*1212. Независимая газета: От редакции

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-01-23/2_red.html
23.01.2008

В конце прошлой недели президент США Джордж Буш сделал несколько противоречивое заявление об экономическом положении страны. С одной стороны, он выразил уверенность в стабильности экономики, а с другой – пообещал набор мер по ее стимулированию.

Противоречивость высказываний президента не вызвала особой критики в самих США – все понимают, что показной оптимизм президента служит той же цели, что и готовящиеся меры. Он призван подбодрить американцев и психологически позитивно повлиять на саму экономику. Очевидно, что Белый дом с запозданием прореагировал на все более очевидные признаки ухудшения экономического положения. Ведь перед этим практически все участники президентской гонки 2008 года были вынуждены выступить со своими планами борьбы со спадом – настолько серьезный характер носит угроза. План Буша более масштабен, чем предложения кандидатов. У Хиллари Клинтон он стоит 70 млрд. долл., у сенатора Барака Обамы – 75 млрд. долл.

Разумеется, главной новостью стал сам пакет мер «от Белого дома». Буш предлагает сократить налоговую нагрузку на 1,0 % от ВВП. Речь идет главным образом о снижении подоходного налога и ряде льгот для бизнеса. Сумма стимулов равна 145 млрд. долл. Это – много. С другой стороны, по мнению нескольких авторитетных экспертов, рост цены за баррель нефти с 50 до 70 долл. фактически означает для американского бизнеса рост налогового бремени на сумму в 150 млрд. долл. То есть меры Буша сами по себе не могут стимулировать рост экономики, они могут позволить ей не сильно упасть. Ведь цена за баррель нефти сейчас на уровне 88 долл.

Именно поэтому вчера Федеральная резервная система (ФРС) пошла на экстраординарный шаг: до своего заседания в феврале приняла решение снизить учетную ставку на 0,75% – до 3,5%. Последние сокращения ставки были всего на 0,25%. Это говорит о решимости монетарных властей США подать сильный позитивный сигнал бизнесу. Кстати, немедленно после решения ФРС европейские рынки отреагировали ростом котировок. Ожидается, что и Европейский центробанк, и Банк Англии ответят скоординированным решением о снижении своих ставок рефинансирования.

В то же время представители Демократической партии США, находящейся в большинстве в обеих палатах Конгресса, пообещали администрации свое сотрудничество в борьбе со спадом.

Американцы как бы вдруг дружно забыли, что они против «большого правительства» – государственного вмешательства в экономику. Ныне, получается, они весьма уповают на это вмешательство и соответственно ожидают необходимых шагов от Белого дома и Капитолия. Ведь фундаментальные проблемы экономики – снижение цен на жилье и рост безработицы – сами по себе не рассосутся.

В данной ситуации государство пытается задействовать рыночные рычаги, регулировать финансовые потоки. Оно старается в первую очередь стимулировать покупательский спрос путем сокращения налогообложения среднего класса, самой широкой группы населения. Две трети ВВП США распределяются в форме личных доходов населения, соответственно их рост приводит к быстрому оживлению спроса и стимулирует производство.

Волна биржевого спада напомнила другим странам, что мир не изолирован от американской экономики, тем более сейчас, в эпоху глобализации. Если спад в США станет реальностью, пострадают многие: упадет импорт в США иностранных товаров, возникнут проблемы взаимных финансовых расчетов.

На фоне проблем США надо отметить, что в условиях России государственные органы должны четко сознавать ответственность за обеспечение экономической безопасности. И должны быть готовы использовать все имеющиеся в их распоряжении рычаги государственного регулирования.

Важно также учитывать направление наибольшей опасности для российской экономики. Как и в 1998 году, это внешняя задолженность, только не государственная, а со стороны частных институтов. Включая, правда, и госкорпорации.

Не секрет, что, в то время как Минфин и Центробанк РФ в опережающем порядке выплачивали госдолг другим странам, российский бизнес еще более быстрыми темпами накапливал задолженность иностранным кредиторам. По оценкам, она уже превысила 430 млрд. долл.

Если Вашингтону на руку, что его долг – в «родной» валюте, то Москва должна расплачиваться чужой. Хватит ли для этого инвалютных резервов?

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-01-24/2_red.html
24.01.2008

Завтра – почти официальное начало зимних студенческих каникул: Татьянин день. Веселый праздник! С медовухой, которую будет, например, разливать по пластиковым стаканчикам ректор МГУ им. М.В.Ломоносова академик Виктор Садовничий. Надо думать, и другие его коллеги не избегнут такого же или подобного ритуала.

