http://vocable.ru/dictionary/1019505...andevil-bernar
Mandeville Bernard (1660 — 1733)
Одной из популярных доктрин XVIII века было предположение о том, что эгоистичные импульсы человека, несмотря на эгоистичность, работают на общее благо, потому что внутреннее чувство моральной справедливости удерживает эти импульсы под контролем, не сознательно, а подсознательно как часть Божественного Плана. Эта идентификация частных добродетелей с общественными была разрушена публикациями «Басен о пчелах» (The Fables of the Bees, 1714-29) под саркастическим подзаголовком «Частные пороки, общественные выгоды» (Private Vices, Public Benefits) Бернардом Мандевилем, голландским врачом, который приехал в Англию, когда ему было 29 лет. Скандальный аргумент Мандевиля был прост: личный интерес на самом деле был моральным пороком, который, однако, способствовал экономическому процветанию, а значит, и общественным выгодам как непреднамеренные последствия действий, предпринимаемых исключительно по частным и порочным причинам. Короче говоря, имелась гармония частных и общественных интересов, но не благодаря Божественному Провидению, а из-за того, что Адам Смит позднее назвал “невидимой рукой”, направляющей каждого индивида, чтобы способствовать процессу, который не был частью его намерения.
Сатира Мандевиля — общество как улей, производящий мед, хотя каждой пчелой движет жадность и жажда — была преднамеренно сделана такой обидной, чтобы содействовать пересмотру традиционных воззрений: потребление предметов роскоши ради привлечения к себе внимания, мода на импортные вещи, преступления, и даже естественные бедствия, такие, как лондонский пожар 1666 года — все это стимулирует «разделение труда» (division of labour, термин Мандевиля) и способствует оживленной торговле и полной занятости, а такие предполагаемые достоинства, как бережливость и милосердие, способствуют обеднению и стагнации. «Басня о пчелах» широко обсуждалась в XVIII столетии и критиковалась всеми ведущими мыслителями. Нет сомнений, что именно о ней думал Адам Смит, когда писал «Богатство народов». И все же он принял основу доктрины Мандевиля о непреднамеренных социальных последствиях, хотя в основном отверг ее форму. Мандевиль утверждал, что «частные пороки искусным управлением опытного политического деятеля могут быть обращены в общественные выгоды», и в его работах меркантилистская вера в важность поддержания благоприятного торгового баланса заглушает время от времени звучащие намеки на принцип невмешательства государства в экономику. Смит, напротив, считал, что именно механизм конкуренции, а не мудрость политических деятелей обращает частные пороки в общественные выгоды.