*305. Вторая мировая война-3

[Википедия]

9 октября 1940 года (суббота). 411-й день войны

[Франц Гальдер]

Вернут, назначенный начальником отдела боевой подготовки, явился для доклада.

Совещание с главкомом, который вернулся из поездки по Бургундии: Обсуждались проблемы операций против Гибралтара, в Ливии, Западной Африке и Египте.

Предстоящие задачи 22-й пехотной дивизии (парашютно-десантные и воздушнодесантные части). Переезд ОКХ начнется 30.10.

Главком хочет взять отпуск с 4.11.

Работы по разминированию в Эльзас-Лотарингии (Бич) хорошо организованы и проводятся. под единым руководством.

Французские укрепления и их использование в будущем.

Кинцель (начальник отдела «Иностранные армии — Восток») доложил о положении в Турции, Румынии, Болгарии и восточной части Средиземного моря.

Задание — составить разработки по оперативным возможностям Италии против Греции{411} и Болгарии, в направлении Эгейского моря{412}.

Генерал Хеккель, находящийся здесь проездом, явился для доклада. Во второй половине дня — текущие дела. Вечером — просмотр накопившейся почты.

[Франц Гальдер]

Хойзингер:

1. О совещании с Вальдау по вопросу формирования новых разведывательных эскадрилий:

а. Командование ВВС намеревается сформировать 20 эскадрилий вместо затребованных нами 30 (то есть лишь для семи танковых дивизий, десяти моторизованных корпусов, одной кавалерийской дивизии и двух горных корпусов). Не хватает четырех эскадрилий для корпусов и шести для горных дивизий. В этом случае из 32 корпусов только 22 будут иметь свои разведывательные эскадрильи.

б. Эскадрильи дальней разведки. Контрпредложение командования ВВС.

в. Эскадрильи ближней разведки имеют в своем составе лишь восемь-девять самолетов [вместо двенадцати].

г. Тринадцать специальных звеньев (по три самолета в каждом) ночных самолетов-разведчиков будут выделены.

д. Ливия. Фюреру будет предложено перебросить туда 8-й воздушный корпус (Рихтгофена), что может быть сделано в требуемые нами сроки. Состав воздушного корпуса: шесть авиагрупп пикирующих бомбардировщиков, две истребительные авиагруппы, одна эскадрилья дальней разведки, одна транспортная авиагруппа, зенитные части. Дальность полета пикирующих бомбардировщиков ограничена (их придется перебросить в Северную Африку несколькими бросками). Кроме того, будут приданы самолеты — минные заградители для минирования Суэцкого канала.

е. Гибралтар. В указанный нами период времени можно будет предоставить в распоряжение три авиагруппы пикирующих бомбардировщиков из корпуса Рихтгофена. (Это ослабит авиацию, сосредоточенную против Англии.)

2. Трудности охраны в оккупированных областях. Генерал-квартирмейстер просил выделить дополнительное количество охранных батальонов.

3. Никакого изменения на демаркационной линии.

Генерал-инспектор артиллерии Брано: Участие артиллерии береговой обороны в борьбе с конвоями противника в Ла-Манше. Отвод частей артиллерии береговой обороны в тыл для боевой подготовки. Попытка уменьшения состава дивизионов АИР.

Редер доложил о воздушнодесантной операции 22-й пехотной дивизии в Голландии в период 10–14.5 1940 года.

Капитан 1 ранга фон Нацмер доложил о деятельности штаба Тома в Ливии.

Общие итоги: Хаос в организации перевозок. Мы должны взять руководство целиком в свои руки. Переброска итальянцами 1-го эшелона 3-й танковой дивизии продлится два месяца. Выгрузка производится только в Триполи. Части вынуждены совершать 2000-километровый марш до района боевых действий. Итальянцы рассчитывают быть в Мерса-Матрухе не ранее конца декабря. Переправа войск в Северную Африку проводится итальянцами с маскировкой, цель которой ввести в заблуждение англичан.

