[Владимир Мещеряков]

А он, ему, уже, и не нужен этот приказ по вчерашнему дню. Да и получит ли его Кузнецов в Паневежисе? Войска отступили под сильным нажимом врага. Штаб фронта, уже, днем с огнем не найдешь в суматохе отступления. Да, к тому же, и присылать корабли Балтфлота в данный район побережья уже не имело смысла.

– Хорошо бы поддержать наши передовые части авиацией флота, – озадачится еще одной просьбой, объявившийся на новом месте Кузнецов. – Её, ведь, в немалом количестве имеется, у того же, начальства Балтики. Нанесли бы удар бомбардировочной авиацией по атакующей группировке противника – какое облегчение было бы для оборонявшихся бойцов.

Но и этот, новый приказ, тоже, должен был «пробежать» по тому же, кругу. Вот и «бегали» приказы во благо врагу. Чего же удивляться, когда к 10-му июля немцы прошли уже половину Прибалтики.

Видимо, вот за такую «доблестную» службу народу, Кирилла Афанасьевича Мерецкова и отблагодарили соответствующим образом – скрутили ему руки за спину и доставили на Лубянку в Москву.

Хорошо помня прошедшее, он предпочел не раскрываться по началу войны и в своих воспоминаниях, с удивительно подходящим для этого случая названием – «На службе народу», где ни словом не обмолвился о том, кем же он был 22-го июня. Видимо, все же истово верил, что те безобразия, творимые под его руководством на Северо-Западном направлении, в полной мере отвечали такому понятию, как служение Отечеству. И его мало заботила составляющая, этого самого Отечества – народ, перетираемый в жерновах войны, по его, между прочим, вине. Но не дрогнула его рука, выводящая название своих военных мемуаров.

В 1945-ом году он, как и многие другие, в орденах и медалях с головы до ног. Как же, по-иному. Тоже, как и Жуков, полководец, однако.

Возвращаемся к нашей теме. Главкомами на данном направлении были: Мерецков и, в последующем, Ворошилов, то есть, всего-то – двое. Но путаницы создано, как будто их было больше, – втрое. Настолько скрыты обстоятельства, связанные к тому же и с блокадой Ленинграда, в которую затащили город на Неве. Как всегда, и везде – «наследил» Жуков, с подельниками.

Теперь у нас на очереди Западное направление. Вопрос: было ли оно создано первоначально вместе с перечисленными выше направлениями? Ведь в Белоруссии был всего один фронт, в отличие от соседей справа и слева. Или опять, чего-нибудь хрущевцы хитро задумали? Вполне достаточным было наличие одного полевого управления Западного фронта. Но советский официоз уверял, что Западное направление, тоже, было необходимо. Это, видимо, было нужно нашим Мазепам, чтоб фронтовым товарищам труднее было бы докричаться до Кремля. Поэтому когда читаешь в представленном документе ГКО, что Тимошенко по решению этого органа был назначен Главнокомандующим Западным направлением и одновременно командующим Западным фронтом, то невольно оторопь берет: какой Тимошенко, какому Тимошенко приказывал?

Скорее всего, в тылу будущего Западного фронта создали Резервный фронт из двух, находящихся во втором эшелоне армий: 21-ой и 22-ой. Неужели умные люди в Кремле не понимали, что Гитлер может ударить на Москву? Если и прошибет первую линию обороны, то эти армии заткнут образовавшуюся брешь.

Таким образом, объединив эти два фронта, получим новое направление – Западное. Но, выясняется, что Тимошенко по первым дням не командовал Западным направлением, хотя желание отправиться в Белоруссию у него было. В силу каких-то сложных обстоятельств, его поездку отменили.

Давид Ортенберг, известный газетчик из «Красной Звезды», вспоминал:

«Иногда меня спрашивают:

- Ты на войну когда ушел?

- Двадцать первого июня.

- ?!.

Да, это было так…

Настало 21 июня. Утром меня вызвали в Наркомат Обороны и сказали, что группа работников наркомата во главе с маршалом С.К.Тимошенко выезжает в Минск. Предупредили, что и я поеду с ней. Предложили отправиться домой, переодеться в военную форму и явиться в наркомат. Через час, а может быть, и меньше, оказываюсь в приемной наркома обороны. Там полным-полно военного народа. С папками, картами, заметно возбужденные. Говорят шепотом. Тимошенко уехал в Кремль. Зачем – не знаю. Ничего, кроме тревоги, мне не удается прочитать на его лице».

Отчего же собравшийся военный народ в Наркомате обороны был заметно возбужден? Хотя и говорили шепотом, но не на ухо же, шептали друг другу? Можно же было расслышать, о чем идет речь, тем более что в приемной было полным-полно военного народа. Неужели Давид Иосифович вложил в уши ватные тампоны от цензуры?

