*1169. Китай
 

http://slon.ru/blogs/vizitey/post/577874/

Как Китай борется с роскошью

Евгений Визитей

07.04.11 | 13:56

В Пекине запретили рекламу элитных товаров
http://slon.ru/images2/china/luxury/RTXTMGO_450.jpg
[Фото: Reuters]

Недавно власти Пекина запретили наружную рекламу всего того, что называется предметами роскоши и люксовым сегментом. К 15 апреля из рекламного лексикона должны быть исключены слова «первоклассный», «превосходный», «топовый», «королевский», «элитный» и прочие указания на гедонистический образ жизни. Нарушение правила чревато штрафом до $4500. По словам пекинской мэрии, запрет на рекламу роскоши нацелен на создание более «справедливой и гармоничной» атмосферы в городе. С чем же так дисгармонирует пекинская наружка?

В первой половине марта многие городские фасады были украшены красными флагами: столица принимала XVII съезд Компартии Китая. На съезде много говорилось о необходимости восстановить социальную справедливость, которая несколько пошатнулась за три десятилетия бурного экономического роста. Китайский парламент утвердил пятилетний план экономического развития, центральная задача которого – сгладить противоречия между бедными и богатыми. Как я уже писал в одном из предыдущих постов, сглаживать придется много: таковы реалии китайского социализма с капиталистическим лицом.

Съезд закончился, и это лицо снова проступило на пекинских фасадах: Gucci, Armani, Aston Martin, Dior, Beijing Riviera, Orient Royal Mansion, – таких вывесок все больше и больше, их все труднее прикрывать красными флагами. Вступив в эпоху «первичного накопления кармы», Пекин и другие китайские мегаполисы переоценивают ценности. Некогда популярный даосский демотиватор «не желай богатства и роскоши, довольствуйся малым» сдан в архив истории молодыми мажорами на «Бентли» и «Феррари». Так же в 90-е поступила Москва со своим русским аналогом «не в деньгах счастье». Стараясь сбросить идеологические путы, дорвавшись до благ земных, взалкала.

В 2000-х настал черед китайцев. Измученные «нарзаном» они налегают на Croizet. Уставшие от колхозных роб, они облачаются в Burberry. Как правило, путь из общества социализма в приличное общество лежит через общество потребления. Это особенно верно для Китая, где государство, стараясь уменьшить зависимость экономики от экспорта, активно растит новый класс – homo consumens. С точки зрения правительства, приобретение гражданами материальных благ – это не просто двигатель экономики, но и залог стабильности. Растущий уровень жизни отодвигает на второй план размышления о политике, правах человека, свободе слова и прочих неактуальных мелочах.

Даже по официальной статистике, год назад в стране насчитывалось 140 долларовых миллиардеров и 875 000 миллионеров. По неофициальной – на 20–30% больше. Средний возраст китайских миллионеров – 39 лет, они на 15 лет моложе заграничных богачей. Средний китайский миллионер владеет тремя автомобилями и 4,4 парами люксовых часов, играет в гольф, любит путешествовать, коллекционирует китайскую живопись, каллиграфию и другие дорогие штучки. По прогнозам экспертов, через 5–7 лет Китай будет потреблять примерно половину всей мировой роскоши. Уже в прошлом году китайский рынок люксового сегмента достиг $30 млрд. Еще столько же китайцы потратили за границей. В одной только Великобритании на рождественских распродажах «люксы» китайцы оставили около миллиарда фунтов стерлингов, обеспечив треть сезонных продаж страны и попутно заткнув за пояс так любящих сорить деньгами русских и арабов.

Китайцы любят европейский шопинг по двум причинам. Во-первых, там покупать намного дешевле, чем у себя дома. Налог на роскошь в Китае может доходить до 50% и выше, поэтому имеющие возможность прокатиться за покупками в Европу не упустят шанса сэкономить. Во-вторых, – и это, пожалуй, главное – спрос на бренды внутри страны постоянно растет, и китайский ритейл в некоторых категориях просто не может его удовлетворить. Высокие налоги уже не играют при покупке сдерживающей роли. Наоборот, высокая цена во многом определяет социальный статус китайца в глазах окружающих. Наверное поэтому в Пекине очереди на покупку импортных автомобилей – от нескольких месяцев до нескольких лет. Даже для приобретения «айфона» в магазине Apple запись по интернету на 1–2 дня вперед.

Вообще, обеспеченные китайцы очень ценят западное качество. За исключением редких проявлений «патриотизма», местному производителю они предпочтут покупку импортной вещи за двойную, а то и тройную цену. Многочисленные пекинские шопинг-моллы сплошь заполнены бутиками известных фирм. Девелоперы часто занижают для них арендную плату, стараясь привлечь богатых посетителей и «отыгрываясь» на менее известных марках. До сих пор многие иностранные компании, выходящие на китайский потребительский рынок, взвинчивают цены в разы, поскольку их покупатель – богатый китаец – с большим недоверием относится к дешевым иностранным товарам. Цена перестает быть конкурентным преимуществом. Вот и получается, что компания, работавшая, скажем, в Европе в среднем ценовом сегменте, при выходе на китайский рынок позиционирует себя в качестве hi-end: иначе не купят.

Западный образ жизни все глубже проникает в Китай. В последнее время это стало беспокоить власти страны. Дело даже не столько в идеологических разногласиях (хотя и о них не надо забывать), сколько в той пропасти, которая отделяет этот образ жизни от быта простой китайской деревни. Неслучайно недавний запрет на рекламу роскоши, помимо основной цели – не мозолить глаза менее обеспеченным гражданам – направлен, по словам мэрии Пекина, и «против слепого поклонения иностранным товарам».

Правда, запрет в первую очередь коснется именно китайских производителей. Иностранные люксовые бренды довольно редко используют в своей рекламе слова вроде «роскошный» и «королевский» – это слишком нарочито и попахивает кичем. Зато эти слова в большом почете у китайских предпринимателей, особенно у девелоперов и в сфере услуг. Стараясь заработать на красивой «иностранной» обертке, они не стесняясь эксплуатируют модные термины. Перефразируя классиков, параллельно большому миру люксовой индустрии существует маленький мир «китайской роскоши». Такой вот кризис жанра.

Правительство Китая небезосновательно считает, что скромнее надо быть и тем, кто «люкс» покупает, и тем, кто его рекламирует. Хотя сомнительно, что решение о запрете рекламы сгладит противоречия между наиболее и наименее обеспеченными слоями китайского общества. Как не скроет оно и роскошную жизнь китайских нуворишей. Но это решение, несомненно, отражает общую направленность политического курса страны: Пекин приложит все усилия, чтобы расслоение между богатым и бедными не достигло критической массы, превратившись в угрозу стабильности. Поэтому можно уверенно прогнозировать, что за запретом на рекламу роскоши последуют и другие, еще более жесткие решения.

Содержание темы:
01 страница
#01. Слон.Как Китай борется с роскошью
#02. Финанс. 10 мифов о Китае
#03. Forbes. Что делать, если удержать инфляцию традиционными методами не получается?
#04. Частный корреспондент. Китайская угроза
#05. Николай Дзись-Войнаровский. Почему юань станет резервной валютой через 10 лет?
#06. Слон. Спасет ли Китай мировую экономику
#07. Слон. Чем русская коррупция отличается от китайской
#08. Слон. Китай спасет Европу. Что придется отдать взамен?
#09. Больная совесть либерализма. Зачем так откровенно лгать? – 3
#10. Больная совесть либерализма. Зарплаты, доход, ВВП в Китае
02 страница
#11. Частный корреспондент. Рабоче-крестьяне
#12 Николай Леонов. Китайский укор
#13. Толкователь. Жизнь китайцев в клетках в Гонконге
#14. Слон. Китай обогнал США и по потреблению продуктов питания
#15. Слон. Pew: ведущая экономика мира – Китай, а не США
#16. Толкователь. Почему у Китая всё получилось, а у России – нет
#17. Андрей Виноградов. Как Китай изучает опыт СССР и объезжает катастрофу: послесловие к «перестроечному» Пленуму
#18. Newsland. Китаю предсказали первенство в мировой экономике через 15 лет
#19. Газета.Ru. Опоздавшие обогнали впереди идущих
#20. Андрей Виноградов. Социализм с китайской спецификой. Часть I. «Бухаринский» поворот
03 страница
#21. Частный корреспондент. Китайская экономика — проблемы обостряются
#22. Василий Головнин. Китай – неожиданный поворот в борьбе с коррупцией
#23. Леонид Млечин. Дэн победы
#24. Николай Кащеев. Почему не надо бояться Китая
#25. Историческая правда. 01 Октября 1949 - провозглашена Китайская Народная Республика
#26. Top TV. ЧАС ПИК в ПЕКИНСКОМ МЕТРО !!! Люди сражаются за место в метро!
#27. Историческая правда. 16 Октября 1964 - Китай сделал свою атомную бомбу
#28. Ира Соломонова. Китайский план. Как превратиться в новый МВФ, но без принципов
#29. Ира Соломонова. В долгах и домах. Два главных риска для китайской экономики в 2015 году
#30. Ира Соломонова. Как Китай мешает мировой экономике
04 страница
#31. Ира Соломонова. Почему китайская экономика на деле не так сильна, как на бумаге
#32. Открытый город. С 2000 года в Китае за коррупцию расстреляно 10 тысяч чиновников
#33. Открытый город. За что расстреливают в Китае ?
#34. Илья Варламов. Полет над Китаем
#35. Независимая газета. Китай возрождает марксизм, подгоняя его под противоречия своей экономики
#36. Михаил Делягин. Китай вступил в валютную войну
#37. Ира Соломонова. Догнать и перегнать: как Китай реформирует систему образования
#38. Джозеф Стиглиц. Китай на ухабах новой реальности
#39. Дмитрий Мельников. Китай предупреждает
#40. Ира Соломонова. Забытая демократия. Новые данные переворачивают представление о Китае
05 страница
#41. Алексей Кива. Некоммунистический Китай?
#42. Игорь Чубайс. Китайские новости
#43. Сергей Минаев. В плену догнатизма
#44. Иван Зуенко. Власть КПК плюс урбанизация всей страны
#45. Монетарная политика. Китай окончательно сломался
#46. Иван Зацарин. Как правильно торговать родиной. К 13-летию «большой приватизации» в Китае
#47. Анастасия Евтушенко. Двойка за поведение
#48. Евгений Ясин. Китай: перемены и их роль для России
#49. Анна Сакоян. Китай: коммунизм и милитаризм
#50. Дмитрий Гусев. Невероятные вещи, которые происходят в Китае
06 страница
#51. Царьград TV. Китай - распадется на фрагменты?
#52. Александр Немец. Размеры ВВП и поэзия
#53. Олег Гусев. "Red"]За задержки зарплат в Китае убиты 18 работодателей
#54. Анатолій Андросюк. 23 шокирующие фотографии, показывающие, насколько многолюден Китай
#55. Davydov_index. ШАНХАЙ
#56. Петр Филиппов. Опыт Китая по отбору эффективных госслужащих
#57. Монетарная политика. Как Китай стал Китаем
#58. "Коммерсантъ". Красный Китай
#59. Монетарная политика. Про китайскую мечту
#60. Петр Филиппов. Китай: особенности развития
07 страница
#61. Михаил Делягин. В ожидании войны: Китай готовится к глобальному кризису
#62. Русаналит. Китай принял решение с 2025 года отказаться от автомобилей с ДВС
#63. Дмитрий Мельников. Культ личности по-китайски
#64.
#65. Софья Маленьких.
#66.
#67.
#68.
#69.
#70.
08 страница

#71.
#72.
#73.
#74.
#75.
#76.
#77.
#78.
#79.
#80.
09 страница

10 мифов о Китае
 

http://www.finansmag.ru/articles/126376
22.06.2011 14:05
О восточном соседе в России бродит множество домыслов, которые порой сильно мешают и в жизни, и в бизнесе. Самые распространенные мифы разоблачает живущий в Китае русский бизнесмен Евгений Визитей.
http://finansmag.ru/pics/news2/126376_picture.jpg
1. Китайская экономика выросла за счет дешевой рабочей силы
Дешевый труд, безусловно, сыграл большую роль в китайском экономическом чуде. Но, во-первых, это не означает, что Китай умышленно эксплуатировал копеечный труд своих рабочих. Дешевые людские ресурсы – естественное богатство любой аграрной страны, которая идет по пути интенсификации производства и урбанизации. На протяжении почти трех десятилетий китайская деревня ежегодно выплескивает на рынок 9–10 млн крестьян, которые становятся рабочими и трудовыми мигрантами. Однако сейчас та самая дешевая рабочая сила тормозит модернизацию производств в промышленно развитых регионах Китая. Повышение доходов рабочих стало насущной необходимостью даже несмотря на то, что еще около 150 млн китайских крестьян должны перекочевать в города. Во-вторых, своим экономическим ростом Китай обязан целому комплексу факторов, прежде всего инвестициям в инфраструктуру и производство, а также экспорту. Большую роль играют растущее потребление внутри Китая, развитие сферы услуг, либерализация финансового рынка и другие сферы, постоянно открывающие новые возможности для развития и инвестиций. Китайская экономика привлекает инвесторов по самым разным направлениям, а не только в области дешевого производства.

2. Низкая цена китайских товаров объясняется невысоким качеством
Сама по себе низкая стоимость товара может достигаться за счет самых разных факторов: дешевой рабочей силы, зональной концентрации производств и ресурсов, развитой логистики, налоговых льгот, больших масштабов производства, копирования технологий. Высокая конкуренция среди производителей постоянно толкает их на поиски новых возможностей оптимизации издержек. Экономия на качестве – хотя и распространенный, но далеко не единственный путь.
Китай производит огромное количество самых разнообразных товаров: от шнурков до космических кораблей. Среди этого разнообразия есть товары по самой разной цене и самого разного качества. У покупателей (в частности, иностранных импортеров) всегда есть возможность выбора между огромным числом производителей. Поэтому преобладание на рынке той или иной страны низкокачественных товаров говорит скорее не о китайском производстве, а о качестве самого рынка. Например, очень дешевый китайский текстиль, который российский рынок массово потреблял в начале 90-х годов прошлого века, со временем был перенаправлен в Африку, а Россия стала требовать более качественные товары. То же можно сказать и о китайской контрафактной продукции: ее наличие на рынке объясняется спросом населения и слабостью таможенного контроля.
Не стоит забывать, что большинство крупнейших мировых брэндов основали в Китае производства, где выдерживаются высочайшие стандарты качества. Кроме того, постоянный рост уровня жизни китайцев, с одной стороны, повышает стоимость производства, а с другой – ведет к падению спроса на товары низкого качества. Все это в ближайшие годы приведет к тому, что производства, ориентированные на самый низкий ценовой сегмент, покинут Китай или перестроятся.

3. Китайцы очень трудолюбивы и довольствуются малым
Многие местные жители вынуждены сверхурочно работать и постоянно экономить, чтобы содержать семью и обеспечивать старость: массовое социальное обеспечение лишь начинает внедряться в Китае. Однако трудолюбие нельзя назвать национальной чертой. Сибаритство и праздность здесь традиционно считаются признаками достатка, поэтому китайцы не преминут продемонстрировать его окружающим при удобном случае. Кроме того, китайская молодежь, которая выросла в стране, демонстрирующей двузначные цифры рос*та на протяжении 20–30 лет, относится к жизни иначе, чем их привыкшие к лишениям родители. В китайских городах высока текучесть кадров. Клерки и мелкие менеджеры не держатся за место и редко работают в одной компании более двух лет. Еще сложнее обстоят дела в промышленно развитых регионах страны, где постоянно требуются рабочие руки. Там даже сельская молодежь отказывается идти на низкооплачиваемую работу без социальных выплат. Час*то, отработав сезон, рабочие массово переходят на другую фабрику, где условия чуть лучше. Это приводит к приостановке и даже свертыванию производств.

4. Китайские компании хотят купить все ресурсы на свете
Необходимость обеспечения ресурсами быстрорастущей экономики является одним из приоритетов государственной безопасности Китая, впрочем, как и любой другой державы. При среднесрочном планировании своего сырьевого импорта страна реализует так называемую «стратегию трех третей». Предполагается, что треть импортируемых ресурсов Китай будет покупать на мировом рынке, еще одну треть будет получать по долгосрочным договорам поставки, а оставшуюся треть обеспечат зарубежные предприятия с участием китайского капитала. Сегодня доля последнего канала весьма скромна, по разным оценкам – от 3 до 6%. Поэтому стремление Китая к покупке активов добывающих компаний по всему миру (особенно в Африке и Латинской Америке) говорит о том, что страна владеет недостаточным их числом, несоизмеримым с потребностями. Китай часто обвиняют в том, что он не просто потребляет много ресурсов, но делает это неэкономно и сильно загрязняя окружающую среду. Так было еще 10 лет назад. и это продолжает оставаться серьезной проблемой. Но сегодня Китай уделяет огромное внимание энергосбережению, альтернативной энергетике и всему тому, что направлено на оптимизацию использования ресурсов и охрану экологии.

5. Китайцы лицемерны и часто обманывают. Договор для них – пустой звук
Для китайцев в основе любого бизнеса лежат личные отношения между сторонами. Плохие отношения или их отсутствие ни к чему хорошему не приведут. Далеко не всегда, но все же часто, китайцы не считают себя связанными моральными обязательствами перед незнакомыми людьми, тем более иностранцами. В то же время крепкие, постоянно поддерживаемые отношения между парт*нерами являются залогом прочного сотрудничества и даже дружбы. Обмануть друга – значит потерять лицо, а это для китайца намного страшнее потери денег.
Особое отношение у китайцев и к договору. Для европейца – это основа, на которой строятся и проверяются отношения между сторонами. Для китайца парт*нерские отношения являются основой, на которой заключается, а затем и исполняется договор. Для европейца договор после подписания становится истиной в высшей инстанции, документом, обязательным к исполнению. Для китайца изменение экономической (а иногда личной) ситуации является достаточным психологическим основанием для неисполнения (или приостановки действия) контракта. Договор всегда должен соответствовать реальному положению вещей и отношениям между сторонами. Именно поэтому в Китае часто можно услышать фразу, что настоящие переговоры начинаются после заключения сделки.

6. Китайцы умеют только копировать чужое и воровать технологии
Китай старается использовать все шансы для получения новых технологий. В условиях, когда западные компании очень неохотно делятся своими ноу-хау, китайцы не брезгуют и другими возможностями. Проблема существует, однако это не означает, что китайцы не создают ничего собственного. Правительство инвестирует огромные суммы в науку (в 2006–2010 годах почти $100 млрд) и R&D в целом (почти 1,85% ВВП в 2011 году). В стране началась масштабная многоплановая модернизация, подкрепленная реформой образования. И хотя современный Китай пока не изобрел нового пороха или бумаги, он явно накапливает критическую массу для серьезного научно-технического прорыва.
Интеллектуальная собственность – относительно новая концепция для Китая. Хотя в последние годы власти стали намного активнее бороться с нарушениями в этой области, многие китайцы продолжают искренне верить, что в выпуске и покупке товаров под чужим именем нет ничего зазорного. Между тем, Китай обладает хорошими механизмами для защиты интеллектуальной собственности, за некоторыми исключениями, касающимися авторских прав на печатную и аудиовизуальную продукцию. Здесь ситуация, хотя и улучшается с каждым годом, все же остается довольно сложной. В остальном китайские законы и практика их применения соответствуют мировым стандартам. Чтобы добиться защиты интеллектуальной собственности на территории Китая, необходимо там ее зарегистрировать. После чего можно воспользоваться судебными или административными средствами защиты, которые позволяют пресечь контрафактную деятельность и получить адекватную компенсацию.

7. В Китае процветает капитализм
Такой же миф, как и его противоположность: «В Китае процветает коммунизм». На самом деле, в Китае создана уникальная гибридная модель, в которой есть место и рынку, и государственному регулированию. Китайские госкорпорации контролируют ключевые сегменты экономики, однако более 70% ВВП страны приходится на частный сектор. Конкуренция между госкомпаниями практически настолько же свободна, как и конкуренция между частным бизнесом. А вот между государством и частным сектором конкуренции почти нет. Китай отказался от экономического планирования, поэтому ценообразование происходит по рыночным законам. Компартия Китая продолжает полностью контролировать армию, а также все ключевые посты в правительстве, госкорпорациях, медиа, вузах, правоохранительных органах. При этом Китай не является «коммунистической диктатурой». Все важнейшие решения в стране принимаются не единолично президентом, а коллегиально членами Политбюро, иногда с привлечением других заинтересованных сторон.

8. В Китае нет брэндов
В Китае очень много брэндов, но далеко не все из них являются мировыми (международными), поэтому часто малоизвестны иностранцам. Этому есть несколько причин. Во-первых, китайские компании только начинают выходить на зарубежные рынки. Большинство из них сталкиваются с массой проблем, связанных с жестокой конкуренцией, неумением действовать в незнакомых условиях, слабостью консалтинга и юридической поддержки. В то же время постоянно рас*тущий китайский рынок предоставляет местным брэндам массу возможностей для развития. Так зачем пытаться стать международным бизнесом, если внутри Китая можно заработать больше? Во-вторых, до последнего времени конкуренция между китайскими компаниями развивалась вокруг цены, а не качества производимых товаров. Поэтому многие брэнды, вместо того, чтобы инвестировать в R&D и развитие имени, старались уменьшить издержки на производство, снизить цену продукции. Но сегодня ситуация кардинально меняется. С повышением уровня жизни обеспеченные китайцы отказываются от некоторых отечественных товаров, предпочитая переплатить 2–3 цены за «западное качество». Китайские брэнды вынуждены конкурировать по новым правилам. Многие из них стараются как можно скорее стать международными, в частности, чтобы вернуться в Китай и продаваться в новом качестве.

9. Манипуляции курсом юаня привели к экономическим дисбалансам в мировом масштабе
Китай привязал юань к доллару в 1994 году, что позже, во время азиатского кризиса, помогло стабилизировать ситуацию в регионе. Тогда это отмечали и США, и Евросоюз. В 2003–2004 годах, на волне роста торгового дефицита США в торговле с Китаем (который с тех пор все увеличивается), страну стали обвинять в сознательном занижении курса юаня для создания профицита за счет дешевого экспорта. Теперь не только в Америке, но и во многих других странах распространено мнение, что дешевые китайские товары угнетают местных производителей и что ревальвация юаня исправит эту ситуацию. На самом деле, недооцененный юань во многом следствие финансовой политики самих западных государств, которые стимулировали кредитование потребителей и резкий всплеск ликвидности. В 2005 году Китай начал постепенную ревальвацию юаня: за 3 года курс юаня вырос на 21%. В 2008 году ревальвация приостановилась, но затем опять продолжилась. Это делается не под давлением Запада. Усиление юаня выгодно и даже необходимо самому Китаю, который в последние годы не справляется с притоком горячих денег из-за границы. Но маловероятно, что при нынешней экономической модели резкая ревальвация юаня и, как следствие, удорожание китайского импорта смогут как-то исправить ситуацию в мировой экономике. Сначала это ударит по кошелькам потребителей, а потом увеличит импорт из таких стран, как Вьетнам, Индия, Филиппины.

10. Китай – отсталая страна
Такой же миф, как и его противоположность: «Китай – супердержава и скоро будет править миром». Китай очень разный. Крупные города развиваются весьма стремительно. Рост цен на жилье и потребительские товары сильно беспокоит местные власти. В крупных китайских городах цены вполне соизмеримы с московскими. Потребление люксовых товаров ежегодно растет на 15–25%, а число долларовых миллионеров перевалило за миллион. Очередь на покупку дорогих иномарок тянется от нескольких месяцев до нескольких лет. При этом в Китае, по разным оценкам, от 50 до 100 млн человек живут за чертой бедности. ВВП Китая в пересчете на душу населения в 7 раз ниже, чем в США.

Что делать, если удержать инфляцию традиционными методами не получается?
 

http://www.forbes.ru/ekonomika-colum...odami-ne-poluc
Китайский опыт
http://www.forbes.ru/sites/default/f...asili_80-1.jpg
Василий Кашин | 12 августа 2011 14:18
http://www.forbes.ru/sites/default/f.../N019-4370.jpg

Опубликованные на этой неделе Государственным статистическим управлением КНР макроэкономические показатели за июль свидетельствуют, что борьба китайских властей с инфляцией пока не увенчалась успехом — зато уже привела к заметному замедлению экономического роста. Внутренние трудности усугубляются на фоне нового глобального финансового кризиса и сужают доступный правительству набор инструментов для реагирования на возможный спад экспорта.

Инфляция в КНР в июле составила 6,5% — это максимум за последние три года. Таким образом, принятые правительством меры — оно шесть раз в течение нынешнего года повышало резервные требования к коммерческим банкам (резервы у большинства из них должны составлять сейчас 21,5% депозитов), а Народный банк Китая трижды повышал процентные ставки — пока не принесли положительного результата.

Однако эти меры привели к заметному снижению темпов экономического роста. Промышленное производство в июле выросло на 14% — притом что, к примеру, консенсус-прогноз опрошенных Bloomberg экономистов составлял 14,6%. Напомню, в июне рост промышленности составил 15,1%. Индекс деловой активности в промышленности PMI в июле составил 50,7%, это минимальное значение за 29 месяцев.

О высказывавшихся еще в марте планах удержать среднегодовую инфляцию в 2011 году в пределах 4% уже предпочитают не вспоминать. При этом фактическая ситуация с ростом цен еще хуже, чем можно судить из статистических данных.

Помимо ужесточения кредитно-денежной политики все последние месяцы китайские власти в целях сдерживания инфляции заморозили рост большинства тарифов, подлежащих административному регулированию. Это касалось цен на электроэнергию, бензин, транспортные услуги, и вместо положительного эффекта привело к серьезным финансовым сложностям у предприятий соответствующих отраслей.

Например, замораживание цен на электроэнергию на фоне дорожающего угля уже привело к тому, что пять крупнейших китайских электроэнергетических компаний тепловой генерации понесли за шесть месяцев 2011 года убыток $2,4 млрд (данные Китайской ассоциации электроэнергетики). На угле вырабатывается более 80% всей электроэнергии в Китае. Уже с мая в ряде регионов КНР отмечается дефицит электроэнергии, связанный во многом со стремлением энергетиков под разными предлогами ограничивать объемы ее производства, чтобы снизить неизбежные убытки.

О схожих проблемах заявляют и нефтепереработчики — согласно данным Государственного статистического управления КНР, группа отраслей, включающая нефтепереработку, переработку угля и производство ядерного топлива, единственной из 39 отраслевых групп продемонстрировала в первом полугодии падение прибыли (на 66%). Китай покрывает более 56% своего потребления нефти за счет импорта, поэтому положение отрасли было особенно тяжелым в начале года, на пике цен. Однако остается сложным и теперь. Государство пытается немного облегчить положение нефтепереработчиков, повышая цены на социально менее значимые виды топлива (например, авиакеросин). Но уже понятно, что в этом году КНР столкнется с дефицитом дизельного топлива, который оценивается в 4 млн т (прогноз компании C1 Energy).

Замороженные цены на услуги городского транспорта просто легли дополнительным бременем на бюджеты городов. А таксисты, чьи тарифы тоже административно регулируются, последнее время регулярно устраивают забастовки в разных городах КНР с требованием поднять цены.

Показательна реакция властей на такие выступления: в ответ на требования участников последней подобной забастовки в городе Ханчжоу (провинция Чжэцзян) в начале августа власти согласились лишь на ограниченное повышение цен, но зато предложили в придачу увеличенную субсидию за каждую поездку. Разумеется, долго решать проблему такими методами невозможно. В целом наряду со значительной видимой инфляцией речь идет о существенной скрытой и отложенной инфляции, которая неизбежно проявится позднее в полной мере.

Снижение инфляции является для китайских властей не только экономическим, но и политическим императивом. Пресловутое стремление китайских домохозяйств к наращиванию накоплений имеет под собой рациональные причины в виде крайне слабой системы социального обеспечения, почти полностью платной, дорогостоящей (и коррумпированной) медицины, недостаточно развитой системы потребительского кредитования, а также сверхвысоких цен на жилье и недоступности ипотеки для большинства населения.

Накопления для многих китайских семей — единственная возможная подушка безопасности и одновременно единственный шанс на реализацию таких базовых жизненных задач, как рождение и воспитание детей, получение образования, свадьба — по неписаным правилам она требует покупки женихом собственной недвижимости для совместной жизни. Правда, ситуация, при которой муж и жена годами живут в разных городах, работают по 12 часов в день с одним выходным в неделю в надежде лет через сколько-то воссоединиться и открыть малый бизнес в родном городе, встречается нередко. Реакцию таких людей на быстрое обесценивание их сбережений легко понять.

Подведем итог. Мириться с высокой инфляцией китайские власти не могут. Сдерживать ее за счет инструментов кредитно-денежной политики уже практически невозможно. Административные рычаги, по-видимому, больше не работают. Ситуацию усугубляет новый виток глобального финансового кризиса, последствия которого едва ли кто-то возьмется предсказать. Столкнувшись с падением экспортного спроса при высокой инфляции, китайские власти уже не смогут выйти из ситуации за счет реализации гигантской программы госинвестиций (программа 2008 года имела объем около $585 млрд) или резкого увеличения объемов кредитования.

Китайские власти заявляют, что происходящее замедление экономики КНР является плановым и резкого спада удастся избежать. Об этом говорил, в частности, заместитель руководителя Госкомитета по реформам и развитию Госсовета КНР Ли Пуминь в интервью агентству Синьхуа 2 августа. Но тут важно то, что возможность «W-спада» или жесткой посадки экономики КНР уже начинает обсуждаться настолько серьезно, чтобы Ли Пуминю пришлось ее опровергать.