Вечером — просмотр отчетов о боевом опыте. Мало ценного, много шелухи,

[Википедия]

20 октября 1940 года (воскресенье). 412-й день войны

[Публий Корнелий Тацит]

https://www.alexanderyakovlev.org/fo...es-doc/1010921

21.10.1940

Совершенно секретно

(особая папка)

Тов. Молотов говорит Шуленбургу, что он вызвал его для того, чтобы вручить письмо тов. Сталина И.В. г-ну Иоахиму фон Риббентропу.

Тов. Молотов передает письмо тов. Сталина И.В. на имя Риббентропа и в копии — Шуленбургу.

Прочитав письмо, Шуленбург говорит, что он уже сообщил о письме в Берлин и получил ответ от Риббентропа, где просит скорее доставить письмо. В ответе Риббентропа о сроке приезда ничего не говорится. Видимо, Риббентроп согласен, иначе он что-нибудь написал бы.

Затем Шуленбург говорит, что письмо повезет в Берлин Хильгер и что официальная мотивировка — в связи с приездом в Москву расширенной германской экономической делегации.

Тов. Молотов говорит, что он вначале думал послать специального человека с письмом, но учитывал, что германское посольство имеет намерение послать Хильгера. Советское правительство ничего не имеет против этого.

Затем Шуленбург спрашивает тов. Молотова о дате приезда в Берлин и целый ряд других вопросов (где остановится, имеются ли какие-либо особые пожелания, путь следования по железной дороге и др.).

Тов. Молотов отвечает, что он еще не думал о деталях поездки. Тов. Молотов подчеркивает, что факт предстоящей поездки должен быть между правительствами.

В конце беседы Шуленбург говорит, что он имеет специальную просьбу Германского правительства, и вручает памятную записку (приложение № 1).

Тов. Молотов, прочитав ее, говорит, что во Владивосток не приходил немецкий пароход, куда дальше пойдет груз.

Шуленбург говорит, что он не знает этого, и высказывает предположение, что германский пароход находится в японских водах, но точно он не знает и запросит Берлин.

Затем Шуленбург передает 3 памятные записки (см. приложения № 2, 3, 4).

Тов. Молотов, прочитав памятную записку № 2, говорит, что он не может согласиться с тем, что заявление тов. Деканозова о компенсации за имущество германских граждан и лиц немецкой национальности не соответствует прежним заявлениям Советского правительства.

Тов. Молотов заявляет, что он поручит тов. Вышинскому рассмотреть эти вопросы.

ПРИЛОЖЕНИЕ: 4 памятные записки1.

Записал Ленский

АВП РФ. Ф. 06. Оп. 2. П. 15. Д. 157. Лл. 61–62. Машинопись. Заверенная копия.

[Википедия]

21 октября 1940 года (понедельник). 413-й день войны

[Франц Гальдер]

Переговоры фюрера{413} с Лавалем в районе Тура.

9.30 — Совещание у главкома (с 1-м обер-квартирмейстером) по вопросу операции в Ливии. 3-я танковая дивизия в полном составе предназначена для действий в Северной Африке.

4-й обер-квартирмейстер со Штаубвассером и Лаосом: Доклад Штаубвассера о его поездке в район Гибралтара. Ничего существенно нового. Испанские военные инстанции готовы к сотрудничеству и, по-видимому, оказывают помощь, где могут.

4-й обер-квартирмеистер с Кинцелем: Начертание границ Югославии и традиционные претензии Венгрии и Болгарии к Югославии.

4-й обер-квартирмейстер (один): Обмен офицерами с Венгрией. Стремление Греции присоединиться к державам оси (?). Из России — благоприятные известия (ответ Сталину на письмо). Германо-итальянская комиссия для улаживания конфликта в Румынии (Трансильвания). Отчет из Румынии (успешные действия Антонеску){414}. Позиция Турции неясна.

Герке: Развитие железнодорожной сети. Урегулирование притязаний различных инстанций на право распоряжения транспортными средствами (комиссаром будет майор Михель из военной администрации в Париже). — Урегулирование транспортных проблем с Румынией. (Шелль претендует на полновластие. Различные другие инстанции вмешиваются в это дело.) — Улучшение продснабжения польских железнодорожников и строителей дорог. (Вспомогательный персонал!) — Использование железнодорожной сети Словакии. Регулирование речного сообщения на Висле, Сене и Нареве. Водохранилища и сохранение уровня воды. Я требую позаботиться о том, чтобы не дать русским возможности создать искусственные затопления. — Мосты через Рейн. Строительство вспомогательного моста в районе Брейзаха невозможно. Мост на паромах следует оставить. Автодрезины{415}. Оборудовать шесть бронепоездов для действий в России (легкие паровозы, бронированные моторные вагоны).

