Возможно, в этой истории есть доля преувеличения. О хоккеистах, тем более о таких, как Сологубов, легенды складываются и при жизни. Но Сологубов мог так сказать. Мог! Он был жаден до хоккея. И за традиционные рамки, отведенные в те годы для защитников (защитник должен обороняться и только бороняться), выходил он потому, что, видимо, не желал спокойной жизни даже на мгновение. Все-то мало ему было!
Защитник будущего должен быть колюч, что бы соперник, проходя мимо, обязательно укололся. Защитник будущего должен видеть поле. Он должен уметь дать длинный пас. Должен подключваться так, что бы соперники трепетали. Защитник будущего… Впрочем, почему будущего? Да это же портрет Сологубова. И играл он так еще в конце 50-х годов. Партнер Сологубова Иван Трегубов тоже получил свою долю признания: в 1958 и 1962 годах его называли лучшим защитником чемпионатов мира. А после турнира в Осло прозвали Рваном Грозным. Почему? Да потому, что Трегубов в ближнем бою был грозою для нападающих. Впрочем, не меньше опасались его вратари и защитники соперников: бросок у Трегубова был такой силы, что шайбы, попав в штангу, часто раскалывались. Да, да, раскалывались! После тренировок в мороз, на открытом возрасте в Свердловске не одну, как рассказывают, шайбу списывать пришлось.
Трегубов ушел из сборной годом раньше своего постоянного партнера и друга. Ушел с одной лишт медалью чемпиона мира. Однако и по сей день идут споры, можно ли кого-нибудь из многократных титулованных защитников 69-х годов сравнивать-да,да, только сравнивать-с этой замечательной пары. Но не будем вдаваться в схоластические дискуссии. И не только потому, что хоккей стал иным. Ведь вспомните, Сологубов и Трегубов, впервые увидели шайбу в том возрасте, в каком некоторые из нынешних защитников стали подумывать: а не пора ли на покой.
-В профессиональных командах высшей лиги для защитников Рагулина и Иванова, безусловно, нашлось бы место…..
В устах канадца-а слова эти принадлежат Джеку Маклеоду, нападающему, играющему тренеру сборной Канады-более высокой похвалы нет. И удоставиваются ее немногие.
В 1958 году в воскресенском «Химике» появился новый защитник Саша Рагулин. В табели о рангах занимал он в команде последнее место-да и на что может рассчитывать новичок, имеющий лишь юношеский разряд! Правда, и у него были свои достоинства-играл Рагулин на вилончели. Но между смычком и клюшкой не слишком много общего.
Чуть позже в «Химике» появилось еще двое Рагулиных-Толя и Миша. Но идее фикс тренера воскресенцев Николая Эпштейна (он мечтает создать целое звено, скрепленное не только игровыми, но и братскими узами) не суждено было воплотиться в жизнь. Вкусы у братьев разные-Анатолия прельстила многотрудная вратарская жизнь, Михаил предпочел роль нападающего, Александр же, или, вернее Саша, остался защитником. И произошло это в конце 50-х годов. Десять лет спустя даже тренеры не называли Рагулина Сашей. А о партнерах и говорить нечего. С подчеркнутым уважением именуют они его Александр Павлович-в игре то особенно не разговоришься-Сан Палыч. Иначе и нельзя:нет Рагулину равных в ЦСКА по стажу-свой первый чемпионат мира отмечал он еще в 1961 году, будучи защитником «Химика».
Рослый. Косая сажень в плечах. Ему бы не в хоккей-в кино богатырей былинных играть. Да и в действии Рагулин эффектен. Прижмет соперника к борту-по залу гул долго идет. Однако он,-видно, сказывается богатырский характер-не любит силу попусту показывать. Он соперника-то укладывает на лед словно бы извиняясь: что поделаешь-таков уж хоккей!
Годы, разумеется, не молодят. И после чуть ли не каждого из последних чемпионатов мира раздавались голоса: поря бы Рагулину и на покой. Но подходил срок следующего чемпионата, и снова появлялся Рагулин на льду в составе сборной СССР. Конечно, уже не так часто ловил он нападающего из чужой команды на силовой прием. Иной раз и обгоняли его-ведь скорость уже не та! Но Рагулин словно бы знает заранее путь, по которому намеревается идти форвард к воротам. Знает и не тратит силы попусту-поджидает соперника именно там, откуда грозит сборной СССР опасность. Ну, а когда свершится неизбежное и отнимет, Рагулин у нападающего шайбу, он не медлит ни мгновения:длинный пас-и кто-либо из партнеров Александра уже мчится вперед, зная, что шайба, посланная этим защитником, не запоздает. Пожалуй, никто не умеет так звонко отстучать букву «А» в слове «А-ТА-КА».
Мужественный хоккеист-это тавтология:не принято же говорить «масло масляное»! И тем не менее даже тренеры, обычно скупые на похвалы, всегда называли Эдуарда Иванова мужественным защитником. Жизнь Иванова в хоккее не была безоблачной. И даже-вот ведь парадокс!-лучшим игроком турнира в Инсбруке был признан не как защитник, а как нападающий. Среди хоккеистов немало людей вспыльчивых, и мужественных. Но эти качества у Иванова были особого рода. Он действительно забывал о тактических законах хоккея. Но забывал лишь тогда, когда его партнеру приходилось плохо, когда Иванов спешил-не мог не спешить-к нему на выручку. И шайбу он принимал на себя тоже не из любви, так сказать к искусству, а для того, что бы отвести удар от товарища. Возможно, назвать Эдуарда Иванова спортсменом идеальным и нельзя, но идеальным товарищем он был. «В разведку с ним пошел бы каждый» так говорят об Иванове его партнеры и по сборной, и по ЦСКА-А ведь учтите-хоккеисты таких слов только для того, что бы сотрясать, воздух, не произносят.