|
*4066. Русско-Турецкая война 1877-1878 годов
http://ttolk.ru/?p=25730
Освободительный поход на Царьград, часть I 28.12.2015 http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...80%D1%82-2.jpg Доктор исторических наук Николай Лысенко специально для Блога Толкователя описывает Русско-Турецкую войну 1877-1878 годов – почему эта успешная в военном отношении кампания не смогла утвердить Россию на Балканах. В первой части рассказывается о начале войны – почему русская армия потеряла темп при наступлении на юг. 12(24) апреля 1877 года в Кишиневе после военного парада русских полков епископ Кишиневский и Хотинский Павел (Лебедев) зачитал на торжественном молебне Манифест царя Александра II об объявлении войны Османской империи. Так началась одна из самых успешных в оперативном отношении военных кампаний России на Балканском полуострове. Война 1877-1878 годов имела для России не только геополитическое, но и огромное внутринациональное значение, поскольку это была борьба за свободу социально-экономического развития русского Юга, сжатого в «ежовых рукавицах» навязанного стране Парижского трактата – дипломатического итога проигранной Крымской войны. Одновременно яростное русско-турецкое противоборство на Балканах стало значимым фактором «пробуждения» гражданского общества внутри Российской империи – точкой запуска широкой общенациональной дискуссии о направлении грядущего собственно «русского пути». Неслучайно через 60 лет после этой военной грозы, замечательный поэт, донской казак Николай Туроверов, мучительно размышляя о причинах краха Российской империи, вспоминал о солдатах, «русской кровью на Балканах искупивших крымский позор». Поэт писал свои строфы в Париже – в эти же годы часовня-памятник «Героям Плевны», построенная на пожертвования оставшихся в живых гренадеров – участников штурма Плевны, использовалась в Ильинском сквере Москвы как общественный туалет. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...82%D0%B0-1.jpg Война за Русское Причерноморье Широко распространённое, но несколько одностороннее мнение называет в качестве основной причины нового конфликта между Россией и Турцией необходимость освобождения славянских народов Балкан от изуверств османской солдатни. Действительно, начиная с лета 1875 года, сначала в южной Герцеговине, а затем в Болгарии началось всеобщее восстание славянского населения с целью сбросить многолетний гнет Османской империи. Справедливости ради стоит отметить, что степень межнациональной напряжённости между славянскими народами Балкан и этническими турками-османами была не слишком высока. Гораздо бóльшую ненависть славян вызывали представители мелких тюркских племен Малой Азии и принявшие ислам албанцы, которые составляли основу пограничных иррегулярных войск, называемых «башибузуками». Об уровне воинской подготовки и дисциплине этих войск говорит уже одно их название – «башибузуки», в дословном переводе с турецкого «с неисправной головой», т.е. человек «больной на голову». Весьма слабые в качестве боевых военных формирований башибузуки были первыми в грабеже и мародерстве, творили немыслимые по жестокости преступления по отношению к христианам. Не слишком отставали в произволе над славянским населением и горские переселенцы с Кавказа, не пожелавшие смириться с присоединением кавказского региона к России и переселённые турками на земли Болгарии. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...0%BA%D0%B8.jpg Зверства башибузуков в Болгарии, где за короткое время было вырезано свыше 30 тысяч мирных жителей, получили большой резонанс в Европе. Сочувствие к унижаемым и уничтожаемым балканским славянам стало своего рода общественным мейнстримом – практически вся пресса и абсолютное большинство значимых политических сил в Европе категорически высказывались за скорейшее обуздание «османского варварства». Это обстоятельство создавало особо благоприятный международный климат для освободительного похода русских войск на Балканы. Искреннее желание помочь успеху освободительной борьбы югославянских братьев присутствовало в умонастроениях политической элиты Российской империи. Однако не менее значимым поводом для удара по Турции стал другой фактор – очевидная необходимость скорейшей ревизии унизительных для России итогов Крымской войны. Проигранная в 1853-1856 годах Крымская война резко ослабила геополитические позиции Российской империи в Закавказье, на Балканах, на Дунае и даже в территориально близкой Молдавии. Однако самой значительной, буквально нетерпимой потерей стала утрата очень прочного, казалось бы, военно-стратегического положения на Чёрном море, которое русские вполне обоснованно стали считать своей внутренней акваторией. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...82%D0%B0-2.jpg По условиям подписанного Россией 18(30) марта 1856 года Парижского трактата Чёрное море объявлялось нейтральным, т.е. открытым для коммерческих и закрытым для военных судов в мирное время. Соответственно и Россия, и Османская империя теряли возможность держать свои военные корабли на Черном море. Однако при этом турки полностью сохранили свои военно-морские силы в близлежащем Мраморном и Средиземном морях, и поэтому, обладая проливами Дарданеллы и Босфор, могли в любое время завести свой военный флот в Чёрное море. Работа над Лондонской конвенцией 1871 года, которую российская дипломатия проводила в тесном взаимодействии с внешнеполитическим ведомством Германии, вновь открыла для России возможность иметь в Чёрном море любое количество военных кораблей. Вместе с тем, текст конвенции запрещал проход русских военных кораблей в Средиземное море через проливы Босфор и Дарданеллы, что резко ослабляло реальное стратегическое значение Черноморского флота. Изменить это положение – при условии победы над Турцией – представлялось вполне возможным. Кроме того, отправляя свою армию в новый поход на турецкие Балканы, правительство России рассчитывало отправить в политическое небытие и так называемые «территориальные статьи» Парижского трактата, которые существенно сужали зону политического суверенитета русской короны к западу от Бессарабии и на Дунае. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...B0%D0%B9-3.jpg Эталон русского военного успеха Московская Русь, а затем Российская империя вели очень много войн. Пожалуй, трудно найти вторую страну, которая бы, подобно России, воевала так же часто, а порой и очень долго. Ура-патриотические историки обычно рассматривают все русские войны как единый, продолжающийся столетия, почти всегда успешный и всегда справедливый военный марш. Их оппоненты-скептики силятся доказать, что геостратегический успех России был бы намного более убедительным, если бы верховная власть страны все свои военные действия тщательнее планировала, энергичнее осуществляла и при этом, хотя бы отчасти, пыталась сберечь кровь и жизни «крестьян в мундирах» – простых русских солдат. Однако, как ура-патриоты, так и скептики от исторической науки неизменно едины в своих резюме о наступательных действиях русской армии в военной кампании 1877-1878 годов: это была действительно блестящая по результативности стратегическая операция. Никогда после этих событий русская армия уже не действовала столь мотивированно и столь энергично, обеспечив за сравнительно небольшой срок (меньше одного года) полное военно-стратегическое преобладание над мощными вооружёнными силами Османской империи. Военная кампания 1877-1878 годов проходила на двух оперативных театрах военных действий: в Закавказье и на Балканах. Главным ТВД являлся балканский, поскольку только там победа была способна окончательно подавить военную инициативу турок и принудить их к заключению мирного договора на условиях России. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...80%D1%82-5.jpg «Главные военные операции предполагаются в Европейской Турции, – так ориентировал военный министр Д.А.Милютин главнокомандующего Кавказской армией великого князя Михаила Николаевича, – со стороны же Азиатской Турции действия наши должны иметь целью: 1) прикрыть наступлением безопасность наших собственных пределов – для чего казалось бы необходимым овладеть Батумом и Карсом (или Эрзерумом) и 2) по возможности отвлекать турецкие силы от европейского театра и препятствовать их организации». Поставленные военным министром оперативные задачи были решены в Закавказье только отчасти. Первоначально эффективные действия Кавказского корпуса, командованием которым было возложено на генерала от кавалерии М.Т.Лорис-Меликова, очень скоро были в значительной степени скованы почти синхронными массовыми восстаниями горцев в Абхазии, Чечне и Дагестане. Во всех случаях мятежников вооружали и подталкивали к нападениям на русские войска турецкие эмиссары. Тем не менее, в апреле-мае 1877 года русские войска захватили важные турецкие крепости Баязет и Ардаган. Пытаясь вновь вернуть эти крепости, турки вынуждены были существенно усилить закавказскую группировку своих войск. К середине января 1878 года действующий Кавказский корпус уже имел в своем активе успешный штурм Карса – важнейшего турецкого форпоста в Закавказье, последовательный разгром турецкой армии Ахмеда Мухтар-паши в Авлияр-Аладжинском сражении и в боестолкновении у Деве-Бойну, полную блокаду крепости Эрзерум. Только холод высокогорья и массовое развитие эпидемических болезней в войсках не позволили русскому командованию ко дню перемирия (21 января 1878 года) захватить Эрзерум и пленить в нём остатки кавказской турецкой армии. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...80%D1%82-3.jpg С учётом удалённости театра военных действий, сложности рельефа и непривычного для русских солдат климата Азиатской Турции боевые результаты Кавказского корпуса можно считать удовлетворительными. Единственным исключением выглядят операции Приморского (Кобулетского) отряда в районе Батума, которые велись вяло. Командующий отрядом генерал И.Д.Оклобжио, а затем сменивший его полковник К.В.Комаров (стал генерал-майором в июле 1878-го) захватить Батум не смогли. Впрочем, энергичному и волевому полковнику Комарову для захвата этого города не хватило 3-4 дней: уже подготовленный штурм был отложен по причине объявленного перемирия. От Дуная до Плевны Директива военного министра России о начале военных действий против Османской империи предусматривала значительную концентрацию сил и средств для последующих боевых действий на Балканском ТВД. Главнокомандующий русской армией великий князь Николай Николаевич (Старший) сосредоточил основные силы армии (около 150 тысяч штыков и сабель) на левом берегу Дуная на участке Зимницы – Систово. Противостоящие турецкие силы были в начальный период кампании не столь значительны: турецкий командующий Абдул-Керим Надир-паша имел для оперативно-тактических действий только около 100 тысяч солдат (вместе с гарнизонами крепостей – 200 тысяч). Форсирование Дуная русской армией было проведено образцово. 10 апреля 1877 года – за два дня до объявления войны – на левобережье появился отряд русских минеров, переодетых в румынских крестьян, которые начали постановку гальванических мин для подрыва боевых судов турецкой Дунайской флотилии. После объявления войны Турции минные постановки стали весьма масштабными. Постановки минных заграждений в две линии у турецкой заставы Рени отрезали Дунайскую флотилию от сообщения с Чёрным морем. Гальваническими минами был также перекрыт полноводный приток Дуная – река Серет. Теперь турецкие речные мониторы не могли подняться вверх по Серету для разрушения важного для развертывания наступления моста у Барбоша. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...80%D1%82-1.jpg 29 апреля (11 мая) 1877 года русской артиллерией был потоплен турецкий корвет «Люфти Джелиль». Снаряды 24-фунтовой осадной пушки и 6-дюймовой мортиры попали, по-видимому, в артиллерийский погреб судна – «Люфти Джелиль» взорвался как пороховая петарда, из 218 человек экипажа чудом спасся один матрос. К середине мая 1877 года командиры судов турецкой речной флотилии были настолько запуганы действиями русских минеров и минных катеров, что предпочитали отстаиваться в укромных рукавах Дуная. 10 (22) июня Нижнедунайский отряд (ХIV корпус) генерала А.Э.Циммермана переправился – между Галацем и Браиловым – через главную водную артерию Центральной Европы и вскоре занял Северную Добруджу. Эта операция была задумана как демонстрационная (отвлекающая от главных сил), но, тем не менее, завершилась весьма успешно: на турецком берегу оказалось 18 тысяч солдат при 78 полевых орудиях. Потери в ходе переправы оказались минимальны: отряд генерала Циммермана потерял 5 офицеров и 139 нижних чинов. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...B0%D0%B9-5.jpg С 12 по 15 июня 1877 года в широкой полосе по левобережью Дуная началась активная артподготовка: русские пушки били по турецким опорным пунктам на правобережье. Особенно интенсивный огонь вели 18 артиллерийских батарей по крепости Никополь, одновременно в этом районе на левом берегу велась демонстративная подготовка к форсированию Дуная главными силами русской армии. На самом же деле форсировать реку решено было на участке Зимницы – Систово, где втайне собирались парусиновые понтоны и бревенчатые плоты. Известный военный историк А.Б.Широкорад отмечает хороший уровень подготовки десанта, который должен был захватить первоначальный плацдарм на правом берегу Дуная: солдат переодели в зимнюю форму чёрного цвета, чтобы их силуэты не были видны в темноте ночи. Первый эшелон десанта, приступивший к операции в 2 часа ночи 15 июня (ст.ст.) 1877 года, высадился почти без потерь, однако затем форсирование осуществлялось уже под огнём турецких войск. К трём часам ночи на турецком берегу высадилось уже три тысячи солдат с двумя орудиями горной артиллерии. Утром к переправе русских войск подключили заранее приобретённые военным министерством пароходы и баркасы, которые до этого ходили по Дунаю в качестве гражданских судов. Их использование было очень результативным: например, только за 15 июня пароход «Анкета» перевез на турецкий берег реки свыше 20 тысяч солдат. Военные специалисты западных стран были уверены, что операция по форсированию Дуная обернётся для русской армии очень значительными потерями. Экспертные оценки определяли цифру возможных потерь от 10 до 30 тысяч человек. На деле же фактические потери русской армии оказались минимальны: 748 человек убитыми, утонувшими и раненными, и всего два утонувших орудия (из многих десятков, переправленных на турецкий берег). http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...0%D0%B9-6.jpeg Впоследствии успешное расширение захваченного плацдарма позволило навести через Дунай два понтонных моста: «Нижний» – в районе острова Адда, и «Верхний» – в районе острова Бужиреску. Оценка действий русских войск после форсирования Дуная у разных специалистов не совпадает. Существуют очень восторженные оценки историков – в основном тех, которые работали в отраслевых научных учреждениях Министерства обороны СССР. Есть оценки и прямо противоположные: русский генералитет обвиняется в потере темпа наступления – из-за отвлечения значительных сил русской армии на осаду и захват турецких крепостей Никополь и Рущук. «Согласно плану, разработанному ещё до войны, – пишет военный историк А.Б.Широкорад, – после форсирования Дуная русская армия должны была стремительно идти в южную Болгарию и далее на Константинополь. Однако, форсировав Дунай, русские генералы испугались собственного успеха и решили подождать, оглядеться, а пока взять турецкие крепости Рущук и Никополь, то есть заняться именно тем, что всегда губило успехи русских войск в прошлых кампаниях на Балканах». Далее историк справедливо отмечает, что все пограничные турецкие крепости строились с единственной целью – воспрепятствовать переправе через Дунай русских полков. Неожиданный для противника стремительный выход войск России на правобережье великой реки сразу превращал захват приречных крепостей в рутину – их можно было держать в осаде сколь угодно долго силами второстепенных русских частей, румынских и болгарских дружин. Истина, по-видимому, равноудалена от двух вышеприведенных позиций: наступать можно было действительно быстрее, однако оставление в тылу русской армии крупных крепостных гарнизонов (в Никополе, например, было сосредоточено около 8 тысяч штыков) могло создать неожиданную угрозу для тыловых коммуникаций. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...B0%D0%B9-4.jpg Крепость Никополь, осаждённая частями IХ корпуса генерала, барона Н.П.Криденера капитулировала 3 июля (ст.ст.) 1877 года. В плен попало более 7 тысяч турок, в качестве трофеев было взято 113 полевых и крепостных орудий. Русские потери были, впрочем, тоже немалые: убитыми и раненными 1279 солдат, 31 офицер и 1 генерал. Общее русское наступление, невзирая на осаду Никополя, развивалось успешно. Передовой отряд армии под командованием генерала И.В.Гурко 25 июня (7 июля) занял крепость Тырново, а еще через неделю перешел через Балканы через Хаинкиойский перевал. 