Между тем с 1 января 2008 года Россия практически вползла в новое образовательное пространство. (Или в образовательную прострацию – об этом спорят.) Нынешний год, теперь официально, назван переходным, в смысле перехода всей страны к новому типу аттестации учащихся образовательных школ – единому государственному экзамену, ЕГЭ. А с 2009-го это будет не эксперимент в особо продвинутых регионах, а реальность, данная нам в ощущениях. Ощущения тревожные.

В 2001 году Министерство образования РФ начало проводить так называемый эксперимент с ЕГЭ. В одном из интервью тогдашний министр образования Владимир Филиппов на вопрос, не боится ли он, что его назовут человеком, «развалившим отечественное образование», дал изумительный в своем роде ответ: «Во-первых, без эксперимента развалить образование невозможно. Надо экспериментировать много лет, чтобы потом принять решение». Где теперь тот министр, где теперь наше образование┘

Собственно, экспериментом все это трудно назвать: если министр Филиппов начинал опыты с пяти регионов, то в 2005 году его преемник, министр образования и науки РФ Фурсенко гордо рапортовал, что в его ЕГЭ участвовали 78 субъектов Федерации. И вот с 1 января 2008 года страна практически поголовно – в ЕГЭ. И это при том, что любому разумному человеку (homo sapiens) очевидно, что результатов эксперимента в такой сфере, как образование, надо ждать как минимум лет 15–20: пока не закончит школу и вуз «поколение ЕГЭ», пока оно не трудоустроится и не начнет вносить вклад в удвоение ВВП.

Не желая ничего плохого министру Андрею Фурсенко, но памятуя о судьбе его предшественника, нельзя не задаться вопросом: а с кого в случае чего мы сможем спросить за результаты эксперимента после 1 января 2008 года? Тем более что, несмотря на министерский оптимизм по поводу «введения ЕГЭ в штатный режим на всей территории Российской Федерации», существуют и другие оценки этого всероссийского мероприятия.

Так, в значительном числе регионов, участвующих в ЕГЭ, оценки «отлично» по предметам имеют от 30 до 50% выпускников. Понятно, что при традиционной системе итоговой аттестации школьников регионы не могли, да и просто не смели бы показывать столь высокие результаты. В вузы хлынул поток абитуриентов с завышенными оценками, но не умеющих написать сочинение с внятным изложением собственных мыслей.

Кстати, по данным Института социологии РАН, около 50% жителей Москвы и Санкт-Петербурга в 2006 году вообще не представляли себе, в чем, собственно говоря, суть перехода к ЕГЭ.

Зато, как нам объясняют министерские чиновники, ЕГЭ – чуть ли не идеальное средство в борьбе с коррупцией при поступлении в вузы и с «серым» репетиторством. Но где гарантии, что коррупция при поступлении в вузы просто не опустится на уровень ниже – в среднюю школу: нетрудно представить, на что способны родители, лишь бы их ребенок получил высокий балл на этом самом общенациональном экзамене. Со школьными учителями – ни в коей мере не хочется их обидеть, но это естественно-научный факт – в этом смысле будет проще договориться. Это сейчас и происходит.

Что же касается репетиторства, то оно сегодня действительно становится не столь актуальным при подготовке к поступлению в вузы. Зато расцветает при подготовке к сдаче «кроссворда» под названием ЕГЭ.

Но студентов все равно – с Татьяниным днем!

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-01-25/2_red.html
25.01.2008

В преддверии намеченного на июнь в Москве седьмого форума стран – экспортеров газа в России снова набирают популярность спекуляции относительно возможности создания газового ОПЕК. Пропагандисты этой идеи создают иллюзию, что сейчас отношения в мире в сфере торговли газом строятся неправильным образом. Что надо срочно создавать организацию, которая сможет диктовать странам – потребителям голубого топлива новые более высокие цены на газ. В этом случае Россия, экспортирующая ежегодно по 260 млрд. кубометров, сможет еще на несколько десятков миллиардов долларов поднять свои доходы от газового экспорта с нынешних 37 млрд. долл. в год. Параллельно время от времени Минсельхоз поднимает вопрос о создании зернового ОПЕК, также намекая на то, что Россия сейчас недополучает доходы от экспорта зерна из-за того, что мировые цены на него слишком низки.

