Утилизация всей страны
 

http://graniru.org/opinion/milshtein/m.255370.html
10.10.2016

Редкий случай на гостелеканале. Корреспондент поинтересовался у министра Лаврова, как увязать разрыв соглашения по плутонию с санкциями, и тот поблагодарил журналиста ("Хорошо, что вы этот вопрос задали..."), но толком ответить не сумел. То есть говорил министр долго, упоминая Венскую конвенцию, обозревая пещеры и лакуны применительно к способам переработки радиоактивного Pu и посвящая зрителей в тонкости переговоров с американскими партнерами по проблемам энергетики, а по сути так ничего и не сказал.

Осталось тайной, как эти события связаны: отказ от договора по оружейному плутонию и ультиматум Путина. Почему, собственно, для возобновления сотрудничества в этой сфере Обама должен отменить санкции и закон Магнитского, да к тому же компенсировать ущерб. Ну и еще отстегнуть за контрсанкции.

Единственным доводом в полемике с Белым Домом стала "русофобия". Дескать, в Кремле "зафиксировали коренное изменение обстоятельств в том, что касается агрессивной русофобии, которая сейчас лежит в основе политики США в отношении России", и потому решили придержать плутоний у себя. Это прозвучало особенно убедительно на фоне упреков министра в адрес партнеров, которые, понимаете ли, не умеют "выстраивать" отношения с РФ "по-взрослому... без детских обид" и прямо-таки соревнуются в том, чтобы побольней уколоть президента Путина.

Получалось, что русофобия, то есть ненависть к России и к русским, - это когда огорчают Владимира Владимировича. Получалось, что дикие условия ультиматума продиктованы его детской обидой. Получалось, что на заранее согласованный вопрос (на гостелеканалах вопросы все более или менее согласованные, а ежели министр отдельно за него благодарит, то значит, велели задать) так и не придумали, что ответить. Точнее, Сергей Викторович счел ответ удовлетворительным, но это его личные проблемы. Да и что, по совести, скажешь, будь ты хоть трижды талейран, пытаясь объяснить, в честь какого праздника американцы будут оплачивать раздавленные в России помидоры.

Разумеется, министр не ставил перед собой этой цели: кого-нибудь на Западе переубедить или хоть связно изложить некую разумную концепцию взаимоотношений с НАТО и США. В последние два с половиной года такая задача перед МИД РФ не ставится, поскольку не собираются ее решать и в Кремле. Послание, по укоренившейся традиции, сводилось к устрашению вероятного противника. Вслед за Путиным и Шойгу с присущим ему Конашенковым Лавров предупреждал, что Россия готова воевать с Америкой, о чем говорил прямо. Указывая на "группу лиц" в Вашингтоне, "которая подает голос в пользу того", чтобы "вдарить" по аэродромам Асада. Против этих "всплесков агрессивности" и возвышал он свой голос, сообщая, что на военно-воздушных базах в Сирии имеются "средства ПВО для защиты наших объектов".

Собственно, для того министр и приглашал к себе корреспондента Первого телеканала, чтобы потолковать о грядущей войне. После обстрела гуманитарного конвоя в Алеппо и разрушения больниц, после российского вето на предложенный Францией проект резолюции СБ ООН ситуация в Сирии обострилась до предела, и слово "изгой" применительно к РФ обрело конкретность политического приговора, вынесенного мировым сообществом. Аргументов в нормальной полемике у Лаврова нет. Остается только плутоний, и это, конечно, важный аргумент, с которым нельзя не считаться. А также "русофобия" в качестве ясного доказательства того, что подкреплять сей аргумент нечем и незачем. Он самодостаточен.

О контрдоводах, которые подыскивают сегодня в Белом Доме, в Госдепе, в Пентагоне, пока можно только гадать. Не исключено, что в пылу борьбы с Трампом, за которой с таким злорадством наблюдают в Кремле, правительство США захочет по примеру Путина мобилизовать своих граждан, и тут шантажные речи Лаврова и прочих окажутся весьма кстати. Ибо так называемая мировая война - это уравненьице со многими неизвестными, и мало кто, за исключением засекреченных узких специалистов, способен разрабатывать ее сценарии и судить о последствиях. Стоит лишь заметить, что, стремясь закошмарить американцев, российская власть одновременно ввергает их в соблазн.

Потому что впервые за всю свою историю они реально сталкиваются с угрозой тотального уничтожения. Буквально заглядывают в бездну, и велико, наверное, искушение от этих страхов раз и навсегда избавиться. Боюсь, что в Москве, где обидчивое самонадеянное начальство так увлеченно и азартно играет в войнушку, не вполне учитывают это обстоятельство и недооценивают риски. Или намеренно притягивают беду, избывая личные геополитические катастрофы, что еще хуже.

Вообще, если всерьез говорить о русофобии, то проявляется она по-всякому. В представлениях об идеальном государстве, для которого отдельный живой человек - это пыль под ногами, замордованный крепостной, безымянный зека, покорный раб, зомбированный телезритель. В памятниках разным душегубам, которые уничтожали соотечественников целыми городами. А если брать политику, то в том и выражается патологическая ненависть к русскому народу, что никого не жалко и можно, уповая на крепость стен в спецбомбоубежищах, подставлять целую страну.

Как это делал Хрущев, желая "запустить американцам ежа в штаны". Как это делает Путин со своими спикерами, для которых русофобия - это пропагандистская хрень, которую за границей никто не воспринимает, однако обмороченный пипл охотно заглатывает. Они и есть главные русофобы.

Оттого в дискуссиях с ними, вероятно, эффективна и та стратегия, которой следует до сих пор нынешняя американская администрация. Стратегия частичного бойкота, болезненных санкций и терпеливого выжидания. Стратегия, основанная на том, что враждебная всем народам, начиная с русского, власть должна рушиться сама - под бременем своих военных преступлений, политических беснований и экономических просчетов. Это тоже скверный для России сценарий, но все же лучше, чем война. О которой на наших телеканалах теперь, как заведенные, талдычат "эксперты", а вчера величаво высказался Лавров. Беря на понт, как он один умеет.

Пугающий Pu
 

http://graniru.org/opinion/milshtein/m.255198.html
05.10.2016

Сократить численность американских войск в Европе. Отменить закон Магнитского. Отменить санкции. Компенсировать России ущерб от этих санкций. Ну и вишенкой на торте: "потери от введения вынужденных контрсанкций" тоже надо бы возместить. Вот это все заверните, и тогда, как сказано в президентском законопроекте "О приостановлении... действия Соглашения... об утилизации плутония, заявленного как плутоний...", это самое соглашение можно будет и возобновить.

Понятно, что это шантаж. Нет сомнений в том, что американцы ни одного из условий предъявленного ультиматума выполнять не станут. Ясно также, что в направлении Карибского моря сделан широкий, размашистый шаг, и речь тут идет не о географии. Речь идет об угрозе ядерной войны, историческим символом которой является Карибский кризис. Ну и плутоний, заявленный как плутоний упоминается здесь в тех же целях, что и разные прочие словечки и словосочетания в рамках пропагандистских спецмероприятий.

Дабы пугануть, вогнать в дрожь, повергнуть в трепет потенциального противника. А заодно и весь мир. Шутка ли, плутоний (Pu). Жуткое какое совпадение.

Сигналов сразу посылается много, хоть уши затыкай.

Врачам без границ (в широком смысле) Владимир Владимирович сигнализирует, что связь с реальностью он утратил навсегда, но это не его проблема. Это проблема для окружающих, то есть для человечества, и если людям хочется еще пожить в относительном тепле и уюте, то им придется считаться с его прихотливыми желаниями. При том что в этом безумии безусловно имеется своя логика, как есть она у описанной Путиным крысы, загнанной в угол. Ибо санкции действуют, казна скудеет, петля изоляции все туже стягивается на горле у грызуна и надо из угла как-то выбираться, кидаясь на окружающих. Ну он и кидается, то так, то эдак, и вот дошло до мистического плутония, до законопроекта и уже подписанного указа.

Отдельно мировых лидеров и узких специалистов по ядерным вооружениям Владимир Владимирович стремится закошмарить более тонкими средствами. Придерживая у себя излишки радиоактивного Pu, пригодного для боеголовок, президент РФ создает новую интригу. Лидерам и экспертам предлагается поломать голову над задачкой: а что он с ними собирается делать, с излишками? Может, дополнительно вооружаться? Или продавать их другим изгоям, учреждая тайное братство отщепенцев и террористов, умученных от проклятой Америки? Вопросы все не праздные, тем более накануне президентских выборов в США.

Американских избирателей Путин не то чтобы склоняет к мысли проголосовать за своего грядущего друга, союзника и наперсника Трампа, но как бы подсказывает им важную тему для дискуссий: ядерная война. Собственно, неизвестно, кто для России опасней: холодная, расчетливая злодейка Хиллари или порывистый, непредсказуемый Дональд. Известно лишь, что в массе своей американцы до обидного редко вспоминают про Путина, выбирая себе очередного президента. Надо чтобы почаще, причем конфликтовать насчет отношений с Россией претенденты должны всерьез. На фоне Сирии, на фоне Украины, на фоне Pu.

В концов концов целью Кремля на этих выборах является не победа одного из кандидатов, но раскол и хаос во время предвыборных баталий. А ежели помечтать, то и после. Кризис, смахивающий на Карибский, причем еще более опасный, тут в самый раз. И если, допустим, Трамп использует эту шантажную карту, вновь и вновь обещая договориться с Путиным, и даже победит, то потом, став президентом, он будет в какой-то мере связан обещанием. Что упростит несменяемому Владимиру Владимировичу диалог с партнером.

О российских гражданах думать совсем грустно. И про большинство, которое за неимением лучшего слова названо посткрымским, и про недобитых несогласных. Посткрымский народ станут еще обильней откармливать пропагандистской баландой, прямо на убой. Прозревающих в кризисную эпоху, хоть бы даже и социально близких фермеров и дальнобойщиков, будут нагибать и винтить с криками: "Америке служишь!" А недобитых будут добивать. В эпоху тотальной мобилизации и плутониевых разборок с Вашингтоном пресловутые гайки закручиваются сами собой. Со свистом и треском, срывая резьбу.

Другой вопрос, насколько он, президент РФ, реально готов к выматывающему душу жесткому противостоянию с Америкой и НАТО. Блефует он, постоянно повышая ставки, искусственно загоняя себе в угол и ощериваясь, или не блефует. Опыт, которым мы пока располагаем, невелик, но обнадеживает. Ситуация очень скверная, однако был ведь уже случай, когда Россия едва не опробовала на себе действие пятой статьи устава Североатлантического альянса, – и ничего, обошлось. Идти до конца Путин поостерегся.

Имею в виду инцидент со сбитым бомбардировщиком в небе над сирийско-турецкой границей. Надрывался телевизор, сидел в кадре, широко расставив ноги, взбешенный Владимир Владимирович, и про турок, которые помидорами не отделаются, речи звучали страшные. А за кулисами шли долгие переговоры с участием самых неожиданных посредников, и после мы узнали, как долго им пришлось бегать за Эрдоганом, чуть не вымаливая у него извинения. В итоге и прощения он попросил как-то сквозь зубы, и требуемых денег не заплатил, и от летчика-убийцы открестился, а потом, кое-как помирившись с Путиным, опять взялся за старое. Воевать в Сирии, не спросясь России, и поддерживать Украину в ее борьбе за Крым.

Тем не менее утверждать, что за шантажными технологиями Кремля не скрывается ничего кроме бессильной злобы и ненависти, я бы не стал. И силы имеются, и особого рода навыки, и способность к расчету многоходовых геополитических комбинаций. В лице Путина мир впервые за всю свою историю сталкивается с реальной угрозой уничтожения, и эту угрозу не стоит недооценивать. Хотя и переоценивать, погружаясь в панику, тоже не надо.

Оценивать эту угрозу следует трезво, и за дикими условиями вчерашнего ультиматума, прозревая опасность, угадывать и тоскливые заклинания северокорейского типа. Мол, отмените санкции и дайте денег, а то сам не знаю чего сделаю. Выслушивать эти речи надлежит с пониманием и твердостью. Не ведясь на мистику. Глядя прямо в глаза надвигающейся катастрофе. Деятельно к ней готовясь и размышляя о способах ее предотвращения и утилизации. Способы есть разные.

Мистер мат
 

http://graniru.org/opinion/milshtein/m.253371.html
27.07.2016

То есть как это он "не хочет употреблять слова из четырех букв"? Он и хочет, и может, и умеет употреблять! Причем не только из четырех. Свободно матерящийся по-русски и по-английски и непринужденно ботающий по фене, Лавров обогатил международную дипломатическую практику целым рядом словесных конструкций, и речь тут веду только о тех, что были сказаны в микрофон или утекли в прессу. Страшно даже, хотя и соблазнительно помыслить о тех, которые не утекли, но наверняка используются министром в его обиходе. В каждодневном общении с иностранными коллегами.

Кто ты на хер такой, чтобы меня учить?.. Дебилы, б... Западные партнеры хотели нас взять на понт. Все эти слова и выражения, которые не колеблясь назовем крылатыми, давно уже стали неотъемлемой частью образа нашего министра внешних сношений. В них равно заключены его поразительный дар общения и стиль внешней политики. В них живет и дышит коллективная душа российского начальства в его диалогах с заграницей. На современном этапе.

Собственно, раньше начальство тоже легко и с удовольствием разнуздывалось, вступая в дискуссию с неприятелями. Однако существовали некоторые понятия о приличиях, и даже "кузькина мать", помянутая разбушевавшимся Хрущевым, на фоне нынешних образцов красноречия выглядела вполне себе достойной матерью. Молотову или Вышинскому, может, и хотелось послать на три-четыре-пять букв своих западных собеседников, но они сдерживались. А Громыко, по словам очевидцев, вообще почти всегда молчал, лишь изредка роняя свое увесистое, оглушительное и окончательное nyet. Что говорить, умели люди себя поставить.

Правда, и страна тогда была другая. Великая, если верить тем потомкам выживших, которые сегодня управляют государством либо заняты пропагандой. Если же верить недобитым историкам, фальсифицирующим наше советское прошлое в угоду лорду Керзону, то главная цель дипломатов великой страны сводилась к тому, чтобы скрыть ее бандитскую сущность. Напротив, когда наш раскрасневшийся вождь стучал в Америке башмаком по трибуне, он невольно показывал миру свое истинное лицо и выдавал главную тайну. Это еще называлось оттепелью.

Нечто подобное происходит и теперь - с той, впрочем, разницей, что все секреты раскрыты еще в перестроечные годы. При Путине маски сброшены окончательно и можно не напрягаться, имитируя корректные манеры и прочий ханжеский бонтон. Чего мудохаться с ножом и вилкой, когда руками удобней? Зачем подыскивать, маясь, пристойные слова, если кругом враги и дебилы? В этом смысле Лавров совершает своего рода революцию в дипломатии, насыщая вслед за шефом словарь международного общения языком подворотни.

Таким образом решаются сразу две задачи.

Во-первых, а как еще прикажете снимать стресс главе внешнеполитического ведомства РФ, обложенной со всех сторон? Марии Захаровой, спикеру МИД, согласитесь, проще. Утверждая свою правоту, Мария может станцевать "Калинку". Радуя глаз и заставляя публику хоть на минуту забыть о том, что она еще умеет разговаривать и записывать мысли. Лавров станцевать "Калинку" не может.

Во-вторых, другими словами кроме нецензурных, произнесенных вслух или как бы произнесенных, сегодня трудновато вести диалог и с Европой, и с Америкой. Зато насколько лучше и уверенней себя чувствуешь, когда с ходу задаешь уровень дискуссии и словом из четырех букв, как дубинкой, отгоняешь журналистов с их неделикатными вопросами. Ну что, в самом деле, спорить о хакерах, очень вовремя подкинувших другу Дональду компромат на Хиллари, если можно не чинясь показать средний палец? Это ведь полезно будет осознать и Джону Керри, стоящему рядом, с которым тоже придется перетирать щекотливую тему. Мы такие, да. Прямые и бесхитростные. Типа Трампа, которому грех не помочь.

