*430. Александр Грибоедов

[Gorban]

...состоялась первая публикация отрывков из «Горя от ума» А. С. Грибоедова.

Комедия русского писателя и дипломата Александра Сергеевича Грибоедова «Горе от ума» (первоначальное её название было «Горе уму») показывает жизнь московского светского общества начала XIX века. Именно «Горе от ума» и драмы Пушкина задали новый реалистический стиль русских пьес.

В дом помещика Фамусова приезжает отсутствовавший три года молодой дворянин Чацкий, сын покойного друга Фамусова и его бывший воспитанник. Чацкий и дочь хозяина дома Софья росли вместе и были влюблены друг в друга. Но за время отсутствия Чацкого Софья успела влюбиться в секретаря отца — подхалима Молчалина. Фамусов же мечтает выгодно выдать дочь за грубого и глупого полковника Скалозуба.

Чацкий умён, честен и прямолинеен, и потому не находит себе места в пропитанном корыстолюбием и прислужничеством обществе.

Он открыто критикует московский высший свет:

Дома новы, но предрассудки стары.
Порадуйтесь, не истребят
Ни годы их, ни моды, ни пожары.

Чацкого всерьёз беспокоит ущемление подлинной русской культуры:

Воскреснем ли когда от чужевластья мод?
Чтоб умный, бодрый наш народ
Хотя по языку нас не считал за немцев.

Фамусова пугает «вольнодумство» Чацкого. А разозлённая его критикой Софья объявляет Чацкого безумным. И вскоре уже весь собравшийся у Фамусова «свет» — сварливые старухи, старые девы, мужья-«подкаблучники», карточные мошенники и вертопрахи — судачит о сумасшествии Чацкого.

Окончательно герой прозревает после подслушанного ночного разговора Софьи с Молчалиным. Порвав с Софьей, Чацкий уходит, бросая Фамусову и его окружению:

Вы правы: из огня тот выйдет невредим,
Кто с вами день пробыть успеет,
Подышит воздухом одним,
И в нём рассудок уцелеет. ...

Вон из Москвы! сюда я больше не ездок.
Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,
Где оскорблённому есть чувству уголок!..
Карету мне, карету!

Завершает пьесу горестно-уморительное причитание Фамусова: «Ах! Боже мой! что станет говорить / Княгиня Марья Алексевна!»

Искромётно-остроумная комедия Грибоедова сразу же «разошлась на цитаты». Множество фраз из неё — от фамусовского «Ба! знакомые всё лица!» до слов Чацкого «Служить бы рад, прислуживаться тошно» — стали крылатыми выражениями.