Сторонники формирования этих картелей умалчивают, что создание подобных организаций мало того что выглядит нереализуемым, так еще и вред от них может превысить пользу.

Возьмем газовый ОПЕК. Сейчас формула цены на газ согласовывается на этапе до начала разработки конкретного месторождения и строительства к нему трубопровода. В противном случае, если потребитель заранее не связан ценовым договором и в последний момент вдруг откажется покупать газ по предложенной цене, инвестиции в месторождение и инфраструктуру могут не окупиться. Исключения могут делаться лишь для поставок сжиженного газа, который транспортируется морскими судами и соответственно в любой момент может быть перенаправлен из одного порта в другой, более сговорчивому потребителю. Вот только в мировом масштабе сжиженного газа поставляется на экспорт на порядок меньше, чем того, что идет по трубам. Это не позволяет экспортерам перейти к биржевой торговле основными объемами газа. Впрочем, никто не мешает экспортерам строить заводы по сжижению газа и пытаться создавать биржевой рынок сжиженного природного газа (СПГ) в мировом масштабе. Однако денег и времени на это уйдет уйма. И неудивительно, что там, где можно обойтись без строительства заводов СПГ, экспортеры стараются без них обходиться.

Разговоры же о создании газового ОПЕК в условиях, когда у России весь газ идет на экспорт по трубам по долгосрочным контрактам, в которых цена на газ привязана к биржевой цене на нефть либо зависит от политических симпатий российской власти, выглядят сотрясанием воздуха. Это скорее попытка провести недостаточно подготовленную психическую атаку на нынешних потребителей газа, заставляющая их опасаться российского газового диктата и искать альтернативы нашим поставкам. После этого не надо удивляться настойчивым попыткам европейцев и поддерживающих их США любой ценой построить конкурирующие с «Южным потоком» и другими российскими проектами газопроводы.

В случае с зерновым ОПЕК ситуация сложна не только тем, что нужно согласовать ценовую политику многих стран, часть из которых в один год выступают как экспортеры, а в другой – в случае, например, засухи – как импортеры зерна, поэтому не всегда заинтересованы в его дороговизне. Минсельхозу следует подумать, что будет с инфляцией внутри России, если зерно на мировых рынках под нажимом зернового ОПЕК резко подорожает. Впрочем, последнее подорожание продовольствия, пришедшееся на период перед выборами президента и объявленное главным виновником того, что инфляция в 2007 году оказалась в полтора раза выше планировавшихся 8%, возможно, заставит Минсельхоз поумерить хотя бы на время пропаганду зернового ОПЕК.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-01-28/2_red.html
28.01.2008

Принятием совместного заявления «С верой в будущее» завершился очередной Всемирный экономический форум (ВЭФ) в Давосе. Это самый авторитетный дискуссионный клуб по глобальным экономическим и политическим проблемам. Правда, с падающим рейтингом популярности.

В 2008 году в работе ВЭФ участвовали 30 глав правительств, 110 министров и 2,5 тыс. глав корпораций. Правда, меньше, чем обычно, было громких имен. Слабее бесплатная реклама, которую ежегодно обеспечивают ВЭФу погромы закусочных «Макдоналдс», устраиваемые антиглобалистами. На этот раз они лишь бросали снежки.

Благостному поведению участников форума и их традиционному интересу к светским раутам и культурным развлечениям контрастно противостояла сама ситуация в мировой экономике. Буквально в дни форума по планете прокатилась волна падения курса акций. Это была реакция на слабоватые с точки зрения бизнеса меры Вашингтона по предотвращению экономического спада.

Разумеется, форум не прошел мимо этой темы. Однако ее обсуждение было больше похоже на сеансы психотерапии: ораторы старательно внушали аудитории, что угроза спада не так велика. Тон задала госсекретарь США Кондолиза Райс, повторившая заявления президента Джорджа Буша о «стойкости» американской экономики.

В духе показного оптимизма выступили и другие представители ведущих западных стран. Словесную поддержку им оказали находившиеся в центре внимания участники из Индии и КНР – обе страны в роли экономических «локомотивов», как считается, способны вытаскивать мировое хозяйство из трудностей.

На этом фоне с более трезвыми оценками выступили представители международных организаций и частного сектора. Так, новый глава Международного валютного фонда Доминик Стросс-Кан призвал не столько спорить о том, произойдет спад или нет, сколько принять против него эффективные меры. Джон Тэйн, глава инвестиционного банка Merrill Lynch, отметил, что объявленный Бушем пакет мер по стимулированию экономики недостаточен.

