*1252. Платон и платоники

[Новая философская энциклопедия]

http://iph.ras.ru/elib/2331.html
ПЛАТОНИЗМ – 1) в узком смысле – направление позднеантической философии 1 в. до н.э. – нач. 3 в. н.э.; более точное его обозначение в современной литературе – средний платонизм в отличие от неоплатонизма. 2) В широком смысле – всякое философское направление, опирающееся на учение Платона. Необходимый элемент платонизма – противопоставление чувственному миру мира сверхчувственного. В дуалистических системах платонизма материя понимается в качестве самостоятельного начала небытия и зла наряду с нематериальным первоначалом всякого бытия, благом, а в монистических идеалистических – как результат самоограничения и дробления этого первоначала. В античности платонизм представлен Древней, Средней и Новой Академией, средним платонизмом, неоплатонизмом, а также системами неопифагореизма, гностицизма и герметизма, эксплуатировавших ряд понятий и представлений платонизма. В Средние века и в Новое время вплоть до 19 в. платонизм выступает преимущественно в виде неоплатонизма и его ответвлений.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iph.ras.ru/elib/0080.html
АКАДЕМИЯ (’Aκαδήμεια или ’Ακαδημία) Платоновская – школа Платона, названная так по имени общественного гимнасия, существовавшего, вероятно, со времен Солона (нач. 6 в.) в северо-западном пригороде Афин на месте святилища в честь местного героя Академа. Недалеко от Академии Платон после 1-й сицилийской поездки (387) приобрел небольшое имение (κηπίδιον – Diog. L.Ill 19–20) и вел занятия либо у себя, либо в гимнасии, причем и здесь, и там он устроил святилища в честь Муз. По-видимому, школа Платона – созданный по личной инициативе кружок единомышленников, составивших своего рода неофициальный политический клуб и вместе чтущих память отмеченного божеством учителя философии Сократа, – образовалась в 380-е гг. и в ней по инициативе и по образцу Платона начали писать диалоги (с обязательным участием Сократа), полемизировали с другими сократиками, софистами и риторами, вели диспуты и занимались математикой. Когда Платон во второй раз едет в Сицилию (367–66), его замещает Евдокс (попытки оспорить это неубедительны). В то же время в Академии появляется Аристотель, при котором развивается стихия диспутов и расширяется система литературных и лекционных жанров (диалоги с участием современников, доклады, курсы лекций, трактаты).

Последовательность схолархов Академии после смерти Платона (347) восстанавливается на основе прежде всего «Списка академиков» Филодема (Acadernicorum index Herculanensis), IV книги Диогена Лаэртия и статьи Πλάτων из Суды: Спевсипп из Афин, племянник Платона (ум. 339); Ксенократ из Халкидона (ум. 314/13); Полемон из Афин (ум. 270/69); Кратет из дема Фрия в Афинах (?); Сократил (? – вероятно, последний, кто вел занятия не только в Академии, но и в имении Платона); Аркесилай из Питаны (Diog. L. IV 32: «школу он принял после кончины Кратета, когда некий Сократил уступил ему это главенство»; ум. 241/40); Лакид из Кирены (ум. ок. 207), который первым еще при жизни передал руководство школой Телеклу и Евандру из Фокеи, преемником которого был Гегесин из Пергама (Diog. L. IV 60). Суда между Лакидом и Карнеадом из Кирены называет Евандра, Дамона, Леонтея, Мосхи-она, Евандра из Афин, Гегесина; «Список академиков» (col. M 10–21) называет Леонтея, Демона из Кирены, Деметрия, Полита (?) из Фокеи, двух Евбулов, Мосхиона, Агаместора, Евандра (?) и Телекла, Евфориона; вероятно, не все они были схолархами (Cic. Acad. II 16: Карнеад «был после Аркесилая четвертым, так как его наставником был Гегесин, который сам слушал Евандра, ученика Лакида»), Карнеад из Кирены (ум. 129/28), Карнеад Младший (131/30), Кратет из Тарса (ум. 127/26), Клитомах (110/109), Филон из Ларисы, который покинул Афины в 88 до н.э. Филон не оставил преемника (Seneca. Nat. Quaest. VII 32, 2), и на нем прерывается цепь непосредственного преемства схолархов Академии.

Ученик Филона Антиох Аскалонский разрывает с ним еще при его жизни и основывает собственную школу (Numenius, fig. 28, 11–12 des Places: (ἑτέρας ἄρξας Ἀκαδεμίας), назвав ее «Древней Академией» (Cic, Brut. 315; Luc. 70), к которой он относил Платона и его ближайших последователей, противопоставляя ей скептицизм Аркесилая; в этом двойном разделении ему следовал Цицерон.

Тройное членение Академии представлено в «Списке академиков» (XXI 37–42): Средняя начинается с Аркесилая, Новая – с Лакида (ср. Diog. L. I 14, I 19, ГУ 59; Суда, Λακύδης; аберрация связана с тем, что Лакид стал учить в новом месте, названном Лакидейон); однако новый содержательный этап в развитии Академии начинается с Карнеада, которого и называет родоначальником Новой Академии Секст Эмпирик (Pyrrh. I 220; ср. Ps.-Gal. Hist. Phil. 3; Clem. Alex. Strom. I 64, 1). Согласно последнему, круг Филона и Хармида составил 4-ю Академию (Pyrrh. Hyp. I 220. cf. 235), a школа Антиоха – 5-ю (Pyrrh. Hyp. I 220. cf. 235).

Брат Антиоха Аскалонского Арист упоминается Цицероном в «Бруте» (332), написанном в 46 до н.э., как глава – heres – «Древней Академии»; но уже осенью 45 его, вероятно, не было в живых, т.к. сын Цицерона слушал только ученика Ариста перипатетика Кратиппа. Другой ученик «Древней Академии», Аристон Александрийский, также перешел в Перипат. Согласно Плутарху (Brut. 2, 3), Марк Юний Брут в августе 44 слушал в Афинах Кратиппа и «академика Теомнеста». Это последний живший и преподававший в Афинах философ, которого источники называют «академиком»: нет оснований считать его преемником Ариста, хотя нельзя сказать и того, что он продолжал традицию скептической Академии, вероятно, обратившуюся после Филона из Ларисы к пирронизму. Т.о., на Аристе завершается история основанной Антиохом Аскалонским «Древней Академии», само название которой было ярким свидетельством того возвратного порыва философской мысли античности, который в период т.н. среднего платонизма искал идентичности во все большем внимании к текстам основателя школы и постепенно привел к возникновению нескольких центров изучения и разработки платоновского наследия вне Афин. И тем не менее, когда афинские платоники в 4–6 вв. считали себя «диадохами» Платона и говорили о «золотой цепи» его адептов, это было не только «сентиментальной конструкцией» (W.Görler), но и констатацией того пути, на котором античный платонизм сумел подвести самый внушительный итог всего развития языческой мысли и сохранить ее наследие для Византии, арабов и Западной Европы.

