[Виталий Политов]

Сражение, произошедшее на Куликовом поле, нашло отражение в целом ряде памятников древнерусской литературы, точнее, в так называемом Куликовском цикле. В него входят:
«Сказание о Мамаевом побоище» — наиболее подробное и детальное повествование о событиях Куликовской битвы. Содержит сведения, в других источниках не встречающиеся. В то же время у исследователей возникает много вопросов касательно точности и достоверности деталей этих сведений. «Сказание» известно в десяти различных редакциях, сохранилось в более чем 150 списках. При этом оно — наименее изученный памятник Куликовского цикла. Самый ранний список «Сказания» датируется началом – первой половиной XVI века, а создано оно было, по-видимому, не позднее конца XV века, хотя Д.С. Лихачев относит его к первой четверти XV века. Автор «Сказания» неоднократно обращался к «Задонщине», о чем говорит ряд текстуальных совпадений, а также к устным источникам — легендам и преданиям.
«Задонщина» — по сути, не описание событий, а «лирический отклик» на них. Самые ранние списки относятся к концу XV века. Написано же произведение было, скорее всего, в 80-е годы XIV века, то есть вскоре после Куликовской битвы. Известно и имя его создателя — Софоний Рязанец, хотя в науке XX века факт его авторства подвергается сомнению. В «Задонщине» сознательно используется материал «Слова о полку Игореве»: последнее повествует о несчастьях, вызванных княжескими междоусобицами, первая — о позитивных последствиях объединения Руси. Всего известно шесть списков «Задонщины», два из которых содержат только небольшие фрагменты памятника. Самый ранний — список Ефросина — датируется 1470-ми годами. «Задонщина» отличается пестротой стиля: в тексте встречаются как поэтические, так и прозаические отрывки, напоминающие деловые документы.
Летописная повесть о Куликовской битве — существует в двух редакциях: краткой и пространной. Рассказ Рогожского летописца и Симеоновской летописи «О великом побоище иже на Дону» представляет собой Краткую летописную повесть, или, точнее, «Летописный рассказ», так как, в отличие от Пространной летописной повести, он не содержит стилистических черт жанра летописной повести. По мнению М.А. Салминой и других, именно «Рассказ» послужил первоначальной основой для Пространной летописной повести, исходный вариант которой читается в Софийской I летописи старшего извода и Новгородской IV старшей летописи. Пространная повесть в несколько раз больше краткой и содержит ряд новых исторических данных о битве: сбор русских войск в Коломне, приход на помощь Дмитрию Андрея Ольгердовича Полоцкого и Дмитрия Ольгердовича Брянского, послание от игумена Сергия, переправа русских войск через Дон и др. Создана она была, по-видимому, в 40-х годах XV века, хотя эту датировку нельзя считать окончательной. Летописные рассказы о Куликовской битве содержатся также в Новгородской I летописи младшего извода.
Условно все памятники Куликовского цикла можно разделить на две группы: художественно-поэтические («Задонщина» и «Сказание») и летописные (Пространная и Краткая летописные повести).
Кроме того, к важнейшим источникам относят синодики, содержащие поминовение о погибших в битве, княжеские грамоты, рукописные книги, а также разрядные записи, которые подробно расписывают полки, участвовавшие в Донском сражении. Отзывы о Куликовской битве можно найти в «Слове о житии и преставлении великого князя Дмитрия Ивановича», в житии Сергия Радонежского (XV век), в «Большой челобитной» Ивана Пересветова (первая половина XVI века), в «Истории о Казанском царстве» (XVI век), «Ином сказании» (1606 год), «Степенной книге», «Синопсисе», «Скифской истории» А.И. Лызлова. Куликовская битва также нашла отражение в русском и южнославянском фольклоре, в сочинениях иностранных авторов XV–XVI веков.
Краткие сведения о Куликовской битве встречаются у орденских хронистов: Иоганна Пошильге, Иоганна Линденблата и Дитмара Любекского.
Первые представления о битве формировались на основе рассказов участников-«самовидцев» ориентировочно в 10-е годы XV века.