В итоге участники ВЭФа уехали из Давоса без особой веры в услышанные ими слова. Более того, в СМИ доминирует оценка: Давосский форум показал, что глобализация мировой экономики не сопровождается адекватной глобализацией борьбы с ее пороками. В сложившейся обстановке каждый должен спасаться самостоятельно, не полагаясь на общие действия.

Что означают итоги форума для России? Москве не стоит ждать особого эффекта от американских и иных зарубежных шагов по выправлению ситуации и самой принимать собственные меры предосторожности, базирующиеся на трезвых оценках. Одну из них оценок изложил в период форума известный американский финансист Джордж Сорос. Он считает, что спада экономики США скорее всего не избежать, но он не станет глобальным. Наступил конец «золотой эры» доллара. По словам Сороса, причиной кризиса, крупнейшего за последние 60 лет, является безудержный рост кредита, в том числе создание финансовых инструментов, особенности которых зачастую не совсем понимают даже финансисты. В этих условиях нельзя рассчитывать на саморегулирование финансовых рынков, в ситуацию должны вмешаться государственные власти.

Указание на ключевую роль кредитно-финансовой сферы имеет прямое значение для России. Здесь эта сфера, возможно, также слабое звено. Очевидно, например, практически бесконтрольное навязывание банками потребительских кредитов частным лицам. Так что проблемы в России могут возникнуть даже не на фоне общего спада, а из-за ошибок в управлении банковской сферой.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-01-29/2_red.html
29.01.2008

На днях лидер КПРФ Геннадий Зюганов поставил под вопрос свое участие в президентской кампании, требуя предоставить ему возможность прямых теледебатов с Дмитрием Медведевым и равный доступ кандидатов на телеканалы. Правда, почти сразу появились противоречивые сообщения его соратников – некоторые из них назвали слухи о возможном выходе из гонки Зюганова провокацией. Вчера коммунисты приняли решение. В эфире радиостанции «Эхо Москвы» Зюганов заявил, что остается в обойме претендентов. Между тем его демарш симтоматичен. Действительно ли Зюганов был готов на подобные крайности?

Безусловно, коммунистический лидер имеет право требовать встречи с соперниками в прямом эфире. Полноценная президентская кампания немыслима без открытого диалога, выяснения позиций по самым разным вопросам, волнующим избирателей. Иначе как им сделать правильный выбор? Ориентироваться только на рекламные ролики?

Вопрос в том, насколько правомерны угрозы Зюганова. Выход из игры на этом этапе только на первый взгляд выглядел закономерным выражением протеста. Однако язык ультиматума, на котором сегодня все чаще говорит оппозиция – и теперь уже не только праволиберальная, но и коммунистическая, – вряд ли оправдан в нынешней ситуации.

Во-первых, никто бы не позволил Зюганову самоустраниться. Декларируемая им возможность снять свою кандидатуру на самом деле таковой не является. Решение об участии или неучастии того или иного кандидата в кампании принимается вовсе не в партийных штабах. И метания Зюганова лишь подчеркивают двусмысленность ситуации, превращаясь в некое подобие торга с властью. Ультиматум имеет смысл лишь тогда, когда никто не сомневается в реальности угрозы.

Во-вторых, не сегодня стало ясно, что Медведев на дебаты не пойдет. Выдвигая свою кандидатуру на президентских выборах и затем регистрируясь в Центризбиркоме, Зюганов понимал, что рандеву в эфире не состоится. То есть условия игры были определены достаточно давно. И нынешнее возмущение этим обстоятельством выглядит искусственным.

В-третьих и главных, нельзя забывать: миллионы голосов избирателей были отданы во время парламентских выборов не просто партии, но и ее лидеру – претенденту на высший государственный пост. То есть граждане верили, что Зюганов будет бороться всерьез. Отказ от этой борьбы – или даже попытку отказа – они могут воспринять как недостойную слабость. Или как результат сговора с властью. Ни то, ни другое не прибавит партии очков. Поскольку речь идет об ответственности политиков перед соотечественниками.

