*305. Вторая мировая война-3

[«Вечерняя Москва»]

№ 70 (2188), 23 марта 1931 года, понедельникввввввввввввввввв

[«Вечерняя Москва»]

№ 70 (2188), 23 марта 1931 года, понедельникпппппппппппппппппп

[M. M. Литвинов, народный комиссар иностранных дел СССР]

http://docs.historyrussia.org/ru/nod...age/534/zoom/4

Записка И.В.Сталину об условиях продления советско-германского договора о нейтралитете. № Л/21592 23 марта 1931 года

Секретно

Экз. № 1

Генеральному секретарю ЦК ВКП (б) тов. Сталину

Копии: Членам Политбюро

29 июня истекает срок Берлинского договора о нейтралитете, заключенного в 1926 году. Автоматическое продление договором не предусмотрено, и он поэтому потеряет свою силу, если не будет специального соглашения о продлении его.
Вряд ли могут быть сомнения в целесообразности продления этого договора, но НКИД не хотел преждевременной постановкой вопроса вызвать полемику в печати. Однако помимо воли НКИД вопрос в германской и мировой прессе уже дискутируется, причем одни органы печати высказываются против продления договора, а другие настаивают на получении от СССР какой-либо компенсации за продление договора. Не обходится, конечно, без давления на германское правительство со стороны французской прессы, а, возможно, и правительственных кругов.
Можно было бы придумать какие-нибудь пункты, дополняющие Берлинский договор, но это вызвало бы необходимость специальных переговоров и новую полемику в печати с возможными требованиями компенсации, по крайней мере, за предполагаемые нами дополнительные пункты, которые, однако, для нас существенного значения иметь не могут. НКИД поэтому полагает ограничиться продлением ныне существующего договора без изменений. Дирксен мне сегодня сообщил, что на такое продление германское правительство согласно, но оно предлагает не назначать срока, а установить, что договор расторгается по предупреждению одной из сторон за полгода или за год. По сообщению Дирксена, Германия в свое время предлагала бессрочный договор, и на пятилетнем сроке будто бы настаивал Чичерин. Наркоминдел полагает, что нет необходимости настаивать на ограничении договора о нейтралитете каким-либо сроком. В связи с Берлинским договором мы обязались заключить специальное соглашение об арбитраже или ином способе разрешения возникающих между обеими странами конфликтов. Во исполнение этого обязательства мы заключили трехлетнее соглашение об образовании согласительной комиссии. Немцы предлагают, чтобы действие согласительной комиссии было также продлено, как и Берлинский договор. НКИД полагает, что на это можно согласиться, поставив требование, чтобы в особом протоколе было указано, что этим соглашением исчерпан соответственный пункт Берлинского договора. Таким образом, мы навсегда избавляемся от возможных требований со стороны Германии касательно арбитража.
Дирксен просит скорейшего ответа, и поэтому я просил бы поставиь вопрос на разрешение Политбюро на заседании 25-го или путем опроса по телефону.

Проект постановления:

1) Продлить Берлинский договор бессрочно с предупреждением о расторжении за год.
2) Действие соглашения о согласительной комиссии также продлить бессрочно с предупреждением за год или же на срок действия Берлинского договора.

[M. M. Литвинов, народный комиссар иностранных дел СССР]

Из сегодняшней беседы с Дирксеном я вынес впечатление, что в случае согласования вышеотмеченных вопросов германское правительство готово было бы подписать договор о продлении теперь же, не дожидаясь истечения срока договора. Дело только в том, что протокол нуждается в ратификации рейхстага, который будет распущен перед Пасхой, вероятно, до осени, в каком случае между июнем месяцем и осенью договор о нейтралитете между нами и Германией не будет действовать. Если решение будет вынесено 25-нр, то мы предложим германскому правительству попытаться провести ратификацию еще до пасхальных каникул.

[И.В. Джугашвили]

Оставить на обсуждение ПБ

[«Красная звезда»]

https://yandex.ru/archive/catalog/32...3-87df094efc61

№ 1 (1205), четверг

РИМ, 30. - Агентство Стефани сообщает: "Французское агентство Гавас и американское агентство Пресс» опубликовали тенденциозные сообщения по поводу у трансатлантического перелета 14 итальянских гидропланов. Агентство Гавас, например, утверждает, что гидропланы были вынуждены задержаться в Болама (главный город Португальской Гвинси, на западном побережье Африки) и не могут продолжать полет, Это агентство сообщает также, что один гидроплан задержался якобы еще в Касабланке (порт в Морокко, на северном побережье Африки). Агентство же «Юнайтед Пресс» публикует телеграмму из Парижа о том, что будто бы буря и град причинили повреждения гидропланам и что ожидаются запасные части, которые должны прибыть из Касабланки. Чтобы опровергнуть эти измышления, достаточно сослаться на последний опубликованный во всех газетах краткий рапорт командующего воздушной эскадрильей министра авиации Бальбо главе правительства. В этом рапорте не только отмечались точные данные о прибытии всех 14 гидропланов в полном порядке в порт Болама, по также указывалось, что воздушная эскадрилья в соответствии c выработанным заранее в планом перелета, сделала остановку в Болама, где и будет ждать наступления полнолуния. В этом же рапорте указывается, что перелет через Атлантический океан начнется, как это было предусмотрено, в ночь на 5 января".