Источники:

1. Filodemo, Storia dei filosofi. Piatone e l’Academia (Pap. Herс. 1021 e 164), edizione, traduzione e commento a cura di T.Dorandi. Napoli, 1991.

Литература:

1. Lynch J.P. Aristotle’s School. A study of a Greek Educational Institution. L, 1972;

2. Glucker J. Antiochus and the Late Academy. Gott., 1978;

3. Billot M.-F. Académie. – «Dictionnaire des philosophes antiques», t.1. P., 1989, p. 693–789 (p. 780–87: Platon et l’École Académicienne à l’Académie); Dorandi T. Ricerche sulla cronologia dei fflosofi ellenistici. Stuttg., 1991.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iphras.ru/elib/0752.html
ГЕРАКЛИД ПОНТИЙСКИЙ (Ἡρακλείδης ὁ Ποντικός; из г. Гераклея на южном берегу Понта Эвксинского) (4 в. до н.э.) – греческий философ, член древней Академии Платона, согласно Сотиону, посещавший также лекции Аристотеля и в некоторых текстах причисляемый к Перипатетической школе. После смерти Спевсиппа (339 до н.э.) – кандидат на должность схоларха (побежден Ксенократом); возможно, вернулся в Гераклею и основал свою школу. Сочинения его (согласно каталогу Диогена Лаэртия V 86–88, 47 названий, в основном диалоги) утрачены. Гераклид имел репутацию блестящего писателя с тягой к парадоксальности; действующие лица его диалогов, как правило, исторические персонажи, в т.ч. Фалес, Пифагор (к диалогу Гераклида восходит легенда о Пифагоре, изобретшем термин «философия» и впервые назвавшем себя «философом») – ср. написанный в подражание Гераклиду философский диалог Цицерона «О государстве». В физике («О природе») в противовес неизменяемым и бескачественным атомам Демокрита Гераклид развил представление об аффицируемых «несопряженных молекулах» (ἄναρμοι ὄγκοι), обладающих качественными различиями и управляемых божественным мировым разумом. Концепция Гераклида оказала влияние на Стратона из Лампсака и врача-натурфилософа 1 в. до н.э. Асклепиада из Вифинии. В диалогах Гераклида обсуждались такие астрономические теории, как вращение Земли вокруг своей оси, вращение Венеры и Меркурия вокруг Солнца, Солнца – вокруг Земли (ср. гелиогеоцентрическую систему Тихо Браге), гелиоцентрическая гипотеза и даже гениальная догадка о существовании других планетных систем («каждая звезда – мир, содержащий землю...»). Астральная концепция души («душа – свет», происходящий из Млечного Пути) неясным образом сочеталась с отрицанием субстанциальности души в диалоге «О том, что в Аиде».

Фрагменты:

1. Wehrli F. von (hrsg.), Die Schule des Aristoteles. Texte und Komm., Hft. VII. Basel – Stuttg., 1969.

Литература:

1. Lonie I.M. The «anarmoi onkoi» of Heraclides of Pontus. – «Phronesis», 1964, v. 9, n. 2;

2. Idem. Medical Theory in Heraclides of Pontus. – «Mnemosyne», 1965;

3. Gottschalk Η.Β. Heraclides of Pontus. Oxf., 1980.

А.В.Лебедев

[Новая философская энциклопедия]

http://iphras.ru/elib/1565.html
КСЕНОКРАТ (Ξενοκράτης), сын Агафенора (396, Халкедон на Боспоре – 314 до н.э., Афины) – греческий философ, ученик Платона. После смерти Платона вместе с Аристотелем покинул Академию; с 339 схоларх Академии, сменивший Спевсиппа. Сочинения Ксенократа (список из 75 названий, свидетельствующий об энциклопедическом характере его интересов, – у Диогена Лаэртия, IV 11–14) были достоянием школы и не предназначались для широкой публики; вероятно, они погибли при разрушении Академии в 86 до н.э. Однако «мнения» Ксенократа вошли в доксографические компендии (начиная с Теофраста) и были очень популярны в период среднего платонизма. Ксенократ – первый платоник, отличавшийся литературной продуктивностью: вероятно, им был разработан жанр философских трактатов по отдельным вопросам. Он предпринял первую серьезную попытку догматизации доктрины Платона, впервые использовав для изложения его взглядов разработанное в Академии (ср. Arist. Top. I 14, 105b) деление философии на физику, этику и логику (fr. 1 Heinze). Философская система Ксенократа создавалась (в противовес другим платоникам – Спевсиппу, Евдоксу, Аристотелю) как учение ортодоксального платонизма. Она поддерживала (и заостряла) пифагорейские тенденции позднего Платона. Ксенократ выделял три типа бытия: умопостигаемое, помещаемое им за пределами небесной сферы (идеи-числа); чувственное, заключенное внутри нее, и смешанное, или представляемое (δοξαστή), доступное как зрительному восприятию, так и научному изучению посредством астрономии (fr. 5). В качестве метода изложения философии Ксенократ, по примеру пифагорейцев и Платона, избрал математику (арифметика и геометрия суть «ухваты философии», fr. 2) в сочетании с аллегорическим толкованием мифов. Первый бог – монада, ум, Зевс (мужское начало); второй – диада, душа мира (женское начало, как бы «мать богов»); зримых богов – 8: небо и 7 планет (fr. 15). Между людьми и богами, совмещая черты тех и других, посредничают демоны. Ксенократ не признавал временного начала мира. Начала всего суть единое и неопределенная двоица, из сочетания которых получаются числа, точки, плоскости и тела; от двоицы происходят место, пустота, апейрон; от единого и чисел – душа и др. (fr. 26). Сделав математику универсальным способом описания, Ксенократ не различал между бытием математических объектов и идей (в терминологии познейших платоников – между эйдетическим и математическим числом). Идея (как число) возникает из «большого и малого» и единого (fr. 33) и есть «парадигматическая причина существующего по природе от века» (fr. 30). Идеальные математические предметы (точки, линии, числа от 1 до 10 и т.д.) неделимы, т.е. диада не состоит из двух монад и т.д. (fr. 41–42), из чего вытекало учение о 5 элементах (по числу правильных многогранников) (fr. 53). Понимая душу как среднюю между неподвижными идеями-числами и вечно изменчивыми телами сущность, Ксенократ называл ее «числом, само себя движущим» (fr. 60, 64). Душа бестелесна (fr. 66), не имеет возникновения во времени (fr. 68) и бессмертна (fr. 74), обладает двумя потенциями – чувством и разумом (fr. 70).