Остающимся в руках китайских властей инструментом для снижения инфляции является курс юаня, укрепление которого по отношению к доллару может ускориться. При этом нельзя исключать, что для компенсации потерь экспортеров будут восстановлены некоторые из льгот, отмененных в 2010 году на фоне сворачивания антикризисной программы поддержки экономики.

Помочь может и дальнейшее падение цен на нефть — как вследствие реакции рынков на негативные события в крупнейших экономиках мира, так и в случае постепенного затухания нынешних военно-политических кризисов в арабском мире (и Китай кровно в этом заинтересован). Возможно, КНР активнее вмешается в ситуацию в экономике своего крупнейшего торгового партнера — ЕС, увеличив объемы покупки европейских долгов. И все же потенциально нынешнее положение является для КНР даже более тревожным, чем ситуация после падения Lehman Brothers.

Автор — заместитель руководителя представительства РИА Новости в Пекине

Китайская угроза
 

http://www.chaskor.ru/article/kitajskaya_ugroza_5322
Лев Кадик понедельник, 13 апреля 2009 года, 11.25

Получится ли у китайцев завоевать весь мир силой?
http://www.chaskor.ru/posts_images_2...22_chi3big.jpg
// Reuters

В марте с.г. Китай впервые опубликовал собственный государственный бюджет. Расходы на оборону в этом бюджете по сравнению с прошлым годом вырастут на 15%. Последние несколько лет Китай активно увеличивает оборонные расходы и стремительно модернизирует свои вооруженные силы.

Китай обладает ядерным оружием и самыми большими в мире мобилизационными ресурсами. Однако станет ли Китай военной сверхдержавой в XXI столетии — большой вопрос.

Во многих современных оценках боевой мощи НОАК указывается, что в любом военном конфликте без применения ядерного оружия Китай способен нанести поражение противнику за счет огромного мобилизационного ресурса своих вооруженных сил. Страна с полуторамиллиардным населением, считают эксперты, способна поставлять пушечное мясо для сколь угодно длительного конфликта.

Сухопутные войска были, есть и будут основой боевой мощи НОАК, поскольку гигантское население страны, да еще и избыток мужчин в младших возрастных группах, дает командованию ВС КНР уникальный ресурс, о котором военно-политическое руководство других стран не может и мечтать. Даже имея определенное техническое отставание от ряда армий мира, Китай способен задавить массой любого противника, с которым встретится в традиционной наземной войне. А кого в Китае считают противником, можно судить по дислокации его армейских группировок.

Однако огромным массам китайских войск всегда недоставало главного качества — хорошего солдата. Большинство китайских солдат всегда происходили из деревень, имели лишь элементарное образование, были крайне слабо знакомы с техникой и слабо дисциплинированны. Массовое дезертирство всегда оставалось бичом любой китайской армии.

Этот фактор значительно снижает возможности китайской армии нести массовые потери. Четырехнедельный китайско-вьетнамский конфликт 1979 года продемонстрировал это как нельзя лучше. Карательная экспедиция китайцев в Северный Вьетнам, организованная в лучших традициях советского «парового катка» и рассчитанная на быстрый разгром кадровых частей армии Вьетнама, увязла в болоте партизанской войны, развязанной местным ополчением, как минимум в 2,5 раза численно уступавшим агрессору, фактически не принесла Китаю никаких военных и политических дивидендов и была свернута под прикрытием пропагандистской шумихи.

Вьетнам в 1979 году весьма активно продемонстрировал китайским генералам свою способность отстаивать национальный суверенитет на деле. Война с Индией, обладающей ядерным оружием, также может в настоящее время рассматриваться лишь в весьма отдаленной перспективе.

Со времен 1979 года, несмотря на модернизацию китайской армии, качество мобилизационного ресурса страны мало изменилось. Основная масса населения Китая (около 60%) по-прежнему проживает в деревне в самых элементарных условиях. И даже если сегодня коммунистический Китай, в отличие от Гоминьдана, обладает хорошо подготовленной кадровой армией, в случае массовой мобилизации ее качество значительно упадет. Профессиональные кадры будут размыты массой призывников, многие из которых увидят железную дорогу в первый раз в жизни по пути на призывной пункт. А уж к обучению работе с цифровой техникой такие кадры могут оказаться и вовсе не пригодны. Между тем во многих областях военного знания даже среднего технического образования уже недостаточно.

Из-за значительного переизбытка призывных ресурсов призыв носит выборочный характер. Командование имеет возможность брать в армию лучших, что позволяет совместить положительные качества призывной и контрактной армий.

Примерно то же самое произошло с российской армией в 1914 году. Подготовленные и обученные кадры были выбиты в течение первого и начала второго года войны. Их заменили выпускники школ прапорщиков и необученные рекруты. Результатом стал коллапс армии, а затем и государства.

Кроме того, гигантскими армиями всегда сложно управлять. А китайская структура военного управления не отличается мобильностью. Достаточно того, что в НОАК до сих пор существует институт политруков, серьезно подрывавший эффективность Красной армии в первые годы Великой Отечественной войны. Основой боевых порядков НОАК до сих пор остается дивизия — тип подразделения крайне неудобный в управлении в рамках современных конфликтов, а сама система управления войсками крайне централизованна.

Долговременная программа строительства вооруженных сил Китая состоит из трех этапов. По окончании первого (2000 год) ВС достигли способности защитить жизненные интересы Китая, в том числе путем успешного ведения локальных войн низкой и средней интенсивности по всему периметру границы, а также «эффективно сдерживать и устрашать потенциальных противников». На втором этапе (2010 год) ВС должны превратиться в силу, «гарантирующую расширение стратегических границ и жизненного пространства». На третьем этапе (2050 год) должны быть созданы ВС, способные «одержать победу в войне любого масштаба и продолжительности с использованием всех средств и способов ведения вооруженной борьбы».
Читать дальше

Техники у китайцев много. Одних танков — 10 тысяч. Большинство — устаревших типов. Однако мощь этой армады значительно лимитирована ее разношерстностью. Несмотря на высокие количественные показатели, этот фактор может значительно затруднить применение войск в реальных боевых условиях.

На вооружении истребительной авиации НОАК состоят 6 типов самолетов, танковые войска оснащены более чем 10 типами танков, сухопутные силы имеют на вооружении 8 типов вертолетов, военно-морской флот представляет собой разношерстное сборище судов, построенных по российским и другим иностранным чертежам.

Даже притом что промышленность Китая в состоянии самостоятельно производить большинство образцов этой военной техники (кроме некоторых корабельных систем), в ходе военных действий такое большое количество типов различной техники способно привести к серьезным логистическим проблемам, наподобие тех, с которыми столкнулись немцы в ходе Второй мировой войны.

Массовые потери техники в войсках вермахта были вызваны зачастую невозможностью произвести ремонт на поле боя, сняв запчасти с более тяжело поврежденных машин. Слишком много различных моделей автомашин и танков имелось на вооружении. Кроме того, экипажи новых боевых машин, поступавших в войска прямо с заводов, зачастую не имели достаточно времени на полноценное овладение матчастью, а конструкторы — на доводку всех систем. Именно изучение опыта немцев привело к тому, что современные армии развитых стран стараются иметь на вооружении одну модель военной техники, предназначенную для решения строго определенных боевых задач, и меняют ее крайне неохотно.

Между тем модернизация и перевооружение китайских войск (например, танковых) происходят столь быстро, что новые образцы техники не успевают полностью выработать свой ресурс, когда в войска начинают поступать еще более новые, улучшенные и модернизированные модели. Результатом такой политики может стать отсутствие у солдат и командиров должного знания матчасти — избыток новых знаний зачастую хуже их некоторого недостатка. К тому же двух лет службы по призыву для 18-летних юношей явно недостаточно для того, чтобы в полной мере овладеть современной техникой.

Кроме этого, тыловые службы китайских вооруженных сил развиты слабо. Между тем проведение современных наземных операций требует наличия значительных тыловых служб, способных поддерживать боевую мощь фронтовых частей. В реальной боевой обстановке отсутствие или плохая организация тыловых служб может привести к быстрой утере войсками боеспособности.

В начале этого года Китай объявил о начале программы строительства авианосцев. В настоящее время основой боевых порядков военно-морского флота Китая являются эсминцы российской постройки, дизельные подводные лодки и ракетные катера. Таких сил вполне достаточно для относительно успешной обороны прибрежных вод в случае угрозы вторжения и даже для поддержки ограниченных десантных операций, однако вступление в состав флота современных авианосцев поставит китайских моряков перед необходимостью коренной перестройки боевых порядков флота и систем взаимодействия боевых кораблей.

Появление в составе флота авианосных сил не только значительно расширяет сферу и повышает возможности его боевого применения, но и приводит к коренному изменению структуры управления и обслуживания флотов. Современные авианосные соединения — сложные организмы, на создание и поддержание боевой готовности которых уходит гораздо больше времени и ресурсов, чем на строительство самих авианосцев.

Наличие авианосцев и больших десантных кораблей придаст ВМС КНР принципиально новые возможности сначала в борьбе за Тайвань, а затем и для операций в Мировом океане. Тем более что поглощение Тайваня привело бы к резкому росту мощи Китая и установлению им контроля над морскими коммуникациями в западной части Тихого океана и над Юго-Восточной Азией. В этом случае Китай прорвал бы «островной барьер», протянувшийся вдоль его побережья, и его ВМС сразу бы вышли на океанский простор. КНР уже готовится к этому прорыву, поскольку в ее флоте быстро растет доля кораблей океанской зоны за счет уменьшения количества кораблей и катеров, предназначенных для действий вблизи своего побережья. Собственно, появление хотя бы одного авианосца позволит ВМС НОАК обеспечить себе благоприятный оперативный режим в пределах второй цепи островов, включая Сахалин, Курилы и Камчатку.
Читать дальше

Требуется наличие баз, способных принимать столь огромные корабли, производить их техническое обслуживание и ремонт, тыловых служб снабжения на берегу и в море, судов поддержки и т.д. Китаю также потребуется с нуля создать современную авиацию морского базирования. При современном техническом отставании Китая на решение этой задачи могут потребоваться десятилетия. Кроме того, авианосный флот, не имеющий современных средств противовоздушной и противолодочной обороны, остается дорогой бесполезной игрушкой. Между тем китайские вооруженные силы не имеют на вооружении достаточного числа современных систем ПВО и ПЛО. Современные российские образцы, имеющиеся на вооружении китайских ВМС, устаревают на глазах.

Важнейшей составляющей современного авианосного флота являются моряки. Команда американского авианосца «Нимиц» составляет 5680 моряков всех званий, из которых 2480 — персонал базирующегося на авианосце авиакрыла. Большинство этих военнослужащих, а также персонала береговых баз и обслуживающих судов — квалифицированные и высокооплачиваемые технические специалисты, обладающие университетскими дипломами. Это не призывники, а представители среднего класса, служащие по контракту. Многие пилоты американской авиации морского базирования — представители высших классов своей страны.

Захотят ли представители китайского среднего класса и дети партийных бонз служить родине — большой вопрос. Во всяком случае, призывников для обслуживания столь сложных технических систем может оказаться недостаточно.

Почему юань станет резервной валютой через 10 лет?
 

http://slon.ru/articles/677760/
http://slon.ru/bitrix/templates/include/images/logo.png
Китайский путь 14.09.11 | 01:33
Две причины в пользу валюты Поднебесной и две – против нее
http://slon.ru/images2/blog_photo_16.../55533_420.jpg
Почему юань станет резервной валютой через 10 лет?
Фото: Reuters
По данным МВФ, доля доллара в мировых валютных резервах – 61%, евро – 26%, фунта – 4%, иены – 4%, швейцарского франка – 0,1%. Информация по остальным валютам не публикуется и попадает в графу «Прочее». Арвинд Субраманиан из Петерсоновского института мировой экономики утверждает, что уже очень скоро – в течение 10 лет – юань обгонит доллар по доле в мировых валютных резервах. В воскресенье Financial Times опубликовала статью Субраманиана по мотивам его исследования о грядущем доминировании Китая.

Итак, г-н Субраманиан приводит два аргумента, которыми обычно пользуются сторонники теории о том, что на обозримую перспективу доллар сохранит свое первое место:

1. Американская экономика обогнала британскую по размерам в 1870 году, но доллар обогнал фунт только в 1930-х, то есть задержка между этими двумя событиями составляет около 70 лет. Напомним, что сейчас ВВП КНР является вторым в мире после ВВП США и обгонит его лет через 10, хотя по расчетам самого Субраманиана они уже сравнялись.

2. Юань не является свободно конвертируемой валютой и, вообще, властям Китая придется долго совершенствовать свою финансовую систему, чтобы юань стал привлекательным для инвесторов.

У Субраманиана есть два других аргумента, согласно которым сторонники доллара сильно недооценивают будущее китайской валюты:

1. Для того, чтобы валюта заняла первое место в резервах, не только размер ВВП страны должен выйти на первое место, но и в других аспектах экономика страны должна стать первой. Британия была крупнейшим мировым кредитором и экспортером до 1920-х. И только потом Штаты обогнали ее и по этим параметрам. Это значит, что разрыв между выходом экономики на первое место в мире по трем параметрам (ВВП, долг/кредит, торговля) и выходом валюты на первое место в мировых резервах составляет примерно 10 лет.

2. Китай уже близок к тому, чтобы обогнать Штаты по размеру экономики, а его экспорт и зарубежные активы намного больше.

Вывод автора – юань станет валютой № 1 в течение десятилетия. Кстати, он начинает свое исследование цитатой экономиста Чарльза Киндлбергера, которой хорошо завершить: «Доллар закончит свои дни на свалке истории вместе со стерлингом, гульденом, флорином, дукатом и, если углубляться дальше, левантийским безантом».

Спасет ли Китай мировую экономику
 

http://slon.ru/economics/spaset_li_k...u-682014.xhtml
Александр Зотин

http://slon.ru/images3/6/600000/232/682014.jpg
Спасет ли Китай мировую экономику Фото: Reuters

Спасет ли Китай мировую экономику, как это было в 2009? В условиях надвигающейся мировой рецессии взоры вновь обращаются в сторону Поднебесной. В период кризиса 2008–2009 именно Китай своим впечатляющим ростом поддержал глобальную экономику.

Антикризисная политика Пекина оказалась тогда традиционной: ставка на экспортную ориентацию плюс массовый всплеск кредитования. Так как банки в Китае в основном в государственной собственности, оживить рост экономики за счет кредитования оказалось довольно легко. Партия сказала «надо», госбанкир ответил «есть!». В 2008 объем кредитования равнялся 4,2 трлн юаней, в 2009 уже 9,6 трлн, в 2010 – 8 трлн. Хотите кредитов – их есть у меня! Эти деньги хлынули, во-первых, на рынок недвижимости, загнав цены на недоступную для китайского среднего класса высоту, во-вторых, достались муниципальным и региональным структурам, которые потратили их на различные инфраструктурные проекты, особо не заботясь об их экономической эффективности, в-третьих, пошли на создание дополнительных мощностей в и без того страдающих от перепроизводства отраслях промышленности – сталелитейной, цементной, химической и т.д.

Стоит только искусственно удешевить кредит и он будет потрачен неэффективно – инвестиции в Китае сейчас близки к 50% ВВП. Не надо быть финансовым гением, чтобы понять, что ни одна страна не может инвестировать половину ВВП в год, не рискуя получить чудовищное количество избыточных производств и гору плохих долгов.

В 2011 антикризисный кредитный бум начал приносить горькие плоды. Речь, прежде всего, об инфляции. В июле 2011-го, несмотря на серию повышения ставок со стороны китайского ЦБ, инфляция достигла трехлетнего максимума – 6,5%, в августе этот уровень снизился лишь незначительно – до 6,2%, – все это существенно выше целевого уровня правительства в 4%.

6,2% инфляции – звучит не слишком страшно. Однако следует учитывать два немаловажных фактора. Во-первых, статистика в Китае далека от совершенства, и, скорее всего, официальные цифры инфляции сильно занижены. Во-вторых, важно, что если посмотреть по компонентам инфляции, наибольший рост приходится на продовольствие. Продовольствие и энергия занимают относительно небольшую долю в потребительской корзине западных домохозяйств, поэтому рост цен на них в последнее время не столь драматичен для населения. Другое дело – бедные страны, к которым до сих пор относится и Китай. В развивающихся странах рост цен на еду и энергию куда более опасен – для менее обеспеченных, чем на западе, домохозяйств, он может стать (а в странах Ближнего Востока и Северной Африки уже стал) поводом для недовольства масс и последующего социального взрыва.

Ценовое давление, вызванное кредитной накачкой экономики в предыдущие годы, дополняется естественными напастями – болезнями и мором свиней.

Динамика изменения цены на свинину (основной компонент многих блюд местной кухни) в Китае, %
Источник: wordpress.com

Шокирующий рост цен на продукты питания – не шутка для китайских властей. Пока инфляцию сбить не удастся, ни о каких дополнительных мерах по стимулированию экономики и смягчению денежно-кредитной политики говорить не приходится. Если в начале мирового кризиса китайские власти во всю жали на педали стимулирования экономики, то сейчас им пришлось спешно тормозить, чтобы не свалиться в яму ипотечного кризиса, инфляции и социального взрыва. Рассчитывать на то, что и в 2011–2012 гг. Китай сможет поддержать мировую экономику и спрос на сырье (что очень важно для России), как это было в 2008–2009 гг., не приходится – своих проблем хватает.

Чем русская коррупция отличается от китайской
 

http://slon.ru/blogs/vizitey/post/526171/

http://slon.ru/images/bloger/80x80/vizitej_80.jpg
Евгений Визитей

03.02.11 | 14:35

Для победы над взятками одних расстрелов недостаточно
http://slon.ru/images2/blog_photo_10...838237_350.jpg
[Фото: Reuters]

У меня есть близкий приятель китаец, назовем его по-русски Дима. Он очень положительный персонаж: добрый, надежный и честный. Диме еще нет 40. Он живет в Пекине с русской женой и сыном и периодически наведывается в Россию. Раньше было наоборот. У Димы в России (в одном сравнительно небольшом городе) очень тривиальный бизнес: он начинал продавцом на одном из рынков китайского ширпотреба лет 15 назад, теперь поднялся и стал владельцем нескольких точек, т.е. поставляет и продает сам. По масштабам этот бизнес уже не мелкий, но еще не средний.

В разное время в России на Диму по-разному наезжали и рэкет, и государство. Дима говорит, что никогда не смог бы подняться даже до этого уровня, если бы вовремя не нашел серьезных покровителей во власти. Недавно за рюмкой чая он рассказал, что в России его несколько раз пытались убить. Само по себе это меня не удивило, даже, увы, наоборот. Но когда он рассказал, что его «заказывали» свои же китайцы-конкуренты, которые для этого нанимали сначала русских бандитов, а потом пытались и силовиков, я был здорово ошарашен.

Все дело в том, что я начал заниматься бизнесом в Китае, а Дима – в России. Для меня убийство или наезд на бизнес – это новости с другой планеты. Для Димы – один из элементов парадигмы. Почему, живя и работая в Китае, я не только не сталкивался с людьми, которые убивают за бизнес, но даже не слышал о подобных вещах? И почему вся бизнес-модель Димы жива лишь постольку, поскольку его крышуют дяди в погонах?

На второй вопрос в своем интервью «Ведомостям» недавно ответил Дмитрий Медведев: потому что в России «коррупцией поражена вся система», и в борьбе с нею «успехов почти нет». А я попытаюсь ответить на первый вопрос.

Немного истории | Правила игры | Основные заповеди | Власть и бизнес | Свободная конкуренция | Неизменность правил | Такие разные традиции

НЕМНОГО ИСТОРИИ

Широко известно, что к концу 60-х гг. прошлого века Китай, доведенный до ручки хаосом культурной революции, стоял, по сути, на грани коллапса и имел все шансы вернуться к своему прообразу XIX века: слабой, отсталой и потенциально полуколониальной стране. Тогда Мао Цзэдун после провала «большого скачка» старался максимально сосредоточить власть в своих руках, для чего была проведена тотальная зачистка партийных и кадровых рядов. На деле выстраивание такой авторитарной вертикали привело к беспределу хунвэйбинов и, фактически, к параличу властных структур.

После наведения относительного порядка с помощью армии (некоторые города отвоевывались с использованием военной техники) страна оказалась буквально у разбитого корыта. Этому, с одной стороны, авторитарному, а с другой стороны, – чрезвычайно разобщенному и дерегулированному Китаю были необходимы серьезнейшие экономические реформы. Тогдашние государственные лидеры посчитали, что смена политического строя привела бы Китай к полному хаосу, поэтому действовать приходилось в условиях социализма.

ПРАВИЛА ИГРЫ

Представьте себе компьютерную игру, стратегию в реальном времени. У вас есть некая целинная территория за колючей проволокой. В вашем распоряжении лишь куча крестьян без гроша за душой и репрессивный аппарат, который только и умеет, что этих крестьян строить. Задача: обеспечить очень высокие темпы экономического роста. Каким образом? Нужно разрешить частную собственность и бизнес, сделать конкуренцию максимально свободной, а репрессивный аппарат использовать для их защиты. Нужно вырастить особую породу людей: предпринимателей-капиталистов. При этом, чем свободнее и прозрачнее будет ваша экономическая среда, тем больше вы получаете бонусов – зарубежных инвестиций, без которых, кстати говоря, играть не получится вовсе.

По сути, «отец реформ» Дэн Сяопин замыслил именно такую игру: построить капиталистическое общество, оберегать законы которого будет коммунистический режим со всеми страшными его атрибутами. Китай продолжает играть в нее и по сей день. У этой игры несколько довольно простых правил:
1) частная собственность неприкосновенна;
2) основными жителями территории являются предприниматели – они тут хозяева, территория создавалась для них;
3) конкуренция между предпринимателями максимально свободна;
4) чиновники обеспечивают нормальное функционирование территории; им запрещено управлять предпринимателями, но они обязаны всячески им содействовать;
5) администрация территории не имеет права ухудшать положение предпринимателей себе в угоду;
6) экономика выведена за рамки политики;
7) данные правила неизменны.

Хотя эта схема сильно утрирует реальную жизнь Китая, она, на мой взгляд, очень четко передает тот макро- и микроклимат, который создан в стране для частного бизнеса.

ОСНОВНЫЕ ЗАПОВЕДИ

В своем интервью Дмитрий Медведев назвал «общественную ментальность» одной из основных причин отечественной коррупции, добавив, что «брать взятки в нашей стране всегда было делом незазорным». Китайцы тоже исторически весьма склонны к коррупции. Уж никак не меньше русских. Клановость и семейность общества плюс традиционно особое положение чиновников часто тормозили прогресс Поднебесной. Дэн Сяопин, получивший французское и советское образование, прекрасно понимал, что если в таких условиях у авторитарной власти будет доступ к частному бизнесу, то на выходе получится тотальный беспредел и даже государственный дефолт. Именно поэтому защита частной собственности и свободного предпринимательства как от криминала, так и от чиновников, стали для Китая основными заповедями.

Многие знают, что коррупция в Китае – статья расстрельная, но не всем известно, что обычно достается всей семье виновного, причем не только близким, но и отдаленным родственникам. Производится тотальная конфискация имущества, выгоняют из партии, лишают работы, заставляют публично каяться. Аналогичные наказания предусмотрены и для различного рода «симбиозов» между чиновниками, силовиками и бандитами, поэтому такие явления для Китая редкость.

Еще один важный момент – презумпция вины взяткополучателя. Китайский закон считает, что чиновник априори обслуживает бизнес, это его работа и прямая обязанность. Поэтому, если бизнес дает взятку, значит его к этому либо принудили, либо, по крайней мере, расположили. Это не оправдывает взяткодателя, но наказание для него намного мягче. Вот тут можно скачать китайский УК.

В Китае умеют сажать и расстреливать за коррупцию. В 2000–2009 гг. за коррупцию было расстреляно 10 000 чиновников. Действительно, громкие процессы тут не редкость, и государство делает все возможное, чтобы они получили широкую общественную огласку. В самом деле, когда за взяточничество расстреливают вице-спикера, или судят сразу более 200 человек, вряд ли кто-то скажет, что «рука руку моет».

ВЛАСТЬ И БИЗНЕС

Такие репрессивные меры в отношении чиновников очень важны, но одними расстрелами проблемы не решить. Китай изменил отношения между властью и бизнесом в целом. Как говорилось выше, задача чиновников состоит в содействии бизнесу. Они не вправе указывать предпринимателям, что и как делать. Это прерогатива закона. И пока предприниматель действует в его рамках, чиновника вообще не должно быть видно.

Следствие этого – максимальная дебюрократизация всевозможных процедур: оплата налогов, получение разрешений, оформление документов и т.д. Проверки бизнеса сведены к минимуму. Появление в офисе компании налоговой службы, пожарной инспекции или, не дай бог, полиции может произойти только в самом экстренном случае. Бизнес должен делать деньги, его не надо отвлекать всякими глупостями. А если отвлекли так, что нанесли ущерб, государство его возместит. Догадайтесь, за чей счет?

В казенных местах практически нет очередей (это в Китае, с его населением!), здесь вам никогда не нахамят. Напротив, я несколько раз был свидетелем сцен, когда посетитель орал на чиновника за допущенную ошибку. Две недели назад я заехал в налоговую за 10 минут до обеда, и получилось так, что дело мое заняло минут 20. При этом двое служащих не только не выказали негатива, но, напротив, отгоняли от дверей охранников, пытавшихся закрыть учреждение на перерыв.

СВОБОДНАЯ КОНКУРЕНЦИЯ

Но и этих мер недостаточно. Для создания прозрачной среды, где люди не боятся заниматься бизнесом, необходимо обеспечить свободную конкуренцию. В рамках авторитарного государства, где отношения традиционно строятся на родстве и клановости, это задача вдвойне сложная. В Китае эта проблема решается количественно: в стране столько частного бизнеса, что одними «внеэкономическими рычагами» и «административными ресурсами» не обойдешься. Они, конечно, могут сильно помочь, но все же основная конкуренция развивается в экономической плоскости.

У этой проблемы есть и вторая сторона. То, что российский президент в своем интервью назвал конфликтом интересов: «Это ситуация, когда человек обязан заявить о наличии у него особого имущественного интереса. Он может быть вполне правомерным, этот имущественный интерес, но он входит в противоречие с интересами государственной службы, и человек об этом должен заявить. Вот здесь пока не получилось».

Нельзя сказать, что это получилось у Китая. Например, WikiLeaks пишет, что многие решения на высоком ровне принимаются исходя из клановых интересов членов Политбюро, семьи которых контролируют целые сектора промышленности или группы компаний. Сомневался ли кто-нибудь в этом в Китае? Вряд ли. Для китайцев это секрет Полишинеля. В китайском интернете свободно доступна (в отличие от заблокированной WikiLeaks) информация о семьях нескольких сотен высших китайских чинов, с указанием места работы и должности. Многие крупные компании, банки, консорциумы возглавляют родственники китайской политической элиты. Поговаривают также о том, что семья премьера Вэнь Цзябао – самая богатая в Китае.

Да, страной и экономикой управляют небедные и успешные люди. В конце концов, что же в этом плохого? Ведь ее не разворовали, и не вывезли деньги за границу, а совсем наоборот. Так что для стремительно развивающегося Китая конфликт интересов – вовсе и не конфликт, если он помогает развитию страны. Как говорил Дэн Сяопин, «не важно, чёрная кошка или белая кошка, если она может ловить мышей – это хорошая кошка».

НЕИЗМЕННОСТЬ ПРАВИЛ

И наконец, чтобы бизнес действительно поверил в то, что его деньгам и собственности ничего не грозит ни сегодня, ни завтра, надо обеспечить неизменность правил игры. А если правила все-таки меняются, то не в худшую сторону. В начале 70-х гг. у Китая совсем не было денег. Зато они были на Западе. Чтобы убедить иностранных инвесторов в сохранности капиталовложений, Китай создал специальные экономические зоны (СЭЗ), в которых царили рыночные отношения. Они просуществовали с конца 1970-х по середину 2000-х, и именно их положительный опыт постепенно распространялся на всю страну.

Китайцы вообще очень любят «обкатывать» экспериментальные проекты в рамках отдельно взятой территории (например, провинции), а затем корректировать ошибки и делать законом для всех. А в истории СЭЗ ошибок было немало: через них шли очень большие финансовые и товарные потоки, и государству не всегда удавалось вовремя рассмотреть, что то здесь, то там недостает сотни-другой миллионов долларов.

Но несмотря на ряд громких коррупционных скандалов, связанных с СЭЗ, и невзирая на меняющуюся экономическую конъюнктуру, которая позволяла инвесторам извлекать из СЭЗ сверхприбыли, государство никогда не меняло законов таким образом, чтобы положение инвестора ухудшилось по сравнению с изначальными условиями договора.

Сейчас эта неизменность касается не только СЭЗ и не только иностранного бизнеса, это общее правило. Например, в рамках подготовки к Олимпиаде пекинские власти были вынуждены выкупать земельные участки и выплачивать компенсации переселяемым жильцам практически по рыночным ценам. Несколько моих знакомых китайцев смогли на деньги, вырученные за продажу одной квартиры, купить две.

