9245. Поиски выхода из безвыходного положения

[Егор Яковлев]

https://web.archive.org/web/20010304...ersia/ver1.htm

ТРИ ГОДА назад, 9 августа 1996 года, в полдень, под артиллерийский салют из 30 залпов - президент России Борис Ельцин принес торжественную присягу на Конституции. Затем, как и положено в таких случаях, в Кремле состоялся прием. И я там был, как пишется в былинах, мед пил, по усам текло, а в рот не попало. Вспоминать, о чем говорилось в тот день, - это лишний раз убеждаться: обещания избранного на второй срок президента остались обещаниями. "Мы хотим и добьемся (выделено мною. - Е.Я.) того, чтобы в каждый город, в каждую деревню вошли процветание и порядок, чтобы в каждый (выделено мною. - Е.Я.) российский дом пришел достаток, чтобы власти служили людям..."

Каждая дата о чем-то напоминает. Эта - о приближающемся завершении полномочий Бориса Николаевича. Впрочем, догадаться можно и без календаря. В воздухе уже давно запахло, словно порохом, очередными выборами президента.

Держит нос по ветру и его кремлевское окружение. Из века в век, все, кто толкутся подле трона, стремятся, чтобы их было как можно меньше. Обитатели нашего Кремля не исключение - добивались и добились изгнания всех, кого можно заподозрить в дефиците личной преданности. Но именно с этого мгновения включается проказницей историей метроном, отсчитывающий последние минуты тех, кто растолкал локтями остальных. Их ничто не убережет, поскольку подле царствующей особы не осталось ни одного инакомыслящего. Такая прискорбная ситуация сложилась у нас сравнительно недавно: во время свистоплясок с премьерами, несколько месяцев назад, когда во всех газетах стали появляться ссылки на "семью", а писать это слово почему-то взялись с большой буквы.

Неловко утверждать прописные истины, но для кремлевских обитателей они оказались открытием. Сообразили в один прекрасный день: как бы ни складывалась дальнейшая судьба Ельцина, он фигура несомненно историческая, и ожидать каких-то особых неприятностей у него нет оснований. А вот окружению со сменой власти придется решительно менять образ жизни. Как и до каких пределов - время покажет. Самым догадливым оказался Валентин Юмашев, поспешивший уйти в тень скорее всего по своему расчету, а не подневольно, коль остался в прежней близости к президенту. Для остальных же это послужило сигналом, чтобы с истерическим упорством искать для себя надежное укрытие. А вообще-то происходящее ныне именуется хорошо известным словом - паника. Она дает о себе знать не просто ежедневно, а ежеминутно. Захлебнулись от испуга перед Примаковым, лишились последнего авторитетного руководителя. Наследили в истории со Скуратовым, опасаясь, как бы не заглянул туда, куда не следует. Ратуют за союз с Белоруссией, надеясь продлить межгосударственное правление Ельцина. И всех бьет колотун кадровой лихорадки. То изгоняют Зверева, то оставляют Починка, то Волошина в доверительных разговорах обменивают на Путина. Только Степашина пока не задевают в своих раскладках: отправишь в отставку, а у него рейтинг поднимется, как у Примакова.

Каждый и все вместе заняты одним: как найти выход из безвыходного положения. А оно воистину выхода не имеет. Законсервировать Ельцина на третий срок? Но Кремль все-таки не мавзолей. Найти ручного преемника, который грудью закроет кремлевцев? Но откуда появится Матросов в конце нашего века, да и кто его изберет...

Пишу все это, не стремясь устыдить, а тем более наставить на правильный путь. Все это осталось в прежней жизни. И советовать вам, читатель, не берусь. Могу лишь поделиться решением, принятым для самого себя. Буду всячески ратовать за союз Примакова с Лужковым. И делаю это вовсе не по корыстным соображениям. Такое воссоединение диктует сама жизнь. Подумайте, как бы вы поступили, окажись на месте Примакова? Союз с Жириновским и ему подобными просто не обсуждается. К постаревшим младореформаторам Евгений Максимович и прежде относился скептически. Что касается коммунистов, то с самого начала перестройки Примаков сделал многое, чтобы освободить страну от диктата КПСС. Конечно, хотелось бы взаимодействия Примакова с Явлинским, но пока их отношения оставляют желать лучшего. Вот и получается: если Примаков согласится баллотироваться на пост президента, а к этому его подталкивает чувство глубокой ответственности за судьбы страны, он непременно обратится в сторону "Отечества".

А теперь, как бы вы поступили, оказавшись на месте Лужкова? Он утверждает, что вовсе не претендует на первую роль. Найти для себя более желанного союзника, чем Примаков, Юрий Михайлович не может. И последнее. В нынешней избирательной кампании регионам уготована чрезвычайно значительная роль. Союз "Отечества" и "Всей России" - еще один довод для Примакова не быть от него в стороне.