Судя по названиям многих трактатов, Ксенократ придавал большое значение практической этике, в чем ему следовал сменивший его во главе Академии Полемон. Блаженство состоит в приобретении добродетелей (fr. 77), подлинно блажен – разумный (σπουδαῖος – fr. 81–82). Наряду с хорошим и дурным есть «безразличные» с этической точки зрения предметы, напр. здоровье, богатство (fr. 76, 92).

Осуществленная Ксенократом систематическая разработка платоновского учения обусловила исключительное влияние его на неопифагореизм и средний платонизм, а также на стоиков, воспринявших благодаря ему ряд платоновских идей (учение о принципах, о самодостаточности добродетели и др.) и эпикурейцев (учение о неделимых величинах).

Фрагменты:

1. Heinze R. Xenokrates. Lpz., 1892; repr. Hildesheim, 1965;

2. Pines S. A New Fragment of Xenocrates and its Implications. – «Transaction of the American Society», 1961, vol. 51, part 2, p. 3–34;

3. Senocrate, Ermodoro, Frammenti, a cura di M.Isnardi Parente. Napoli, 1982.

Литература:

1. Лосев Α. Φ. История античной эстетики. Высокая классика. М., 1974;

2. Krämer H.J. Der Ursprung der Geistmetaphysik. Untersuchungen zur Geschichte des Piatonismus zwischen Platon und Plotin. Amst., 2 Aufl., 1967, S. 21–191 u. a.;

3. Idem. Die Ältere Akademie, GGP, Antike 3, 1983, S. 151 sq., 161–174;

4. Dorandi T. Senocrate nel giudizio di Demetrio del Falero, Beiträge zur antiken Philosophie. Festschrift für W.Kullmann, hrsg. v. H.-Chr. Günther, A.Rengakos. Stuttg., 1997, S. 271–278.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iphras.ru/elib/2820.html
СПЕВСИПП (Σπεύσιππος) (ок. 407 до н.э., Афины – 339, там же) –древнегреческий философ-платоник. Сын сестры Платона Потоны, его преемник по руководству Академией. Писал трактаты и диалоги. Важнейшие среди его сочинений (30 названий, по Диогену Лаэртию, IV 4–5, часть из них – диалоги; к этому следует прибавить трактат «О пифагорейских числах») – «Об удовольствии», «О философии», «О богах», «О душе», «О подобном», «Энкомий Платону». Спевсипп заменил платоновские идеи числами (fr. 42 Lang), которые понимал как самостоятельные субстанции, отделенные от чувственных вещей, но при этом толковал их не как «идеальные числа» Платона, а как математические числа. Начало (архе) всех чисел – единое, которое Спевсипп отличал от блага и бога (fr. 34); это начало – выше бытия, причиной которого является диада (fr. 35); числа наряду с другими математическими объектами суть первые из существующих предметов, рождение которых от единого и некоего принципа множественности Спевсипп понимал не буквально, а в качестве мысленного образа. Демиурга платоновского «Тимея» он считал богом и умом (нусом) и отождествлял парадигму с декадой. Для каждой ступени реальности Спевсипп признавал свою материю. В сочинении «О подобном» на материале биологии и ботаники он проводил логическое различение родовых и видовых признаков. Разграничивая мир чувственный и умопостигаемый, он, в отличие от Платона, признавал знание на основе ощущений. В этике считал благом отсутствие зла и свободу от душевного смятения (ἀοχλησία, ἀλυπία). Влияние Спевсиппа, по-видимому, ограничено в основном рамками Древней Академии, хотя оно проявлялось и позднее – в неопифагореизме.

Фрагменты:

1. Speusippus, Fragmenta, ed. P.L.F.Lang. – De Speusippi Academici scriptis. Bonn, 1911, repr. Fr./M., 1964;

2. Frammenti, a cura di I.Parente. Napoli, 1980.

Литература:

1. Merlan Ph. Zur Biographie des Speusippos. – «Philologus», 1959, 103, Heft 3/4, S. 198–214;

2. Tarrant H.A.S. Speusippus ontological classification. – «Phronesis», 1974, v. 19, № 2, p. 130–45;

3. Dillon J. The middle Platonists. L., 1977, 2 d. 1996, p. 11–22;

4. Halfivassen J. Speusipp und die Unendlichkeit des Einen: ein neues Speusipp-Testimonium bei Proklos und seine Bedeutung. – «Archiv für Geschichte der Philosophie», LXXIV, 1992, 43–73.

Ю.А.Шичалин

[Новая философская энциклопедия]

http://iphras.ru/elib/3060.html
ТРАСИЛЛ (Θράσυλλος) (ум. 36) – античный философ-платоник, известный как издатель сочинений Платона и придворный астролог императора Тиберия. Издал сочинения Платона и Демокрита, разбив их по тетралогиям, т.е. четверкам (такое деление было известно и до Трасилла, ср. Varro, De Lingua Latina VII, 370). Издание Демокрита утеряно, а принцип издания Платона, предложенный Трасиллом, сохраняется до сих пор в наиболее авторитетных изданиях на языке оригинала (см. издание Платона в Clarendon Press. Oxf.). К Трасиллу также восходит двойное название платоновских диалогов – «по имени» и «по теме», напр. «Теэтет, или О знании», «Государство, или О справедливости» и т.д. (см. Диоген Лаэртий III 57–61). Об интересе Трасилла к пифагореизму свидетельствует его сочинение о первоначалах пифагореизма и платонизма (см. Porf. V.Pl. 20 со ссылкой на Лонгина). Выдержки из сочинения Трасилла по гармонике («О семи [музыкальных] тонах») приводит в своем сочинении Теон из Смирны, а также Порфирий в комментарии на «Гармонику» Птолемея (ad Ptol. Harmon., p. 266). На сочинения Трасилла о небесных телах дважды ссылается Ахилл (1 в.) в своем комментарии на Арата (in Arat., p. 43, 9; 46, 30 Maass).

Литература:

1. Tarrant Η. Thrasyllian Platonism. Ithaca, 1993.

M.А.Солопова

[А.В.Марей]

https://postnauka.ru/longreads/41342
17 февраля 2014

Кто согласно Платону может управлять полисом? Каковы характеристики полиса в платоновской философии? По какому принципу в полисе люди делятся на сословия? И как описывает Платон различные режимы правления? Об этом рассказывает кандидат юридических наук.

