*7147. XIX конференция КПСС

[В. В. Карпов]

Карпов В. В. Товарищи делегаты! Подводя итоги за минувшее после XXVII съезда время, не могу сказать, что писатели порадовали читателей книгами такой масштабности, как "Война и мир", "Тихий Дон" и что-то им подобное. Но все же за это короткое время опубликованы книги, привлекшие всеобщее внимание читателей не только нашей страны, но и за ее пределами. Вспомните "Пожар" Распутина и другие его недавние книги, "Дети Арбата" Рыбакова (шум в зале)... Ну, нравится - не нравится - это ваше дело, я говорю, что привлекли внимание эти книги... "Плаху" Айтматова, "Белые одежды" Дудинцева, а также книги Астафьева, Белова, стихи и поэмы Евгения Евтушенко, Егора Исаева, Андрея Вознесенского, стихи и песни Высоцкого и других наших художников слова. Эти книги написаны не на вдохновенном взлете обновлений, движущая их энергия - против времен сталинских издевательств над народом и социализмом. Но им не откажешь и в предвидении наступивших ныне перемен. И они все работают на перестройку.

Если судить о внимании, которым пользуется сегодня наша литература в целом, то оно отражается в несколько раз выросших тиражах наших литературных журналов и газет.

Можно сказать, литература на многих направлениях неплохо, активно работает на перестройку, особенно активна и плодотворна наша публицистика. Это у всех на виду и всеми признается.

В более масштабном, требующем времени для осмысления и художественного воплощения жанре прозы пока идет накопление, мыслительная работа, которая, несомненно, воплотится в скором времени в романы и повести. Читатели терпеливо и с пониманием ждут, но кое-кто в письмах меня уже спрашивает: ну когда же, не пора ли? Я разделяю это желание читателей, но понимаю и моих коллег-прозаиков. Маловато пока не только времени, а и результатов. В тех же письмах читателей я нахожу поддержку этого мнения. В них сотни вопросов: туда ли идем, что из всего этого получится, правильно ли поступаем при решении многих проблем? В общем, придется еще подождать. На литературной ниве, где должны вырасти романы и повести, уже не только всходы, но кое-где и заколосилось.

141
ВЫСТУПЛЕНИЕ ТОВАРИЩА КАРПОВА В. В.

Но есть у нас жанр, в котором, я бы сказал, не заколосилось, а заголосилось. Я имею в виду критику. Уже выступали несколько ораторов, об этом говорили.

Наряду с серьезными аналитическими статьями и рецензиями, к великому сожалению, в критике поднялся многоголосый крик, похожий на свару на коммунальной кухне. Надо признать, участвуют в этой неприличной потасовке не только критики, но и представители всех жанров. И движущей силой здесь являются групповые страсти, старые обиды и, я бы даже сказал, наш, уже при Советской власти возникший пережиток. Многие критические статьи пишутся с прицелом на "уничтожение", их авторы думают, что такой стиль создает им репутацию активного перестройщика. Своя логика в этом есть: чем громче крик, чем залихватистее брань, тем больше привлекает внимание: какой оригинал, какой смельчак!

После Октябрьской революции мы много лет объясняли разные пороки пережитками капитализма, наследством прошлого. Теперь мы увидели: у нас и своих пережитков сформировалось немало, и одни из них в сталинские годы - интриги, доносы, клевета и ложь. Многое в ту пору писалось с целью уничтожения людей, чаще всего честных, неспособных защищаться от горлохватов и лизоблюдов того времени.

Сегодня, читая злобные, неаргументированные, желчные статьи, я вижу в них тот же доносный стиль и желание скомпрометировать, "уничтожить" человека. (Аплодисменты.) В таких статьях литературный анализ и аргументы почти отсутствуют, все усилия направлены на политическую компрометацию, наклеивание какого-нибудь ярлыка. И если можно понять носителя этого порока - он так воспитан, такое у него нутро,- то никак нельзя понять редакции, которые соглашаются печатать такие рецидивы трижды проклятого уже нашего собственного пережитка. (Аплодисменты.)

От многих ошибок и недостатков мы избавляемся с началом перестройки. Но, к сожалению, вот этот порок с приходом гласности обострился. Происходит это потому, что гласность некоторые понимают как вседозволенность. В критике гласность у нас становится явно однобокой, односторонней и групповой.

Органы печати разошлись по групповым лагерям и ведут настоящую междоусобную войну. На это нельзя закрывать глаза, потому что уже приносит огромный вред объединению литературных сил, выполнению главных задач, то есть рождению произведений, которых так ждет от нас народ.

142
ЗАСЕДАНИЕ ТРЕТЬЕ

По долгу службы я беседовал много раз с представителями так называемых "правых" и "левых" сил, как их по традиции называют. Каждая борьба имеет свои цели. Мне хотелось выяснить, каковы же конечные цели, к чему стремятся вот эти наши воюющие стороны? Выяснил: не только личные, какие-то человеческие симпатии и антипатии или расхождения в литературных взглядах и вкусах. Это тоже есть. Это было во все времена. Но, кроме всего, есть и борьба за власть, за обладание печатными органами и руководящие должности, карьеристские замашки, поиски популярности, зависть и другое, вплоть до националистических проявлений. Если с этим не бороться, беда дойдет до крупных провалов, прежде всего в идейно-воспитательной работе. Вместо объединения сил на осуществление перестройки произойдет разъединение. Уже сегодня в беседах с читателями я вижу: они тоже расходятся по нашим групповым лагерям.

Как с этим бороться? Средство есть. Оно давно известно. В. И. Ленин о критике говорил, что каждое критическое выступление принесет пользу только тогда, когда факты будут проверены, приняты меры по устранению недостатков, которые критикуются. И, думаю, в любом случае - подтвердились или не подтвердились - должны быть опубликованы ответы на критику. (Аплодисменты.) Вот этого в нашей критике нет. Она односторонняя. Идет, как говорится, игра в одни ворота. Если кого-то отстегали несправедливо, вот попробуйте отмыться. Никакие самые убедительные аргументы и факты ваши не будут опубликованы. (Аплодисменты.)

Мы на секретариатах в Союзе писателей СССР и в повседневных заботах своих не раз говорили о том, что надо обязать газеты и журналы соблюдать этот принцип. Каждый критикуемый - если правильно покритиковали, как говорится, молчи и поправляйся, а если неправильно, то каждый должен иметь возможность ответить, объяснить, привести свои аргументы. Однако разговоры эти наши оказываются все еще бесплодными. Секретариат Союза писателей СССР явно не справился с этой задачей, не смог найти, как это ни странно, общего языка и никаких полезных форм взаимопонимания с редколлегиями, с редакторами. Хотя это выглядит очень странно, так как и секретариат Союза писателей СССР, и редакторы, и редколлегии журналов возглавляются коммунистами. И не можем найти общего языка! Тут, видимо, необходимо более твердое и руководство, и спрос со стороны отделов пропаганды как Центрального Комитета КПСС, так и ЦК компартий союзных республик. (Аплодисменты.)

Если редколлегии будут знать, что на их критические выступления обязательно придется печатать ответ, будут лучше проверять материалы, будет больше ответственности, а в конечном итоге будут и польза, и справедливость. Гласность - наше достижение, гласность - движущая сила перестройки, но она всеобщая, ее ни в коем случае нельзя отдавать ни в чье индивидуальное владение. (Аплодисменты.)