[«Красная звезда»]

18. По полученным сообщениям, по возвращению во Францию маршала Франции де Эмпере в Сирию поедет маршал Петен. В связи с приездом Петена в Сирии состоятся большие военные маневры. Участившиеся за последнее время "визиты" виднейших французских военных в Сирию свидетельствуют о лихорадочных военных приготовлениях, которые проводятся Францией на Ближнем Востоке.

[«Красная звезда»]

Пятница 2 января 1931 года, № 2 (2106)

Военный бюджет Франции

ПАРИЖ, 20. Радикальный депутат Пьер Кэт, неоднократно выступавший в палате по вопросам военного бюджета опубликовал в журнале «Ле кайе де Друз де л,ом" подробный анализ военных расходов Франции, внесенных в бюджет 1931 года, и сравнение этих данных с вонными французскими бюджетами 1912 и 1913 гг. Возражая против официальных утверждений, будто нынешний французский военный бюджет ниже довоенного, Кот с цифрами в руках подтверждает высказываемое им убеждение в том, что «общая сумма военных расходов Франции в настоящее время значительно превышает то же расходы до войны".

Кот указывает, что, помимо расходов, откровенно предусмотренных бюджетом военного министра (4.777 млн. франков), бюджетом заокеанских территория в его военной части (1.713 млн. франков), бюджетом министерства колоний (1624 мли.), бюджетом морского министерства (2.856 млн.) и бюджетом авиации в его военной части (1.662 млн. франков) составляющих в общей сумме 11.632 млн. франков, действительные военные расходы Франции выражаются не этой суммой, а значительно большей. Чтобы получить ее, необходимо прибавить 1 млрд, франков из числа 3.300 млн., ассигнованных на фортификационные сооружения в течение 1930-34 гг., и все те суммы, которые по словам Кота "генеральный штаб и министры национальной сборок камуфлируют, проводят в скрытом виде, чтобы утаить одновременно от французского общественного мнения и от общественного мнения за границей истинные размеры наших военных расходов".

Эти скрывающиеся в бюджетах различных ведомств военные расходы, по подсчетам Кота, составляют 989 млн. Далее, сюда же надо прибавить разного рода пенсионные вознаграждения военным, составляющие в общей сложности 1.950 млн., и выдаваемые военным временные пособия (по болезни, временной нетрудоспособности и пр.) в размере 150 млн. Наконец на счет военного ведомства должны быть отнесены 569 млн., ассигнуемые на содержание жандармерии и республиканской гвардии, основная обязанность которых состоит в проведении мобилизации. Но и этим не исчерпываются военные кредиты. Оказывается, военное министерство о имеет право ежегодно производить заказы, превышающие размер бюджетных ассигнований под тем предлогом, что оплата этих заказов будет произведена лишь в в следующем году. Поскольку однако подобные заказы производятся из года в год, а расплата по ним осуществляется путем ассигнования особых внебюджетных сумм, фактический размер заказов каждого года примерно соответствует действительным расходам данного года. В 1931 г. подобных «антиципированных» заказов предложено на сумму 2.200 млн. фр.

Таким образом действительные венные расходы, предусмотренные бюджетом 1931 г. и внебюджетными ассигнованиями, превышают 18 миллиардов (18.490 млн. франков). В переводе на золотые довоенные франки (за коэффициент падения франка Кот принимает индекс оптовых цен -- 610, хотя в настоящее время он равен всего лишь 504) из расчета 5,04 нынешних бумажных франка за один золотой довоенный франк, военные расходы 1931 года составят 3.683 млн. франков (Кот, исходящий из коэффициента 6.10 соответственно получает более низкую цифру). Этим 3.668 млн. франков 1931 года противостоят (со всеми дополнительными внебюджетными расходами) 2.108 млн. франков 1912 г. и 2.517 млн. франков в 1913 г., т.-е. года, на военном бюджете которого непосредственно отразились введение трехлетнего срока военной службы и продвижение близкой непосредственной угрозы войны.