5 (17) июля отрядом Гурко был занят стратегически важный Шипкинский перевал, куда подошёл вновь созданный Южный отряд русской армии. Энергично развивая наступление, войска Передового отряда стремительно захватили важный опорный пункт турок Эски-Загра (Стара-Загора). Этот успех открывал, казалось, долгожданный выход на оперативный простор – прямой путь на Константинополь. Однако в это время к Эски-Загра подошёл, переброшенный из Албании, 20-тысячный корпус Сулеймана-паши. Элитные турецкие войска сошлись с русскими солдатами и болгарскими ополченцами в яростной схватке «грудь на грудь». Героически сражались все, однако у генерала Гурко было слишком мало сил, чтобы сдержать наступательный натиск турок – в результате русские войска были оттянуты к Шипке. В целом первоначально быстрый темп русского продвижения через Балканские горы в середине июля 1877 года был утерян. Причина этого лишь отчасти определялась осадными операциями у Никополя, Рущука и даже у Плевны. После сражения у Эски-Загра русское наступление остановилось по самой прозаичной причине: в условиях массовой мобилизации турецких вооружённых сил в русской действующей армии обнаружился очевидный недостаток сил и средств. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...0%B0%D0%B9.jpg Вновь, увы, очень болезненно заявила о себе извечная «ахиллесова пята» русской армии: низкий уровень стратегического планирования. Военный кабинет Александра II не учел многих, казалось бы, очевидных аспектов при анализе возможностей мобилизационной системы Турции. Русский Генеральный штаб в своих рекомендациях царю в значительной мере опирался не на скрупулезный подсчёт, а на бравурные фантазмы генералов о будущей лёгкой победе. «Повсеместно передавалась фраза: «За Дунаем и четырем корпусам делать будет нечего», – описывает предвоенный настрой в высоких кабинетах Петербурга историк А.Б.Широкорад, – поэтому вместо всеобщей была начата лишь частичная мобилизация. Как будто воевать собирались не с огромной Османской империей, а с Хивинским царством». Действительно, частичная мобилизация, проведенная поздней осенью 1876 года, затронула только 20 пехотных и 8 кавалерийских дивизий, 3 стрелковые и 2 сапёрные бригады, а также вечных «крепостных войны» – льготные казацкие полки. Для доведения этих войск до штатного состава военного времени «под ружьё» были поставлены 225 тысяч запасных солдат. Казацкие войсковые области выставили 33 тысячи вооруженных конных казаков. По мобилизации конного состава в Действующую армию были поставлены 70 тысяч лошадей. К началу 1877 года общая численность отмобилизованных русских войск составила около 390 тысяч человек. Из этого общего потенциала в кампании против Турции были задействованы 230 тысяч бойцов: 60 тысяч – на Черноморском побережье, 40 тысяч – в строевых частях на Кавказе и только 130 (по некоторым данным – до 160) тысяч штыков и сабель были брошены на балканское направление. Этих сил для безусловного сокрушения военной мощи Османской империи, конечно же, было мало. Мясорубка по имени «Плевна» http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...B0%D0%B9-7.jpg Стратегическая пауза в действиях русской армии на Балканах, наступившая в середине июля 1877 года и продолжавшаяся около двух месяцев, никак не отразилась на ярости русско-турецкого противоборства под Плевной. Тяжелые встречные бои за обладание плевнинскими высотами, которые развернулись здесь, в мировой военной истории навсегда останутся ярчайшим образцом героизма русских и турецких солдат. Если боевую работу русских солдат и младших офицеров у Плевны можно считать образцовой, то действия здесь некоторой части генералитета заслуживают самой отрицательной оценки. Постоянное пренебрежение войсковой разведкой, неистребимое барство даже во фронтовых условиях, нарочитая «забывчивость» или инертность при исполнении «возмутительных» (т.е. неудобных) приказов – все эти отрицательные черты коллективного «генерала Скалозуба» создали кровавый феномен Плевны, которого при иных условиях просто бы не было. Географическое положение Плевны определяло большую важность этого турецкого опорного пункта для стратегических целей русского наступления. Плевна контролировала пересечение двух веток дорог: на Рущук и Систово (где располагался главный перевалочный пункт для снабжения русской армии), а также на Ловчу, Софию, Тырново, к Шипкинскому перевалу. На следующий день после падения Никополя – 4 (16) июля 1877 года начальник штаба Дунайской армии, генерал А.А.Непокойчицкий послал командиру IX корпуса, барону Криденеру категоричный приказ: «Предлагаю двинуть тотчас для занятия Плевны казачью бригаду, два полка пехоты с артиллериею». 5 июля аналогичный приказ поступил в штаб IX корпуса от главнокомандующего – великого князя Николая Николаевича (Старшего). Оба эти приказа выполнены не были, хотя казацкие передовые разъезды сообщили о движении к Плевне значительных турецких сил. Генерал Криденер проигнорировал и ещё одну телеграмму начальника штаба армии, генерала Непокойчицкого, в которой прямо предписывалось немедленно захватить Плевну казацкой бригадой генерала И.Ф.Тутолмина. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...80%D1%82-4.jpg Игнорируя приказы штаба армии, генерал Криденер не стал посылать в Плевну конных казаков, а направил туда пехотный отряд генерала Ю.И. Шильдер-Шульднера. В результате, когда вечером 7 июля отряд Шильдер-Шульднера подошёл к полуразрушенным укреплениям Плевны, солдат встретил сосредоточенный ружейный огонь, голову русской колонны стали осыпать разрывы турецких гранат. Это был корпус Османа Нури-паши, численностью около 17 тысяч штыков при 30 орудиях, который опередил отряд Шильдер-Шульднера буквально на 7-8 часов. Совершая ежедневно более чем 30-километровые переходы, войска Османа-паши за шесть суток преодолели 200-километровый путь из Западной Болгарии. В Плевне находилась взорванная русскими войсками в 1810 году старая крепость, которую турки так и не восстановили вновь. Используя расколотые плиты крепостных стен, Осман-паша стал энергично возводить на господствующих высотах полевые укрепления. |
08 Января 1878 - русские войска выходят к Стамбулу
http://www.istpravda.ru/chronograph/1595/
В 1878 году в ходе русско-турецкой войны 1877-- 1878 годов в жестоком бою при селении Шейново (к югу от Шипкинского перевала) русская дивизия генерала Михаила Скобелева нанесла решающий удар туркам, осаждавшим занятый русскими Шипкинский перевал. Турецкий корпус Вессель-паши был окружен и капитулировал, после чего перед русской Дунайской армией открылся кратчайший путь к Босфору и Константинополю. И в этот момент отряды Скобелева получили приказ командования остановиться. Михаил Дмитриевич был откровенно возмущён трусостью начальников, которые вроде бы опасались внезапного нападения Австро-Венгрии на русскую армию. Он даже говорил своим непосредственным командирам: "Дайте мне возможность под мою ответственность взять Константинополь, а потом можете отдать меня под суд и даже расстрелять, если так будет сочтено нужным, но другой такой возможности у России не будет!" В это время под его началом было 40 тыс. закалённых в боях бойцов. Но политические и дипломатические соображения взяли верх. Вся Европа ощетинилась против России, вынудила её отступить на Берлинском конгрессе. http://www.istpravda.ru/upload/media...f482c4f922.jpg |
Освободительный поход на Царьград. Плевна и Адрианополь. Часть II
http://ttolk.ru/?p=25750
29.12.2015 http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...0%B3%D0%BB.jpg Доктор исторических наук Николай Лысенко специально для Блога Толкователя описывает ход Русской-турецкой войны 1877-1878 годов. В первой части рассказывалось о начальном этапе войны – форсировании Дуная. Во второй части историк описывает битву при Плевне, которая показала слабое стратегическое видение войны и русскими, и турками. Но Александр II провёл дополнительную мобилизацию, и благодаря превосходящей численности русская армия разбила турок и подошла к Стамбулу. Общие силы генерала Ю.И. Шильдер-Шульднера почти вдвое уступали корпусу Османа-паши: 8600 человек, включая конницу Кавказской казацкой бригады и 9-го Донского казацкого полка. Тем не менее, атаковать было можно и нужно: турецкие солдаты после 200-километрового перехода были измотаны и ещё не успели как следует «зарыться в землю». Однако, успех атаки был, конечно, немыслим без предварительной детальной разведки и отработки до штурма чёткой процедуры взаимодействия наступающих колонн. Ни того, ни другого генерал Шильдер-Шульднер организовать, к сожалению, не сумел. Атака турецких позиций, начатая на следующий день около 5 часов утра двумя штурмовыми колоннами, наступавшими на Плевну с разных сторон (на расстоянии друг от друга в 35 км!), не увенчались успехом. Иной результат вряд ли был возможен при отсутствии внятных разведданных и полной неразберихи с координацией усилий разных штурмующих групп. В результате русские войска, захватившие три линии недостроенных турецких ложементов и фактически ворвавшиеся в Плевну, вынуждены были отступить, потеряв убитыми и раненными 75 офицеров и 2326 нижних чинов. Потери турок, по русским данным, составили, якобы, около 2 тысяч человек. Турки оценили свои потери в 890 человек убитыми и ранеными. Истинное число турецких потерь находится, вероятно, между этими цифрами. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%B0-1.jpg Русское командование допустило у Плевны и ещё одну, на сей раз подлинно фатальную ошибку: коммуникации гарнизона Осман-паши с турецким тылом не были прерваны. К началу второго штурма Плевны, который состоялся 18 (30) июля, силы турок в цитадели увеличились до 22 тысяч штыков и 58 орудий, к «осаждённым» беспрепятственно подвозили боезапас и провиант. Второй штурм Плевны, которым руководил сам генерал Н.П.Криденер, также закончилась полным фиаско. За десять дней передышки турки, работая фанатично – день и ночь, успели отрыть окопы полного профиля, соорудить переходы между позициями, хорошо пристрелять свою артиллерию. Штурм закончился реками русской крови: по некоторым данным, были убиты и ранены 168 офицеров и 7167 нижних чинов, в то время как общие потери турок не превосходили 1200 человек. Военные специалисты называют в числе основных оперативно-тактических причин неудачи очень слабую координацию между различными подразделениями атакующих, а главное – крайне низкий уровень тактического использования артиллерии. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...82%D0%B0-1.jpg Самое удивительное другое: даже после столь кровавого провала, обладая полной оперативной свободой на местности вокруг Плевны, русское командование по-прежнему не соизволило охватить турецкую цитадель настоящей блокадой – решительно перерезать все коммуникации снабжения. «После «Второй Плевны» в русском тылу началась паника, – отмечает военный историк А.Б.Широкорад, – в Систово приняли приближающуюся казацкую часть за турок и уже собрались им сдаваться. Великий князь Николай Николаевич обратился к румынскому королю Карлу со слёзной просьбой о помощи. Турецкие генералы имели возможность дружными усилиями разгромить русскую армию и вышвырнуть её остатки за Дунай. Но они тоже не любили рисковать, и тоже интриговали друг против друга». Более месяца под Плевной происходило новое сосредоточение русских сил и подходящих румынских формирований. Превосходство над турками стало уже подавляющим: 75 тысяч штыков, 8600 сабель, 424 орудия, в том числе 20 осадных. Впрочем, силы турок тоже увеличивались, правда, не столь существенно: ко дню третьего штурма Осман-паша имел в цитадели около 30 тысяч штыков, 1500 сабель и около 70 полевых орудий. Дата начала штурма – 30 августа (ст.ст.) – приуроченная ко дню тезоименитства царя Александра II не помогла: колонны яростно рвавшихся вперёд русских солдат снова утонули в крови. Союзные войска понесли очень значительные потери: среди русских было убито и ранено 297 офицеров (включая двух генералов) и около 12,5 тысяч нижних чинов, румыны потеряли около трех тысяч. Потери турецкого гарнизона были близки к румынским. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...82%D0%B0-2.jpg После «третьей Плевны» русская армия удержалась на правобережье Дуная только благодаря твердой позиции военного министра Д.А.Милютина и генерала Казимира Левицкого. На военном совете в местечке Поразим они выдержали своеобразную «миротворческую атаку» великого князя Николая Николаевича и близких к нему генералов, высказавшихся за прекращение военной кампании. После некоторого раздумья к мнению «ястребов» склонился и царь Александр II. К Плевне из Петербурга был срочно доставлен признанный знаток фортификации, выдающийся военный инженер, граф Эдуард Тотлебен. Его вердикт, после осмотра турецких укреплений, не отличался оригинальностью: граф Тотлебен посоветовал высокому собранию генералов «не пережигать» русских солдат в бессмысленных штурмах, а озаботиться обеспечением подлинно глухой блокады Плевны. К началу октября все внешние коммуникации Османа-паши были, наконец, перерезаны. Перед этим, правда, турки сумели перебросить в якобы осажденную цитадель ещё 10 тысяч штыков, 12 орудий и огромнейший обоз с продовольствием, доведя общее число живой силы в Плевне до 47 тысяч штыков. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%B0-2.jpg Отсутствие продовольствия и подходящие к концу боеприпасы вынудили Османа-пашу жёстко поставить перед турецким командованием вопрос о деблокаде Плевны. С большим опозданием была создана 35-тысячная армия, которую на выручку Плевны повел из Софии знаменитый Мехмед-Али-паша – этнический немец (возможно, француз) Карл Детруа, родившийся в Магдебурге и в юношеские годы принявший ислам. «Софийская армия» Мехмед-паши была разбита под Новаганом отрядом генерала Иосифа Гурко, но окончательно уничтожить поредевшие рати турок помешал «охранительный» приказ великого князя Николая Николаевича, которому, видимо, под впечатлением Плевны, теперь везде мерещились турецкие засады. Потеряв надежду на деблокаду Плевны, мужественный Осман-паша в ночь на 28 ноября (ст.ст.) пошёл на прорыв из крепости. Прорыв не удался: колонны Османа-паши были блокированы 3-й Гренадерской дивизией, а сам турецкий командующий ранен. В этих условиях Осман-паша, желая сохранить жизни своих героических солдат, отдал приказ о капитуляции. В плен было взято более 43 тысяч турок, из них офицеров всех рангов 2138 человек. Убитыми и ранеными турки потеряли около 6 тысяч человек. Рейд на Константинополь Орудийные залпы у Плевны окончательно вывели из стратегической дремы военное ведомство России – мобилизационный механизм огромной империи был, наконец, запущен на полную мощь. 19 июля 1877 года – на следующий день после «второй Плевны» – была объявлена мобилизация Гвардейского и Гренадерского корпусов, 24-й и 26-й пехотных дивизий, 1-й кавалерийской дивизии. Кроме того, к Дунаю уже двигались ранее отмобилизованные 2-я и 3-я пехотные дивизии, некоторые другие стрелковые и сапёрные подразделения. Россия, говоря словами канцлера Горчакова, – «не сердилась, но сосредотачивалась». http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%B0-4.jpg Стратегическая пауза из-за долгого противоборства с корпусом Османа-паши не повлияла на интенсивность русских военных усилий по очищению островов и правого берега Дуная от турок. К концу 1878 года, благодаря захватам турецких судов и переводу некоторых кораблей из Одессы, на Дунае была сформирована мощная флотилия. В неё входили две бронированные канонерские лодки – «Систово» и «Никополь», одна небронированная канонерка, два мортирных монитора, 5 малых миноносок, 24 минных катера, 3 шхуны и 8 пароходов. Русские моряки действовали на Дунае инициативно и последовательно. (Исключением является, пожалуй, только досадная неудача с попыткой захватить город-порт Сулин в конце сентября 1877 года. Уже подготовленный штурм был сорван по причине элементарной утечки информации.) К середине января 1878 года бóльшая часть правобережья Дуная была очищена от регулярных турецких войск. В руках османских военачальников остались лишь немногие укрепленные пункты (Рущук, Сулин и др.), потерявшие всякое стратегическое значение. Важно отметить, что высшее военное командование Османской империи в значительной мере не сумело воспользоваться теми огромными оперативно-тактическими возможностями, которые открылись в результате невероятно успешной обороны корпуса Осман-паши. Турецкая армия точно также «проспала» свой успех у Плевны, как некогда русская армия «проспала» стратегический прорыв генерала Гурко к Эски-Загра. Полным фиаско закончились отчаянные, но безуспешные попытки турок сбить со стратегически важного Шипкинского перевала героические войска генерала Радецкого. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...0%B5%D1%82.jpg Финальный шанс переменить ход военной кампании в свою пользу был упущен турками в сражении 22 ноября (4 декабря) 1877 года у болгарского города Елена. В этот день Восточный турецкий корпус Сулеймана-паши, численностью от 25 до 30 тысяч штыков (по разным данным), атаковал Еленинский отряд XI корпуса под командованием генерала Домбровского. В результате ожесточенного боя турки сумели захватить дорогу на Тырново, отбросив русские части к деревне Яковцы. С учетом малой численности войск у Домбровского (не более 4-5 тысяч штыков), турки имели все возможности уже на следующий день захватить практически незащищенное Тырново, где располагались обозы, боезапас и провиант для русских XVIII и XI корпусов. Вместо этого Сулейман-паша решил осмотреться и весь день 23 ноября бесцельно простоял у Елены. Воспользовавшись благоприятной паузой, русское командование быстро перебросило в Тырново 26-ю пехотную дивизию – дальнейший прорыв турками русского фронта стал невозможен. Неудача Сулеймана-паши под Тырново запустила неостановимое движение русского «железного колеса» к Константинополю. Пленив прорывавшийся корпус Османа-паши, русская армия через балканские горные перевалы неудержимо устремилась на юго-запад. 23 декабря (ст.ст.) генерал Гурко со своим Западным отрядом без боя занял Софию. Город можно было оборонять, но духовно надломленные турецкие военачальники отдали приказ об отступлении. 26 декабря у деревни Шейново началось двухдневное сражение с армейским корпусом Вессель-паши. В итоге энергичного натиска русских отрядов под командованием генералов М.Д.Скобелева и Н.И.Святополк-Мирского, войска Вессель-паши были окружены и сдались. В плен попало около 30 тысяч турецких солдат. Общие потери русских составили чуть больше 5 тысяч человек убитыми и раненными. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%B0-6.jpg Турки стали быстро отступать по всем направлениям, наивно рассчитывая, что таким образом сумеют сосредоточить не менее 120 тысяч штыков под крепостью Адрианополем и там остановят победоносные русские дивизии. Однако отступать пришлось с ожесточенными боями. В трёхдневном сражении у Филиппополя (3-5 января 1878 года) турецкая армия Сулеймана-паши потерпела очередное поражение, потеряв 23 орудия и две с половиной дивизии солдат. Уже через два дня, в яростном сражении у Караджалара казаки 30-го Донского полка нанесли деморализованному турецкому воинству финальный удар: была отбита вся оставшаяся турецкая артиллерия (53 орудия) и уничтожены еще полторы дивизии противника. Жалкие остатки былой армии потеряли всякую боеспособность и были вывезены турками морем в Галлиполи и Константинополь. Армия Сулеймана-паши, до разгрома у Филипполя и Караджалара, была единственным боеспособным оперативным соединением, на основе которого имело смысл организовывать оборону крепости Адрианополь. Этот северо-западный форпост столицы Османской империи обладал средним уровнем фортификации, здесь находилось только 70 орудий. Вне опоры на сильное войсковое формирование сколько-нибудь долго оборонять эти «ворота» в Константинополь было невозможно. Ранним утром 8(20) января 1878 года, комендант Адрианополя, сознавая бессмысленность обороны, приказал вывесить на стенах цитадели белые флаги. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%B0-5.jpg Великий Царьград – вековечная мечта всех русских воителей от времен князя Олега Вещего и Святослава Храброго – лежал теперь перед авангардом русской армии практически беззащитным. «Если шпага кажется короткой, достаточно сделать только один шаг!» – любил говорить в таких ситуациях Наполеон Бонапарт. Русские войска имели все возможности, не обращая внимания на просьбы турецкого командования о перемирии, с самыми минимальными потерями стремительно захватить Царьград и стратегически ценный северный берег проливов Босфор и Дарданеллы. Каждый русский воин горел желанием вновь установить православный крест над куполом колоссального Собора Святой Софии, превращенного турками в мечеть. Увы! Необходимый короткий шаг вперед император Александр II сделать не решился. |
Освободительный поход на Царьград. Британская эскадра, укравшая победу. Часть III
http://ttolk.ru/?p=25763
30.12.2015 http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...B8%D1%8F-4.jpg Доктор исторических наук Николай Лысенко специально для Блога Толкователя описывает ход Русской-турецкой войны 1877-1878 годов. В первой части рассказывалось о начальном этапе войны – форсировании Дуная. Во второй части историк описывал битву при Плевне, которая показала слабое стратегическое видение войны и русскими, и турками. В третьей части рассказывается о том, почему Александр II испугался оккупировать Константинополь. В середине января 1878 года (ст.ст.) военные усилия России завершились триумфом: армия Османской империи была фактически разбита, деморализована, а русские полки приближались к турецкой столице – Константинополю. Однако 1 февраля (ст.ст.) эскадра британского флота Средиземного моря под командованием адмирала Джеффри Горнби в составе четырех броненосцев и одного парохода вошла через пролив Дарданеллы в Мраморное море и бросила якоря у Принцевых островов. До внутренней гавани турецкой столицы Константинополя оставалось не более полутора часов хода. Британская эскадра не представляла в оперативном отношении сколько-нибудь значительной военной силы и непосредственно повлиять на процесс возможной оккупации русскими войсками турецкой столицы не могла. В то же время это был ясный сигнал правительству Российской империи – «Владычица морей» демонстрировала свою готовность к военному вмешательству в завершающийся русско-турецкий конфликт. У России были все военные и дипломатические возможности, чтобы противопоставить английскому упорству свою непреклонную волю к победе – к установлению прочного русского присутствия на Босфоре и в Дарданеллах. Правительство царя Александра II избрало другой путь – изнурительные переговоры в поисках приемлемого для Англии компромисса. Путь, ведущий к стратегическому поражению. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...B8%D1%8F-1.jpg Пушки, которые не перебросили на Босфор После капитуляции 8(20) января крепости Адрианополь русские войска могли в течение ближайших дней захватить столицу Османской империи – Константинополь. Сколько-нибудь значимых турецких сил перед победоносными русскими дивизиями не было: защищать столицу и прибрежную зону проливов Босфор и Дарданеллы высшее турецкое командование уже не могло. Однако, вместо решительной оккупации Константинополя – с последующим определением статуса города и проливов в процессе заключения мирного договора с Турцией, русское командование, по предложению турецких военных, согласилось на перемирие и определение демаркационной линии между войсками. Уже один факт согласия русского командования на определение демаркационной линии по европейской суше свидетельствовал о том, что правительство России не осознавало в полной мере все стратегические выгоды обладания черноморскими проливами. Сокрушительное поражение турецкой армии в боях на Балканах стало, в известной мере, неожиданностью для высшего руководства России. Турок собирались победить умеренно: ослабить их диктат над славянскими народами Балкан, добиться независимости какой-то части Болгарии, пересмотреть «сухопутные» статьи Парижского трактата. О получении в результате войны стратегически важных проливов и пересмотре в свою пользу международного статуса Константинополя – российский МИД, по большому счету, не задумывался. Современникам предпоследней русско-турецкой войны было ясно, пожалуй, как никому потом, что Россия не собиралась воевать с Османской империей для достижения геополитического прорыва к Босфору и Дарданеллам. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...0%BE%D0%B2.jpg (Канцлер Горчаков) «Эта война с турками, – писал в конце 1878 года российский франкоязычный журнал «Journal de C.-Petersbourg» – была полным ниспровержением всей политической системы князя Горчакова [канцлер, глава МИДа. – Н.Л.], казавшейся ему обязательной для России еще на многие годы. Когда война сделалась неизбежной, канцлер заявил, что он может гарантировать Россию от враждебной коалиции только при двух условиях, – а именно, если война будет непродолжительна и если цель похода будет умеренная, без перехода за Балканы. Эти взгляды были приняты императорским правительством. Таким образом, мы предпринимали полувойну, и она могла привести только к полумиру». Когда автор «Journal de C.-Petersbourg» пишет о «полумире» – под этим следует понимать, конечно, не статус заключённого с Турцией мирного договора, а политические последствия его – мизерные в сравнении с достигнутым военным результатом. Русская армия сделала в борьбе с османами в 1877-1878 годах всё возможное, русские солдаты стояли у ворот Константинополя, но вот воспользоваться плодами их безусловной победы оказалось некому. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...0%B8%D0%BD.jpg (Военный министр Милютин) В России при органичной монархической ментальности всех слоёв населения колоссальное значение для успеха крупных государственных решений приобретает личность человека, который эти решения принимает. Царь Александр II был одарённым, умным человеком, однако дара стратегического предвидения он не имел – все «достижения» его внешней политики тому свидетельство: продажа Аляски, оккупация совершенно ненужной русскому народу Средней Азии, злосчастный Берлинский конгресс. Царь был мужественен, но органично миролюбив, вплоть до нерешительности там, где было необходимо однозначное, твердое решение. Возможно, именно поэтому решение сложных вопросов Александр II всегда согласовывал с должностными лицами правительства: в сфере международной политики – с канцлером Александром Горчаковым и военным министром Дмитрием Милютиным. В 1878 году канцлеру Горчакову исполнилось уже 80 лет, это был сверхосторожный старик с неважным здоровьем и очень больными ногами – настолько, что подчас он не мог ходить. Как политик-международник канцлер Горчаков был сформирован в период тяжкого поражения России в Крымской войне 1853-1856 годов. Всеобщее потрясение страны в эту эпоху было столь велико, что проницательный Лев Толстой, современник событий, вынужден был отметить: «Кто не жил в 1856 году, тот не знает, что такое жизнь». Долгая эпопея по выводу России из «крымского позора» сформировала политическое сознание канцлера Горчакова. Он искренне верил в полезность межгосударственных согласительных процедур, признавал правомочность международной систем сдержек-противовесов в отношении России, был «англопоклонником» наоборот, т.е. опасался недружественной политики Великобритании настолько, что внутренне был готов признавать геополитические притязания этой страны как непреодолимые. Поэтому канцлер Горчаков, конечно же, не мог порекомендовать царю Александру II немедленно ввести войска в Константинополь и оккупировать европейские (северные) берега черноморских проливов. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...8%D1%8F-5.jpeg После нескольких согласительных процедур 19(31) января 1878 года документ, определяющий условия для заключения мирного договора с Османской империей, был подписан представителями России. Важнейшей особенностью этого документа стало определение демаркационных линий, разграничивающих дислокацию русских и турецких войск на европейской суше. Россия собственной рукой провела перед собой черту, через которую обязалась не переводить свои войска. Эскадра адмирала Горнби Правительство Великобритании с большим напряжением воспринимало информацию о русско-турецком противоборстве на Балканах. Англичан лишь отчасти заботил вопрос о послевоенных территориях государств южных славян на Балканах. Значительно больше Форин-офис (британский МИД) настораживало предположение, что Россия, конечно же, не упустит уникального шанса и попытается в той или иной форме закрепиться в зоне черноморских проливов. Британский Форин-офис предполагал, что политика российской дипломатии в отношении будущего статуса черноморских проливов будет похожа на британскую, т.е. внешнеполитическое ведомство Горчакова попытается под тем или иным предлогом создать в проливах свою военную базу. Для противодействия этому эскадра британского флота Средиземного моря под командованием адмирала Джеффри Горнби, стоявшая на якоре недалеко от входа в Дарданеллы, получила приказ войти в Мраморное море, т.е. приблизиться на самое близкое расстояние к Константинополю. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...1%80%D0%B0.jpg Адмирал Горнби оперативно выполнил приказ: 1 февраля (ст.ст.) четыре броненосца и один пароход, пройдя Дарданеллы, бросили якоря у Принцевых островов. Почти одновременно британский парламент утвердил предоставление чрезвычайного кредита правительству в 6 млн. фунтов стерлингов для закупки вооружений и неотложных военных мероприятий на случай вооружённого конфликта с Россией. Эти поспешные, импульсивные мероприятия воочию демонстрировали, что Великобритания к реальной войне с Россией совершенно не готова. Деньги ещё предстояло, используя современный российский термин, – «освоить», т.е. вложить в военное производство, дождаться оружия, вооружить им пехотные формирования, которые ещё требовалось мобилизовать. Все эти мероприятия требовали времени и немалого – не менее одного года, а русские войска, распаленные победой, полностью боеготовые, – уже стояли у Босфора и Дарданелл. Что же касается боевого потенциала эскадры Горнби, то она могла иметь только демонстрационный эффект и была бы совершенно бесполезна, ввиду мизерности наличных сил и средств, в реальном конфликте с армией России у Константинополя. Однако канцлер Горчаков, а за ним, по-видимому, и царь Александр II, не на шутку перепугались британского демарша с эскадрой Горнби: над канцлером и царём все ещё довлел призрак объединенной против русских Европы, как это было в событиях 1853-1856 годов в период Крымской войны. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...1%82%D0%B0.jpg Между тем, в 1878 году внешнеполитическая ситуация была принципиально иная. Франция ещё не пришла в себя после разгрома во Франко-прусской войне 1870-1871 годов и очень боялась нового сокрушительного удара немцев. Германия находилась в де-факто союзнических отношениях с Россией. Австро-Венгрия не состояла в союзе с Великобританией и не имела достаточного военного потенциала для прямого противоборства с Россией. Даже турецкий султан Абдул-Гамид, – и тот не был заинтересован в интернационализации конфликта у Константинополя и немедленно направил в Лондон свой протест по поводу прорыва британских кораблей в Мраморное море. В этих условиях от России требовалось немного: решительно заявить о недопустимости присутствия военных судов третьих стран в зоне Черноморских проливов. Следующим логичным шагом мог стать двухсторонний русско-турецкий договор о совместном военном контроле за режимом судоходства в Босфоре и Дарданеллах. Турки могли взять на себя оборону южного (азиатского) побережья проливов, а Россия – защиту северных (европейских) берегов. Внешнеполитический кабинет Османской империи очень сильно опасался захватнической политики «Туманного Альбиона», при этом не англичане, а именно русские уже де-факто контролировали северные берега проливов. В этих условиях разумное, сбалансированное, учитывающее основные стратегические интересы Османской империи решение – и по будущему статусу проливов, и по балканской проблематике – было вполне возможным. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...B8%D1%8F-6.jpg Российский внешнеполитический кабинет во главе с «железным канцлером», 80-летним Горчаковым, вместо этого смог продемонстрировать только свою нервозность. 10 февраля (ст.ст.), получив известие об английской эскадре у Принцевых островов, царь Александр II запросил мнение канцлера Горчакова и военного министра Милютина о возможности оккупации Константинополя. Оба советника высказались против. Тогда царь «продавил» решение о том, что высадка английского десанта должна послужить сигналом к немедленному вводу русских войск в османскую столицу. На основе этого решения была составлена правительственная телеграмма главнокомандующему русской Действующей армией, великому князю Николаю Николаевичу. Однако, когда Горчаков и Милютин ушли, Александра II вновь стали мучить сомнения по поводу необходимости оккупации Константинополя. В итоге, самодержец принял поистине «соломоново решение»: великому князю Николаю Николаевичу одновременно были посланы две телеграммы с взаимоисключающими директивами. В первой предписывалось занять Константинополь немедленно. Вторая же конкретизировала, что это нужно сделать только после получения известия о высадке английского десанта. Понятно, что великий князь, ещё более нерешительный, чем сам император, с явным облегчением стал руководствоваться «миротворческой» телеграммой. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...%81%D0%BB.jpeg Британский Форин-офис после нескольких консультаций с российским МИДом пришел к выводу, что русская оккупация османской столицы не состоится. Адмирал Горнби получил приказ отойти на 100 миль от Принцевых островов, чтобы не раздражать попусту миролюбивого «русского медведя». Лондон высоко оценил успешную миссию своего адмирала. В августе 1878 года сэр Джеффри Горнби получил рыцарский орден Бани (Командорский крест) за выдержку и настойчивость во время «константинопольского» кризиса. Справедливости ради точно такие же ордена можно было вручить канцлеру Горчакову и военному министру России Милютину, которые заслужили эту рыцарскую награду, пожалуй, в значительно бóльшей мере, нежели британский адмирал флота. |