«Около пяти часов утра(22 июня) нарком вернулся из Кремля. Позвал меня:

- Немцы начали войну. Наша поездка в Минск отменяется. А вы поезжайте в «Красную звезду» и выпускайте газету…».

Как видите, уважаемые читатели, Давид Иосифович уже 21 июня знал, что начинается война, поэтому его и вызвали в Наркомат обороны. Правда, он прикинулся наивным простачком, и простоял в приемной наркома с каменным лицом, стараясь не прислушиваться к чрезвычайно-важным новостям, передаваемым из уст в уста. А еще, уверял читателя, что он, человек из газеты! И чтобы вот так, простоять столбом в прихожей целую вечность, зная, что его вызвали на войну, о которой, в конце концов, сообщили около пяти часов утра 22 июня и ничего, ранее, не понять из разговоров окружающих его военных людей?! Можно ли в это поверить? Да, но как прикажите разгадывать эту замысловатую шараду?

И Тимошенко, разумеется, знал, когда будет война, коли собирался взять с собой товарища Ортенберга. А вот Жуков почему-то не знал? Может потому что сидел безвылазно в своем кабинете? Ему бы, быть поближе к Тимошенко, который ездил в Кремль. Глядишь, и узнал бы все новости.

Удивительно другое: Семен Константинович, оказывается, брал с собою в Кремль Жукова?! Вообще, получается цепочка, довольно занятных «недоразумений». Но хитрый Георгий Константинович, с помощью товарищей из института Истории СССР, постарался выкрутиться и из этой непростой ситуации. Предложенная версия отлучения Тимошенко по естественным надобностям из своего кабинета, скорее всего, соответствует действительности.

Читаем у Жукова в «Воспоминаниях»:

«…Заканчивался день 21 июня.

Доехали мы с К.С.Тимошенко до подъезда наркомата молча, но я чувствовал, что и наркома обуревают те же тревожные мысли. Выйдя из машины, мы договорились через десять минут встретиться в его служебном кабинете».

Это же надо! Всю дорогу промолчать и не сказать Жукову о начале войны? Наверное, Георгию Константиновичу думалось, что в своем кабинете Тимошенко будет более разговорчивым. Да где там! Так и пришлось дожидаться сообщения из Севастополя от Октябрьского.

За такие книги надо присуждать Государственную премию в области литературы. Сначала чествовать героя на Родине, а затем выдвигать на Нобелевскую, за выдающееся произведение, тонко передающее психологическое состояние военного человека накануне войны, и к тому же, занимающего важный государственный пост.

Видимо, поначалу оппозиция планировала, что все три направления возглавят свои люди, как три богатыря на картине В.Васнецова: Жуков, Тимошенко и Мерецков. Но, мозговой центр заговорщиков переиграл с назначением в отношении Тимошенко. И правильно, между прочим, сделал. Зачем сразу подставлять Наркома обороны, когда эту должность Главкома, на самом трудном участке обороны, можно было очень ловко навесить на другого человека. Заодно, замутить воду и в отношении командующего Павлова.

Тогда в поисках виноватого, при неблагоприятной ситуации для заговорщиков, следствие вынуждено будет искать его среди этих двоих: главкома направления и командующего фронтом. Кто-то же должен будет нести ответственность? Если бы Главком, по первым дням войны, сгинул бы в небытие, то Павлову значительно легче было бы на следствии. Выполнял, дескать, приказ старшего по должности и званию. Все вопросы к нему.

Тяжкий жребий ответственности, как мы знаем, действительно, пал на командующего фронтом Павлова. И заметьте, всё ведь, как, оказалось, складывалось не в пользу Дмитрия Григорьевича? И в начале работы, я это, тоже, подчеркивал – всё против него! Может, и на самом деле он оказался честным человеком?

Но без настоящих архивных документов, очень трудно разбираться с делами такого рода. Вопрос в одном, где их взять – подлинные документы? Неужели, что-то настоящее, еще сохранилось в наших архивах? Вы же видите, уважаемый читатель, что вытворяют с представляемыми документами. Это же тихий ужас – сплошная фальсификация!

Итак, кого же направили на Запад вместо Тимошенко? Гадать особо не приходиться – это маршал Кулик Григорий Иванович. Его очень здорово подставили с эти делом. Скоропалительно, в конце дня, 21 июня, сняли с должности заместителя наркома по артиллерии, и тут же, видимо, назначили на новую должность Главкома Западного направления. То-то о нем нигде сведений не найдешь по началу войны. Он, сам, к сожалению, об этом не успел сказать, да и не дали. Мы к этому эпизоду, с его отставкой, еще вернемся в более поздней главе.