Фон-дер-Борне (начальник штаба 3-й танковой дивизии) явился для доклада. Я инструктировал его о стоящих перед дивизией задачах.

Йодль [полковник], новый начальник штаба Кюблера, явился для доклада. Я проинструктировал его.

Генерал Веке, командующий укрепленной зоной «Словакия», явился для доклада. Теперь он перешел в подчинение Окх.

Цильберг: Текущие дела. Служебный распорядок. Переезд в Цоссен. Ответ 5-му обер-квартирмейстеру относительно библиотечного дела.

[Тит Ливий]

https://www.alexanderyakovlev.org/fo...es-doc/1010926

22.10.1940

Криппс явился весьма взволнованным. Он заявил, что, прежде чем передать от имени Британского правительства коммюнике, он хотел выразить сожаление не только по поводу того, что т. Молотов отказался принять его, но и по поводу той формы, в которой был сделан этот отказ. Он заявил, что на его просьбу 17 октября о приеме ему даже не ответили по телефону, что т. Молотов не может принять его. На мое замечание Криппсу, что это недоразумение, что, насколько мне известно, он просился на прием к т. Молотову или ко мне, и, так как т. Молотов был занят, я сразу же по поручению т. Молотова принял его. Криппс ответил, что хотя он вручит коммюнике мне, но Британскому правительству не все равно, сделать ли это сообщение мне или т. Молотову. В Англии зачастую т. Майский просит приема у Галифакса, а не у Батлера. Кроме того, ему известно, что некоторых послов т. Молотов принимает сразу, в то время как прошлую его встречу с т. Молотовым1 ему пришлось устраивать через Галифакса и т. Майского. Криппс придает этому политическое значение, так как некоторые члены дипкорпуса знают, что он просил т. Молотова принять его, и из факта отказа сделают соответствующие выводы. Я ответил, что Криппс не прав, когда он придает политическое значение этому недоразумению, что, зная распределение времени т. Молотова, я могу утверждать, что несостоявшуюся встречу Криппса с т. Молотовым на протяжении последних дней было бы неправильно объяснять каким-либо особым отношением к Криппсу или политическими мотивами. Криппс выразил надежду, что подобных недоразумений в будущем не повторится.

Далее Криппс вручил текст коммюнике на русском языке2 и попросил его рассматривать как неофициальный русский перевод с официального английского заявления. Криппс спросил, нет ли у меня каких-либо вопросов по врученной мне записке. Я ответил, что для постановки каких-либо вопросов необходимо внимательно изучить этот документ и что без этого условия я не считаю целесообразным ставить какие-либо вопросы. Затем Криппс сказал, что среди дипломатического корпуса распространены слухи, что по прибытии в СССР нового японского посла будет подписано соглашение между Советским Союзом и Японией, которое отразится на помощи СССР Китаю. Если эти слухи соответствуют действительности, то это означает крушение Китая, так как Китай прекратит свою борьбу против Японии, в результате чего Япония может освободить свои силы на востоке и мобилизовать 200 миллионов китайцев против Англии. Криппс спросил, соответствуют ли эти слухи действительности. Я ответил, что не всякому слуху можно верить.

Далее я заявил, что немедленно передам сделанное мне сообщение т. Молотову, и, перейдя к вопросу, поднятому Криппсом в прошлой беседе по поводу эстонских и латвийских пароходов, я сказал, что заявление Криппса от имени Британского правительства противоречит действиям Британского правительства, так как, по сообщению т. Майского, ряд пароходов уже реквизирован по приказу министерства судоходства. Криппс ответил, что никакого противоречия нет, что это только недоразумение. Криппс заявил, что это он в интересах СССР посоветовал Британскому правительству реквизировать прибалтийские пароходы, так как в таком случае, согласно английским законам, СССР может получить за эти пароходы возмещение. Криппс подтвердил, что в настоящее время его предложение от 17 октября остается в силе и что, если это предложение приемлемо для Советского правительства, необходимо создать комиссию и договориться о конкретной сумме в возмещение убытков. На это я заметил, что избранный Криппсом путь содействия СССР в вопросе о пароходах довольно оригинален, но что было бы проще пойти другим путем — вернуть принадлежащие СССР пароходы.