Освободительный поход на Царьград. Отданная Россией победа, часть IV
Освободительный поход на Царьград. Отданная Россией победа, часть IV
31.12.2015 http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...81%D1%81-1.jpg Доктор исторических наук Николай Лысенко специально для Блога Толкователя описывает ход Русской-турецкой войны 1877-1878 годов. В первой части рассказывалось о начальном этапе войны – форсировании Дуная. Во второй части историк описывал битву при Плевне, которая показала слабое стратегическое видение войны и русскими, и турками. В третьей части говорилось о том, почему Александр II испугался оккупировать Константинополь. В последней части своего рассказа историк Николай Лысенко описывает условия Сан-Стефанского договора, по которому Россия лишилась почти всех своих приобретений в ходе войны с Турцией. Вновь подвела слабость российской дипломатии: Россия умудрилась рассориться с недавним союзником – с Австро-Венгрией, настроить против себя Англию и Германию. Причины Первой мировой были в том числе заложены в Сан-Стефано и на Берлинском конгрессе. Сан-Стефанский «гордиев узел» В местечке Сан-Стефано – в десяти верстах к западу от Константинополя 19 февраля (3 марта) 1878 года был подписан мирный договор между Россией и Османской империей. Текст договора готовил уполномоченный российского МИДа, граф Н.П.Игнатьев – дипломат панславянских взглядов, что оказало, несомненно, важное влияние на фактуру всего документа. 16 марта (ст.ст.) в том же Сан-Стефано состоялся обмен ратификационными грамотами – договор вступил в силу. Сан-Стефанский договор обеспечивал полную независимость Черногории, Сербии и Румынии, предоставление Черногории морского порта на Адриатике, кроме того, для Сербии и Черногории предусматривались небольшие территориальные приобретения. Румыния получила только Северную Добруджу, что никак не могло удовлетворить ее дипломатов и, прямо сказать, весьма мало соответствовало тому значительному вкладу, который внесла эта страна в копилку общей с Россией победы над Турцией. Россия возвращала себе южную часть Бессарабии, получала турецкие крепости Карс, Ардаган, Баязет и Батум, а кроме того, контрибуцию в размере 1 миллиарда 410 миллионов рублей. Большая часть этой суммы была декларативной, поскольку покрывалась стоимостью аннексируемых у турок территорий. Фактической уплате подлежали только 310 миллионов рублей. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...0%B5%D0%B2.jpg (граф Игнатьев) В тексте договора ни одним словом не упоминался статус черноморских проливов, российские дипломаты не ставили под сомнение и статус Константинополя как столицы Османской империи. Трудно утверждать однозначно, но, кажется, важнейшее геополитическое значение черноморских проливов в тот период еще не вполне осознавалось русской дипломатией. Главным бенефициаром Русско-турецкой войны по договору в Сан-Стефано оказывалась, как ни странно, возникшая из небытия Болгария. Совершенно новому государству, выкроенному из болгарских вилайетов (районов) Османской империи, росчерком пера графа Игнатьева передавалась огромная территория – от Дуная до Эгейского моря и от Черного моря до Охридского озера. Помимо этого под юрисдикцию «Великой Болгарии» – как немедленно «окрестили» новое государство болгарские националисты – попали земли в Мезии, Македонии и Фракии, населенные этническими болгарами. Создание потенциально очень мощного Болгарского государства, которое, разумеется, в иных условиях никогда бы не могло претендовать на столь значительный масштаб, все соседи болгар связывали со специально «проболгарской» позицией России. Мираж «Великой Болгарии» очень напугал всех соседей болгар, в особенности сербов, румын, греков и даже австро-венгров. Демонстративно «проболгарская» внешнеполитическая линия России резко сузила возможности влияния русской дипломатии в Сербии, Греции и Австро-Венгрии, а вчерашняя искренняя союзница Румыния немедленно превратилась во врага. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...2%D0%B0-1.jpeg В исторической перспективе внешнеполитическим противником России оказалась и сама тщательно пестуемая русской дипломатией Болгария, вставшая на сторону врагов России как в Первой, так и во Второй мировых войнах. Сделанная наспех, очень грубая «нарезка» этнических территорий, которую узаконил Сан-Стефанский мирный договор (а затем, в значительной мере, – и Берлинский конгресс 1878 года), привела впоследствии к долгой череде балканских войн, в том числе между южными славянами. Уже в 1885 году разразилась Сербско-болгарская война. Затем, в 1912-1913 годах Сербия, Болгария, Черногория, Греция и Османская империя воевали в Первой Балканской войне. Неудовлетворенность стран-участниц Балканского союза результатами этой войны привела к следующему конфликту – Второй Балканской войне в июне-июле 1913 года. Самое печальное, что даже после этой довольно долгой вереницы кровавых конфликтов «гордиев узел» противоречий на Балканах так и не был разрублен, а стал мощным запалом к чудовищной по своим последствиям Первой мировой войне 1914-1918 годов. Бесспорно, что первым и крупным узелком в будущем балканском «гордиевом узле» стал скоропалительно составленный Сан-Стефанский мирный договор, который в смысле учёта собственных интересов России оставлял желать лучшего. Разъяренная Австро-Венгрия Сан-Стефанский мирный договор уже в момент подписания был объявлен российским МИДом прелиминарным (т.е. предварительным). Сделано это было под давлением Великобритании и Австро-Венгрии – что воочию показывает, насколько «железным» был канцлер Горчаков. Канцлер Германии Отто фон Бисмарк, например, ни на какую «прелиминарность» подписанного им, после Франко-прусской войны 1870-1871 года, мирного договора не согласился. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%BE-0.jpg Граф Н.П.Игнатьев, готовивший текст договора и реализовавший в нём все свои проболгарские идеи, был очень недоволен статусом прелиминарности документа. Позднее Игнатьев отмечал, что ему «было очень тяжело подписать договор, именуемый прелиминарным, в сознании, что оный не соответствует тому идеалу, на осуществление которого я положил столько трудов в течение 14 лет своей жизни». Очевидно, что в российском МИДе не было полной ясности в том, какое всё же геополитическое требование – дуалистический статус черноморских проливов (владение совместно с турками) или учреждение «Великой Болгарии» – следует считать для российской дипломатии приоритетным. В итоге победила идея «Великой Болгарии» – вне сомнения под влиянием кипучей энергии графа Игнатьева. В исторических документах сохранилось немало указаний, что граф Игнатьев конечной целью своей дипломатической деятельности считал ликвидацию Османской империи и присоединение к России Константинополя и черноморских проливов. Двигаться к этой стратегической цели можно было двумя способами: или постепенно – в союзе с Германией и Австро-Венгрией (и сохраняя при этом в каком-то виде государство османов). Или радикально быстро, – создавая рядом с Константинополем фантом огромного, онтологически враждебного туркам славянского государства – Великую Болгарию. С помощью болгар, уже на следующем витке русско-болгарского и турецкого противостояния, граф Игнатьев рассчитывал, по-видимому, реализовать «окончательное решение» одновременно и судьбы Константинополя, и судьбы проливов. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%BE-3.jpg (Русский гарнизон в Сан-Стефано) Внутренняя борьба в высших военно-дипломатических кругах Петербурга, в которых многие влиятельные лица с большой настороженностью относились к панславянским проектам Игнатьева, сыграла, в конечном счёте, против всей русской внешнеполитической линии. По итогам международного Берлинского конгресса 1878 года Россия не получила ни «Великой Болгарии», ни черноморских проливов. Крах русской дипломатии в немецкой столице стал одновременно крахом всей дипломатической карьеры графа Николая Игнатьева. Важно подчеркнуть, что закрепляя в условиях Сан-Стефанского мирного договора идею «Великой Болгарии», Россия по собственной инициативе создавала против себя мощный англо-австрийский дипломатический фронт. Министр иностранных дел Австро-Венгрии Д. Андраши был буквально взбешен, когда ему сообщили об условиях прелиминарного русско-турецкого договора. Ярость Андраши была оправдана: в Сан-Стефано Россия в одностороннем порядке разорвала целый пакет секретных двухсторонних соглашений с Австро-Венгрией, которые на самом высоком уровне обсуждались в австрийском Рейхштадте летом 1876 года и были подписаны в виде конвенции в январе 1877 года в Будапеште. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%BE-6.jpg Будапештская конвенция, подписанная 3(15) января 1877 года русским послом в Вене Е.П. Новиковым и министром Д. Андраши, обеспечивала полную свободу рук России в предстоящей войне против Османской империи. Австро-Венгрия гарантировала будущую независимость Болгарии, Румынии, Албании, Черногории и Сербии. России предоставлялось право привлечь Сербию и Черногорию к участию в войне на своей стороне. По итогам войны внешнеполитический кабинет двуединой монархии был готов подтвердить право России на её особые интересы в режиме судоходства в черноморских проливах. И самое важное – обе державы признавали необходимость ухода турок из Константинополя и превращение бывшей османской столицы в «вольный город». Взамен своего благожелательного нейтралитета Австро-Венгрия требовала, в сущности, очень немного: территорию Боснии, Герцеговины и часть Хорватии. А главное – твёрдую гарантию России, что на Балканах не будет создано большое (по площади и населению) славянское государство. Важно подчеркнуть, что в ходе начавшейся Русско-турецкой войны, все свои обязательства австрийцы выполнили неукоснительно. И можно представить, – насколько глубоким было негодование в Вене, когда там было получено известие, что в Сан-Стефано русские признали за Боснией и Герцеговиной статус автономной области в составе Османской империи, а вновь образованная Болгария стала государством, почти равным по площади Румынии и Греции вместе взятым. За свой доброжелательный нейтралитет Вена получила де-факто большой кукиш. В Сан-Стефано русская делегация собственными руками толкнула Австро-Венгрию в цепкие объятия дипломатов Англии. Со дня 19 февраля 1878 года Вена и Лондон стали детально согласовывать все свои шаги по дипломатическому «изъятию» у России плодов её военной победы над Турцией. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%BE-7.jpg Немецкий «ключ» для австро-британских «наручников» Крайне недовольная условиями Сан-Стефанского мирного договора Австро-Венгрия жёстко потребовала от России созвать общеевропейскую конференцию по проблеме послевоенного устройства на Балканах. Канцлер Александр Горчаков имел безволие или неосторожность согласиться с этим предложением. Одновременно в марте 1878 года в Вену был направлен со специальной миссией граф Николай Игнатьев, которому было поручено уговорить австрийцев пойти на компромисс в «болгарском» вопросе. Этот компромисс – при неизменности границ «Великой Болгарии», которые русские уже продекларировали на весь мир, – был невозможен в принципе. Из высокопоставленных русских дипломатов никто не пожелал, по-видимому, ввязываться в это заведомо проигрышное дело. В столицу двуединой монархии пришлось ехать самому создателю «великоболгарского» фантома. Худшего посланника для поиска компромисса с австрийцами невозможно было найти – дипломаты Вены считали графа Игнатьева непримиримым врагом Австро-Венгрии. Когда миссия Игнатьева в Вене провалилась, в Петербурге решили оценить шансы на победу в войне с австро-британской коалицией. Новый главнокомандующий русской армией на Балканах, генерал-адъютант Э.И.Тотлебен, детально ознакомившись с состоянием армии, дал отрицательный прогноз по перспективам войны. Большинство современных историков считает, что оценки Тотлебена были излишне пессимистичны: русские вооружённые силы были мобилизованы лишь на треть, Великобритания без помощи французов (которые лихорадочно готовились к войне с Германией) никогда бы не решилась на новый десант на юге России. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%BE-8.jpg Как бы там ни было, но официальный Петербург не решился идти на обострение взаимоотношений с Австро-Венгрией и Великобританией. После некоторого маневрирования канцлер Горчаков дал окончательное согласие на проведение международной конференции в Берлине, благо Германия оставалась единственной страной среди великих держав, которая с подлинной благожелательностью относилась к России. Вместе с тем, на одном лишь расчёте на немецкую благожелательность успешно «атаковать» Великобританию и Австро-Венгрию на Берлинском конгрессе было невозможно. Следовало немедленно, ещё до начала конгресса урегулировать спор с Австро-Венгрией, согласившись на оккупацию Боснии и Герцеговины (что в итоге всё равно произошло, но уже вопреки первоначальной позиции России). Одновременно главному действующему лицу на конгрессе – канцлеру Германии Отто фон Бисмарку следовало гарантировать признание Россией немецкими Эльзаса и Лотарингии (уже аннексированных Германией у французов). Секретное соглашение о благожелательном нейтралитете России в пользу Германии (при конфликте немцев с любой из третьих стран) обеспечило бы русской дипломатии безоговорочную поддержку единственного «железного канцлера» Европы. «Было очевидно, – отмечает по поводу усилий России на Берлинском конгрессе историк А.Б.Широкорад, – что Франция никогда не смирится с потерей Эльзаса и Лотарингии и рано или поздно нападет на Германию, постаравшись втянуть в эту войну Россию. Русская гарантия на Эльзас и Лотарингию уничтожала бочку с порохом в центре Европы. Усиление же в этом случае Германии и охлаждение отношений с Францией имело ничтожное значение по сравнению с решением вековой задачи России в зоне черноморских проливов». Россия не воспользовалась, к сожалению, немецким ключом для решительного раскрытия австро-британских «наручников». http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%BE-2.jpg 1 (13) июня 1878 года в Берлине в здании Имперской рейхсканцелярии открылся международный конгресс по пересмотру условий Сан-Стефанского мирного договора. В работе конгресса полномочное участие приняли делегации Великобритании, Австро-Венгрии, России и Германии. Были приглашены также делегации Франции, Италии, Турции, Ирана и ряда балканских стран. Председательствовал на конгрессе германский канцлер фон Бисмарк. Русскую делегацию возглавлял А.М. Горчаков. Престарелый канцлер Горчаков, тяжко страдая от болей в ногах, частенько отсутствовал на заседаниях, причем именно на тех, на которых предстояло обсуждение неприятных лично ему, хотя и важных для России вопросов. Создавалось впечатление, что русского канцлера больше всего интересовало возвращение России узкой степной полосы Бессарабии, когда-то отнятой у неё по условиям Парижского трактата. Дело дошло до того, что Горчаков поддержал английское предложение о предоставлении Австро-Венгрии права на оккупацию Боснии и Герцеговины. Теперь получалось, что Англия добилась от неблагодарной России выполнения её же обещаний по секретной Будапештской конвенции с Австро-Венгрией. Впоследствии русское общественное мнение стало активно разыскивать главного виновника в позорном провале отечественной дипломатии на Берлинском конгрессе. Французские газеты, издаваемые в Петербурге, очень скоро на такого злодея указали. Им оказался, разумеется, канцлер Отто фон Бисмарк, который в реальности как мог поддерживал зыбкие и невнятные позиции русских дипломатов. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%BE-5.jpg «Германский канцлер поддерживал всякое положительно заявленное русское требование, – пишет доктор исторических наук, профессор Л. Слонимский, – но он не мог, конечно, идти дальше русских дипломатов в защите политических интересов России. Князь Горчаков [на конгрессе. – Н.Л.] заботился, преимущественно, о согласии держав, об интересах Европы, о бескорыстии России, которое, впрочем, не требовало столь тяжких и кровавых доказательств, как война с турками». Ниже петербургский учёный специально подчеркивает, что слабость российской дипломатии состояла, прежде всего, в отсутствии ясной и продуманной внешнеполитической программы – Россия подчас сама не знала, чего же она на самом деле ожидает от реализации своего внешнеполитического курса. «События никогда не предвиделись заранее, – отмечает профессор Слонимский, – и всегда заставали нас врасплох. Горчаков придерживался многих устаревших традиций и оставался дипломатом старой школы, для которого искусно написанная нота есть сама по себе цель». В итоге, совокупными усилиями «европейской своры», как по-солдатски прямолинейно назвал Берлинский конгресс генерал М.Д. Скобелев, у «русского медведя» были отняты все наиболее «лакомые» куски. Несостоявшаяся «Великая Болгария» была разделена на три части, причем, лишь центральная часть получила статус болгарского автономного княжества в составе Османской империи. Болгары были вынуждены теперь платить Турции ежегодную дань. Земли Македонии – от Адриатики и Эгейского моря возвращались туркам. Из части болгарских земель создавалась автономная провинция Восточная Румелия, административно подчиненная Константинополю. Австро-Венгрия получила право на оккупацию Боснии и Герцеговины, а также на создание военного кордона между Сербией и Черногорией. http://ttolk.ru/wp-content/uploads/2...BD%D0%BE-4.jpg Последний ветеран Русско-турецкой войны (фото 1960-х годов) Россия возвращала Южную Бессарабию (за которую так бился Горчаков!), сохраняла за собой Ардаган, Карс и Батум, но вынуждена была возвратить Турции крепость Баязет и Алашкертскую долину. Статус Константинополя как столицы Османской империи Берлинский конгресс подтвердил, а вопрос русского присутствия в черноморских проливах даже не обсуждался – канцлер Горчаков заострить эту проблему так и не решился. Реакция русской общественности на результаты Берлинского конгресса была самой отрицательной. Автор проекта Сан-Стефанского мирного договора, граф Николай Игнатьев подал в отставку – его дипломатическая карьера закончилась навсегда. Канцлер Александр Горчаков тяжело переживал дипломатическое фиаско. «Берлинский трактат есть самая чёрная страница в моей служебной карьере», – писал дипломат царю Александру II. Вопрос изменения статуса Константинополя и обеспечения особых интересов России в зоне черноморских проливов русская дипломатия уже не пыталась решать вплоть до начала Первой мировой войны. |