А дальше вы уж сами думайте. То ли Сергей Викторович едва удерживает себя от произнесения слова из четырех букв, поскольку чувствует себя оскорбленным нелепыми подозрениями. Дескать, постыдились бы, господа, набрасываться на беззащитных наших хакеров. Смотрели бы лучше за тем, какие страшные безобразия творятся в аппарате Демократической партии. То ли Сергей Викторович едва удерживает себя от произнесения слова из четырех букв, поскольку чувствует себя по-настоящему счастливым. Молодцы, мол, ребята, так удачно подыграли Трампу, который собирается выводить Америку из НАТО и дружить с Владимиром Владимировичем. Мы их обязательно наградим, хакеров, - и генералов, и лейтенантов.

Американское слово из четырех букв, как и многие наши подобные слова, - оно ведь многозначно. В нем и огорчение, и досада, и боль, и бессильный гнев. Но и ликование, и восторг, смешанный со злорадством и ненавистью к поверженному противнику. Вся палитра. Матерщинник-билингв, министр Лавров вчера довольно резко смазал карту будня, плеснувши краску из стакана. Поди угадай, что он имел в виду, истинный талейран, умеющий мастерски запутывать собеседника. Одним несказанным словом.

Ясно лишь, что человек эффективно трудится на своем месте, отстаивая интересы России. Для пользы дела иногда даже наговаривая на себя: не хочу, понимаете ли, матом ругаться. Проблема, однако, в том, что без мата не обойтись, и вся внешняя политика государства, в сущности, описывается и исчерпывается буквально несколькими словами. Произнесенными вслух или подразумеваемыми. Только такие слова и следует употреблять, дискутируя с Америкой, Англией, Германией, Украиной... Сергей Лавров знает их все назубок, и если спросить его, почему все же эта внешняя политика такая провальная, он не затруднится с ответом. Министр шевелит губами, микрофон работает и мы благодарно внимаем.

Колпак для министра
 

С Никитой Белых было по-другому: у него светились руки. Правда, до сих пор остался не вполне опознанным источник света и неясно, брал губернатор взятку мечеными купюрами или его разводили на взятку. Однако купюры в европейской валюте, предъявленные Следственным комитетом, тоже отсвечивали на столе, и фотографии служили уликой, и подзабытый ныне Маркин ликовал в своем твиттере.

У Алексея Улюкаева руки не светятся. Тут сюжет вроде принципиально иной, поскольку главный герой – лицо по-настоящему значительное, первый в истории свободной России действующий министр, подвергнутый задержанию. Оттого и фактура гораздо солиднее. Банковская ячейка, которой, по версии следствия, воспользовался Улюкаев, принимая бабки от "Роснефти", – это вам не черный нал в пакетике. Это вещдок, соответствующий рангу задержанного.

Впрочем, без тягостных вопросов не обойтись и здесь. Вопросов, обращенных к мирозданию. Представить, как запуганный Игорь Иваныч Сечин самолично или через посредника сгружает валюту в банковскую ячейку министра экономического развития, – на это просто не хватает воображения. Смущает и цена отката. По-хорошему смущает. Получается, что за каких-то два лимона, выделенных полезному человечку на карманные расходы, в России можно приобрести бесценную "Башнефть". Вероятно, мы не знали чего-то главного – и про Сечина, и про Улюкаева, и про "Башнефть", и про Россию. Истинную правду про них про всех власти от народа скрывали.

Напротив, сообщениям о том, что министр больше года находился в разработке ФСБ, веришь безоговорочно. Все под колпаком у Мюллера, в особенности граждане, сидящие на больших денежных потоках. А если вспомнить некоторые другие дела, в которых фигурировали и продолжают фигурировать сами силовики со своим черным налом, то неизбежно приходишь к выводу, что сей колпак сшит не по-колпаковски и накрывает целую страну. Так что никто ни от чего не застрахован, и ежели завтра под руки поведут в суд любого из Игорей Иванычей, то удивления это не вызовет. Преобладать будут иные чувства.

Раньше это называлось борьбой элит, среди которых принято было выделять партию бабла и партию крови. В эпоху холодной войны, санкций и контрсанкций все перепуталось, и противостояние системных либералов с условными чекистами более не обременено идеологией и дискуссиями о политическом устройстве путинской России. Патриотами в современном значении этого слова стали все, и конкретный Чубайс уже практически неотличим от собирательного Бастрыкина. Идут внутривидовые разборки, самые жестокие из всех, и когда на скамью подсудимых катапультируется очень известный человек, уже не имеет значения, из какого кресла его исторгли.

Остается лишь констатировать непреложный факт: сегодня от кормушки отогнали вот этого губернатора или таможенника, или полковника СК, или министра. Виновен он либо подставлен – вопрос чисто теоретический. Да и нет невиноватых в этом мире беспощадных чиновных драк. Есть проигравшие и победители, которые проиграют завтра.

В них, в этих подковерных бульдожьих свалках, бессмысленно искать логику. Можно лишь отметить некоторые закономерности, связанные с отдельными конфликтами. Так, за "Башнефть" в тюрьму пока не отправляют, чему подтверждением служат внезапно срифмовавшиеся судьбы Евтушенкова и Улюкаева, который, как известно, выступал против того, чтобы Сечин прикупил себе и эту компанию. Очистил кресло – и ладно, и сиди дома, радуйся, что не посадили.

Ибо Игорь Иваныч, как бы сказать, не кровожаден. Точнее говоря, у него сегодня не хватает ресурсов, чтобы пересажать всех своих врагов, и это тоже примета времени. На ЮКОС и Ходорковского он наваливался всей мощью государства, а в нынешней раздробленной России с ее раздробленными элитами самому Путину трудно решить, кого в каждый отдельный момент следует назначать коррупционером.

Руки светятся у всех, и все уже достаточно запуганы, но карательным спецмероприятиям конца не видно. Так скоро и работать будет некому. Улюкаев мог еще раздражать Кремль своим нескрываемым пессимизмом, но это же не повод для посадки. Равно как и отдельные его неполиткорректные высказывания. Помнится, года два назад Улюкаев сообщил Путину, что для нормального функционирования российской экономики надо бы добиться отмены западных санкций. "Вы знаете, как это сделать?" – спросил национальный лидер. "Нет, – ответил министр, – но мы думали, что вы знаете".

Путин не знает. Зато он точно знает, что катастрофические ожидания в элитах подстегивают коррупцию. По себе знает, вспоминая службу в мэрии и разные там редкоземельные металлы. Поэтому, почти не рискуя ошибиться, следует предположить, что процесс самопожирания государственной машины будет протекать динамично. Экономику это никак не оздоровит, но недоверчивому президенту и миллионам доверчивых посткрымских граждан еще долго будет казаться, что война, объявленная коррупции, вот-вот завершится водружением знамен над министерствами и ведомствами РФ. Потом под гром аплодисментов Путин разгонит правительство, и это будет означать, что в поединке федерального начальства с отечественной экономикой наступает новый этап. Быть может, решающий.

Про сидящего в СИЗО Никиту Белых, который, вероятнее всего, стал жертвой провокации, сегодня мы вспоминаем редко. Про Улюкаева тоже скоро забудем. Забудем и про Сечина, когда придет его очередь, покидая сомкнутые ряды, тем или иным способом уходить из большой политики. Способов много, и один из них нам продемонстрировали в ночь на 15 ноября, когда пришли за Улюкаевым. Пришли, уважительно взяли под локоток, сунули головой в банковскую ячейку и благодушно отправили под домашний арест.

Автор – журналист и публицист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Россия, осень, Улюкаев
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.256682.html
16.11.2016

Алексея Валентиновича нельзя сажать. По крайней мере в обычный СИЗО, в общую камеру. Ибо министр экономического развития "имеет доступ к различным гостайнам высшего уровня" и может выболтать их любопытствующим соседям по нарам. Поэтому таких, как он, следствие и суд либо помещают "в специальную изолированную камеру, либо разрешается домашний арест".

Среди комментариев, посвященных рассказал о том, как и куда у нас сажают людей с допуском высшей пробы.

Правда, осталось непонятным, зачем сидящему под микрофонами хранителю секретов делиться ими с наседкой, отягощая свою участь чуть не подрасстрельной статьей. Ясное дело, в тюрьме скучно, но не до такой же степени. И разве не легче ему было разгласить тайны врагам, пока он гулял на воле?

Зато обозначились некоторые другие нюансы, связанные с ночным задержанием Улюкаева. Приоткрылся замысел, в соответствии с которым чиновника пригласили в "Роснефть", где завершилась его карьера. Оказалось, что всесокрушающая правота и мощь Игоря Иваныча Сечина распространяются не только на столичные суды, где он карает клеветников-журналистов, или на "Башнефть", которую он увел у бывшего владельца, как раньше уводил ЮКОС у Ходорковского. Обнаружилось, что он способен потягаться с неприятелями и в правительстве РФ.

Например, министр Улюкаев в числе прочих возражал против сделки по приобретению "Башнефти" "Роснефтью" - и где он теперь? Он теперь сидит дома, утративший доверие президента и с позором изгнанный из кабинета. Он находится под судом, и статья, которая ему вменяется, предусматривает до 15 лет колонии.

Тем не менее ситуация вокруг Улюкаева складывается непростая, что проявляется в недоуменных, насмешливых и скрытно панических высказываниях разных известных лиц. Начиная с Медведева, который не постигает "случившегося", причем те же смятенные чувства, по его словам, испытывает президент Путин. Действительно, даже людям с самой необузданной фантазией, к которым едва ли причислишь друзей по тандему, трудно вообразить все те злодейства, которые инкриминируются тишайшему из министров.

Только представьте, как он, Алексей Валентинович, является к Игорю Иванычу и вымогает у него два лимона долларов. Пусть сумма небольшая, даже ничтожная, но все равно ведь немыслимо вообразить. И как тот, запуганный, но скрепившийся из последних сил и обратившийся за помощью в ФСБ, покорно складывает валюту в чемодан и сует тот чемодан в указанную министром банковскую ячейку. Или, согласно другой версии, бесшабашный Улюкаев лично приезжает в "Роснефть" с пустым мешком, куда Игорь Иваныч дрожащими руками сваливает меченые купюры, и тут набегают чекисты...

То есть наверняка как-то так оно и было, органы не ошибаются, но картины эти до того страшны, что верховной власти, наверное, пришлось задуматься о том, как бы притормозить Сечина с присущими ему силовиками. И проблема тут не только в том, что в свободной России еще никогда не арестовывали действующих министров. Проблема в том, что задержанный, пусть и сам по себе, вне всякой связи с действительностью символизировал такие понятия, как "российский бюджет", "экономическая стабильность", "инвестиционный климат". В эпоху санкций и контрсанкций все эти соблазнительные слова особого смысла не имели, но имелся министр, который уже три без малого десятилетия подряд занимался российскими финансами и, надо сказать, неплохо разбирался в предмете. Будучи при этом системным либералом, который от внесистемного отличается тем, что ради карьеры и достатка готов буквально на все. Он и был таким, лояльнейшим из министров. А если позволял себе в чем-то не соглашаться со всесильным Игорем Иванычем, то ведь для пользы дела. Чтобы уж вконец не растащили страну.

Отстранение Улюкаева усиливает в ней хаос, а неизбежное, казалось, помещение его в тюрьму могло бы породить не только панические настроения, но и стремительное бегство из России многих лояльных и готовых на все. В том числе и людей с допусками. Оттого, вероятно, и заговорил источник в правоохранительных органах, срочно обратившись в государствообразующее информагентство, и мы можем лишь догадываться о том, как принималось диковатое решение о заключении ужасного взяточника под домашний арест. И когда изобреталась эта юридическая новелла насчет "высшего уровня" секретности - сразу после того как Улюкаева захватил в плен Сечин, или в последний момент, когда министра уже привезли в суд. И кто в конце концов склонился к мысли, что даже в одиночную камеру министра заключать пока не надо.

Интересно будет когда-нибудь узнать и другое. Проводя акцию возмездия, Игорь Иваныч поставил в известность Кремль или действовал на свой страх и риск, не тревожа Путина с Медведевым? Сообщается, что президент и премьер были в курсе, а Улюкаева вообще взяли в разработку год назад. Однако Дмитрий Песков поначалу, сетуя на ночное время, говорил, что не знает, докладывалось ли Путину о задержании министра, и только потом поправился. Все же не исключено, что дела во властных наших структурах пошли вразнос настолько, что отважный Сечин уже может и не стесняться.

С другой стороны, последнее, что высшее начальство теряет в эпоху внутриэлитных разборок и смут, - это чувство опасности, и если Игорь Иваныч сводил счеты с Улюкаевым, не желая перегружать руководство лишними знаниями, то страшновато и за него. Вообще неуязвимых там, наверху, больше не осталось, за одним, быть может, исключением, однако есть и хорошая новость. Не факт, что их всех надо сажать. Можно, как выяснилось, и под домашний арест отправить. Дабы они сберегли от своих соотечественников самые главные тайны.

Разведение счетов
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.256832.html
21.11.2016

В арсенале главы чеченской администрации есть оружие, которым он практически никогда не пользуется. Это мягкая, тонкая, добродушная ирония мощного поражающего воздействия. Имею в виду риторические бои, в ходе которых Рамзан Ахматович полемизирует со своими противниками.

Обычно он использует иные средства доставки личного мнения до всех тех, кто не понял, но поймет. То есть обрушивает на них чувства сильные и простые. Гнев, ярость, ненависть. Словарь полностью соответствует переполняющим оратора эмоциям, и в конструкциях типа "кучка гнусных либералов", "полоумный сброд", "вонь трусливой псины" или там "шакалы будут наказаны" ясно просматривается его взволнованная душа Его неповторимый авторский почерк, его пафос, его угрозы, которые хочется назвать незавуалированными, но лучше не надо. Лучше скажем, что Рамзан Кадыров всем сердцем предан России, и тут остановимся.

Тем интересней его недавнее заявление по поводу скандальной отставки министра экономического развития. "Теперь стало видно, - отозвался на это событие руководитель Чечни, - что мы не совсем понимали, как нужно действовать для получения подписи господина Улюкаева". Удивительное заявление! Кадыров, которого мы знаем, вроде бы не должен стесняться в выражениях, наблюдая падение одного из гнусных либералов. А он разве что слегка злорадствует, комментируя происходящее с показным смирением и мудро усмехаясь в бороду. Дескать, давно надо было откатить министру, какие же мы непонятливые... Кадыров забавляется, отслеживая московские новости, и нам остается лишь догадываться о том, что его, внезапно подобревшего, так насмешило.

Однако попробуем догадаться.

Во-первых, наверное, размер инкриминируемой взятки, которая и по столичным, и по чеченским чиновным меркам выглядит как нещедрое подаяние. Один из создателей и активнейших пользователей откатной нашей экономической системы, он лучше многих знает, как и почему Улюкаева подставили и отстранили от должности. Впрямую это его не касается, и потому, запасшись попкорном, глава региона с удовольствием троллит российское правительство, российских силовиков, российских охранителей и либералов. Поучаствовать в потехе он приглашает всех подряд, земляков и прочих сочувствующих, и они благодарно откликаются в его микроблоге. В том духе откликаются, что "Кадырова в Москву надо, мэром", чтобы он там "посадил бы и отстрелял половину мудазвонов", и такого рода комменты тоже несомненно радуют законно избранного Рамзана.

Во-вторых и в-главных, он посылает очередной веселый сигнал в эту Москву, продолжая решать свои насущные проблемы. Дело в том, что у Кадырова личные счеты с ними со всеми - и с правительством, и с теми, кто посадил несчастного министра под домашний покуда арест. Чисто денежные счеты, в рамках той самой системы, в которую он удачно вписался после двух войн и наступления эпохи стабилизации. Но эпоха переломилась, и Рамзан, который с таким энтузиазмом приветствовал новые посткрымские времена, ощущает эти перемены острее иных, куда более законопослушных и сговорчивых региональных вождей.

Законопослушные и сговорчивые в массе своей молча принимают посткрымское урезание бюджета, пытаясь иногда по-тихому решать вопросы и отступая, когда в Москве им внятно и раздраженно говорят, что денег нет. Кадыров, который не привык к отказам, постоянно апеллирует к Путину и жалуется на министров. Путин всегда идет навстречу и раздает поручения, министры жмутся, и, в соответствии с правилами этой долгой игры, начавшейся еще в разгар "крымской весны", Рамзан Ахматович то затихает на время, то снова переходит в атаку.

Одной из "фишек", которую он постоянно предъявляет властям, является не выходит. Рамзан Ахматович, как можно понять, желает получить все сразу, бесплатно, да еще чтобы Игорь Иваныч Сечин стал стратегическим инвестором. "Роснефть" сопротивляется, и если углубиться в тему, то можно наконец постичь тайну улыбки руководителя чеченской администрации.