ТАКИЕ РАЗНЫЕ ТРАДИЦИИ

Надо ли делать вывод о том, что коррупция в Китае побеждена, а бизнес процветает? И да, и нет. Дело в том, что проблема эффективного мониторинга власти со стороны общества в Китае остается нерешенной. Кроме внутрипартийных механизмов, в Китае нет других политических институтов, которые позволили бы как-то влиять на ситуацию. Политические реформы в Китае неизбежны, и они станут серьезным тестом на прочность для китайских руководителей.

Но несомненно одно. Китай подойдет к ним в особой экономической традиции, которая успела сложиться в стране за годы реформ. Китайский бизнес привык к тому, что он фактически свободен, ему не надо бояться ни государства, ни криминалитета, ни конкуренции, ни даже глобального экономического кризиса. Ему не знакомо слово «беспредел». Нарождающаяся бизнес-культура Китая во многом опирается на западный опыт и западное же законодательство.

Так почему же моего приятеля Диму хотели убить в России свои же китайцы? Ответ прост: эти китайцы выросли и действуют в другой бизнес-традиции, где наезд и убийство являются если не нормой, то уж точно довольно распространенными явлениями. Во всяком случае, так мне сказал Дима.

Китай спасет Европу. Что придется отдать взамен?
 

Мировой кризис
http://slon.ru/economics/kitay_spase...n-693057.xhtml
28.10.2011, 20:02
http://slon.ru/upload/main/829/829e9...f95c88ab33.jpg
Дмитрий Майоров
http://slon.ru/images3/6/600000/232/693057.jpg
Фото: Reuters

Среди недавних решений саммита ЕС о мерах по локализации долговых проблем слабых стран выделяется договоренность увеличить объем Европейского фонда финансовой стабильности (EFSF) примерно до 1 трлн евро. Однако в Европе нет желающих давать слишком много денег. Так, немецкий Бундестаг перед саммитом одобрил увеличение фонда только до 780 млрд евро (с 440 млрд), доля Германии, соответственно, увеличилась до 211 млрд евро со 123 млрд.

Франция предлагает подключить ЕЦБ к наращиванию фонда, включив печатный станок, но финансово дисциплинированная Германия против этого. В результате, в умах еврочиновников все более настойчиво зреет идея подключить к фонду развивающиеся страны, в частности, БРИК, находящиеся сейчас в более выгодном финансовом состоянии. Кто же может помочь из них? Бразилия уже заявила, что воздерживается от прямого участия и может лишь помочь Европе через механизмы МВФ. Россия готова купить испанские облигации, но это слону дробина. Индия не обладает достаточными золотовалютными резервами, чтобы делиться. Остается Китай.

Глава Франции Николя Саркози, видимо, понимает, что Китай – это последняя надежда, и прямо призывает: «Нужно, чтобы Китай больше средств вкладывал в перезапуск мировой экономики. Если китайцы, которые располагают 60% мировых резервов, предпочитают вложить их в евро, а не в доллар, зачем отказываться? Почему отказываться от того, что Китай доверяет еврозоне и вкладывает часть своих излишков в наш фонд или в наши банки?»

Ранее министр финансов Бельгии Дидье Рейндерс также заявил, что Пекин может принять участие в увеличении EFSF. Однако, традиционно консервативный, Китай не спешит. Financial Times пишет со ссылкой на источник, близкий к китайскому руководству, что правительство Китая готово выделить лишь около $100 млрд для EFSF либо для нового фонда, созданного на его основе при сотрудничестве с МВФ. Тут же оговариваются и условия: любая поддержка EFSF со стороны КНР будет зависеть от вклада в этот фонд других стран и гарантий безопасности китайских инвестиций.

В пятницу глава EFSF Клаус Реглинг прибыл в Пекин для обсуждения вопросов возможного участия КНР в финансировании фонда. Однако подробности его общения с властями Поднебесной не обнародуются. Говориться лишь, что «переговоры носили очень специальный характер»…

Более того, Пекин указывает на то, что говорить о помощи рано. Конкретные вопросы функционирования самого EFSF еще предстоит прояснить. Однако, по-видимому, «китайский вариант» участия в EFSF все же будет использован в той или иной мере. «Главная фабрика мира» заинтересована в восстановлении спроса на свою продукцию, и вынуждена (хотя и со скрипом) финансировать перезапуск мировой экономики.

Китай в одиночку кредитует добрую половину мира, занимая 1-е место по размеру золотовалютных резервов (более $3 трлн) и потому располагает средствами для такого маневра. Он уже купил облигаций европейских государств на сумму около $500 млрд. Однако находящимся в сложном финансовом положении европейцам, похоже, тоже придется пройти на жертвы, учитывая то, каким жестким переговорщиком является Китай.

Говоря о гарантиях, Поднебесная может попросить и чего-нибудь более осязаемого. Например, страна очень нуждается в западных технологиях, однако развитые страны пока очень неохотно их предоставляют. Возможно, Европе придется стать щедрее, и договоренность последних дней о продаже за 100 млн евро шведского автопроизводителя Saab китайским компаниям Pangda Automobile Trade Co и Zhejiang Youngman Lotus Automobile Co – лишь начало этого процесса.

Кстати, уже давно идут разговоры о приватизации в Греции, однако пока инвесторам предлагают лишь согласиться на списание греческих долгов в объеме 50%. Между тем Греция – страна 1000 островов, а у китайцев – проблемы с территориями. Может, стоит поделиться ими в счет погашения долгов, а потом и начинать жить по средствам?

Зачем так откровенно лгать? – 3
 

http://aillarionov.livejournal.com/345844.html#cutid1
Или: 7-долларовая китайская зарплата

Похоже, тексты под такой рубрикой (см. предыдущие:
Зачем надо было так откровенно лгать?
Отчет читателям, или Зачем надо было так лгать? – 2)
рискуют стать регулярными.
Поводов для них, увы, не становится меньше.

Выступая 26 октября в передаче «Исторический процесс», А.Чубайс поставил, возможно, собственный рекорд по количеству и качеству произнесенных им искаженных, фальсифицированных, откровенно лживых утверждений.

lburakova уже обратила внимание на удивительную некомпетентность Чубайса, о которой он решительно поведал аудитории телеканала «Россия», на 33-й минуте передачи:
«Средняя заработная плата в Китае для одного миллиарда пятидесяти миллионов человек – семь долларов в месяц. Вы понимаете, о чем Вы говорите?»

Судя как по приведенному вопросу А.Чубайса, так и по ответу на него С.Кургиняна: «Она была еще ниже», ни один, ни другой не имеют представления о том, о чем они с таким апломбом сообщили на всю страну.

Во-первых, 1050 млн.чел., получающих заработную плату, в истории Китая не было никогда. По данным последнего статистического ежегодника Китая общее число всех занятых в стране в 2009 г. составило 780 млн.чел. Тогда же, когда Дэн Сяопин начинал свои реформы, в 1978 г., всех занятых в Китае было еще меньше – 402 млн.чел. Если же Чубайс таким корявым образом пытался говорить не о числе занятых, получающих заработную плату, а об общей численности населения страны, располагающего доходами в 7 дол., то и тут налицо продемонстрировано удивитеьное невежество. В нынешнем году население Китая перешагнуло рубеж в 1350 млн. чел., в 1978 г. оно равнялось 948 млн. чел.

Во-вторых, среднемесячная зарплата в Китае в настоящее время (по предварительным данным за первые три квартала 2011 г.) почти на два порядка превышает цифру, названную Чубайсом (7 дол.), и составляет 554 дол. США. По провинциям и городам она заметно различается – от 303 до 712 дол. США (данные 2009 г.), но нигде и близко не приближается к пресловутым 7 дол.

http://pics.livejournal.com/aillario...86fwp/s640x480

В-третьих, в своей заметке lburakova пожалела кандидата экономических наук, доцента, многолетнего вице-премьера российского правительства по экономическим вопросам, лауреата разнобразных премий и обладателя всевозможных титулов, предложив в качестве возможного объяснения чубайсовского ляпа известное наблюдение шведского профессора Ханса Рослинга о том, что «представления о мире у большинства людей существенно запаздывают, то есть отстают от того, что происходит на самом деле лет на двадцать, и получается, что шимпанзе справляется с, казалось бы, простыми статистическими вопросами куда лучше людей».

Увы, даже это снисходительное отношение к матерому полемисту оказалось необоснованным. Среднемесячной заработной платы в 7 дол. в месяц в Китае не было ни 20 лет назад, ни 30 лет назад, ни 50 лет назад. В последние более чем полвека (1960-2011 гг.), для которых имеются официальные статистические данные, такой зарплаты в Китае не было никогда. Ни сейчас, когда средняя зарплата превышает 550 дол. Ни в 1978 г., когда начинал свои реформы Дэн, и когда средняя зарплата составляла 30 дол. в месяц. Ни даже в страшном 1962 г., когда в результате катастрофы маоистского «большого скачка» она упала до 9,4 дол. в месяц.
http://pics.livejournal.com/aillario...879gd/s640x480


Иными словами, объявленные Чубайсом цифры никакого отношения к реальности – ни к географической, ни к исторической – не имеют. Откуда же взялась цифра в 7 дол.?

На память приходит, пожалуй, единственный относительно хорошо известный пример месячной заработной платы в 7 долларов, возможно, неслучайно застрявший в памяти Чубайса и столь неожиданно, прямо по Фрейду, вырвавшийся из его подсознания в публичное пространство. Такая месячная зарплата действительно имела место быть, только не в Китае, пусть даже во времена «большого скачка» и «культурной революции». Такая зарплата была в России. В России января 1992 г. – месяца, врезавшегося в память миллионов граждан нашей страны как начало «гайдаровских реформ».

К сожалению, даже этим примером чубайсовские передергивания, искажения, фальсификации, прозвучавшие в упомянутой передаче, не ограничиваются. О других – в следующем постинге.

Зарплаты, доход, ВВП в Китае
 

http://aillarionov.livejournal.com/347650.html#cutid1

В продолжение этого поста полагаю возможным разместить данные о среднемесячных величинах зарплат по видам предприятий, а также некоторых видов доходов и ВВП в Китае в 2009 г. (по обменному курсу).

Показатели Заработная плата, доход, ВВП
в месяц в 2009 г., дол. США
Все предприятия 393
Государственные предприятия 416
Городские коллективные предприятия 251
Кооперативные предприятия 305
Предприятия совместной собственности 360
Корпорации ограниченной ответственности 350
Акционерные общества 469
Предприятия с инвестициями из Гонконга, Макао, Тайваня 343
Предприятия с иностранными инвестициями 453
Располагаемый доход на городского жителя 210
Чистый доход на сельского жителя 63
Денежный доход в среднем на душу населения 131
ВВП на душу населения 312
Источник: China Statistical Yearbook 2010

Для справки:
Заработную плату в Китае получают преимущественно городские жители. Сельские жители получают преимущественно доход. Численность городского населения в Китае в 2009 г. составляла 622 млн.чел. (46,6%), сельского населения – 713 млн.чел. (53,4%).

В 2010 г. средняя заработная плата в Китае в 2010 г. составила 465 дол., или 66,6% от зарплаты в России (698 дол.).

Динамика соотношения ВВП на душу населения по паритетам покупательной способности (ППС) по данным МВФ в Китае и России в 1990-2011 гг. представлена на графике ниже.

http://pics.livejournal.com/aillario...8923c/s640x480

Источник: IMF Database.

При этом следует иметь в виду, что в силу сильно завышенных в последние годы (относительно исторических многолетних) цен на энергоносители применяемая методология расчета ППС завышает текущие российские показатели ВВП и ВВП на душу населения по сравнению с тем, какими они были бы в том случае, если цены на энергоносители были бы близки к средним многолетним, примерно на 20-25%. Поэтому более реалистичное соотношение душевых ВВП в Китае и России в настоящее время находится, очевидно, в пределах 60-65%.

Данный пост вызван не только необходимостью дезавуировать некомпетентное заявление, сделанное с немалым апломбом на всю страну. И даже не потребностью привлечения внимания многих зрителей упомянутой передачи к тому, что яркая форма выступления («мы увидели прежнего Чубайса!») может легко затмить его содержание, не имеющее ничего общего с действительностью. Данный пост вызван необходимостью обратить внимание на опасность популяризации ложного месседжа, принципиально искажающего ситуацию в современном мире и быстро меняющиеся места в нем нынешней России и соседнего Китая.

Рабоче-крестьяне
 

http://www.chaskor.ru/article/raboche-krestyane_9605
Александр Храмчихин среда, 26 августа 2009 года, 09.05

Сельская жизнь КНР
http://www.chaskor.ru/posts_images_2...grichinbig.jpg
// Reuters

Особенностью сельского хозяйства Китая является его крайне низкая эффективность из-за малого размера земельных наделов. Их укрупнение приведёт к дальнейшему росту безработицы. Уникальным феноменом является сельская промышленность КНР, которая существенно облегчает проблему занятости населения, зато вносит огромный вклад в разрушение окружающей среды.

Серьёзное влияние на социальную ситуацию оказывает тип сельской экономики Китая, для описания которого в научной литературе КНР введён термин «основная обстановка», или «людей много — земли мало». Географические условия Китая, его перенаселённость, быстрое развитие промышленности, энергетики, транспорта, городского строительства являются причинами того, что площадь пахотных земель на душу населения намного ниже, чем среднемировое значение. Причём в Китае этот показатель продолжает сокращаться из-за усиленной эксплуатации земель сельхозназначения, ведущей к их деградации и выводу из оборота, и передачи таких земель под нужды, не связанные с ведением сельского хозяйства.

Первым мероприятием в рамках китайских реформ, начавшихся в конце 1978 года, стало расформирование существовавших при Мао сельских коммун и раздача крестьянам земельных наделов в длительное наследуемое пользование. Это привело к быстрому и значительному росту производства продовольствия, что позволило снять в КНР проблему голода, достаточно остро стоявшую ещё в 70-е годы ХХ века, значительно улучшить благосостояние населения и социальную обстановку. Однако в результате этой меры сложился и прочно закрепился мелкопарцеллярный характер сельского хозяйства (наиболее эффективным является соотношение 100 га пашни на одного крестьянина, а в Китае на одного крестьянина приходится 0,5 га). Он не позволяет провести механизацию сельского хозяйства (на мелких наделах использование техники не представляется возможным) и, соответственно, повысить производительность труда. Поэтому в рамках данной модели существует объективный предел роста производства продукции, причём этот предел, по-видимому, уже достигнут в конце 90-х годов (после этого планы по сбору зерновых хронически не выполняются, урожаи зерновых в первые годы ХХI века ниже, чем в конце 90-х годов ХХ века). Этот уровень производства в условиях продолжающегося роста населения и его запросов и потребностей не позволяет обеспечить продовольственную безопасность Китая, а в будущем может вновь возникнуть ситуация дефицита продовольствия. При этом даже в рамках данной модели, когда в сельском хозяйстве используется почти исключительно ручной труд, эффективность которого очень низка, количество рабочей силы в этой сфере избыточно. Себестоимость продукции в Китае гораздо выше, чем в развитых странах, производительность труда — во много раз ниже.

Единственным способом решения проблемы производительности сельского труда является укрупнение земельных наделов. Однако его осуществление приведёт к дальнейшему росту избыточной рабочей силы, не имеющей перспектив трудоустройства (по крайней мере на селе). Кроме того, лишение значительного количества крестьян земельных наделов чрезвычайно отрицательно скажется на социальной обстановке в стране, поскольку крестьяне рассматривают эти наделы как страховку от голода и источник доходов, необходимых для жизни.

Одной из важнейших мер станет расширение прав крестьян по пользованию землёй. Во-первых, будет продлён срок бесплатной аренды участков земли (сейчас он составляет 30 лет), во-вторых, крестьяне получат возможность сами сдавать эти участки в аренду или обмениваться ими. Это может иметь принципиальное значение в том плане, что начнётся укрупнение земельных владений. Сейчас в Китае, где «людей много, земли мало», мельчайшая нарезка участков становится непреодолимой преградой на пути повышения производительности сельского хозяйства, его механизации. А из-за этого производство зерновых в Китае в конце 90-х достигло потолка и даже начало снижаться. Потребности населения страны продовольствием не обеспечиваются, его приходится во всё больших количествах закупать за рубежом. Нет необходимости объяснять, насколько это опасно. Теперь появляется возможность решить продовольственную проблему и одновременно повысить благосостояние крестьян.

Если в большинстве развивающихся стран проблема избыточной рабочей силы в деревне решается путём её переливания в городскую экономику, то в Китае и в самих городах есть много избыточной рабочей силы. Именно отсюда возник феномен сельской промышленности. К середине 90-х годов сельские предприятия производили более 50% промышленной продукции страны, специализируясь на изготовлении потребительских товаров, комплектующих, удобрений, сельскохозяйственных орудий, стройматериалов, на добыче угля. На этих предприятиях было трудоустроено более 100 млн крестьян. Китай стал единственной страной в мире, где переход крестьян к несельскохозяйственному производству не сопровождался массовым переселением в города. Ситуация такова, что до 40% избыточной рабочей силы в деревне невозможно трудоустроить ни в сельском хозяйстве, ни в городской промышленности. Из-за этого социальная роль сельских предприятий важнее собственно экономической. При этом можно отметить, что сельские предприятия способствуют уменьшению пахотных площадей, то есть возникает самоподдерживающийся процесс (чем больше сельских предприятий, тем меньше пахотных площадей, что вызывает высвобождение новой рабочей силы, для поглощения которой требуются новые предприятия). Кроме того, они заметно тормозят технический прогресс.

Да и Запад ведь тоже заинтересован в её сохранении. Он будет много и интересно рассказывать самому себе про прелести информационного постиндустриального общества (никакой экономический кризис эти рассуждения не отменит, скорее наоборот). При этом как-то игнорируется тот факт, что обитатели это земного рая должны есть, причём много и вкусно, обуваться и одеваться, причём красиво и хорошо, ездить на замечательных автомобилях и работать на чудесных компьютерах (какое же это иначе информационное общество?). И всё это должен кто-то сделать ручками, причём желательно, чтобы дёшево. Вот китайцы и делают. Ручками, много и дёшево. Думать о последствиях этого чуда не хочется.

С середины 80-х практически весь прирост рабочей силы в деревне поглощался сельской промышленностью, это стало одной из причин падения сбора зерна. В промышленность переходит наиболее образованная часть крестьян, что снижает качество занятых в собственно сельском хозяйстве.

Масштаб проблем, обусловленный размерами населения и экономики, делающий проблемы Китая проблемами всего мира. Перечисленные выше многочисленные «самые высокие в мире» — это в процентах. Но при этом надо помнить и об абсолютных величинах. В частности, о 1,3 млрд населения. О более чем 200 млн хозяйствующих субъектов. Из-за этих масштабов высокие контрасты в процентах становятся просто астрономическими при переводе их в абсолютные величины: 200—300 млн безработных, 150 млн внутренних мигрантов и т.д. и т.п.

Сельская промышленность стала основным воплощением проблемы Китая — наличия огромного количества предприятий с крайне низким техническим уровнем производства, определяющим крайне неэкономное расходование ресурсов и нанесение серьёзного ущерба окружающей среде (ни о каких природоохранных мерах на таких предприятиях не может быть и речи, для этого у них просто нет денег). Таким образом, развитие сельской экономики позволяет решить одни проблемы и создаёт другие.

Ещё одним вариантом решения проблемы избыточной рабочей силы в деревне стала миграция сельского населения в города и, в меньшей степени, в сельскую местность высокоразвитых приморских провинций. Миграция обеспечивает поглощение избыточной рабочей силы, которую не могут занять сельское хозяйство и сельская промышленность, снижает социальную напряжённость в регионах-донорах, способствует росту экономики в принимающих регионах, позволяет поддерживать низкую стоимость рабочей силы. Хотя миграция формально противоречит существующей в КНР системе прописки, она позволяет снизить социальную напряжённость, поэтому власти ей как минимум не препятствуют. При этом, однако, формальная противозаконность процесса в сочетании с его массовостью порождают проблемы другого рода.

Город и деревня в Китае сегодня, по сути, находятся в разных исторических измерениях. Если в городах происходит быстрая модернизация, то в деревне ещё сохраняются многие признаки традиционного общества и африканский уровень жизни. Сельское население не охвачено системой социального страхования. Доходы на душу населения в деревне примерно в 6 раз ниже, чем в городе, причём разрыв нарастает. Этот разрыв — самый высокий в мире. При этом внутри самого сельского населения дифференциация доходов ещё выше и достигает 13—15 раз.

Внутренние мигранты (их численность составляет 140 млн человек, что превышает население России) не имеют городской прописки, их труд оплачивается как минимум вдвое ниже, чем труд горожан, а часто не оплачивается вообще (люди работают только за питание), охрана труда отсутствует, как и медицинское обслуживание, учёт рождаемости и смертности не ведётся и т.д. Именно эта категория лиц совершает не менее половины преступлений в городах.

Тем не менее у китайского руководства просто нет выхода, оно будет стимулировать укрупнение земельных наделов и переселение крестьян в города. Что будет порождать новые проблемы и новые замкнутые круги.

Китайский укор
 

http://www.stoletie.ru/rossiya_i_mir...2011-12-06.htm
Почему в российских СМИ эта огромная, быстро растущая страна окружена «Великой стеной молчания»?
http://www.stoletie.ru/upload/iblock...tp%20pyrnd.jpg
06.12.2011

Без малого 35 лет проработал я в системе советской внешней разведки, и, помнится, редкий день у нас обходился у нас без обсуждения «китайской проблемы». И не только у нас, но и в ЦК КПСС, и в МИДе. Наиболее активные участники споров делились на две стороны, условно называвшие себя «ястребами» и «голубями».

Первые считали Китай весьма опасным соседом нашей страны, военное столкновение с которым исторически неотвратимо, а последствия конфликта непредсказуемы. Они ставили Китай в один ряд с таким противником Советского Союза, как США. Основные доказательства правоты своей позиции они находили в публиковавшихся тогда в Китае картах «территориальных претензий» к Советскому Союзу – кстати, официально Пекин нам никогда таких претензий не предъявлял. В 1969-м произошли кровавые события на острове Даманский, а вскоре, в 1972-м, в Пекине внезапно объявился шустрый государственный секретарь США Генри Киссинджер, и начался быстрый процесс нормализации американо-китайских отношений. «Ястребы» потирали руки: «Ага, мы оказались правы!». Они напористо атаковали наш тогдашний партийный Олимп, настаивая на резком увеличении советского военного присутствия на Дальнем Востоке, рекомендовали всячески препятствовать развитию Китая, укреплять отношения и связи со всеми его потенциальными противниками.

Но «голуби» не собирались сдаваться. Они упорно стояли на своем: дескать, Китай и наша страна - это два геополитических колосса, которые смотрят в разные стороны и прижаты друг к другу спинами.

Мы смотрим в сторону Европы, а Дальний Восток - наши национальные задворки. Пекин же, наоборот, повернут в сторону азиатско-тихоокеанского простора, где в окрестных странах проживают многомиллионные колонии китайцев, где нравы и обычаи населения ему близки и понятны. «Голуби» утверждали, что сами китайцы в далекие времена построили Великую стену в качестве своей северной государственной границы, за которой простирались дикие холодные степи, откуда время от времени приходили агрессивные орды кочевников. Жесткие словесные перепалки с Москвой «голуби» объясняли потребностями внутриполитической борьбы в китайском руководстве, а сближение с США - прагматическими соображениями.

За годы, прошедшие с тех пор, в мире произошли радикальные перемены, причем в первую очередь они коснулись наших двух стран. Тогдашний СССР рассыпался на пятнадцать независимых государств. Россия - один из его обломков – де-факто выпала из числа крупных промышленно развитых стран мира с ее скромной долей в 1,5 процента в мировом ВВП. Китай же, наоборот, стремительно ворвался в число лидеров мирового экономического развития. Его экономика уже сейчас дает более 10 процентов мирового ВВП и продолжает расти ошеломляющими мир темпами, в среднем на 7-8 процентов ежегодно.

Когда в 2009-м КНР отмечала свое 60-летие, мир испытал чувствительный шок от продемонстрированной на площади Тяньаньмынь организованной мощи азиатского колосса. Успехи в освоении космоса, высокие темпы модернизации страны, настойчивое завоевание мировых рынков и, наконец, феноменальные спортивные достижения китайцев говорят о том, что мы имеем дело с подлинным «социально-экономическим чудом». В период моего депутатского мандата, с 2003-го по 2007-й, мне довелось дважды посетить КНР в составе делегаций Государственной Думы, я имел возможность присутствовать при беседах Бориса Грызлова со всеми руководителями КНР. Удалось посетить некоторые внутренние районы страны. Накопившиеся впечатления только усилили чувства уважения к необычайному эксперименту, начатому Дэн Сяопином в 70-е и приведшему к столь впечатляющим результатам.

Отношение мира к Китаю незаметно, но очень быстро изменилось на 180 градусов. Всего лишь пару десятков лет назад, в 1989-м, чванливые европейцы, старающиеся обучать всех азам демократии и цивилизации, метали громы и молнии в адрес Китая, применившего силу и оружие на площади Тяньаньмынь.

Сейчас европейцы заглядывают в глаза Пекину, как бы умоляя его купить их обесценившиеся государственные бумаги, помочь им выбраться из финансовой ямы, размытой вольными рыночными селевыми потоками.

Китай давным-давно принят во Всемирную торговую организацию, а Европейский Союз является основным торговым партнером Поднебесной в мире.

Какой грозный рык раздавался из Вашингтона в начале XXI века, когда китайские истребители силой посадили на своей территории зарвавшийся американский разведывательный самолет. Китайцы и ухом не повели. Они распотрошили всю шпионскую начинку, вернули хозяевам пустую скорлупу, продержали для острастки экипаж несколько месяцев в тюрьме. Сколько ни клялись в США, что будут продолжать практику полетов, но стали обходить Китай далеко стороной. Барак Обама впервые решил больше не принимать далай-ламу во время его приездов в США, чтобы не раздражать КНР. Высокомерные англичане спокойно, без истерики, отдали китайцам Гонконг. Так же спокойно в свое время воссоединится с Китаем и Тайвань. Торопиться ведь некуда, это не проблема завтрашних или послезавтрашних выборов, а национальный вопрос, решение которого требует последовательности, упорства и настойчивости.

Бросается в глаза одно обстоятельство: в России мало пишут и говорят о процессах, протекающих в Китае. Почему в российских средствах массовой информации эта огромная, быстро растущая страна окружена «Великой стеной молчания»? Так, проскочат короткие поверхностные материальчики по случаю годовщины или по поводу визитов на высшем уровне, и опять болотная ряска молчания затягивает открывшееся на короткое время окно. Знают россияне, что Китай хорошо развивается, потому что на наших базарах много товаров из Поднебесной, но мало кто представляет себе характер и масштабность китайского экономического чуда.

Совсем путаются люди, когда их спрашивают о характере китайского политического строя: то ли капитализм, то ли социализм, то ли какая-то особая мутация.

Зато все наслышаны, что китайцы правдами и неправдами проникают на наш Дальний Восток и Сибирь, захватывают там экономические позиции и вот-вот отхватят все Зауралье. Я слышал правдивые рассказы о том, как одна предприимчивая особа в Амурской области умудрилась за один только год 82 раза выйти замуж за китайцев и столько же раз развестись. Да, ей нужны деньги, а ее «мужьям» бумаги для оформления вида на жительство. Мы теперь знаем больше об амурных похождениях Сильвио Берлускони, о молодом отце Николя Саркози, чем о великом Китае...

Теперь я не слышу тех отголосков споров «голубей» и «ястребов», в ходе которых велись поиски ответа на вопрос: «А как нам себя вести в китайских делах?». Жизнь сама решила многие вопросы, волновавшие нас. Тогда наша государственная граница была вся, как говорится, «вилами на воде писана». Сегодня усилиями двух правительств она не только оформлена государственными договорами, но и демаркирована на местности. Постоянно растет наша торговля, улучшаются гуманитарные контакты. Мы вместе с китайцами входим в Шанхайскую организацию сотрудничества, которую кое-кто на Западе называют «азиатским НАТО». Все страхи прежних «ястребов» отпали. Когда на высоком уровне возникает вопрос о соседских мигрантах, то представители китайских властей обычно спокойно отвечают: «У нас нет государственной политики поощрения незаконной миграции наших граждан на территорию России, но мы не можем насильственно препятствовать свободе передвижения наших граждан. У вас имеется полное право регулировать миграционные потоки в Россию в соответствии с вашими национальными интересами. Мы с пониманием относимся и к высылке наших граждан из России, если они нарушили российские законы и нормы поведения. Так что этот вопрос целиком зависит от ваших властей!».

Весь политический бомонд России, ее так называемая «элита», на мой взгляд, сгорают от стыда и зависти при одном упоминании Китая.

Ведь обе наши страны были коммунистическими, примерно в одно и то же время начали искать пути выхода из четко обозначившегося тупика, столкнулись со сходными ситуациями, когда оппозиция вышла на улицы с открытыми претензиями на власть. М. Горбачев в дни трагических событий на площади Тяньаньмынь в 1989-м находился с официальным визитом в Китае и пытался давать советы, как им поступить в духе его учения о «новом мышлении». Но в Пекине на него смотрели, как на надоедливую муху и постарались как можно быстрее отправить его обратно в СССР. Еще раньше китайцы также брезгливо отнеслись к рискованной авантюре Никиты Хрущева, который, не думая о последствиях, развенчивал покойного И. Сталина, чтобы утопить своих живых политических противников в лице В. Молотова, Г. Маленкова и Л. Кагановича.

