http://www.ng.ru/editorial/2016-05-27/2_red.html
27.05.2016 00:01:00
Лидер Партии прогресса искусственно выведен за рамки системы, в отличие от Касьянова и Явлинского
Фото Reuters
Алексей Навальный укрепляет свою репутацию трудного партнера по коалиции. Из-за споров о лидерстве с Михаилом Касьяновым он покинул Демкоалицию, а теперь раскритиковал и «Яблоко» за отказ выдвинуть Любовь Соболь по Центральному округу Москвы. По словам Навального, в «разрешенных в России партиях нет дебатов и конкуренции, соответственно и депутатов не будет». В «Яблоке» уже заявили, что консультации с Навальным будут продолжены, хотя, как писала в среду «НГ», многих в партии задели его комментарии.
Говоря о способности лидера Партии прогресса и основателя Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) вступать в политический союз, важно учитывать два общеизвестных фактора. Во-первых, Навальный – один из наиболее успешных оппозиционных политиков в стране. Допущенный к выборам мэра Москвы в 2013 году, он сумел навязать борьбу Сергею Собянину и едва не добился второго тура. Он стал лидером зародившегося в декабре 2011 года протестного движения. Другими словами, Алексей Навальный – способный политик со вполне оправданными амбициями, чувствующий, что лидерство на оппозиционном фланге принадлежит ему по праву.
Второй фактор – непреодолимые трудности, с которыми Навальный сталкивается в рамках российской политической системы и законодательства. В 2013 году он был приговорен к пяти годам колонии условно по «делу «Кировлеса», а в 2014 году – к 3,5 годам условно по «делу «Ив Роше». Следовательно, по российским законам он не может избираться в депутаты Госдумы этой осенью. Возглавляемая им политструктура Партия прогресса (ПП) не получила регистрации, следовательно, тоже не может самостоятельно выдвигать одномандатников или составлять партийные списки. То есть амбициозный политик Навальный вынужден искать партию, которая готова воспользоваться энергией, знанием, опытом людей из ФБК или ПП.
Такую форму взаимодействия сложно назвать полноценной коалицией или союзом. Коалиция и союз предполагают, что партия или политик в принципе могут самостоятельно участвовать в выборах или отстаивать какую-то повестку дня уже в самом парламенте, но понимают, что для достижения результата им определенно не хватает голосов или мандатов. Навальный и его партия, в свою очередь, ограничены в маневрах. Разрывая связь с другими оппозиционными структурами, они оказываются за пределами политической системы и возвращаются к состоянию до декабря 2011 года, когда было можно вести блог в Интернете или на свой страх и риск выходить на площадь, но выборы казались недоступной сферой.
Сам Алексей Навальный и его сторонники не относятся к числу строго антисистемных политиков, которые желают сохранить чистоту, постоять в стороне и дождаться, пока режим падет, а благодарные граждане принесут им власть на блюдечке. Все в том же 2011 году именно Навальный агитировал за вполне системный вариант голосования за любую партию, кроме «Единой России», а не за порчу бюллетеней, к чему призывал, например, Борис Немцов. И нынешний спор с «Яблоком» вызван тем, что в ЦАО, по мнению Любови Соболь, есть возможность «политически влиять на власть», в отличие от среднестатистического округа.
Критические выпады Навального в адрес партий, готовых принять его людей, обусловлены тем, что его, в отличие от Касьянова или Явлинского, вытеснили с площадки, на которой ведется политическая борьба. Чем дальше, тем сложнее ему будет убеждать сколько-нибудь широкий электорат в том, что это выдавливание было искусственным, а сам он – прирожденный оппозиционный лидер. Удобным и неконфликтным союзником для зарегистрированных партий и легальных политиков он станет в том случае, если смирится со своим положением и перейдет в режим добровольной помощи и консультирования. Но в такой ипостаси он, пожалуй, не опасен и для власти.