Провожая министра на покой, Кадыров пишет, что именно он, Улюкаев, "тормозил решение" по отъему у Сечина чеченской нефтянки "без какого-либо обоснования", и далее как бы клеймит коррупционные нравы в Москве. Между тем вообразить министра, вымогающего взятку у Рамзана Ахматовича, еще трудней, нежели у Игоря Иваныча. Но дело даже не в этом. Обличая Минэкономразвития продажную, Кадыров троллит и Сечина: кончай, мол, артачиться, давай договоримся, что это Улюкаев был во всем виноват.

Действительно, Владимир Владимирович давно уже согласен передать активы руководству Чечни, но, как и в случае с "Башнефтью", последнее слово остается за начальником "Роснефти". Отдавать он ничего не хочет. Он хочет только брать.

И этот конфликт, если без шуток, будет тянуться еще долгие годы. Поскольку проблема вовсе не сводится к деньгам и никто из них, ни Кадыров, ни Сечин, коррумпировать оппонента не собирается: много чести. Проблема сводится к понтам, ибо в поединке за малоликвидный актив сошлись два гиганта, равных по силам и аппаратному весу, и не таков Игорь Иваныч, чтобы поддаваться Кадырову, и не таков Рамзан Ахматович, чтобы Сечину уступать.

А деньги... что деньги? Деньги - прах, и два российских трампа, покоривших свои олимпы, продолжают борьбу и никогда не называют друг друга по имени. Сечин вообще молчит, только судится с газетами, а Кадыров, доставая из ножен игрушечный кинжал, почти беззлобно смеется над Улюкаевым. Деньги любят тишину и мягкую иронию.

Карикатурный скандал
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.257482.html
16.12.2016

Собственно, это случается сплошь и рядом. В неблагополучных семьях. В неблагополучных трудовых коллективах. В неблагополучных странах, где пресловутая "атмосфера ненависти" - это воздух, который люди вдыхают, щедро делясь им с соотечественниками при выдыхании.

Это, можно сказать, норма общения, и не надо думать, впадая в гордыню, будто России принадлежит пальма первенства. Например, в польском обществе, тоже доверху увешанном скрепами и расколотом, нечто подобное происходит постоянно, и лучше всех выразил чувства непримиримо спорящих некий "известный журналист" из местных, по имени не названный. "Когда-то мы писали статью с намерением кого-то в чем-то убедить, - сообщил он, - теперь пишем, чтобы враг почувствовал боль".

Вот и знаменитому врачу-мозговеду Андрею Бильжо захотелось, наверное, вломить от души знаменитому министру Мединскому. Иначе не объяснить, для чего доктор-карикатурист написал свой поразительный текст про Зою Космодемьянскую. Зачем, углубляясь в историю болезни казненной партизанки, он возвел ее на "подиум", который потом пришлось заменять, редактируя, на "эшафот". К чему увлекся диагностикой, растолковывая профанам, что такое "мутизм" и как сей недуг влияет на поведение приговоренного к смерти.

Как будто здоровый обреченный человек не может оцепенеть при виде петли.

Скандал вышел оглушительный. Однако если Бильжо предполагал, что возникнет яростная полемика, а министра Мединского хватит удар, то он ошибся. Случилось нечто иное, прямо противоположное. Сторонников у карикатуриста нашлось немного, даже среди тех, кому собирательный нынешний минкульт внушает чувство глубочайшего отвращения. Тогда как враг ликовал, скрывая буйную радость за гневными зубодробительными постами и статьями под усредненным названием "Тест на полицая". Автору пришлось оправдываться, причем без особого успеха.

А дело тут, вероятно, в том, что при распределении полемических приемов между условными силами добра и зла демократически настроенных граждан обнесли приемами запрещенными. Так, им не дозволено глумиться над памятью замученных и убитых. Это у них смотрится неорганично, даже если речь идет о каком-нибудь Каддафи. Тем более о 18-летней девушке, героически принявшей страшную смерть.

Подобными текстами демократически настроенные граждане уравнивают себя с оппонентами и становятся практически неотличимыми от них. Что, естественно, доставляет неприятелям большое человеческое удовольствие, и они со счастливым остервенением накидываются на оплошавших. Побивая ненавистных либералов их же оружием - гуманизмом.

Кроме того, стремясь досадить "двадцать девятому панфиловцу" Мединскому, врач-мозговед напрасно думал, что знаменитого министра судьба несчастной Зои как-то волнует. Министру плевать на них на всех, героев и мучеников. Панфиловцы и партизаны-герои для него - это лишь средство персональной раскрутки, успешного чиновного пиара, чего он и сам почти не скрывает, рассуждая о науке истории в терминологии рыночного торговца. Раньше он рекламировал спиртные напитки и табачок, теперь продвигает Родину, и по сути разницы нет ни малейшей. Просто Родину легче продать высшему начальству, оттого министр и не устает развенчивать зловредные мифы о России, противопоставляя им вранье выгодное, доходное, доброкачественное.

По-настоящему обидеть таких, как он, можно только при попытке покушения на святыни персонального свойства. На звания и награды, полезные для карьеры и для самоутверждения. Мединский всерьез переживает, когда клеветники посягают на его научные цацки, будь то карнавальный венецианский титул "почетного доктора" или нажитая непосильным трудом диссертация. Тогда он становится бескомпромиссен и выдает порой парадоксальную реакцию, так что самому премьер-министру приходится его осаживать. "Гореть в аду", "мрази конченые" и прочие изыски - это на самом деле ответы Мединского по поводу его персональных дел и проблем, связанных с так называемой репутацией. В глазах начальства, разумеется, которое по большому счету министра ценит и поощряет.

Теперь вот у Мединского еще помощник объявился. Невольный, конечно, но тем приятней для Владимира Ростиславовича этот неожиданный и явно незаслуженный подарок. Выступил Андрей Бильжо, который навлек на себя справедливый лицемерный гнев национал-патриотов и как бы подтвердил худшие опасения начальства относительно национал-предателей. Скандал все они уже отыгрывают по полной, возбуждаясь против карикатуриста и привлекая к делу сразу два карательных органа: Генпрокуратуру и Главную военную прокуратуру. Ненависть заполняет атмосферу, но цель не достигнута: враг не почувствовал боль.

Враг празднует победу, и если кому-нибудь еще нужны запоздалые призывы и советы, хотя бы на будущее, то повторим их вслед за доктором. Будьте здоровы и держите себя в руках. К врачу это относится в первую очередь.

Работа адовая
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.257024.html
28.11.2016

Министр культуры опять в центре скандала. Он снова ругается, кляня врагов отечества. Причем настолько страшно ругается, что несдержанные его речи каким-то неведомым, но право имеющим цензорам приходится за ним подчищать. Как некогда коллегам из Минкульта, которые пытались объяснить россиянам, чем начальник Мединский отличается от писателя Мединского. Выяснялось, что начальнику нельзя, а писателю можно использовать в полемических целях выражение "Рашка-говняшка".

С тех пор никто уже из нижестоящих не рискует комментировать выступления министра, и Владимир Ростиславович предстает натурой цельной. Это он, единый во всех лицах, обзывает "мразями кончеными" желающих знать историческую правду о героях-панфиловцах. И он же, развивая тему, приравнивает к полицаям тех, кто не готов воспринимать рассказы о "подвиге наших предков" как "жития святых". Ну, а где жития, там и преисподняя для предателей и усомнившихся. Им всем "гореть в аду", сообщает министр, проницая бездну, и эти его фразы чья-то властная рука удаляет с сайта Интерфакса. Усугубляя скандал.

Что тут сказать? У Мединского репутация совершеннейшего циника, и вроде не следует удивляться тому, что он обращается к вопросам морали. Циники в чиновных креслах любят покалякать про нравственность. Однако министр прямо буйствует, обрушиваясь на своих оппонентов, и это производит сильное впечатление. Вдобавок он еще распределяет места в раю и в геенне огненной, чего не всякий царь себе позволит, не то что руководитель второго звена.

Видно, что человек всерьез чем-то обеспокоен, но вот чем?

Дело, вероятно, отчасти в том, что по сути своей Владимир Ростиславович никакой не чиновник, а пиарщик. То есть опять-таки циник, но особого склада, продвигающий на рынках тот или иной товар. Этим он раньше и занимался, обслуживая банки, табачные компании и финансовые пирамиды, и даже когда пришел в политику, то по старинке, если верить пасквилянтам, долго еще лоббировал интересы производителей зеленого змия и владельцев игорного бизнеса. Лоббистам же присущ азарт, и, впаривая гражданам винно-водочное блаженство, выигрышные лотерейные билеты и прочие пылесосы, они до того увлекаются зарабатыванием денег, что и сами проникаются верой в чудодейственность и необходимость всего того, что продают.

Кипучий, бескомпромиссный, брутальный патриотизм Мединского из того же ряда, что и фанатизм профессионального торговца. Сперва были книжки, как бы развенчивавшие зловредные "мифы о России", и он, креативщик и затейник, умело раскручивал свои труды при содействии столичных властей в качестве социальной рекламы. Потом, окончательно убедившись в том, что идеология полезного мифа является ликвидным товаром, автор заделался мыслителем, который правде так называемого "факта" противопоставил "любовь к родине" и "позитивную историю". Потом его назначили министром, и тут он заговорил во весь голос.

Про своевременный пакт Молотова с Риббентропом. Про Чайковского, который не гей. Про Россию, которая не Европа. Про конченых мразей, которым гореть в аду.

Проблема, однако, заключается в том, что спрос на такой культур-мультур и его агрессивный пиар есть, а денег на Минкульт нету. Оттого приходится крутиться, что в эпоху оптимизации бюджетных расходов и непримиримой борьбы с хищениями чревато всякими неожиданностями. Один из заместителей Мединского уже в СИЗО и вроде заключает сделку со следствием, другой его подчиненный сделки не заключает, но тоже арестован. Над головой министра сгущаются антикоррупционные тучи, одновременно продолжается изучение его прогремевшей диссертации, и все это, конечно, не может не отражаться на настроении фигуранта. Оно и отражается, и в яростной риторике Мединского проступает мятущаяся душа оскорбленного лоббиста. Так что уже и не поймешь, кого он на самом деле ругает предпоследними словами. Кому сулит нестерпимые муки за гробом.

Несчастная Зоя Космодемьянская и несомненные герои-панфиловцы здесь, пожалуй, ни при чем. Скорее он использует их всех, чтобы лишний раз уверить высшее начальство в своей беспредельной лояльности, а ведь это нехорошо. Нехорошо, да и глупо, это как наорать на клиента, принуждая его к покупке ненужного барахла. Впрочем, в Кремле ценят Мединского, но излишняя его ретивость попахивает дискредитацией, ибо культура, как там ни крути, сфера деликатная и в ней лучше бы обойтись без диких криков озлобленья и адских проклятий. На что министру и указывают, когда невидимая рука рынка удаляет с новостного сайта цитаты из его выступления.

Тем не менее говорить о завершении карьеры не стоит. Мединский надоел многим, в том числе, вероятно, и высшему начальству, но с Игорем Иванычем он все-таки не ссорился и у выживших детей не интересовался, как они там поплавали. Владимир Ростиславович позорит страну в дозволенных, что ли, рамках. И если возьмет себя в руки и некоторое время помолчит, то сможет и дальше, чуть умерив пыл, безнаказанно высказываться и вербально казнить национал-предателей. От власти не убудет, а что касается врагов, они народ привычный к поношениям и будут очень удивлены, ежели Мединский их вдруг похвалит или просто забудет про них. Это станет для врагов незаслуженной кровной обидой, и хочется верить, что такого не случится никогда.

Говорящий спикер
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.257663.html
23.12.2016

Все мы не цицероны, за редким исключением (Демосфен, Обама, Шлосберг, Белковский), и расшифровки устных выступлений подавляющего большинства граждан, политиков и неполитиков, представляют собой малосъедобную кашу. Порой лучше даже и не пытаться их осмыслить, все равно не поймешь, но тут особый случай. Высказался сам Володин. Непосредственно о Навальном. Оттого так важно понять, что, собственно, хотел нам поведать председатель Госдумы, отвечая на вопрос о возможном участии лидера Партии прогресса в президентских выборах, которые должны состояться в 2018 году.

Дословно Володин сказал следующее.
Тема, которой нет. А он-то [Навальный] почему об этом думает? Пусть законы читает, он же юрист. Его намерение должно в первую очередь опираться на закон. Если закон ему позволяет, тогда можно о чем-то рассуждать. А когда закон не позволяет, зачем людей-то вводить в заблуждение? Когда же Володина поправили, указав на то, что юрист Навальный, освобожденный от ответственности решениями ЕСПЧ и президиума Верховного суда РФ, сегодня лишенцем не является, спикер с поправкой не согласился. Я не готов трактовать в вашей трактовке, - продолжая разговаривать по-русски, сообщил он репортерам. - Потому что если закон у нас сегодня соблюдается, тогда надо исходить из этого. Тогда ему надо мечтать о другом, а не о выборах. А если мы начинаем это прикручивать к решениям, которые приняты где-то, и потом ссылать на эту норму - то можно многое обсуждать и договориться до не пойми чего.

Текст, сами видите, нелегкий. Непонятно, что кому позволяет закон. Не вполне ясно, чего такое оратор не готов трактовать в трактовке. Еще одна загадка: о чем другом следует мечтать Навальному. И кто, наконец, дерзок настолько, что прикручивает таинственное "это" к "решениям, которые приняты где-то" и потом, наглец эдакий, ссылает прикрученное к норме? Короче, явно историческая речь Володина вся соткана из парадоксов, но деваться нам некуда. Мы просто обязаны постичь сказанное.

Дело ведь не в Навальном, к которому можно относиться как угодно - и многие именно так и относятся, испытывая по отношению к этому лидеру весьма противоречивые чувства. Дело в том, что впервые за долгие годы в том процессе, который у нас по старинке величают выборами, имеет шанс поучаствовать довольно неожиданный кандидат. Молодой, красивый, непредсказуемый - по крайней мере на фоне тех осточертевших народных вождей, которые баллотировались еще в прошлом тысячелетии и все никак не уймутся. А также на фоне Путина.

Навальный - это выдуманный от безысходности или реальный шанс на перемену участи для миллионов российских граждан. Причем если даже и выдуманный, то с целями вполне прагматическими. Мы же практически ничем не рискуем, болея за него и готовясь проголосовать, ежели вдруг обнаружим фамилию Алексея Анатольевича в избирательном бюллетене. Он рискует, а мы только поддерживаем и не будем сильно потрясены, если там, где раздают пригласительные билеты на выборы, Навального завернут, а Путина, вообразите себе, опять допустят и торжественно выберут президентом. Имеется пустыня, километры слепящего песка сзади и справа-слева, впереди маячит мираж, и почему бы туда не направиться, понукая верблюдов, баранов, колеблющихся блогеров... то есть весь караван? Терять нечего, кроме цепей, плавящихся на солнце.

Потому так интригуют все эти новости, связанные с Навальным. Все эти голоса, раздающиеся из кремлевских башен, которые как бы конфликтуют между собой, когда обсуждают грядущую судьбу неожиданного кандидата. В той башне, где обитает добро, вроде положительно отнеслись к планам несогласного, надеясь таким образом "узаконить" результаты выборов. Однако в той башне, где угнездилось зло, такой сценарий признан "вредным". Мол, претендент "создаст шум и выплеснет много негатива", что, кстати, правда. Впрочем, процитированные выше сливы сплошь анонимны, так что неизвестно даже, противоборствуют ли они на самом деле - силы добра и зла в Кремле.

Володин, если не считать Пескова, который сказал, что его шеф "никак" не относится к выдвижению Навального, - первый живой начальник, развернуто ответивший на предвыборный вопрос. Он прямо пришел и говорит. Но вот что говорит - понять без "Боярышника" затруднительно. Тем не менее попробуем, ориентируясь, вследствие дефицита осмысленных фраз, скорее на тон выступающего.

Тон, как легко расслышать, раздраженный, и это означает, что в Кремле уже сейчас, за год и три месяца до выборов, устали дискутировать о Навальном. "Тема, которой нет", - говорит спикер, и это, наверное, означает, что он сам не знает, как собирается поступать Путин: узаконивать выборы или, пугаясь шума, единоборствовать с осточертевшими. Вместе с тем председатель Госдумы смутно догадывается о том, что после вердиктов ЕСПЧ и президиума ВС РФ Алексей Анатольевич пока имеет право конкурировать с Владимиром Владимировичем, отсюда и путаница с трактовками в голове Володина. Отсюда и неприязнь к решениям, принятым где-то. В Страсбурге.