То, что сделали китайцы за последние четверть века, выдвигает их в число выдающихся теоретиков и практиков социальной трансформации. Если бы не живучие стереотипы и антикоммунистические предрассудки, то Дэн Сяопину давно следовало бы присудить Нобелевскую премию по экономике за его вклад в реформу отсталой сельскохозяйственной страны и превращение ее в динамично развивающуюся державу. В 60-70-е годы прошлого века политологи на Западе долго и усердно разрабатывали теорию так называемой конвергенции, то есть формирования такого общества, в котором сочетались бы положительные черты как социализма, так и капитализма. Тогда оба этих уклада считались прочными и перспективными. Сейчас подавляющее большинство пишущей и вещающей братии стараются убедить читателей и слушателей в том, что социализм почил в бозе окончательно и бесповоротно. Им лень подумать, а не воплотил ли Китай на практике эту самую конвергенцию, почему, собственно, и поражает своими успехами в социальном и экономическом строительстве?

Китайцы совершили некое чудо - наподобие изобретения пороха. Кстати, они пользовались порохом в основном для мирных, увеселительных целей, составной частью орудия убийства порох стал только когда секрет его изготовления стал известен европейцам.

Они сумели соединить план и рынок воедино, опрокинув тем самым шаблоны, исповедовавшиеся как твердокаменными марксистами, так и столь же меднолобыми либералами.

На самом ответственном этапе своего исторического развития китайцы сумели найти оптимальный вариант гармонизации интересов личности с интересами всего общества, что позволило им избежать сколь-нибудь опасных социальных конфликтов на сложном пути экономических преобразований.

Китайские руководители ведут реформаторскую работу в стране с полуторамиллиардным населением, используя сильное государство и единую политическую партию в качестве интеллектуального и организационного центра. Государство и партия берут на себя всю ответственность за успех или неудачу своей политики. Китайцам удалось открыть секрет бесконфликтной смены поколений государственных и партийных руководителей всех уровней.

Поражает бережное, прямо-таки трепетное отношение китайцев к своей истории. Они не охаивают ни одного ее периода, находя в каждом из них полезные уроки.

Дэн Сяопин, дважды репрессированный в годы «культурной революции», никогда не использовал свой горький опыт в целях политической спекуляции.

Успех китайских реформ в огромной степени объясняется тем, что правительство сумело ясно и понятно донести до сознания людей основные цели и задачи преобразований, смысл которых с самого начала носил глубоко гуманистический характер. Первый этап был определен кратко и понятно: «Накормить и обогреть людей». Все силы были брошены на увеличение производства продуктов питания, одежды и обуви. После голода и разрухи, оставшихся в наследство от периода «Великого скачка», люди воспрянули духом, поверили своим руководителям и взялись за дело с истинно китайским трудолюбием. К началу 90-х годов прошлого столетия задачи первого этапа реформ были решены. Китай сейчас производит более 400 килограммов зерновых на душу населения, производство и вылов рыбы достигают почти 50 миллионов тонн. Страна обеспечивает себя овощами и фруктами.

Новый этап реформ ориентирован на построение «общества среднего достатка» для подавляющего большинства населения страны. Под этим выражением подразумевается способность китайской семьи покупать модную одежду, приобретать бытовую технику - стиральные машины, персональные компьютеры, телевизоры. Если сейчас средний уровень душевого дохода в КНР составляет порядка 1,3 тысячи долларов, то задача ставится довести этот показатель до 3 тысяч долларов. Этими индикаторами не исчерпывается социальная ориентированность китайских реформ. Социологи разработали целую таблицу из 36 показателей, характеризующих улучшение качества жизни рядового человека в КНР. В нее включается не только стоимость потребительской корзины, но и прирост жилой площади, увеличение потребления электроэнергии, улучшение экологических условий.

Средний китаец знает, что ждет его впереди - если он будет честно и добросовестно трудиться. Государство в Китае не отказалось полностью от своих патерналистских функций, за что население платит ему доверием.

В стране сложилась особая атмосфера взаимной лояльности между государством и населением.

Даже начинающий политолог скажет: в современном мире количество и качество населения является важнейшим критерием для определения, какую нишу займет то или иное государство в мировом сообществе. Избыток населения может оказаться столь же губительным, как и его растущий дефицит. Китайцы придерживаются принципа «Одна семья - один ребенок». За рождение второго ребенка полагается штраф в размере 5 тысяч долларов. Расчет делается на то, чтобы к 2015-му население КНР составило не более 1 миллиарда 400 миллионов человек, но его качество должно существенно улучшиться. На образование планируется выделять не менее 4 процентов ВВП, что приведет к росту уровня общей и профессиональной подготовки китайских граждан.

Страна, некогда являвшаяся центром мирового производства и потребления опиума, практически изжила свои смертельно опасные привычки.

Молодежь заражается тягой к здоровому образу жизни, чему способствует государство, субсидируя и поощряя развитие спорта и, соответственно, направляя содержание информационной политики в средствах массовой информации. Употребление алкоголя в Китае никогда не носило характера эпидемии, но население страны является одним из самых курящих в мире. Четверть всего мирового производства сигарет - это около 1 триллиона 700 миллиардов штук - потребляется в Китае. Государство решительно вмешалось в эту ситуацию. Мало того, что производители и распространители табачных изделий обязаны теперь от 30 до 50 процентов площади пачки сигарет покрывать предупреждениями о вреде курения, главное - запрещена реклама табачных изделий.

Приводить данные об экономических успехах Китая - что сыпать соль на свои собственные раны. Но делать это надо, чтобы подчеркнуть какой огромный потенциал имеет трудолюбивый народ, которым руководят достойные уважения творческие люди. Не очень многим известно в России, что китайцы поставили задачу учетверить свой ВВП за период с 2000-го по 2020-й - при всех сложностях, связанных с ограниченностью сырьевой базы. Ставка была разумно сделана на производство трудоемкой, высокотехнологичной продукции. К началу текущего века Китай стал мировым лидером в производстве телевизоров, стиральных машин, фотоаппаратов, персональных компьютеров. Сейчас 85 процентов китайского экспорта составляет продукция электронной промышленности, машиностроения и легкой промышленности. Китай буквально задавил своих конкурентов дешевизной при среднем качестве своей продукции. Сейчас положительное сальдо торгового баланса только с США составляет для КНР сумму, значительно превышающую 100 миллиардов долларов в год. Обувная и пошивочная промышленности Америки практически исчезли, не выдержав конкуренции с китайским импортом.

По-моему, это является блестящим образцом использования международных инструментов - в данном случае, Всемирной торговой организации - в своих национальных интересах.

Любой, не лишенный здравого смысла человек, сделает вывод, что вряд ли стоит рассчитывать на серьезные разногласия между США и КНР. Китайцы будут бережно относиться к курочке, которая несет «золотые яйца».

Бережливость и рачительность китайцев общеизвестны. Эти качества воспитываются семьей, традициями, средствами массовой информации, властью. Банковская система в Китае является, в основном, государственной, причем государство гарантирует сохранность личных вкладов граждан, в результате чего сбережения частных лиц стали одним из главных источников финансирования экономических программ развития. Во всех финансовых вопросах именно доверие является основой стабильности и процветания. Китаю верят и свои, и чужие. Капиталы текут в КНР постоянным, непересыхающим ручьем. В это же самое время наше министерство экономического развития прогнозирует в 2011-м чистый отток капитала из России в размере 80 миллиардов долларов. Печально, что этот показатель стабилен на протяжении последних пяти лет.

Поражаешься, когда узнаешь, что в процветающем Китае сейчас имеется всего около 25 миллионов автомашин, в то время как Россия хвастается тем, что вышла на первое место по числу купленных за рубежом дорогостоящих автомашин престижных марок. Да и самих автомашин у нас значительно больше 30 миллионов – при нашем-то населении. Совершенно очевидно, что наш менталитет российские средства массовой информации ориентируют в основном не на производство, а на потребление.

До 2050-го планируется поступательное наращивание ВВП от 8 процентов в первое десятилетие нынешнего века до 4-5 процентов в 2040-2050 годах, после чего Китай по уровню ВВП на душу населения сравняется с ведущими странами планеты и превратится из региональной державы в сверхдержаву мира. Для этого надо, в первую очередь, обеспечить энергетическую базу для столь амбициозных проектов: КНР по всему миру ищет возможность получения нефти, являясь сегодня третьим в мире ее импортером после США и Японии. Сейчас китайцы активно осваивают казахстанскую нефть, поскольку построен прямой нефтепровод мощностью в 30 миллионов тонн в год, нефть ищут в Анголе, в латиноамериканских странах. Кто ищет, как поется в песне, тот всегда найдет…

Китайцы не рефлексируют по поводу опасности получения электроэнергии на атомных электростанциях, они приняли решение в первые двадцать лет нынешнего века увеличить их мощность в 7-10 раз. Пекин намерен построить 50 блоков АЭС мощностью в 1000 мегаватт каждый. Россия получила подряд на строительство одной из таких электростанций на берегу Желтого моря в районе Ланьюньган, и старательно пытается укладываться в жесткие рамки технологических требований и временные параметры.

С истинно китайским размахом в стране принялись за развитие гидроэнергетики. В верховьях реки Янцзы затеяли самую крупную в истории страны - после возведения Великой китайской стены - стройку. Речь идет о создании гигантского гидроузла под названием «Три ущелья» стоимостью в 25 миллиардов долларов. Плотина поднимет уровень воды на 175 метров, а общая мощность гидроузла составит более 18 миллионов киловатт. Строительство еще не завершено полностью, но первые турбины уже дают электроэнергию, «Три ущелья» станут самой крупной гидроэлектростанцией мира. В середине девяностых годов, когда проводился международный тендер на участие иностранных инвесторов в этом проекте, Россия находилась в состоянии апокалипсического развала и оказалась неспособной получить свой «кусочек места под солнцем». Мы, совсем недавно бесспорные лидеры гидростроительства, теперь только провожаем глазами процессы рождения новых мировых светил в этой области.

Относительно недавно китайцы покупали у нас большое количество оружия и сопутствующих товаров, но теперь производят почти все сами и даже становятся нашими конкурентами на рынках третьих стран.

Так происходит, например, с истребителем-штурмовиком Су-27, на производство которого КНР купила у нас лицензию, а теперь предлагает свой вариант самолета покупателям в «третьем мире». В области гражданской авиации китайцы приняли, судя по всему, стратегическое решение: ориентироваться на американскую технику до тех времен, когда Китай сам сможет производить нужную ему авиацию. Сейчас подавляющее большинство летательных аппаратов, обслуживающих внутренние и международные линии КНР, куплены у фирмы «Боинг». Руководители гражданской авиации считают, что для удовлетворения полностью потребностей КНР им понадобится около 2,5 тысяч воздушных судов, на приобретение которых могут понадобиться около 200 миллиардов долларов. Это крупная сумма, но с учетом огромного положительного сальдо в торговле с США Китай может себе позволить эту покупку.

Годы идут, а в отношениях между Китаем и Россией радикальных изменений не происходит. Идет количественное наращивание по традиционным направлениям, много говорится высоких слов о «стратегическом партнерстве», но нет масштабных проектов, достойных потенциалов обеих стран. Создается впечатление, что прежние «голуби» и «ястребы» превратились в единого мутанта, который так не решил, как же надо относиться к нашему великому азиатскому соседу: как к потенциальному противнику или как к доброжелательному соседу. Почти десять лет тому прочитал одно из высказываний помощника президента по внешней политике Сергея Приходько по китайскому вопросу. Вот что он сказал: «Поспешных решений здесь быть не должно - ведь данное направление взаимодействия имеет стратегическое значение, носит долгосрочный характер и требует многомиллиардных капиталовложений. Нужно без эмоций продолжать поиск выверенного баланса интересов».

Вот мы и продолжаем искать «выверенный баланс интересов», а годы проходят, и «караван идет». Бог с ними, с государственными мужьями, осторожность в мыслях и словах - это часть их профессии, но и обычные ученые-синологи, свободные от чиновничьих пут и вериг, тоже бродят ощупью в потемках.

Когда-то среди ученых бытовало мнение, что китайский эксперимент лопнет из-за неизбежных противоречий между экономическим плюрализмом и политическим монополизмом компартии. Но практика показывает, что эти две силы, видимо, давно нашли свой modus vivendi.

Часть синологов прогнозировала возникновение разногласий в руководстве КНР, говорили о неизбежности политического кризиса, но аргументация этих утверждений была всегда жиденькой и неубедительной. На Западе тоже не бывает нехватки в мрачных предсказаниях, касающихся судьбы КНР. Но опять-таки, фундамент таких прорицательств крайне слаб.

Что же делать нам, «простым гражданам» России? Прежде всего, перестать делать вид, что Китая не существует. Прятать голову в песок - не лучший вариант реакции на сложные ситуации. Надо, напротив, усилить изучение Китая, исключив всякую предвзятость в сборе информации, ее интерпретации. Помните знаменитую фразу Дэн Сяопина: «Неважно, какого цвета кошка, главное, чтобы она ловила мышей»?

Автор в те далекие годы принадлежал к «голубям», и сейчас считает: не стоит преувеличивать военную угрозу Пекина. Спекулировать на военной опасности со стороны Китая - это преступление против России.

Мы сожрали сами себя в безумной гонке вооружений, а мудрые китайцы спокойно жили и живут под сенью доктрины «разумной достаточности». Их скромных ядерных арсеналов хватает, чтобы гарантировать неприкосновенность КНР, а мы мучаемся с армадами ненужных, списанных ядерных подводных лодок, не знаем, что делать с исчерпавшими ресурс тяжелыми МБР, печально смотрим на авиационный антиквариат…

Время поиска модели добрососедского сожительства с великой китайской цивилизацией давно подошло. Два вопроса. Если не сейчас, то когда? Если не мы, то кто будет этим заниматься?

Специально для Столетия

Жизнь китайцев в клетках в Гонконге
 

http://ttolk.ru/?p=9126
14.01.2012
http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2012/01/103.jpg

Гонконг причисляют к самым богатым городам Китая. К примеру, количество бутиков Луи Витона в этом городе превышает аналогичное в Париже. Однако жизнь десятков тысяч бедняков уныла: многие существуют как кролики, ночуя в клетках размером 180 на 60 сантиметров. Британский фотограф Брайан Кэсси задокументировал жизнь низов Гонконга.

Владельцы доходных домов наживаются на нищих гастарбайтерах из внутренних провинций Китая, бедняках, опустившихся стариках и прочем люде, которому не под силу оплачивать дорогостоящую аренду жилья в бывшей британской колонии. Владельцы недвижимости придумали ставить в комнату до 20 металлических клеток, которые сдают в аренду этому контингенту. Самая дорогая клетка стоит около 200 долларов, самые дешевые – около 130-150 долларов в месяц. Таким образом, с одной большой комнаты в 40-45 квадратных метров лендлорд имеет в месяц до 3-4 тысяч долларов дохода.
http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2012/01/15.jpg
Клетки, естественно, для экономии пространства ставятся в три яруса. Самые дорогостоящие находятся на первом ярусе. Душ и туалет в таком общежитии общие, кухни в доходных домах нет. Как считает Брайан Кэсси, жить в таких условиях чудовищно, но единственной альтернативой является бесплатное прозябание на улице.

Активисты правозащитных организаций уже долгие годы борются с «собачьими клетками», как называют такие общежития в Гонконге, однако пока безуспешно. Наиболее заметной организацией является SoCo – Society for Community Organization, которая пытается наладить адресную помощь и рехаусизацию бедняков, переселяя их в более пристойные общежития и ночлежки. По их данным, число обитателей «собачьих клеток» в Гонконге может достигать до 250-350 тысяч человек – это около 5-7% от постоянного населения этого города.
http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2012/01/25.jpg
http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2012/01/54.jpg
http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2012/01/74.jpg
Другие материалы блога Толкователя о жизни в Поднебесной можно узнать по тегу "Китай".

Китай обогнал США и по потреблению продуктов питания
 

http://slon.ru/fast/economics/kitay-...a-773094.xhtml
04.04.2012, 18:55
http://slon.ru/images3/213/700000/46...jpg?1333551807
Александр Пряжников
0
Китай обогнал США и по потреблению продуктов питания

Это должно было когда-то произойти: в денежном выражении Китай стал потреблять больше еды, чем Соединенные Штаты. Согласно свежему исследованию аналитической компании IGD, специализирующейся на мировом рынке продуктов питания, объем продовольственного сектора Поднебесной к концу 2011 г. вырос до 607 млрд фунтов стерлингов, став самым большим в мире. Этим бурный рост не закончится. В IGD считают, что к 2015 году китайский продовольственный сектор увеличится в полтора раза и его объем достигнет 918 млрд фунтов стерлингов. В итоге страны BRIC и Штаты займут всю первую пятерку самых объемных рынков продуктового ритейла. Директор IGD Джоан Денни-Финч называет рост китайского продовольственного сегмента феноменальным: «Такое бурное развитие вызвано тремя причинами: стремительным экономическим ростом, численностью населения и усиливающейся инфляцией. Несмотря на различные логистические и бюрократические сложности, Китай – это ключевой, быстрорастущий рынок для многих глобальных ритейлеров на рынке продовольственных товаров».

Что касается России, то в IGD оценивает объем отечественного рынка продуктового ритейла в 198 млрд фунтов стерлингов и прогнозирует рост к 2015 году до почти 300 млрд. С таким объемом потребления мы станем четвертыми в мире (сейчас – только шестые).

2011 г. Прогноз на 2015 г.
Место в рейтинге Страна Млрд фт.ст. Место в рейтинге Страна Млрд фт. ст.
1 Китай 607 1 Китай 918
2 США 572 2 США 675
3 Япония 254 3 Индия 385
4 Индия 244 4 Россия 292
5 Бразилия 212 5 Бразилия 287
6 Россия 198 6 Япония 263
7 Франция 187 7 Франция 206
8 Германия 144 8 Великобритания 162
9 Великобритания 143 9 Германия 148
10 Италия 113 10 Индонезия 147
Источник: IDG

Pew: ведущая экономика мира – Китай, а не США
 

http://slon.ru/fast/economics/pew-ve...--798516.xhtml
13.06.2012, 17:29
Ольга Алисова
http://slon.ru/images3/213/700000/46...jpg?1339624209
Впервые опрошенные в ходе глобального опроса Pew ответили, что именно Китай, а не США, является ведущей экономикой мира. 41% опрошенных считают, что Китай является лидером мировой экономики, тогда как всего 36% высказались в пользу США. Когда такой же вопрос задавался в 14 странах в 2008 году, 45% респондентов называли США ведущей экономикой мира и лишь 22% – Китай.
http://www.pewglobal.org/files/2012/06/USIMAGE0042.png

Источник: Pew Research Center

Новый тренд особенно заметен в Европе: 58% британцев считают Китай лидирующей экономикой и лишь 28% – США. Даже в США респонденты разделились почти поровну, и лишь в двух странах – в Мексике и Турции – более половины опрошенных считают США лидером мировой экономики. За пять лет число россиян, считающих США ведущей экономикой мира, упало с 40% до 26%, 33% наших соотечественников считают лидером мировой экономики Китай.
http://www.pewglobal.org/files/2012/06/USIMAGE0036.png

Источник: Pew Research Center

Сильная сторона китайской экономики – дешёвая рабочая сила, но и она находится под угрозой в связи со старением населения страны. Всемирный банк и советники правительства Китая говорят о том, что нужно сменить экономическую стратегию, чтобы повысить производительность и чтобы доходы продолжали расти. Все эти нюансы китайской экономической ситуации и нашли отражение в новом опросе в самой стране – только 29% китайцев считают Китай ведущей экономикой мира, 48% считают такой страной США.

Опрос также показал что за последние годы образ Китая стал более негативным в США, Японии и европейских странах. Отношение к США и Китаю сильно отличается в разных странах – в Японии 72% положительно относятся к США и лишь 15% – к Китаю, а в Пакистане 85% положительно относятся к Китаю и только 12% к США. В России о своем позитивном отношении к США заявили 52% опрошенных, а 62 % – к Китаю. При этом в среднем по миру к Китаю и США относятся примерно одинаково – 49% положительно настроены по отношению к Китаю, а 51% – к США.

Почему у Китая всё получилось, а у России – нет
 

http://ttolk.ru/?p=18594
13.09.2013
http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%B0-6.jpg
Американский экономист Туроу Лестер ещё в начале 1990-х предсказывал Китаю взлёт, а России – падение и вечную роль поставщика сырья развитым странам. В отличие от СССР, Китай изначально находился в более благоприятных условиях, содействующих успешному переходу от социализма к капитализму.

Туроу Лестер, американский экономист и советник по экономике президента Джонсона, в 1996 году выпустил книгу «Будущее капитализма» (The Future of Capitalism: How Today’s Economic Forces Shape Tomorrow’s World). В одной из глав он предсказывает светлое будущее Китаю – когда писалась книга (1992-94 годы), эта страна была ещё отсталой страной с неясными перспективами, и не каждый взялся бы делать такие оптимистические пророчества. При описании Китая Лестер сравнивает его со странами бывшего СССР (и особенно Россией). Американский экономист показывает, почему России и в целом постСССР в ближайшей перспективе не удастся стать развитой державой, а Китай, напротив, это сделает.

Спустя 17 лет после выхода книги Лестера мы можем убедиться, что на этом временном отрезке выводы американского экономиста оказались верны. Если заглядывать ещё дальше, то Туроу Лестер был уверен, что России так никогда и не удастся преодолеть роль глобального поставщика природных ресурсов. Единственное, на что может надеяться Россия и чего пока не произошло – это её возрождение в качестве «зерновой державы» (наряду с Украиной).
http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%B0-7.jpg
Возникает интересный вопрос: почему Китай так быстро и легко движется к рыночной экономике, в то время как остальные страны бывшего коммунистического мира испытывают в этом столько трудностей? Можно привести четыре главных причины этого китайского успеха по сравнению со странами Восточной Европы.

Во-первых, китайцы доказали, что их всё еще очень бедное общество способно добровольно сберегать и, следовательно, инвестировать высокий процент своего ВВП — около 40%. Это значит, что иностранные инвестиции важны, но не неизбежны. Здесь есть ресурсы для построения будущего, с иностранными инвестициями или без них. Иностранная техника и менеджмент в самом деле необходимы, но не иностранные деньги.

Во-вторых, Китай имеет эффективное правительство, которое может планировать стратегии и, приняв решение по поводу этих стратегий, может их навязать. Переход от коммунизма к капитализму труден, и его нельзя выполнить без эффективного правительства. В Восточной Европе, где правительства по существу развалились и где граждане относятся с недоверием к любой правительственной деятельности, «рынок столкнулся с сопротивлением».

В конце 70-х годов Китай начал свои реформы в деревне, отменив коммуны и предоставив каждому крестьянину его долю земли — то есть перейдя к системе семейного подряда. В техническом смысле крестьяне получили землю в аренду на 15 лет за ежегодные поставки её продукции, а древесные насаждения — в аренду на 50 лет за поставки их продукции, с правом передать (продать) аренду на землю в 1988 году. Но в действительности каждый крестьянин знает, что земля принадлежит ему навсегда и что государство её не отберет. С такой более действенной системой стимулов в течение следующих шести лет, с 1978-го до 1984 года, объем сельскохозяйственной продукции Китая вырос на две трети. Приватизация городской промышленности при полных продовольственных магазинах, как это было в Китае, нисколько не напоминала попытки приватизации городской промышленности при пустых продовольственных магазинах, предпринятые в прежнем СССР.
http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%B0-9.jpg
В сельскохозяйственных местностях бывшего СССР приватизация земли еще предстоит. Идеология просто не позволяет её произвести. Официально колхозы распущены, но ничем не заменены. Руководители колхозов не хотят потерять свои должности и просто игнорируют указания из Москвы. Весьма запутанные законы о собственности приводят к такому положению, при котором никто не знает, кому принадлежит земля.

Но следует также признать со всей откровенностью, что в Китае после тридцати лет коммунизма было гораздо легче произвести приватизацию сельского хозяйства, чем в России после семидесяти лет коммунизма. В Китае все еще есть крестьяне, помнящие, как вести частное фермерское хозяйство. В бывшем СССР таких людей нет.

В сфере промышленности Китай вначале ограничился рыночными экспериментами в специальных экономических зонах, не пытаясь осуществить какой-нибудь экономический большой взрыв на всю страну. Китайская стратегия состояла в том, чтобы продвигаться постепенно, основывая каждый следующий успех на предыдущем. Приватизация сельского хозяйства привела к приватизации услуг, которая, в свою очередь, привела к приватизации мелкой розничной торговли, а эта привело к приватизации мелкого производства. Экспортный сектор был освобожден до импортного сектора. По мере расширения особых экономических зон расширялся и объём рынка.

В настоящее время на очереди приватизация жилого фонда. Но захочет ли кто-нибудь купить свою квартиру, если теперь он платит за неё лишь один процент своего дохода? В первый же день владения такой собственностью у него будет та же убогая квартира, но ему придется оплачивать отопление, эксплуатацию и платить налоги. При капитализме жилище стоит от 30 до 40% семейного дохода. В отношении жилищ для перехода к рынку нельзя использовать рыночный подход.

Поскольку китайское правительство может принимать эффективные решения, гражданам по существу объявили, что им придётся купить свои нынешние жилища. Недавно я встретился с группой чиновников дипломатической службы, которым приказали купить свои нынешние квартиры. Им разрешили приобрести их примерно за треть стоимости постройки (весьма дорогостоящей с капиталистической точки зрения), но остаток их дохода, предназначенный на покупку других потребительских товаров, оказался вследствие этого сильно урезанным. Покупка им не нравилась, но они купили квартиры, так как у них не было выбора: в противном случае они потеряли бы работу.

Для успешной работы рыночной экономики должно быть известно, что кому принадлежит. При коммунизме всё принадлежало государству. Рыночная экономика должна начаться с исходного распределения доходов и богатства. Правительства должны быть способны принимать и навязывать решения — отдавать или продавать вёе, что им угодно, тем, кому хотят.

Хотя китайский способ всё это делать более чем несовершенен, китайское правительство способно принимать такие решения. В большей части Восточной Европы правительства к этому неспособны. Приватизация слишком часто была там по существу процессом спонтанного самовозгорания, в котором более сильные (обычно прежние коммунисты) просто захватывали бывшее государственное имущество в собственные руки. Этот несанкционированный процесс приватизации создает ощущение всеобщей коррумпированности. Богатыми оказываются не те, кто организует новое производство, а те, кто лучше всех умеет захватить бывшее государственное — то есть общественное — имущество. Очень скоро рынок начинает рассматриваться как нечестное дело, и политическая поддержка официальной приватизации исчезает. В России значительную часть преступлений можно было бы назвать частной приватизацией.

Коммунизм и конфуцианская культура вместе поддерживали заинтересованность в образовании. По сравнению с другими крупными развивающимися странами, такими, как Индия, Индонезия и Бразилия, Китай имеет лучшее и более широко распространенное образование. Гораздо легче обучать навыкам современного производства людей с хорошим основным образованием, чем неграмотных.

Третье преимущество Китая — это заморские китайцы. Функции менеджмента весьма различны при коммунизме и при капитализме. При коммунизме менеджеры были по существу квазивоенными экономическими чиновниками. Был центральный экономический план, план битвы, составленный в Москве или в Пекине. Менеджерам говорили, что им делать, и посылали им нужные материалы, компоненты, людей и деньги для уплаты заработной платы. Им говорили, что за их продукцией пришлют железнодорожную платформу, которая увезёт её неизвестно куда, а если продукция не будет готова, то их накажут (отдадут под военный суд). Менеджеры никогда ничего не покупали, никогда ничего не продавали, никогда ни с кем не торговались, никогда не изучали рыночную информацию, никогда не беспокоились о прибылях и потерях и никогда не говорили с потребителем.

Какой процент успеха имели американские попытки сделать дельцов из армейских полковников? В точности нулевой. Для бизнеса требуется совсем иной склад ума. В России существующая система использует полковников прежней армии — и не работает. В Китае же полковников прежней армии заменили, главным образом, заморские китайцы, умеющие играть в капиталистическую игру, так как они были воспитаны в капиталистической экономике. Менеджеры заводов часто — заморские китайцы, а функции главного командования могут исполнять в Гонконге те из них (тайванцы), кто умеет пропускать через Гонконг свои деньги или свой талант.

Эти заморские китайцы (живущие в Гонконге, на Тайване, в Северной и Южной Америке, в Юго-Восточной Азии и Сингапуре) приносят деньги и технику, но самое ценное из всего, что они приносят – это знания и связи, необходимые для капиталистической игры. Далее, доверие, порождаемое родственными отношениями, позволяет им научить этой игре китайцев из КНР гораздо быстрее, чем если бы тем пришлось учиться у американцев, европейцев или японцев, не зная, верить им или не верить.

Четвёртое важное преимущество Китая происходит от того факта, что лишь 18% китайцев работало на больших государственных предприятиях, тогда как в России на государственных предприятиях работало 93% населения. В Китае были очень крупные заводы, часто построенные для них СССР (например, Пекинский завод железа и стали, где было занято 62 тысячи человек), но они составляют меньшую часть национальной экономики, и можно позволить национальной экономике расти вокруг них, прежде чем их придётся закрыть. Китай может отложить эту очень трудную проблему. Россия не может. В то же время в Китае 72% населения работало в колхозах, тогда как в СССР лишь 6%. Гораздо легче двигать к рынку экономику мелких предприятий, чем экономику больших.