Кулика, намеренно вставили в эту хитро-задуманную игру. Ему могли поручить невыполнимое дело: через голову командующего Павлова возглавить управление войсками. Во что это вылилось, думается, не стоит даже и говорить.

Жуков в свойственной ему манере наводить тень на плетень, вскользь сообщил о действиях Григория Ивановича по первым дням войны. Действующие лица в данном эпизоде – одни покойники, разумеется, кроме нашего героя.

«Николай Федорович (Ватутин) говорил, что И.В.Сталин нервничает и склонен винить во всем командование Западного фронта, его штаб, упрекает в бездеятельности маршала Г.И.Кулика.

Маршал Б.М.Шапошников, находившийся при штабе Западного фронта, сообщил, что Г.И.Кулик утром 23 июня был в штабе 3-й армии, но связь с ней прервалась».

Если Ватутин, а он, на тот момент, исполнял обязанности начальника Генерального штаба, сообщил о Кулике, то, значит, связь с Западным фронтом была. Тем более со штабами армий, если из 3-й армии поступило данное сообщение.

К тому же, если учесть, что правофланговая 3-я армия Западного фронта попадала под удар группировки врага из Сувалкского выступа, то там тоже была настоящая заваруха. Как Кулик уцелел, пробираясь по немецким тылам к своим, диво дивное. Но тот факт, что он все же вышел, не подлежит сомнению. Разумеется, что Кулик попутал карты нашим Мазепам, потому что на него, уже, собирались навесить все грехи по разгрому войск Западного фронта. Вполне возможно, что его выход из окружения, мог послужить серьезным обвинением командующего Павлова. Кулик же воочию видел творимый беспредел.

Но зная, что наш Георгий Константинович, не может, чтобы, не успев с утра чая попить, ни соврать! – предполагаю, что Кулик находился не в 3-й армии, а в другом месте. Помните, что ранее, писал Жуков о местах дислокации полевых управлений будущих фронтов? По Западному фронту предполагалось размещение полевого управления, дескать, в некой Обыз-Лесне, а это есть район Барановичи. И что характерно, тоже, было одним из главных ударов немцев на центральном направлении.

Например, части нашей левофланговой 4-ой армии, как раз и попадали под лязгающие гусеницы 2-ой танковой группы Г.Гудериана. Очень даже предсказуемо, что Григория Ивановича, могли послать в данный район, с целью, якобы, развертывания там штаба Главного командования Западного направления. Дескать, там же должно быть развернуто и фронтовое управление Павлова. Вместе, дружненько, и будете руководить войсками. Но там ничего и никого не было, а из-под Барановичей, уже на второй день войны надо было уносить ноги. Соседом нашей 4-й армии с правого фланга, в центре выгнутой дуги-границы, была 10-я армия. Вполне вероятно, что из Барановичей, с целью координации действий этих двух армий, Кулик и отправился под Белосток. К сожалению, ни о каком управлении войсками штабом Кулика не могло идти и речи, так как, видимо, руководство прибыло туда, уже, с началом военных действий.

Поймать, в хаосе стремительного наступления немецких танковых колонн, нити управления нашими войсками не представлялось возможным, тем более что существовало еще и фронтовое управление, которое, по всей видимости, специально «застряло» в Минске. Результат по первой недели боев – полный развал в управлении Западного фронта. Ко всем прочим свалившимся бедам была добавлена и запланированная дезорганизация управлением войсками. Но, несмотря на все тяготы, свалившиеся на плечи советских бойцов в первые дни войны, среди них был отмечен подъем небывалого героизма. Что, конечно же, не входило в расчеты как немецкого командования, так и наших заговорщиков. Разумеется, что темпы продвижения немецких войск были немного замедлены. Но что делать? – правду говорят: сила – солому ломит.

Пришлось отступать под сильнейшим давлением немцев. Ни какой маршал Кулик, вместе с героизмом бойцов, все равно, не смогли бы выправить ситуацию. Поражение Красной Армии в начальном периоде войны было заранее запрограммировано нашими Мазепами. Но, подчеркивал не раз, и вновь подчеркиваю, что только благодаря неимоверным усилиям Сталина и его сторонников, удалось остановить надвигающийся коллапс Красной Армии. Уже к концу июля ситуация на фронтах постепенно стала стабилизироваться. Фронт стал приобретать реальные очертания. Кулика, по возвращению с фронта, еще раз подставят с военными перевозками вооружения: в этом деле прослеживался подлый след Лазаря Кагановича. И хотя нарком путей сообщения отделался лишь выговором: еще бы, член Политбюро! – то, Григорию Ивановичу Кулику это стоило должности и скорой отправки снова на фронт.