Зато он твердо почему-то знает, что Навальному "надо мечтать о другом, а не о выборах", и эти слова как ни расшифровывай, все получается решетка. То ли Володин предупреждает Навального о том, что его посадят, если не остановится, то ли угрожает тюрьмой, то ли сигналит: беги. Короче, оратор борется с русским языком, изнемогая в этой неравной борьбе, но одну весьма серьезную мысль до нас и до адресата доносит. Вот эту: в кремлевских дискуссиях о Навальном преобладает злость и, быть может, меняется повестка дня. Условным силам добра предлагается иная дилемма: посадим или снова отправим на условный срок.

Это скверная новость, хотя не исключено, что основана она на блефе. Понятно, какие в России суды, но все же в рамках "пересмотра дела", за которым следит весь мир, реально посадить несогласного, да еще заявившего о своих президентских амбициях, - это даже для путинского правосудия событие будет уникальное. В общем, не исключено, что Володин не проговорился, но оговорился, беспрерывно путаясь в словах. При том что в иных случаях он умеет, если захочет, выдавать чеканные формулировки типа "Без Путина нет России". Впрочем, про Путина говорить легко, а про Навального - мучительно трудно, вот спикера и колбасит, и он договаривается до не пойми чего.

И все же тема настолько значительна, что приходится его слушать и переводить с володинского языка на общеупотребительный. Есть, понимаете ли, речи - значенье темно иль ничтожно, но им без волненья внимать невозможно, и здесь как раз тот самый казус. Слова ничтожные, цицерон никудышный, а волнует по-настоящему. Такова сила слова, сказанного к месту и ко времени и с большим чувством, за что Володина стоило бы поблагодарить, но мы народ неблагодарный и поэтому просто запомним эти слова.

Небо. Самолет. Божена
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.257740.html
28.12.2016

Конспирология - это не совсем то, что вы думаете. Это не просто слепая вера в заговоры и происки темных, а то и светлых сил, характерная для людей, скорбных главою. Конспирология - это тоска по мировой гармонии.

Подобно великим нашим поэтам, которые тосковали по мировой культуре, обычные люди, вроде автора этих строк, стремятся уразуметь вселенский хаос.

Людям не хочется жить в мире необъяснимых явлений и происшествий. Людям хочется жить в мире, где всякое явление и происшествие объяснимо. Тем более в России, где буйные чудеса случаются на каждом шагу и от явлений и происшествий, непостижных уму, порой не укроешься и под шапочкой из фольги.

Вот темой обсуждения в связи с этой трагедией четвертый день подряд остается комментарий Божены Рынски, светской обозревательницы. Выступил Песков, представитель президента, употребивший в своей речи словосочетание "уродливое сумасшествие". Выступила Захарова, представитель МИД РФ, употребившая в своем микроблоге слово "скотобаза". Выступили практически все центральные СМИ, проклявшие Божену. Активистка Катасонова и депутат Поклонская отправили заявление в СК РФ с призывом обозревательницу покарать. Генпрокуратура уже проверяет ее "публикацию". Стопятьсотмиллиардов россиян подписали петицию, требуя лишить Божену Рынску гражданства и выслать из страны.

Важнее этого сюжета нет ничего. Стертый пост в фейсбуке затмил все прочие новости, относящиеся к авиакатастрофе. Складывается впечатление, что работой следствия интересуется гораздо меньшее количество соотечественников. Считанные единицы пытаются ответить на вопрос о том, что мы забыли в Сирии. Ясно, что все это неспроста, и сердце томится от предчувствий, и пытливый ум, взыскующий гармонии, ищет и находит интригу.

Чудится заговор. Мстится, как все они, особы, приближенные к Путину и Лаврову, силовики, депутаты и труженики гостелеканалов после очередного несчастья, вызванного войной, учиняют мозговой штурм с целью придумать что-нибудь отвлекающее народ от тяжелых мыслей о Башаре Асаде. Как вспоминают про Божену, звонят ей и очень просят, прямо умоляют срочно сочинить что-нибудь непотребное, дабы переключить внимание публики. Чтобы публика забыла и о войне, и о жертвах, и о начальстве, а думала исключительно про блогершу. Переплавляя абстрактную ненависть неизвестно к кому, скверно подготовившему Ту-154 к полету или устроившему очередной теракт, в ненависть чисто конкретную. И добрая Божена откликается на мольбу руководства и спасает.

Так таинственный мир, данный нам в ощущениях, обретает управляемость и в нелепых с виду событиях внезапно проклевывается смысл. Обнаруживается некий Центр, откуда приходят не только слезные заклинания, но и приказы. Несогласный, напиши, что ты равнодушен к участи погибших! Лидер татарского "Яблока", ляпни что-нибудь про Кобзона! Украинцы, разразитесь постами о том, как вы радуетесь смерти ватников! А мы вам всем соборно пожелаем гореть в аду и еще теснее сплотимся вокруг того, без которого нет России и мы бы вряд ли когда-нибудь завоевывали Сирию.

Короче, соблазнительно верить, что все устроено и подстроено мудрецами, которые не нам чета, и как не поддаться соблазну?

Но увы, конспирология - она и есть конспирология, а тоску по мировой гармонии утолить невозможно. Ибо жизнь наша от рождения до смерти погружена в хаос и нам не дано предугадать, что завтра случится, да и никому не дано, включая даже Путина. И как отзовутся те или иные слова, сказанные в лицо либо выложенные в социальных сетях. Впрочем, задним числом нередко можно постичь происходящее, что на поверку оказывается делом простым.

Просто Божена Рынска, которую тоже почему-то жалко, одним ненастным утром садится за компьютер и пишет то, что пишет. А люди, приставленные у нас к интернету, скоренько читают написанное и быстро смекают, как это использовать в пропагандистских целях. Ну и начинается травля, разворачивается целая кампания, особую остроту которой придает то обстоятельство, что катастрофические новости, так или иначе связанные с Сирией, теперь идут сплошным потоком и похоже на то, что им не будет конца.

Надо откликаться, но сказать нечего. Оттого, как за соломинку, власть с присущими ей представителями и неравнодушными гражданами судорожно хватается за Божену. Хватается и набрасывается. Она делает первый ход, неожиданный для всех, в том числе, вероятно, и для нее самой. Власть работает на подхвате. В итоге получается примитивная двухходовочка. Туповатая, некрасивая, понятная и простаку. Искусства в ней ни на грош, и хитроумия тоже, и решать ее, и растолковывать неловко. Странно лишь, что люди ведутся на эту игру, но тут за разъяснениями следует обращаться не к конспирологам, а к другим специалистам.

К тем, кто замеряет в обществе уровень фрустрации, уровень лицемерия, уровень бесчеловечности. Кто мог бы разъяснить соотечественникам устройство их русского мира, хотя не факт, что замороченные граждане поверят экспертам, которые ведь наверняка сплошь иностранные агенты. Что же касается устройства мира как такового, то им правят глупость, ум, доброта, злоба, отчаяние, боль и тоска по мировой гармонии. Больше, пожалуй, никто не правит.

Сбитие и сознание
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.246234.html
25.11.2015

Мощный мозговой штурм в газете, куда я зашел по своим делам вечером 5 октября 1993 года, имел такую цель: придумать заголовок на первую полосу. "Довыступались. Допрыгались", - предлагал варианты зам главного редактора. Глагол, схожий по смыслу и более чем уместный по обстоятельствам, вертелся на языке, и трудно было удержаться. "Ну, я то же самое имел в виду, - раздраженно откликнулся коллега, - но нельзя же такое на обложку". Впрочем, скоро сошлись на том, что можно и даже нужно, хотя остановились все-таки на первом, цензурном слове. Правильно решив, что читатель не дурак и синонимы знает.

Все эти слова нынче приходят на ум в ситуации, которая куда серьезней по сравнению с той, что обернулась малой гражданской войной в центре Москвы. Турки сбили российский военный самолет, Путин рассказал иорданскому королю про "пособников терроризма" и про "удар в спину", причислив Анкару к спонсорам ИГИЛ, НАТО провело в Брюсселе экстренное заседание - и мир еще на шаг приблизился к большой войне. Причем этот шаг был таким размашистым, что уже и непонятно, удастся ли притормозить. Положение представляется по-настоящему опасным.

Если искать исторические параллели, то сегодня отчасти повторяется сюжет Крымской войны 1853-1856 годов, когда, стремясь унасекомить Турцию, император Николай сплотил против себя едва ли не все западные государства. Однако имеется и существенное отличие. В позапрошлом веке ядерное оружие не применялось, поскольку еще не было изобретено.

Возникает и другая аналогия, поближе к нынешним временам: Карибский кризис. В нем тоже участвовала Турция, на последнем этапе, когда в обмен на демонтаж советских ракет на Кубе американцы согласились вывести свои, размещенные под Измиром. Но и этот случай не вполне соответствует текущему положению дел. Тогда, в октябре 1962 года, высокие конфликтующие стороны еще были не в состоянии уничтожить всю планету. Зато теперь, благодаря техническому прогрессу и невероятным успехам в области ракетостроения, задачка эта решается легко. Плевая, прямо скажем, задачка.

Правда, для советского национального лидера тот кризис завершился печально. Два года спустя Хрущева сняли, обвинив в волюнтаризме, и среди официально не упоминаемых, но понятных причин отставки был и Карибский кризис. Соратников вождя просто напугала его способность ставить мир на уши, и место дорогого Никиты Сергеевича занял более миролюбивый и предсказуемый товарищ. О чем сегодня нам остается только мечтать.

Дело в том, что полноценный этот кризис, спровоцированный захватом Крыма, войной в Донбассе и в Сирии, - событие рукотворное. И в сущности неизбежное. Оттого и беды нарастают как снежный ком.

Восток Украины Путин решил оккупировать, чтобы на Западе забыли про Крым. В Сирию полез, надеясь, что союзники по "антигитлеровской коалиции" не станут слишком настойчиво проверять исполнение минских соглашений. Про ядерное оружие заговорил, стремясь устрашить потенциального союзника и врага. Полеты российских бомбардировщиков над территориями или рядом с границами Англии, Ирландии, Швеции, Дании, Латвии, Японии, Турции стали явлением рутинным. Но если "старая Европа" и Токио реагировали хладнокровно, поднимая в небо свои истребители и выпроваживая гостей, то Анкара уже не раз предупреждала, что будет самолеты сбивать.

В октябре турки уничтожили на границе с Сирией российский беспилотник, и нашим хватило ума замять этот инцидент. Гибель Су-24, а потом и вертолета Ми-8 проигнорировать невозможно, и Путин говорит про союз Турции с террористами и про "НАТО на службе ИГИЛ". А террористов, как известно, "мы будем искать везде... найдем в любой точке планеты" и замочим.

Значит, такие теперь расклады. Турция - член НАТО, альянс поддерживает Эрдогана, мишень огромная, не промахнешься. Крымская война обретает небывалую масштабность. И хотя Песков поспешил заявить не только о "неизбежности последствий" для Турции, но и о том, что Путин не говорил о войне и вроде не собирается, это мало утешает. Ибо доверие в отношениях между Россией и Западом на нуле и репутация у президента, года полтора назад утратившего связь с реальностью, соответствующая. Образ текущей геополитики - палец на кнопке и тоска в глазах.

Конечно, это пока только образ. "В любом случае наши летчики и наш самолет никак не угрожали Турецкой Республике", - внезапно обронил Путин, обращаясь к иорданскому королю, что можно было счесть намеком на признание вины. Все-таки вторглись в чужое пространство. Все-таки он понимает, что довыступался, допрыгался, долетался, до... Путин убежден, что имеет право нарушать любые границы и законы, поскольку его все боятся, но вот с турками вышел облом, и это для него очень плохая новость. Только для него или для нас всех? Быть может, только для него, и тогда, как-то эту новость осознавая, он наконец испугается, что станет происшествием чрезвычайным и спасительным для человечества.

Оптимистический прогноз состоит в том, что чреватая апокалиптическими последствиями трагедия на границе Сирии с Турцией может послужить ему хорошей встряской. Он как-то, что ли, очнется, остановится, оглянется. Он восстановит утраченную связь. Однако не исключено, что связь утеряна безвозвратно и он продолжит свою деятельность в той противоречивой манере, которая составляет его политический стиль. В режиме крутого мачо, всегда отвечающего ударом на ударом, и в режиме крысы, загнанной в угол.

Повторение - мать мочения
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.245988.html
18.11.2015

Почему в вашем творчестве так много римейков? Популярный певец, если помните, отвечал на этот вопрос грубо, но и уклончиво, возбуждая в народе протестные настроения. В отличие от Киркорова, Владимир Владимирович вилять бы наверное не стал. Просто он всегда прав, отсюда и повторы.

"Российские самолеты, - сообщил он на пресс-конференции в Астане 24 сентября 1999 года, - наносят удары исключительно по базам террористов. Мы будем преследовать террористов везде...", и далее официальный преемник Ельцина, как все знают, заговорил про сортир. Поздним вечером 16 ноября 2015 года, заслушав доклад главы ФСБ Бортникова, Путин воспроизвел свою историческую речь. "Мы будем искать их везде, - сказал президент РФ, имея в виду опять-таки террористов, - где бы они ни прятались. Мы их найдем в любой точке планеты и покараем". Правда, упоминать сортир он на сей раз не стал, но это явно подразумевалось. Вообще хороший римейк тем и ценен, что слушатель с ходу распознает цитату и самостоятельно договаривает опущенные слова.

Сентябрь 1999-го - это тот самый месяц, когда в Москве взрывались дома, а 24 сентября - тот самый день, когда глава ФСБ Патрушев известил мир о том, что в Рязани проводились "учения". 31 октября года нынешнего над Синаем взорвался российский пассажирский самолет. Позавчера, выслушав Бортникова, Владимир Владимирович узнал, что аэробус "однозначно" уничтожили террористы. Через две недели после падения самолета и через три дня после террористической атаки в Париже, и здесь тоже чудится какой-то повтор, но цитировать некого и в тему углубляться не будем.

Ясно другое. Очевидна нерасторжимая связь между парижской трагедией и установлением причины падения российского лайнера. А если бы исламисты не атаковали столицу Франции, то следствие могло бы еще надолго затянуться. Вопреки всем версиям и подсказкам западных спецслужб и докладам того же Бортникова, который еще 6 ноября убедил Путина в том, что полеты в Египет следует приостановить. Население пришлось бы еще не один месяц отвлекать от мысли о том, что российские туристы, отдыхавшие в Шарм-эш-Шейхе, отдали свои жизни за Башара Асада.

Теперь ситуация изменилась, и в том же позавчерашнем ночном выступлении Владимир Владимирович без видимого усилия произнес немыслимую прежде фразу: на Россию "не в первый раз" напали "без всяких видимых причин, внешних или внутренних". Ну вот как на Францию, которая никакого Асада не поддерживала, а тем не менее стала жертвой террористической атаки. Теперь он мог бесстрастно, холодно, выдерживая тяжелые паузы, клеймить отморозков, которые убивают просто так, и французы для них неотличимы от русских, и все конфликты России с Западом им непонятны, поскольку Путин такой же враг, как Олланд или Обама. Послание президента РФ, адресованное лидерам западного мира, а также соотечественникам, считывалось легко: пора объединяться и сплачиваться перед лицом смертельной угрозы. И если безгласных россиян особо убеждать в этом не приходится, осталось разве что попросить их пока смириться с существованием американцев и европейцев, то о реакции Запада он, вероятно, размышляет ныне с естественной тревогой.

С одной стороны, программа-минимум выполнена: мир погружен в войну с ИГ, на фоне которой проблемы принадлежности Крыма и Донбасса становятся второстепенными. Можно снова вводить в политический оборот словосочетания типа "антигитлеровская коалиция", а также заманчивые географические названия - "Ялта" и "Потсдам". Вообще никто лучше собирательного гитлера не помогает сколачивать одноименные коалиции, и в этом смысле террористы в Париже очень помогли Путину.