Платон родился в Афинах в 427 году до н. э., умер там же в 347 году до н. э. Был учеником Сократа, и учитель оказал на Платона и его философию неоценимое влияние. Говоря о политической философии Платона, необходимо начать с вопроса об идеях. Согласно теории Платона, существуют два мира: один — вечный, нематериальный и неизменный, мир эйдосов, мир идей; другой — наш, материальный и изменчивый, который представляет собой отражение (объективацию) мира идей, материальную проекцию.

Существование платоновского полиса — и об этом Сократ говорит в диалоге «Государство» — возможно, если мы изначально предположим существование группы философов, стоящей у истоков этого полиса. В основе гармонии платоновского полиса лежит индивидуальное воспитание. Дети должны быть отлучены при рождении, их должны забирать у родителей, и воспитанием детей должны заниматься философы. Те априорные философы, стоящие у истоков. Из-за чего весь платоновский полис и представляется утопией: нет априорных философов.

Худший режим правления в философии Платона — это демократия, власть большинства, толпы. Потому что большинство (и в этом Платон вторит своему учителю Сократу, в этом, конечно, слышен отзвук давней обиды Платона на его казнь) не способно видеть благо, не способно принять разумное решение. Ими правят инстинкты, темные силы, опьяненные свободой, они режут друг друга.

кандидат юридических наук, ведущий научный сотрудник Центра фундаментальной социологии ИГИТИ ВШЭ , доцент кафедры практической философии факультета философии ВШЭ

[Новая философская энциклопедия]

http://iphlib.ru/greenstone3/library...2f%2f2050.html
НЕОПЛАТОНИЗМ – последний этап развития античного платонизма, принципиальной новизной которого по сравнению со средним платонизмом следует считать признание сверхбытийной природы первоначала и тождество ума-бытия как его первое проявление, что было впервые отчетливо представлено в философии Плотина (3 в.). Неоплатонизм замыкает средний платонизм, вбирает в себя неопифагореизм и начиная с ученика Плотина Порфирия использует аристотелизм в качестве введения – гл.о. логического – в учение Платона. Античный неоплатонизм тяготел к школьной организации и существовал прежде всего в виде ряда школ, ориентированных преимущественно на толкование диалогов Платона и систематизацию его учения. Правда, школа Плотина в Риме представляла собой кружок слушателей, распавшийся еще при жизни учителя. Тем не менее именно у Плотина и его учеников Амелия и Порфирия были разработаны основные понятия системы неоплатонизма: во главе иерархии бытия стоит сверхсущее единое-благо, постижимое только в сверхумном экстазе и выразимое только средствами отрицательной (апофатической) теологии; далее в порядке раскрытия единого и в качестве его главных проявлений (ипостасей) в сфере бытия (ср. Эманация) следуют бытие-ум (нус) с идеями в нем, душа (псюхе), обращенная к уму и к чувственному космосу, вечному в своем временном бытии (третья ипостась). Однако в школе Плотина еще отсутствовали четкие основы интерпретации платоновских диалогов. Амелий, напр., проводил тройное деление ума и учил о трех умах и трех демиургах, полагая, что это и есть «три царя» 2-го «Письма» Платона, тогда как Плотин под «тремя царями» понимал единое, ум и душу. Порфирий, в отличие от Плотина и Амелия, считал, что под демиургом Платона можно понимать не ум, а душу.

Учеником Порфирия был Ямвлих, основатель т.н. Сирийской школы неоплатонизма в Апамее, где была хорошо представлена платоно-пифагорейская традиция: из Апамеи – платоник и пифагореец Нумений, почитателем и знатоком сочинений которого был соученик Порфирия у Плотина Амелий, перебравшийся в Апамею из Рима в 269 и руководивший там философской школой. В своей школе Ямвлих впервые в истории платонизма придал решающее значение теургии: наряду с «пифагорейскими» математическими науками, аристотелевской философией в качестве пропедевтики, основного курса платоновской философии из 12 диалогов вместе с дополнительными курсами по другим диалогам Платона, а также – на завершающей ступени – толкованием орфических текстов и халдейских оракулов, бывших в поле зрения уже Порфирия, – платонизм делает отправление религиозного культа своей обязательной приметой. В связи с тем что платоновская школа вновь (как некогда школа Пифагора) стала религиозно-философской институцией и тексты Платона рассматривались в качестве главных «священных» текстов, Ямвлих упорядочил форму их толкования; эта реформа комментария оказала решающее влияние на всю последующую традицию неоплатонизма, в связи с чем говорят о доямвлиховском и послеямвлиховском типах неоплатонизма. Впрочем, еще ученик Порфирия и Ямвлиха Феодор Асинский (ум. ок. 360) не принимал ямвлиховских методов толкования Платона; так, «небо» платоновского «Федра» (247а–b) он толковал как первое (у большинства же неоплатоников «небо» – это сфера умануса), за которым следует «единое» – область ума. Решительное изменение общеобразовательной ориентации афинской школы платонизма в 3 в. и принципиально интеллектуалистской ориентации кружка Плотина в Риме на подчеркнутую религиозную замкнутость неоплатонизма после Ямвлиха объясняется тем, что начиная с 3 в. в Римской империи все более заметную роль как в образовательной, так и в интеллектуальной сфере начинает играть христианство, которое в 4 в. к тому же становится государственной религией. Платоники не могут больше свысока указывать христианам, как должны вести себя в обществе приличные, т.е. воспитанные и образованные, люди (как это во 2 в. делал Цельс). С усилением еще гонимого христианства всерьез считается Порфирий, автор полемического сочинения «Против христиан»; а Ямвлих, расширивший в своей школе базу языческих учений и культов, принципиально закрывает платонизм от христианства. Но все дальнейшее развитие постямвлиховского платонизма постоянно корректируется начавшимся прямым преследованием язычников после Константина Великого, принявшего крещение в 337, окончательным запрещением языческого богослужения при Феодосии Великом в 392 и закрытием языческих философских школ при Юстиниане в 529.