Выборы все отчетливее приобретают виртуальный характер. Политики с готовностью покидают арену, призывая единомышленников игнорировать оставшихся игроков. Сужение политического пространства до размеров небольшого круга «разрешенных» кандидатов невыгодно в конечном счете и разрешающей инстанции, которая становится заложницей возможного провала кампании – или низкой степени легитимности ее результатов. Замена естественного отбора тщательной селекцией в политике дает немного другие результаты, чем в сельском хозяйстве.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-01-30/2_red.html
30.01.2008

Президент США Джордж Буш выступил в Вашингтоне в понедельник вечером (рано утром во вторник по московскому времени) с посланием «О положении страны». Выступил в критически острый момент – все ждут от президента США решений по недопущению спада в крупнейшей экономике мира. Кроме того, послание значимо еще по одной причине – Бушу пора подводить итоги. У власти ему осталось находиться меньше года. В ноябре пройдут президентские выборы, а в январе будущего года к присяге будет приведен новый президент.

Исторический курьез: Буш оказался примерно в такой же ситуации, как его отец 15 лет назад. На последний год президентского срока Буша-старшего пришелся экономический спад, и ему не удалось добиться переизбрания, несмотря на громкую победу над Саддамом Хусейном (в 1991 году иракцев изгнали из Кувейта).

Буш-сын завершает второй срок и потому не переизбирается. Для него важно главным образом то, какую он получит оценку в американской истории. И выходит, что нынешняя война в Ираке имеет для него большее значение, чем «Буря в пустыне» для его отца. Она позволяет выпятить военные и внешнеполитические заслуги, раз уж нельзя опереться на экономические и иные.

Общественное мнение CША мало вникает в конкретные экономические рецепты Буша. Прежде всего потому, что они явно неэффективны. К тому же для американцев Буш – «хромая утка», иными словами, политик, уходящий от власти. Они больше следят за кандидатами на президентский пост от Демократической партии, которые в последнее время укрепились в уверенности относительно прихода к власти.

Примечательно, что в день выступления Буша внимание многих СМИ было привлечено к Бараку Обаме. Именно в этот день его публично поддержал весь политический клан Кеннеди: сенатор Эдвард Кеннеди, дочь покойного президента Джона Кеннеди Кэролайн и его племянник конгрессмен Патрик Кеннеди. В этой связи звучит мнение, что вокруг Обамы формируется «движение за перемены в США», состоящее из представителей либерального крыла демократов, молодежи и меньшинств.

Американцы ныне практически каждодневно видят на экранах телевизоров будущего президента, но, правда, не знают точно, кто из претендентов победит. И это тоже заставляет их смотреть на Буша как на «хромую утку». Одновременно для других стран годичный остаток полномочий президента США – весьма немалый срок. Если взглянуть на острый характер мировых проблем, то за этот период может случиться разное.

Поэтому нельзя не обратить внимание на внешнеполитические приоритеты послания Буша. Прежде всего на его намерение продолжить войну в Ираке, имея целью достижение полной победы. Затем на его готовность к действиям по недопущению создания Ираном ядерного оружия. В своей речи Буш одобрил оранжевую революцию в Украине и революцию роз в Грузии, используя слова «свобода выборов». И пообещал и далее продвигать ее – от Кубы и Зимбабве до Белоруссии и Мьянмы.

Эти целеуказания говорят о многом. Прежде всего о том, каким образом Буш надеется повлиять на оценку своей роли главы американского государства. Его рецепт сводится к активному продолжению нынешнего внешнеполитического курса – вплоть до последнего дня пребывания у власти.

Для России небезразлична позиция США по ряду обозначенных тем. Прежде всего по Ирану и СНГ, где у Москвы с Вашингтоном имеются серьезные расхождения. Подготовка места в истории среди прочего подразумевает и выдвижение новых инициатив. Как согласованных с другими партнерами, включая Россию, так и неожиданных, односторонних. В данном случае выбор остается за Бушем.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-01-31/2_red.html
31.01.2008

Выставка «Из России: шедевры французской и русской живописи 1870–1925 годов» в Лондоне открылась. С успехом. Такого успеха, пожалуй, ни одна выставка и не имела. Успехи, конечно, были – хорошо, кто помнит, открылась выставка «Россия!» в Музее Гуггенхайма. Но – кто помнит, опять же – этому успеху сильно поспособствовал приход на открытие президента России Владимира Путина. Последующим посетителям, рассказывали потом, даже предлагали особый сюжет – экскурсия по следам российского президента... А еще хорошо прошла выставка русского авангарда в Брюсселе. И тоже – спасибо Путину, снова пришел на открытие, вместе с бельгийской королевской четой, личным присутствием поддержал престиж отечественного искусства.