Русско-турецкая война 1877 – 1878
http://www.grandars.ru/shkola/istori...aya-voyna.html
Содержание Русско-турецкая война 1877 - 1878 гг. Внешняя политика России в конце XIX в. Ведущим направлением внешней политики второй половины XIX в. оставался восточный вопрос. Крымская война усугубила противоречия на Балканах и в районе Средиземного моря. Россия была очень обеспокоена незащищенностью границ в районе Черного моря и отсутствием возможности отстаивать свои интересы в восточном Средиземноморье, особенно в проливах. По мере усиления национально-освободительной войны на Балканах в России росло массовое движение в поддержку южных славян. Новая волна общественного негодования поднялась в связи со зверским подавлением турецкими властями апрельского восстания в Болгарии. В защиту болгарского народа выступили выдающиеся русские ученые, писатели, художники — Д.И. Менделеев, Н.И. Пирогов, Л.Н. Толстой, И.С. Тургенев, Ф.М. Достоевский, И.С. Исаков, И.Е. Репин и др. В июле 1876 г. правительства Сербии и Черногории потребовали, чтобы Турция прекратила расправу в Боснии и Герцеговине. Однако это требование не было удовлетворено, и 30 июля оба славянских государства объявили войну Турции. В сербскую армию вступило около 5 тыс. русских военных. В госпиталях Сербии и Черногории работали русские врачи-добровольцы, среди которых были такие известные медики, как Н.В. Склифосовский, С.П. Боткин. В острой международной обстановке царизм стремился уклониться от открытого участия в возникшем конфликте. Гарантировать права христианского населения Турция отказалась. 12 апреля 1877 г. Россия объявила войну Турции. События разворачивались на Балканах и в Закавказье. В день объявления войны русская армия перешла румынскую границу и двинулась к Дунаю. 7 июля русские войска овладели Шипкинским перевалом. Против русских войск была брошена крупная военная группировка под командованием Сулейман-паши. Начался один из героических эпизодов войны — защита Шипкинского перевала. Русско-турецкая война 1877-1878 гг. http://www.grandars.ru/images/1/revi...174c6a7d94.jpg В исключительно тяжелых условиях, при многократном превосходстве сил противника русские войска отражали атаки турецких войск. В то же время противнику удалось сосредоточить крупные силы в крепости Плевна, находившейся на пересечении важнейших дорог. В ноябре 1977 г. Плевна сдалась, что стало важнейшим событием в ходе войны. После взятия русскими войсками Плевны начался завершающий период войны. 3 декабря отряд под командованием И.В. Гурко в тяжелейших условиях горной местности при 25-градусном морозе преодолел Балканы и освободил Софию. Другой отряд под командованием Ф.Ф. Радецкого через Шипкинский перевал вышел к укрепленному турецкому лагерю Шейново. Здесь произошло одно из крупнейших сражений войны, в ходе которого противник был разбит. Русские войска двигались к Константинополю. Успешно развивались события и на закавказском театре военных действий. В начале мая 1877 г. русские войска успешно овладели крепостями Ардаган и Каре. Переговоры о мирном договоре с Турцией завершились 19 февраля 1878 г. в Сан-Стефано, вблизи Константинополя. Согласно договору Сербия, Румыния и Черногория получали полную независимость. Провозглашалось создание Болгарии - автономного княжества, в котором в течении двух лет находились русские войска. Турция обязывалась провести реформы в Боснии и Герцеговине. Румынии передавалась Северная Добруджа. России возвращалась Южная Бессарабия, отторгнутая по Парижскому договору. В Азии к России отходили города Ардаган, Карс, Батум, Баязет и большая территория до Саганлунга, населенная в основном армянами. Сан-Стефанский договор отвечал чаяниям балканских народов и имел прогрессивное значение для народов Закавказья. Западные державы не могли смириться с усилением русских позиций на Балканах и Кавказе. Они отказались признать условия Сан-Стефанского договора и потребовали его пересмотра. Россия вынуждена была уступить. В июле в Берлине открылся конгресс, в котором европейские государства, действуя единым фронтом, изменили Сан-Стефанский договор. Южная Болгария оказывалась под властью Турции. Были сокращены территории независимых Сербии, Черногории и Румынии. Австро-Венгрия оккупировала Боснию и Герцеговину, Англия — Кипр. Внешняя политика России в конце XIX в. В последней четверти XIX в. нарастают противоречия между великими державами: Россией, Англией, Францией, Германией и Австро-Венгрией. Их противостояние определяло обстановку в мире, затрагивая интересы других государств. Конец XIX — начало ХХ вв. ознаменовался созданием блоков государств. 6 июня 1881 г. был подписан австро-русско-германский договор, вошедший в историю под названием “Союза трех императоров”. Договор закреплял взаимные обязательства сторон сохранять в целом нейтралитет в случае войны одной из них с четвертой стороной. В целом этот договор был выгоден России, но был недолговечен и легко расторгался, что предопределяло его слабость. Несмотря на заключение договора, политика российского правительства начала все более приобретать антигерманские черты. В 1887 г. были изданы указы, ограничивающие приток в Россию германского капитала и повышение пошлин на ввоз металла, металлических изделий и угля, на продукцию химической промышленности и т.д. К концу 80-х годов противоречия России с Австро-Венгрией и Германией стали более значительными, чем противоречия с Англией. В решении международных вопросов российское правительство стало искать партнеров. Важной предпосылкой такого шага явились серьезные изменения во всей европейской ситуации, вызванные заключением в 1882 г. Тройственного союза между Германией, Австро-Венгрией и Италией. В начале 90-х годов наметились признаки сближения участников Тройственного союза с Англией. В этих условиях началось сближение России с Францией, которое имело не только политическую, но и экономическую основу. С 1887 г. Россия стала регулярно получать французские займы. 27 августа 1891 г. был заключен русско-французский союз, а в 1892 г. — военная конвенция. В январе 1894 г. договор был ратифицирован Александром III. |
24 апреля 1877 года началась победная война России против Османской империи
http://историк.рф/history_day/24-%D0...2%D0%BE%D0%B9/
Это была война за свободу славянских народов. Турки жестоко подавили Апрельское восстание 1876 года в Болгарии. Боролись против турецкого владычества и другие славянские народы. После попыток дипломатического давления на Стамбул Россия объявляет Османской империи войну. В мае русские войска вступят на территорию Румынии. А к лету 185-тысячная армия под командованием великого князя Николая Николаевича (старшего) сосредоточится на левом берегу Дуная. Боевые действия шли и на Кавказе. Народы Балкан и Закавказья активно поддерживали русскую армию. В результате победной для России войны Турция была вынуждена признать независимость Болгарии, Черногории и Сербии, а также обязывалась предоставить самоуправление Боснии и Герцеговине. И в наши дни в Болгарии во время литургии в православных храмах во время Великого входа Литургии верных поминаются Александр II и все русские воины, павшие на поле боя за освобождение Болгарии. http://fanstudio.ru/archive/20160424/4QhGy6nM.jpg Nikolaj_Nikolaevich |
Взятием 10 декабря 1877 года крепости Плевна русские войска завершили исход одиннадцатой русско-турецкой войны
http://rusplt.ru/wins/pleven-gorod-russkoy-28880.html
10 декабря 2016, 00:40 Русские победы, История Плевна — город русской боевой славы http://rusplt.ru/netcat_files/517/93...407/Plevna.jpg Н.Д. Дмитриев-Оренбургский «Последний бой под Плевной 28 ноября 1877 года» Русская планета Большинство наших современников с историей осады и взятием Плевны знакомы через фильм «Турецкий гамбит», снятому по одноименному роману Бориса Акунина. А между тем это самая значительная победа русского оружия во время турецкой кампании 1877-1878 годов. «Ни одна наша победа не вызвала таких шумных восторгов, как победа под Плевеном. Едва ли радость русских проявилась бы с большей силой даже в случае овладения столицей Константинополем», — писал один из современников события. А радоваться, действительно, было чему. Три штурма крепости привели лишь к большим потерям русских солдат. Но тот патриотический и религиозный подъем, с которым русские шли на помощь православным Болгарии, никуда не исчез. «Не забывайте, братцы, что нам вверена честь Отечества. Дело наше святое!» — говорил своим солдатам Скобелев, и героическое поведение воинов свидетельствовало, что никто этого не забывал. Прежде чем к Плевне прибыли наши войска, Осман-паша успел перебросить в крепость значительные силы и отлично организовать оборону. Генерал Николай Криденер, участник кампании, писал о втором штурме крепости: «В бою под Плевеном мы встретили противника, имеющего двойное превосходство в силах, который оградил себя укреплениями, не говоря уже о том, что сама местность весьма благоприятствовала обороне». После третьего неудачного штурма командование перешло к генералу Эдуарду Тотлебену. Он отказался от новых попыток взять город и перешел к планомерной осаде. «Я воспротивился подобным атакам, которых настойчиво требовали многие, и таким образом сохранил войска для более важных боевых действий, — писал генерал. — Голод вынудит Османа-пашу попытаться вырваться из окружения и заставит его сдаться». Действительно, к концу ноября турки оказались в критическом положении. 9 декабря было получено сообщение, что в Плевне уже «розданы последние припасы, и турецкое население на телегах покидает город, направляясь к реке Вит». Турки собрались прорываться к Софии. На следующий день рано утором Осман-паша атаковал сторожевые посты русских, но в бою был ранен, по войскам прошел слух, что он убит. Турки дрогнули. Рядовой Егор Жданов в рукопашной схватке повалил вражеского знаменосца и отнял у него полковое знамя. К полудню все было кончено — турки подняли белый флаг. На требование безоговорочной капитуляции раненный Осман-паша ответил философски: «Нет дней, похожих один на другой: один удачный, другой — неудачный… Полностью подчиняюсь вашему желанию…» А ведь в начале осады крепости он отвечал решительным отказом. Мощное «ура» прокатилось по батальонам. Завершающим аккордом ударили наши орудия — 101 залп в честь долгожданной победы. Болгары приветствовали наших солдат по славянскому обычаю хлебом-солью. И огромное впечатление на них производило то, как русские обращались к ним - «братушка». С тех времен слово «братушка» для болгар стало символом России. Сами болгары освобождение Плевны назвали зарей освобождения древней Болгарии. Весной 1878 года в Сан-Стефано был подписан мирный договор, а на карте Европы вновь появилось государство Болгария. |
10 января 1878 года — победа русской армии под Шипкой
http://историк.рф/history_day/10-%d1...%d0%b8-%d0%bf/
http://историк.рф/wp-content/uploads/2016/12/1001-1.jpg Оборона Шипки сковала значительные силы турецкой армии и обеспечила русским войскам наиболее короткий путь наступления на Константинополь. И вот 10 января сражения завершились окончательной победой русской армии. В результате сражения под Шипкой при Шейново русские войска потеряли около 5,7 тыс. человек. Плечом к плечу с русскими сражались болгарские ополченцы. Армия Вессель-паши перестала существовать, только пленных было около 23 тыс. человек, захватили также 93 орудия. Эта победа имела важные последствия — фактически кратчайший путь на Адрианополь и Константинополь оказался открыт. Так закончилась битва за Шипку. В боях отличились генералы Николай Святополк-Мирский, Михаил Скобелев, Фёдор Радецкий. Оборона Шипки до сих пор — один из символов стойкости и мужества русских воинов, а для Болгарии — это веха в истории освобождения от турецкого ига. http://fanstudio.ru/archive/20170110/Nu4oBZh1.jpg 1001 Alexander_II_Shipka |
15 января 1878 года началась битва под Пловдивом, ставшая победным финалом очередной Русско-турецкой войны
http://rusplt.ru/wins/bitva-u-plovdiva-20761.html
13 января 2016, 15:30 Русские победы, История Битва у Пловдива http://rusplt.ru/netcat_files/517/93...lovdiv_620.jpg Сражение у Шипки-Шейново. Холст, масло. А. Кившенко 1894. В начале 1878 года Русско-турецкая война приближалась к финалу. Позади были переправа с боями через Дунай, героическая оборона Шипкинского перевала и многомесячная осада Плевны. В последние дни декабря 1877 года русские войска перешли заснеженные Балканские горы. Ударным авангардом — свыше 70 тысяч штыков и сабель — командовал генерал Иосиф Гурко, один из самых решительных и успешных военачальников той войны. Турки искренне считали, что в разгар зимы заметенные снегами тропки на горных перевалах будут непроходимы. Шесть суток солдаты Гурко сражались не с противником, а с природой и ландшафтом, прорываясь сквозь занесенные перевалы, замороженные и продуваемые горными ветрами. В авангарде шли гвардейские Преображенский и Семеновский полки вместе с Кавказской казачьей бригадой. Мороз был такой, что на солдатские сапоги приходилось надевать еще одну обувь — наскоро сделанные «галоши» из буйволиных шкур мехом внутрь. Зачастую пушки, иные грузы и даже лошадей переносили на руках. Спали прямо в снегу, завернувшись в войлок. На одной из таких ночевок на ноги уснувшего Гурко, не заметив его под снегом, уселся кто-то из солдат. Утомленный генерал даже не проснулся. Когда один из его ординарцев сказал, что рядовой сидит на генерале, солдат долго не верил… 4 января 1878 года русские, наконец спустившись с балканских круч, заняли Софию, столицу будущей независимой Болгарии. Турки, никак не ожидавшие появления русских, бежали, почти не оказывая сопротивления. Геурк-пашу, как называли они генерала Гурко, османы хорошо знали — на милость русских бросили не только часть пушек, но и госпитали с ранеными. У ворот Софии русских освободителей встречали толпы народа во главе с православным духовенством. Речь генерала Гурко перед жителями была короткой: «Бог поможет нам освободить силой русского оружия и остальную часть Болгарии!» Не ожидавшие прорыва, турки отступали со всех перевалов Балканских гор, чтобы, собравшись вместе у Адрианополя (ныне город Эдирне), надежно прикрыть столицу — Стамбул. Гурко принял решение: не дать противнику собрать вместе все силы, перехватив часть отступающих у древнего города Филиппополя (ныне болгарский Пловдив). На подступах к нему солдаты Гурко настигли и атаковали 50-тысячное турецкое войско. Сражение началось в 8 часов утра 3 января (15 января по новому стилю) 1878 года. Турки, понимая, что здесь решается судьба войны, дрались упорно. Русским пришлось атаковать турецкие полевые укрепления, переходя под неприятельским огнем вброд реку Марицу, по которой плыла каша из кусков льда. В ночь на 4 (16) января в Пловдив (Филиппополь) незаметно для турок пробилось несколько эскадронов русских улан, захвативших здание городского вокзала, где был приготовлен пышный ужин для главнокомандующего Сулейман-паши и его штаба. К утру весь город уже был в руках русских, но упорные бои в окрестностях продолжались еще сутки. Почти 30 тысяч отступающих турок были отрезаны от дороги на Стамбул и пытались с боями пробиться к своим. Особенно упорно дрались «арабы» — так русские солдаты называли полки османской армии, сформированные в Египте. «Арабы» были хорошо обучены и вооружены самым современным оружием — многозарядными американскими винтовками, тогда как у русских были однозарядные ружья-берданки. Однако, несмотря на упорное сопротивление и новейшее вооружение, турецкие войска были разгромлены. По итогам трех суток боев под Пловдивом, начавшихся 15 января 1878 года, неприятель понес большие потери — 20 тысяч убитых и раненых. Вся турецкая артиллерия, 114 пушек, досталась русским. Замысел турецкого командования создать новую прочную линию обороны на подступах к Стамбулу был разрушен, а судьба Русско-турецкой войны — решена. |