Его опять (и снова) крупно подставят под Ленинградом, когда он будет командовать 54-ой армией с целью внешнего прорыва блокады осенью 1941 года. Хорошую «свинью» ему тогда подложит, как раз, Георгий Константинович, когда будет орудовать в Ленинграде по началу блокады. Сорвет ответные действия Ленинградского фронта, а всю вину за провал операции возложит на Кулика.

Григория Ивановича окончательно добьют хрущевцы, уже, после войны, добившись его осуждения по расстрельной статье.

Почему выбор Мазеп пал на Кулика? Видимо, потому что в Белоруссии было главное направление удара немцев, – тем более, на Москву. Не Тимошенко же, сразу пихать под их удар у Барановичей? Зачем? Если была возможна замена. Когда Кулик выскользнул из расставленной ловушки, то всю ответственность пришлось навешивать на командующего Западным фронтом. У военных историков по Павлову, и так, неудобных вопросов наберется целый чемодан, поэтому данного генерала хрущевцы быстренько и расстреляли, чтоб помалкивал.

Гибель Кулика была бы, тоже, очень желательным исходом. На него можно было бы навесить все свершенные довоенные подлости по части вооружения: как по стрелковому, так и по артиллерии. Не просто же так, наши Мазепы тайно, разместили на военных складах у самой границы миллионы винтовок (около 10 млн. единиц оружия), чтобы они, как можно быстрее, достались врагу. Это входило в план заговорщиков по части срыва повсеместной мобилизации.

С 23-го июня (22-го об этом, в верхах, как-то не подумалось?!) началось формирование новых воинских частей, а стрелкового оружия катастрофически стало не хватать. И где же оружие, выпущенное нашими военными заводами до войны? А оно, уже, тю-тю, – у немцев. Много всякого военного добра немцам перепало с помощью нашей «пятой колонны», всего не перескажешь. Что у Гальдера приведено в дневнике – крохи!

Следующее должностное лицо рассматриваемого нами Западного направления по началу войны – это член Военного совета. Скорее всего, планировалось, что им должен был стать П.К.Пономаренко – как первый секретарь ЦК КП(б)Б. Но не сложилось, о чем читатель узнает из последующих глав. О начальнике штаба, тоже, пока затрудняюсь сказать. Хотя, если и была попытка избавиться и от Б.М.Шапошникова, выдающейся личности в области военного планирования, – посылая его вместе с Куликом, то это вполне могло иметь место.

По-поводу Бориса Михайловича, абсолютно точно можно сказать следующее: он будет зафиксирован вместе с Ворошиловым, примерно, 27 июня в Могилеве, где займется созданием новой линии обороны по рекам: сначала на Березине, а затем и по Днепру. Там же будет присутствовать в качестве члена Военного совета Западного направления и Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко.

О командующих данного направления можно сказать еще несколько слов. Цепочка Главкомов выглядит, примерно, так: Кулик – Ворошилов – Тимошенко – Буденный – Сталин (!) – Жуков.

Предполагаю, что в самый критический период сражения под Москвой, когда рухнул под Вязьмой Западный фронт, Сталин с Шапошниковым и возглавили, по совместительству, Западное направление. Жуков, в тот момент, был номинальным командующим Западного фронта. Как следствие, за разгром немцев под Москвой не получил даже медали. Это справедливо, так как пакостничал под Москвой везде, где только смог. Примеров хватит на целое самостоятельное исследование.

Как долго просуществовала данная структура – Западное направление? Как уверяет военная энциклопедия, вроде бы, должна была быть упразднена 10 сентября 1941 года. Это когда под ее крылом Жуков на Резервном фронте натворил немало безобразий под Ельней, которые закончились к 8-му сентября. Но было ли так на самом деле, под очень и очень большим вопросом, тем более, когда сам Сталин руководил военными действиями под Москвой. Да и в последующем, в начале 1942 года Жуков будет назначен Главкомом Западного направления, куда войдут Западный и Калининский фронты. Он, о своих подвигах на постах Главкомов постарался нигде не упоминать. И неудивительно, зная, с какой подлой целью они были созданы.

Почему же была предложена такая схема руководства, как Главные направления? Ко всему прочему, видимо, заговорщики посчитали, что военное руководство округов, особенно таких, как Прибалтийский и Киевский, трудно склонить к предательству. И как же, в таком случае быть? Как открыть дорогу немецким войскам? Самое лучшее – это возглавить данный округ-фронт! Но как? Решили создать дополнительную паразитную структуру управления фронтом, насытить ее своими людьми, и внедрить в жизнь. Для этого новоявленная Ставка и учредила 21-го июня командующих направлениями. А чтобы не бросалась в глаза определенная направленность цели, вполне возможно, решили «разбавить» своих командующих, инородным членом – например, маршалом Куликом.