А тут – президента нет, в отношениях между странами – стойкое похолодание, и вообще до сих пор выставка тихо-спокойно, хотя и с уважительными откликами, с интересом со стороны местного населения, путешествовала по Европе. Но в Лондоне, когда эта выставка до него наконец добралась, – совсем другое дело. Очереди, солнце (тоже – редкость!) и высокий спрос на сувенирную продукцию.

Рассказывать всю предысторию сегодня нет смысла. Но были и подозрения в адрес дальних родственников, что те, мол, могут предъявить свои права и арестовать экспозицию. Были и прочие волнения. Особые – у организаторов: в какой-то момент промелькнула информация, что те уже стояли на пороге финансовой пропасти и все надежды были – поправить дела за счет интересной выставки из России. Каталоги отпечатали опять же...

Надо признать, Россия пошла на Британию широким фронтом: с одного фланга – там, где речь шла про провинциальные филиалы Британского совета, с другого – когда буквально поставила туманный Альбион перед необходимостью срочного, срочнее, чем хотелось бы и чем собирались, принятия закона, который бы гарантировал... Так что больших гарантий и быть не может. И, надо признать, победили. Филиалы сами стали снимать свои вывески. Закон нужный – приняли, в музее, который принимает экспозицию, все счастливы (лица счастливчиков показывали по телевизору, сомнений быть не может). И независимая британская пресса присмирела. Пишет о выставке в восторженных тонах, тонко замечая отличия Малевича от Матисса, а Матисса – от Моне. Всё – об искусстве...

Что же? Надо признать успех российской дипломатии. Или – повзрослевшего российского пиар-сообщества: ведь, как ни крути, все, что случилось, – обыкновенный пиар-ход. Но, конечно, талантливый. Поставить всех на ноги – парламентариев, публику, которая теперь, конечно, валом повалит в музей смотреть на «Танец» Матисса, даже те, кто до сих пор не интересовался ни изобразительным искусством вообще, ни тем более его упадническими течениями начала ХХ века.

И главное – раньше для такого серьезного отклика нужен был президент (его и сегодня успеха ради, когда нужен особо масштабный отклик, возят на закладку автомобильных заводов, на презентацию новой военной формы). А тут – без президента, своими силами (без того, чтобы нанять, например, американскую пиар-службу, что тоже случалось в новейшей российской истории). Успешная выставка. Спасибо четырем российским музеям – Третьяковской галерее, Эрмитажу, Русскому и ГМИИ имени Пушкина. А еще – солдатам невидимого пиар-фронта. За то, что тоже не подвели.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-02-01/2_red.html
01.02.2008

В Москве продолжаются XVI Рождественские образовательные чтения. Патриарх Московский и всея Руси Алексий II их в этом году пропускает – он ограничился тем, что прислал участникам чтений видеообращение. Впрочем, речи Патриарха обычно формальны. Основная программная нагрузка чаще всего ложится на главу Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата (ОВЦС МП) митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла (Гундяева). Но на сей раз не он главная звезда. Центральным событием чтений стал доклад управделами Московской Патриархии митрополита Калужского и Боровского Климента (Капалина).

Оба иерарха сегодня оспаривают друг у друга звание самых влиятельных персон в РПЦ. Вполне закономерно возникает вопрос: кто из них, выражаясь современным языком, более успешный менеджер? За кем будущее?

ОВЦС МП курирует межцерковные связи Московского Патриархата. Неудач, причем «долгоиграющих», на этой ниве более чем достаточно. Натянутые отношения сложились с Румынской Церковью из-за ее новых епархий в Молдавии. Латентный конфликт с Константинополем постоянно дает о себе знать, как разрубить гордиев узел – непонятно. Ведомство митрополита Кирилла постоянно рапортует о прогрессе в диалоге с католиками. Но реальных подвижек в этом диалоге не наблюдается – взаимные претензии никуда не исчезают. Конечно, ОВЦС МП успешно провел переговоры о воссоединении с Зарубежной Церковью, но в общественном сознании это историческое событие не ассоциируется с деятельностью митрополита Кирилла, не он был его инициатором!

А что же Климент? Еще совсем недавно иерархи РПЦ в один голос сетовали на упразднение регионального компонента образования, в рамках которого школьникам в российских городах и весях преподавали основы православия. Теперь же Министерство образования и науки якобы обещает православным компенсацию – новый блок в федеральном едином компоненте образования: «духовно-нравственную культуру». Об этом представители РПЦ и министерства говорили на декабрьской конференции в Калуге и, как утверждают в Церкви, договорились! Курировал этот форум как раз митрополит Климент, он и проходил в его епархии. Если «Основы православной культуры» (ОПК) под видом «духовно-нравственной» придут в школу, это будет именно его заслугой.

