НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА 24-30 января 2002 года №248(2310)
Флорентийский изгнанник написал поэму о путешествии по загробному миру. «Земную жизнь пройдя до половины», отказавшись от политических упований, утратив родину, Данте осуществил грандиозный замысел, который в библиотеке времена был под силу пророкам. Видение или сон, суд поэта или сведение политических счетов, пророческий жар или сведение политических счетов, пророческий жар или гениальная конструкция-как только не поименована эта череда терцин!
Девять кругов Ада описывает Данте, девять степеней мук раскаянных грешников лицезреет он и его спутник римский поэт Вергилий. Тут множество знакомых лиц-от античных героев до пап. Далее герои проходят Чистилище, где души очищают от греха. На вершине, у врат Рая, Вергилий покидает Данте, там поэт встречается с Беатриче, которя сопровождает его в блаженных импиреях. Данте созерцает Божество, постижение которого невозможно без связуещей нити любви.
Поэт, спускающийся в царство мертвых, в христианской традиции не одержим орфеевской идеей вызволить свою возлюбленную. Напротив, она на краткий миг позволяет ему ощутить всю меру блаженства, доступную праведным душам. Его любовь и ее спокойное принятие этой любви, мгновенное узнавание, отсутствие самой мысли о возможности нервического побега в земную юдоль с ее страстями-так поэт преображает языческую символику, переплавляет известный сюжет.
Страсти отданы политике и оставлены у порога ада, экстатическое состояние любви и встреча с Божественным светом в Раю-строгая дихотомия, от которой человечество слишком быстро заскучало. Спокойному Рафаэлю предпочли мятущегося и яростного Микеланджело. Политические игры примиряли и ссорили с Божественным промыслом, а земной любви для придания ей смысла прибавляли страсти, пока не превратили ее в договор. Со времени написания «Божественной комедии» потрачено много сил и слов для того, что бы строгий и желанный путь слияния с Божественным светом был обозначен как сложная метафора. Данте начал свой путь из сумрачного леса. Мы пребываем в нем.