нравственности». А в это время советский народ в кровопролитной борьбе защищал интересы всего человечества. Командование германского флота, видевшее возраставшее участие американских кораблей в патрулировании Атлантики, настаивало, чтобы было разрешено атаковать их. Гитлер категорически запретил, приказав избегать любых инцидентов с США до выяснения перспектив войны с Советским Союзом. Так советские солдаты спасли жизни моряков невоевавших Соединенных Штатов.