Вдобавок на саммите "двадцатки" ему опять удалось пообщаться с Обамой, причем гораздо успешней, чем в прошлый раз. Дошло до того, что президент РФ, обсудив с американским партнером и главой МВФ одну из самых тупиковых проблем, связанную с реструктуризацией украинского долга России, великодушно согласился, под гарантии США или ЕС, увеличить срок выплат до трех лет. Складывалось впечатление, что мы наблюдаем римейк 11 сентября, когда Путин очень вовремя поддержал Америку и там перестали назойливо интересоваться ходом чеченской войны.

С другой стороны, отклики из Вашингтона, Лондона, Парижа и Берлина касательно отношений с Россией в целом сдержанные, и это означает, что задача-максимум Путиным не решена. То есть он едва ли может надеяться на отмену секторальных санкций и на то, что ближайший саммит мировых лидеров снова назовут встречей "восьмерки" и президент РФ займет подобающее ему место за общим столом. Теоретически это могло бы произойти в том случае, если бы наш голубь с железными крыльями, ударившись оземь, сбросил с себя железо и заговорил как человек. Мол, для чего мне Крым и Донбасс, когда такие дела творятся? Все возвращаю с извинениями, и Савченко, и Сенцова в придачу, был не прав, вспылил, прошу вернуть членский билет в G8 и давайте вместе давить гадов, как некогда вместе сражались с нацистами. Хочу повторить!

Однако чудес не бывает, оттого самым убедительным представляется такой прогноз. Если Путин и впрямь готов содействовать Западу в борьбе с исламистами, то эта помощь будет принята. Хотя и без особой благодарности. Хорошая новость для нашего гаранта здесь заключается в том, что с ним будут гораздо чаще встречаться и беседовать о том о сем. Имеется и плохая: более не изменится ничего. Абсурдная с виду, но вполне понятная ситуация, когда мы вместе воюем в Сирии, но санкции действуют и дискутировать в сущности не о чем, сохранится на долгие годы. Потому что совместная бомбежка - дело нехитрое, можно договориться, а вот находить общий язык по иным, более деликатным вопросам, куда трудней.

Скорее, если забыть про войну и вспомнить про разрядку, это будет римейк брежневской эпохи. Когда солидарно с Никсоном боролись за мир во всем мире, оставаясь непримиримыми в вопросах идеологии. Принято считать, будто после падения коммунизма идеологические разборки России с Западом закончились, но с приходом Путина начались геополитические недоразумения, отсюда и споры. Это не так. Идеология "духовных скреп", близкая по духу мировоззрению запрещенных в РФ бандформирований, прямо враждебна цивилизации, оттого и конфликтуем, а угроза столкновения сегодня даже сильней, чем в самые глухие андроповские времена. Во всяком случае по степени драматизма дискуссии эти порой напоминают спор Киркорова с "розовой кофточкой".

Впрочем, общая беда действительно способна объединить кого угодно с кем угодно, и если Путин сосредоточится на "Исламском государстве", с которым до сих пор воевал не слишком охотно, то ситуация в мире хоть немного, но изменится к лучшему. Да и сам он, как знать, слегка изменится, поскольку впервые за все годы своего президентства будет втянут в борьбу с беспримесным реальным злом. В зеркале этой небывалой войны он увидит лицо настоящего врага России и вряд ли устыдится, но, быть может, призадумается. О себе и о своей роли в истории человечества. И если вдруг усомнится в том, что всегда прав, то событие это станет неповторимым и беспримерным - никаких римейков!

Гексогенетическая травма
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.245009.html
14.10.2015

Сами заложили то ли сахар, то ли гексоген. Но не для того, чтобы взорвать дом, и не для проверки бдительности, а в целях демонстративных, ради оповещения граждан о том, что спецслужбы все-таки умеют работать, хотя и прозевали теракты в Буйнакске, Волгодонске, Москве. Сами заложили, сами и намеревались изъять, спасая жителей. Однако граждане оказались бдительней и проворней, чем предполагали в ФСБ, вмешалась милиция, и пришлось выкручиваться, объясняя случившееся первыми попавшимися словами.

Такой была одна из версий в оправдание власти после дикой рязанской истории. Помнится, отстаивал ее известный литературный критик, позже подавшийся в политические публицисты самого свирепого патриотического толка. Версия особо не обсуждалась и не казалась убедительной, но хоть как-то примиряла с действительностью. С мыслью о том, что "ФСБ взрывает Россию", жить было почти невыносимо. Догадка, что в "конторе" могут работать такие же идиоты, что и в любом другом постсоветском учреждении, отгоняя страхи, внушала надежду. Впрочем, неизвестно на что.

История с чеченцами, которые собирались перенести российскую войну в Сирии на московскую землю, живо пробуждает в памяти сюжет из прошлого тысячелетия. Только теперь вместо сахара с часовым механизмом в подвале - граждане со взрывчаткой в квартире в Стрельбищенском переулке, активно сотрудничающие со следствием. Наблюдательного жильца сменила соседка, которая обнаружила на лестничной клетке подозрительных мужчин в черном, услышала слово "детонатор" и вызвала полицию, которая на месте выяснила, что это не террористы, а группа захвата ФСБ. Владельцем нехорошей квартиры оказался сотрудник Минобороны, а жена его дала там "пожить" знакомым мужа, кавказцам, одного из которых, по имени Саид, считала полковником ГРУ. Приравнивая его к Патрушеву, умная хозяйка даже высказывает предположение, что "Саид мог сам спланировать" подготовку преступления, "чтобы потом это все раскрыть и получить повышение по службе".

Короче, все сходится, понять бы еще, куда и как.

В полном соответствии с замыслом или случайно, но в 1999 году взрывы домов, увенчавшиеся "рязанскими учениями", обернулись чудовищной акцией устрашения. Чему способствовали два обстоятельства: после Рязани дома больше не взрывались, а указанный Патрушев, организатор этих немыслимых учений, в тюрьму не сел, но продолжал как ни в чем не бывало руководить главной спецслужбой страны. Складывалось впечатление, что именно тогда, осенью 1999 года, российские избиратели в массе своей уяснили себе, что ненавидеть следует чеченцев, а голосовать надо за Путина, иначе будет совсем плохо. Вне зависимости от того, кто взрывает Россию и какое именно вещество закладывалось в подвал: гексоген или сахар. Так они и поступили, и в России начались новые времена. Эпоха счастливых нулевых.

Сегодня общество совсем другое, изнемогающее от преданности национальному лидеру и поддерживающее все его войны. Устрашать вроде некого, люди и так счастливы, если верить телевизору. Люди довольны, если верить опросам, и даже те, кто вчера полагал, что начальству незачем ввязываться в сирийскую авантюру, ныне празднуют каждодневные победы российского оружия. Люди и так напуганы.

Спрашивается - зачем их еще кошмарить и сообщать о том, что запрещенный в РФ ИГИЛ, пренебрегая запретом, уже заселяется без регистрации в центре Москвы? В конце концов граждане могут, глубоко погрузившись в тему и в депрессию, задаться вопросом: а он точно всем нам очень нужен, этот Башар Асад с его ближневосточными врагами? Для полного счастья только их не хватало, да, Владимир Владимирович?

Понятно, что речь идет о курсе на новую мобилизацию, но это задачка со многими неизвестными. Неизвестно, готовы ли спецслужбы противостоять настоящим террористам. Неясно, какую игру затевают в Кремле, где в последние годы заняты коллекционированием врагов, и вот к бандеровцам, Европе, Америке, Саудовской Аравии теперь присоединяют "Исламское государство". Ну и совсем уж страшно думать о том, что возможные жертвы терактов станут разменной монетой в непрекращающемся диалоге Путина с цивилизацией. Смотрите, мол, какая у нас беда, снимайте санкции, отменяйте санкционные списки, возвращайте Россию в "восьмерку". А также с населением: не отвлекайтесь на кризис, радуйтесь тому, что живы.

Хотя не исключено, что планов никаких нет, а есть чисто тактические соображения. Например, приглушить в сводке новостей сообщения из Голландии, где обнародован доклад об уничтожении самолета в Донбассе. Пусть россияне думают про ИГИЛ, а не про "Боинг". При этом готовность реально защищать граждан от террористов на низком уровне, потому используется схема, предложенная покойным ныне литератором в оправдание ФСБ в 1999 году. Только в обратном порядке. Теракт провоцируется и предотвращается, и если, не дай бог, случится настоящий, то спецслужбы укажут и высшему начальству, и соотечественникам, что зарплату получают не зря. Вот в Стрельбищенском хорошо сработали, а за всеми отморозками не угонишься.

В пользу этой версии вроде бы свидетельствует странное вчерашнее происшествие в Лефортовском суде, где обвиняемый Аслан Байсултанов, ранее считавшийся убитым в Чечне, попытался рассказать о том, что его вынудили "приехать в Москву с данным веществом", но был резко оборван судьей. И тут возникала догадка, что потому его и воскресили из мертвых, чтобы устроить образцово-показательный контртеррористический процесс. Впрочем, суд еще только будет, и в ходе его мы, возможно, узнаем много нового и неожиданного.

Припечатать зло
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.245679.html
09.11.2015

Эштон Картер, глава Пентагона, назвал российскую власть "вредителем" на международной арене, и это заявление поражает русскоязычного читателя в самое сердце. Многое тут приходит на ум, обжигая душу. Ворочается в памяти, терзает и томит.

Чему нас учил тов. Сталин? Тов. Сталин нас учил, что "вредители есть и будут, пока есть... классы, пока имеется капиталистическое окружение". И вот вам пожалуйста, прямо оттуда, из капиталистического окружения, из Калифорнии, из библиотеки Рональда Рейгана, где выступал министр обороны, доносятся эти немыслимые слова - про Россию, которая занимается вредительством. И далее шеф Пентагона зачитывает обвинительное заключение, словно дело шьет. Получается, что в Украине и в Грузии Путин посягает на суверенитет, страны Балтии "активно запугивает", в Сирии "подливает бензин в огонь". А наибольшую тревогу у Картера вызывает тот факт, что "Москва бряцает ядерным оружием".

Как понимать эти сталинистские по стилю и прокурорские по духу речи главы Пентагона?

Можно предположить, что у него работа такая: отчитывать потенциального противника. Можно вспомнить, что в октябре Картер уже говорил про "вредное и дестабилизирующее влияние", которое РФ оказывает на мир. Да и не он один. Сам Обама не раз вносил Россию в список главных потенциальных угроз Америке, а в Белом Доме обнародовали возможные "варианты военного удара" в случае прямого столкновения с Москвой. В общем, ничего нового шеф Пентагона вроде не сообщил, если не учитывать момента, когда были сказаны эти неожиданные слова про "вредительство". А сказаны они были вчера, после того как теракт как причина крушения российского пассажирского самолета в Египте стал версией практически неоспоримой.

Думаю, что в Кремле об этом знали с первого часа. Долгое же молчание Путина на фоне бредовых комментариев разнообразных косачевых и пушковых объяснялось тем, что президент, давно утративший интерес к внутренней политике, напряженно размышлял о том, как использовать трагедию в политике внешней. Он в эти дни многократно созванивался с мировыми лидерами, и весьма сдержанные и краткие его речи не содержали никаких привычных выпадов по адресу "партнеров". Он надеялся, что после теракта отношения с ними хоть немного изменятся к лучшему.

Ситуация складывалась такая. Желая принудить Обаму к диалогу на равных, Владимир Владимирович ввязался в ближневосточный конфликт, и это обернулось массовой гибелью российских граждан. Осознав случившееся, он счел, что соболезнующие ему западные лидеры смягчатся сердцем и, как бы сказать, оценят по достоинству его вклад в дело борьбы с международным терроризмом. Однако он не дождался письменных соболезнований от них, адресованных ему лично, как положено по протоколу. Изгой остался изгоем.

Теперь, устами Эштона Картера, ему отвечают подробно. И с той просчитанной резкостью, которая означает, что ни о каком примирении речи быть не может. Ибо никто не просил его защищать Асада. Никто не просил его бомбить воюющих против ИГИЛ повстанцев. Никто не просил его вообще лезть в Сирию - только отговаривали, хотя и понимали, что бесполезно. Ну и о прежних "вредительских" акциях никто не забыл и забывать не собирается, и полный перечень этих акций приводится в заявлении министра обороны США.

Он еще добавляет, что Америка "не стремится ни к холодной, ни тем более к горячей войне с Россией". Однако холодная война, вопреки всем этим дежурным фразам, уже началась, года полтора назад как минимум, и дальнейшие высказывания Картера эту мысль подтверждают. Он говорит о модернизации ядерного арсенала, о новом стратегическом бомбардировщике, о лазерном оружии и еще чем-то таком, сверхсекретном, о чем вслух распространяться не хочет. Короче, он произносит речь, типичную для эпохи холодной войны, и место, выбранное для нее, мемориальная библиотека Рональда Рейгана, свидетельствует о том со всей определенностью.

Собственно, времена, ныне переживаемые нами, очень напоминают рейгановские - с той, однако, разницей, что интеллектуал Обама гораздо осторожней простодушного на вид президента-ковбоя. Впрочем, риторика американских политиков и военачальников понемногу меняется в ту сторону, где словосочетания типа "империя зла" звучали бы вполне органично. Уже и санкции введены, как при Рейгане в ответ на Афганистан и военное положение в Польше, и неведомое чудо-оружие представляется некоторым аналогом "звездных войн", хотя тоже может оказаться блефом, и тональность в дискуссиях о войне и мире ужесточается с каждым месяцем. Осталось лишь дождаться, когда бесперспективность и смертельную опасность (прежде всего для нас самих) нынешней российской политики осознают деятели второго ряда в Кремле. Однако ждать, судя по всему, придется гораздо дольше, нежели в предперестроечные годы.

Тем не менее многое повторяется, на уровне слов и дел, и если формулировать кратко, то политика США в отношении РФ сводится, как и в начале 80-х, к сентенции "никаких иллюзий". С Путиным все ясно. С его системой все ясно. Экспансионистские его планы ясны, и необходимо им противостоять. Ясно также, что он понимает только язык силы и на этом языке с ним и надо разговаривать. Конечно, едва ли тов. Картер с карандашом в руке изучал труды тов. Сталина, но в полемике с тов. Путиным он, интуитивно, что ли, нашел самые правильные слова. Бессердечные, жесткие, устрашающего типа. Подействует ли - бог весть, но характер путинской политики, вредительской по форме и содержанию, отражен в них очень точно.

Наш немой
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.245507.html
02.11.2015

На сайте "Эха Москвы" проходит довольно необычный опрос. Читателям предложено высказаться о президенте в связи с его, как бы сказать, хладнокровной реакцией на гибель российского пассажирского самолета. В самом деле, "соболезнование" в жанре пресс-релиза, указ "Об объявлении траура в связи с авиационной катастрофой, происшедшей в Арабской Республике Египет", поручение Медведеву "сформировать госкомиссию" - это, согласитесь, отклик довольно сдержанный, если иметь в виду масштабы беды. Вот коллеги и спрашивают у своей аудитории: "Ожидали ли вы большего участия Владимира Путина в связи с трагедией?"

Сформулировано нечетко, но все же понятно. Имеется в виду чисто человеческое участие. Ну как на Западе, когда какая-нибудь громкая трагедия заставляет президентов и премьеров буквально в тот же день и час выступать с подобающими словами.

Корреспондент радиостанции Алексей Нарышкин в своем блоге эту тему развивает. В том духе развивает, что ему сегодня "как никогда" хочется видеть этого человека - президента Путина. "Выйди и объяви (соври): граждане, не бойтесь. Все под контролем!" - призывает гаранта корреспондент, но тот пока не внемлет. Не выходит, не объявляет, даже не врет. Отмалчивается.

Между тем удивляться нечему, вопрошать и взывать незачем. Ибо умение молчать в такие минуты, когда молчать нельзя, - это характернейшая черта Владимира Владимировича. Его особый талант. Фирменный стиль.

Можно вспомнить хотя бы "Курск" и президентский отпуск в Сочи, неохотно прерванный через пять дней после гибели подлодки. Можно вспомнить Беслан и матерей Беслана, с которыми Путин встретился через год после "случайного штурма". Можно вспомнить, что по поводу любой трагедии он, надолго задумавшись и глубоко осознав случившееся, умеет произнести какую-нибудь брутальную, легко запоминающуюся фразу или сообщить, что Россия выстояла, но физически не способен вымолвить простые человеческие слова. Однако чаще всего он просто безмолвствует, а выговаривается, как бы беря реванш, в ходе многочасовых "прямых линий" или там на Валдае. Когда о былых несчастьях можно упомянуть вскользь, а про будущие никто не спросит.

