Как известно, в среду (7-го) объявлено о продаже 19.5% акций Роснефти консорциуму из нефтетрейдера Glencore (известного также кое-кому как KGB-Oil, не путать с Kremlin-Oil он же Gunvor) и катарского «Фонда национального благосостояния» Qatar Investment Authority (QIA) в долях по 50% каждому на общую сумму 10.5 млрд. В отличие от QIA, выплачивающего свою долю кэшем, Glencore предоставит лишь 300 млн. евро (0.54% акций). Разрыв будет закрыт банковским кредитом, предоставляемым, как сообщает РБК, итальянским банком Intessa. Правительство РФ сохранило контроль над компанией, оставив себе 50% + 3 акции.
Бюджет
В бюджет поступает рублевый эквивалент этой суммы – 711.5 млрд. (распоряжением правительства, выпущенном в начале ноября, устанавливалась «цена отсечения» для данного пакета 710.8 млрд.). В сочетании с ранее приватизированным пакетом 50.08% акций «Башнефти» за 329.69 млрд руб. и другими доходами от продажи федерального имущества будет профинансировано примерно 1.1 трлн. руб. - более 1/3 от ожидаемого на тек. год дефицита фед. бюджета 3.034 трлн. руб. (3.7% ВВП).
Не планировавшиеся в Законе о бюджете доходы от продажи нефтяных компаний примерно покрывают недобор нефтегазовых доходов (примерно в 1.3 трлн. руб.) и, вероятно, вместе некоторыми другими дополнительными источниками доходов и финансирования сохранят Резервный фонд на начло 2017 на уровне несколько больше плановых 1.0514 трлн. (на 1 дек. в нем было 2.0327 трлн.).
Разумеется, по большому счету, использование Резервного фонда, увеличение госдолга и приватизации для финансирования дефицита - примерно одно и тоже, с немного разными названиями. Приватизация позволит в будущем экономить на процентах по сравнению с размещением госдолга, но приведет к потере дивидендов от приватизированного имущества. Деньги для приватизации в целом берутся с тех же рынков, на которых потенциально мог бы быть размещен госдолг. Аналогично, Резервный фонд - также экономия на процентах, но и потеря прибыли ЦБ, теряющего прибыль от операций рефинансирования и тратящегося на абсорбирование излишней ликвидности. Но не будем развивать тут эту глубокую финансовую философию школьного уровня, а вернемся к теме финансирования сделки, заявленной в сабже.
Роль ЦБ и ликвидность
По-видимому, схема состоит из 2 частей – (i) перечисление валюты консорциумом на счета Роснефти, каковая там и будет оставаться, и использоваться по мере необходимости (в частности, для выплат по обязательствам), другими словами – будет в основном нейтральной по влиянию на чистый приток капитала и обменный курс, (ii) перечисление Роснефтью 711.5 рублей в бюджет, которое, возможно, в основном уже произошло на закончившейся неделе, для чего РН в понедельник (5-го) разместила 10-летний заем в 600 млрд. руб. Согласно популярной версии, этот заём был рефинансирован Банком России, подобно тому, как это было 2 года назад, в декабре 2014г. Другими словами, ЦБ закрыл бюджетный дефицит своей «эмиссией».
Но нет. Из статистики рефинансовых операций ЦБ видно (график вверху и внизу слева), что непосредственно в моменты перечислений приватизационных платежей в бюджет таких «вливаний» в заметных объемах не было. Более того, суммарно все операции ЦБ по предоставлению/абсорбированию ликвидности за последние месяцы примерно нулевые.
Всплески приходились лишь 2-жды на периоды пиков налоговых платежей в сентябре и ноябре (эти пики, как известно, бывают 22-25 каждого месяца, когда бюджет за 2-3 дня изымает порядка 800 млрд. руб. банковской ликвидности; график внизу справа). Возможно, в эти периоды рефинансирование ЦБ позволяло Роснефти, а также и тем, кто купил в понедельник выпуск её облигаций, заместить налоговые «утечки» и сохранить деньги для последующих расчетов. В целом же изъятие 1.04 трлн. руб. ликвидности в октябре и декабре на приватизационные платежи, которое в других условиях потребовало бы поддержки со стороны ЦБ, в текущей ситуации и без этого оказалось совершенно нейтральным для процентных ставок и курса.
Причина проста. Главным генератором банковской ликвидности выступает дефицит бюджета, финансируемый со счетов в ЦБ (включая Резервный фонд, в просторечии – «печатанием денег»), который практически мгновенно возвращает банкам всю изъятую в ходе приватизационных платежей ликвидность. В такой макроэкономической ситуации корректно спланировать рублёвую часть 2-ходовой приватизационной сделки (т.е. найти деньги для неё – в общей сложности триллион с небольшим, не подрывая финансовые рынки и не провоцируя панику) было несложно, даже и не обладая выдающимся комбинаторным мышлением. Нюансы – на графиках.