В этом ключевом различии играли некоторую роль склонности коммунистических отцов-основателей. Сталин учился своей экономике в 1920-е, когда образцом для подражания повсюду считался завод Форда «Руж Плант» в Детройте – где в одну сторону завода входили железная руда и уголь, а с другой стороны выходили автомобили, причем на предприятии трудилось 112 тысяч человек. Сталин полюбил такие предприятия, и 77% всей автомобильной продукции, выпускавшейся в прежнем СССР изготовлялось на единственном гигантском заводе.

Капиталисты скоро поняли, что такие заводы непригодны. Но как приватизировать экономику, состоящую из таких заводов? Все знают, что при капитализме их надо закрыть. Если они всё же работают, то, передав их кому-нибудь в собственность, этого человека превращают в монополиста. Но из отдельных монопольных производителей не получается рыночная экономика, потому что у них нет конкурентов. Что ещё хуже, теперь СССР превратился в пятнадцать разных стран, и каждая из них производит слишком много того, что она производит, но недостаточно того, что производят остальные четырнадцать, и у них нет возможности торговать друг с другом. Физические проблемы СССР, воплощённые в бетон и металл, делают построение рыночной экономики очень трудным.

Председатель Мао учился своей экономике иначе — главным образом во время Второй, мировой войны, когда он сражался с японской армией. Он заметил, что если в Китае нет ничего жизненно важного, что можно было бы разрушить или завоевать, то завоевать его вообще нельзя, потому что это слишком большая страна. Японцы могли бы поставить по одному солдату в каждую китайскую деревню, и все же в половине китайских деревень не было бы японских солдат. Этот военный опыт привел к тому, что Мао подчеркивал местную самодостаточность. Каждая область производила всё – часы, велосипеды, еду. Частью этой стратегии стали дворовые сталеплавильные печи. Отсюда возникло большое расточительство; его можно даже сопоставить с потерями эффективности от сталинской гигантомании, но оно привело к экономике мелких предприятий, которую сравнительно легко приватизировать.

Хотя быть бедным – небольшое преимущество, но по этой причине Китай психологически готов был допустить, что он не первая страна в мире и что ему приходится подражать другим, чтобы их догнать. Значительная часть Восточной Европы психологически отказывалась допустить, что она может чему-то научиться у «первого мира» по части менеджмента и техники.

В то время как бывший СССР будет сильнее всего влиять на разработку естественных ресурсов и научную работу (т.н. «экспорт учёных в развитые страны»), Китай будет больше всего влиять на обрабатывающую промышленность, использующую рабочую силу низшей и средней квалификации. Во всех видах промышленности, где можно быстро обучить производственным навыкам сообразительных, сравнительно образованных, стремящихся к продвижению работников физического труда, Китай сразу же войдёт в мировую экономическую игру, как это уже произошло в некоторых отраслях, например, в текстильной, обувной промышленности и в изготовлении электронных деталей. Большая часть мирового производства с низкой или средней квалификацией переместится в Китай. Это коснётся рабочих мест в богатых промышленных странах, но также и рабочих мест в развивающихся странах со средним уровнем заработной платы.

Теперь нельзя даже думать о нефтяном бизнесе, не принимая в расчет поставки нефти, которые потекут из стран, ранее составлявших СССР. Новые поставки прежнего коммунистического мира покончили с монополией устанавливать цены, которой пользовались ОПЕК и страны Персидского залива. Теперь, когда исчез коммунизм, для людей, занятых нефтяным бизнесом, всё совершенно изменилось: где делать инвестиции в скважины и трубопроводы, с кем вести переговоры и как могут сложиться будущие цены на нефть.

Как Китай изучает опыт СССР и объезжает катастрофу: послесловие к «перестроечному» Пленуму
 

http://www.odnako.org/blogs/show_32837/

На прошлой неделе в Пекине закончился Третий Пленум ЦК КПК 18-го созыва. Итоги Пленума активно обсуждаются и комментируются, причём в самом различном ключе. Вплоть до того, что различными вполне уважаемыми экспертами высказываются прямо противоположные оценки.

Накануне Пленума мне довелось две недели провести в Китае, где на различных встречах с представителями самых разных кругов китайского общества (от учёных и интеллигенции до бизнесменов и студентов) затрагивались в том числе вопросы экономики и предстоящего Пленума.

Начнём с того, что с Пленумом действительно были связаны определённые серьёзные надежды — тема его («вот в ноябре у нас состоится Пленум — тогда станет ясно, куда мы идём, именно он определит дальнейшие пути развития Китая в условиях мирового кризиса») возникала постоянно. И тот факт, что Китай переживает сегодня определённые трудности, — также никем не отрицался. Это может быть связано и с определённым стремлением нового руководства несколько дистанцироваться от политики прежнего (критикуя его в СМИ), но главная причина — в самом характере нынешнего периода. Здесь и т.н. «ловушка среднего уровня», и резкий рост внутреннего долга (по словам собеседников, рост внутреннего потребления в предыдущие годы правления поколения Ху Цзиньтао – Вэнь Цзябао и переориентация за счёт этого производства на внутренний рынок — осуществлялись прежде всего через раздачу кредитов, так же как и огромные вложения в инфраструктуру), и серьёзнейшие экологические проблемы.

Китайцы это понимают и не скрывают. Однако прежде чем высказывать оценки, давайте посмотрим внимательнее на ситуацию в стране, которую мы обсуждаем. Просто сторонним обывательским взглядом.
Почти туристические впечатления

За те два с лишним года, что я не был в Китае, цены на продукты питания на рынке выросли примерно на треть, цены на потребительские товары тоже выросли, но здесь подсчитать сложнее, поскольку качество в среднем тоже выросло. Однако цены в тех сферах, которые находятся под контролем государства (прежде всего транспорт), остались прежними — метро в Пекине по-прежнему стоит 2 юаня за разовый билет (10 рублей по сегодняшнему курсу), наземный транспорт — и того меньше. При этом умудряются строить всё новые и новые ветки, увеличивать пассажиропоток, и всё это — не в ущерб качеству: пекинское метро считается одним из лучших в мире (и по безопасности, и по удобству для пассажиров, в том числе иностранных — все объявления дублируются на английском языке). Такси тоже не подорожало (по крайней мере, в Пекине).
Китай: последний паровоз мировой экономики готов сойти с рельсов

Проехать на новом китайском скоростном поезде со скоростью 300 с лишним км в час до уездного города Цанчжоу, юго-восточной оконечности столичной провинции Хэбэй (200 км от Пекина), стоит 90 юаней (450 руб.).

В последние несколько лет подобные линии связали весь Китай с севера (от Харбина) на юг (вплоть до Гуанчжоу и Санья на юге Хайнаня) и с запада на восток. Что явилось неплохим дополнением к высокоскоростным шоссе, количество которых тоже всё время растёт. Это позволило снизить стоимость авиаперевозок по крайней мере на треть.

Городок Уди в уезде Биньчжоу на северо-западе провинции Шаньдун (город маленький по китайским меркам — меньше полумиллиона жителей) я снова не узнал. Хотя был в нём всего три года назад. Шестирядные шоссе, новые многоэтажные дома, огромное новое здание местной администрации, полностью перестроенная пятизвёздочная гостиница (в номерах компьютеры и телевизионные панели во всю стену) — это в старом городе. Рядом строят ещё один город, тоже с пятизвёздочной гостиницей и большим концертным залом, куда рассчитывают приглашать мировых звёзд.

Понятно, что Шаньдун, особенно его северная часть, — далеко не самый бедный район в Китае (вернее даже — один из наиболее выигравших от реформ), но всё же…

В Пекине продолжают строить эстакады, развязки и небоскрёбы. Сгоревшую в 2009 году гостиницу (предполагалось, что будет одна из самых фешенебельных в мире) уже восстановили (несколько лет стояла чёрным памятником разгильдяйству).

При этом восстанавливают старые районы центра, довольно обширные по территории. В одном таком — Сихай, к северо-востоку от императорского дворца и площади Тяньаньмэнь, — мне посчастливилось жить. Другой — Цяньмэнь, к югу от самой площади, — как раз сейчас расширяется (по сути — строится заново). Уже восстановлена самая знаменитая торговая улица Дашилар и соседние районы.
Собственно пленум

Если брать сами документы (Постановление и Коммюнике), то очевидны меры, направленные не только на либерализацию экономики, но и на либерализацию жизни простых китайцев. И в этом ряду прежде всего бросается в глаза предложение об отмене хукоу (системы регистрации в домовых книгах, существующей в КНР с 1958-го года и являющейся одним из основных способов контроля за населением, в том числе в области ограничения рождаемости) в небольших и средних городах, а также предложение о сохранении для сельских жителей, переехавших в города, программ пенсионного и медицинского страхования. Очевидно, что данные меры (если они будут одобрены весенней сессией ВСНП и оформлены как законы) должны способствовать смягчению социальной напряжённости на местах. Так же, как разрешение на сдачу в залог прав на хозяйственный подряд на селе и использование земли под жилую застройку. Всё это — серьёзные послабления, которые должны коснуться не столько бизнеса, сколько рядовых граждан, причём в первую очередь крестьян.

Обращают на себя внимание также предложения по реформированию судебной системы (направленные на повышение независимости судей) и расширению полномочий местных органов власти. В постановлении говорится также о необходимости привлечения широких слоёв населения к обсуждению проектов законов, согласования законопроектов с различными государственными органами и общественными организациями, создания аналитических центров для консультирования по вопросам выработки политики, совершенствования работы Всекитайского собрания народных представителей и местных собраний народных представителей, повышения качества правотворческой работы и т.д.

Если добавить к этому уже упоминавшиеся меры по либерализации в экономической и финансовой сфере, то решения Пленума действительно можно считать «судьбоносными». А замечания о недостаточности этих мер и о том, что «Пленум не оправдал надежд», связаны, скорее, с тем фактом, что в опубликованном накануне Пленума докладе «383», подготовленным исследовательским Центром развития реформ при Госсовете КНР, предлагались ещё более радикальные нововведения.

Впрочем, и с утверждениями о том, что Китай пошёл по пути советской «перестройки», мне кажется, стоит подождать. И вот почему.

Во-первых, либерализация жизни «внизу» сопровождается серьёзным усилением контроля «наверху» (в Постановлении недаром заявлено о необходимости продолжать борьбу с коррупцией, ограничивать материальное обеспечение руководящих кадров и строго следить за соблюдением правил, а также строго следить за деятельностью родственников руководящих кадров — коммерческой деятельностью, занятием должностей, выездом за рубеж на постоянное место жительства).

Некоторые примеры ужесточения дисциплины на местах мне лично пришлось видеть.

А во-вторых, опыт позднего СССР в Китае тщательно анализировали и продолжают анализировать. Например, в крупнейшем в Пекине книжном магазине на улице Сидань книги, посвящённые распаду СССР, занимают несколько полок. Китайцы не перестают извлекать из него уроки для себя. В том числе в области т.н. «расширения внутрипартийной демократии», выработке механизма смены власти, повышения «коллективности руководства» и т.д. В качестве примеров можно привести систему экзаменов на занятие руководящих должностей, введённую ещё в 90-е годы (и возрождающую традиционный китайский институт экзаменов на госдолжности, существовавший в императорском Китае), запрет занимать руководящие должности более двух сроков (появился тогда же) и многое другое, о чём вне страны мало кто знает.

А высшей ценностью, определяющей успешность руководства страной, с тех пор (вернее, даже со времени преодоления последствий Культурной революции) является «стабильность». Вот на повышение этой самой стабильности, как мне кажется, и направлены решения Пленума.

А как они скажутся на положении страны — надо будет посмотреть. Тем более что пока это решения партийного Пленума, которые вступят в силу только после их утверждения в качестве законов сессией парламента — ВСНП, которая состоится весной. А до тех пор должно пройти «всенародное обсуждение», которое в нынешней новой обстановке вряд ли будет таким уж формальным.

Китаю предсказали первенство в мировой экономике через 15 лет
 

http://newsland.com/news/detail/id/1299249/
Сегодня в 21:31 aqaja47320
http://static.newsland.com/news_imag...ig_1299249.jpg
К 2028 году ВВП Китая составит 33,5 триллиона долларов против 8,2 триллиона в 2012-м, что позволит Поднебесной обогнать США и стать самой крупной экономикой в мире. К такому выводу пришли аналитики из британского Центра экономических и деловых исследований (CEBR).

По их мнению, рост ВВП Китая будет замедляться из-за неблагоприятной демографической ситуации и общего повышения зрелости местной экономики, но это не помешает КНР занять первое место. К тому же важную роль здесь сыграет продолжающееся подорожание юаня.

Однако экономика Штатов и через пятнадцать лет останется самой успешной среди западных стран, чему поспособствуют дешевая энергия, сильные бизнес-инвестиции и инновации. К 2028 году ВВП страны составит 32,2 триллиона долларов (в 2012-м — 16,2 триллиона), прогнозируют в CEBR.

Что касается России, то тут мнения британских экономистов не столь оптимистичны. Обеспокоенность у них вызывает понижение цен на энергоносители, из-за которого наша страна скатится с шестого места в 2018-м до восьмого к 2028-му (4,1 триллиона долларов), пропустив вперед Индию, Японию, Бразилию, Германию и Великобританию.

Последней эксперты CEBR уделили особое внимание. Согласно их выкладкам, в 2028 году Великобритания догонит Германию по размеру ВВП (примерно по 4,3 триллиона долларов 7-е и 6-е места соответственно), а еще через два года выйдет вперед и станет второй после США крупнейшей экономикой на Западе. Это произойдет благодаря положительной демографии, которую обеспечивает иммиграция, сравнительно низким налогам и невовлеченности в проблемы еврозоны.

В начале декабря Сообщество всемирных межбанковских финансовых телекоммуникаций (SWIFT) констатировало, что китайский юань стал второй по популярности валютой в мире, обогнав евро, но уступая доллару США. Этому успеху национальная валюта Поднебесной обязана финансовой политике Пекина, который ослабил контроль за курсом юаня и перестал накапливать резервы, считают в SWIFT.
Источник: km.ru

Опоздавшие обогнали впереди идущих
 

http://www.gazeta.ru/science/2013/12/16_a_5804317.shtml
Китай ликует по поводу запуска первого лунохода
http://img.gazeta.ru/files3/709/5804...0x340-8572.jpg
Фотография: Peter Parks/AFP/Getty Images
16.12.2013, 10:04 | Павел Котляр

Китайский луноход стал первым за последние 37 лет аппаратом, совершившим мягкую посадку на Луну. На Землю прислано уже более 4600 снимков.

Китай стал третьей страной, осуществившей мягкую посадку на Луну впервые за последние 37 лет. В последний раз естественный спутник Земли удостаивался такого визита в 1976 году, когда на его поверхность для сбора грунта приземлилась советская автоматическая станция «Луна-24».

После этого в изучении Луны наступило затишье: к ней либо посылали исследовательские орбитальные аппараты, либо что-то разбивали о поверхность.

Под пристальным вниманием китайских средств массовой информации, да и всего мира луноход «Юйту» («Нефритовый заяц») съехал по двум специально откинутым фермам и отделился от спускаемого модуля «Чанъэ-3», который доставил его на лунную поверхность несколькими часами ранее. В 23.42 по пекинскому времени в воскресенье 6-колесный луноход переместился примерно на 9 м к северу от спускаемого модуля,

после чего луноход и спускаемый аппарат устроили перекрестное фотографирование друг друга.

На кадрах, распространяемым китайским телевидением, – радость сотрудников центра управления полетами, которые хлопают в ладоши и фотографируют друг друга на телефоны.

А на кадрах, передаваемых спускаемым аппаратом, – луноход, который, судя по следам, уже успел развернуться и показать всему миру китайский флаг, закрепленный на его борту.

«Я заявляю о полном успехе миссии «Чанъэ-3», — объявил накануне Ма Синжуй, глава китайской лунной программы, во время прямой трансляции из Пекина.

С момента своего прилунения спускаемый аппарат и луноход передали на землю уже более 4600 снимков друг друга и лунной поверхности.
NASA обнародовало съемку поверхности Луны с космическими аппаратами на ней

Теперь луноход раскрыл свои солнечные батареи, от которых и будет питаться следующие три месяца, начал объезд спускаемого аппарата и вскоре приступит к научной работе в Заливе Радуги – крупном ударном кратере в Море Дождей, заполненном застывшей базальтовой лавой.

Примечательно, что в 1970 году к юго-западу от Залива Радуги сел первый советский луноход, первый в истории планетоход, работавший на поверхности другого небесного тела.

Похоже, придуманная тогда советскими конструкторами шестиколесная схема себя оправдала, и теперь все внеземные роверы используют три пары колес: такими были «Луноход-1» и «Луноход-2», американский миниатюрный марсоход Sojourner, близнецы Spirit и Opportunity, а также самый совершенный марсоход NASA Curiosity.

В отличие от советских луноходов, почти не имевших на борту научного оборудования, китайский «заяц» более совершенен. На его борту имеется радар, с помощью которого он будет изучать подповерхностные слои лунного грунта. Помимо радара, который способен просвечивать грунт на глубину до 30 м, луноход снабжен двумя панорамными камерами, а также рентгеновскими и инфракрасными спектрометрами, способными анализировать состав лунных образцов.

Луноход массой 120 кг способен преодолевать уклоны 30 градусов и ехать со скоростью 200 м/ч.

Если советские луноходы снабжались энергией от радиоизотопных источников, китайский будет двигаться лишь за счет энергии солнечных батарей, хотя в ночное время некоторые приборы будут обогреваться за счет изотопа плутноия-238.

Однако сами китайцы рассматривают эту миссию как подготовку к возвращению на Землю в 2017 году миссии по доставке лунного грунта и запуску китайских астронавтов на Луну уже в следующем десятилетии. По словам аналитика американского исследовательского центра Heritage Foundation Дин Ченя, китайская космическая программа – отличный пример, демонстрирующий «всестороннюю национальную силу». «Взгляните на то, как часто китайцы запускают пилотируемые миссии, – почти каждый год! Мы делаем то, что только двум странам удалось сделать когда-то, – США и Советскому Союзу», — считает он.

Однако то, какими шагами движется Китай в освоении космоса, позволяет ожидать грядущих успехов. «Опоздавшие обгоняют впередиидущих» — старинная китайская пословица, которой две тысячи лет. Сегодня «Чанъэ-3» опустился на Луну, а «Нефритовый заяц» уже катится по ее поверхности. В отличие от двенадцати советских и трех американских неудач Китай сделал это одним махом. Это восхитительно!» — так прокомментировал успех китайской космонавтики Ли Ао, тайваньский писатель и общественный деятель.
19,050

Социализм с китайской спецификой. Часть I. «Бухаринский» поворот
 

http://www.odnako.org/blogs/socializ...nskiy-povorot/
Вопреки расхожему мнению, Дэн Сяопин не является основным автором концепции социализма с китайской спецификой. Это впоследствии, в полном соответствии с китайской традицией, ему приписали все заслуги в разработке нового курса. Дэн вообще никогда не считал себя ни специалистом в области марксизма, ни специалистом в области экономики – он был организатором и политиком, принимавшим решения, касающиеся общей стратегии и конкретной тактики внутрипартийной борьбы.

Китайский НЭП и «раскрепощение сознания»

Эксперименты по возвращению от практики «народных коммун» к семейному подряду начались еще в 1977-м году в двух провинциях – Аньхуй и Сычуань, которыми руководили, соответственно, Вань Ли и Чжао Цзыян (оба впоследствии стали главными проводниками реформ в Китае, Вань Ли – в должности зампремьера Госсовета – китайского Совета министров, а Чжао Цзыян – в должности премьера и Генерального секретаря ЦК КП). Они поддержали, как говорится, «инициативу снизу», руководствуясь лозунгом Дэна: практика – критерий истины (по китайски – «шиши цюши», другой перевод – «искать истину в фактах»). Именно этот шаг, наряду с повышением закупочных цен на продукцию сельского хозяйства, привел к росту сельскохозяйственного производства и решению проблем с продовольствием.

Реформы в городах также были во многом вынужденной мерой – после завершения Культурной революции в города хлынула масса некогда высланной в «народные коммуны» молодежи, и ее надо было как-то трудоустраивать (за два года население городов выросло более чем на 25 млн человек). В связи с этим руководители ЦК КПК и Госсовета согласились разрешить деятельность «индивидуальных дворовых предприятий» с числом рабочих не более семи (в обоснование этого в четвертом томе «Капитала» Маркса нашли рассказ о капиталисте, эксплуатировавшем восемь рабочих, и, в соответствии с китайской конкретной логикой, заявили, что если Маркс говорит именно о восьми, то меньше – это уже не капитализм и не эксплуатация). Результатом явился бум в сфере обслуживания – появились мелкие частные ресторанчики, обувные и пошивочные мастерские, парикмахерские и т.п. Что позволило не только частично решить проблему занятости, но и оживить торговлю в городах.

Однако самую важную в принципиальном смысле меру – создание так называемых Особых экономических районов – можно целиком записать в заслугу Дэн Сяопину. Именно он в начале 1979-го года предложил создать особые зоны для привлечения иностранного капитала (под иностранцами имелись в виду прежде всего «хуацяо», представители китайской диаспоры за рубежом). Эти зоны должны были стать анклавами рыночной экономики в социалистическом Китае. Уже в июле 1979-го года решением ЦК и Госсовета были созданы четыре такие зоны – в Шэньчжэне (рядом с Гонконгом), Чжуае (рядом с Макао), а также в городах Шаньтоу пров. Гуандун и Сямэне пров. Фуцзянь.

Вопреки распространенному мнению, смешанные предприятия с участием иностранного капитала в соответствии с Законом 1979-го года строго контролировались и регулировались – доля иностранного инвестора не могла превышать 50%, предприятия подчинялись исключительно китайской юрисдикции и должны были получать специальные разрешения на вывоз прибыли за рубеж (основные положения Закона действуют и сегодня). От остальной территории страны эти районы были отделены прочной границей, для пересечения которой требовалось (и требуется сегодня) специальное разрешение. Тем не менее грамотный выбор расположения данных зон, возможность использовать дешевую китайскую рабочую силу, гарантии со стороны государства и искусная игра на патриотических чувствах китайцев, проживающих за рубежом, привели к тому, что Особые экономические районы почти сразу же начали бурно развиваться. Спустя несколько лет их число увеличили до 14.

Идеологическим обоснованием всех этих новаций послужил венгерский и югославский опыт (на тот момент именно Югославия из всех стран социалистического лагеря дальше всего продвинулась по пути сочетания планового и рыночного хозяйствования, в связи с чем заслужила, в том числе и со стороны КПК, обвинения в «ревизионизме»). Однако главное, на что опирались китайские идеологи при обосновании необходимости перехода к экономике смешанного типа, сочетающей плановые и рыночные регуляторы – это ленинская концепция новой экономической политики в СССР. Причем в первую очередь – работы теоретика НЭПа Николая Бухарина, в 1979 – 1981 гг. переведенные на китайский язык и широко обсуждавшиеся специалистами по всей стране (в которых, кстати, приводились аргументы в пользу иностранных концессий, существовавших некоторое время в Советском Союзе).

На основе этих работ и сочинений Конфуция и Сунь Ятсена, из которых были заимствованы некоторые термины вроде «сяокан» («общество средней зажиточности») сформировалась концепция «начального этапа социализма». Было объявлено, что после левых экспериментов Мао Цзэдуна по «коммунизации» всей страны Китай «вынужден» «сделать шаг назад» и вернуться к тому, с чего начинали. Причем, в полном соответствии с концепцией Бухарина, предполагалось, что начальный этап строительства социализма займет длительный период, ведь КНР представляет собой страну куда более отсталую, чем СССР во времена НЭПа.

В дальнейшем, по мере развития реформ «концепция начального этапа социализма» сменилась понятием «социализм с китайской спецификой», что должно было подчеркнуть китайские корни строящегося социализма, а не только его связь с марксистской теорией. Опыт же особых экономических зон трансформировался впоследствии в концепцию «одна страна, две системы», позволившую интегрировать Гонконг и поставить на повестку дня вопрос объединения с Тайванем.

Все эти идеологические новации получили одобрение и поощрение со стороны Дэн Сяопина, который изучал в свое время работы сторонников «новой экономической политики» в СССР (годы учебы Дэна в Москве пришлись как раз на расцвет НЭПа). Именно Дэн выдвинул лозунг «раскрепощения сознания», то есть избавления от догматического отношения к марксизму и идеям Мао Цзэдуна, и, начиная со второй половины 1978 года, всячески поощрял развернувшееся в Пекине «движение за демократию» (выражавшееся в том, что на специально выделенной на углу улиц Чаньаньцзе и Сидань стене – «стене демократии» – каждый, кто хотел, мог вывесить дацзыбао с критикой и предложениями).

С помощью этого движения Дэн Сяопин в первую очередь рассчитывал отодвинуть (и отодвинул) от власти наследника Мао и сторонника «двух абсолютов» («абсолютно все решения и указания председателя Мао – правильны») Хуа Гофэна. Одновременно на Западе это способствовало созданию имиджа Дэн Сяопина как демократа и реформатора. В конце 1978 года журнал «Тайм» признал китайского лидера «человеком года» и поместил на обложке его фотографию.

Правда, как только лозунг «раскрепощения сознания» и «движение за демократию» сыграли свою роль, они были свернуты, началась «борьба с буржуазной либерализацией», и были выдвинуты «четыре основных принципа», позволяющих продолжить реформы: социалистический путь, диктатура пролетариата, руководство со стороны КПК, марксизм-ленинизм и идеи Мао Цзэдуна. «Диктатура пролетариата» со временем была заменена на «диктатуру народа» (во времена Цзян Цзэминя в соответствии с идеей «трех представительств» было объявлено, что пария представляет интересы всего народа), марксизм и идеи Мао Цзэдуна несколько отошли в тень. А вот два других принципа – социалистический путь и руководство со стороны КПК – продолжают и сегодня оставаться основополагающими.

Критика китайского опыта в СССР

В Советском Союзе отношение к реформам Дэн Сяопина как со стороны руководства, так и со стороны научного и журналистского сообщества было крайне негативным. Во-первых, реформы в Китае пришлись на тот период, который в нашей историографии принято называть периодом «позднего застоя». Не секрет, что эта эпоха отличалась очень высокой степенью догматизма. Достаточно указать на тот факт, что в СССР репрессированный в конце 20-х годов Бухарин был реабилитирован только через шесть лет после того, как его учением заинтересовались в Китае. Понятно, что китайские теории построения социалистического общества в Москве были встречены в штыки и расценены как ревизионистские. Хотя, замечу, в кулуарных, а тем более «кухонных» разговорах предпринятые руководством КНР меры по стабилизации и развитию китайской экономики признавались вполне оправданными.

Однако признать их таковыми открыто было невозможно. И не только в связи с догматичным подходом советского руководства. Серьезным препятствием был также антисоветизм Дэн Сяопина (в этом отношении являвшегося достойным и верным наследником Мао Цзэдуна) и, соответственно, всего руководства КПК, находившегося под его влиянием.

Напомню, что этот период характеризуется крайним обострением советско-китайских отношений. Вторжение Китая во Вьетнам, который незадолго до этого заключил с СССР договор, предусматривавший военную помощь в случае, если одна из сторон подвергнется нападению, поставило два государства на грань полномасштабной войны с применением ядерного оружия. Китай, предложивший странам Запада создать «единый фронт борьбы с советским гегемонизмом» и оказавшийся неожиданно для них на острие этого фронта, стал восприниматься (вполне обоснованно) как главный враг Советского Союза на международной арене.

И именно Дэн Сяопин являлся вдохновителем такой политики. Он лично занимался военной подготовкой к вторжению во Вьетнам (в качестве начальника Генерального штаба НОАК и фактически министра обороны) и дипломатическим обеспечением этой операции. На протяжении 1978 года Дэн предпринял серию визитов в страны ЮВА, пытаясь заручиться их согласием, в начале января 1979-го отправился в США (хотя и не являлся главой государства), чтобы согласовать вьетнамский вопрос с президентом Джимми Картером, а на обратном пути сделал остановку в Токио, чтобы подстраховаться и с этой стороны. Китайскими войсками, которые в конце февраля – начале марта пытались «преподать урок» Вьетнаму, командовал близкий друг Дэн Сяопина – командующий Гуандунским военным округом генерал Сюй Шию.

Жесткой антисоветской позиции Дэн придерживался и впоследствии – именно он в середине 80-х настоял на включении в повестку дня советско-китайских пограничных переговоров так называемых «трех препятствий». Именно он, судя по воспоминаниям Чжао Цзыяна, при назначении на пост зампремьера Ли Пэна настоял на том, чтобы последний сначала выступил с критикой СССР (Ли Пэн длительное время учился в Москве и Дэн подозревал его в симпатиях к Советскому Союзу). Причем это было уже тогда, когда к власти в СССР пришел Горбачев и началась перестройка.

И неудивительно, что действия Дэн Сяопина в Москве оценивались негативно (во внутриполитической борьбе в Пекине мы скорее готовы были поддержать консервативно настроенного экономиста-ветерана Чэнь Юня, который, фактически, был на тот момент вторым лицом в стране и выступал против «реставрации капитализма» и функционирования «особых экономических зон»). Кстати, вполне возможно, что именно негативная оценка реформ в Китае помешала руководству Советского Союза выбрать правильный путь реформирования и обновления социализма в нашей стране.

В дальнейшем критика китайского опыта объяснялась уже тем, что Россия после развала СССР пошла по пути либерального капитализма. И мы вновь оказались по разные стороны идеологических баррикад (вплоть до того, что в 1996 году на банкете по случаю визита Ельцина в Шанхай он принялся учить китайцев тому, как нужно правильно реформировать экономику).

