http://www.ng.ru/editorial/2007-09-11/2_red.html
24.06.2008
В последние месяцы мы видим немало признаков стабилизации иракской власти и ее растущей самостоятельности. Это и возросшее участие новой иракской армии в обеспечении безопасности. И налаживание обменов визитами с соседними странами, прежде всего с Ираном. И, наконец, намеченное проведение тендера на разработку иностранными компаниями месторождений нефти.
Новообретенная уверенность режима в себе проявилась и в процессе переговоров, которые Багдад и Вашингтон ведут по поводу условий дальнейшего пребывания войск США. С одной стороны, война продолжается, и Багдад пока никак не может обойтись без американской боевой поддержки. С другой – иракские власти пытаются ввести действия союзников в определенные рамки. Речь идет прежде всего об их попытке отказать коалиционным войскам в режиме экстерриториальности и праве на аресты гражданских лиц. Похоже, они не против того, чтобы установить конечную дату пребывания иностранных войск в стране.
Представители США со своей стороны всячески рекламируют в качестве главной уступки отказ от претензий на создание постоянных военных баз в Ираке. Однако масштабы требуемого ими присутствия – до 60 баз и гарнизонов, нежелание назвать конечную дату своего ухода – превращают это присутствие если не в постоянное, то по крайней мере в весьма долгое. Возражения иракцев в значительной степени обесценивают военные достижения коалиционных сил. Это ставит президента США Джорджа Буша в крайне неловкое положение, так как ему надо уже к началу осени продемонстрировать всесторонние успехи в Ираке. Только в таком случае он сможет ограничить негативное для республиканцев воздействие войны на ноябрьские выборы – президентские и в Конгресс.
Буш рассчитывает, что к установленному им сроку – концу июля – ему все-таки удастся уговорить премьера Нури аль-Малики принять предлагаемые условия. Скорее всего это так и произойдет, даже без значимых уступок с американской стороны – у Вашингтона достаточно рычагов влияния. Вместе с тем свое слово может сказать международное сообщество. Ведь в конце года истекает мандат СБ ООН на пребывание коалиционных войск в Ираке, и его понадобится продлить.
Как известно, в свое время Вашингтон не решился просить СБ ООН поставить на голосование вопрос о военной акции в Ираке из-за выявившейся оппозиции со стороны большинства членов СБ, включая Россию. Позднее, однако, уже в ходе войны США смогли заручиться мандатом СБ на пребывание в этой стране сил возглавляемой ими коалиции. По содержанию это был своего рода карт-бланш, который дал коалиционерам свободу рук. Показательно, что даже признанные самими американцами преступления военнослужащих не вызвали попыток в Совбезе пересмотреть этот мандат либо как-то отчитаться по нему.
Обсуждение в СБ вопроса о продлении мандата может послужить полезной цели – рассмотрению того, как он был использован, а также пересмотру условий пребывания в Ираке коалиционных сил. При этом, как представляется, необходимо поднять вопрос об установлении предельного срока пребывания этих войск. Причем в обозримом будущем.
Правомерно было бы включить в новый мандат ряд условий, которые выдвинул Багдад. Прежде всего это касается правил и норм соблюдения безопасности гражданских лиц и распространения на всех военных в этой стране юрисдикции иракского правосудия.
Российская дипломатия могла бы взять на себя активную роль в продвижении этой инициативы. Москва, как известно, с самого начала заняла принципиальную позицию, осудив вторжение в Ирак. В то же время все эти годы она вела себя пассивно по отношению к конфликту и никак не использовала иракскую карту для продвижения собственных интересов по другим направлениям в диалоге с Вашингтоном.
За этот же период США смогли совершить немало действий, прямо противоречащих интересам безопасности России (ПРО, сближение с Грузией и Украиной), и не выполнили свои обещания, включая отмену поправки Джексона–Вэника. Видимо, настало время для более активной дипломатии и на иракском направлении.