Этот день в истории: 1878 год — первая успешная торпедная атака
https://eadaily.com/ru/news/2017/01/...rpednaya-ataka
25 января 2017 09:09 https://img3.eadaily.com/r650x400/o/...fe7237ae32.jpg 25 января 1878 года в ходе русско-турецкой войны (1877 — 1878) русскими миноносными катерами была осуществлена первая в мире успешная торпедная атака — на рейде Батума двумя торпедами была потоплена турецкая канонерская лодка «Интибах». Накануне войны Россия находилась в сложном положении. Это было связано с тем, что после поражения в Крымской войне (1853−1856) русского флота на Черном море практически не было. Построить за короткий срок новый броненосный флот было невозможно; единственным наступательным средством против турок могли стать мины-торпеды. Летом 1875 года в Морском министерстве состоялось совещание адмиралов флота, на котором решалась судьба торпедного оружия России. Рассматривались два варианта: купить за огромные деньги торпеды Уайтхеда или довести до полной готовности торпеды инженера Александровского, изобретенные им на год раньше британцев. Изобретатель первой самодвижущейся мины-торпеды русский инженер Иван Федорович Александровский больше известен в истории как автор проекта подводной лодки. Торпеда же родилась как своеобразная копия изобретенной им субмарины. В 1865 году проект мины-торпеды, работающей на сжатом воздухе и управляемой на глубине, был представлен И.Ф. Александровским в морском министерстве, но тогдашние руководители отклонили его «как преждевременный». Вот что писал об этом сам Иван Федорович: «Осмеливаюсь заметить, что в это время во многих из государств делались попытки разрешить возможность устройства самодвижущегося торпедо, но все попытки в этом роде оказались безуспешны, за исключением Уайтхеда. Между тем, торпедо Уайтхеда, купленное перед тем австрийским правительством, за 200 тыс. гульденов и английским за 15 тыс. фунтов стерлингов, имело всего только 7 узлов хода, уступая таким образом в скорости хода торпедо, придуманному мною (скоростью от 9 до 10 узлов). Несмотря, однако на результаты, достигнутые моим торпедо, все мои просьбы об устройстве механической мастерской оставлены без последствий… Не давая мне средств усовершенствовать оказавшееся во всяком случае годным торпедо, изобретенное мною, морское министерство сочло нужным купить за 9 тыс. фунтов стерлингов секрет торпедо Уайтхеда, заплатив ему сверх того до миллиона рублей за изготовленные им экземпляры». Торпеды Александровского изготавливались им за свой счет кустарно в слесарной мастерской, тогда как на Уайтхеда работал его собственный большой механический завод в Фиуме (ныне порт Риека в Хорватии), щедро финансируемый австрийским флотом. История закончилась тем, что в 1876 году Россия подписала контракт на поставку в течение двух лет 100 австрийско-британских торпед. Наша первая серийная боевая торпеда, при непосредственном участии того же Александровского, была изготовлена осенью 1878 года по образцу уайтхедской. Она полностью соответствовала техническим требованиям и была в полтора раза дешевле заграничной. В начале русско-турецкой войны превосходство турок на море было подавляющим. В большой степени ситуацию спасла приписка ко флоту коммерческих пароходов, некоторые из которых затем были переделаны в минные крейсера. Таким минным крейсером стал «Великий Князь Константин». Автором идеи и его капитаном был будущий адмирал, а тогда еще лейтенант Степан Осипович Макаров. Идея Макарова заключалась в том, чтобы пароход нес на себе четыре небольших топредных катера водоизмещением по шесть тонн, которые затем неподалеку от объекта атаки спускались бы на воду. Когда Макаров получил торпеды, «Великий Князь Константин» отправился в поход на Батум. Приблизившись к Батуму на 4−5 миль, крейсер спустил на воду катера-миноноски «Чесма» и «Синоп». 25 января 1878 года катера приблизились на тридцать или сорок сажен (прибл. 70−80 метров) к турецкой канонерской лодке «Интибах» и выпустили по цели свое новейшее оружие — самодвижущиеся мины. Обе торпеды взорвались одновременно. Получившая критические повреждения канонерка легла на правую сторону и быстро пошла на дно с большей частью своего экипажа (из 35 турок утонуло 23). Катера же благополучно вернулись на свой пароход. Успешная атака на канонерскую лодку «Интибах» стала историческим событием — впервые в истории корабль был потоплен торпедой. Судьба родоначальника русского подводного флота Александровского сложилась печально. После гибели Александра II, Ивана Федоровича уволили из флота. Остаток своей жизни изобретатель провел в нищете, тщетно пытаясь доказать чиновникам свою правоту и прося о выплате ему долга. Иван Фёдорович Александровский умер в 1894 г. Похоронен в Санкт-Петербурге на Преображенском кладбище. В 1902 году в Петербурге соорудили субмарину «Дельфин», которая была приписана к Русскому флоту. При ее создании были использованы разработки Александровского. |
24 апреля 1877 года началась победная война России против Османской империи
http://историк.рф/history_day/24-%d0...d0%bd%d0%b0-2/
http://fanstudio.ru/archive/20170426/X3UhWBQF.jpg Это была война за свободу славянских народов. Турки жестоко подавили Апрельское восстание 1876 года в Болгарии. Боролись против турецкого владычества и другие славянские народы. После попыток дипломатического давления на Стамбул Россия объявляет Османской империи войну. В мае русские войска вступят на территорию Румынии. А к лету 185-тысячная армия под командованием великого князя Николая Николаевича (старшего) сосредоточится на левом берегу Дуная. Боевые действия шли и на Кавказе. Народы Балкан и Закавказья активно поддерживали русскую армию. В результате победной для России войны Турция была вынуждена признать независимость Болгарии, Черногории и Сербии, а также обязывалась предоставить самоуправление Боснии и Герцоговине. И в наши дни в Болгарии в православных храмах во время Великого входа Литургии верных поминаются Александр II и все русские воины, павшие на поле боя за освобождение Болгарии. http://fanstudio.ru/archive/20170426/4634GfEK.jpg |
Блистательная победа русской армии в Авлияр-Аладжинском сражении
https://topwar.ru/126350-blistatelna...srazhenii.html
3 октября 2017 140 лет назад, 3 октября 1877 года, турецкая армия была полностью разгромлена в многодневном сражении на Аладжинских высотах. В результате этой блестящей победы русская армия снова захватила стратегическую инициативу на Кавказском театре военных действий. Была снята угроза турецкого вторжения в Армению и Грузию. Перед русскими войсками открылся путь к Карсу и к занятию всей Анатолии. Предыстория Первые месяцы война на Кавказском театре привели к серьёзным успехам русской армии. Русская армия взяла Ардаган, Баязет, осадила Карс, продвинулась к Саганлугскому и Драм-Дагскому хребтам, вышла на путь к Эрзеруму, ключевой крепости Турции в регионе. Турецкая Анатолийская армия Мухтара-паши потерпела ряд поражений, понесла большие потери. Русские войска сковали крупные силы врага, помешав верховному турецкому командованию перебросить их на Балканы. Во время наступления русская Кавказская армия встречала в основном дружественное отношение местного христианского населения (армян и грузин), угнетенного османами. В русских видели освободителей. В сообщениях с Кавказского тетра военных действий отмечалось, что при вступлении Эривансокго отряда в Баязет «армянские дома гостеприимно отворялись для русских. Самый бедный из христиан угощал в этот день, чем бог послал, русского солдата». В занятых областях русские воины по-человечески относились не только к христианам, но и мусульманскому населению. Ещё до перехода границы командование Кавказской армии определило цены, по которым войска обязаны были платить жителям за предметы, которые шли на довольствие войск. Русские войска не разоряли и не жгли селений, не грабили и не насиловали население. Доходило даже того, как отмечали свидетели событий, что русские отдавали скот, отбитый у врага, по первому требованию местных жителей. Иностранные наблюдатели, бывшие при наших войсках, «только пожимали плечами при виде нашей гуманности». В результате местное население практически повсюду относилось к русским дружелюбно, снабжая войска продовольствием за выгодную цену. А армяне помогали русским солдатам в ходе строительных работ, например, в строительстве и починке дорог и мостов. Многие из местных стали разведчиками, проводниками и саперами. Однако из-за ошибок русского командования первые успехи весенне-летнего наступления 1877 года не были закреплены. Главнокомандующий Кавказской армией великой князь Михаил Николаевич и командующий действующим корпусом Лорис-Меликов сначала переоценили силы врага, отказавшись от решительного наступления на главном карско-эрзерумском направлении с целью уничтожения главных сил турецкой армии и захвата их главных опорных пунктов на Кавказе. Хотя первые успехи наших войск показали, что противник ошеломлен, деморализован и слаб, стремительный натиск, по-суворовски, вёл к решительной победе на Кавказе. Русская армия была распылена по отрядам, прикрывая главные операционные направления, и не смогла развить первые успехи. В итоге медлительность и нерешительность русского командования позволили противнику перегруппировать силы, подтянуть резервы, прийти в себя после первых поражений и перейти в контрнаступление. Раздробленные русские силы не смогли отразить вражеский контрудар. В ходе боевых действий наступил перелом. Неудача наших войск под Зивином угнетающе подействовала на русское командование. Русское командование, хотя противник не имел решающего превосходства в силах, решило отвести войска к государственной границе и там, заняв выгодные рубежи, перейти к обороне. Затем дождаться подкреплений из России и снова пойти в наступление. Начатую осаду с Карса пришлось снять. Таким образом, из-за ошибок высшего русского командования, при несомненном героизме и мужестве рядовых и офицеров, умелых действиях ряда командиров, весенне-летнее наступление русской армии на Кавказе потерпело неудачу. Захваченный ранее обширный стратегический плацдарм, кроме Ардагана и Муха-Эстатских позиций, был оставлен нашими войсками. Русская Кавказская армия перешла к обороне. Турецкая армия под командованием Мухтара-паши вышла к русской границе. При этом османы не имели перевеса в силах, поэтому не пошли дальше, заняв оборону на северных склонах Аладжинских высот и горы Авлияр в 20-30 км восточнее Карса. Турецкие войска насчитывали около 35 тыс. человек при 54 орудиях. К концу июня 1877 года главные силы русской армии прикрывали александропольское направление, располагаясь в районе Кюрюк-Дара. Передовые части стояли у Башкадыклара. Эриванский отряд, отойдя в Эриванскую губернию, расположился у Игдыря. Численность русских войск составляла 32 тыс. человек при 120 орудиях. Силы были примерно равны, поэтому обе стороны не спешили атаковать, занимаясь совершенствованием занятых позиций и ожидая подкрепления. Планы и силы сторон В августе — сентябре 1877 года на Кавказский фронт из России прибыли подкрепления — 40-я пехотная дивизия из Саратова и 1-я гренадерская дивизия из Москвы. Общая численность главных сил действующего корпуса была доведена до 56 тыс. человек при 220 орудиях. К этому времени турецкая армия Мухтара-паши насчитывала 37 тыс. человек при 74 орудиях. Русские войска в живой силе почти в полтора раза превосходили противника, по артиллерии — в три раза. Благоприятное соотношение сил позволило русскому командованию начать подготовку к наступлению. С этой целью в штаб Кавказской армии прибыл генерал Н. Н. Обручев. Левый фланг турецкой армии на Аладжинской позиции опирался на укрепленные высоты Большие и Малые Ягны, центр — на заблаговременно подготовленные к обороне селения Суботан и Хаджи-вали, правый фланг — на высоты Кизил-тепе и Инах-тепе. Впереди главной оборонительной полосы были подготовлены передовые укрепления, а в 5-10 км за ней находилась тыловая полоса обороны, проходившая на линии селение Визинкей, высоты Авлияр и Аладжа. Обороне турецких войск способствовала местность, изобиловавшая труднодоступными крутыми каменистыми склонами, глубокими оврагами и большим количеством господствовавших высот. План сражения был разработан начальником штаба Кавказской армии генералом Николаем Обручевым. По его замыслу предусматривалось нанести главный удар по левому крылу Анатолийской армии, с задачей разгромить её и отрезать противника от Карса. Все русские войска были разделены на левое и правое крыло. Правому крылу под командованием Лориса-Меликова предстояло действовать на направлении главного удара. Левое крыло под началом генерал-лейтенанта И. Д. Лазарева должно было отвлечь на себя правый фланг противника. Для обхода правого фланга турецкой армии и выдвижения в их тыл выделялся Камбинский отряд генерал-майора Б. М. Шелковникова (5 батальонов, 3 сотни, 12 орудий). Оба крыла и Камбинский отряд должны были атаковать одновременно. В резерве корпуса под командованием генерал-лейтенант П. Н. Шатилова находились 10 пехотных батальонов, 10 эскадронов и казачьих сотен, 40 орудий. Сражение Наши войска выступили в ночь на 20 сентября (2 октября) 1877 г. На рассвете после артиллерийской подготовки началась атака вражеских укреплений. Турки оказывали упорное сопротивление. Османы предприняли вылазку из Карса и тем самым отвлекли часть русских сил. К исходу дня наши войска на направлении главного удара взяли только высоту Большие Ягны. Войска левого крыла в течение дня вели огонь по укреплениям противника на Кизил-тепе и Аладже и отразили несколько вражеских атак. Обходная колонна Шелковникова, достигнув Аладжи, была встречена превосходящими силами противника и попала в окружение. Ценой серьёзных потерь русские войска пробили себе выход и отошли к реке Арпачай. Атака провалилась из-за ряда причин. Одновременная внезапная атака разных колонн на рассвете была сорвана. Начальники колонн заблаговременно не провели разведку и изучили путь следования, поэтому отряды задерживались, блуждали и наступали врозь. Сильное левое крыло довольно пассивно выполняло свою задачу сковывания. Значение Авлияра и Визинкейских высот, господствовавших над всей впередилежащей местностью, оценили слабо. В результате задержки атаки турецкие войска успели занять господствующие высоты и остановили продвижение правого крыла русской армии. Обходной отряд оказался слишком слабым для того, чтобы оказать помощь войскам правого крыла. На следующий день турецкая армия перешла в контрнаступление против войск правого крыла русских со стороны Судотана. 