Но сколько ни рассуждай, никто не может поручиться, что очередная смена власти в стране пройдет цивилизованно, на основе демократических выборов. Всегда остается неконституционный путь захвата власти, чрезвычайное положение. А в условиях кремлевской истерии при той информационной войне, которую развязал Березовский, пользуясь прикрытием Волошина, такое перестает быть маловероятным. Все становится возможным. Эту угрозу надо предвидеть, о ней нельзя забывать. Кстати, ничто так не объединяет, как общая угроза. Если она очевидна, то можно не ломать голову, изобретая национальную идею

[Егор Яковлев]

https://web.archive.org/web/20010304...ersia/ver1.htm

ТРИ ГОДА назад, 9 августа 1996 года, в полдень, под артиллерийский салют из 30 залпов - президент России Борис Ельцин принес торжественную присягу на Конституции. Затем, как и положено в таких случаях, в Кремле состоялся прием. И я там был, как пишется в былинах, мед пил, по усам текло, а в рот не попало. Вспоминать, о чем говорилось в тот день, - это лишний раз убеждаться: обещания избранного на второй срок президента остались обещаниями. "Мы хотим и добьемся (выделено мною. - Е.Я.) того, чтобы в каждый город, в каждую деревню вошли процветание и порядок, чтобы в каждый (выделено мною. - Е.Я.) российский дом пришел достаток, чтобы власти служили людям..."




Каждая дата о чем-то напоминает. Эта - о приближающемся завершении полномочий Бориса Николаевича. Впрочем, догадаться можно и без календаря. В воздухе уже давно запахло, словно порохом, очередными выборами президента.

Держит нос по ветру и его кремлевское окружение. Из века в век, все, кто толкутся подле трона, стремятся, чтобы их было как можно меньше. Обитатели нашего Кремля не исключение - добивались и добились изгнания всех, кого можно заподозрить в дефиците личной преданности. Но именно с этого мгновения включается проказницей историей метроном, отсчитывающий последние минуты тех, кто растолкал локтями остальных. Их ничто не убережет, поскольку подле царствующей особы не осталось ни одного инакомыслящего. Такая прискорбная ситуация сложилась у нас сравнительно недавно: во время свистоплясок с премьерами, несколько месяцев назад, когда во всех газетах стали появляться ссылки на "семью", а писать это слово почему-то взялись с большой буквы.

Неловко утверждать прописные истины, но для кремлевских обитателей они оказались открытием. Сообразили в один прекрасный день: как бы ни складывалась дальнейшая судьба Ельцина, он фигура несомненно историческая, и ожидать каких-то особых неприятностей у него нет оснований. А вот окружению со сменой власти придется решительно менять образ жизни. Как и до каких пределов - время покажет. Самым догадливым оказался Валентин Юмашев, поспешивший уйти в тень скорее всего по своему расчету, а не подневольно, коль остался в прежней близости к президенту. Для остальных же это послужило сигналом, чтобы с истерическим упорством искать для себя надежное укрытие. А вообще-то происходящее ныне именуется хорошо известным словом - паника. Она дает о себе знать не просто ежедневно, а ежеминутно. Захлебнулись от испуга перед Примаковым, лишились последнего авторитетного руководителя. Наследили в истории со Скуратовым, опасаясь, как бы не заглянул туда, куда не следует. Ратуют за союз с Белоруссией, надеясь продлить межгосударственное правление Ельцина. И всех бьет колотун кадровой лихорадки. То изгоняют Зверева, то оставляют Починка, то Волошина в доверительных разговорах обменивают на Путина. Только Степашина пока не задевают в своих раскладках: отправишь в отставку, а у него рейтинг поднимется, как у Примакова.

Каждый и все вместе заняты одним: как найти выход из безвыходного положения. А оно воистину выхода не имеет. Законсервировать Ельцина на третий срок? Но Кремль все-таки не мавзолей. Найти ручного преемника, который грудью закроет кремлевцев? Но откуда появится Матросов в конце нашего века, да и кто его изберет...

Пишу все это, не стремясь устыдить, а тем более наставить на правильный путь. Все это осталось в прежней жизни. И советовать вам, читатель, не берусь. Могу лишь поделиться решением, принятым для самого себя. Буду всячески ратовать за союз Примакова с Лужковым. И делаю это вовсе не по корыстным соображениям. Такое воссоединение диктует сама жизнь. Подумайте, как бы вы поступили, окажись на месте Примакова? Союз с Жириновским и ему подобными просто не обсуждается. К постаревшим младореформаторам Евгений Максимович и прежде относился скептически. Что касается коммунистов, то с самого начала перестройки Примаков сделал многое, чтобы освободить страну от диктата КПСС. Конечно, хотелось бы взаимодействия Примакова с Явлинским, но пока их отношения оставляют желать лучшего. Вот и получается: если Примаков согласится баллотироваться на пост президента, а к этому его подталкивает чувство глубокой ответственности за судьбы страны, он непременно обратится в сторону "Отечества".

А теперь, как бы вы поступили, оказавшись на месте Лужкова? Он утверждает, что вовсе не претендует на первую роль. Найти для себя более желанного союзника, чем Примаков, Юрий Михайлович не может. И последнее. В нынешней избирательной кампании регионам уготована чрезвычайно значительная роль. Союз "Отечества" и "Всей России" - еще один довод для Примакова не быть от него в стороне.

Но сколько ни рассуждай, никто не может поручиться, что очередная смена власти в стране пройдет цивилизованно, на основе демократических выборов. Всегда остается неконституционный путь захвата власти, чрезвычайное положение. А в условиях кремлевской истерии при той информационной войне, которую развязал Березовский, пользуясь прикрытием Волошина, такое перестает быть маловероятным. Все становится возможным. Эту угрозу надо предвидеть, о ней нельзя забывать. Кстати, ничто так не объединяет, как общая угроза. Если она очевидна, то можно не ломать голову, изобретая национальную идею