https://ic.pics.livejournal.com/viko...9_original.jpg
…Тут мы ненадолго отвлечёмся – поскольку за шесть лет до описываемых событий Альбион уже попытаются взять в блокаду – и затеет это наш Павел Петрович... (Русский император разочаруется в европейских коллегах после Швейцарского похода Суворова – а британцы вызовут гнев магистра Мальтийского ордена, захватив одноимённый остров… Собственно, до них это уже успел сделать Наполеон – но та обида забудется; во-первых, Первый консул – это уже не какой-нибудь якобинец: «с ним можно иметь дело». Во-вторых – француз польстит императору-рыцарю, вернув шесть тысяч русских пленных – за свой счёт, переобмундированных, со знамёнами и при оружии… Павел устанавливает в Зимнем бюст вчерашнего врага – и начинает готовить поход на Индию!..)
…Тем временем англичане неосторожно захватывают по пути в Петербург несколько датских кораблей… реакция следует мгновенно: «…таковое покушение приемля Мы в виде оскорбления, самим нам сделанного, и обеспечивая собственную нашу торговлю от подобных сему наглостей, повелеваем: все суда, английской державе принадлежащие, во всех портах Нашей империи арестовать и на все конторы английские и на все капиталы, англичанам принадлежащие, наложить запрещение…» Суда мгновенно отпустят!..
…Тем не менее, уже в октябре 1800-го Коммерц-коллегия (президентом каковой, между прочим, в тот момент был более известный нам в качестве поэта Гавриил Державин)… так вот – ведомство предлагает арестовать «…все товары, действительно англичанам принадлежащие, у кого, и с каким бы посторонним товаром они не находились». Как водится, санкции вызовут множество, что называется, «непросчитанных последствий» – да и просто переполох; отечественные ритейлеры «…у коих запечатаны английские товары, всеподданнейше просят Государя Императора о всемилостивейшем дозволении распродать оные товары… в связи с тем, что большая часть денег за те товары ими заплачена, и что теперь лучшее время к розничной продаже». Английские купцы, со своей стороны, запросятся в «вечное подданство Государя Императора Павла Петровича, причислиться к российскому купечеству и мещанству, дабы пользоваться всеми правами и выгодами, какие этим званием предоставлены по закону».
…Добавим многочисленные злоупотребления, уловки и прочие «оптимизации»… одним словом – в марте нетерпеливый император издаёт указ (многие сочтут его «безумным») «…чтобы из российских портов и пограничных сухопутных таможен и застав никаких российских товаров выпускаемо никуда не было без особого Высочайшего повеления». Документ подписан 11 числом – а уже ночью императора убьют…
…Вернёмся к Наполеону. Суть Берлинского декрета (год спустя дополненного Миланским) была предельно проста (и во многом повторяла указы нашего Павла) – Британии объявляется блокада; её суда не принимаются в европейских портах; торговые грузы и склады подлежат конфискации, а подданные – аресту. (В 1810-м, развивая тему, контрафактные вражеские товары начнут сжигать!..) Помимо Франции в Континентальную систему войдут Нидерланды, Голландия, Испания и Дания; позже – Россия, Пруссия, Австрия и Швеция. (Не сто́ит и говорить, что Александр I сначала отменит блокаду, объявленную своим отцом; а летом 1812-го – и наполеоновскую). Окончательно она рухнет в 1814-м, после отречения императора…
PS: …Все эти годы Владычица морей выкручивалась, как могла: за счёт, в основном, контрабанды – и различных «антисанкций»… (А также, в меру сил, воюя с Наполеоном, разумеется!) Принято считать, что блокада не имела особого успеха (а в России приведёт к росту цен на импорт и девальвации бумажного рубля). Однако, некоторые специалисты указывают: подорожание, скажем, кофе и чая скажется, разве что, на аристократической верхушке – а падение стоимости ассигнаций будет помещикам только на руку… хозяйство-то было, фактически, натуральным!.. Подсчитано, что число отечественных фабрик за десять лет с 1804 года возрастёт на треть. (Кстати, похожие цифры есть и по Франции… Получается – продержись континентальная Европа ещё какое-то время – и промышленной монополии англичан пришёл бы конец?..) Впрочем, это – совсем другая история.