Кроме того, как помним, Молотову, подсунули бумагу для выступления по радио, где фигурировало только два направления удара немцев: на Прибалтику и на Украину. Поэтому задачу Кулику, могли сформулировать и попроще: надо, мол, съездить, Григорий Иванович в Белоруссию, и посмотреть, как там, у Павлова дела? На границе, дескать, случайно, немцы не стреляют? Стоит ли повторяться в какое дело «вляпался» маршал Кулик по прибытию в Барановичи?

Упомянутый нами товарищ Василевский из Генштаба, так описывал начало войны. Что помнил, то и написал, не подумавши, в первых изданиях своих мемуаров!

«Некоторая растерянность, наблюдавшаяся среди работников Генштаба вначале, в дальнейшем быстро исчезла, да и отношение к Генштабу в целом со стороны Главнокомандования постепенно становилось иным. В первые дни, когда руководящие лица Наркомата обороны и Генштаба по приказу Сталина(?) были посланы на основные направления фронтов, все оставшиеся в распоряжении Наркомата обороны средства связи были брошены на установление с ними немедленного контакта.

У нас работников Генерального штаба, невольно создавалось впечатление, что Генеральный штаб в самый ответственный момент оказался предоставленным самому себе. Все решения принимались наверху помимо него, и он был лишь передаточной инстанцией».

Как видите, первые дни войны, это, сами понимаете, не далекое 10-е июля, но направления фронтов уже присутствуют. А что это за ответственный момент, когда Генеральный штаб оказался не у дел? Не тогда ли, когда его стены покинул Жуков, а Ватутин был лишь «передаточной инстанцией»?

В последующих изданиях мемуаров эта тема у Александра Михайловича не получила должного развития и благополучно испарилась. Более того, товарищу Василевскому, видимо, намекнули, чтобы он, в дальнейших переизданиях, «вспоминал» только в нужном для партии направлении. Что он «добросовестно» в последующем и сделал.

Но, а мы продолжаем знакомиться с действующими лицами из командного состава Главных направлений. Нас, конечно же, интересует, в большей степени Жуков с Хрущевым, поэтому снова, как говорят, на повестке дня, – Юго-Западное направление. Оно, как мы знаем, включало в себя Юго-Западный и Южный фронты. А на создаваемый Южный фронт можно было удачно спихнуть руководство Московского военного округа, во главе с Тюленевым, а не так, как ранее думал товарищ Захаров, предполагая, что это место займут товарищи из Одесского округа. Кроме того, не надо забывать, что данному направлению в оперативное подчинение попадал и Черноморский флот.

Теперь читателю ясно и понятно, почему командующий флотом Ф.С.Октябрьский поутру позвонил Жукову. Филипп Сергеевич отчитался о своей проделанной работе и доложил о результате налета «неизвестной» авиации: мин повсюду накидали, но боезапас флота, – увы! – «по счастью», уцелел. Тут же получил в ответ указание – в ближайшее время бомбить Румынию и атаковать ее прибрежные объекты, где в результате морской операции Черноморский флот сразу потерял два крупных надводных военных корабля и подводную лодку. Так держать, товарищ Октябрьский плюс товарищ Жуков!

А что, в действительности, произошло на самой Украине, в смысле военного руководства? Никто, на мой взгляд, из руководящего состава Юго-Западного фронта (Кирпонос, Пуркаев и Вашугин) не запятнали себя недостойным поведением.

Вашугина убили сразу, как только он выявил предательскую сущность Жукова. Кирпоноса подставили под немцев при выходе из окружения в районе Лохвицы, где он и погиб. Пуркаев сумел, вроде бы, в то время выскользнуть из лап хрущевцев, но смерть, вскоре, после войны загадочна.

Цепочка Главкомов, здесь, чуть короче: Жуков – Буденный – Тимошенко.

Хотелось бы вновь предоставить слово Ивану Владимировичу Тюленеву. Ведь, именно, он настоящий герой нашего повествования. Как помните, Сталин сразу по возвращению в Кремль, якобы, отозвал «полководца» Жукова с Украины, но тот, ясное дело, наврал читателям о причинах своего убытии. А это произошло примерно 25 – 26 июня. Разумеется, Сталин постарался на его место назначить военного, верного делу Отечества. Им оказался, всем известный, Семен Михайлович Буденный. Ну, то, что его назначение по официальным данным произошло 10 июля, меня лично, не убеждает, о чем и было высказано выше. Читаем, что написано у Тюленева по этому поводу:

«На следующий день после моего приезда в Винницу (то есть, примерно 25 июня. – В.М.) штаб получил директиву народного комиссара обороны, в которой было сказано, что из резерва Ставки Главного командования создана группа армий под командованием Маршала Советского Союза С.М.Буденного».