Заметно еще, что трагедии российской жизни вызывают у него чувства неожиданные: раздражение и злость. Словно кто-то намеренно пожелал его огорчить и унизить, и сумел добиться исполнения своих подлых желаний. Иначе как объяснить, что известие о смерти Анны Политковской заставило его говорить о том, что убийство нанесло "действующей власти" больший урон, чем ее публикации. Или как понять требование, обращенное к полицейскому начальству после расстрела Бориса Немцова: надо, мол, "избавить Россию от позора и трагедий наподобие той, которую мы совсем недавно пережили и видели". Вождь не хочет, чтобы страну позорили, а больше ему сказать практически нечего.

Нормальному человеку слышать такие речи дико. Убили журналистку-правозащитницу. Ну зачем в эти часы рассказывать гражданам о том, что ее статьи тебе вредили, но еще больше навредила ее смерть? Убили известного политика-оппозиционера, твоего личного противника, если не врага. Это позор, да, однако от позора Россия была бы наверняка избавлена, если бы его не травили так упорно в государственных СМИ. Путину обидно за державу, но обыкновенную людскую боль он испытать и разделить не в состоянии. Оттого, вероятно, и чужды ему простые человеческие порывы, и на вопрос Ларри Кинга о судьбе подлодки "Курск" он отвечает прямо и бессердечно: "Она утонула". Неприятный вопрос - колючий ответ. Он чувствует себя задетым, когда ему задают такие вопросы.

Правда, имеются еще подозрения, что кремлевское начальство прямо причастно к заказным политическим убийствам. Тогда вроде он только так и должен реагировать, едва скрывая злорадство. Если же эти подозрения ложны, то складывается впечатление, что Путину как минимум на всех погибших плевать. Он весьма чувствителен к проблемам геополитики, и когда рассыпается нерушимый Союз или соседи, не посоветовавшись, скидывают своего президента, он воспринимает это как личное оскорбление. Он порывист до истерики, если речь заходит о границах его политического влияния. Но он поразительно равнодушен, когда гибнут или попадают в плен его соотечественники. Должно быть, это и следует называть патриотизмом - в его самом беспощадном государственном смысле.

Оттого он, по-видимому, и молчит, почти не откликаясь на самую страшную трагедию за всю историю российской авиации: а что, с его точки зрения, тут скажешь? Кроме того, как профессиональный чекист он желает сперва выяснить, что случилось, почему самолет вдруг развалился в воздухе, а уж потом, если понадобится, обращаться к нации с подготовленной речью. И ежели это теракт, то понадобятся слова совершенно особые, мобилизующие на борьбу с врагами, и тут можно ожидать вообще чего угодно, то есть действий самых жестких, абсурдных и решительных. В ином случае понадобятся и слова иные, а может, и не понадобится никаких слов. В конце концов день траура прошел, а подлинная скорбь молчалива, не правда ли?

Кстати, участники опроса на "Эхе Москвы" в большинстве своем, как показывают цифры, и не ожидали от Владимира Владимировича какой-либо другой реакции. Он в целом оправдал тягостные их ожидания. Впрочем, аудитория на этом радио, как известно, специфическая, не оказывающая заметного влияния на самые главные опросы, по итогам которых выясняется, что девять из десяти россиян поддерживают Путина. Потому и поддерживают, что президент у них такой крутой, хладнокровный, сдержанный и слов попусту не роняет. За то и любят, что не болтун, и вообще ему виднее, когда и кому надо посочувствовать. И о том, что молчание - золото, верные избиратели Владимира Владимировича еще не раз узнают из кратких кремлевских пресс-релизов.

С наступающим
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.257792.html
30.12.2016

Странно об этом думать, но если бы самолет не упал, мы бы в эти новогодние дни видели другие картинки. Оттуда, из Сирии, а не отсюда, из Сочи. Хор имени Александрова исполнял бы "Священную войну". Доктор Лиза раздавала бы медикаменты и ухаживала за пациентами. Вялые по сравнению с нынешними дискуссии в социальных сетях, посвященные певцам, оркестрантам и врачам, сводились бы к тому, как воспринимать дружеский их визит. Это важная патриотическая акция или аморальная показуха? Однако "Священная война" - она и в Сирии "Священная война", великая песня, да и раненых надо выхаживать, о чем тут спорить. То есть спорить есть о чем, но все долетели, все здоровы, кроме погибших под бомбами и минометным огнем, и музыка играет так весело, бодро, и хочется жить!

Таков был замысел. Красивые кадры в записи, а то и прямое включение. Эффектное завершение года, типа закрытия Олимпиады в Сочи, вслед за которым начнется известно что, но пока у нас праздник.

Вместо этого - свечи и цветы на черноморском берегу. Каждодневные, ежечасные новости о работе водолазов. О поднятых телах, о фрагментах самолета, о фрагментах тел. Пресс-релизы от Минобороны, от Минтранспорта, от Минздрава. Версии, версии, версии и гадания о том, какая из них хуже и для кого.

Теракт? Техническая неисправность? Человеческий фактор? Сочетание двух последних? Или фактор "орнитологический", как выразился один чиновник? Ясное дело, эта версия могла бы более всего устроить начальство, в отличие от остальных, в особенности от террористической, которая то "отменяется", то опять обсуждается как одна из основных.

Странно об этом думать, но холодная гражданская война, как называют сетевые разборки наблюдатели и отдельные участники, вербально искалеченные в ходе побоищ, касалась бы каких-нибудь иных предметов. Поскольку ненависть клокочет сама собой, и любой Дорогомиловский суд г. Москвы, занятый проблемами происхождения жизни в иных галактиках и юридических последствий ее зарождения, способен вызвать бурю в Рунете. Если бы самолет не упал, мы бы не обсуждали посвященные авиакатастрофе посты Божены Рынски и Аркадия Бабченко или карикатуры, опубликованные во Франции.

Но самолет упал, и это бесконечно печальное событие обретает понятную символику. Трагедия подводит черту. Трагедия доступными средствами объясняет нам, что содеялось в минувшем году и чего ожидать в следующем. Трагедия палкой лупит по окнам. Трагедия повторяется вновь и вновь - для самых тупых и бессердечных, для российских властей, и для самых послушных и замороченных, для российских граждан, которые опять бьют рекорды лояльности своему начальству.

Трагедия пытается достучаться до них до всех. Власть имущих и власть поддерживающих. Голос ее уже доходит до громовых октав, и в растерянной, жалкой, беспомощной речи тостующего национального лидера, когда он за неимением иных доводов начинает рассказывать про цены на нефть (дескать, "цены хуже", а жизнь, вообразите себе, лучше), слышатся какие-то совсем уж немыслимые ноты. Впрочем, надежд на то, что россияне сумеют по достоинству оценить авторские комментарии вождя, мало, и это означает, что механизм заложничества по-прежнему действует безотказно. Семнадцатый год подряд.

Успешно функционирует и другая психологическая конструкция, основанная на внушенном комплексе одиночества во враждебном мире. Большинство граждан России, если верить опросам, долго еще будут не в состоянии постичь, что их государство натворило в соседней стране и далеко за ее пределами. А смутное чувство вины вытесняется чувством смертельной обиды, когда над их болью насмехаются те, кому они причинили боль, кого презирали и поносили. Так у жителей осажденной крепости крепнет и утверждается чувство глубочайшей правоты по отношению к безжалостному окружающему миру.

Агитпроп использует эти инциденты на полную катушку. Небратья на Украине злорадствуют, издеваясь над нашим горем? Стало быть, правильно мы их наказывали, отбирая Крым и убивая в Донбассе. Карикатуристы из Charlie Hebdo смеются над погибшим хором и жалеют, что в упавшем самолете не было Путина? Рамзан Кадыров с Конашенковым и Яровой найдут очень точные слова, которые страданием и гневом отзовутся в сердцах соотечественников. В этих сюжетах перепутаны начала и концы, но кого интересуют подробности... Да и, по совести говоря, французские сатирики в эти дни действительно помогли гражданам РФ утвердиться в мысли, что на Западе живут одни враги, умеющие только глумиться над русским горем. Ну да, таков жанр брутальной политической карикатуры, для которой нет ничего запретного и святого, и художникам надо соблюдать законы жанра, но сегодня эти ребята идеально поработали на Путина. Вольно или невольно.

Год кончается в муках, и призрачный хор его отпевает, и не удивляет уже почти ничего. Новые американские санкции? Высылка из США российских дипломатов числом 35 душ? Если учитывать характер отношений Вашингтона с Москвой, удивительно разве что то, что это случилось только теперь. Год кончается предсказуемо, можно сказать, на пике холодной войны, но лучше так не говорить, потому что легко ошибиться. Год кончается скверно, хуже некуда, но и тут как бы не промахнуться со своими экспертными оценками, заряжая читателей глупым оптимизмом. С наступающим!

Привлекают за тунеядца
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.258103.html
18.01.2017

Вопрос невозможный, вопрос безответный, вопрос бессмысленный: а что сказал бы Бродский насчет присоединения Крыма к России? Из тех вопросов, которые можно отнести к известного рода пушкиноведению. Дескать, "октябрь уж наступил" - это ведь предчувствие революции, правда же, товарищи, а совсем не про осень. Поэта не спросишь, и мы вольны понимать его в меру своей испорченности и политических пристрастий.

Впрочем, в эту диковатую игру уже однажды сыграл тот, кого Иосиф Александрович называл своим другом и учителем, - Евгений Рейн. Весной позапрошлого года друга спросили про аннексию - и учитель возгласил: "Он бы, безусловно, крайне приветствовал присоединение Крыма... "Крым должен быть русским", - он мне говорил". Увы, записей этих исторических бесед не сохранилось, репутация же у друга такова, что мог и приврать. А что дозволено забронзовевшему Рейну, то, наверное, дозволено и нам, простым смертным, почитателям Бродского, современникам российско-украинской войны, до которой великий поэт, к счастью, не дожил.

Погадаем на этой внезапно вскипевшей кофейной гуще.

Политссыльный Бродский презирал чекистов, и можно предположить, что приход к власти Путина, его способ правления, слова и дела вызывали бы у поэта чувство стойкого отвращения. Однако среди поклонников нынешнего российского президента мы повидали и до сих пор наблюдаем таких деятелей культуры, что лучше бы воздержаться от предсказаний. Тем более в сослагательном наклонении, которого история не терпит. Умеет Владимир Владимирович их очаровывать и вербовать, художников, даже самых вроде стойких и диссидентски настроенных в прежние времена, кто бы мог подумать... Он хорошо обучен в тех школах, где натаскивают на работу с людьми. Бог весть, как бы отнесся Бродский к Путину.

Житель двух империй, он воспринимал нашу войну в Афганистане как чудовищное преступление и даже славил тех, "кто, не поднимая взора, шли в абортарий в шестидесятых, спасая отечество от позора!" Позор новейшей братоубийственной бойни он вроде мог бы воспринять еще острей, если бы не одна биографическая подробность. Если бы не стихи, которые он обнародовал как-то, предварив странноватым замечанием: "Сейчас я прочту стихотворение, которое может вам сильно не понравиться, но тем не менее..." Имею в виду, разумеется, поэтический отклик Бродского "На независимость Украины".

От них никак не отмахнешься, от этих стихов, предельно жестких и оскорбительных по отношению к Незалежной. Так что и неудивительно, что российская национал-патриотическая общественность давно подняла их на щит вместе с разгневанным лирическим героем-шовинистом. Присосавшись к нему, эти ребята теперь находят оправдание своей Новороссии у бывшего космополита и русофоба Бродского.

Что ж, он дал им повод, и тут остается лишь гадать о причинах, побудивших поэта отметелить в рифму "орлов, казаков, гетманов, вертухаев". Отмечая все же при этом, что с Украиной Бродский прощался, да, и проклинал напоследок, но к убийствам не призывал. Ибо захватническую войну он, мальчик из блокадного Ленинграда, ненавидел всей душой, и я бы все-таки рискнул утверждать, что Иосиф Александрович ужаснулся бы происходящему ныне на Украине, где "Захарченко бьется с Семенченко", по слову другого поэта.

Говорил же он, Бродский, что жизнь не сводится к выбору между добром и злом, а выбирать обыкновенно приходится между злом большим и меньшим. Крым в составе России ценой многих тысяч жизней русскоязычных людей и миллиона беженцев - такой выбор вряд ли бы устроил поэта. Напротив, Крым в составе Украины, куда можно приехать без виз, где не сажают и не убивают крымских татар, - такое "зло" вполне могло бы показаться ему приемлемым.

А вот в чем совершенно нет ни малейших сомнений, так это в том, что поэт Иосиф Бродский заступился бы за поэта Александра Бывшева. Вчера утром к нему опять пришли с обыском. Опять ограбили, изъяв компьютер и все иные носители информации и записи. Опять подвергли допросу в рамках очередного дела. Теперь его привлекают "за Бродского", то есть за полемический ответ нобелевскому лауреату, исполненный примерно в той же манере, что и нашумевшая отповедь "хохлам", но русский поэт Бывшев обращается к соотечественникам.

Причем данный случай следует признать уникальным в биографии Бродского, равно прижизненной и посмертной. За хранение его стихов или за составление подпольных сборников советских граждан, бывало, карали. За хамскую критику в советских газетах только хвалили и награждали - как, например, обессмертившего свое имя стукача Лернера. Судили и ссылали самого "тунеядца" Иосифа, и здесь нельзя не вспомнить еще одного персонажа, без которого бродсковедения как науки не существует, - судью Савельеву. Но вот чтобы следователи искали и находили крамолу у поэта, вознамерившегося поспорить с Иосифом Александровичем относительно российско-украинских дел... Ничего подобного, вероятно, и памятливый Рейн не припомнит.

Тем не менее обыск прошел, вещи отобраны, дело шьется, по знаменитой статье 282 УК, и будь жив Бродский, он бы наверняка не остался равнодушным к этому событию. Он проявил бы солидарность с гонимым поэтом. Возмущаясь и негодуя. А также испытывая боль сердечную из-за того, что его стихотворение оказалось приплетенным к уголовному производству, пусть и не впрямую. Не исключено даже, что он еще и устыдился бы тех своих стихов, которые послужили источником вдохновения для бывшего учителя немецкого языка из поселка Кромы Орловской области. Может, и отрекся бы от них, как знать. Однако на сей счет гадать не будем.

Каторга, какая благодать!
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.258285.html
25.01.2017

Петр Олегович в недоумении. Только, говорит, люди с больным воображением и не знающие истории своей страны могут усмотреть в моих словах "признаки антисемитизма". Тогда как вице-спикер нижней палаты всего лишь предостерегал от повторения событий, случившихся сто лет назад, после которых были разгромлены тысячи храмов, а сотни тысяч людей были сосланы и расстреляны. Иными словами, он вовсе не юдофоб и не подонок, как поспешили заключить некоторые комментаторы. Просто, подобно великому предку, он испытал чувство возмущения и не мог смолчать. Предка отлучили от церкви, а потомка, того гляди, погонят из Думы. Хотя вряд ли, конечно.

Мы тоже в недоумении. Споры вокруг поглощения церковью Исаакиевского собора ведутся довольно острые, но при чем тут разгромленные храмы? Известно, что пару недель назад богобоязненный Полтавченко принял решение передать собор РПЦ, общественность выступила с протестами, дело может дойти и до суда, и вот слово взял вице-спикер. В несогласных потомок отлученного неожиданно разглядел внуков и правнуков тех, кто рушил наши храмы, выскочив там... из-за черты оседлости с наганом в семнадцатом году, и это, конечно, произвело сильное впечатление на многих слушателей. Что, мол, за правнуки такие, откуда выскочили, и не является ли вице-спикер отъявленным скотом - такие вопросы, что называется, повисли в воздухе и до сих пор висят.

Главное, непонятно, какую связь углядел оратор между, прямо скажем, евреями с присущими им наганами - и подписантами писем в защиту Исаакия, который ни разу церкви не принадлежал. Нужны конкретные имена. Вот, например, Петербургский союз ученых призвал начальство не бросаться из крайности в крайность, то скопом уничтожая храмы, а то без разбору раздаривая их РПЦ, и хочется уточнить: кто же там среди этих весьма образованных граждан запятнал себя родством со святотатцами? Среди прадедушек радиоведущих и депутатов, упомянутых Толстым, кто конкретно крушил церкви в те годы, когда грамотело в шинелях с наганами племя пушкиноведов? Да, и те рабочие с крестьянами, которые преимущественно глумились над святынями и убивали священников, - у них там кто считался иудеем? Список в студию!