В Китае после подавления студенческих волнений в 1986-м и 1989-м гг. (инициатором жестких мер был тот же Дэн Сяопин, которого на Западе прославляли за развитие демократии в КНР) наступил период «урегулирования», то есть консервативной реакции. В экономике он продолжался недолго, правда, для дальнейшей активизации реформ и увеличения числа «особых экономических зон» потребовалось вмешательство уже практически ушедшего на покой Дэна (он вместе с семьей съездил в 1992-м году на юг страны и по возвращении призвал распространить опыт южных провинций на другие районы). А вот в политике на реформах временно был поставлен крест (как и на надеждах на то, что Китай пойдет по пути России, то есть будет копировать западную систему «разделения властей» и западную форму «демократии»). Строительство политической системы продолжилось, но уже исключительно в рамках совершенствования имеющейся структуры: развитие внутрипартийной демократии и коллективного принципа руководства, ограничение сроков пребывания руководителей разного звена у власти, формирование механизма постепенной передачи власти на основе преемственности и т.п.

Российско-китайские отношения стали, в основном, строиться по принципу «невмешательства во внутренние дела». Другими словами, с соседями нужно дружить, и поскольку во внешней политике наши интересы частично совпадают, по поводу внутренних дел – как в случае с покойником: если ничего хорошего сказать не можешь, то лучше и вовсе не говорить.

Такая ситуация сохранялась вплоть до середины 2000-х, когда никто в мире уже не подвергал сомнению успехи Китая, а отношение России к КНР стало резко меняться. Соответственно, увеличился интерес к тому, что происходит внутри КНР, и, прежде всего к принципам так называемого «пекинского консенсуса».

Китайская экономика — проблемы обостряются
 

http://www.chaskor.ru/article/kitajs...yayutsya_35547
Владимир Соловейчик пятница, 28 марта 2014 года, 14.30
http://www.chaskor.ru/posts_images_2...547_china_.jpg
Экономический кризис в равной мере сказывается на всех участниках глобального капиталистического рынка — не важно, идёт ли речь об его «сборочной мастерской» или «сырьевом придатке»

На фоне украинских событий и крымского референдума практически незамеченными оказались совпавшие с ними по времени немаловажные события в экономике Китайской народной республики (КНР). Конечно, Украина — гораздо ближе гражданам России исторически, культурно, с точки зрения давних человеческих связей, чем КНР. Но новости из Китая могут оказать на нашу повседневную жизнь никак не меньшее значение, нежели то, что происходит сейчас на черноморских берегах.

В начале марта в КНР произошло уникальное событие: впервые за долгие годы случился корпоративный дефолт — первый раз с момента «азиатского фондового кризиса» второй половины 90-х годов прошлого века. Обанкротилась не какая-нибудь мелкая фирма, а весьма солидный производитель солнечных панелей “Chaori Soler Energy S&T”. Компания — производитель солнечных батарей давно сталкивалась с проблемами сбыта, прибегала к демпингу, однако просрочки платежей по корпоративному займу с ней ранее не случалось. Эта просрочка, в свою очередь, привела к приостановке 7 марта торгов по её акциям. Дело тут даже не столько в неспособности произвести текущие выплаты в размере $ 15 млн — сумма по масштабам китайской экономики сама по себе не так уж и велика, сколько в последовавшей реакции фондового рынка. Ранее власти КНР в подобных ситуациях брали на себя риски крупных корпораций, а теперь этого не произошло, и банкротство “Chaori Soler Energy S&T” вызвало обвал курсов акций на фондовом рынке. Вызвало в силу неожиданности, поскольку подобного в народном хозяйстве КНР не было с 1997 года.

Так уж случилось, что невмешательство монетарных властей «мастерской мира» в судьбу концерна-производителя солнечных батарей совпало по срокам с публикацией данных по внешнеторговому балансу КНР за февраль этого года. Обнародованные сразу после первого за 17 лет корпоративного дефолта они повергли зарубежных инвесторов в ступор: резкое снижение экспорта товаров из континентального Китая привело к тому, что сальдо внешнеторгового баланса КНР ушло «в минус» — в сторону импорта. Опять же: такого не наблюдалось давным-давно. Впрочем, для специалистов, в отличие от широкого круга биржевых спекулянтов, это обстоятельство откровением отнюдь не стало. На серьёзную зависимость КНР от импорта указывал ещё несколько лет назад американский профессор Мартин Фельдштейн, возглавлявший в 80-е годы прошлого века Комитет экономических советников при президенте США Рональде Рейгане. Вопреки распространенному мнению о том, что «всё, что производится в мире, производится в Китае», гарвардский профессор прямо указывал, что эта страна «импортирует множество потребительских товаров, оборудование и сырьё. На самом деле, общий годовой объем импорта в Китае достигает 1,4 млрд. долларов — почти 40% от ВВП».

Не исключено, что в нынешней критической ситуации китайское руководство воспользуется советом квалифицированного эксперта Фельдштейна: «Рост юаня позволит ослабить общее инфляционное давление, при этом более эффективно, чем текущая политика повышения ставок. Для будущего китайской экономики сильный юань особенно важен, поскольку Китай планирует повысить внутренние расходы, особенно расходы домохозяйств… Однако быстрый рост расходов домохозяйств при текущих уровнях экспорта может создать узкие места в производстве и привести к нехватке мощностей, что, в итоге, выльется в рост цен на товары внутреннего производства. Чтобы создать благоприятные условия для увеличения потребительских расходов, нужно снизить объём экспорта путём укрепления валютного курса».

Китаю уже неоднократно грозили экономическим обвалом, а он успешно преодолевает все новые затруднения, хотя зачастую использует для этого специфические способы, рассказал замдиректора Института Дальнего Востока РАН, руководитель Центра экономических и социальных исследований Китая ИДВ РАН, профессор Андрей Островский. Так, скажем, добавил он, когда в приморском городе Вэньчжоу, в отсутствие доступа к банковским кредитам, предназначавшимся в основном для госкорпораций, менее крупные компании активно начали пользоваться услугами теневых банков (при ставках в 15-20%, а то и 30%) и резко нарастили долю “плохих“ долгов, для их выкупа там пришлось создать официальный банк. Или, к примеру, когда многие китайские предприятия оказались не способны расплатиться по кредитам, за долги банки получили их акции и, таким образом, стали соуправляющими этих предприятий.
Китай не хочет быть «паровозом» для других

Уже 12 марта Народный банк КНР заявил о готовности снизить не менявшиеся с 2012 года нормы банковского резервирования. При условии, что темпы экономического роста упадут ниже 7,5%, то есть ниже уровня истекшего 2013 года. О возможности такого сценария заявил 6 марта 2014 года премьер Государственного Совета КНР Ли Кэцян. Тогда же он предсказал и падение темпов роста инвестиций до самого низкого уровня за последнее десятилетие. Да и сами темпы экономического роста снижаются уже четвёртый год подряд.

Последние новости экономической жизни КНР ещё раз наглядно демонстрируют ограниченность той модели социально-экономической политики, которую после ухода с политической сцены «последнего марксиста», генерального секретаря ЦК КПК Ху Яобана избрало китайское руководство во главе с Дэн Сяопином. Строительство «капитализма под красным знаменем», продолжавшееся с теми или иными незначительными корректировками всеми его наследниками, не привело, да и не могло привести к успешному решению стратегических задач развития нового Китая, несмотря на многие немаловажные тактические успехи и достижения.

По мнению руководителя Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений (ИГСО) Василия Колташова, по-прежнему налицо две угрозы китайской экономике. «Первая угроза — это обрушение спроса в результате вялого развития экономического кризиса в других странах, прежде всего во всех странах БРИКС, в частности в России, в ЕС. И вторая угроза — в том, что эти страны резко начнут изменять экономическую политику и наконец отдадут предпочтение собственным производителям, то есть начнут замещать китайский импорт. Дело в том, что китайская индустрия не мобильна в том смысле, что она не может обеспечить снижение цены производства в ближайшее время. Поскольку фактически дальше удешевлять рабочую силу Китай не в состоянии, повышать интенсивность труда — тоже. То есть Китай остаётся зажатым. Вопреки мнению большинства экспертов, Китай не изменил свою экономическую политику на протяжении последних лет, он не развернулся к внутреннему потребителю».

В Китае осуществляется добыча 95-97 % всех редкоземельных элементов на земле! И - финальный аккорд: Китай не позволяет экспортировать редкоземельные элементы в чистом виде, только - в готовой продукции, произведенной в самом Китае! Вот вам и объяснение китайской монополии на производство высокотехнологичной техники. Как мир умудрился допустить такой вопиющей диспропорции в экономических отношениях - уму не постижимо. Такое впечатление, что лишь сегодня проснулись: американская компания Molycorp и австралийская Lynas Corp планируют начать собственную добычу редкоземельных элементов лишь в конце 2012 года. И это только планируют!
Великая тайна Китая

Последние события всё больше и больше приближают Китай к ситуации, которую наша страна пережила в августе 1998 года, тем более, что и проблемы во многом схожи. Так, в частности, полагает аналитик “Deutsche Bank” Джон Пол Смит. «Существует потенциал долговой ловушки для промышленных компаний, которая может спровоцировать финансовый кризис в масштабах всей экономики уже в 2014 году», — сказал Смит в интервью агентству “Bloomberg”. Смит прогнозирует снижение темпов роста китайской экономики до 5% в год и отмечает, что экономические проблемы Китая усугубляет постоянное старение населения. К 2015 году доля работающего населения КНР может достичь своего пика, а затем начнёт сокращаться. Именно поэтому китайское руководство вынуждено постепенно отказываться от программы «одна семья один ребёнок» и повышать пенсионный возраст — впервые с момента провозглашения КНР в 1949 году…

Разумеется, проблемы в экономике КНР не могут не сказаться и на одном из крупнейших внешнеторговых партнёров Китая — Российской Федерации. Экономический кризис в равной мере сказывается на всех участниках глобального капиталистического рынка — не важно, идёт ли речь об его «сборочной мастерской» или «сырьевом придатке». Как отмечает Василий Колташов, «российская экономика входит в группу как раз таких стран, где в 2012 году рост остановился, а с 2013 года пошло сокращение экономики, которое официально российское руководство старается не показывать. Однако мощнейшим ускорителем этой новой фазы мирового кризиса могу стать проблемы Китая. В Китае чрезвычайно раздут пузырь на рынке недвижимости. Но на протяжении всего 2013 года цены на недвижимость в Китае не росли. Был достигнут предел этого пузыря, и китайские власти вынуждены были объявить о сокращении избыточных производств». Как видим, экономические проблемы КНР эти меры разрешить в полном объёме так и не смогли…

Источник: sensusnovus.ru

Китай – неожиданный поворот в борьбе с коррупцией
 

http://www.echo.msk.ru/blog/golovnin/1289956-echo/
30 марта 2014, 12:04
Новый неожиданный поворот буквально на глазах происходит сейчас в операции по борьбе с коррупцией в верхушке Китая, где под ударом оказались и органы госбезопасности, и боссы могучей энергетической промышленности.

В центре бурных событий – помещенный в конце прошлого года под домашний арест член высшего руководства страны Чжоу Юнкан. Он был одним из заправил нефтегазового сектора Китая, в 2007-12 гг входил в высший орган власти – Постоянный комитет Политбюро ЦК Компартии, где курировал органы госбезопасности и заодно полицию, суды и прокуратуру. Сегодня коллеги из информационного агентства Рейтер выдали сенсацию со ссылкой на источники в верхушке КНР – по делу 71-летнего Чжоу Юнкана задержано уже более 300 человек. Это родственники опального владыки госбезопасности, его приближенные, ставленники в различных структурах и публика поменьше – охранники, секретари, шоферы.

В ходе арестов и обысков, как сообщают те же источники с допуском к закрытой партийной информации, изъято денег и ценностей на 90 млрд юаней – это примерно 14,5 миллиарда долларов! Конфискованы 300 вилл и квартир, более 60 автомобилей, антиквариат, золото, драгоценности и даже дорогостоящие спиртные напитки.

Среди задержанных, по этим данным, - бывший заместитель министра общественной безопасности, бывший руководитель энергетического гиганта «Петро-Чайна» и связанной с ним Китайской национальной нефтяной корпорации. В заключении оказались жена Чжоу Юнкана, его старший сын и другие члены семьи, провинциальные руководители.

Большинство из них схвачены партийной контрразведкой, которая действует вне китайской юридической системы. Методы допросов, по просачивающимся данным, применяются этой организацией самые жуткие. Некоторые прошедшие через закрытые партийные тюрьмы рассказывали иностранным журналистам, что их избивали проволочными хлыстами, ломали кости на ногах, погружали головы в воду, высовывали до пояса из окон на высоких этажах, заставляли есть фекалии. Такое угощение из экскрементов, как говорят, пользуется особой популярностью у партийных следователей –они называют его «американской закуской».

Кампания борьбы с коррупцией вовсе не ограничивается делом Чжоу Юнкана. 10 марта представитель генеральной прокуратуры Китая официально сообщил, что в 2013 году по таким делам в общей сложности проходили более 51 тысячи государственных и партийных чиновников – на 8,4 проц больше, чем год назад.

Нынешний лидер страны, председатель КНР Си Цзиньпин провозгласил, что будет жестко проводить политику «нулевой терпимости» к коррупции. Лозунгом кампании стало его заявление о том, что в этой кампании нужно «бить и по мухам, и по тиграм», без учета заслуг и чинов. Все это призвано укрепить пошатнувшийся авторитет Компартии, которая в глазах многих китайцев буквально погрязла в казнокрадстве и взяточничестве.

Однако дело Чжоу Юнкана все же особое – уж больно велик и силен этот «тигр». До сих пор действовало негласное правило: действующие и бывшие члены Постоянного комитета Политбюро неприкосновенны при любых обстоятельствах. Си Цзиньпин дерзко нарушает этот закон - как полагают, они стремится тем самым резко укрепить свою популярность и народную поддержку, усилить личную власть и раздавить соперников.

Брошенный под домашний арест бывший шеф госбезопасности открыто проявлял непокорность – он, например, выступал в поддержку репрессированного члена Политбюро Бо Силая, который одно время считался восходящей звездой в партии и был реальным претендентом на членство во всесильном Постоянном комитете. Именно ему Чжоу Юнкан, по некоторым данным, хотел передать свои полномочия руководителя репрессивного аппарата. Однако Бо Силай был смещен и приговорен к пожизненному заключению по обвинению в злоупотреблениях и коррупции.

Жесткое следствие по делу Чжоу Юнкана, как сообщается, вызвало крайнее неудовольствие у части влиятельных старейшин в Компартии. По слухам, они интригуют с тем, чтобы спустить эту историю на тормозах – ведь открытое осуждение бывшего шефа госбезопасности может открыть дорогу к таким же расследованиям в отношении других нынешних и бывших высших руководителей. Короче, наблюдатели в Токио далеко не уверены, что вся эта операция будет доведена до открытого суда и предана огласке. Кстати, ни о задержанных по делу Чжоу Юнкана, ни об изъятых у них ценностях на миллиарды долларов официально ничего не сообщается.

Дэн победы
 

http://www.mk.ru/social/2014/08/21/den-pobedy.html

110 лет назад родился человек, сделавший отсталый Китай экономической сверхдержавой
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...72_1738211.jpg
фото: ru.wikipedia.org

Он непрерывно курил, прикуривая одну сигарету от другой. На некотором расстоянии — бронзовая плевательница, которой он виртуозно пользовался. На переговорах с китайцами все сидят бок о бок и не смотрят друг на друга. Но Дэн Сяопин смотрел собеседнику прямо в глаза. Говорил ясно и откровенно.

Он правил Китаем, отказываясь от первых постов в государстве. Он не сидел в кабинете. Лежал, думал, наблюдал. Его стиль — не вмешиваться в мелочи. Не учил рыбаков ловить рыбу, а крестьян сеять зерно. Но когда речь шла о судьбе задуманных им реформ, Дэн поднимался с постели и говорил, что думает по тому или иному поводу.

В наследство от почти построившего социализм Мао Цзэдуна Дэн получил голодное государство с разваленной экономикой и запуганным народом. Дэн вернул гигантский Китай к нормальной жизни.

Со стороны кажется, что у китайцев все пошло как по маслу. На самом деле борьба за реформы была долгой. Закупки за границей, иностранные инвестиции воспринимались в штыки. Всё должны делать сами! Стыдно покупать или занимать у буржуев!.. Возмущались: пригласить иностранцев строить заводы на нашей территории — значит, потерять суверенитет, особые зоны превратятся в новые колонии! Макао когда-то отдали португальским рыбакам, чтобы они сушили на берегу сети, а кончилось тем, что Макао оказалось колонией Португалии.

Российские политики, от которых когда-то ждали смелых реформ, медлили и говорили себе в оправдание: общество нас не поймет. Нашему правительству следовало убедить всего лишь сто сорок пять миллионов человек. А Дэн Сяопину приходилось доказывать свою правоту миллиарду с лишним! И он справлялся. Этот маленький неустрашимый человек с меланхоличными глазами обладал фантастической способностью убеждать людей.

Мы все дружно восхищаемся невероятным успехом соседа, но не очень понимаем, как им это удалось. Мы не знаем китайцев, неверно судим об их намерениях и амбициях.

Заблуждение первое: Китай только и ждет, когда ему предложат союзничать.

Китайцы не зря называют свою страну Срединной империей, центром мира. В их восприятии все остальные страны крутятся вокруг Китая. На одном небе не могут гореть два солнца. Китай не нуждается в союзниках. С какой стати ему быть с кем-то на равных? Китай слишком велик. Это больше, чем государство. Цивилизация.

Древняя китайская традиция: никогда не показывать какой-либо необходимости в сотрудничестве с иностранцами. Разделять и властвовать, натравливать варваров друг на друга. Предложения, которые выгодны китайцам, реализуются с волшебной эффективностью. Другие идеи растворяются в непробиваемых облаках приторно вежливых фраз. Китай — нелегкий партнер.

Чего жаждут китайцы? Власти над миром? Дэн Сяопин говорил: «Если Китай когда-нибудь попытается доминировать в мире, тогда все народы повернутся против нас».

Нет смысла завоевывать внешний мир. Земля обетованная — это Китай, китайцы уже нашли свое место на земле.

Китай всегда мечтал вернуть себе оторванные от основной территории страны Гонконг, Макао и Тайвань. Это дело национальной чести. Как они этого добиваются?

Китайские стратеги предпочитают одерживать победы без единого выстрела. Гонконг вернули, дождавшись, когда закончится британская аренда. Всех занимал вопрос: что теперь будет? Гонконг процветал не только благодаря тому, что это замечательный порт и там низкие налоги. Экономика хорошо развивается там, где уважаются гражданские и политические свободы. Дэн придумал формулу: «одно государство — два строя». Условились, что и после объединения континентальный Китай будет строить социализм, а Гонконг — капитализм. Особый район получил высокую степень автономии. Сохранили даже прежнюю валюту — гонконгский доллар. В результате возвращение Гонконга обогатило Китай.

Они и Тайвань не собираются завоевывать. Зачем спешить? Тайвань вкладывает десятки миллиардов долларов в экономику Китая.

Заблуждение второе: причина успехов — жесткая власть и тотальный контроль над обществом.

Дэн Сяопин смотрел на мир незашоренным взглядом. Увидев, что рыночная экономика способна накормить людей, сделать страну процветающей, он безжалостно отбросил все догмы социалистического хозяйства. «Если бы я мог родиться снова, — сказал Дэн в узком кругу после поездки в Америку, — то в Китае уже сейчас существовала бы рыночная экономика».

Мао считал, что бедность не порок. Дэн решил, что бедность — тяжкое бремя, от которого нужно избавляться. Мао внушал китайцам, что они идут в авангарде человечества. Дэн заставил китайцев понять, что они живут в нищей стране. Не стесняясь, говорил о китайской отсталости: «Если у тебя уродливое лицо, незачем выставлять себя красавцем».

Нашим поклонникам китайского пути нравится, что в КНР сохраняется партийная и государственная бюрократия. Но китайская бюрократия не мешает частной инициативе и предпринимательству, не угнетает бизнесменов и торговцев, не душит их и не унижает. Можно ли представить себе российскую бюрократию, которая дает простор частной инициативе, заманивает иностранный капитал и не смеет вмешиваться в дела производителя?

Заблуждение третье: Китай в контрах с Западом.

В Пекине не позволяют довлеть над собой никаким соображениям идеологического порядка или эмоциям. Политические разногласия с Вашингтоном не заставят КНР отказаться от современных американских технологий. Напротив, сотрудничество развивается по всем направлениям.

Мао Цзэдун пытался изолировать Китай от мира, от внешнего влияния. Дэн — избавился от «железного занавеса».

Триста тысяч китайских студентов ежегодно отправляется учиться за границу. Семьдесят тысяч китайских студентов получают образование в американских университетах. Возвращаются не все. Китай — кузница кадров для американских аспирантур. Но многие, получив диплом, работают дома. И они придали новое качество интеллектуальной жизни страны. Стремительно растут два показателя, определяющие уровень научных исследований в стране: количество научных работ, оцененных за рубежом, и количество ссылок на них.

Заблуждение четвертое: Китай даст то, в чем отказывает Запад.

Когда Иран стал задыхаться от санкций, тегеранские политики обратились к Пекину: китайцы нам помогут! Китай охотно брал иранскую нефть — разумеется, по самой низкой цене. Вместо денег предложил Ирану свой товар — по самой высокой цене. Китай неплохо подзаработал.

Самое важное — уход Дэн Сяопина не изменил курса. Китай больше не принадлежит харизматическим лидерам. У власти в Пекине находятся деловые люди, которые соблюдают правила игры. Политическая система КНР — сочетание восточноазиатского неоавторитаризма, латиноамериканского корпоративизма и европейской социал-демократии. Генеральный секретарь ЦК партии получает огромную власть, но зависит от мнения других членов партийного руководства. В постоянный комитет политбюро входят сильные фигуры со своим мнением. Решения принимаются только консенсусом, так что у каждого фактически есть право вето. Существует механизм внутренних дискуссий — принятию решений предшествуют серьезные обсуждения, у специалистов просят совета.

Отличительная особенность Китая — добровольная смена лидеров. Руководитель страны занимает свое кресло строго определенный срок. Известно, когда он уйдет и кто его сменит.

У нас время от времени призывают идти китайским путем — постепенные экономические реформы без политических перемен. У профессиональных синологов эта идея вызывает улыбку: в России для этого как минимум слишком мало китайцев. В китайском обществе конфуцианство веками воспитывало трудолюбие, прилежание, высокую трудовую мораль. «Обогащайтесь!» — главный лозунг в Китае. И добиваются этого самым естественным путем: зарабатывая деньги. Китайцы привыкли рассчитывать только на самих себя. Никакая работа не считается зазорной. И это объясняет, почему китайцы так преуспели.

А вообще-то Китаю несказанно повезло. Дэн Сяопин мог и не пережить затеянной Мао культурной революции.

В октябре 1969 года лишенного всех должностей Дэна отправили на перевоспитание в провинцию. Встречаться и разговаривать с кем-либо госбезопасность ему запретила. Дэн слесарил в мастерской по ремонту тракторов. Его жену определили в бригаду электромонтеров. Старшего сына — Пуфана, студента физико-технического факультета Пекинского университета, хунвэйбины доставили в свой штаб и стали пытать. Дети Дэна называли этот штаб «фашистским концлагерем». Пуфан не выдержал издевательств и выпрыгнул из окна. Перелом трех позвонков. Нужна срочная операция, но ни одна больница не приняла сына Дэна. Время было потеряно, и его парализовало, юноша стал инвалидом.

Над искалеченным Пуфаном продолжали измываться. Пока наконец кто-то из высшего начальства не распорядился отправить несчастного юношу к родителям. Дэн трогательно ухаживал за ним, переворачивал каждые два часа, чтобы не образовались пролежни. В свободные минуты Дэн ходил по двору и размышлял. Видимо, тогда в нем зрели идеи, которые помогут ожить Китаю...

Никогда не забуду: когда Дэн Сяопин умер, я приехал к послу КНР в Москве Ли Фэнлиню. Он знал Дэна, работал с ним. Рассказывая о нем, посол не справился с эмоциями. Заплакал.

Почему не надо бояться Китая
 

http://slon.ru/economics/pochemu_ne_...-1146800.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632...jpg?1408713085
У Китая, как и у России, по мере усиления экономического и политического влияния может возникнуть проклятая дилемма: развитие в трендах нового времени или классическая империя, конфронтация с мнимыми и истинными соперниками, «величие», экспансия и прочее. Например, после какого-нибудь кризиса, когда КНР начнет успешно оправляться от временной неудачи (как это бывало с другими странами). Или раньше, от головокружения от успехов.
Лично я думаю, что не возникнет и Китай будет развиваться по эволюционным трендам, а не безумными, кровавыми путями.

Я вижу для этого минимум три предпосылки.

Неагрессивный национальный характер китайцев (при всех племенных различиях). Их склонность к инкапсуляции – построению чайнатаунов на тех землях, куда их занесла судьба: «Мы не лезем в вашу жизнь и живем, как привыкли». Они вообще по натуре скорее домоседы, несмотря на начавшееся активное перемещение в города. Поэтому воспроизводят свой уклад, а не навязываются чужим.
Исторический опыт. Здесь как раз преобладает пресловутая инкапсуляция. И это несмотря на огромное теплое океанское побережье, в принципе удобное для мореплавания! Притом малочисленные (в сравнении с Поднебесной) народы не раз завоевывали большой Китай. Последний пример – японцы. Экспансия же китайцев, когда она имела место, часто оказывалась неудачной: достаточно вспомнить войну с крохотным Вьетнамом, проведенную чуть ли не на пике китайского социалистического милитаризма.
Коллективное руководство страной, придерживающееся традиционных приоритетов: долгосрочного планирования, взвешенных, выжидательных решений, приоритета логики (пусть иногда странноватой) над эмоциями. Несмотря на монополию КПК, эти мудрые люди нашли-таки золотую формулу сочетания стабильности (пусть временной) и развития в стране, еще не достигшей нужного для классической демократии эволюционного уровня: да, партия правит монопольно, но строго коллегиально и при императиве сменяемости власти – никаких фокусов с «третьим сроком» и т.п.

Короче говоря, я полагаю, что опасность Китая для мира сегодня зачастую преувеличивается – «страшилка» такая. И для России опасность исходит прежде всего скорее изнутри, а не от Китая. В самом деле: судя по аналогиям, Китай предлагает России примерно такую же роль в сотрудничестве с ним, как Средней Азии. А Россия и не отказывается. Так в чем опасность?

01 Октября 1949 - провозглашена Китайская Народная Республика
 

http://www.istpravda.ru/chronograph/5524/

К концу Второй мировой войны на политической карте мира существовало два Китая. Часть китайской территории находилась под контролем гоминьдана (национальная партия, с 1927 года ставшая правящей буржуазно-помещичьей партией). Другая часть территории находилась под руководством Коммунистической партии Китая (КПК). Курс компартии поддерживал Советский Союз, заканчивавший военные действия против Японии, гоминьдан ощущал дружеское плечо Америки. Поэтому с 1946 по 1949 год в Китае шла Народно-освободительная, по сути – гражданская война.

В итоге перевес сил оказался на стороне компартии и товарища Мао. Гоминьдановцы бежали на остров Тайвань под защиту вооруженных сил США. И 1 октября 1949 было провозглашено образование Китайской Народной Республики.
http://www.istpravda.ru/upload/media...19c2129a46.jpg

ЧАС ПИК в ПЕКИНСКОМ МЕТРО !!! Люди сражаются за место в метро!
 

16 Октября 1964 - Китай сделал свою атомную бомбу
 

http://www.istpravda.ru/chronograph/142/
Программа развития ядерного оружия была принята в КНР в январе 1955 года, тогда же было учреждено соответствующее министерство. Советский Союз согласился помочь Китаю в исследованиях по атомной энергетике и ядерной физике: между 1955 и 1958 годами заключается шесть двусторонних соглашений, большое количество китайских ученых-атомников начинают обучаться в Объединенном институте ядерных исследований в Дубне. Одновременно в Пекинском институте физики и атомной энергетики приоритетной темой становится разработка атомного оружия.
15 октября 1957 года СССР согласился подписать новый Договор по оборонным технологиям с предоставлением Китаю образцов атомной бомбы и технических данных относительно ее изготовления.

Ухудшение отношений между двумя государствами побуждает Советский Союз сообщить Китаю об отказе от обеспечения Пекина техническими деталями по атомной бомбе. Китай решает развивать атомное оружие собственными силами. И вот, взрыв атомной бомбы, осуществленный на полигоне в Синцзянь-Уйгурском автономном районе, возвестил о вступлении КНР в ядерный клуб.
http://www.istpravda.ru/upload/media...8bc32f08cc.jpg

Китайский план. Как превратиться в новый МВФ, но без принципов
 

http://slon.ru/money/kitayskiy_plan_...-1199238.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632...jpg?1419351069
Ван И. Фото: Reuters

Не успела Россия попросить, а Китай уже спешит на помощь: в понедельник, 22 декабря, китайский министр иностранных дел Ван И объявил, что его страна готова оказать Москве экономическую помощь, если та вдруг потребуется. Дружеские отношения и общие ценности здесь, вероятно, ни при чем. Просто Пекин претендует на роль нового международного кредитора номер один – того, кто приходит на помощь другим странам тогда, когда они отчаянно в нем нуждаются.

