https://um.plus/2017/05/09/war-glamour/
09.05.2017
Популярность военной темы не могла не сказаться и на массовой кино- и сериальной продукции. Накануне Дня Победы 1-й канал начал показывать сериал “По законам военного времени” про деятельность бригады военюристов в Киеве и окрестностях в июле-августе 1941 г.
Бригада состоит из военного юриста 2 ранга (=майора) Рокотова, красавицы, эксперта, комсомолки, военного юриста (=старшего лейтенанта) Елагиной и их верного личарды старшины Григория Ивановича. Разъезжая на черном легковом автомобиле, они расследуют всякие запутанные дела в воинских частях.
Сам художественный прием испытанный и давний. В общем-то практически все детективные сериалы сконструированы именно так – у нас, так начиная со “Следствие ведут знатоки”. Остросюжетная интрига плюс показ личных отношений (с долей лирики) в следовательском микросообществе – эта музыка будет вечной, и ничего в том плохого нет.
То, что некоторые особенности военной юстиции сталинской эпохи (и уж тем более военного времени) очевидно приглушены, герои являются (как, впрочем, и герои “Знатоков”) неукоснительными блюстителями строгой законности, а если к стенке кого-то и ставят (что по законам военного времени вполне практиковалось и не только в СССР), то это происходит где-то за кадром. Но на это можно возразить, что таковы особенности детективного жанра вообще. Реальное правоприменение и то, как оно изображено в детективных сериалах – две большие разницы, причем это не диктат идеологии и не цензура, но сама особенность художественной материи. Если создать детектив без идеализации, но со всею грязью, его никто смотреть не будет. Любителей позднего А. Ю. Германа (“Хрусталев, машину”, “Трудно быть богом”) можно перечесть по пальцам.
Некоторая абстрактная математичность детективной конструкции всегда будет вступать в противоречие с грубостью реальной жизни. А также с общими декорациями действа. Это жанр такой.
Тем не менее порой противоречие оказывается чересчур уже сильным. В общем-то не все требуют, что фильм про лето 1941 г. показывал весь неприкрытый ад первых военных месяцев. Тем более, что и последующие военные годы – хоть 1944-й с десятью победными сталинскими ударами – тоже были невыносимо тяжкими.
Но есть различие между 1941-42 и 1943-45 гг. Оно заключается в большей регулярности второго этапа войны. Более или менее наладилось управление войсками, их снабжение, само планирование операций, и стало меньше той хаотичности, которая была присуща первым военным месяцам – неразбериха, утрата связи с частями, котлы, острейшая ситуация со снабжением, когда Сталин лично выделял фронтам последние танки и последние самолеты (по аналогии можно допустить, что не только с танками и самолетами были критические трудности).
Не то, чтобы в 1941-42 гг. на фронтах царил совсем полный хаос – будь это так, Гитлер бы победил, чего не произошло, но хаотичности было через край и всякое действие давалось с огромным трудом через перенапряжение всех сил.
Потому-то, если не считать созданных в алма-атинских кинопавильонах фильмах вроде “В 6 часов вечера после войны”, рисующих 1942 г. в самом мажорном духе, в советское время тяжкие 1941-42 гг., начальный период войны показывался пусть не с полной, но с достаточной откровенностью – “Судьба человека”, “Живые и мертвые”. С лейтмотивом “выстояли вопреки всякой очевидности”. А многие, слишком многие погибли.
Если же не было желания или возможности показывать ту страшную пору, то быстро переходили к наступательным и уже более регулярным 1943-45 гг.
Очевидно, полный гламур образца 1941 г. был бы не принят ни обществом, ни, кстати, начальством, которое помнило то время по своему собственному опыту.
Но и в увлекательном детективе “По законам военного времени”, и в других фильмах эта хаотичность, как-то преодолеваемая только импровизацией и на пределе сил, совершенно отсутствует. Герои в идеально отутюженных мундирах с кубарями и шпалами в петлицах разъезжают на черном лимузине, и ни стирка и глажка военной формы, ни заправка автомобиля бензином не являются проблемой. Очевидно, прачечные и бензоколонки – в условиях рушащегося фронта – все равно встречаются на каждом шагу. Условность детектива, повторимся, неизбежна, но тут уже гламурность все-таки чрезмерна. Не то, чтобы все должны быть в дерьме, как завещал великий А. Ю. Герман, но какой-то намек на невыносимо тяжкие обстоятельства должен же присутствовать – они был даже при советской цензуре.
И особенную странность нынешнего кинематографа представляет крайняя любовь к эстетике советского мундира в варианте до 1943 г. Кубари, шпалы и ромбы – если глянуть на телерекламу, количество фильмов, относящихся именно к той эпохе, представляется преобладающим.
Возможно, тут чистая любовь к картинке. Погоны слишком банальны, а шпалы и кубари – это почти как эполеты прежних эпох. До невозможности красиво. Похоже, что альтернативно-исторический фильм “Шпион” по сценарию Б. Акунина, открывший эту эстетику, оказал сильное влияние на кинематографистов. Обаяние мундирного гламура таково, что ради него действие фильмов переносится в самые сложные эпохи, невзирая не все сопутствующие трудности, хотя, казалось бы, сериал в духе “Следствие ведут знатоки”, будучи по природе своей вневременным, не обязательно должен быть помещен в Киев августа 1941 г. – за месяц до приказа “Жиды города Киева”. Можно найти и более регулярные, и более подходящие временные декорации.
Возможно, здесь еще и мощное влияние сериала “Семнадцать мгновений весны”. Где в феврале-марте 1945 г. герои ходят в идеальных мундирах и костюмах и плетут привычные интриги в идеальных интерьерах – того, что кругом руины и на востоке уже слышна русская канонада, как бы не существует. Тут же эстетика Т. Г. Лиозновой наоборот.
Конечно, сериал есть сериал, и претензии насчет точности будут всегда. В 1979 г. моя матушка заметила по поводу сериала “Место встречи изменить нельзя” – который сегодня кажется нам образцовым воспроизведением эпохи, – что все очень хорошо, вот только лица и у героев, и у массовки слишком розовые. Тогда как в реальной Москве 1945 г. они были серые – многолетнее военное недоедание.
Наверно, такие претензии уже чрезмерны, но все-таки в фильмах о войне надо бы поосторожнее с гламуром. Кубари и шпалы, равно как и погоны, выпушки, петлички дают красивый кадр, но меру тоже надо знать. По крайней мере, пока не уйдет поколение, еще что-то помнящее.