Попутно возникает и другая проблема. Казалось бы, давно и навсегда решенная. Вот ежели дерзкий пращур вице-спикера бунтовал против православия, то разве мы будем за это бранить и наказывать патриота-праправнука? Да и Лев Николаевич, если разобраться, не несет ответственности за придурковатого наследника по прямой с его геббельсовской риторикой. Зеркало русской революции совершенно неповинно в том, какие от него разлетелись осколки в Хрустальной ночи. Сын за отца не отвечает, как учил нас тов. Сталин, уничтожавший врагов целыми семьями, тем более правнучка, допустим, за прабабушку, так с чего сыр-бор?

По-видимому, имеет место явное недоразумение. Заметно, что его сиятельство депутат-единорос душой болеет за церковь и за веру. Видно даже, как светится весь и трясется. Оттого, болея, и гневаться изволит на тех, кто, словно Лев Толстой какой, спорит с иерархами и укоряет их за стяжательство и другие грехи. Праправнук желает предать безбожников анафеме, а как их лучше всего заклеймить, если не обозвать евреями, подобрав недвусмысленный эвфемизм? Здесь, можно сказать, прослеживается традиция, освященная веками и тысячелетиями. Еще и графьев не было, и христиан, а обычай сваливать все беды на пейсатых с наганами уже существовал и грамотеи отдувались за свою диссидентскую спесь.

Вот и сегодня, чуть что, самые неравнодушные и возбудимые с ходу бултых в традицию, как в болото, и сидят по уши в грязи, разговаривают. Кто про абажуры, кто про Холокост, в котором евреи сами повинны, кто про черту оседлости - в зависимости от темперамента и исторических познаний. Натурально, разгорается скандал, и тут очень важно, чтобы сыскался мудрый человек, который разъяснил бы нам смысл происходящего и значение отдельных фраз. Вчера, к счастью, такой человек нашелся. Причем с ответом нашелся на все наши вопросы, обращенные к Петру Толстому.

Им оказался старший товарищ вице-спикера - сам спикер Володин. То есть мы можем лишь догадываться о том, какие слова он мог адресовать младшему товарищу в личной беседе, и едва ли ошибемся, если допустим, что слова эти цитированию в открытой печати не подлежат. Мол, что же вы, граф, только заступили на пост и сразу обделались... и разные прочие выражения. Однако, выйдя на трибуну, спикер высказался совершенно по-другому. В той стилистике, которую иначе как парламентской и не назовешь.

Выяснилось, что Толстой не зря недоумевает, страдая от людского непонимания. Окруженный экспертами по черте оседлости, Володин указал, что этот термин применялся и к каторжанам, и если кто из читателей носит шляпу, я бы посоветовал немедленно снять ее перед спикером в знак восхищения. И дело даже не в том, что каторгу отродясь никто не называл чертой оседлости, хоть в Даля загляни, хоть куда, но каков спикер! До того умен, что клейма негде ставить.

Что-то даже в таком хитроумии, согласитесь, проглядывает чужеплеменное, лукавое, иудейское. Обратить в политических целях, отмазывая разболтавшегося подчиненного, каторгу и ссылку в черту оседлости - это искусство редкостное, это, знаете, экспертиза высшего сорта. Гибридная, если использовать современный язык, в рамках которого любое слово, событие или исторический факт сегодня могут обозначать что угодно. Володин - это голова!

В отличие от Петра Толстого, который до сих пор отбивается от кровавых наветов и все никак не может отбиться. То про комиссаров заговаривает, а то вдруг обличает своих недругов в антисемитизме. Простоват он все-таки, Петр Олегович, даром что потомок. Правда, Лев Николаевич ближе к концу жизни как раз и призывал к опрощению, но едва ли он имел в виду мозговую деятельность. Да и антисемитом не был, что лишний раз доказывает нам, с каким размахом гений отдыхает в своем потомстве. Оставляя нас наедине с этой мучительной загадкой бытия: вот же Толстой вроде, и даже похож на прапрадеда, но "Хаджи-Мурата" не напишет, новую религию не сотворит, гуманистических речей не произнесет, и лучше бы вообще не открывал рта. Два мира - два Шапиро, как сказано по другому поводу, но тут годится в самый раз, идеально подходит.

Абажур под колпаком
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.215296.html
04.06.2013

Ульяной Скойбедой заинтересовался центр "Э", и эта новость вызывает двоякое чувство. С одной стороны, неплохо, что сотрудники данного центра, раз уж он существует, хоть на минуту оторвутся от своего любимого занятия – слежки за оппозиционерами. С другой стороны, разве можно судить за слова? Тем более сажать, а ведь статья 282-я, которую могут вчинить журналистке, предусматривает лишение свободы.

Тут есть разные мнения.

Отдельные либералы полагают, что за "возбуждение ненависти либо вражды", как указано в этой юридической норме, карать можно и должно. Другие им возражают. Отдельные либералы даже обращаются с жалобой на Скойбеду в Следственный комитет, и вот автора незабываемой статьи про абажуры уже проверяют на экстремизм. Другие в полемическом запале именуют жалобщиков "доносчиками", и это важный момент в дискуссии. В самом деле, можно ли доносить на Скойбеду Бастрыкину и Леше Улыбке? Возрадуются ли сердца заявителей, если колумнистку привлекут к суду, оштрафуют, а то и посадят?

Проблема представляется сложной. Опыт цивилизованных стран слишком противоречив, чтобы на него опираться. Еще противоречивее российский опыт, и речь тут не о том, как государство наезжает на прессу, но о случаях прямо противоположных, хотя и уникальных. Вспоминается, например, человек по фамилии Смирнов-Осташвили. Этот деятель был организатором и активным участников погромной акции, осуществленной национально озабоченными гражданами в ЦДЛ в 1990 году. Граждане ворвались на заседание писательского клуба "Апрель" и учинили скандал с выкручиванием рук и выкрикиванием антисемитских лозунгов. Потом Осташвили судили по 74-й советской статье, отчасти совпадавшей с нынешней 282-й, дали двушечку в колонии усиленного режима, и это казалось образцом справедливости. А потом он покончил с собой (ходили также слухи, что был убит) за несколько дней до досрочного освобождения, и эта новость вызвала чувство неловкости. Ну да, скандалист и антисемит, но ведь не душегуб, не убийца. А получилось так, что за неравнодушное отношение к евреям и либералам товарищ расплатился жизнью. Нехорошо получилось.

Тут ведь еще попутно другие проблемы возникают. Проблема бесчеловечного обращения с заключенными в наших лагерях и тюрьмах. Проблема взаимоотношений осужденного с другими уголовниками, с которыми, говорят, не поладил вспыльчивый Смирнов. Проблема соразмерности преступления и наказания, ибо условия содержания зеков в советских и постсоветских не столь отдаленных местах справедливо приравниваются к пыточным.

Короче, ситуация складывается прямо безвыходная. Добавим еще, что Скойбеда, в отличие от покойного дебошира, никаких беспорядков не устраивала. Она использовала силу слова, которое, правда, не воробей.

При этом ясно же было тогда, почти четверть века назад, что Осташвили самое место в тюрьме. Более того, процесс над ним и приговор воспринимались как победа демократии в одном отдельно взятом судебном зале. Да так оно и было, пожалуй, а если бы суд оправдал провокатора, то сразу поменялся бы воздух в стране. Быть может, до той степени затхлости, которую мы ощущаем сегодня, когда Ульяна Скойбеда может практически безнаказанно писать про абажуры. Не рискуя не только свободой, но и карьерой. Так что сообщение о том, что труженики центра "Э" наконец-то занялись делом, читаешь с чувством пусть неглубокого, но все-таки удовлетворения.

Это ведь еще и звучит как парадокс: условный Леша Улыбка против безусловной Скойбеды. Пятое управление КГБ против "Комсомольской правды". Полицейский режим против национал-патриотки. Эти двое созданы друг для друга, так что, наверное, причин для беспокойства за журналистку нет ни малейших. Никто ее не привлечет, не осудит, не посадит. Это даже по-своему идеальный вариант, и если бы центр "Э" каждодневно, хотя и без особого энтузиазма, занимался гитлеренышами, то Россия стала бы качественно другой страной.

Впрочем, и этот новостной сюжет внушает некоторые надежды. "Эшники", быть может, впервые в жизни займутся возбуждением ненависти в чистом виде, что для них полезно хотя бы в познавательных целях. Скойбеде придется слегка отвлечься от полюбившейся ей либеральной тематики, от евреев, негров и абажуров. Пока они будут знакомиться, общество переведет дух.

Жаль я, сука, не добил тебя
 

http://grani.gq/opinion/milshtein/m.214737.html
Илья Мильштейн, 17.05.2013

Нет, ну в самом деле, пусть она тупая, но ведь и тупые имеют право заострять вопрос. Такой, например: почему текст для "Тотального диктанта" должна давать Дина Рубина? Что, нет в России своих писателей, без израильских паспортов? И тот губернатор, который отменил Дину Рубину в своей губернии, он ведь тоже, наверное, в чем-то прав, а? Свобода слова, понимаете? И про Познера она высказалась, никаких законов не нарушив. Дескать, "госдуру" от российского гражданина спокойно бы снесла, а от этого, с тремя паспортами, не снесу. "Такая тупая, да".

Вот и Пушкин, к слову, умнейший человек в России, а тоже нечто подобное говорил. Я, мол, презираю отечество мое с головы до ног - но мне досадно, если иностранец разделяет со мною это чувство. Еще бы не досадно, и в этом смысле прогремевшая на всю страну Ульяна Скойбеда на свой лад, но наследует же великие традиции.

Кстати, о Пушкине. Разве это хорошо, тревожилась та же Ульяна на страницах той же КП два месяца назад, что за наши футбольные клубы играют негры с африканскими паспортами? Мало у нас собственных негров, что ли? "Стыд и позор российскому футболу", да.

Что же с ней теперь случилось, с нашей Скойбедой?

Ну да, Леонид Гозман позволил себе бестактность: сравнил эсэсовских палачей с палачами из СМЕРШа. Но ведь он-то как раз чистокровный российский гражданин, без примесей, и, дискутируя с ним, знаменитая журналистка могла хотя бы выказать обещанную терпимость. Увы, Ульяна слово не сдержала и допустила, как бы сказать, обидный промах. Погорячилась слегка. "Порою жалеешь, что из предков сегодняшних либералов нацисты не понаделали абажуров". Такие слова вбила колумнистка в свою статью и в подзаголовок к ней.

Вышло нехорошо. Прежде всего для самой Скойбеды и ее заединщиков. Ведь что получилось? Посожалев о том, что предки Гозмана и других российских либералов не кончили свои дни в Освенциме, советская патриотка выразила расовую солидарность с Гитлером. То есть личным примером доказала, что сталинские убийцы могли бы долго и успешно сотрудничать с нацистскими. Хотя справедливости ради следует сказать, что мыла и абажуров чекистское ведомство не производило. Лютовали страшно, убивали, пытали и грабили, но в эстетических запросах наши люди были скромны. Проще, что ли, без этих сверхчеловеческих излишеств.

И тут, конечно, возникает другой вопрос: а зачем она вообще написала про абажуры? Почему колумнистка оклеветала родную контору? Отчего так подставилась?

Можно предположить, что в силу природной тупости. Есть точка зрения, что в силу иных, тоже природных качеств, но тут в ходу такие эпитеты, которые газете уже не дозволены, ибо власти пекутся о публичной нравственности. А вот Олег Кашин полагает, что никакой Скойбеды вообще не существует. Ибо данная нам в ощущениях Ульяна олицетворяет эпоху, и только ей следует адресовать слова, запрещенные цензурой.

Рискну возразить: Скойбеда существует, сам видел ее на фотографии. Ну да, тупая и злобная, говоря метафорически, как эсэсовская тварь в освенцимском женском бараке, но реальная. Образ тоже вполне достоверный, такие у нас с 1917 года не переводились. "Жаль я, сука, не добил тебя в Вятке. Больно ловки вы, жиды, больно ловки..." – это ведь не Скойбеда выписала в таблоиде, а персонаж Галича выдохнул, помирая, полвека назад. И Путин с ушедшим Сурковым и вечно живым Сунгоркиным здесь достойны упоминания лишь в том смысле, что при них эта социальная группа вновь обрела голос и перо. Причем голос звучит все громче, перо изостряется и естественным образом оттачивается мысль.

Это ведь простенькая мысль, которая бежит по короткой натоптанной дорожке. Это простецкая логика, доступная тупым. От частного – к общему. От мелкой ксенофобии, "израильской гражданки", от негров и трех паспортов – к мылу и абажурам. Это исторически закономерный путь – от государственного патриотизма к печам Освенцима и лагерям ГУЛАГа. Разумеется, надо быть Ульяной Скойбедой, чтобы столь явственно обнаружить нерасторжимую связь красного с коричневым, но в сущности ничего нового мы ведь не узнали, правда?

Александр Сергеевич в подобных случаях, почуяв неладное, тут же хватался за голову и предавался лютой русофобии. "Ты, который не на привязи, как можешь ты оставаться в России? если царь даст мне слободу, то я месяца не останусь" - а дальше еще хуже, прямо неловко цитировать. Некоторая доза презрения к государству – она ведь необходима, чтобы не свихнуться и не отупеть. Особенно к такому государству, которое давит своих граждан, спускает с поводка дрессированных вертухаев и насаждает в социуме патологическую злобу к своим и чужим, без разбору.

Хвалу свободную слагают
 

https://gr1.global.ssl.fastly.net/op.../m.259540.html
17.03.2017

Древний как Крым вопрос: а вы лично верите, что подавляющее большинство россиян поддерживает Путина?

Я лично верю.

И не только потому, что интересуюсь наукой историей и знаю, как это бывает. Хватает и личных впечатлений, связанных с людьми близкими и дальними, живущими в России и на чужбине, где они тоже бродят довольно густыми толпами. Да и в чем упрекать наших дорогих соотечественников, если европейцы целыми фракциями вступают в мегапартию "путин-ферштееров", я уж не говорю об Америке и о Трампе. Нельзя не верить глазам своим.

Оттого ни малейшего удивления не должны вызывать речи наших несчастных зечек, воспевающих начальство и непосредственно Владимира Владимировича. Так, Евгения Чудновец, учреждая правозащитный центр, сообщает, что хоть гласность ей и помогла, но не надо бы "поднимать такую кампанию по каждому неправосудному делу". Она, понимаете ли, хочет уважать "систему" и готова тихо посредничать между тюремным начальством и безвинно осужденными.

Что же касается Оксаны Севастиди, то "изменница" и "после всего этого" (СИЗО и лагеря) "так же любит своего президента Путина", как любила до ареста и посадки. И ведь есть за что любить: "у него всегда широкие жесты - он помогает Украине и Сирии". Вот и Оксане помог, а раньше просто был не в курсе. ��одобно товарищу Сталину, на которого наговаривали бог весть что, хотя он, бедняга, "не знал обо всех приговорах". Кабы знал, то всех бы и освободил.

Конечно, понаслушавшись этих речей, можно сказать, что у помилованных дам нет ни ума, ни стыда, ни совести. Преимущественно в таком духе Рунет и откликается на их выступления. Дескать, посаженная за репост могла бы на собственном примере понять, что "система" в России отзывается только на крик, да и то не всегда. Посаженная за СМС могла бы догадаться, что шпиономанию навязывает стране верховная власть с ее имперскими войнами - в Грузии, в Сирии и на Украине. Однако не понимают и не догадываются, и это самое главное в них - в людях, поддерживающих нынешний российский режим и президента Путина. Имею в виду, разумеется, так называемых простых людей, а не циников, присосавшихся к власти и готовых славить ее до последнего дня и ни днем позже.

Дело в том, что непонятливость и недогадливость составляют суть новой исторической общности - путиноидов обыкновенных, способных восстать против несправедливости лишь в тех случаях, когда сами страдают от нее. Тут они нередко даже бьются с "системой", проявляя стойкость. Отказываясь, подобно Евгении Чудновец, от помиловки и настаивая на своей невиновности. Или, как Оксана Севастиди, добиваясь реабилитации после помилования. Но на этом все и кончается. То есть дальнобойщики или собирательный "Уралвагонзавод" могут даже и взбунтоваться, протестуя против разного рода ошибочных решений партии и правительства, но чувство солидарности с другими гражданами им почти неведомо. Тем более с народами разных братских и небратских стран.