Финансируя правительства, в том числе отрезанные от мировых рынков капитала (такие, как российское), Китай наращивает свое влияние в мировой экономике и одновременно отъедает кусок пирога у Международного валютного фонда, к которому все привыкли выстраиваться за помощью, отмечает Bloomberg. При этом характер у кредиторов разный: если МВФ обычно дает кредиты, требуя взамен реформы, которые стабилизируют экономику, то Си Цзиньпин, по мнению аналитиков, энергично обеспечивает свои интересы в государствах, богатых ресурсами. С Москвой Пекин заключил соглашение о валютных свопах в объеме 150 млрд юаней ($2,4 млрд), Аргентине с октября предоставил почти столько же – $2,3 млрд, а Венесуэле выдал кредит в размере $4 млрд в обмен на нефть и нефтепродукты – и все это за последние полгода.

«Всегда хорошо иметь в запасе тех, кто тебе должен, – говорит Мортен Бугге, специалист датской инвесткомпании Global Evolution. – Это приятели и товарищи Китая, одной из мотиваций которого может быть желание обеспечить долгосрочные энергопоставки».

Кроме того, за кредитованием могут стоять геополитические интересы, отмечают эксперты. Всего Народный банк Китая подписал договоры о валютных свопах с 28 центробанками по всему миру, включая британский и австралийский, и, как ожидают наблюдатели, продолжит наращивать свое влияние. Это сделает юань альтернативой доллару на глобальных торговых и финансовых рынках, а продвижение своей валюты, в свою очередь, поможет Китаю бросить вызов США, считает Bloomberg.

В долгах и домах. Два главных риска для китайской экономики в 2015 году
 

http://slon.ru/economics/v_dolgakh_i...-1211040.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1200000/632...jpg?1422880990
Фото: Reuters

В 2014 году, согласно официальным данным, темпы роста экономики Китая составили 7,4%. Это самый низкий показатель с 1990 года. Ожидается, что в 2015-м ВВП «самого перспективного партнера» России, как назвал Китай Владимир Путин, замедлится еще больше: Международный валютный фонд понизил свой прогноз с 7,1% до 6,8%, то есть КНР впервые за десятилетия будет расти медленнее, чем Индия. Глава пекинского бюро Financial Times Джамиль Андерлини рассказывает о двух ключевых факторах, которые будут сдерживать китайскую экономику в ближайшие годы.

Одна из самых больших проблем для КНР состоит в том, что замедление роста происходит вопреки тому, что главные драйверы этого роста – строительство и кредитование – собственных темпов практически не сбавляют. Окраины Пекина с отстроенными, но незаселенными кварталами домов, пишет Андерлини, – показательный пример чрезмерного строительства и заимствования, хотя в более мелких городах проблема стоит еще острее: там нет и не будет такого спроса на недвижимость, как в столице. Если считать вместе со вспомогательными отраслями, строительство составляет почти четверть китайской $10-триллионной экономики, – это больше, чем в Ирландии, Испании или США в периоды, когда на их рынках надулись пузыри недвижимости.

В прошлом году рост цен на жилье в Китае наконец остановился: в декабре стоимость домов в среднем по стране снизилась на 4,3%. Однако инвестиции в этот сектор все равно прибавили 10,5%, а непроданные площади увеличились на 26%. Эти цифры говорят о том, что коррекция в китайской сфере недвижимости еще не началась. Когда это все-таки произойдет (возможно, уже в ближайшие месяцы, отмечает FT), общие темпы роста экономики могут сократиться еще сильнее, и страна столкнется с волной банкротств или даже долговым кризисом.

Это, в свою очередь, может обернуться раскручиванием «маховика финансовых уязвимостей» и значительно отразится на мировой экономике – такое предупреждение выпустил Всемирный банк в январе. Влияние замедления Китая уже прослеживается в глобальных ценах на сырье, включая нефть, железо и медь: эти ключевые ингредиенты строительного бума торгуются на минимальных за несколько лет уровнях, – а коррекция на китайском рынке еще не стартовала.

Второй фактор – долги региональных властей КНР. К середине 2013 года (последний момент, когда публиковались соответствующие данные) непогашенная задолженность регионов составляла 18 трлн юаней – на 80% больше, чем двумя годами ранее. Правительство Китая запретило регионам залезать в долги, но, согласно доступной статистике (а она неполная), региональные власти в 2014 году продали облигаций на 1,66 трлн юаней, – это почти столько же, сколько за два предыдущих года. Установки правительства по снижению долговой нагрузки еще даже не начали выполняться, констатирует Андерлини, а значит, когда это произойдет, рост Китая может замедлиться еще более резко, чем мы предполагаем.

Связь же между этими двумя болезнями китайской экономики – недвижимостью и задолженностью регионов – делает ситуацию только более тревожной. По данным Deutsche Bank, местная власть в КНР получает 35% своих доходов на продаже земли, и при этом почти весь ее непогашенный долг обеспечивается залогом в виде – опять – госземель, которые зачастую сильно переоценены. Крупнейшими же покупателями земли тоже оказываются региональные власти, действующие через ими же изобретенные «механизмы финансирования». Когда продажи недвижимости пошли на спад и коммерческие покупатели разбежались, власти в попытке стимулировать краткосрочный рост и наполнение казны начали покупать землю сами у себя, с помощью заемных средств. Долго это длиться не может; два риска для китайской экономики сольются в одну большую проблему.

«В 2015 году Китай может столкнуться с самыми острыми бюджетными трудностями с 1981 года. Мы полагаем, что падение доходов бюджета будет для китайской экономики главным риском, который пока не вполне осознается рынком», – заявил в своем отчете главный экономист Deutsche Bank по Китаю Чжан Чживей.

Как Китай мешает мировой экономике
 

http://slon.ru/economics/kak_kitay_m...-1215190.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1200000/632...jpg?1424097333
Иллюстрация: Эдель Родригез

Минувший год разочаровал тех, кто ждал от мировой экономики-2014 возвращения к нормальному росту: пока перспектива окончательного восстановления после кризиса выглядит такой же неясной, как год назад. Возможно, больше других в этом виноват Китай – именно этот рынок негативно влияет на экономические течения по всему миру. Эту мысль высказывает в своей статье Адэр Тёрнер, в прошлом председатель совета директоров Управления финансовых услуг и член Комитета по финансовой политике Великобритании, сейчас – старший научный сотрудник аналитического центра Institute for New Economic Thinking (США) и Центра финансовых исследований (Германия).

Вот три факта о китайской экономике, которые сдерживают рост экономики глобальной.

Китай, как и Япония, Южная Корея и Тайвань до него, выбрал экспортоориентированную модель роста. Но население КНР слишком велико: глобальный рынок просто не имеет достаточных размеров, чтобы поддерживать высокие доходы 1,3 млрд китайцев, считает экономист. На самом деле эта модель какое-то время работала для Поднебесной, в 2007 году разница между экспортом и импортом страны составляла 10% ВВП. Однако оборотной стороной положительного сальдо китайского торгового баланса оказался пузырь кредитов, который вырос на других рынках, особенно в США; когда пузырь лопнул, экспортные рынки Китая сжались, а за ними сжался профицит торгового баланса: после 2008 года он сократился до 2% ВВП.

Баланс в китайской экономике нарушен. Если инвестиции в 2007–2010 годах выросли с 42% до 47% ВВП, то общий долг страны с 2007 по 2014-й увеличился вчетверо – с $7 трлн до $28 трлн. Большинство инвестиций идет на инфраструктурные проекты, а 45% кредитов в экономике приходится на сектор недвижимости и связанные с ним отрасли. Похожий бум недвижимости в Японии в 1980-х годах закончился длительным периодом вялого роста и дефляции, из которого страна до сих пор не до конца выбралась.

Наконец, региональные власти в Китае создают огромный переизбыток инвестиций и кредитов. Власти используют землю в качестве залога для займов, которые тратятся на инфраструктурные проекты, а отдают эти долги, используя доходы от продажи земли. Когда бум строительства пойдет на спад (а он уже начался), доходы от продажи земли упадут, и отдавать кредиты будет нечем. Кроме того, строительство потребляло большую часть импортируемого сырья; снижение активности промышленности приведет к падению цен на сырье, а значит, плохо скажется на росте развивающихся экономик.

Признаков того, что ситуация в Китае меняется в лучшую сторону, Тёрнер не видит: положительное сальдо торгового баланса страны вновь начинает расти.

«Хотя как доля от ВВП оно выглядит меньше, чем до кризиса (около 4%), в абсолютных значениях оно вновь достигло пиковых значений. А на глобальный спрос влияет как раз абсолютное значение сальдо. Короче говоря, Китай оказался там, где начинал, с ростом, зависящим от внешнего спроса, который сейчас в развитых странах очень сдержан», – пишет экономист.

Сейчас Китаю придется искать решение проблемы, с которой Япония, Южная Корея и Тайвань даже не сталкивались: как быстро стимулировать, а затем удержать внутренний спрос. Пока Пекин занимается этим, развитым экономикам придется смириться с тем, что в ближайший год надежды на возвращение к «норме» тоже не сбудутся.

Почему китайская экономика на деле не так сильна, как на бумаге
 

http://slon.ru/economics/pochemu_kit...-1181349.xhtml
http://slon.ru/images3/6/1100000/632...jpg?1415355754
Месяц назад Международный валютный фонд объявил, что в этом году Китай впервые обойдет США по размеру ВВП по паритету покупательной способности (ППС): $17,6 трлн против $17,4 трлн. Правда, по объему ВВП в текущих ценах США по-прежнему впереди (и существенно) Китая, но даже если бы все было наоборот, говорить о том, что китайская экономика впереди планеты, будет некорректно. Почему – объясняет профессор Гарвардского университета, автор термина «мягкая сила» в международной политике и член совета по глобальной повестке Всемирного экономического форума Джозеф Най.

Измерение ППС действительно помогает сравнивать благосостояние в разных странах, пишет Най на Project Syndicate, но на этот показатель сильно влияет численность населения, так что он не дает полноценного представления об экономическом положении Поднебесной. Китай, бесспорно, имеет привлекательный рынок и является крупнейшим торговым партнером для ряда стран (это мощные рычаги воздействия, которые Пекин не стесняется использовать), но даже если китайская экономика превзойдет американскую в численных измерениях, нам следует помнить, что страны функционируют на разных уровнях и при разных базах.

Например, доход на душу населения (более точный показатель экономической продвинутости) в Китае почти в 8 раз меньше, чем у Штатов, и для того, чтобы сравнять эти показатели, потребуются десятилетия (если это вообще возможно).

То, что Китай стал в 2009 году крупнейшим по объему экспортером, продолжает колумнист, не делает его по-настоящему сильной торговой страной, потому что торговля в сфере услуг здесь «безжизненна», а добавленная стоимость товаров невысока. К тому же Пекину не хватает сильных международных брендов – предмета гордости Германии и США (на последние приходится 17 из 25 крупнейших мировых брендов).

Финансовые рынки также обнаруживают отставание Китая: объем китайских рынков в 8 раз меньше американских, иностранцам разрешается видеть только крошечную часть долга страны, а на сделки в юанях приходится около 9% общемирового объема, в то время как на доллары – 81%. (Тут, впрочем, надо отметить, что с января 2012 года юань заметно продвинулся и потеснил евро.) По мнению Ная, даже огромных международных резервов Китая (почти $4 трлн) будет недостаточно, чтобы усилить его финансовое влияние, если власти страны при этом не озаботятся созданием открытого рынка облигаций с либерализованными процентными ставками.

Различия в «продвинутости» Китая есть и в области технологий. Несмотря на некоторые важные достижения, страна по-прежнему предпочитает копировать чужое вместо того, чтобы подталкивать собственные инновации, и, хотя патентов здесь выпускается огромное количество, немногие представляют прорывные изобретения.

В ближайшие десятилетия, пишет автор, рост китайского ВВП замедлится, как это происходит во всех экономиках, когда они достигают определенного уровня доходов на душу населения (по ППС) – как раз примерно такого, какой скоро будет у Китая. По оценке гарвардских экономистов Ланта Притчетта и Лоуренса Саммерса, экономика затормозит до 3,9% в год, но даже такой прогноз может оказаться чересчур оптимистичным, если учесть растущее неравенство между сельскими и городскими районами Китая, неэффективный госсектор, ухудшающуюся экологию, коррупцию, демографическую ситуацию как следствие отмены политики одного ребенка и другие проблемы страны, отмечает Най.

Китайская политическая система в прошлом уже демонстрировала впечатляющую способность добиваться нужных ей целей – от строительства железных дорог до создания целых новых городов, – но в будущем только этим ему не обойтись, пишет автор:

«К чему правительство Китая пока не готово, так это к тому, чтобы эффективно отвечать на растущий запрос населения об участии в политической жизни (если не о демократии), который обычно сопровождает увеличение уровня ВВП на душу населения. <…> Отставание в экономической искушенности может еще больше осложнить дело».

Пока неясно, сумеет ли Пекин справиться с увеличивающейся численностью городского населения и региональным неравенством, но ясно, подчеркивает колумнист, что один совокупный ВВП, как бы он ни измерялся, не подходит для того, чтобы определять экономическую мощь Китая.

С 2000 года в Китае за коррупцию расстреляно 10 тысяч чиновников
 

https://www.opentown.org/news/92805/?fm=3243
вчера 22:07
17 0
источник: www.rg.ru

опыт друзей

Текст: Всеволод Овчинников

Недавно в Китае за получение взятки арестован мэр города Шэньчжэнь. Ему теперь грозит смертная казнь по обвинению в коррупции.

По китайскому телевидению время от времени демонстрируют публичные расстрелы чиновников. Взятка или хищение на сумму более миллиона долларов - высшая мера наказания. В эти дни темой разговоров в Поднебесной стали недавно опубликованные цифры. С 2000 года в Китае расстреляны за коррупцию около 10 тысяч чиновников, еще 120 тысяч получили по 10-20 лет заключения.

Сейчас в Китае много говорят о расстреле вице-мэра Пекина Лю Чжихуа. Он семь лет возглавлял управление китайской "Силиконовой долиной" - наукоградом Чжунгуанцунь в северо-западном университетском предместье Пекина. И сумел использовать для своей личной выгоды стратегический поворот китайского руководства к созданию инновационной экономики.

Наживался на Олимпиаде

Кроме того, предприимчивый вице-мэр сумел крупно нажиться на прошлогодней пекинской Олимпиаде. Сделав свою любовницу хозяйкой одной из строительных компаний, он давал ей выгодные подряды на возведение олимпийских объектов и к тому же брал взятки за отвод земельных участков.

Лю Чжихуа - не самый крупный из столичных начальников, оказавшихся на скамье подсудимых. Еще в первые годы реформ был выведен из состава Политбюро ЦК КПК и отдан под суд "китайский Гришин" - первый секретарь Пекинского горкома Чэнь Ситун. Его прочили в генеральные секретари ЦК, в преемники Дэн Сяопина, а приговорили за лихоимство к 16 годам тюрьмы.

Коррупционеров нынче ищут и находят не только среди мэров городов, губернаторов провинций и их заместителей. Но и в стенах китайского парламента. Осужден за лихоимство в особо крупных размерах заместитель председателя Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей Чэн Кэцзе. Бывший вице-спикер прежде был губернатором провинции Гуанси. Он оказывал предпринимателям незаконные услуги и набрал за это взяток на 4,5 миллиона долларов. Разоблачение вице-спикера потянуло за собой целый шлейф коррупционных дел в Гуанси. Расстрелян мэр города Гуйян 48-летний Ли Чэнлун, успевший присвоить более 500 тысяч долларов.

Осуждение вице-спикера китайского парламента - самое крупное коррупционное дело в верхах после того, как вышеупомянутый мэр Пекина Чэнь Ситун попал в тюрьму за взятки. Однако конфискованные у него почти 8 миллионов долларов были присвоены сотрудниками созданного в прокуратуре Управления по борьбе с коррупцией. Пришлось расследовать деятельность 1377 инспекторов. Причем 756 из них получили партийные взыскания, а 73 были привлечены к уголовной ответственности. Если уж в Верховной народной прокуратуре выявлены такие злоупотребления служебным положением, что тогда говорить о других звеньях партгосаппарата!

Пока партию и государство возглавлял шанхаец Цзян Цзэминь, в Пекине появилось много его земляков. Нынче шанхайский диалект выходит из моды в коридорах власти. Смещен с должности и выведен из состава Политбюро ЦК протеже прежнего лидера - первый секретарь Шанхайского горкома Чэнь Ляньюй. Как установлено в ходе расследования, он причастен к растрате около 400 млн долларов из пенсионного фонда Шанхая.

Начато искоренение коррупции в правоохранительных органах. Замминистра общественной безопасности КНР генерал Ли Цзичжоу разоблачен как участник преступной группы, причастной к контрабанде автомашин и нефтепродуктов на 3 млрд долларов. Фигурантами этого дела стали около 200 чинов полиции и таможни города Сямынь.

Миллион осужденных за взятки

За 30 лет реформ к уголовной ответственности за взяточничество привлечено около миллиона сотрудников партийно-государственного аппарата. Однако даже несмотря на публичные казни, полностью искоренить случаи сговора предпринимателей и чиновников по принципу "твоя власть - мои деньги" не удается.

Почему же переход от плановой экономики к рыночной стал столь благоприятной почвой для коррупции - сорняка, который никак не поддается прополке? По мнению заместителя директора Академии общественных наук Китая Янь Фана, отставание политических реформ от экономических позволяет чиновникам скрывать от общественного контроля управление госимуществом и природными ресурсами. Это помогает им превращать народное богатство в личную собственность. Такого рода злоупотребления обрели самые разные формы - от торговли экспортно-импортными лицензиями и выгодными госзаказами до фиктивного банкротства частных предприятий, дабы продавать их за бесценок в частные руки.

Негативным побочным последствием экономических реформ, считают китайские ученые, стал процесс "капитализации власти", то есть превращение служебного положения в капитал, приносящий дивиденды. Вместо того чтобы играть роль судей, следящих за соблюдением правил игры на рыночном поле, чиновники порой присваивают себе функции игроков.

Рассказав о доводах ученых одному высокопоставленному партийному руководителю в Пекине, я услышал, что полностью искоренить коррупцию действительно не удается. Однако ее можно держать под контролем. Он обратил мое внимание на то, что в китайском политическом лексиконе нет слова "олигарх". Власть в Китае, к сожалению, порой становится капиталом, средством извлечения прибыли. Но Компартия жестко пресекает попытки превратить власть в товар, который можно купить. За мзду чиновники оказывают предпринимателям услуги, но решительно избегают попадать к ним в зависимость. "Партия никогда не позволит, чтобы хвост вертел собакой", - заключил мой собеседник.

Как пресекли финансовые пирамиды

Размышляя над всем этим, думаю, что ужесточением наказаний коррупцию в Китае удалось если не пресечь, то обуздать. В 1994 году, когда я работал в Китае и начал писать в "Российскую газету", в нашей стране пышным цветом расцвели финансовые пирамиды. Последователи Мавроди появились и в Китае. Был создан инвестиционный фонд якобы с благородной целью: наладить в стране производство одноразовых шприцев.

По канонам финансовой пирамиды создатели фонда предложили вкладчикам баснословный доход: 5 процентов от вложенной суммы в месяц (то есть 60 процентов годовых). Деньги потекли рекой. Причем чаще всего от руководителей предприятий и учреждений. Задержал зарплату или платежи за коммунальные услуги на месяц - и с каждого вложенного миллиона получаешь ежемесячный навар в 60 тысяч.

К чести китайских правоохранительных органов, они меньше чем за год раскусили сущность финансовой пирамиды. Трое ее создателей были отданы под суд и публично расстреляны перед толпой. После этого ни одной новой китайской пирамиды не возникло. А число обманутых вкладчиков составило в КНР всего 236 человек, тогда как у нас их количество измеряется многими сотнями тысяч. Так что в данном случае суровость наказания себя оправдала.

За что расстреливают в Китае ?
 

https://www.opentown.org/news/95269/?fm=12281
15 ноя 13:23

источник: oko-planet.su

Общество Политика

1) Государственная измена;

2) Сепаратизм;

3) Вооруженные беспорядки и бунты;

4) Переход в стан противника

5) Шпионаж;

6) Продажа за рубеж путем выкупа, вымогательства, шантажа и других

незаконных способов получения секретов и информации государственной

важности;

7) Подкуп противником;

8) Преступная халатность повлекшая за собой пожар;

9) Преступная халатность повлекшая за собой наводнение;

10) Преступная халатность повлекшая за собой взрыв;

11) Преступная халатность повлекшая за собой выброс отравляющих веществ;

12) Преступная халатность поставившая под угрозу общественную безопасность;

13) Нанесение вреда транспортным средствам;

14) Нанесение вреда транспортным коммуникациям;

15) Нанесение вреда энергетическому оборудованию;

16) Нанесение вреда огнеопасному или взрывоопасному оборудованию;

17) Захват воздушных судов;

18) Незаконное производство, приобретение и продажа, транспортировка,

пересылка по почте огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых

веществ;

19) Незаконное приобретение и продажа, транспортировка ядерных материалов;

20) Хищение стрелкового оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ;

21) Грабеж стрелкового оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ;

22) Производство, реализация отравленных или вредоносных продуктов питания;

23) Производство, реализация поддельных лекарственных препаратов;

24) Контрабанда оружия и боеприпасов;

25) Контрабанда ядерных материалов;

26) Контрабанда поддельных денежных знаков;

27) Контрабанда культурных ценностей;

28) Контрабанда драгоценных металлов;

29) Контрабанда редких видов животных и предметов из них;

30) Контрабанда обычных видов товаров и материальных ценностей;

31) Контрабанда твердых видов отходов;

32) Производство поддельных денежных знаков;

33) Фондовые махинации;

34) Махинации с векселями;

35) Махинации с финансовыми инструментами;

36) Мошенничество с аккредитивами;

37) Выдача мнимых чеков НДС с целью извлечения незаконной прибыли от

возврата экспортного НДС, а также неуплаты налогов и пошлин;

38) Печать, продажа поддельных чеков НДС специальной уставленной формы;

39) Умышленное убийство;

40) Умышленное нанесение телесных повреждений;

41) Изнасилование;

42) Изнасилование несовершеннолетних;

43) Захват заложников;

44) Похищение и продажа женщин и детей;

45) Грабеж;

46) Хищение;

47) Передача информации о способе совершения преступления другим лицам, подстрекательство;

48) Вооруженный побег;

49) Организация и помощь в вооруженном побеге;

50) Разграбление древних захоронений и мест, представляющиех археологическую важность;

51) Разграбление окаменелых останков древних людей, а также древней флоры и фауны;

52) Контрабанда, продажа, транспортировка и производства наркотических веществ;

53) Организация притонов и проституции;

54) Принуждение к проституции;

55) Порча военного оборудования, военных сооружений, а также средств военной коммуникации;

56) Умышленная поставка непригодного военного оборудования или строительство непригодных военных сооружений;

57) Расхищение государственных фондов и имущества;

58) Взяточничество;

59) Неподчинение приказу в военное время;

60) Сокрытие или заведомо ложная передача военной информации;

61) Отказ в передаче военных приказов или фальсификация таковых;

62) Сдача в плен;

63) Дезертирство с фронта;

64) Препятствование выполнению военных задач;

65) Дезертирство;

66) Распускание слухов и смуты в военное время;

67) Хищение или грабеж военного оборудования и материальных ресурсов военного использования;

68) Незаконная реализация или передача в пользование третьим лицам военного оборудования;

69) Изувечение, мародерство населения в военное время.

Информационный материал скопирован отсюда :

http://oko-planet.su/politik/politik...inovnikov.html

Полет над Китаем
 

http://zyalt.livejournal.com/1043372.html
2014-04-07 10:00:00
http://varlamov.me/2014/chinaput00/00s.jpg
Лететь над Китаем - не менее захватывающее зрелище, чем над Москвой. Бесконечные поля, теплицы, заводы, кварталы многоэтажек, уходящие за горизонт эстакады. Уму не постижимо, как быстро тут все строится. Каждый километр земли освоен и постоянно перестраивается. Каждый раз лечу в Китай и не узнаю пейзажи. Повсюду новые дороги, развязки, дома еще выше, фабрики еще больше.
http://varlamov.me/2014/chinaput00/01.jpg
Единственное, что остается нетронутым - это горы. Хотя и тут куда ни посмотришь - то карьер, то взрывают что-то.
http://varlamov.me/2014/chinaput00/02.jpg
Вот какой-то городок построили…
http://varlamov.me/2014/chinaput00/03.jpg
У подножия все в фабриках
http://varlamov.me/2014/chinaput00/04.jpg
Как в компьютерной игре
http://varlamov.me/2014/chinaput00/05.jpg
Новая дорога строится. Такие дороги и развязки повсюду, строят их в Китае с удивительной скоростью. Хотите расстроиться - посмотрите статистику, сколько километров дорог строят китайцы и сколько - мы…
http://varlamov.me/2014/chinaput00/06.jpg
Бесконечные поля
http://varlamov.me/2014/chinaput00/07.jpg
Это эстакада железной дороги, по которой скоростные поезда катаются.
http://varlamov.me/2014/chinaput00/08.jpg
Теплицы
http://varlamov.me/2014/chinaput00/10.jpg
В центре кадра можно увидеть скоростной поезд
http://varlamov.me/2014/chinaput00/11.jpg
И опять теплицы
http://varlamov.me/2014/chinaput00/13.jpg
Дома
http://varlamov.me/2014/chinaput00/14.jpg
Туман
http://varlamov.me/2014/chinaput00/15.jpg
Пригороды Пекина
http://varlamov.me/2014/chinaput00/18.jpg
Аэропорт Пекина

Китай возрождает марксизм, подгоняя его под противоречия своей экономики
 

http://www.ng.ru/economics/2015-11-27/1_marksism.html
27.11.2015 00:01:00

Россия же создает государственно-дружественный капитализм с военным уклоном

Анастасия Башкатова
Заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

Михаил Сергеев
Зав. отделом экономики "Независимой газеты"
http://www.ng.ru/upload/iblock/35d/256-4-2.jpg
В КНР готовятся усовершенствовать экономические учения, от которых Россия давно отказалась. Фото Reuters

Председатель КНР Си Цзиньпин поручил создать продолжение марксистской политэкономической науки для обоснования китайских реформ. В России с обоснованием экономического управления все гораздо сложнее: в стране на практике реализована концепция «госкапитализма для друзей», которая никак не оформляется теоретически. При этом написанные долгосрочные стратегии развития остаются лишь на бумаге, поскольку разбиваются о реалии отечественной политики и экономики.

В Пекине решили обновить марксистское учение, подогнав его под интересы развития китайской экономики. О разработке продолжения марксисткой теории, по сообщению агентства «Синьхуа», объявил председатель КНР Си Цзиньпин. Он призвал «оформить систематическое экономическое учение на основе китайской практики по развитию экономики и непрерывно расширять горизонты марксистской политической экономии современного Китая». К этому расширению будут привлечены лучшие китайские ученые-экономисты, среди которых профессор Гу Хайлян – автор более 250 научных работ.

Потребность в теоретическом обосновании не случайно появилась на фоне экономических проблем, считают российские эксперты. Реальная экономическая практика часто входит в системное противоречие с официальной идеологией. «Китай – это страна, которая перешла к рыночной экономике, но сохранила, по крайней мере по внешним признакам, социалистическую политическую конструкцию», – замечает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин.

По его словам, противоречия часто выходят на поверхность, «когда в ходе борьбы за власть арестовывают очередного функционера и становится известен уровень благосостояния этих чиновников». Страной, как уточняет эксперт, «руководят богатые люди с очень серьезными экономическими интересами: контролирующие многие предприятия, владеющие значительной собственностью».

«То есть, с одной стороны, официально установлена пусть и модифицированная, но коммунистическая идеология. На площади Тяньаньмэнь висит портрет Мао Цзэдуна. А с другой стороны, страна живет в условиях рыночной экономики, ее руководство ни в чем себе не отказывает, есть даже официальные миллиардеры, – перечисляет противоречия китайской практики Макаркин. – Более того, в КНР увеличился средний класс, который все больше интересуется западными стандартами. При этом многие китайские граждане с ностальгией вспоминают о временах культурной революции. На это приходится реагировать и как-то объяснять происходящее в терминах, совместимых с учением Карла Маркса».

Разрываемый противоречиями Китай не одинок. Похожие процессы происходят и в России – хоть и не в таком масштабе, как в КНР. «С одной стороны, у нас идет консервативная, можно сказать, реакционная волна. Мы все больше закрываемся от Запада, который все чаще воспринимается как враг, – говорит Макаркин. – С другой стороны, если, допустим, взять экономический блок правительства, у нас есть экономические либералы, для которых важен инвестиционный климат страны. Такая ситуация выглядит не очень органично».
http://www.ng.ru/upload/medialibrary/55e/256-4-4.jpg
Председатель КНР Си Цзиньпин хочет расширить горизонты марксистской политической экономии. Фото Reuters

Некоторые близкие к власти экономисты предлагают альтернативные модели, которые в основном сводятся к возвращению мобилизационной экономики. «Эта модель предполагает резкое усиление роли государства и военно-промышленного комплекса с перенаправлением финансовых ресурсов на решения общегосударственных задач – например, в сфере обороны. В отличие от советской мобилизационной модели сейчас признается, что придется разогнать инфляцию, чтобы простимулировать развитие обрабатывающей промышленности», – поясняет Макаркин.

«Полноценной теории сегодняшней российской модели пока нет, но есть много отдельных исследований, которые описывают процессы в экономике РФ», – говорит научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин. Сам он описывает нашу экономику как «государственно-дружественный капитализм».