Поэтому основанная учеником Ямвлиха Эдесием Пергамская школа неоплатонизма продолжала линию Сирийской школы, но преимущественное внимание уделяла мифологии и теургии. К Пергамской школе принадлежали ученики Эдесия Хрисанфий из Сард и Максим Эфесский, чьим учеником был император Юлиан Отступник, восторженный платоник на троне, попытавшийся распространить языческую практику школьного политеизма на империю; Саллюстий, автор общего очерка неоплатонического учения «О богах и о мире», в котором, в частности, была систематизирована традиционная языческая мифология; Евнапий, в сочинении которого «Жизнеописания философов и софистов» содержатся важные сведения о Плотине, Порфирий, Ямвлихе и круге императора Юлиана.

В 4 в. Афины, где в одно и то же время получали образование Василий Великий, Григорий Богослов и Юлиан Отступник, видимо, не испытывали особого влияния неоплатонизма вплоть до Плутарха Афинского (ум. 432), хотя еще ритор Лонгин, преподававший в Афинах в 3 в. и поддерживавший дружеские отношения с Порфирием, сделал список сочинений Плотина.

Плутарх – первый диадох Академии, введший в нее неоплатонизм,– написал комментарии к ряду диалогов Платона, а также к аристотелевскому трактату «О душе». Его преемник Сириан закрепил круг преподаваемых в Афинской школе авторитетных текстов (помимо Платона и пифагорейцев – Гомер, орфическая литература и «Халдейские оракулы»); признавая за аристотелевской философией статус введения к философии Платона, Сириан, однако, не пытался сгладить различие между Аристотелем и Платоном и опровергал аристотелевскую критику платонизма в 13–14-й книгах «Метафизики». В 437 главой Академии стал ученик Плутарха и Сириана Прокл, который подвел итог развитию платонизма в рамках языческого политеизма и дал детально разработанную сводку основных понятий и методов неоплатонизма. После смерти Прокла во главе Афинской школы, оставшейся до своего закрытия языческой, стояли Марин, Исидор, ставивший озарение выше теоретического исследования, Гегий, Зенодот и Дамаский, комментарии к Платону и систематический трактат которого «О первых началах» демонстрируют возможности дальнейшего развития неоплатонизма в доктринальном плане.

Александрийские платоники, традиционно культивировавшие ученость (достаточно вспомнить растерзанную христианскими фанатиками Гипатию, математика и астронома, и ее ученика Синесия, ставшего епископом Кирены), в 5 в. усвоили неоплатонизм Афинской школы, т.к. многие александрийцы учились у афинских философов: у Плутарха – Гиерокл, автор комментариев к «Золотым стихам» пифагорейцев, к «Федону» Платона, трактата «О промысле», у Сириана – Гермий, автор комментария к «Федру» Платона, у Прокла – сын Гермия Аммоний, автор трактата «О роке» и ряда комментариев к Аристотелю. Учеником Аммония и Дамаския был Симпликий, автор комментариев к Аристотелю и к «Руководству» Эпиктета. Из комментариев к Платону и Аристотелю ученика Аммония Олимпиодора видно, что еще в 40–60-х гг. 5 в. в Александрийской школе развивались методы афинского неоплатонизма. Однако основным предметом изучения постепенно становился Аристотель; комментаторами его были ученик Аммония Иоанн Филопон, выступивший после принятия христианства и закрытия школы в Афинах с критикой Прокла, ученики Олимпиодора Элиас (Илия) и Давид (комментировали также «Введение» Порфирия), Стефан Византийский – последний представитель александрийской школы (преподавал в Константинополе в 1-й пол. 7 в. при императоре Ираклии).

Из отдельных философов, не принадлежавших к перечисленным основным школам неоплатонизма, следует упомянуть Александра из Никополя (3 в.), Калкидия (лат. перевод «Тимея» и комментарий к нему, до 350), Макробия (комментарий ко «Сну Сципиона» Цицерона, ок. 400) и Фавония Евлогия (кон. 4 – нач. 5 в.). Плотино-порфириевский вариант неоплатонизма повлиял на Марциана Капеллу (5 в.). Неоплатонизм оказал мощное воздействие на развитие средневековой философии и теологии. В восточной патристике уже Евсевий Кесарийский привлекает Плотина для решения догматических вопросов. Усвоение и переработка неоплатонизма во многом определяют характер богословия Афанасия Александрийского и представителей т.н. каппадокийского кружка – Василия Великого, Григория Богослова, Григория Нисского. С достижениями философии неоплатонизма в школе Прокла был хорошо знаком усвоивший теологический опыт каппадокийцев автор т.н. Ареопагитского корпуса (см. Псевдо-Дионисий Ареопагит), благодаря которому терминология, ряд важнейших понятий и общая разработка структуры универсума в неоплатонизме были усвоены христианской мыслью как восточного, так и западного средневековья: его комментировали Иоанн Скифопольский и Максим Исповедник, на Западе переводил Эриугена. Влияние комментаторов Аристотеля Порфирия и Аммония Александрийского усматривается в теологических трудах Иоанна Дамаскина. Под влиянием неоплатонизма была организованная василевсом Теофилом школа, главой которой был «математик» (разносторонний ученый) Леон; школа продолжала существовать и была реорганизована при цезаре Варде в 863. В 11 в. Михаил Пселл возобновил преподавание философии неоплатонизма в Константинополе.

В западной патристике неоплатонизм через посредство Порфирия был воспринят Марием Викторином и благодаря ему – Августином. Образец христианизированной неоплатонической философии дал Боэций. Традиция христианского неоплатонизма на латинском Западе складывалась под влиянием Августина и Боэция, а также Калкидия и Макробия (определивших, в частности, неоплатонизм Шартрской школы 12 в.). Непосредственным влиянием Иоанна Скота Эриугены, переведшего на латинский язык сочинения Псевдо-Дионисия Ареопагита и давшего очерк неоплатонической системы в трактате «Разделение природ», обусловлены неоплатонические элементы у Амальрика Венского (ум. ок. 1207) и его последователей (амальрикан), осужденных церковью. С традицией августинианства и идеями Псевдо-Дионисия Ареопагита связана неоплатоническая струя в мистике Сен-Викторской школы.