22 сентября (4 октября) турки атаковали от Кизил-тепе. В обоих случаях турков с большими потерями отбросили назад. Русские войска, испытывая нехватку питьевой воды, оставили Большие Ягны, и отошли к Кюрюк-Даринский укрепленный лагерь. В свою очередь турецкое командование, обнаружив перед собой крупные силы русской армии и опасаясь за свои коммуникации, решило сосредоточить основное внимание на удержание главных позиций. По приказу Мухтар-паши турецкие войска оставили Кизил-тепе, Суботан, Хаджи-вали и Большие Ягны и частично отошли с главной полосы обороны на тыловую. Турки заняли оборону на линии высот Малые Ягны, Визинкей, Авлиар, Аладжа, Инах-тепе. Главная турецкая группировка была сосредоточена в районе Авлияр, Аладжа. Обнаружив отход турецкой армии на другой рубеж обороны, русские войска заняли высоты Кизил-тепе и Большие Ягны, а также селения Суботан и Хаджи-вали. Таким образом, трехдневное сражение, хотя и не привело к решительной победе русской армии, но значительно ослабило противника, его линию обороны, подорвало его боевой дух. Сражение на Аладжинских высотах. Источник карты: Н. И. Беляев. Русско-турецкая война 1877-1878 гг. Русское командование решило продолжить наступление. Замысел нового сражения был в целом сходным с планом первого этапа: удар главными силами с фронта с одновременным обходом правого фланга противника и выходом ему в тыл, с целью окружить и уничтожить турецкие войска в районе высот Авлияр и Аладжа. Войска, которые действовали с фронта, снова делились на два крыла. Правое крыло генерала В. А. Геймана должно было наступать на Авлияр и частью сил на Визинкей, а левое крыло генерала Х. Х. Роопа — на Аладжу. Для обхода правого фланга турецкой армии был выделен отряд генерал-лейтенанта И. Д. Лазарева, усиленный частью сил Эриванского отряда генерал-лейтенанта А. А. Тергукасова. Отряд Лазарева должен был форсировать Арпачай, выйти к Дигору и оттуда ударить в тыл врагу. В результате колонна Лазарева была нацелена на турецкий тыл значительно глубже, на Визинкей и Базарджик. Кроме того, в обходной отряд была выделена почти треть сил корпуса: свыше 23 пехотных батальонов, 26 эскадронов и казачьих сотен, 78 орудий. Правый фланг обеспечивался отдельным отрядом, который контролировал дорогу на Карс. Вечером 27 сентября (9 октября) отряд Лазарева выступил в поход и на следующий день вышел к Дигору. Только вечером 2 октября (14 октября) турецкие войска обнаружили движение колонны Лазарева в своём тылу. Мухтар-паша бросил против русской обходной колонны девять батальонов под командованием Рашида-паши. Лазарев вовремя обнаружил выдвижение против него турецких войск и занял раньше их тактически чрезвычайно важную командную высоту. Войска Рашида-паши не решились атаковать, отошли и заняли Орлокские высоты. Мухтар-паша двинул на подкрепление им три батальона из укреплений севернее Базарджика и три батальона с Визинкейских высот. Таким образом, против русского отряда выдвинули 15 батальонов. Однако Лазарев не сплоховал. Он обнаружил движение новых турецких войск к Орлокским высотам и, не имея под руками пехоты, бросил наперерез им пять сотен и эскадронов конницы под командованием полковника Маламы. Эта небольшая конная группа лощинами скрытно вышла на возвышенность, лежавшую на пути подхода турецких подкреплений, спешилась и стала энергично атаковать ошеломленные её неожиданным появлением турецкие войска. Вскоре конница Маламы была поддержана подоспевшим из Дигора 4-м Кавказским стрелковым батальоном. К 17 часам все турецкие подкрепления были отброшены к Визинкейским высотам. Действия Маламы стали прекрасным успешным примером использования конницы в подобных критических условиях. Преследуя отступавшего противника, в войска Лазарева штурмом овладели Орлокскими высотами, остатки турецких войск в панике бежали к Визинкею. К 20 часам Орлокские и Базарджикские высоты были заняты шестью батальонами, а прочие войска колонны Лазарева расположились у Базарджика. Обходная колонна прочно укрепилась в тылу правого фланга турецких позиций, создав угрозу полного окружения правого крыла и центра турецкой армии. Во время своего маневра Лазарев поддерживал с помощью полевого телеграфа постоянную связь с командование действующего корпуса. Ночью храбрый и решительный генерал сообщил об исходе боя 14 октября: «Стою с отрядом в виду визинкийских лагерей. Необходимо завтра с рассветом атаковать от Хаджи-Вали и Ягны—Визинкей... Ожидаю на рассвете решительных действий г.-л. Геймана». Эта телеграмма была получена в главной квартире Кавказской армии в 2 часа 30 минут ночи 3 (15) октября. Тем временем Мухтар-паша, осознав всю степень угрозы, которую создал отряд Лазарева, принял решение отходить на Карс. Утром 3 (15) октября после 2-часовой артиллерийской подготовки в наступление перешли главные силы действующего корпуса Кавказской армии. Под прикрытием артиллерийского огня начала сближение с противником пехота. Эриванцы и тифлисцы стали уже взбираться на нижние склоны Авлияра, но в это время получили приказ Геймана приостановиться и ждать дальнейших распоряжений. Остановка на открытом месте под неприятельским огнем вела к большим потерям. Поэтому командир 4-го батальона Эриванского полка полковник Микеладзе не сразу выполнил полученный приказ, а предварительновсем батальоном перебежал вперёд в мертвое пространство. За 4-м батальоном последовал и 2-й. Гейман еще раз, более категорично, приказал остановиться и ни под каким предлогом не двигаться вперед, пока на то «не будет разрешения». Однако прежде чем этот приказ дошел до войск, в мертвое пространство перебежали также 1-й и 3-й батальоны эриванцев. Таким образом, уже весь Эриванский полк оказался в хорошем укрытии на расстоянии 500 шагов от турецких траншей. Тем временем русская артиллерия продолжала крушить вражеские укрепления. Турецкий командующий понимал, что организованный отход армии к Карсу можно провести, только удерживая Авлияр. Мухтар-паша подкрепил защитников Авлиара тремя батальонами Ахмет-Рифата-паши, а во фланг эриванцев бросил четыре батальона Ибрагима-бея. Эриванцы с своей удобной позиции отразили турецкую контратаку. Затем наши войска снова пошли в атаку. Штурм, начатый в 12 часов 30 минут, привел к полному успеху. Русские войска— Эриванский и Грузинский гренадерские, пятигорский полки — бросились на штурм с трех сторон. Значительное содействие штурму оказала русская артиллерия, которая до последнего момента вела огонь через головы своих войск по вершине Авлияра. После короткой рукопашной схватки русские взяли укрепления противника на высоте Авлияр. Остатки турецкого гарнизона бежали на Чифт-тепе. С падением Авлияра сам Мухтар-паша приказал ускорить отступление и поспешно бежал в Карс, бросив войска на произвол судьбы. Часть колонны Геймана попыталась перерезать путь отхода турок на Карс, а остальные силы повели наступление на Визинкей. При этом наступление колонны Геймана шло без спешки, это в итоге позволило туркам избежать окружения главных сил армии. К Визинкейским высотам двигались и войска Лазарева. Османов атаковали с фронта и тыла. Благодаря наличию телеграфной связи совместный удар был организован столь удачно, что, когда штурмовавшие стрелки и саперы подошли к Визинкею с фронта, в то же самое время туда прорвались нижегородские драгуны из колонны Лазарева с тыла. Турецкие войска отступили на высоту Чифт-тепе (южнее Визинкея). В результате Анатолийская армия была рассечена на две части. В это время войска левого крыла русской армии под началом Роопа наступали тремя колоннами. Кер-хана, Шамиси, Инах-тепе были заняты без боя. Турецкие войска, выполняя приказ Мухтара-паши, очистили их сами еще до подхода к ним войск Роопа. Наши войска развили наступление на Аладжу. Подойдя к противнику, войска Роопа после короткой артиллерийской подготовки продолжили движение. Турецкие войска, занимавшие позиции на Аладжинских высотах, сопротивлялись отчаянно. Несмотря на это, войска Роопа преодолели 3-5 линий траншей и к 15 часам 30 мин. завладели всеми позициями противника на Аладжинских высотах. Оставшиеся турецкие войска отошли к Чифт-тепе, войска Роопа их преследовали. К этому же примерно времени были заняты турецкие позиции и на Малых Ягнах. А в тылу турок колонна Лазарева вела наступление на Чифт-тепе. Как только турки обнаружили, что их атакуют с фронта и тыла, что они отрезаны от своих, османы запаниковали. Не слушаясь командиров, турки бежали к Карсу: «… кавалерия, пехота, орудия, зарядные ящики — всё это перемешалось и загромоздило дорогу к крепости; люди и лошади точно обезумели и неслись без оглядки». В итоге гарнизоны визинкейских и малоягненских позиций большей частью успели бежать к Карсу. Часть турецких войск была блокирована у Чифт-тепеси. Турецкие войска перемешались и несли большие потери под огнем русской артиллерии. Видя безнадежность положения, военный совет турок принял решение о капитуляции. Блистательная победа русской армии в Авлияр-Аладжинском сражении Иван Давидович Лазарев (1820-1879) Итоги Авлияр-Аладжинское сражение завершилось блестящей победой русской армии. Было взято в плен два дивизионных и пять бригадных генералов, 250 офицеров и 7 тыс. солдат. При преследовании турецких войск, которые в панике бежали к Карсу, взяли в плен ещё 1,5 тыс. человек. В руки русской армии попали богатые трофеи: 35 орудий, 8 тыс. ружей и много военного имущества. Убитыми, ранеными и дезертировавшими турки потеряли ещё около 9-10 тыс. человек. Потери русских войск составили 202 человека убитыми и 1240 ранеными (в последнем сражении). Всего за две недели сражения русская армия потеряла свыше 5,5 тыс. солдат и офицеров убитыми и ранеными. Большая часть потерь русских войск пришлась на первую часть сражения, когда войска неудачно атаковали, а обходной отряд попал в окружение и был вынужден прорываться. Общие потери турецкой армии составили более 22 тыс. человек. В результате этой победы была захвачена стратегическая инициатива на Кавказском театре военных действий. Была снята угроза турецкого вторжения в Армению и Грузию, перед русскими войсками открылся путь к Карсу и к занятию всей Анатолии. Турецкая армия была полностью разбита и на некоторое время выбыла из боя. Как отметил в своём дневнике военный министр Д. А. Милютин, поражение Мухтара-паши стало как бы первым признаком поворота в войне. Победа была одержана благодаря высокому боевому искусству таких передовых русских генералов, как Обручев и Лазарев, храбрости и инициативе младших командиров (что было характерно для Кавказской армии), стойкости и мужеству простых солдат. «Сражение под Авлиаром, — отмечал русский военный историк Н. П. Михневич, — представляет один из высочайших образцов военного искусства как в смысле общей идеи боя, так и по мастерскому употреблению различных родов войск» (Н. Михневич. Основы русского военного искусства.). Новейшим тактическим приёмом стало использование телеграфа для управления войсками и координации их действий непосредственно в ходе сражения. Из недостатков необходимо выделить слабую организацию разведки, что привело к двухмесячному стоянию перед более слабым противником. Также неудачный выбор направлений атак и слабость обходного отряда на первом этапе сражения. Победа русских войск была бы ещё более масштабной, если бы русское верховое командование сразу после 3 (15) октября продолжило наступление на Карс. Условия были самые благоприятные. В самом Карсе царили паника и хаос. Гарнизон не смог бы отразить штурм. Порядок и организация рухнули, солдаты толпами дезертировали, командиров не слушали. Крепостные сооружения почти не были заняты, а занятые охранялись крайне плохо. Штурм с «ходу» сулил полный успех. Русская армия могла легко и без большой крови взять стратегическую крепость, открыв дорогу на Эрзерум. Сам турецкий главнокомандующий Мухтар-паша, не желая попасть в окружение, 17 октября с частью сил ушел из Карса на Саганлуг. В Зивине или Кеприкее Мухтар-паша планировал соединиться с Измаилом-пашей, которому он послал приказ идти на Эрзерум. В дальнейшем Мухтар-паша собирался закрыть эрзерумское направление и сформировать свою армию заново. Однако русское командование не использовало хорошие шансы на новую победу, войска снова медлили и топтались на месте. Нижегородские драгуны, преследующие турок по дороге к Карсу. Картина Алексея Кившенко |
04 Января 1878 - русские войска освободили Софию от турецкого владычества
http://www.istpravda.ru/chronograph/1545/
Русско-турецкая война 1877-1878 гг. стала одной из самых удачных военных кампаний России против Турции. Во-первых, к осени 1877 года русские войска в упорных боях удержали позиции на Шипке и отразили наступление турецкой армии с Востока против Восточного отряда. Во-вторых, на Кавказе было остановлено наступление турецкой армии, а в октябре она была разгромлена в сражении при Аладже. В-третьих, на Балканском участке войны капитулировал гарнизон Плевны, и русская армия перешла в наступление. Наконец, Западный отряд генерала Гурко в исключительно трудных условиях перешёл через Балканы и занял Софию. Увы, враждебная России позиция, занятая Великобританией и Австро-Венгрией, и ввод английской эскадры в Мраморное море вынудили царское правительство воздержаться от занятия Константинополя. В итоге (19 февраля) 3 марта был подписан выгодный для России и балканских государств Сан-Стефанский мирный договор 1878 года. Война имела большое значение для освобождения народов Балкан от турецкого ига и завоевания ими независимости, а Россия вернула себе южную часть Бессарабии, потерянную после Крымской войны, и присоединила Карскую область. Были освобождены от турков и присоединены к России Южная Украина, Бессарабия, Крым, Северо-Западный Кавказ, Черноморское побережье Кавказа, юго-западная Грузия и северная часть Турецкой Армении. |
08 Января 1878 - русские войска выходят к Стамбулу
http://www.istpravda.ru/chronograph/1595/
В 1878 году в ходе русско-турецкой войны 1877-- 1878 годов в жестоком бою при селении Шейново (к югу от Шипкинского перевала) русская дивизия генерала Михаила Скобелева нанесла решающий удар туркам, осаждавшим занятый русскими Шипкинский перевал. Турецкий корпус Вессель-паши был окружен и капитулировал, после чего перед русской Дунайской армией открылся кратчайший путь к Босфору и Константинополю. И в этот момент отряды Скобелева получили приказ командования остановиться. Михаил Дмитриевич был откровенно возмущён трусостью начальников, которые вроде бы опасались внезапного нападения Австро-Венгрии на русскую армию. Он даже говорил своим непосредственным командирам: "Дайте мне возможность под мою ответственность взять Константинополь, а потом можете отдать меня под суд и даже расстрелять, если так будет сочтено нужным, но другой такой возможности у России не будет!" В это время под его началом было 40 тыс. закалённых в боях бойцов. Но политические и дипломатические соображения взяли верх. Вся Европа ощетинилась против России, вынудила её отступить на Берлинском конгрессе. |
Шаги истории: 10 декабря 1877 года
http://ic.pics.livejournal.com/qorba...3_original.jpg
10 декабря 1877 года ...взятие русскими войсками Плевны. В ответ на жестокое подавление восставших славянских народов Болгарии и Боснии и Герцеговины Россия объявила Турции войну. В войне Россия надеялась освободить братьев-славян и дойти до самой «колыбели православия» — бывшей греческой столицы Константинополя, переименованного турками в Стамбул. Летом 1877 года турецкое войско под командованием Осман-паши заняло оборону у города Плевна на севере Болгарии. Плевна стояла на пересечении важных дорог из Софии, Виддина и Ловчи, в 65 километрах от русской переправы через реку Дунай. Из воспоминаний офицера российского генштаба П. Паренсова: Наше бездействие угнетало дух армии. Позади вся Россия, с трепетным вниманием следившая за ходом войны, с жадностью ожидавшая известий о действиях своей армии, тяготилась её бездействием и недоумевала... Всякое движение вперёд на восток, при успехе, приводило нас в соприкосновение с линией первоклассных крепостей, к Рущуку, Шумле и впереди их Разграду, то есть к новой остановке, а следовательно было бесцельно. Движение вперёд на юг, от Шипки, было немыслимо, покуда наши фланги не обеспечены. Оставалось следовательно единственное: покончить с Плевной и открыть себе путь за Балканы... Город был окружён нашими войсками не полностью, через предместья турки ухитрялись подвозить продукты, оружие и воинов. После провала нескольких попыток штурма было решено взять Плевну в полное кольцо блокады. В начале декабря 1877 года, когда положение осаждённых стало критическим, Осман-паша решил прорываться из города. Ранним утром 10 декабря турки неожиданно пошли на прорыв. Бой был тяжёлым, на штыках и врукопашную. С севера сражались союзные нам румыны, с юга — наши войска под началом генерала М. Д. Скобелева. Наконец турки дрогнули и обратились в бегство. Осман-паша был ранен в ногу и, осознавая неминуемость поражения, поднял белый флаг. |
Шаги истории: 26 января 1878 года
http://ic.pics.livejournal.com/qorba...6_original.jpg
26 января 1878 года ...впервые применена торпеда. Торпеда (от латинского «torpedo» — морская рыба электрический скат) — самодвижущаяся мина, созданная в середине XIX века для борьбы с усовершенствованными кораблями с металлической бронёй. Торпеды поражают подводную, наименее защищённую часть судна. Проектировались они одновременно в разных странах, в том числе и в России. Но в конце концов создателем первой торпеды стал англичанин Р. Уайтхед. Применены же самодвижущиеся мины впервые были русским военным флотом. Во время русско-турецкой войны 1877–78 годов наши моряки, используя торпеды и различные мины, сумели парализовать мощный турецкий флот. Торпедами тогда ещё не умели управлять на расстоянии, и они попадали в цель лишь с небольших дистанций. Смелый и изобретательный лейтенант Степан Осипович Макаров (будущий адмирал, герой русско-турецкой и русско-японской войн) предложил доставлять катера с минами и торпедами к намеченной цели пароходами. Ночью 26 января 1878 года два быстроходных катера, «Чесма» и «Синоп», были спущены с парохода «Великий князь Константин», которым командовал Макаров. Незаметно, под снегопадом, катера подошли к турецкому кораблю «Интибах», стоявшему на Батумском рейде. Из рапорта лейтенанта Зацаренного о потоплении «Интибаха»: Луна восходила из-за гор и около 2-х часов ярко осветила неприятельскую эскадру и рейд, на котором прежде всего увидали стоящее, при выходе с рейда, сторожевое двухмачтовое судно... Я... выстрелил миною Уайтхеда, в то же время и лейтенант Щешинский пустил свою мину... Послышался страшный треск, и пароход, накренившись на правую сторону, через минуту совершенно скрылся под водою...; дружное «ура» катеров известили неприятельскую эскадру о потоплении его сторожевого парохода... Это была первая в мире успешная торпедная атака. Торпеды изменили характер морских войн, исход которых теперь зачастую решался не в больших сражениях, а отдельными точечными ударами. |
Горный Дубняк взят!