Слово «дружественный», как уточняет Ясин, означает выборочные привилегии близким к чиновникам компаниям в ущерб рыночной конкуренции. Известны также характеристики российской экономики как «государственно-монополистический капитализм», «клептократия». Однако описания этих моделей наши власти не переводят в разряд официальной экономической теории. «Наше большое преимущество в том, что мы не хотим создавать новую идеологию. Считаю, что наш народ уже объелся официальными теориями и разочаровался в них», – говорит Ясин.

Си Цзиньпин, по словам Ясина, настроен более дирижистски, чем Владимир Путин. Учитывая этот факт, а также особенности китайского общества, лидер КНР готовит обновление экономической идеологии и обоснование экономических программ Китая, считает Ясин.

Если говорить о России, то в 90-е годы в стране официально декларировался приоритет рыночных свобод и честной конкуренции. Позже суррогатом экономической теории могли стать стратегии долгосрочного экономического развития, в которых не только прописывались целевые показатели, но и давалось концептуальное обоснование этих показателей. Однако на практике правящие группы действовали в прямо противоположном направлении, замечает Ясин.

Напомним, первой такой стратегией была Концепция долгосрочного экономического развития РФ до 2020 года, подписанная в конце 2008 года Владимиром Путиным, занимавшим тогда пост премьера. Эта концепция была признана экспертным сообществом утопичной, так как она описывала практически недостижимые в условиях кризиса цели и показатели (см. «НГ» от 14.12.10).

Второй стала обновленная Стратегия-2020, разработка которой началась, по поручению Путина, в конце 2010 года и продлилась примерно полтора года. Над ней трудились более 20 рабочих экспертных групп, возглавляемых ректором Высшей школы экономики Ярославом Кузьминовым и ректором Академии народного хозяйства и госслужбы Владимиром Мау. Судьба этой стратегии тоже печальна: она превратилась в декларативный манифест, а не в руководство к действию (см. «НГ» от 28.12.11).

В Стратегии был провозглашен переход России к новой модели экономического роста и новой социальной политике, нацеленной на поддержку человеческого капитала и удовлетворение потребностей в том числе креативного класса (см. «НГ» от 16.03.12). На практике же с каждым годом становился все более очевидным разворот к модели, ориентированной на поддержку военно-промышленного комплекса и дружественных власти госкомпаний.

Китай вступил в валютную войну
 

http://delyagin.ru.prx.zazor.org/art...uyu-vojnu.html
http://delyagin.ru.prx.zazor.org/pim...6434_11959.jpg
2015.12.10 ,
Народный банк Китая установил курс национальной валюты к доллару США на 10 декабря на уровне 6,42 юаня. В результате стоимость юаня опустилась до минимума с августа 2011-ого года. Китайский Центробанк резко снижает курс национальной валюты второй раз за два дня, отмечает Reuters. 9 декабря он был уменьшен до 6,41 юаня за доллар, что также стало четырехлетним минимумом. С начала этой недели в ходе валютных торгов юань опускался до трехмесячных минимумов. Участники финансового рынка предсказывали, что Китай может ослабить юань после того, как он будет включен в корзину резервных валют Международного валютного фонда.
О том, почему Китай решил пойти на такой шаг, как девальвация своей валюты, рассказал директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. "Китай девальвирует валюту по той же причине, по которой это делают все другие страны. Он вступил в валютную гонку, в валютную войну, хотя и с очень большим опозданием. Таким образом, Китай хочет поддержать свою экономику, развитие которой сильно замедляется. Ведь, если она опустится до отметки в 4-5% роста, то столкнёт мировую экономику в депрессию. Это является неприемлемым, как для КНР, так и для всего остального мира. Любые меры, которые направлены на избежание этого, оправданы", - рассказал экономист.
"Для России девальвация юаня ничего не значит, потому что эти проценты не играют особой роли, у нас более мощные регуляторы и более мощные факторы. Для остального мира Китай не утратит инвестиционной привлекательности, а юань не лишится позиции региональной резервной валюты. Отмечу также, что девальвация вряд ли затормозит продвижение юаня к позиции второй мировой резервной валюты, которым он станет в ближайшее время", - уверен эксперт.
По его словам, сейчас китайский Центробанк будет смотреть на динамику инвестиций в страну. "Они также обратят внимание на динамику распространения юаня в мире и на динамику своей экономики – это самое главное и, безусловно, они будут смотреть на реальную динамику экономики, а не на то, что показывают нам. Дело в том, что китайская статистика столь же несовершенна, что и американская и российская. Но если Соединённые Штаты не занимаются анализом реального состояния своей экономики, веря в свои фальсификации, то китайцы всё-таки имеют некоторые оценки того, что происходит на самом деле с их экономикой", - добавил Делягин.
В августе 2015-ого года Китай провел самую значительную девальвацию юаня с середины 1990-х годов. Позиции национальной валюты тогда были снижены на 1,9%. Затем курс юаня к доллару начал расти, достигнув к ноябрю трехлетнего максимума. 1 декабря Международный валютный фонд объявил о включении китайского юаня в число резервных валют. С 2016-ого года дензнак КНР вместе с долларом США, евро, японской иеной и британским фунтом стерлингов будет использоваться при формировании международного резерва МВФ.

Догнать и перегнать: как Китай реформирует систему образования
 

https://slon.ru/posts/61381
17 декабря, 11:43

Редактор раздела World Press

Каждый год более девяти миллионов китайцев сдают гаокао – всеобщий государственный экзамен, хороший результат которого не только дает возможность поступить в университет, но и является пропуском в будущую жизнь, особенно для детей из бедных семей. Огромное значение, которое придается гаокао, продолжает давать Китаю одаренных в математике детей, студентов с великолепной памятью и лидерство в международных образовательных рейтингах. Однако споры о том, что китайская система образования не производит молодежь, которая совершала бы революции в технологиях или гуманитарных науках, возникают все чаще, констатирует Atlantic.

Действующая система гаокао работает с 1977 года. Балл на экзамене зависит от сдачи трех основных дисциплин – китайского языка, математики и английского – и дети начинают готовиться к национальному тесту по этим предметам со средней школы. Из-за того что область необходимых знаний оказывается суженной и для всех одинаковой, Китай не только отстает в академических исследованиях и искусстве, но, что немаловажно, под угрозой оказывается китайская меритократия, отмечает Atlantic. Невысокие шансы поступить в вуз после гаокао (места все равно ограничены) и напряжение, которое требуется для сдачи экзамена, становятся причиной того, что количество желающих пройти тест сокращается. За три года, с 2008 по 2010-й, число выпускников, пришедших на гаокао, снизилось с 10,5 млн до 9,3 млн, многие выбирают платные учебные заведения внутри КНР или за рубежом, вероятность поступить в которые выше.

Судя по всему, это настолько обеспокоило правительство, что оно объявило о реформировании системы образования: механическая зубрежка больше не считается достаточным условием для создания величия страны. Чтобы обойти Запад, Китай перенимает западный стиль – образование, направленное не на запоминание, а на разностороннее развитие, благодаря чему даже в гаокао появились изменения: в этом году в двух тестовых регионах начали действовать новые правила, был расширен список предметов, которые можно сдавать, круг тем, которые затрагивает экзамен, и даже введена оценка личных качеств, которыми обладает экзаменуемый.

Многие государственные школы уже начали практиковать западный подход – учеников занимают прикладными проектами или предлагают решить реальные проблемы, которые возникают в окружающем мире, школьные директора поощряют «равноправие и дружеские отношения» между учениками и преподавателями. Существуют также автономные школы, которые финансируются за счет бюджета, однако обладают «свободой определять, как преподавать», – здесь изучают комплексные предметы, иностранную литературу и языки, и именно сюда чаще всего отдают своих детей представители деловых и властных элит, которые планируют затем отправить потомство учиться за границу.

Как пишет Atlantic, образовательные учреждения и общество Китая все чаще задаются вопросом: как подготовить будущее поколение к более открытому обществу и гибкой экономике. И все чаще в качестве ответа звучит: только не вбиванием в головы бесконечных фактов. В то же время, отмечает издание, смогут ли новые правила национального экзамена перековать учителей так, чтобы они перешли с преподавания фактов к развитию критического мышления и аналитических способностей, остается неясным.

Разные страны пытаются изменить и улучшить свои системы образования, от США с их знаменитыми университетами до Финляндии, одной из лучших в мировых образовательных рейтингах. Возможно, в конце концов, следуя за стремлением к исполнению китайской мечты, Китай изобретет и будет экспортировать собственную модель образования – отличную и от однообразной советской системы, и от замешенной на личных ценностях западной.

«Мы не можем быть совсем как Запад, мы должны найти новую модель, в которой будем уверены, – цитирует Atlantic организатора курсов для преподавателей. – Какую – мы пока не знаем».

Китай на ухабах новой реальности
 

https://www.project-syndicate.org/co...56iktyy9v7q.99
ШАНХАЙ – Переход Китая от подталкиваемого экспортом экономического роста к модели, опирающейся на сектор внутренних услуг и потребление домохозяйств, оказался гораздо менее ровным, чем ожидалось: резкие колебания фондового рынка и волатильность обменного курса пробуждают страхи по поводу экономической стабильности страны. Хотя по историческим стандартам экономика Китая по-прежнему показывает хорошие результаты (а кто-то даже может назвать почти 7% годового роста ВВП очень хорошим результатом), успехи прежнего масштаба, наблюдавшиеся в Китае на протяжении трёх десятилетий, порождают высокие ожидания.

Общий вывод таков – «рынки с китайскими особенностями» точно так же волатильны и с таким же трудом поддаются контролю, как и рынки с американскими особенностями. Рынки неизменно начинают жить своей жизнью; ими невозможно с лёгкостью командовать. Предел возможностей контроля над рынками – это установление правил игры, причём прозрачным способом.

Support Project Syndicate’s mission

Project Syndicate needs your help to provide readers everywhere equal access to the ideas and debates shaping their lives.

Learn more

Любым рынкам нужны правила и регулирование. Хорошие правила могут помочь стабилизировать рынки. Плохо продуманные правила (не важно, насколько благими были намерения) могут произвести обратный эффект.

К примеру, после краха фондового рынка в США в 1987 году была признана важность механизма приостановки торгов; однако если подобная реформа плохо продумана, она может лишь усилить волатильность. В случае, когда существуют два типа приостановки торгов – краткосрочный и долгосрочный – и их может разделять не очень большое время, участники рынка понимают, что после срабатывания механизма первого типа вскоре может сработать и второй, и начинается паническое бегство с рынка.

Кроме того, происходящее на рынках может быть лишь очень отдалённо связано с реальной экономикой. Этот тезис хорошо иллюстрирует последняя Великая рецессия. Хотя на фондовом рынке США наблюдался решительный подъём, в реальной экономике продолжалась стагнация. При этом волатильность фондового рынка и обменного курса может вызывать вполне реальные последствия. Из-за неопределённости снижаются потребление и инвестиции (и именно поэтому правительствам следует стремиться к установлению таких правил, которые поддерживают стабильность).

Впрочем, намного более важны правила, которым будет следовать реальная экономика. В сегодняшнем Китае, как и 35 лет назад в США, ведутся дебаты о том, какие меры – в отношении предложения или спроса – помогут восстановить экономический рост с наибольшей вероятностью. Некоторые ответы можно найти в опыте США и многих других стран.

Прежде всего, следует отметить, что меры, касающиеся предложения, лучше всего предпринимать тогда, когда имеется полная занятость. Без достаточного спроса повышение эффективности на стороне предложения ведёт лишь к росту незагруженности ресурсов. Нельзя повысить объёмы производства, переведя рабочую силу с низкой производительностью в состояние безработицы с нулевой производительностью. Недостаточный мировой совокупный спрос требует сейчас от правительств мер, которые увеличивают расходы.

Подобные расходы можно направить на многие благие цели. В числе критически важных потребностей сегодняшнего Китая – сокращение неравенства, прекращение деградации окружающей среды, создание городов пригодных для жизни, инвестиции в здравоохранение, образование, инфраструктуру и технологии. Властям также необходимо усилить возможности регуляторов, чтобы гарантировать безопасность продовольствия, строительных объектов, лекарств и многого другого. Социальный доход от таких инвестиций намного превосходит затраты капитала.

Ошибка Китая заключается в том, что в прошлом страна слишком полагалась на долговое финансирование. Однако при этом Китай обладает большим пространством для расширения налоговой базы такими способами, которые позволят повысить общую эффективность и/или справедливость. Экологические налоги помогли бы улучшить качество воздуха и воды, принося при этом существенные доходы; введение платы за въезд в центр улучшило бы качество жизни в городах; налоги на недвижимость и доходы с капитала способствовали бы увеличению инвестиций в производительную деятельность, тем самым, стимулируя рост экономики. В целом, корректно разработанные меры со сбалансированным бюджетом (повышение налогов в тандеме с повышением расходов) могли бы стать серьёзным стимулом для экономики.

При этом Китаю не следует попадаться в ловушку ретроспективных мер, делающих акцент на регулировании предложения. США совершенно бесполезно потратили свои ресурсы на возведение дешевых домов посреди пустыни Невада. Однако основной приоритет заключается не в том, чтобы снести эти дома (пытаясь консолидировать рынок жилья), а чтобы гарантировать – в будущем ресурсы будут распределяться более эффективно.

Более того, это тот базовый принцип, которому учат на первых уроках любого элементарного курса экономики: пусть прошлое останется в прошлом, не надо плакать над разлитым молоком. Дешевая сталь (поставляемая по ценам ниже долгосрочной средней себестоимости производства, но равной предельным затратам или выше их) может стать очевидным преимуществом для других отраслей.

К примеру, было бы большой ошибкой уничтожать избыточные мощности Америки в оптоволокне, на котором американские фирмы крупно заработали в 1990-х. Вероятную ценность, связанную с потенциальным использованием в будущем, следует всегда сопоставлять с минимальными затратами на поддержание таких избыточных мощностей.

Вызов, стоящий перед Китаем, который столкнулся с проблемой избыточных мощностей, в том, что те, кому так или иначе грозит потеря работы, потребуют поддержки в той или иной форме; при этом фирмы будут доказывать необходимость значительной финансовой помощи для минимизации своих убытков. Если эффективные меры правительства по стимулированию спроса будут сопровождаться активной политикой на рынке труда, тогда, по меньшей мере, можно будет эффективно решить проблему занятости, а также разработать оптимальные (или, по крайней мере, разумные) меры по реструктуризации экономики.

Существует ещё макро-дефляционная проблема. Избыточные мощности подпитывают понижательное давление на цены, что создаёт негативные условия для фирм-должников, сталкивающихся с ростом реального (с поправкой на инфляцию) объема долгов. Вместо консолидации предложения намного лучшим является подход, предусматривающий агрессивное расширение спроса, который способен справиться с дефляционным давлением.

Эти экономические принципы и политические факторы хорошо известны. Однако слишком часто в дебатах по поводу китайской экономики доминируют наивные идеи проведения реформ на стороне предложения. Они сопровождаются критикой мер по повышению спроса, принятых после мирового финансового кризиса 2008 года. Эти меры были далеко не идеальны, их приходилось формулировать на лету, в контексте неожиданной чрезвычайной ситуации. Однако это было лучше, чем ничего.

Дело в том, что использование ресурсов пусть даже не самым оптимальным способом всегда лучше, чем их не использование вообще. Без стимулов, введённых после кризиса 2008 года, Китай мог бы столкнуться со значительной безработицей. Если власти займутся лучше подготовленными реформами по стимулированию спроса, у них появится больше возможностей для проведения более обстоятельных реформ в отношении предложения. При этом масштабы некоторых из необходимых реформ на стороне предложения заметно сократятся, и как раз потому, что меры по повышению спроса сократят избыток предложения.

В этой части света сейчас разгорелся не просто научный спор между западными кейнсианцами и экономистами, отстаивающими важность рыночного предложения. Политика, которую выберет Китай, окажет очень сильное влияние на экономические показатели и перспективы во всем мире.

Китай предупреждает
 

http://www.stoletie.ru/tekuschiiy_mo...hdajet_447.htm
Передовая статья в «Хуаньцю шибао» («Всемирное обозрение») не на шутку взбудоражила мировое сообщество

20.02.2016
http://www.stoletie.ru/upload/iblock/e83/thaad.jpg
Публикация в китайской центральной газете явила собой наиболее яркий образчик неприятия Пекином американских планов развертывания на Юге Корейского полуострова элемента глобальной системы ПРО – американских высотных ракетных перехватчиков THAAD. В принципе, Китай неоднократно высказывал свою точку зрения в отношении любимой игрушки Пентагона. Статьи на тему глобального противоракетного забора, с энтузиазмом возводимого всемирным гегемоном, появляются в СМИ Поднебесной практически ежедневно, но на этот раз выпад китайцев был настолько эмоционален, что вызвал поистине паническую реакцию в Южной Корее.

«Хуаньцю шибао» не желтая газетенка, пробавляющаяся дешевыми сенсациями. Ее можно назвать рупором китайских ястребов. В ней часто можно увидеть материалы преподавателей военных ВУЗов, Академий Поднебесной, сотрудников, имеющих тесные связи с правительством. «Хуаньцю шибао» прямолинейно отражает взгляды китайского официоза, которые тот опасается высказывать в парадных витринах – газете «Жэньминь жибао» и новостном агентстве «Синьхуа». Китай с его однопартийной системой не подразумевает наличие пусть даже и опереточной оппозиции, хорошо это или плохо - вопрос другой. Вот поэтому нелегкая ноша провозвестника стратегических интересов страны Конфуция и досталась «Хуаньцю шибао».

Несомненно, главная особенность нынешних высказываний Пекина – урезание до минимума, конечно же в китайском понимании, витиеватых выражений, которыми привыкла оперировать восточная мысль.

Довольно прямо постулируется, что Народно-освободительная Армия Китая в ответ на размещение заокеанских комплексов ПРО «при поддержке общества» будет вынуждена разместить дополнительно «значительные силы» в Северо-Восточных районах Китая, а Корейский полуостров станет полем для стратегических игр Китая и США.

Сделать подобное лишенное каких-либо политесов заявление Пекин заставляют Вашингтон, Сеул и Токио, также активно участвующий в создании глобальной ПРО. Самая населенная страна мира возмущена хотя бы тем, что ее готовность пойти в ногу с требованиями мирового сообщества (пусть даже и шествующего вслед за мировым гегемоном) и жестко наказать Пхеньян, приняв новую очень жесткую резолюцию в ответ на недавние ядерные испытания и ракетные пуски, не принимается во внимание. Запад считает все жертвы, принесенные КНР на алтарь обуздания «мирового зла» в облике Страны идей чучхе, несоответствующими ситуации. Надо признать, что для нашего стратегического союзника ситуация на данном участке тупиковая: даже если бы жертвы были намного большими, поборникам демократии все равно бы понадобилось не только наказать Северную Корею, но еще и насолить набравшему в последние десятилетия силу Китаю. Китайские политики решили не останавливаться в этот раз на полпути.

В заявлении указывается, что радиус действия противоракетных радаров комплексов THAAD, который, напомним, равен приблизительно двум тысячам километров, позволяет следить за обстановкой в Северо-восточных провинциях КНР, включая ее столицу. Причем никто не может гарантировать, что эти комплексы имеют на самом деле больший радиус обзора и к тому же вполне могут через некоторое время подвергнуться модернизации. В этом, как отмечает «Хуаньцю шибао», нельзя не усмотреть параллели с размещением комплексов ПРО в Восточной Европе под предлогом защиты от якобы иранских ракет, хотя все прекрасно понимают, что речь может идти только о перехвате российских ракет на начальном участке траектории. Возможности китайских ракет не столь велики как у наших, к тому же у Пекина гораздо меньше подобных изделий. Вот поэтому китайцы решили пояснить своим оппонентам, чем может завершиться их опрометчивый шаг. Прямо заявляется, что КНР будет вынуждена последовать примеру России, жестко ответившей на размещение противоракет.

Эта аллюзия прозрачна далеко не для всех. Дело в том, что некоторые аналитики в Китае, да и в других восточных странах почему-то полагают, что ответом Москвы на размещение комплексов ПРО по периметру своих границ - в Польше, Румынии, стала заставившая изумиться весь мир операция «Крымнаш». А то, что это была отнюдь не ловушка, якобы хитро расставленная на несмышленого русского медведя, как это начали с недавних пор энергично утверждать оппоненты нынешней власти, говорит хотя бы скорый уход со своего поста американского посла в Москве, который, по-видимому, проштрафился тем, что не смог информировать Белый Дом о готовящемся ударе русских. Так вот, в Южной Корее решили, что Китай, намекая на российский ответ ПРО, может, по примеру Крыма предпринять демонстрацию силы.

Вывод, надо сказать, довольно скоропалительный, ведь у Страны Конфуция, в отличие от России, имевшей базу в Севастополе, не на что опереться на Корейском полуострове, как нет и стопроцентно лояльно настроенного населения — китайские рабочие, торговцы и бизнесмены, обосновавшиеся в последние десятилетия в Республике Корея, все же погоды не делают.

Конечно, не стоит сомневаться в том, что спецслужбы и люди в погонах Поднебесной очень придирчиво, как говорится под лупой, изучали крымский опыт образца весны 2014 года, но не более того. Для выхода в свет китайской версии крымской весны, где бы это ни было, потребовалось бы немало времени и усилий.

С другой стороны, Китай недвусмысленно предупреждает Сеул и Вашингтон, что не сможет оставаться в роли безучастного зрителя в случае, если те вознамерятся перейти тридцать восьмую параллель и развернуть полномасштабные боевые действия на Корейском полуострове, а на это намекает хотя бы многократно возросший масштаб американо-южнокорейских игрищ, ассортимент задействуемой военной техники — взять хотя бы те же новейшие Ф-22, и ничем не завуалированная отработка наступательных операций. Причин несколько: во-первых, если это произойдет, Пхеньян нанесет удар возмездия, причем никто не сможет гарантировать, что его целью не станут, например, вредные производства или гидротехнические сооружения в РК, что может создать угрозу масштабного экологического бедствия. Опасность, похуже фукусимской, таят в себе и неизбежные повреждения сетей электроснабжения, означающие остановку работы ядерных энергоблоков, часть из которых, как тревожно пишут южнокорейские СМИ и блогеры, буквально дышат на ладан.

И все же больше беспокоит наших восточных соседей другой вариант: если сопротивление Северной Кореи будет сломлено, а такой вариант, увы, полностью исключить нельзя, то американо-южнокорейские войска могут в один прекрасный момент очутиться у северо-восточных рубежей самой населенной страны мира. Иметь армию потенциального противника менее чем в тысяче километров от свой столицы, основных промышленных центров и военных баз для Пекина крайне неприятно. Поэтому «Хуаньцю шибао» открыто предупреждает, что Китай будет вынужден в этом случае вмешаться.

Удержат ли столь резкие высказывания Вашингтон от реализации своих планов по ПРО, вопрос спорный. Ведь история недвусмысленно показывает, что американцы уступают, только если чувствуют, что могут столкнуться с сильным сопротивлением.

Но здесь на кону еще и желание янки «наказать», скорее даже задушить Пхеньян. Так что узел, в который затягивается ситуация на Корейском полуострове, будет потуже гордиева.

В качестве ремарки заметим, что этой ситуации можно было бы избежать, если бы пятерка ядерных стран, куда, входим и мы, признала, что положения Договора о нераспространении ядерного оружия, заключенного еще 1968 году, давно устарели, и фактический ядерный клуб намного шире предусмотренного ДНЯО. Ведь обладает же ядерным оружием Индия, и никто за это ее не наказывает. Так, может, хватит строить трагедию из северокорейских ядерных испытаний, а просто взять с Пхеньяна обязательство не передавать атомные наработки другим государствам.

Специально для Столетия

Забытая демократия. Новые данные переворачивают представление о Китае
 

https://slon.ru/posts/66631
14 апреля, 07:00

Редактор раздела World Press

Когда в 2008 году, накануне Олимпийских игр в Пекине, китайским историкам стало известно об обнаружении неких старинных манускриптов, выкопанных охотниками за древностями в южной части Китая, новость заметили, но покупать реликвии не спешили – во-первых, были сомнения в подлинности документов, во-вторых, они были добыты незаконным путем. Только когда анонимный жертвователь выкупил рукописи у посредников и передал их в дар Университету Цинхуа, ученые поняли, что чуть не упустили документы, способные изменить наши представления о китайской истории.

Узкие полоски бамбуковой бумаги возрастом немногим менее 2500 лет вкупе с другими результатами археологических раскопок способны перевернуть современное понимание того, каким был Китай, пишет журналист и лауреат Пулицеровской премии Иан Джонсон в The New York Review of Books. По мнению журналиста, это революция в наших представлениях, и хотя на Западе этого пока не осознали, в Китае найденные в 2008 году тексты уже вызвали общественный резонанс, подогреваемый газетами и телерепортажами. Содержание и значение этих манускриптов мы будем усваивать в течение ближайших нескольких десятилетий, прогнозирует Джонсон.

Считается, что основа современной китайской политической мысли – конфуцианство, согласно которому каждый должен знать свое место: правитель должен править, подданный – подчиняться; власть должна быть уделом аристократии. Однако древние тексты показывают, что многие философы еще в эпоху императоров высказывались за власть по достоинствам, а не по праву рождения, – идею, радикально отличающуюся от той, на основе которой китайские династии правили многие сотни лет.

После определенного периода китайской истории, когда в академических кругах было принято «сомневаться в древности» – эту идею, в частности, в первой половине ХХ века проповедовал знаменитый историк Гу Цзеган, который настаивал на том, что нельзя полагаться на устные исторические предания, – популярность приобрел другой подход. После жестокого периода «культурной революции» коммунисты решили примириться со своей историей, во всяком случае с той частью, которая не представляла для них опасности. Коммунистическая партия начала стимулировать «веру в древность». В рамках этой концепции прошлое предстает неким сказочным миром, наполненным гармонией и сыновней почтительностью.

Открытие новых текстов спорит с этим идеализированным и упрощенным мировоззрением. Древние документы демонстрируют нам динамичный мир активно конкурировавших позиций – достаточно редкое для тех времен явление, отмечает Джонсон. Эти конкурирующие позиции были затерты и забыты после объединения Китая в 221 году до н.э. во время правления династии Цинь – в то время правители сжигали исторические записи, не совпадающие с официальной идеологией. Историки не знают и вряд ли когда-то узнают, сколько книг было сожжено тогда, но понятно, что более двух тысяч лет наши знания о философских школах Китая были ограничены тем, что досталось нам после Цинь.

Так было до сегодняшнего дня. В последние два десятилетия мы начинаем получать новые сведения о древней китайской истории, школах мысли и обществе. Археологи и расхитители гробниц то в одном, то в другом регионе страны сотнями находят полоски бамбуковой бумаги (в 1993 году нашли 800 листков, в 1994-м – 1200, в 2008-м – почти 2000), датированные приблизительно 300 годами до н. э. – временем, когда умер один из известнейших последователей Конфуция Мэн-цзы.

Старинные тексты указывают на существование в Древнем Китае более свободомыслящего общества

В текстах, которые вновь увидели свет, очень многое спорит с действующими представлениями о политической мысли Древнего Китая. Из них, например, следует, что передача власти от отца к сыну была не единственной моделью правления, которую допускали мыслители. Некоторые настаивали на том, что каждый правитель должен уступать свою власть человеку, который будет достойнее его самого, причем речь идет не о единичном высказывании маргинала, а об относительно популярной точке зрения – по крайней мере, среди философов. «Отказываться от власти, а не монополизировать ее, есть полнейшее выражение мудрости», – гласит один из манускриптов. Более того, как минимум один из вновь обнаруженных трудов, содержащий такие идеи, написан явно последователем конфуцианства, а значит, должен заставить нас переосмыслить наши представления даже об этом учении.

Все труды об отказе от власти в пользу более достойных не формировали единой философской школы, отмечает автор нескольких книг по китайской истории Сара Аллан, палеограф из Университета Дартмута. Однако они, подчеркивает историк, продвигали эту идею как альтернативу наследственному правлению. По сути, парадигма отказа от власти была единственной альтернативой династическому правлению, о которой мы узнали. Так получилось, что династии Цинь и Хань она не пережила.

Многие философы еще в эпоху императоров высказывались за власть по достоинствам

Еще одна причина, по которой найденные манускрипты играют важнейшую роль для формирования набора знаний о Китае, – историко-географическая. Некоторые западные историки настаивают на том, что Китая как такового не существовало до III века до н.э., когда страну объединил Цинь Шихуан, основатель династии Цинь, – до этого времени следует рассуждать о разных государствах с разной культурой. Но вновь открытые тексты поддерживают более традиционную точку зрения – что в различных королевствах на территории нынешнего Китая шла общая философская дискуссия, а значит, мы можем говорить о единой культурной среде.

Китайские академики ответили на обнаружение новых текстов тысячами книг и статей, западные ученые постепенно нагоняют их. Впрочем, единого мнения о содержании документов до сих пор нет – манускрипты непросто расшифровывать, они содержат множество необычных символов, из-за которых палеографы продолжают спорить об истинном значении ключевых пассажей.

В какой-то степени, пишет Джонсон, старинные тексты указывают на существование в Древнем Китае более свободомыслящего общества, чем в Китае современном. В этих документах мы видим прошлое, в котором шли яростные дебаты, часть мыслителей защищали право наследования власти, часть спорили с этой позицией. В КНР наших дней также есть разные точки зрения, но, как и полоски бамбуковой бумаги, их стараются похоронить.