Управделами Московской Патриархии не разменивается на проекты типа «русских доктрин» или «православных концепций прав человека», поэтому мы чаще слышим о его успехах, нежели неудачах. В лице митрополита Климента Церковь всегда предельно емко и жестко обозначает свои притязания. Его выступление на Рождественских чтениях 28 января – тому яркий пример. Никаких уверток, только «правда-матка» в глаза: ОПК с первого по одиннадцатый класс, участие «церковных специалистов» в разработке школьных курсов по гуманитарным дисциплинам, присутствие «духовно-нравственной составляющей» во всех школьных предметах. А родители, решившие крестить ребенка, уже сделали за него выбор: теперь за школьной партой он будет все 11 лет изучать ОПК. Все просто, четко и недвусмысленно.

Не будет преувеличением сказать, что митрополиты Кирилл и Климент олицетворяют две возможные модели лидерства в нынешней РПЦ. При определенных условиях, если Церковь не найдет другого кандидата, один из них может стать Патриархом. Либеральной, «прогрессивной» общественности, пожалуй, ближе митрополит Кирилл, образованный, старающийся выглядеть политкорректным дипломатом – настоящая медиаперсона. Но обстоятельства складываются так, что очки стремительно набирает его коллега – прямой и жесткий аппаратчик, ведающий патриаршей канцелярией, кадрами, привыкший в отсутствие шефа быть на хозяйстве. Он чаще сопровождает Патриарха во время встреч и поездок. Он успешнее и настойчивее, пусть и менее публично, лоббирует интересы Церкви. В ситуации, когда Церковь чувствует себя все вольготнее, такой менеджмент и такой менеджер могут оказаться для нее более приемлемыми.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-02-04/2_red.html
04.02.2008

На минувшей неделе сразу два высокопоставленных чиновника сделали знаковые заявления, касающиеся отношений федерального Центра и регионов. Сначала глава Минрегионразвития Дмитрий Козак на форуме «Россия» рассказал о своей концепции развития регионов, которая предусматривает деление российской территории на 7–10 экономических зон. Вслед за Козаком о регионах вспомнил во время выступления на Всероссийском форуме промышленников и предпринимателей в Краснодаре первый вице-премьер Дмитрий Медведев. Последний в свою очередь порадовал губернаторов обещанием довести до «окончательного разрешения» вопросы, связанные с разделением полномочий между различными уровнями власти.

Что касается обещаний преемника, то, похоже, они глав регионов не успокоили. Система дележа полномочий в стране ныне проста, как говорится, до безобразия. У регионов полномочий выше крыши, но мало средств для их реализации. У Центра, в отличие от субъектов Федерации, денег куры не клюют. А главные свои полномочия – перераспределять по регионам денежные потоки, из этих самых регионов в Москву стекающиеся, Центр никому передавать, похоже, не собирается и не планирует в будущем. «Мы должны предпринять и организационные, и нормативные усилия, – говорит Дмитрий Медведев, – чтобы вопрос распределения полномочий и грамотного распределения позиций между различными уровнями власти был на понятный исторический период окончательно зафиксирован». Следует ли из этой туманной формулировки, что Центр позволит регионам присоединиться к общему бюджетному караваю, большой вопрос.

Не меньше, кстати, вопросов и по новой инициативе главы Минрегионразвития. Дмитрий Козак намерен уже к концу года разработать проект объединения экономик субъектов Федерации «в результате сравнения территорий по общим преимуществам». То есть министр намерен поделить страну на 7–10 суперсубъектов (макрорегионов), «которые имеют общие экономические признаки и в которых можно выстраивать свою специфическую политику, имея в виду прогнозы по долгосрочному развитию этих регионов».

Звучит заманчиво. Семь федеральных округов, созданных в рамках строительства вертикали власти, у нас есть. Теперь, похоже, возникла идея к вертикали политической добавить еще и вертикаль экономическую. Причем определять экономическую специализацию этих суперсубъектов будет Минрегионразвития. Конечно, это дает ведомству гигантские дополнительные полномочия и лоббистские возможности, но имеет ли это отношение к реальным проблемам регионов, у каждого из которых даже при всех их «общих преимуществах» (если такие найдутся) выше крыши своих, специфических проблем?

