http://www.rus-obr.ru/blog/32416
13/07/2014 - 12:51.
Все вокруг говорят сейчас об "удивительной честности, принципиальности и последовательности" покойной Новодворской - а мне вспоминается одна история из бульварной прессы...
Но начну издалека.
Вообще мне претит критически отзываться о покойниках. Но Валерия Ильинична облегчает задачу: помимо того, что ничего хорошего о ней (кроме пресловутой "принципиальности", о коей речь впереди) сказать невозможно - она еще и представляет собой в высшей степени яркий и законченный человеческий тип.
Тип, который повторяется - хоть и нечасто. Новодворская мертва, Стомахин - еще нет; однако, если не считать пола, эти двое схожи друг с другом, как однояйцевые близнецы. И это дает возможность говорить не о человеке по имени В.И. Новодворская, который вчера еще был жив, а сегодня умер - а об этом человеческом типе, выступающем перед нами как некий парадокс и соблазн.
Я писала уже об этом применительно к Стомахину - апостолу Зла, человеку, самоотверженно и даже героически отстаивающему отвратительную идею.
Мы воспитаны в почтении к принципиальности - и, видя, как кто-то жертвует собой ради откровенной мерзости, первым делом задумываемся и вопрошаем себя: ну, может, это не такая уж мерзость? А вдруг в ней что-то есть? Там, где более низменные соблазны оказываются бессильны - делает свое дело соблазн подвижничества и жертвенности.
Такие люди, как Новодворская и Стомахин - действительно своего рода подвижники.
Человек посвящает жизнь одному делу, одной задаче: нести в массы ядовитую херню.
Эта его деятельность вполне (по крайней мере, для него самого) идеалистична. Его слова не переходят в дело. Он не зарабатывает миллионы, не получает всеобщего признания, не приходит к власти, да к ней и не стремится... он просто несет херню. Ядовитую.
Люди вокруг него взрослеют и стареют, сходятся и расходятся, переживают взлеты, падения и разные перевороты, многое в своей жизни переосмысляют, сжигают то, чему поклонялись, и поклоняются тому, что сжигали... с презрением смотрит он на все это "слишком человеческое" мельтешение - а сам стоит, как незыблемый утес, и только несет ядовитую херню. Одну и ту же. Годами. Десятилетиями.
У него нет детей, у него нет гнезда; да что там - он и сексом-то не занимается! Не собирает тленных богатств, не стремится ни к славе, ни к любви народной, ни к душевной гармонии, ни к познанию тайн Вселенной - только несет и несет ядовитую херню.
Даже на собственное тело и здоровье плюет он настолько, что своим видом неприятно поражает окружающих и превращается в визуальный мем. Подобно отшельнику в дебрях Индостана, от всего удаляется, всем пренебрегает, все попирает ногами - кроме любезной его сердцу ядовитой херни.
Раздраженные власти хватают его, грозят ему страшными муками, бросают в тюрьму или в психушку - но и из застенков глухо доносится до нас все та же ядовитая херня.
Можно ли этим восхищаться? Возможно ли, чтобы верность идеалам обладала самоценностью - независимо от качества самих идеалов?
Думая об этом, я вспоминаю известную историю из бульварной прессы - о человеке, который хотел быть съеденным.
Некий идеалист, то ли в Германии, то ли в Голландии, явился однажды на интернет-форум, посвященный различным девиациям, и рассказал там о своей заветной мечте.
Всей душой был он предан идее людоедства - и желал воплотить ее в жизнь. Нет, не самому кого-нибудь слопать - боже упаси, он был законопослушный гражданин: он мечтал отдать жизнь за идею, позволив съесть себя самого. Долго искал он, но в конце концов нашел единомышленника, столь же преданного людоедству, так сказать, в активной форме - встретился с ним и дал себя сожрать.
Этот сожранный, безусловно, был последователен и предан своей идее до конца. Молодой еще человек, он пожертвовал всем, чего мог желать от жизни, и даже самой жизнью - ради предельной верности своим принципам. Но можно ли восхищаться его поступком?
- Боже праведный, - воскликнем мы хором, - да чем тут восхищаться?! Он просто псих!
А чем восхищаться, когда человек небесталанный, сильный духом, изначально, быть может, на многое способный - отдает себя на съедение Ядовитой Херне?
Истина узнается не по тому, насколько ее адепты ей преданы. Нет такого бреда, у которого не найдется фанатичных сторонников.
Если вообще возможно судить об истинности учения по его последователям - критерии здесь совсем иные.
Истина не пожирает - и не требует отдавать себя ей на съедение.
Истина не уродует. Борьба за истину может оставить шрамы на лице или сделать тело изможденным - но не превратит тебя в безобразную бесформенную тушу.
Истина не кипит от злобы, не брызжет слюной, не визжит и не сыплет проклятиями. Даже вступая в смертельную схватку, она не отнимает у своих последователей их человеческое достоинство.
Истина не отнимает простых радостей жизни. Не обрекает на бессмысленные муки.
Не затмевает твой взор, словно осколок грязного стекла в глазу, заслоняя и очерняя все вокруг, обесценивая все, кроме себя самой. Вкус истины порой бывает горек, но послевкусие ее сладко. Плод истины - любовь, а не злоба, радость и полнота жизни, а не отчаяние и смерть.