И все об этой группе армий во главе с Буденным. А ведь, дело-то произошло в то же самое время, когда Жукова «попросили» вернуться в Москву. Ясно, что в мемуарах было указано о смене руководства Юго-Западного направления по этим дням, но текст был сознательно искажен. Хотя, есть еще один нюанс. Не было ли здесь приведено частичное содержание еще, более раннего приказа Ставки об удалении из Москвы заместителя наркома обороны Буденного по случаю его назначения на Резервный фронт, который составлял, как бы, вторую линию обороны на Западном и Юго-Западном направлении? Такая была дислокация, упомянутых выше, 21-й и 22-й армий.

Так что, как знать? Хрущевская братия на все была способна.

По-поводу того, что С.М.Буденный командовал войсками задолго до 10 июля, есть упоминание и у английского историка Д.Фуллера, с которым мы ни однократно встречались ранее. Вот что тот писал в своей книге по тем дням:

«Одновременно с началом действий на минском направлении левое крыло группы армий фон Рундштедта перевалило через Карпаты и начало наступление в восточном направлении. Буденный отошел на линию Луцк — Броды — Тернополь — Черновцы. Однако правое крыло Рундштедта смогло форсировать Прут только 5 июля».

Как видите, главком Буденный отвел войска на новую линию обороны еще до 5 июля, если Рундштедт вел наступательные действия до этого срока, чтобы в дальнейшем успешно форсировать реку Прут. Так что ни о каком мифическом приказе из ГКО от 10 июля, с подписью Сталина, даже не стоит вести речь. Просто, очередная фальшивка, с использованием имени вождя. Жуков, с этим, разумеется, согласился бы, но, не более того.

Помните, в более ранней главе, где было рассказано о дневнике Ф.Гальдера, есть упоминание о записи 25-го июня, которую исказив, вставили в текст Жуковских мемуаров. Разве, отъявленный лжец Георгий Константинович указал бы, что войсками командовал Семен Михайлович Буденный, сменивший его на этом посту? Да, ни за что на свете!

Я привожу полный текст окончания дневниковой записи Гальдера в подразделе о группе армий «Юг».

«Создается впечатление, что противник подтягивает свежие силы с запада и юга против продвигающегося с тяжелыми боями на восток 4-го армейского корпуса и против корпуса фон Бризена (52-й армейский корпус), видимо, с целью поддержки своих разбитых соединений и создания нового фронта обороны на линии Самбор, Львов, Дубно. Необходимо отметить, что командование этого участка фронта (командование юго-западного направления) переместилось в Тернополь».

Видите, и у Гальдера отмечено, что против группы «Юг» действуют силы Юго-Западного направления. Редактура умно поступила, оставив в дневнике немецкого генерала в целостности обозначение нашей структуры управления на тот момент. А чтобы сильно не привлекать к этому внимание различных рецензентов в примечании, дескать, дали правильное наименование. Читаем: «Управление Юго-Западного фронта прибыло в Тернополь значительно раньше, т.е. 22.6.1941 г. – прим. ред.».

Как думает, читатель: неужели немцы не знали, какая структура руководит военными действиями у противника? Не будем же наивными по отношению к врагу.

В отредактированных мемуарах Тюленева, есть и довольно смешной момент. Выше отмечал, что с образованием Южного фронта, кто же? и когда? произведет разграничительную линию вновь образованных фронтов. Хотите улыбнуться? Советская военно-политическая цензура решила этот вопрос так: дескать, когда «официально» было образовано Юго-Западное направление во главе с Буденным, тогда данный вопрос и был решен. Читаем:

«10 июля 1941 года в целях организации тесного взаимодействия и координации боевых действий двух фронтов было создано Юго-Западное направление, главнокомандующим которого был назначен Маршал Советского Союза С.М.Буденный, а членом Военного Совета Н.С.Хрущев.

Между фронтами устанавливалась разграничительная линия: Кременчуг, Винница, Коломыя».

А как же тогда воевал Тюленев, как командующий фронтом, до 10 июля, если не знал, где же у его 18-й армии стык с соседней 12-й армией Юго-Западного фронта?