Да и что такое эти пресловутые «общие преимущества», понятно не слишком. У Приморья, к примеру, главное преимущество – порты и рыбодобыча. А какие похожие преимущества у расположенной всего лишь в полутора сотнях километров Еврейской автономной области? На Сахалине, находящемся также не столь далеко, есть нефть. А в Амурской области – лес. И можно ли в такой ситуации объять необъятное? Да еще руководить всем этим из Москвы?

Тем более что все это в истории нашей страны уже было. Начиная от хрущевских совнархозов и заканчивая брежневскими попытками создания единого народно-хозяйственного комплекса. Чем все закончилось, общеизвестно.

[Независимая газета]

http://www.ng.ru/editorial/2008-02-05/2_red.html
05.02.2008

3 февраля корабельная ударная группа во главе с авианосцем «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов» вернулась на родную базу из похода в Атлантику и Средиземное море. Правда, в Североморске ее встречал не министр обороны, как ожидалось, и не президент и преемник, а только главнокомандующий ВМФ. Но праздник встречи с родными и близкими морякам и летчикам корабельной авиации это не очень испортило.

Хотя не обошлось без нелепостей. Помощник главкома ВМФ капитан 1 ранга Игорь Дыгало заявил журналистам, что «участившиеся факты пиратских нападений на российские и иностранные суда подтверждают правильность курса военного руководства РФ и главного штаба ВМФ на возобновление присутствия российских боевых кораблей во всех регионах Мирового океана, особенно в районах интенсивного рыболовства и судоходства».

Это заявление было сделано в связи с захватом морскими пиратами в Аденском заливе ледового буксира «Свицер Корсаков», на котором находились четверо российских моряков, и исчезновением в Восточно-Китайском море другого судна с нашими соотечественниками «Капитан Усков», который, как предполагают специалисты, тоже был захвачен местными флибустьерами.

Только, к сожалению, бороться с пиратами, создать своеобразный «океанский конвой» наш ВМФ не в состоянии. Авианосцы, крейсера и БПК, палубные истребители и стратегические ракетоносцы – не тот «инструментарий», который может противостоять быстрым и внезапным атакам на торговые суда малайзийских или сомалийских разбойников. Нужны высокоскоростные корабли с мощными двигателями, мощнее, чем у пиратов. Например, на подводных крыльях или на воздушных подушках, вооруженные скорострельным легким, но эффективным оружием. Вроде АК-630 или АГС-17 «Пламя». А еще приборы ночного видения, радары, системы разведки и целеуказания, информационно-управляющие комплексы. С гранатометами и скорострельными пушками у нас проблем вроде нет. А вот с кораблями на воздушной подушке или на подводных крыльях – большие сложности. Они очень давно на флот не поступали. Та же проблема и с современными системами обеспечения боя.

И второй вопрос – где будут находиться все эти корабли между периодами патрулирования, предположим, Малаккского или Баб-эль-Мандебского проливов? Где станут отдыхать экипажи, бункероваться? Военно-морских баз у нас в этих районах нет. И не предвидится.

Еще один момент. Как отличить, российское судно идет в «опасных для судоходства водах» или нет? Название «Капитан Усков» еще ни о чем не говорит, если на корме поднят «удобный» камбоджийский флаг. И таких торговых судов с российскими названиями, но под чужими флагами, с интернациональными экипажами, принадлежащих частным владельцам, сегодня пруд пруди. Гораздо больше, чем наших боевых кораблей. Обязан ли их защищать российский ВМФ? Если да, то за чьи деньги? Не может же Военно-морской флот России обслуживать чьи-то частные коммерческие интересы. Тут что-то одно – армия и флот защищают либо национальные и геополитические интересы страны, либо интересы частного бизнеса. В последнем случае вооруженные силы должны называться как-то по-другому. А военнослужащие – не носить погон, не быть связанными присягой на верность Отечеству┘

Много проблем возникает, когда начинаешь вникать во вроде бы очевидный геополитический лозунг «возобновление присутствия российских военных кораблей во всех регионах Мирового океана, особенно в районах интенсивного рыболовства и судоходства». Слова произносить легко, а как выполнить эту задачу – большой вопрос. Не исключено, что политическую заявку на постоянное присутствие в Мировом океане представитель ВМФ сделал с расчетом на то, что теперь-то страна выделит военным морякам столько денег, сколько они попросят. Иначе ни о какой борьбе с пиратами речи быть не может.