Среди арабских философов неоплатонизм получил известность прежде всего благодаря переводу «Введения» Порфирия и ряда др. его комментариев и трактатов, переложению ряда текстов «Эннеад» Плотина («Теология Аристотеля» и др.) и «Начал теологии» Прокла («Книга о причинах»), переводу (кон. 9 в.) трактата Прокла «О вечности мира» Исхаком ибн Хунайном (ум. 910). Влияние неоплатонизма на арабских мыслителей сочеталось с непосредственным влиянием Платона (особенно у ар-Рази и ал-Фараби) и представителей среднего платонизма (Плутарх, Псевдо-Плутарх, Гален). В целом вся арабо-мусульманская философия ориентировалась по преимуществу на Аристотеля в истолковании его Афинской и Александрийской школами неоплатонизма (среди комментаторов наиболее популярными были Симпликий и Иоанн Филопон); в частности, в духе александрийского неоплатонизма утверждалось внутреннее единство учений Платона и Аристотеля (трактат ал-Фараби «О согласии двух философов: божественного Платона и Аристотеля»). Этим смешением разнородных традиций объясняется, напр., истолкование неоплатонического Единого в духе аристотелевского учения об уме (нусе) как первичного бытия, которое мыслит само себя (ал-Фараби, Ибн Сина). Неоплатоническую интерпретацию ислама стремился дать Ибн Сина, под влиянием которого находился Сухравар-ди, разработавший учение о сверхчувственном свете (ишрак). Переосмысление неоплатонических представлений в духе ортодоксального ислама осуществил ал-Газали, соединив их с суфийским учением о единении с божеством в сверхумном экстазе (см. Суфизм). Влияние неоплатонизма испытал также Ибн Туфайль(ум. 1185).

В средневековой еврейской философии неоплатонизм впервые обнаруживается у Исаака бен Соломона Израэли (ок. 850–950), который под влиянием ал-Кинди и «Теологии Аристотеля» стремился дополнить библейский креационизм учением об эманации и восхождении души в сверхчувственный мир. Неоплатоническая иерархия универсума воспроизводилась у Ибн Гебироля («Источник жизни») и у Авраама бар Хиййа (ум. ок. 1130; учение о «пяти световых мирах» в соч. «Размышления о душе»). В области этики идеи неоплатонизма проводил Бахья ибн Пакуда (род. ок. 1080), которому приписывали компиляцию неоплатонического толка «О душе» (на арабском языке). Близок к неоплатонизму комментатор Библии Ибн Эзра (1092–1167). Несомненное влияние неоплатонизма прослеживается в построениях каббалы.

Предпринятые в кон. 12 в. переводы на латинский язык ряда арабских текстов (в т.ч. «Теологии Аристотеля» и «Книги о причинах»), а также переводы Прокла, выполненные между 1268–81 Вильемом Мербеке, дали новый импульс распространению неоплатонизма на Западе. Под влиянием этих переводов, идей Августина и Псевдо-Дионисия Ареопагита неоплатонические концепции преломляются в немецкой мистике 13–14 вв. (францисканец Ульрих Страсбургский и доминиканцы Дитрих Фрейбургский, Мейстер Экхарт и его ученики Г.Сузо и И.Таулер). В русле этой же традиции неоплатонизм усваивается и развивается Николаем Кузанским.

Популярности неоплатонизма в среде гуманистов во многом способствовал Плифон, возглавлявший платоновскую школу в Мистре; под его влиянием Козимо Медичи основал платоновскую Академию во Флоренции. Во 2-й пол. 15 в. в связи с активной переводческой и издательской деятельностью гуманистов расширяется база источников для знакомства с античным неоплатонизмом. Огромное влияние оказали переводы и комментарии М.Фичино. Неоплатонизм во всем многообразии его проявлений (у греков, арабов, евреев, латинян) был рассмотрен Пико делла Мирандолой. В 16 в. под сильным неоплатоническим воздействием складываются учения Ф.Патрици и Дж. Бруно.

Влияние флорентийского неоплатонизма испытал английский комментатор Псевдо-Дионисия Ареопагита Дж. Колет (14677–1519), через посредство которого неоплатонизм был воспринят в 17 в. Кембриджскими платониками. Неоплатонические элементы прослеживаются у Спинозы и Лейбница. Под влиянием идей Плотіша написан «Сирис» Беркли. Однако в целом традиция неоплатонизма к кон. 18 в. угасает. Интерес к нему возобновляется в эпоху романтизма (английский перевод Платона и неоплатоников Т.Тейлора, изучение и издание Плотина и Прокла Ф.Крейцером и В.Кузеном). Неоплатоников изучают Шеллинг и Гегель, высоко оценивший неоплатонизм в «Истории философии». Значительным воздействием неоплатонизма отмечено учение Бергсона. В русской философии 19 – нач. 20 в. неоплатонизм оказал влияние на Вл.Соловьева, П.А.Флоренского, С.Л.Франка, С.Н.Булгакова, А.Ф.Лосева.

Первый систематический и полный обзор материалов по античному неоплатонизму дал во 2-й пол. 19 в. Э.Целлер, следовавший в трактовке неоплатонизма историко-философской концепции Гегеля. Новый подход к изучению неоплатонизма как философии, основанной на школьной разработке и комментировании авторитетных текстов, был намечен в работах К.Прехтера (1910) и получил развитие в ряде конкретных исследований по истории школ неоплатонизма (Э.Брейе, Р.Э.Додде, Р.Бойтлер, В.Тайлер, А.Ж.Фестюжьер, Л.Г.Вестеринк и др.).

Общие труды:

1. The Cambridge history of later Greek and early medieval philosophy, ed. by A.H.Armstrong. Cambr,, 1970;

2. Wallis R.T., Neoplatonism. L., 1972;

3. Beierwaltes W. Piatonismus und Idealismus. Fr./M., 1972;

4. Dörrie H. Platonica minora. Münch., 1976 (библ.);

5. The significance of Neoplatonism, ed. R.B.Harris. Norfolk, 1976;

6. Die Philosophie des Neuplatonismus, hrsg. v. С.Zintzen. Darmstadt, 1977;

7. Westerink L.G. Texts and studies in Neoplatonism and Byzantine literature. Amst., 1980.

Античный неоплатонизм:

1. Лосев А.Ф. История античной эстетики, т. 6: Поздний эллинизм. М., 1980; т. 7: Последние века, кн. I–II. М., 1988; т. 8: Итоги тысячелетнего развития, кн. I. M., 1992;

2. Он же. Словарь античной философии. М., 1995;

3. Theiler W. Forschungen zum Neuplatonismus. В., 1966;

4. PrächterK. Richtungen und Schulen im Neuplatonismus. – Kleine Schriften. Hildesheim, 1973. S. 165–216;

5. Saffrey H.D. Recherches sur le néoplatonisme après Plotin. P., 1990.

Средневековый неоплатонизм:

1. Klibansky R. The continuity of the Platonic tradition during the middle ages. L., 1939;

2. Platonismus in der Philosophie des Mittelalters, hrsg. v. W.Beierwaltes. Darmstadt, 1969;

3. Imbach R. Le néoplatonisme médieval. Proclus latin et l’école dominicaine allemande. – «Revue de Théologie et de Philosophie», 1978, v. 6, p. 427–448.