В конце беседы Криппс выразил надежду, что Советское правительство рассмотрит предложение Британского правительства и даст в скорейшем времени ответ.

Беседа продолжалась один час.

При беседе присутствовал т. Новиков.

Врученный мне Криппсом русский перевод его заявления был мною немедленно передан тов. Молотову В.М.

А. Вышинский

АВП РФ. Ф. 3. Оп. 64. Д. 391. Лл. 85–87. Машинопись. Заверенная копия.

Указана рассылка: Сталину, Молотову, Ворошилову, Кагановичу, Микояну, Деканозову, Лозовскому. 2-й Западн. отдел, Полпредство в Великобритании, Генеральный секретариат.

Приложение

В течение предыдущих нескольких недель война вступила в новую фазу. Широко оповещенное Германией наступление на Англию задержано, и хваленое заявление г-на Гитлера, что он прибудет в Лондон к середине сентября, сведено на нет действенным превосходством британских воздушных сил и британского флота.

Тем временем Англия расширяет быстрым темпом как свою оборонную, так и свою наступательную мощь, и у нее есть виды на оказание ей в скором будущем еще более активного содействия со стороны величайшей мировой промышленной державы.

Великобританское правительство питает еще большую уверенность, чем когда-либо, в своем конечном торжестве, но оно вполне сознает, во что это обойдется.

Вследствие неудачи непосредственного германского нападения на Англию возникла необходимость для «оси» в пересмотре ее планов, а потому можно почти безошибочно предположить, что в скором будущем последуют свежие попытки держав «оси» к расширению арены боевых действий. Они уже сделали попытку вовлечь Японию с тем, чтобы оказать давление на две великие нейтральные страны, которые еще не участвуют в войне.

Нельзя сомневаться, что судьба тех стран, которым поныне удавалось остаться в состоянии нейтралитета, в значительной степени связана с удачей или крушением британской обороны, хотя возможно, что при существующей обстановке для некоторых из них было бы затруднительно или опасно заявить об этом открыто.

При этих обстоятельствах Великобританское правительство подвергло самому внимательному пересмотру вопрос об его иностранной политике, в особенности, что касается Ближнего Востока. Ему показалось, что в настоящее время явилось необходимым для него попытаться определить более полно свое отношение к важнейшим нейтральным державам и стремиться получить от этих держав более точные определения их отношения к Великобритании.

Отношение таковых держав, из коих СССР является наиболее важным в сфере Европы и Азии, теперь представляет жизненное значение не только для этих самых держав, но и для Англии и других, меньших, держав, не вовлеченных еще в войну.

Великобританское правительство считает, что для таких держав вопрос об обеспечении их положения по окончании войны на случай, что им удастся сохранить свой нейтралитет до конца, должен представить сугубый интерес.

Характер этого нейтралитета является жизненно важным для Великобританского правительства, ибо, в то время как враждебный нейтралитет способен продлить затруднения и опасности войны и быть, таким образом, почти равнозначащим самой враждебности, благожелательный нейтралитет может быть почти столь же ценным, как вооруженная помощь в сокращении периода войны и приближении той благоразумной атмосферы, в которой, как мы надеемся, может быть выработан новый и более здоровый международный порядок усилиями держав-поработительниц и их партнеров.

Нельзя считать неестественным, что Великобританское правительство, будучи твердо уверенным в своей победе, желает выяснить степень благожелательности или враждебности, с которой обращаются с ним великие нейтральные державы, с тем чтобы оно могло выказать свою признательность по окончании войны тем, которые содействовали его делу тем или иным путем, и просить участвовать активно в задаче восстановления порядка, которая тогда будет стоять на очереди.

Великобританское правительство считает, что едва ли является необходимым привлечь внимание Советского правительства к целой серии событий последнего времени, которые указывают с предельной ясностью, каковым будет положение СССР, если бы Германия и ее союзники одержали верх, и к тому факту, что ни Германия, ни ее сообщники не выказывают ни малейшего намерения совещаться с СССР по поводу воссоздания порядка в Европе и в Азии в случае их успеха. Такое отношение ясно видно из последних событий в Румынии и Болгарии, в Финляндии, в находящейся под германской оккупацией части Польши, где интенсивное украинское националистское движение поддерживается теперь всевозможными мерами, и на Дальнем Востоке, не упоминая об откровенных высказываниях влиятельных германцев обо всем, о чем Советское правительство получает, несомненно, столько же достоверных донесений, как и Великобританское правительство.

Имея теперь желание изъяснить свое отношение в будущем к СССР как великой нейтральной державе, Великобританское правительство хотело бы выдвинуть Советскому правительству некоторые соображения в надежде, что они послужат тому, чтобы внести ясность в отношения между двумя странами и сдвинуть их ближе друг к другу, что, по убеждению Великобританского правительства, должно в конечном счете повести ко взаимной выгоде.

Великобританское правительство вполне сознает, что теперь не время просить СССР увеличить имеющиеся для него опасности тем, что будет объявлено открыто о повороте в политике, и у Великобританского правительства отнюдь нет таких намерений. Оно считает, что более ясное понимание отношения каждой из стран к другой не только для настоящего времени, но и для будущего, будь таковое установлено, должно остаться пока конфиденциальным и неразглашенным. Оно желает сделать полное и откровенное предложение сотрудничания в будущем в течение созидательного периода, который должен последовать за войной, каковое предложение должно неизбежно повлечь за собой внесение со стороны СССР некоторой доли в смысле оказания помощи интересам Англии и ее друзей во время теперешнего чрезвычайно трудного периода. Когда теперешние трудности будут превзойдены, это содействие, конечно, будет иметь значительно меньшую ценность.

Едва ли приходится подчеркивать, что эти обязательства, которые Великобританское правительство решило выдвинуть для обсуждения Советским правительством, имеют, что касается Великобританского правительства, столь далеко идущий характер, что оно могло бы принять их на себя лишь в том случае, если бы Советское правительство было готово вступить в соглашение вроде предложенного. Помимо того, если бы теперь не состоялось такое соглашение, то не придется ожидать от Великобританского правительства осуществления этих обязательств в случае одержания победы.

Великобританское правительство предлагает, чтобы документ, составленный в следующих общих чертах, определяющий отношение, которое будет принято каждой из стран по отношению к другой, был подписан от имени каждой стороны облеченными надлежащими полномочиями лицами и чтобы тем временем, впредь до конечного подписания, каждая страна относилась бы к другой в полном соответствии с духом соглашения, изложенного в документе.

Как существование, так и содержание соглашения будут храниться сугубо секретно и конфиденциально обеими сторонами вплоть до того времени, когда Советское правительство даст согласие на его опубликование; после чего оно может быть обнародовано одновременно в обеих странах.

I. Советское правительство обязуется:

а) относиться к Великобританскому правительству с проявлением в полной мере такого же благожелательного нейтралитета, какой в настоящее время соблюдается по отношению к Турции;

б) поддерживать по отношению к Турции и Ирану благожелательный нейтралитет, в особенности на тот случай, если одна из этих стран или обе они окажутся вовлеченными в войну с одной или обеими из держав «оси», и оказать им в их обороне содействие такими мерами, в пределах технического нейтралитета, какие Советское правительство проводило поныне относительно Китая;

в) продолжать в несокращенных размерах оказанную уже Китайскому правительству помощь и поддержку означенного правительства против японской агрессии, а также воздержаться от вступления в какое-либо соглашение с Японией, которое лишило бы его возможности продолжать оказание такого содействия Китаю или которое поощрило бы Японию приступить к агрессивным действиям по отношению к каким-либо британским владениям;

г) на тот случай, что торговое или товарообменное соглашение, предусмотренное статьей II (г), не вызовет опасной реакции со стороны держав «оси» или Японии, заключить с Великобританским правительством, как только вслед за тем станет практически возможным, пакт о ненападении, подобный действующему ныне между Германией и СССР.

II. Великобританское правительство со своей стороны взаимно обязуется:

а) на случай победного заключения войны консультироваться в полной мере с Советским правительством наравне с другими державами, оказавшими Великобритании содействие или прямой военной помощью, или соблюдением благожелательного нейтралитета по отношению к послевоенному устройству в Европе и Азии.

Такое обязательство не могло бы, конечно, наложить на Великобританское правительство заранее долг выразить свое согласие с какими-либо частными взглядами Советского правительства, равно как подобное обязательство, данное другой какой-либо державе, не могло бы принудить Великобританское правительство согласиться со взглядами этой другой державы. Это обязательство, однако, служит ручательством, что взгляды Советского правительства будут приняты полностью в соображение на базе дружеского совещания с другими заинтересованными державами;

б) по окончании войны не организовывать или не вступать в какой-либо союз, направленный против Советского Союза, поскольку Советское правительство со своей стороны готово воздержаться от какого-либо враждебного действия, направленного против Великобританского правительства, будь это непосредственно или косвенно, посредством внутренней пропаганды;

в) признать впредь до того, как состоится консультация, предусмотренная выше, по статье II (a), de facto власть Советского Союза в Эстонии, Латвии, Литве, Бессарабии, Северной Буковине и тех частях бывшего Польского государства, которые теперь находятся под Советским главенством;

г) поставлять Советскому правительству, на основании общего торгового или товарообменного договора, поскольку сделают это возможным собственные потребности Великобританского правительства или предшествующие обязательства по отношению к третьим странам, имеющиеся налицо товары или оказать содействие в лице экспертов в зависимости от того, потребуется ли то или другое Советскому правительству в целях защиты СССР на случай будущего нападения со стороны его соседей;

д) гарантировать, что не будет произведена атака на территорию Советского Союза со стороны Турции или Ирана этими странами или их существующими или будущими союзниками.

АВП РФ. Ф. 06. Оп. 2. П. 10. Д. 99. Лл. 1–17.

[Википедия]

23 октября 1940 года (среда). 415-й день войны

[Франц Гальдер]

Встреча фюрера с Франко{416}.

Доклад генерала Кюблера (с Хойзингером):

а. О результатах рекогносцировки района Безансона{417} для учебных целей. В распоряжении имеется лагерь 18-го армейского корпуса. Артиллерия: следует перебросить туда лишь несколько батарей. Район может быть использован лишь в том случае, если у нас будет две недели на подготовку.

б. Об укомплектовании штаба 49-го корпуса. Как можно скорее назначить в Мюнхен начальников оперативного отдела и отдела кадров. Начальник отдела тыла будет переведен к Кюблеру из штаба 18-го корпуса.

Доклад Вейнкнехта об организации снабжения во время марша и о создании базы снабжения для операции против Гибралтара. Организация системы снабжения потребует 14 дней. — Предложение: использовать для этого Енеке; обер-квартирмейстера в Париже оставить на месте.

В середине дня — прощальный завтрак с Рёрихтом, Хойзингером, Кинцелем и Цильбергом.

Во второй половине юля: майор Рейнхардт доложил, что главком, не поставив меня в известность, после личного согласования вопроса с комендантом Парижа отдал приказ о переподчинении комендатуры Парижа будущему командующему оккупационными войсками во Франции. Это дело, в котором я всегда держался иного мнения, превратилось в настоящий скандал.

Организационные вопросы, касающиеся войск в Ливии. Мы сможем перебросить в Ливию транспортные части примерно к 10.11, а танки — не ранее 15.11{418}.

Генерал Штюлъпнагель, будущий командующий оккупационными войсками во Франции, явился для доклада. Состоялся короткий разговор о стоящих перед ним задачах.

Хойзингер доложил о подготовке операции против Гибралтара. Он сообщил о требовании Румынии прислать горные батальоны. Разбирался вопрос о присвоении генерал-губернаторству функций военного округа. ОКВ намерено вмешаться в это дело.

Вагнер (генерал-квартирмейстер) доложил о подчинении комендатуры Парижа командующему оккупационными войсками во Франции и о подготовке операций в Ливии.