http://rusplt.ru/wins/gornyiy-dubnyak-vzyat-28578.html
24 октября 2016, 11:01 Русские победы, История http://rusplt.ru/netcat_files/517/936/620x407/13574.jpg М.Б. Греков «Атака лейб-гвардии Гренадерского полка на турецкие позиции под Горным Дубняком 12 октября 1877 года». 1914. М.Б. Греков «Атака лейб-гвардии Гренадерского полка на турецкие позиции под Горным Дубняком 12 октября 1877 года». 1914. 24 октября 1877 года началась битва при Горном Дубняке Решительные и успешные действия русской армии во время войны 1877-1878 годов с Турцией приостановились у Плевны. Русские вовремя не успели занять эту крепость, и после вынуждены были трижды брать ее штурмом. Но все попытки взять Плевну заканчивались для нас неудачей. Командование было вынуждено сменить тактику и перейти к осаде. Для того чтобы плотно сомкнуть кольцо вокруг Плевны и отрезать ее от всех коммуникаций, русские отряды в первых числах сентября 1877 года атаковали и взяли укрепленный Ловеч, а 12 октября (по старому стилю) атаковали Горный Дубняк. Это болгарское селение находится на расстоянии 20 километров от Плевны и на дороге, ведущей к Софии. На подступах к селу, в месте, с которого было удобно вести обстрел, турки построили два редута. В самой крепости находилось 4 500 человек обороняющихся, командовали ими Ахмет-Хивзи-паши. Горный Дубняк должен был взять штурмовой отряд под командованием генерал-адъютанта Иосифа Гурко. Полки поднимались в атаку под прикрытием артиллерии. Это было очень кровопролитное сражение, в нем мы потеряли свыше 3 тысяч убитых. К таким большим потерям привела манера атаки, русские шли сомкнутым строем, во весь рост, как на параде, турки, находившиеся на возвышенности, сильным и метким огнем имели возможность массово уничтожать наших солдат. Овладеть Горный Дубняком помогло наступление темноты и… нарушение строевого устава, гвардейцы, разделившись на небольшие группы, пошли в атаку. Инициативу в тот момент проявил командир 2-го батальона лейб-гвардии Измайловского полка Николай Кршивицкий, он первым взбежал на вал противника с тремя ротами солдат. Позже за отвагу в этом сражении он будет награжден орденом святого Георгия 4-й степени. Горный Дубняк был взят уже в темное время суток, в ночь на 13 октября. Следом за ним были захвачены Телиш и Дольний Дубняк. Взятие этих укрепленных селений сыграли решающую роль в исходе Плевненской операции – в ноябре Плевна пала. |
18 ноября - Календарь Истории
https://tunnel.ru/tmp/zFHeaLCJEYPO9Z...h-plennyih.jpg
18 ноября 1877 года русские войска ночным штурмом взяли турецкую крепость Карс. 17 тысяч пленных |
День в российской истории: 18 ноября
https://pbs.twimg.com/media/DO4wnsiW0AAJny1.jpg
18 ноября 1877, 140 лет назад, русские войска ночным штурмом взяли турецкую крепость Карс. 17 тысяч пленных |
27 июня 1877 года началась переправа русской армии через Дунай — эта опасная операция, проведенная быстро и без больших потерь, предопределила дальнейшие русские победы в той войне
http://rusplt.ru/wins/forsirovanie-dunaya-26597.html
26 июня 2016, 00:00 Русские победы, История Форсирование Дуная https://342031.selcdn.ru/rusplt/517/...dunaya_620.jpg Переправа русской армии через Дунай у Зимницы, 1883 г. Художник Н.Д. Дмитриев-Оренбургский Русская планета В предыдущих войнах с Турцией наша армия не раз переправлялась через Дунай, крупнейшую реку центральной Европы. Но к началу одиннадцатой по счету русско-турецкой войны в 1877 году ситуация серьезно изменилась. Развитие науки и техники привело к появлению новых видов оружия. Отныне нарезные ружья и пушки становились куда более серьезным препятствием при форсировании большой реки, чем прежние гладкоствольные, стрелявшие на дальность, в 4–5 раз меньшую прежней. Теперь даже редкая цепь стрелков с нарезными ружьями, окопавшаяся на берегу, могла стать серьезным препятствием и нанести немалые потери даже прежде, чем переправляющиеся через реку войска достигнут противоположного берега. Ситуация осложнялась тем, что Дунай был действительно великой рекой — низменный румынский берег, с которого предстояло переправляться русским войскам, от возвышенного болгарского отделяло около километра воды с быстрым течением. Место переправы было избрано в районе деревни Зимница, на противоположном берегу от которой находился болгарский городок Систово. Именно здесь течение Дуная проходило свою самую южную географическую точку, и отсюда было ближе всего до Балканских гор — наши войска после стремительной переправы должны были так же быстро выйти к проходам в Балканских горах, чтобы как можно быстрее создать прямую угрозу вражеской столице, городу Константинополю (Стамбулу). Первой форсировать Дунай предстояло 14-й пехотной дивизии под командованием генерал-майора Михаила Ивановича Драгомирова. Отряд Драгомирова, помимо 14-й дивизии, включал 4-ю стрелковую бригаду и несколько сотен казаков — всего около 18 тысяч бойцов. Перед боем Драгомиров произнес перед своими солдатами речь, окончившуюся жесткими, но проникновенными словами: «Середины у нас нет и быть не может: мы должны все быть за Дунаем или в Дунае — поняли?». Переправа через Дунай началась в час ночи 27 июня (15 июня по старому стилю) 1877 года. Количество заранее приготовленных понтонов не позволяло разом перебросить через реку весь отряд Драгомирова, поэтому он разбивался на семь рейсов. Понтоны двигали гребцы с веслами, они должны были проделать расстояние до противоположного берега примерно за час, включая время на погрузку. Еще час должен был уйти на обратный путь. Таким образом, вся переправа заняла 14 часов. Успех операции зависел от того, сумеют ли войска, доставленные первым рейсом, закрепиться на плацдарме и удерживать его без поддержки в течение двух часов, пока не придут следующие понтоны. Первыми на вражеский берег Дуная переправились два батальона 53-го Волынского полка — лишь в самый последний момент турки их заметили и дали несколько выстрелов. Турецкий караул быстро переколола штыками группа русских солдат, которую возглавил командир одной из рот Александр Фок, бывший капитан жандармов, призванный в действующую армию по мобилизации. Таким образом первой группе русских войск удалось закрепиться на берегу и отбить у турок небольшой «пятачок», простреливаемый насквозь с трех сторон. Вторая группа понтонов пересекала Дунай уже под очень плотным ружейным и артиллерийским обстрелом турок. Начался рассвет, и темнота уже не могла прикрыть переправлявшихся. Один паром с горными орудиями и лошадьми был подбит турецким снарядом и пошел ко дну: погибли 3 офицера, 19 солдат, лошади и все пушки. Как вспоминал один из фельдфебелей 55-го Минского полка: «Положение наше было отчаянное, пулями до того забрасывало, что от брызг не видать было света Божьего…». Две роты Минского полка погибли почти полностью — сильное течение Дуная снесло их прямо под крутой берег, где находились окопы турок. Остальные роты полка спас поручик Иван Моторный — его понтону удалось причалить к берегу в стороне от турецких позиций, и он с небольшой группой солдат бросился на кручу в почти смертельную атаку. С трудом взобравшись наверх, горстка русских воинов оттеснила врага от берега и удерживала этот участок, обеспечив безопасную высадку для своих товарищей. Понтоны третьего рейса, на одном из которых находился сам генерал Драгомиров со своим штабом, переправились относительно благополучно. На плацдарме генералу со штабом пришлось все время находиться под огнем противника. К 8 часам утра 27 июня 1877 года к месту переправы подошел русский пароход «Аннет», значительно ускоривший переброску войск через реку. По инициативе находившегося в штабе Драгомирова генерала Михаила Дмитриевича Скобелева, которому еще не раз предстояло прославиться в ту войну, русские солдаты применили ложное отступление и завлекли турок под фланговый удар. К 11 часам утра на плацдарме уже накопилось достаточно русских войск для начала решительного наступления. Генерал-майор Драгомиров приказал 2-й бригаде 14-й дивизии под командованием генерала Михаила Фомича Петрушевского, а также 4-й стрелковой бригаде генерала Адама Игнатьевича Цвецинского начать атаку города Систово и господствующих высот возле него. Турки упорно сопротивлялись, но к трем часам дня наши солдаты ворвались в город. Вопреки предсказаниям западных военных теоретиков, утверждавших, что за форсирование Дуная русским придется заплатить жизнями 25–30 тыс. человек, потери русской армии оказались значительно меньшими. При переправе с боем через крупнейшую реку Центральной Европы наши войска потеряли 323 человека убитыми и утонувшими, а также около 800 ранеными. Потери же отступивших турок только убитыми — 641 человек. Операция по созданию за Дунаем стратегического плацдарма была с успехом выполнена. Всего через два дня здесь был построен наплавной мост, по которому через великую реку смогла переправиться вся русская армия, чтобы начать генеральное наступление против турок. Так день 27 июня 1877 года стал одной из исторических русских побед, доказавших, что нашей армии не страшны никакие преграды. |
20 июля 1877 года русская армия начала осаду Плевны. Через четыре с лишним месяца крепость была взята, капитулировали более 40 000 человек
http://rusplt.ru/wins/osada-plevnyi-27600.html
19 июля 2016, 00:00 Русские победы, История Осада Плевны https://342031.selcdn.ru/rusplt/517/...levna_620_.jpg Бой под Плевной. Картина Н. Д. Дмитриева-Оренбургского Русско-турецкая война началась в апреле 1877 года. Ее главными целями было освобождение славянских народов от османского ига и окончательный пересмотр положений Парижского мирного договора, заключенного по итогам неудачной для России Крымской войны. 16 (4 по ст. ст.) июля один из отрядов русской армии после переправы через Дунай овладел крепостью Никополь. Отсюда войска должны были двинуться на юг, чтобы взять город Плевна, лежащий на перекрестке важных путей. К крепости выдвинулись 7 тысяч пехотинцев и около полутора тысяч кавалеристов с 46 пушками под командованием генерала Юрия Шильдер-Шульднера. Однако Осман-паша, командующий турецкими войсками на этом направлении, почти на полдня опередил русских солдат. К тому моменту, когда к крепости подошли передовые части, турки уже закрепились в Плевне. Численность их гарнизона составила 15 тысяч человек. Несмотря на меньшинство, 20 (8 по ст. ст.) июля русские войска предприняли первый штурм Плевны. После артиллерийского обстрела пехотные полки пошли в атаку. В одном месте русские солдаты почти достигли турецких батарей, но были отброшены численно превосходящим противником. На другом направлении удалось занять три ряда передовых окопа и обратить турок в бегство, но, не получив подкреплений и не имея достаточно сил для продолжения атаки, русские части отошли назад. Их потери составили более 2500 человек, турецкие — около 2000. В течение следующих десяти дней у Плевны была сосредоточена 30-тысячная русская армия со 140 пушками. Но и турки усилили гарнизон, доведя его численность до 23 тысяч солдат и 57 орудий, кроме того, они возвели вокруг города новые укрепления. Решив воспользоваться численным преимуществом, 30 (18 по ст. ст.) июля русская армия после артподготовки начала второй штурм. При этом войска шли фактически в лобовую атаку на наиболее укрепленные турецкие позиции. Поначалу русские солдаты взяли несколько траншей и укреплений, но были остановлены. Отряду умело и храбро действующего генерала Михаила Скобелева (в бою под ним была убита одна лошадь, а другая ранена) тоже пришлось отойти. Второй штурм Плевны окончился неудачей. Русские при этом потеряли около 3 тысяч убитыми и тысячу пленными, турки — около тысячи убитыми. Через месяц Скобелев захватил Ловчу, через которую шло снабжение Плевны, а вылазка для поддержки ловечского гарнизона, организованная Осман-пашой, окончилась безрезультатно. Неудача второго штурма Плевны не смутила главнокомандующего русскими войсками великого князя Николая Николаевича. В конце августа он решился на очередной приступ, получив подкрепление в виде союзных румынских войск. На этот раз у крепости было уже более 80 000 солдат при 424 пушках, тогда как у турецкой армии — около 35 000 человек и 70 пушек. Но наступление румынских войск, неверно оценивших количество и расположение турецких укреплений, захлебнулось. Хотя Скобелев и занял редуты, подходившие к самому городу, с которых можно было продолжать наступление, он снова не получил подкреплений и вынужден был оставить занятые позиции. Третий штурм Плевны был отбит, из строя выбыли 13 000 русских солдат и 3000 румынских. После этого командование пригласило талантливого военного инженера генерала Эдуарда Тотлебена, по рекомендации которого было решено отказаться от последующих штурмов, сосредоточившись на блокаде. Тем временем турки довели численность гарнизона до 48 тысяч человек и имели уже 96 пушек. Осман-паша за успехи в обороне Плевны получил от султана почетный титул «Гази» (что значило «непобедимый») и приказ ни в коем случае не сдавать город. В дальнейшем, с захватом русскими войсками ряда укреплений у Плевны вокруг города сомкнулось кольцо блокады. Туркам неоткуда было больше ждать ни подкреплений, ни боеприпасов, ни провизии. Тем не менее на все предложения о сдаче Осман-паша отвечал отказом. Но он понимал, что положение осажденных становится безнадежным, и решил пойти на прорыв. 28 ноября (10 декабря по ст. ст.) турецкий гарнизон во главе с командующим пошел в атаку. Турки, взяв благодаря внезапному удару, передовые русские укрепления, были остановлены, а затем стали отступать, Осман-паша был ранен. После этого турецкие войска капитулировали, в плен попали 43,5 тысячи солдат. Взятие Плевны стало одним из ключевых эпизодов Русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Победа позволила русской армии успешно продолжить боевые действия и в конечном итоге удачно завершить войну. Память героев Плевны была увековечена в 1887 году созданием часовни-памятника в Ильинском сквере в Москве. |
Этот день в истории: 1877 год — битва у Джуранлы (русско-турецкая война)
https://eadaily.com/ru/news/2019/07/...ureckaya-voyna
19 июля 2019 09:28 19 июля 1877 года недалеко от деревни Джуранлы в Восточной Румелии (ныне село Калитиново в Болгарии) произошло одно из ключевых сражений Русско-турецкой войны 1877—1878 годов. Войско Османской империи и отряды ее союзников были разгромлены частями русской императорской армии. В июле 1877 года турецкая армия Сулеймана-паши несколькими колоннами начала наступление в Болгарии к Ески-Загре (Стара-Загора). Правая колонна под командованием Реуф-паши (12 батальонов, 1 эскадрон, 600 черкесов и 4 артиллерийские батареи) двигалась к цели по дороге от Ени-Загры (Нова-Загора). В то же самое время передовой русский корпус генерала Иосифа Гурко начал встречное движение и тоже несколькими колоннами. Правую колонну (4 батальона, 13 эскадронов и 12 орудий) вел Николай Максимилианович герцог Лейхтенбергский, имея приказ овладеть Ени-Загрой. 17 июля наступавшие навстречу колонны Реуф-паши и герцога Николая наткнулись друг на друга у Карабунара. После небольшого встречного авангардного боя стороны окопались и расположились на ночлег на укрепленных позициях. Узнав о том, что вся турецкая армия движется к Ески-Загре, 18 июля герцог Николай отступил к этому городу, чтобы подготовиться к обороне. В этот же день ничего не знающий об армии Сулеймана Гурко двумя оставшимися колоннами занял Ени-Загру. К вечеру стало известно, что продолживший исполнять приказ Реуф-паша продвинулся вперед к Ески-Загре и остановился на ночлег в лесу у деревушки Джуранлы. Таким образом, он оказался между Гурко и герцогом Николаем. Командир русского корпуса решил атаковать противника с двух сторон. Сражение началось 19 июля в 7 часов утра, когда авангард корпуса Гурко под началом полковника Курнакова вступил в соприкосновение с войсками Реуфа, уже готовыми наступать на Ески-Загру. Используя лесистую местность, Курнаков успешно сдерживал неприятеля до подхода русских колонн. Сначала генерал Гурко решил атаковать турок, стоящих в лесу у Джуранлы, с двух сторон, направив часть сил в обход правого фланга. Однако турки, разгадав маневр, растянули линию фронта и открыли сильный ружейный огонь. Бой принял затяжной характер. Гурко решил не начинать атаку, пока туркам в спину не ударит герцог Николай. Но тот не мог этого сделать, так как уже вступил в бой с превосходящими силами Сулеймана-паши, которые вышли в это время к Ески-Загре. К 11 часам опытный Гурко понял, что удара в тыл туркам не будет, и сделал правильный вывод о том, что отряд герцога атакован превосходящими силами турок. Поняв, что ситуация критическая, он решил атаковать, тем более что как раз к этому моменту к месту боя подошла стрелковая бригада. Реуф-паша тоже верно оценил момент, поняв, что помощи от Сулеймана не будет. Он тоже решился на атаку и начал первым. Атака турок пришлась на центр растянутого расположения русских, однако была отбита. После этой неудачи сопротивление турок по всей линии фронта ослабело, что способствовало успеху контратаки русских. Переломный момент наступил после того, как два батальона через лес обошли правый фланг османских войск и ударили им в тыл. Турецкое войско утратило управление и начало беспорядочное отступление в юго-восточном направлении, обратившееся вскоре в бегство. Уже зная о том, что герцог Николай ведет у Ески-Загры неравный бой с войсками Сулеймана-паши, Гурко со всеми силами бросился к нему на помощь. Для разбегающихся отрядов Реуф-паши генерал смог отрядить лишь авангард Курнакова, что дало возможность турецким командирам спасти свои пушки. Победа в баталии была полной, но Гурко не успел вовремя прибыть на помощь к Ески-Загре, которая уже была взята войсками Сулеймана. Что, однако, не остановило бегство противника от Джуранлы, которое прекратилось только у железнодорожной станции Карабунар. Потери русских составили: 4 офицера и 97 нижних чинов убитыми и 18 офицеров и 301 нижний чин ранеными. Османы потеряли убитыми более 1200 человек. |
10 Января 1878 года — победа русской армии под Шипкой
Оборона Шипки сковала значительные силы турецкой армии и обеспечила русским войскам наиболее короткий путь наступления на Константинополь. И вот 10 января сражения завершились окончательной победой русской армии. В результате сражения под Шипкой при Шейново русские войска потеряли около 5,7 тыс. человек. Плечом к плечу с русскими сражались болгарские ополченцы. Армия Вессель-паши перестала существовать. Только пленных насчитывалось около 23 тыс. человек, захватили также 93 орудия. Эта победа имела важные последствия — фактически кратчайший путь на Адрианополь и Константинополь оказался открыт. Так закончилась битва за Шипку. В боях отличились генералы Николай Святополк-Мирский, Михаил Скобелев, Фёдор Радецкий. Оборона Шипки до сих пор один из символов стойкости и мужества русских воинов, а для Болгарии — это веха в истории освобождения от турецкого ига.
https://историк.рф/storage/old/2016/..._II_Shipka.jpg |
| Текущее время: 20:09. Часовой пояс GMT +4. |
Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2026, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot