*194. Из положения вне игры

[Александр Подрабинек]

http://3.3.ej.ru/?a=note&id=7265
23 ИЮЛЯ 2007 г.
архив ЕЖ

Уголовное право требует: преступник должен быть изобличен и наказан. Закон возражает: подозреваемого суду не выдадим. Эта странная коллизия, у которой богатое прошлое, драматическое настоящее и болезненное будущее, очень ярко проявилась в деле Андрея Лугового.

Институт защиты собственных граждан от иноземного суда известен с незапамятных времен. Основан он не на интересах правосудия, а на древнем праве хозяина единолично распоряжаться своим рабом. Только барин вправе казнить или миловать своего холопа. Вражда Дубровского старшего с Троекуровым, как мы помним, началась с того, что Кирила Петрович отказался выдать для наказания Андрею Гавриловичу оскорбившего его троекуровского холопа Парамошку.

Нынешняя ситуация, разумеется, серьезней, чем описанная Пушкиным, но конфликт между правовыми принципами и традиционным законодательством точно такой же. Статья 61 Конституции России запрещает выдачу российских граждан другим государствам. Европейская конвенции о выдаче 1957 года устанавливает, что «Договаривающаяся Сторона имеет право отказать в выдаче своих граждан» (ст.6, п.1а). Федеральный закон от 25.10.1999-го о ратификации этой конвенции подтверждает, что российские граждане не могут быть выданы другой стране. Таким образом, буква закона бесспорно соблюдена.

Остается вопрос: насколько буква закона соответствует его духу, принципам права и идее неотвратимости наказания? Речь уже не идет о выдаче Лугового британскому правосудию. Однако получается так, что любой российский гражданин, совершивший за границей даже самые страшные уголовные преступления и вернувшийся затем в Россию, не может предстать перед судом той страны, где он творил свои злодеяния. Любой убийца, маньяк или насильник, съездивший на гастроли за рубеж, у себя дома попадает под защиту российского закона, оберегающего его от правосудия по месту совершения преступления. Справедливо ли считать гражданство большей ценностью, чем правосудие?

Фактически государство выступает в роли укрывателя преступников. Можно было бы понять, если бы преступников не выдавали странам, где правосудие неэффективно, суды коррумпированы, а подследственных пытают. Таких стран немало, но Великобритания, например, к их числу не относится.

Защита преступников только потому, что они «свои» — правовой атавизм. Он свидетельствует о живучести идей изоляционизма, государственного патернализма и нежелании интегрироваться в международную правовую систему. Такой подход обрекает Россию на болезненное будущее. Мир неизбежно интегрируется. Уже сейчас между свободными странами стерты границы в сфере распространения информации, в бизнесе, культуре, спорте, науке. Стерты они и в сфере преступности. Именно поэтому правосудие постепенно теряет национальный характер и становится общим делом стран, выработавших единые принципы права.
Конституция России, при всех ее многочисленных достоинствах, имеет и очевидные недостатки. Защита граждан от зарубежного и международного правосудия – один из них. Преступника должно судить там, где он совершил преступление.