Неоплатонизм в патристике:

1. Неnrу Р. Plotin et l’Occident. Louvain, 1934;

2. Courcelle P. Les lettres grecques en Occident. De Macrobe à Cassiodore. P., 1948;

3. Ivanka E. v. Plato Christianus. Übernahme und Umgestaltung des Platonismus durch die Väter. Einsiedeln, 1964.

Неоплатонизм в арабской философии:

1. Neoplatonici apud arabos, ed. В.Badawi. Le Caire, 1955;

2. Idem. La transmission de la philosophie grecque au monde arabe. P., 1968;

3. Walzer R. Greek into Arabie. Oxf., 1962.

Неоплатонизм в еврейской философии:

1. Greive H. Studien zum jüdischen Neuplatonismus. В.–Ν.Υ., 1973.

Западноевропейский неоплатонизм 11–14 вв.:

1. Garin Â. Studi sul Platonismo medievale. Firenze, 1958;

2. Mittelalterliche Mystik unter dem Einfluß des Neuplatonismus, hrsg. v. W.Schultz. В., 1967;

3. Saffrey H.D. Recherches sur la tradition platonicienne au Moyen âge et à la Renaissance. P., 1987.

Неоплатонизм в эпоху Возрождения:

1. Robb N. Α. Neoplatonism of the Italian Renaissance. L., 1935;

2. Miles L. John Colet and the Platonic tradition. La Salle, 1961;

3. Kristeller P.O. Eight philosophers of the Italian Renaissance. Stanford, 1964;

4. Garin E. Platonici bizantini e platonici italiani del Quattrocento. – «Veltro», 1983, v. 27, p. 219–32.

Обзор литературы:

1. Courcelle P. Travaux néoplatoniciens. – Actes du congrès. Budé. P., 1954, p. 227–54.

Конгрессы, конференции, симпозиумы по неоплатонизму:

1. Les sources de Plotin. Gen., 1960 (Entretiens sur l’antiquité classique, t. 5);

2. Porphyre. Gen., 1965 (ibid., t. 12);

3. De Jambliche à Proclus. Gen., 1975 (ibid., t. 21); Le Néoplatonisme. P., 1971 (Colloques Internationaux...);

4. Études Néoplatoniciennes, Conférence... Neuchâtel, 1973;

5. Plotino e il Neoplatonismo in Oriente e in Occidente: Atti del convegno intemazionale. Roma, 1974.

См. также лит. к ст. Александрийская школа, Афинская школа, Средний платонизм, Плотин, Прокл, Кембриджские платоники.

А.Шичалин

[Михаил Маяцкий]

https://postnauka.ru/video/32906
Философ о синтезе власти и философии, Карле Поппере и денацификации Платона
08 июня 2015

Почему нацистские философы предложили Платона в качестве главной идеологической опоры Третьего рейха? Как интерпретирует платоновский синтез философии и власти Карл Поппер? Как Платон был денацифицирован в послевоенный период? На эти и другие вопросы отвечает научный сотрудник отделения культурологии НИУ ВШЭ Михаил Маяцкий.

Философия и власть — это большая, тяжелая, многоплановая проблематика, и редко какой крупный философ является абсолютно нейтральным относительно этой темы. Хайдеггер, который не покидает общественные дебаты, тому лишний пример.

В становящейся идеологии нацистской Германии Платон был среди самых мобилизованных философов наряду, например, с Фихте, Гегелем, и в отличие, например, от Аристотеля. В 1930-е годы появилась масса книг и статей, которые утверждали, что национал-социалистическая революция 1933 года и есть та, о которой мечтал Платон в своей «Политее», в своем «Государстве».

Эта тема хорошо изучена. Надо сказать, что дело тут не только в философии — практически вся немецкая древняя история того времени очень легко, без всякого подталкивания, добровольно включилась в так называемый гляйхшальтунг, в подчинение общим идеологическим задачам. И история античной философии была лишь частью этих наук о древности.

Что произошло потом? Как оказалось, что после этого Платон остался вполне пристойным мыслителем, изучение которого не прекращается, а, наоборот, все больше расширяется? В Германии, по крайней мере, произошел негласный процесс денацификации Платона, и он сам по себе довольно интересен. Все было бы просто, если бы можно было после войны сказать: нацисты все поняли неправильно, неправильно истолковали Платона, исказили его, неправомочно выпятили одни аспекты, недооценили другие, поэтому их интерпретацию можно отбросить как неверную. Это было бы слишком просто. Но возник один непредвиденный фактор, и возник он в лице известного философа Карла Поппера.

Карл Поппер, австрийский философ еврейского происхождения, встретил аншлюс, то есть захват, аннексию Австрии фашистской Германией, оказавшись в ссылке в Новой Зеландии, преподавая там, и, узнав об аншлюсе и обо всей европейской трагедии, решил посвятить следующий труд как раз отношениям философии и власти, несколько лет труда положить на сочинение — «Открытое общество и его враги». Первый том — это The Spell of Plato («Чары Платона») — анализирует, как Платон оказался приманкой для последующих мыслителей, мечтавших или пытавшихся осуществить синтез философии и власти. Понятно, здесь имеется в виду платоновский идеал политического строя, в котором философы правят, а правители философствуют. И вся политическая программа Платона плюс его практические попытки реализации — его малоудачные сицилианские экспедиции как попытки воплотить его философию — относятся именно сюда.

И перед послевоенными историками философии возникла проблема: оказалось, что невозможно отвергнуть нацистское прочтение Платона как неверное по той простой причине, что либеральный мыслитель Поппер толкует Платона точно так же, пусть и с обратным знаком. Те одобряли, видели в Платоне провозвестника, предвосхитителя Третьего рейха.

А Поппер видит в Платоне злостные чары, которые испортили отношения между властью и философией на многие века, и этому нужно положить конец.

Сначала резюмируем то, как происходила нацификация Платона. Здесь были некоторые изолированные мыслители, те, кто пришел из феноменологии или из расовой теории, которая тогда была вполне этаблирована и стала предметом университетского преподавания и исследования. Исследовательская программа «третьего гуманизма» Вернера Йегера была другим течением, которое политически истолковывало Платона. Круг Штефана Георге тоже поднял Платона на щит, сделав его фактически самым важным своим фетишем, идолом. Так или иначе, они, наряду с дежурными идеологами Третьего рейха — Розенбергом, Боймлером, Криком, — выдвинули Платона в качестве главной идеологической опоры Третьего рейха.

