«сбалансированной». От схоластов отмахивались еще более бесцеремон-
но, объявляя их невежественными средневековыми моралистами, неиз-
менно настаивавшими на том, что «справедливая» цена должна покры-
вать купцу издержки производства с добавлением разумной прибыли.
Затем классические работы 1930—1940-х гг. по истории экономиче-
ской мысли переходили к изложению и преимущественно прославлению
достижений нескольких выдающихся фигур после Смита. Рикардо си-
стематизировал Смита и был доминирующей фигурой в экономической
теории до 1870-х гг.; затем «маржиналисты» Джевонс, Менгер и Валь-
рас слегка подкорректировали «классическую экономическую теорию»
Смита—Рикардо, подчеркнув важность отдельной дополнительной еди-
ницы блага в отличие от целых классов благ. Затем рассказ переходил
к Альфреду Маршаллу, мудро интегрировавшему рикардианскую тео-
рию издержек в якобы односторонний подход австрийцев и Джевонса,
делавших упор на спрос и полезность, что привело к созданию совре-
менной неоклассической экономической теории. Невозможно было про-
игнорировать и Карла Маркса, который трактовался в соответствующей
главе как путаный последователь Рикардо. В результате историк мог
состряпать свой рассказ, ограничившись четырьмя-пятью «крупными
фигурами», каждая из которых, за исключением Маркса, добавила не-
сколько новых строительных блоков в здание непрерывного прогресса
экономической науки, история которого, по существу, представлялась
как движение вперед и вверх, к свету3.
Разумеется, после Второй мировой войны в пантеон был включен
Кейнс, составивший новую кульминационную главу в развитии и про-
грессе науки. Кейнс, любимый ученик великого Маршалла, понял, что
старик упустил из виду то, что позднее было названо «макроэкономи-
кой», так как делал упор исключительно на микроэкономику. И Кейнс
добавил макроэкономику, сосредоточившись на изучении и объяснении
безработицы — феномена, который все его предшественники почему-то
не включали в общую экономической картину или отметали, легкомы-
сленно вводя для своего удобства «предположение о полной занятости».
С тех пор господствующая парадигма оставалась в основном неизмен-
ной, хотя в последнее время небо на горизонте стало заволакиваться ту-
чами. Прежде всего такого рода история непрерывного движения вверх
благодаря «великим людям» требует периодического добавления новых
последних глав. «Общая теория занятости, процента и денег» Кейнса бы-
ла опубликована в 1936 г., т.е. сегодня это работа уже почти шестидеся-
тилетней давности. За это время не мог не появиться новый «великий че-
ловек», вписавший последнюю главу. Но кто это? Какое-то время на эту
роль претендовал Шумпетер с его современным и вроде бы реалистиче-
ским акцентом на «инновациях». Но это направление с треском провали-
лось — возможно, из-за понимания того простого факта, что фундамен-
тальная работа Шумпетера (или «ви дение», как он сам ее проницательно
назвал) была написана за два десятилетия до «Общей теории». С 1950-х гг.
|