http://magzdb.elibrary.keenetic.pro/...84%96%2049.pdf
Огонек № 49 (1642) 30 ноября 1958 года
Забит последний гол, поставлена последняя подпись под судейским протоколом, и спартаковцы
почетным маршем прошли мимо
трибун. Это торжественное шествие футболистов и ладное, шаг
к шагу рукоплескание зрителей
как бы подводили итоговую черту
трудному, полному бурных событий году, отмеченному радостями
побед и горестями поражений, которых, к сожалению, было больше, чем все мы ждали.
Советская команда потерпела
неудачу на генеральном футбольном смотре в Гётеборге и Стокгольме, неудачу примечательную,
ибо команда показала образцы
дружбы, волевых качеств, блеснула скоростью, напором, коллективными действиями и все же ушла с
поля, опустив голову.
Тренерам, было над чем задуматься, пристально и неторопливо
изучить причины поражений, но
они, видимо, не поняли их или недооценили и ограничили свои выводы поисками нового состава.
Последний же удар, нанесенный
на лондонском стадионе Уэмбли,
как бы он ни был эпизодичен, подчеркнул наши технические и тактические просчеты и, словно луч вечернего солнца, бросил длинную
тень на весь сезон.
Впрочем, расскажем все последовательно.
Танцуя от шведской печки...
Уходящий сезон несет на себе
печать шведского турнира, который показал большую и красочную картину современного футбола, его принципы, теории, технические новинки, разнообразие стилей, манер, тактических построений.
Всемирный чемпионат — это
своеобразная «ярмарка футбольных новшеств», на которой теоретики и практики этой увлекательной игры скрестили шпаги и проверяли стойкость и жизнеспособность своих формул. Шпаги звенели на страницах газет и на
пресс-конференциях, где тренеры
с напускной важностью излагали
свои идеи, а на зеленом поле мячи влетали в сетку ворот, разрушая одни принципы и утверждая
другие. И лучших аргументов
в споре придумать было нельзя.
Вот почему весь разговор о футболе нынешнего сезона следует
вести, только «танцуя от шведской
печки».
Когда всемирный чемпионат
кончился и команды вернулись на
родину, их по-разному встретили
соотечественники: аргентинцы попали под каменный дождь и оглушительный свист, от которого трещали барабанные перепонки, а
чемпионы мира — бразильцы —
стали национальными героями: их
принимал президент, им дарили
автомашины и даже дома, называли их именами улицы и вели
кампанию за то, чтобы город Пау
Грандэ назвать в честь знаменитого форварда городом Гарринша.
Экспансивные южноамериканцы
по-своему отмечали футбольные
Гарринша и Б. Кузнецов в борьбе
за мяч.
горести и радости. Это — дело их
нравов.
Но все специалисты — тренеры
и менеджеры команд — обратили
свои взоры на бразильский коллектив не столько потому, что он
завоевал футбольную корону,
сколько потому, что бразильцы
блеснули гармоничным сочетанием техники, тактики и скорости — тремя китами, на которых
стоял «мир» их высокого класса.
Но одни специалисты обратили
внимание на оригинальное построение линии нападения, на тонкую комбинационную игру, на взаимодействия всех звеньев команды, а другим вскружила головы так
называемая система «четырех защитников», которая принесла успех бразильцам.
Формула этой системы выглядит
так: четыре защитника за счет оттянутого назад полузащитника, два
полузащитника за счет оттянутого
назад форварда и четыре нападающих. По внешнему виду эта
схема укрепляет ближний эшелон
обороны.
Судьба «четырех защитников»
Бразильская новинка, привезенная из-за океана на гётеборгский
стадион «Нью Уллеви», была неожиданностью для австрийцев и
некоторых других команд, но не
испугала англичан, которые, как
известно (единственные!), устояли
под напором южноамериканцев и
не пропустили ни одного мяча.
Следует сказать, что бразильцы
применяли подобную расстановку
игроков оборонительной линии не
всегда и меняли ее в зависимости
от индивидуальных особенностей
соперников. К тому же двое из
четырех защитников, а именно О р *
ландо и Беллини, ктк правило, играли впереди, и лишь крайние,
Н. и Д. Сантосы, оставались «чистыми» сторожами своих ворот с
флангов.
Мне удалось четырежды наблюдать за игрой нашумевшей бразильской оборонительной четверки, и только один раз (против англичан) она более или менее строго придерживалась «ровной линии» обороны, а в остальных случаях центральные защитники уходили несколько вперед, иногда
даже увлекались и были наказаны
голами.
Несомненно, бразильская расстановка игроков — продуманная
схема, в которой чувствовалась
тревога тренера за свои ворота и
желание сохранить наступательный стиль команды.
Ему это удалось только благодаря специальному подбору игроков, отлично владеющих мячом, с
хорошим тактическим мышлением
и, я бы сказал, с творческой фантазией.
Но некоторые специалисты решили скопировать бразильцев,
бить их, так сказать, тем же оружием, не обладая, однако, необходимым для этого ансамблем
игроков. И получилось так, как
бывает с людьми, не умеющими
владеть оружием: пули летели мимо цели...
Так случилось с футболистами
Уэльса, Северной Ирландии и в
какой-то степени с тренерами нашей команды, которые не были
знакомы ни с теорией этой тактики, ни с ее практикой. Результат,
конечно, сказался немедленно: наши футболисты заняли позиции
«четырех защитников», совершенно им незнакомые, и, конечно,
спутали свои, а не чужие карты.
Бразильцы же через три минуты
после начала матча добились первого успеха и продолжали играть
в наступательном стиле, выдвинув
к центру поля двух защитников.
Избрав неправильную тактику, мы
тем самым добровольно уступили
свойственную советским футболистам атакующую игру и потерпели
поражение. Так неудачно кончилась наша попытка применить новую для нас расстановку футболистов.
Бразильская «А Газетта», выходящая в Сан-Пауло, писала тогда:
«...русские избрали неправильную
тактику. Их устраивала ничья, поэтому они остановились на оборонительном варианте, видимо, чуждом им и недостаточно разработанном».
Интересно, что сами бразильцы применили систему «четырех защитников» только для данного состава своей сборной и только для
шведского турнира. Попытки некоторых клубных команд Рио-де-Жанейро и Сан-Пауло применить этот
вариант не только не принесли
успеха, но, по свидетельству
французской газеты «Экип», вызвали резкий протест специалистов и спортивных комментаторов.
Даже французский журналист
Габриэль Ано, известный апологет
оборонительной игры, который восторженно говорил мне о системе
«четырех защитников» и видел в
ней эволюцию футбола в сторону
усиления оборонных функций, недавно вынужден был признать:
«Система бразильцев логична и
закономерна в атаке, но она лишена здравого смысла в обороне...
и едва ли останется на вооружении других команд. Специалисты
быстро раскусят ее слабые стороны...»
Может быть, не стоило так много говорить об этой эпизодической схеме, которая своей внезапностью и необычностью принесла
удачу чемпионам мира, а сейчас
находится в стадии затухания. О д *
нако мне кажется, она привлекает
некоторых наших тренеров именно
своей оборонительной прочностью
и является еще одним видом
принципа «безопасность прежде
всего», но на сей раз прикрытым
бразильским авторитетом.