После войны некоторые из этих акторов продолжили исследование Платона и совершили некоторые чисто поверхностные ритуальные акты покаянного характера, которые позволили им дальше продолжать писать о Платоне. Разумеется, они уже не могли писать, что Платон — это фюрер Античности или Гитлер — это Платон сегодня. Но они давали проницательному читателю знаки того, что их позиция осталась прежней: использовали определенные маркированные слова, ссылались на тех же авторов, что и до войны. Некоторые совершили полную конверсию, отказались от прежних взглядов и стали исповедовать нечто другое.

Были и более тонкие переинтерпретации. В частности, люди спорили с Поппером, что позволяло им избегать прямой конфронтации с нацистскими авторами, которые были просто вычеркнуты из обихода, даже спорить с ними считалось ненужным для науки демаршем, и это позволяло, не упоминая этих авторов, оспаривать (через Поппера) их позицию, поскольку, повторяю, он дал Платону в целом такую же интерпретацию, но только с противоположным знаком. Причем он был не первым, он уже опирается на довольно длительную либеральную традицию, преимущественно английскую, осуждения этого альянса философии и власти, который Платон заложил или который реабилитировал.

Другие интерпретационные попытки были еще более изощренными. Например, ни для кого не было секретом, что Платон — враг демократии. Но нашлись либерально, демократически настроенные мыслители, которые захотели сохранить Платона в качестве предмета исследований и которые трактовали его в таком духе: да, Платон критиковал, конечно, демократию, очень несовершенную демократию своего полиса, Афин IV века до н. э., но критиковал ее с точки зрения идеала демократии, то есть он хотел подтянуть Афины до идеала демократии. Это, разумеется, является сильным вчитыванием, но оно предпринималось ради как бы благой цели — сохранить Платона как достойного объекта исследования в современном либерально-демократическом контексте.

Одним словом, в послевоенные десятилетия — а во многом и сейчас — мы имеем дело с переинтерпретацией Платона, в которой нацистское, фашистское толкование остается ориентиром, ex negativo по контрасту, остается вехой, от которой нужно отталкиваться. Сейчас нужно убедить себя, редакторов, издателей, читателей в том, что Платон — это учитель демократии, учитель диалога, учитель аргументации, убеждения, а не принуждения и так далее. Что не может не наводить на размышления о роли вообще герменевтического или интерпретационного насилия в наших науках о человеке. Можно ли полностью абстрагироваться от этого фактора? Можно ли говорить о какой-то истине в делах человеческих, в conditio humana как предмете изучения или мы навсегда во власти неких тропизмов, неких предрасположенностей исследователя?

PhD University of Fribourg (Switzerland), профессор отделения культурологии НИУ ВШЭ

[Новая философская энциклопедия]

http://iphlib.ru/greenstone3/library...2f%2f2832.html
СРЕДНИЙ ПЛАТОНИЗМ – условно выделяемый в истории античного платонизма хронологический период после закрытия платоновской Академии в Афинах в 88 н.э. (см. также Филон из Ларисы) и до Плотина (хотя еще ученики Плотина Амелий и Порфирий сохраняют ряд среднеплатонических установок). В доктринальном плане переход от среднего платонизма к неоплатонизму означал жесткое противопоставление сферы бытия сверхбытийному началу – первому богу, единому, или благу; а в пределах ума-бытия – тождество демиурга платоновского «Тимея» и ума-нуса, в пределах которого помещается образец-парадигма.

По основной философской установке средний платонизм противопоставлен предшествующему скептическому периоду как догматизм (начиная с Антиоха Аскалонского), институционально не связанный с Академией и развивающийся в ряде центров (Александрия, Рим, Афины, Херонея, Смирна, Апамея).

Начиная с Евдора Александрийского платонизм возвращается к свойственной Платону и Древней Академии пифагорейской ориентации (ср. также Трасилла, издателя известного нам корпуса платоновских сочинений, Плутарха Херонейского, Модерато, Никомаха из Герасы, Нумения), в пределах которой развивается сакрализация образа Платона (Апулей) и его текстов (прежде всего «Тимея» – у Евдора, Плутарха, Феона Смирнского, и «Парменида» – вероятно, уже у Модерата, ср. также «Второе Письмо», представляющее собой скорее всего пифагорейскую подделку).

В отношении к другим школам средний платонизм обнаруживает разные тенденции: антиаристотелевская (Евдор, Лукий, Никострат, Аттик) сопровождается стремлением вместить аристотелизм в качестве пропедевтики (прежде всего логической) платоновского учения, что ярко проявилось у Алкиноя, для которого также характерна – вопреки резкому антистоицизму Плутарха Херонейского – стоическая ангажированность (ср. также Анонимный Комментарий к платоновскому «Теэтету»), в связи с чем вообще говорится об эклектическом характере платонизма этого периода.

Популярный платонизм, развивающийся во 2 веке (Апулей, Максим Тирский), имеет в качестве основы две школьные тенденции: составление учебников платонизма (Апулей, Алкиной) и комментирование текстов Платона (Альбин, ср. также Кальвена Тавра, Аттика, Гарпократиона; вариант школьного догматического платонизма как базы медицинской теории дает Гален).

Антихристианская тенденция среднего платонизма (Кельс, который, по слову Оригена, во многих местах выступает как платоник, С.Cels. IV 83, а также Порфирий) сопровождается, с одной стороны, стремлением объединить Платона и Моисея (Нумений), с другой, – противопоставить христианству собственный богооткровенный текст («Халдейские оракулы», изданные Порфирием «Эннеады» Плотина, открывающего неоплатонизм).

Но уже в самом начале эпохи среднего платонизма мы находим фигуру Филона Александрийского, продемонстрировавшего возможный путь принципиального расширения базы опорных текстов платонического философствования и нашедшего широкий отклик в христианском богословии.

На перепутьях указанных тенденций платонизм этого периода постепенно обретает те качества, которые позволили ему остаться единственной школой, пережившей смерть язычества, сумевшей сохранить и реально приумножить духовные богатства античной философии, обеспечив ей преемственность в христианстве Византии и Запада, а также в мусульманской философии.

Литература:

1. Dörne Н. Platonica minora. Münch., 1976;

2. Dillon J. The middle Platonists. L., 1977, 2 ed., 1996;

3. Zintzen С. (hrsg.). Der Mittelplatonismus. Darmstadt, 1981;

4. Lilla S. Introduzione al medio platonismo. Roma, 1993.

Библиография:

1. Deitz L. Platonisme antérieur à Plotin. ANRW II 36, 1, 1987, p. 124–128.

Ю.А.Шичалин