Свой анализ военного бюджета Франции Пьер Кот заключает следующими словами, проникнутыми глубоким «разочарованием»: «Мы воевали, чтобы создать лучший мир. Мы хотели обеспечить Европе разоружение и избежать новой гонки вооружений. Едва 12 лет прошли со времени понесенных нами жертв. И вот мы снова вернулись к бюджетам 1913-1914 годов т.-е. к бюджетам того периода, когда повсюду во всех европейских государствах шла лихорадочная подготовка военному конфликту».

[«Красная звезда»]

Пятница 2 января 1931 года, № 2 (2106)

К вопросу о взаимодействии артиллерии с пехотой

Проблема взаимодействия артиллерии с пехотой, я, особенно трудная в современных боевых условиях, не сходит со страниц иностранной военной прессы.

Во французском журнале «Ревю д, Энфантери» помещена интересная статья полковника Бенар, разбирающая этот вопрос с точки зрения французских боевых уставов. Согласно о французской точке зрения ответственность за взаимодействие падает на командира пехотного полка, который совместно с начальником артиллерии своего сектора устанавливает при обороне "главную линию боя".

Вместе с тем уставы подчеркивают, что помощь артиллерии является только подсобной; особенно слабым местом является заградительный огонь артиллерии, так как 1 пехотный батальон в состоянии оборонять фронт, шириною в 1000 метров, а артиллерийский дивизион в состоянии давать действительный заградительный
продолжать вторая колонка

e. видное м е меньшем, Вместе с с тем с м согласно уставу уже одиночный пулемет в состоянии ина ровной местностиу ти устроить ть непроходимую огневую завесу на фронте в 800 м. При распределении задач межлу пехотой и артиллерисй й принимаются во внимание также огневые завесы, устраиваемые пeхотой внутри оборонительной полосы, Базируясь на уставе. автор статьи предлагает так как распределить неохотный батальон внутри отведенного ему участка, что 1 1 1 ротау а устраивает нужные огневые е завесы внутри обаронительной полосы, 1% рсты - на главной п линии обороны, а % роты - -в охрa-

Кроме того, учитывается, л. что пулеметы участвуют также в борьбе с огневой подготовкой со стороны противии- у на, т.-е. в

e. выполняют " т частично функции контрбатарейной группы артиллерии

артиллерией пехотной ливлани, з легкими п и пушечными дивизионами (100 м 0 м. фронта на батарею) и 105 м 5 мм, и 155 5 мм, м, динизнонами ( и (150 м. Фронта на батарею, перекрывая огонь легких пушечных : х дивизионов), то то линия танков, . проходящих полосу заградительного огня с интервалами в 50 м. между с у соседними и тоннами, несет п поо- тери в 6-7 танеев п в при скорости дв ти движения 2 клм. в час и 4-5 танков при скорости 3 клм. в чт в час. Для вывода из строя 1 танка a артиллерийские д в дивизисны расходуют т следующие количес- ства снарядов: 75 мм. дивизион - … 500 снарядов, 1 о, 105 мм. дивизион - … 120 смарядов и 155 мм. дивизион - 72 снаРяда.

[«Красная звезда»]

Пятница 2 января 1931 года, № 2 (2106)

ВАРШАВА, (Соб. инф.). Прошло более 10 дней со дня оглашения в польском сейме заявления буржуазной оппозиции по поводу брестских зверств. Вопреки усилилм пилсудчиксв замять это неприятное дело, вопреки стараниям запретить опубликование подробностей брестских пыток, в печати появляются дальнейшие сногсшибательные разоблачения, которые убедительным образом говорят об организованной системе терроpа, широко используемого польским фашизмом.

Стоит привести некоторые детали инквизиторских подвигов пилсудчиков в Бресте, о которых говорится в линии центролевых депутатов. Из 20 арестованных виднейших деятелей буржуазных оппозиционных партий, в числе которых большинства принимало до самого последнего времени непосредственное участие в делах польского правительства в качестве руководителей различных сеймовых комиссий, членов государственного трибунала, министров и даже председателя совета министров (Витос), особенно «посчастливилось» депутату Либерману - лидеру ППС. Еще по пути в брестскую тюрьму Либерман был жестоко избит сопровождавшей его стражей. Где-то в пути, за городом Седлецом ударами прикладов полицейские принудили арестованного покинуть автомобиль и и отправиться в близлежащий лес. Либерман, видный адвокат и видавший виды политикан, на практике убедился, что из себя представляет польская полиция: он в смертельном страхе ожидал расстрела. Coпротивление его вызвало лишь большую решительность «ангелов - хранителей» из эскорта, которые буквально за ноги и за руки тащили его в лес. Неожиданно в лесу оказался полицейский комиссар, который встретил пепеэсовского вождя окриком: «Что же ты, дылда, не идешь, когда я тебя зову" и тут же крепким ударом свалил арестованного на землю. Жандармы вслед за этим приступили к новому и организованному избиению своей жертвы. Один из опричников сел Либерману на голову, а другой, чем попало, наносили побои. Одежда на арестованном была разорвана. Как в этом убедился товарищ Либермана по заключению депутат Попель, во время пыток в лесу Либерману было нанесено более 20 кровавых ран.