Как известно, нас повсюду уверяли в том, что, дескать, Буденный, кроме лошадей, в военном деле ни в чем «не разбирался». Ему ли понимать разграничительные линии между фронтами? Да и начальника штаба, данной структуры, как видите, не указали. Тоже, наверное, был под стать своему Главкому? Остается один Никита Сергеевич, как член Военного совета Юго-Западного направления. Правильно сориентировался по глобусу (ему это, как раз было бы с руки) и передал сообщение в штаб Южного фронта. Поэтому если так руководили, то неудивительно, что так же стремительно и отступали.

Ну, а можно ли посмотреть настоящий приказ Ставки по Тюленеву? Захаров привел его в подлинных мемуарах, но цензура, как всегда, скорректировала. Поэтому имеем то, что есть. Однако Матвей Васильевич умно вывернулся. Читаем, что проскользнуло мимо цензуры. Захаров пишет:

«Привожу текст приказа Наркома, в котором говорилось о создании Южного фронта».

Это надо понимать так, что существовал некий, полный приказ, из которого и была произведена данная выкопировка. Вопрос лишь в том, когда же был вручен Тюленеву подобный приказ? Ведь, до Винницы Ивану Владимировичу еще предстояло добираться несколько дней. Скорее всего, его могли вручить в Киеве, в штабе КОВО, куда Тюленев заезжал. Не просто же так он добивался там контакта с начальством. В Москве, Тюленеву, видимо, вручили приказ о его перемещении с командующего округом на должность командующего фронтом, и все. А все подробности, дескать, получишь в Киеве.

Рассмотрим этот «укороченный» приказ подробнее.

«ТЕРНОПОЛЬ.

КОМАНДУЮЩЕМУ ВОЙСКАМИ ЮГО-ЗАПАДНОГО ФРОНТА – КИРПОНОСУ.

ВИННИЦА.

КОМАНДУЮЩЕМУ ВОЙСКАМИ ЮЖНОГО ФРОНТА – ТЮЛЕНЕВУ.

Для объединения действий наших войск против войск противника, развернувшихся на территории Румынии,

ПРИКАЗЫВАЮ:

К 00.05 25.6.41 г. создать Южный фронт в составе 18-й и 9-й армий и 9-го Особого стрелкового корпуса в Крыму».

Снова все с ног на голову. Все подобные документы готовились на одной кухне. Сначала назначается командующий, а затем для него создается фронт. По-иному и нельзя. Как можно было создавать 21 июня фронт, когда всех уверяли, что немцы внезапно напали на мирную страну 22 июня. Какой же тогда, выходит фронт? Кроме того получается путаница с Жуковскими мемуарами, где речь идет только о 9-й армии.

В отношении Румынии, стараются представить дело так, как будто она до 25 июня не предпринимала никаких особых военных действий. Так немного румыны пошумели на границе и еще обстреляли из орудий наши близко расположенные воинские части, вот и все.

Читаем дальше творение советских историков:

«Для этого:

1. Назначаю командующим войсками Южного фронта генерала армии Тюленева И. В.

Членом Военного совета фронта — армейского комиссара 1 ранга Запорожца А. И.

Начальником штаба фронта — генерал-майора Шишенина Г. Д.»

Вновь приходиться говорить о «затемнение» в понимании содержания.

Как же можно обращаться (в шапке документа) к Тюленеву как к командующему фронтом, если фронт только еще, (как видим из содержания) создается данным документом, а Иван Владимирович, просто напросто, отсутствует в данном населенном пункте. Кто же в пустом КП под Винницей будет получать, и расшифровывать данную депешу? Сам же «Тимошенко» и подтверждает подобную глупость.

Но если соответствующую бумагу Тюленеву подсунули в Москве, о чем сказал выше, тогда получается, что все, вроде бы, нормально, по дням. Или в начале этого (полного) приказа было упомянуто о назначении Тюленева командующим Южным фронтом. Тогда данный приказ могли подготовить и в Москве, втихую. Иначе, в Оперативном отделе Генштаба Тюленеву выдали бы всю полагающую в таком случае военно-техническую документацию.

«2. К исходу 24.6 развернуть в г. Винница управление Южного фронта».

Управление фронтом еще в дороге, а Тюленеву в Винницу, якобы, шлют указание. Неплохо смотрится Ставка по управлению войсками. Чему же удивляться, если, в конце концов, Красная армия под председательством Тимошенко подвергнется разгрому.

Ниже столько понапишут о воинских соединениях – не захочешь, а поверишь, что, будто бы, весь документ правдивый.

«3. Включить в состав Южного фронта:

а) 18- ю армию в составе 17 ск (96,60 гсд, 1б4сд); 1бмк(39, 15тд, 240 мд); 64-ю авиационную дивизию, 88 иап.

Штарм 18 с 24.6.41 г. — Каменец-Подольск.

