Состав русской рати
По прибытии княжеских войск в Коломну они были сведены в полки, каждому из которых назначили воеводу: большому полку, в который вошли коломенцы, владимирцы, юрьевцы, костромичи и переяславцы, — Дмитрия Ивановича; полку правой руки — Владимира Андреевича; полку левой руки — брянского князя Глеба; передовому полку — всеволжских князей Дмитрия и Владимира; сторожевому полку — оболенского князя Семена Константиновича, тарусского князя Ивана, воевод Андрея Серкизовича и Михаила Ивановича. Засадный полк должен был сформироваться перед боем под командованием князя Владимира Андреевича и воеводы Дмитрия Михайловича Боброка-Волынца, брянского князя Романа Михайловича, кашинского князя Василия Михайловича и князя новосильского. Ополчение составляли «молодшие» люди из горожан и ремесленников, некоторых из них называет новгородский хронограф: Юрка Сапожник, Васюк Сухоборец, Сенька Быков, Гридя Хрулец.
Вопрос о построении русских войск на Куликовом поле и их составе в начале XXI века подвергся более тщательному изучению. Д.А. Моисеев, основываясь на работах И.И. Срезневского, Ф.П. Сороколетова и словарях древнерусского языка, считает, что выражение «передовой полк» впервые встречается во второй половине XV века в Симеоновской летописи в эпизоде построения полков московского князя Ивана Васильевича в новгородском походе 1478 года. Это опровергает созданную А.Н. Кирпичниковым традиционную схему расположения войск во время битвы, одной из составляющих которой был именно передовой полк, наряду со сторожевым, большим, засадным, полками правой и левой руки. Кроме того, согласно «Словарю древнерусского языка XI-XVII веков», слово «засада» в значении 'отряд, укрывшийся в лесах для внезапного нападения на врага' датируется XVI–XVII веками. Поэтому вполне вероятно, что понятие «засадный полк» не существовало в конце XV века. Упоминание о «заднем полке» или резерве также не встречалось в древнерусских источниках. В наиболее ранних памятниках о Куликовской битве, к сожалению, не содержится сведений о построении войска. Остается лишь предположить, что войско было устроено по схеме трехчастного деления, которая использовалась в битве на Воже 1378 года и подтверждена доподлинно источниками.
В войске были представлены все социальные слои, а собрали его из разных земель. По свидетельству летописцев, его составили рати из Пскова, Брянска, Тарусы, Кашина, Смоленска, Новосиля, Ростова, Стародуба, Ярославля, Оболенска, Мологи, Костромы, Ельца, Городца Мещерского, Мурома, Кеми, Каргополя, Андома, Устюга, Коломны, Владимира, Юрьева, Белоозера, Переяславля-Залесского, Дмитрова, Можайска, Серпухова, Звенигорода, Боровска, Углича, Суздаля, кроме того, полоцкая рать князя Андрея Ольгердовича и войско воеводы Боброка из Волыни.
Бо́льшая часть войска состояла из русских, что давало Дмитрию Донскому преимущество перед Мамаем с его разноплеменным войском. В сражении официально не принимали участия Тверская, Новгородская, Нижегородская, Рязанская и Смоленская земли. Но отдельные князья и бояре этих земель все же сражались на Куликовском поле, что говорит об общерусском характере битвы.
Больше всего вопросов связано с участием в сражении новгородской рати. Самый ранний источник — «Задонщина» — упоминает о семитысячной рати новгородцев: «И как слово изговаривая, уже бо яко орлы слетешеся, и выехали посадникы из Великого Новагорода 7000 к великому князю Дмитрию Ивановичу и брату его князю Владимиру Ондреевичу на пособье к славному граду Москве». С.Н. Азбелев упоминает о двух храмах, построенных в 1381–1382 годах в Новгороде — Дмитрия Солунского и Рождества Христова. Историк изучил краткую летопись храма Дмитрия Солунского, из которой следует, что храм был возведен «по обещанию великаго князя Димитрия Донского». Еще одно доказательство участия новгородцев в битве находится в открытой Азбелевым Новгородской Погодинской летописи, в которой говорится, что церковь Дмитрия Донского была заложена «по завету о победе на Мамая», а также в краткой редакции летописи, где сказано, что эта церковь — «обещанная, чтобы Бог пособил победити Мамая безбожнаго князю Димитрию». Что касается храма Рождества Христова, то, согласно синодику XVIII века, Дмитрий Донской назван среди других четырнадцати главных строителей храма. Наконец, в синодике церкви Бориса и Глеба на Торговой стороне содержится поминовение «на Дону избиеных братии нашей при велицем князи Дмитреи Ивановичи».
|