В самой брестской тюрьме Либерман и Попель еще в большей мере, чем другие арестованные, непрестанно были терроризованы угрозой расстрела. Так, в первых числах октября в камеру, где они находились, вошел офицер и приказал захватить плащи и и следовать за ним. На вопрос Попеля может ли он взять с собой хлеб, офицер ответил: «Ничего вам больше не нужно, вас прикончат».

Арестованных повели вниз в помещение, где обычно производятся допросы. Там им приказали ждать. Между тем в соседней камере происходила какая-то возня, затем слышен был приказ: «Повернись стене» и тут же двоекратный выстрел. Попель и Либерман были убеждены, что в соседнем помещении производится расстрел, и что они лишь ожидают очереди. По истечении примерно получаса a перепуганным на смерть вождям буржуазной оппозиции приказано было войти в комнату пыток. Им скомандовали "Повернись к стене". Либерман и Попель были, что их немедленно расстреляют. Однако их только обыскали.
Брестские заправилы не ограничивались и инсценировок расстрелов. Но применяли, кроме моральных пыток, физические пытки, избивая заключенных с исключительной "опытностью". В интерпелляции говорится: "В ночь на
10 октября ключник вывел Короля Попеля по коридору в канцелярию, за которой находился темный и пустой зал. В дверях зала стоял капитан польских войск. Когда Попель по приказу этого капитана вошел в темный зал, его номедленно схватило несколько рук. Один жандарм держал за голову, другой за ноги у колен. Арестованного бросили на стол. На спину была положена мокрая простыня. Посыпались побои каким-то металлическим орудием, по всей вероятности ружейным шомполом… Попель получил по меньшей мере 30 ударов. Он потерял сознание, а когда временно очнулся, слышал еще счет «двадцать пять». Затем через несколько секунд приказа "отставить". Присутствовавший при экзекуции капитан сказал затем наказуемому: "Радуйся, что так мало. В следующий раз маршал Пилсудский прикажет дать пулю в лоб".
Брестские экзекуции, как это с полной несомненностью установлено и в заявлении, оглашенном в сейме, и в ряде сообщений прессы, были заранее подготовлены. Еще до арестов, которые имели место 9 и 10 сентября, камеры брестской тюрьмы были соответственно приготовлены.

Заранее был назначен комендантом Брестской тюрьмы специалист-жандарм полковник 38 пехотного полка Костек-Бориацкий. Этот полковник открыто заявлял о том, что он выполняет свою «миссию» по специальным личным директивам маршала Пилсудского: Все арестованные находятся в распоряжении маршала, - судьба их их зависит от личного его усмотрения. Если маршал Пилсудский прикажет расстрелять, арестованные будут расстреляны, прикажет их искалечить - они будут искалечены»…

Арестованные не были ни казнены, ни даже и искалечены. Дело окончилось, как говорят, без членовредительства, но с достаточным отпуском побоев на долю каждого из неугодных пилсудчикам оппозиционеров.

Сейчас большинство из них уже на свободе и ведет себя тише воды и ниже травы в отношении правящего режима.

Казалось бы, маршал Пилсудский должен быть доволен тем предметным уроком, который был дан в Бресте мелкобуржуазным политикам. Пилсудчики показали пепесовцам и др. оппозиционерам их подчиненную роль на службе польского фашизма.
Однако в обстановке все большего углубления кризиса, роста революционных выступлений трудящихся масс лагерь польской буржуазии обнаруживает все больший разброд. Брест не мог обеспечить сплочения действующих в Польше фашистских сил. Не обеспечивает единства и результат палочных выборов прочное правительственное большинство в сейме. «Пржелом», орган санации, все большей тревогой пишет об "идейном кризисе правительственного лагеря".

Маршал Пилсудский уехал в свой отпуск на Мадеру почти одновременно с уехавшим также за границу, в Германию, полк. Кестском-Бериацким. Диктатор и его верный слуга-спец по части террористических мероприятий-после усиленных трудов усиленно отдыхают.

Дряхлеющий маршал надеется на Мадера поправиться для новых «подвигов» по заданиям международного капитала.
Но не справится от тяжелого недуга хозяйственного кризиса фашистская Польша. Польский фашизм будет ликвидирован в результате близящихся революционных боев.