б) 9- ю армию в составе 35 ск (30 гсд, 95, 176 сд); 14 ск (25,51 сд); 48 ск(74, 150сд);2мк(11, 16тд, 15мд); 18мк(44,47тд,218мд);2кк(5, 9 кд); 20, 21, 45 и 7 авиадивизии.

Штарм 9 — Тирасполь.

в) 9-й Особый стрелковый корпус в составе 106, 156 сд и 32 кд.

Штакор — Симферополь.

г) В непосредственном распоряжении фронта — 55ск(130, 169, 189 сд); штакор 55 — Дунаевцы. 7ск(116,142,196,206 cd) в районе Котовск, Болта.

д) Все пунктовые части ПВО и ВНОС в границах фронта.

е) Все склады и материальные запасы в границах фронта».

Так как же, теперь быть, уже, с командованием Юго-Западного фронта? Ведь, 9-я армия, ранее входила в структуру данного фронта? Правильнее, сначала, надо было, указать в приказе командующему Кирпоносу, о передачи данной армии Южному фронту, а затем проводить нарезку разграничительных линий между фронтами. И все.

Последующее формирование Южного фронта относится исключительно к прерогативе его командующего и никакого отношения к Юго-Западному фронту не имеет. У нас, как всегда чудят! Если документ «липовый», то в нем, как правило, всего намешают для придания правдивости.

Ниже читаем о нарезке между фронтами.

«4. Границы:

а) Между Юго-Западным и Южным фронтами — Черкассы, Винница, Бар, Отыня, В. Вышеу; все пункты, кроме Отыня, исключительно для Южного фронта».

А дальше, штабу Юго-Западного фронта, уже, должно быть неинтересно – как там взаимодействуют армии соседнего фронта? А им, нет! – будьте любезны, ознакомьтесь! Запишите или запомните, как там и что там, будет у вашего соседа!

б) Между 18-й и 9-й армиями — Умань, Вапнярка, Ажурин, Тринка, Пашкани, все пункты, кроме Пашкани, исключительно для 9-й армии».

Наконец-то добрались до существа дела, по которому решено создать новый фронт.

«5. Задачи Южного фронта:

Общая — оборонять государственную границу с Румынией. В случае перехода и перелета противника на нашу территорию — уничтожать его и быть готовым к решительным наступательным действиям».

А до этого, какую же задачу выполняла 9-я армия, сформированная на базе управления ОдВО? Птиц что ли, бойцы в небе считали?

А Тюленева с товарищами, зачем из Москвы в такую даль пригнали? Чтобы они подготовились «к решительным наступательным действиям»? А кто же будет следить за румынами, до тех пор, пока московские товарищи не приедут? Судя по всему, это было отражено в том, «секретном» приказе, о котором сказано ниже.

«На период до исхода 24.6.41 г. — согласно приказу № 3 от 22.6.41 г.»

Если нумерация приказа, всего ничего, – № 3, то это, скорее всего документ из вновь образованной Ставки. Канцелярия, видимо, только-только начала работать.

В конце документа, как всегда схитрили. Чуть было, не купился на их уловку.

«6. Командующему войсками Южного фронта о фактическом вступлении в должность донести мне 24.6.41 г.».

Тимошенко».

После местоимения «мне» в данном документе, хитрецы поставили точку. Вроде бы, давая таким образом понять читателю, что документ, дескать, выпущен 24 июня, чтобы отвести подозрения от МВО по началу войны. Но это, тогда, не стыкуется уже, с самим содержанием документа, где сказано, что, лишь, к исходу 24 июня Тюленеву предстоит доложить Тимошенко о прибытии в Винницу. Так, когда же выпущен данный приказ? Дата, как видите, не приведена. Ее невозможно указать, чтобы не рассыпалась версия неожиданного нападения немцев.

И как всегда, трудности, с указанием должности Семена Константиновича, на тот момент. Ограничились одной фамилией. Разве, дескать, читатель не знает, кто такой Тимошенко? Конечно, читатель знает, кем был Семен Константинович. Более того, он прекрасно осведомлен, что когда маршал возглавлял Ставку, то подписывался своеобразным образом:

«От Ставки Главного Командования Народный комиссар обороны – С.Тимошенко».

Именно эту запись Тимошенко постарались убрать публикаторы данного приказа, чтобы не раскрыть время подписания документа.

Вот так у нас дозволялось описывать события Великой Отечественной войны.

На этом, собственно, пока всё о Тюленеве, Захарове, о Хрущеве с Жуковым – на пару, и о Главных командованиях войск направлений.

С более полной версией данной главы читатель может познакомиться в самостоятельной работе под названием «Почему 22 июня 1941 года командующий Черноморским флотом Октябрьский позвонил Жукову?».