Они не постигают, что Путин и прочее вышестоящее начальство натворили в Чечне, в Грузии, в Донбассе, в Алеппо. И не хотят понимать. Зато понимают, что если им пока не задирают цен на дорожные сборы, не увольняют, вовремя выплачивают паек и раньше положенного срока выпускают из лагерей, то надо благодарить и кланяться. Надо похваливать "систему". Надо любить Владимира Владимировича, осчастливившего не од��у только Оксану, но и, вообразите себе, всех украинцев, а в придачу к ним еще и сирийцев. Правда, чуткий социолог расслышит в дозволенных их речах и страх, и лукавство, и затаенную боль, но в целом они жизнью довольны.

Ибо жизнь эта, по их мнению, устроена так, что ничто с чем не связано. Посаженным за репост и за СМС просто не повезло, а мракобесное законотворчество, продиктованное тотальным милитаристским психозом, тут совершенно ни при чем. Они простодушны, эти ходячие символы путинизма, и тов. Сталин, который тоже умел обращать миллионы людей в стадо, добродушно усмехается в усы, глядя на них и на своего далекого потомка-преемника. Великий вождь создал новую историческую общность - советский народ, и президент не отстает, сотворяя буквально из ничего, пусть и с опорой на традиции, иное большинство - путинское. Практически уже неотличимое от сталинского, при том что и массовых репрессий не понадобилось. Точечных оказалось вполне достаточно.

Тем не менее вступаться за них все равно было надо - и за Евгению, и за Оксану. И Удальцова над защищать, и Поткина, и любого посаженного бог весть за что, и вне зависимости от того, что они говорили на воле и что скажут, когда освободятся. Это людям, в массовом порядке завербованным Путиным, на них на всех плевать, пока самих не взяли, а недобитые либералы обречены быть правозащитниками. Потому что нельзя сажать за репост. Нельзя сажать за СМС. И за покемонов нельзя, и неправильно скорбящих, вы не поверите, тоже не следует ни карать, ни подвергать травле, ни выдавливать из страны.

Собственно, тем и отличаются незавербованные от торжествующего путинского большинства, что им ведомо чувство сострадания и чувство отчаяния при виде всего, что совершается дома. В тюрьме и на воле, и нет им утешения, когда посаженные ни за что и освобожденные отчасти их стараниями покидают зону и славят тюремное начальство во главе с царем-освободителем. Зато и удивления ни малейшего, и это, знаете, как-то примиряет с действительностью. Ибо свобода, как говаривали некогда в Кремле, лучше чем несвобода, и пусть уж вождя ��ревозносят расконвоированные, а не зеки.

Революция пятого года
 

https://gr1.global.ssl.fastly.net/Po.../m.259789.html
27.03.2017

Пять без малого лет назад это тоже называлось "прогулкой". Точнее, "контрольной прогулкой с писателями", состоявшейся через неделю после разогнанного и избитого марша, - и в общественных настроениях преобладал азарт. Никто ведь не знал, что столкновения на Болотной обернутся одноименным делом, бесконечно протяженным во времени. И тот, кому они испортили инаугурацию, пообещает испортить им жизнь и слово сдержит.

Это потом затравленные и загнанные несогласные граждане научатся ничему не удивляться, а тогда нормой были массовые протесты. Против рокировочки в тандеме, против ментовского беспредела и государствообразующего вранья. Это еще смешило, и мирная революция весело гуляла по городу, от Абая к Окуджаве и обратно, рисовала забавные плакатики, пела под гитару, играла в догонялки с ОМОНом. И когда Борис Акунин предложил в своем блоге экспериментальным путем "установить: можно ли все-таки москвичам свободно гулять по собственному городу или нужно получать какой-то специальный пропуск", на его призыв откликнулись тысячи экспериментаторов. Опыт удался.

Пять без малого лет спустя у людей, сохранивших демократические убеждения, преобладают иные чувства. Депрессия, злость, отчаяние. Акунин давно уехал и возвращаться пока не планирует. Немногие, подобно большинству активных граждан в 2012 году, всерьез задаются обращенными к начальству вопросами типа: да кто вы такие, чтобы запрещать нам гулять по своему городу? Фразу "вы нас даже не представляете" в стране, пережившей патриотический подъем особого рода и успешно зомбированной, надо уже разъяснять любопытствующим иностранцам, да и самим себе. Поскольку замороченный народ реально сплотился с властью и нужны сильнодействующие средства, чтобы вывести на улицу даже тех, кого не затронула тотальная пропаганда.

У Алексея Навального это получается, кто бы он ни был и как к нему ни относись. Вчерашняя антикоррупционная акция, прошедшая в 82 российских городах, стала одновременно событием обнадеживающим, поступком рискованным, новостью сенсационной. Причем методы убеждения, использованные лидером Партии прогресса для того, чтобы достучаться до сотен тысяч по всей России, могли бы показаться странными людям, которые выходили на площадь без малого пять лет назад.

На сей раз вроде как против Медведева, а не против Путина. Против коррупции, а не против войны и внушенного одичания. Разумеется, ответственность высшей власти подразумевалась, и на плакатиках, поднятых на столичных улицах и в других городах, упоминался и тот, без кого нет нормальной жизни в России, но все-таки торжествовала мысль лукавая. В рамках Realpolitik применительно ко дню сегодняшнему, когда против весьма конкретного Владимира Владимировича мало кто выйдет, а за невнятного Медведева, которого не уберегли, мало кто вступится. Вон и коммунисты во главе с Рашкиным бесстрашно требуют парламентского расследования деятельности безобиднейшего из наших латифундистов, и сам Зюганов нечто неодобрительное пробурчал - в адрес Медведева, в адрес Навального...

Затевается какая-то мутноватая политическая игра, и Алексей Анатольевич эффектно пользуется моментом. Демонстрируя при этом свои силы и возможности не только силовикам, умеющим разгонять народ, но и лично Путину. Мол, вам решать, что дальше делать со своим закадычным осточертевшим другом, а мы всего лишь боремся с коррупцией. Законов не преступаем, а когда ваши подельники, нарушая конституционные нормы, запрещают наш митинг, мы просто выходим погулять. Как писатели в 2012 году, которые безнаказанно прошлись по Москве от Пушки к Чистопрудному - и страна не рухнула.

Однако страна совсем другая, и указанный Путин мало похож на того, что пускал слезу после победы, и ситуация после 26 марта складывается непредсказуемая, чтобы не сказать зловещая. Участь Медведева волнует немногих, хотя и тут едва ли следует предполагать, что президент, устрашившись Навального и Рашкина, снимет премьера. Да и неясно, кого поставит, если снимет, какой Игорь Иваныч придет ему на смену. Куда больше тревожат другие сю��еты.

Непонятно, что будет с Навальным, задержанным в самом начале шествия. Непонятно, какая судьба ожидает демонстрантов, свинченных в ходе акции, а их в одной Москве больше тысячи. Алексей Анатольевич обещал в случае чего защищать всех в ЕСПЧ, но до Европейского суда, как известно, надо еще дожить. Непонятны политические последствия прогулки, и если по итогам ее российские тюрьмы пополнятся десятками, а то и сотнями политзеков, то непонятен будет и ответ на вопрос: стоило ли выходить? Разумеется, дело прочно, когда под ним струится кровь, но жизнь у людей одна, и как не вспомнить сегодня узников Болотной, над которыми начальство всласть поглумилось в течение долгих лет и продолжает куражиться.

Две эпохи. Две прогулки. Две России, и сегодня остается лишь с горестным чувством наблюдать, какой путь прошла страна за минувшие годы. От веселого променада почти беззаботных, почти уверенных в своем праве людей до отчаянного стояния возле памятника Александру Сергеичу, от которого их оттаскивали, избивая дубинками, волоча по земле, к ближайшему автозаку. Разве только в том сходство, что тогда несчастный Медведев был героем второго плана, неудачно рокирнувшимся и оттого вызвавшим в обществе бурю протестов, и теперь остался пешкой в политической игре. Вероятно, к этому и сводится его историческая роль в современной России.

Будь по-другому, он бы вышел вчера к демонстрантам, расталкивая удивленных полисменов и поражая разучившихся удивляться, и рассказал бы, что там на самом деле происходит в Кремле. Прогулялся бы с соотечественниками по Тверской, осаживая свою охрану. Но это был бы какой-то совершенно другой Медведев, живущий совсем в другой России, нам неведомой.

"В компоте лица своего"
 

https://blog.newsru.com/article/05apr2017/kompot
5 апреля 2017 г. время публикации: 15:57
https://supple-image.newsru.com/imag...1491424268.jpg
Пресс-служба Правительства России

"Новость про Медведева (политика), заговорившего про Димона (героя документального кино) и его недругов, стала одним из важнейших событий недели. Конечно, она не затмила теракт, но обозначила время после теракта и расстановку сил наверху. Выяснилось, что Дмитрий Анатольевич снова востребован, оттого он уже и не молчит, словно ему запрещено подавать голос, но высказывается как власть имеющий", - пишет публицист в колонке на сайте "Грани.ру".

"Высказывается он, отдадим должное второму человеку в государстве, аккуратно. Это вам не Чайка, который в клеветнических измышлениях Навального безошибочно распознавал происки русофобов и кровавые шекели Уильяма Браудера. Медведев вскользь упоминает богатых "спонсоров", но как их зовут, где обитают и почему не любят Дмитрия Анатольевича - о том он умалчивает. Может, их Игорь Иваныч зовут, как знать. Еще он вслед за Песковым и другими товарищами выражает заботу о детях, соблазненных судимым персонажем. А главное, премьер-министр проявляет столь похвальное качество, как объективность. Другой бы сказал, что фильм бездарен, но у героя хороший вкус, и он, в целом отвергая обвинения в коррупции, отмечает добротность отснятого материала".

"Он был почти незаметен в последние месяцы. О его отставке как о деле решенном многие эксперты говорили тоном решительным и спорили только о сроках. Фильм про его латифундии и тосканские виноградники как бы обозначал направление главного удара. Ясно было, что карать Дмитрия Анатольевича никто не станет, экс-президентов у нас судить нельзя, иначе поломается главная скрепа и рухнет страна, но в обстановке перманентного скандала Владимир Владимирович легко мог его убрать. Нет, не поддаваясь давлению и не вообще убрать, а помочь найти ему работу по душе, и кресло председателя в суде Конституционном давно уже, казалось, зарезервировано за перспективнейшим питерским юристом. А вот на общество, на этих недобитых несогласных, которые громким смехом и улюлюканьем встретили бы перемещение "коррупционера" в КС, можно было бы и наплевать.

Следует предположить, что карьерная судьба Дмитрия Медведева переменилась к лучшему только 26 марта, когда Алексей Навальный вывел десятки тысяч людей на демонстрации против младшего партнера в тандеме. Это уже было явным давлением, причем непосредственно на президента, чье имя тоже по-разному склонялось на митингах, посвященных жуликам и ворам во власти. Тогда премьер и воспрял, и нашлась пещера на далеком ледовитом севере, где они с Путиным взглянули друг другу в глаза и поняли, что им не жить друг без друга".

"Теракт в центре Петербурга, да еще в тот день, когда родной город навещал Путин, упрочил позиции Медведева. По той хотя бы причине, что защита неотъемлемого права россиян на жизнь и личную безопасность относится к сфере прямой ответственности главы государства. В отличие от Дмитрия Анатольевича, который, как всем нам ведомо, не отвечает ни за что, Владимир Владимирович уже 17 лет ведет победоносную войну с террором, и если к Медведеву после трагедии ни одного вопроса не было, то к Путину имелось множество.

Все взоры были обращены к нему, довольно одинокому авторитарному властителю, и свое одиночество ему, вероятно, захотелось с кем-то избыть. В этот день председатель правительства окончательно вернулся из политического небытия и, пользуясь моментом, реабилитировал себя в глазах работниц и работников предприятия "Тамбовский бекон".

Сочинение и подчинение
 

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w.../m.260495.html
24.04.2017

Русские письма переводить не нужно, но это нередко мало помогает исследователю, даже если речь идет о минувшем веке. К примеру, о судьбе солдата, пропавшего на войне. Имеются его письма с фронта и открытка от командира подразделения, адресованная матери: ваш сын был тяжело ранен и отправлен в госпиталь. Следы его теряются, и только на сайте "ОБД Мемориал" можно обнаружить один-единственный документ. Со слов отца солдата записано, что Бузулуцков Василий Никифорович умер по дороге в госпиталь. О жизни его и смерти пишет школьница из Урюпинска. Ей тоже повезло, равно и солдату. Сотни тысяч так и сгинули в безымянных могилах.

А еще - народные военные песни в их связи с событиями на Брянщине. Революция как часть истории провинциального города Алатыря. И снова - семейная летопись, посвященная на сей раз событиям совсем уж близким. Перестройка, карточная система, жуткие очереди в Волгограде в конце 1980-х.

Это все, понимаете ли, наше прошлое, отраженное в школьных сочинениях, причем в лучших из них. В тех, чьи авторы стали победителями 18-го конкурса "Международного Мемориала". Всего же выбрано 43 текста из почти двух тысяч присланных в Москву, и если вы интересуетесь вопросами патриотического воспитания, то вот вам ответы. Именно так, с юных лет, в нас пробуждается любовь к родине. Через семейные предания, письма и фотографии, воспоминания близких и дальних, забытые песни, имена павших солдат. Подлинная, как бы поточней сказать, любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам.

Между тем далеко не все в нашей стране одобряют патриотическое воспитание соотечественников. У школьников и взрослых имеются явные и скрытые враги, цель которых заключается в том, чтобы изгадить жизнь людям, которые любят Россию. Они стремятся к тому, чтобы ни взрослые, ни дети не интересовались своей историей. Прошлое, как они считают, должно быть вытравлено из памяти поколений вместе с живыми чувствами, которые вызывают воспоминания о подвигах, страданиях, победах, поражениях, радостях, горестях прадедов, дедов и отцов.

Ибо им, врагам, ненавистна правда и в минувшем они ценят только то, что сами выдумали и объявили историческими фактами. Несогласных с таким подходом эти ненавистники России обзывают мразями кончеными и разными другими схожими по смыслу словами. Вообще, в отличие от патриотов, указанные русофобы - народ весьма возбудимый и склонный к ругани. Вздорный, прямо скажем, народ.

Явные злоумышленники действуют открыто. Год назад был зафиксирован случай, когда небольшое стадо человекообразных врагов просвещения ворвалось в московский Дом кино, где награждали лауреатов предыдущего конкурса, и закидало яйцами детей и взрослых. Еще эти отщепенцы, облаченные в мундиры советской выкройки и георгиевские ленты, поливали собравшихся зеленкой и нашатырным спиртом и оглашали зал неожиданными выкриками типа "Фашисты!" и "Национал-предатели!". Складывалось впечатление, что таким образом они представлялись публике, хоть это и было, пожалуй, излишним. Их и без того все узнали.

Злоумышленники тайные действуют по-разному. Известно, что за разного рода организациями, спонсирующими человекообразных, скрываются чиновники из различных госструктур. А это явление весьма печальное, то есть проникновение недругов России во власть. Спрашивается - куда смотрит президент, а также депутаты обеих палат и сотрудники тайной полиции? Тут закрадывается даже подозрение, что они сами, быть может, потворствуют этой, что называется, пятой колонне провокаторов и наймитов. Ужасная в сущности мысль закрадывается: а ну как они тоже родину не любят?

Иначе трудно объяснить то упорство, с каким власти травят и "Мемориал", и "Международный Мемориал", включая их в список "иностранных агентов" и пытаясь дискредитировать в глазах россиян. Получается, что окопавшимся страшно сказать где плевать и на историю своей страны, и на защиту прав ныне живущих граждан. Не верится, конечно, но факты - упрямая вещь!

Очередная вылазка врагов, проникших, вообразите себе, в Минобраз РФ и в региональные его филиалы, подтверждает наши самые худшие опасения. Школьникам, чьи работы упомянуты выше, местные госслужащие, ссылаясь на начальство, запрещают ехать в Москву и принимать награды. Ослушникам сулят неприятности. Их учителям предъявлен тот же ультиматум. И хотя первый замминистра образования Переверзева заявляет, что ее ведомство подобных указаний не давало, все равно чудится заговор. То ли она лукавит, то ли школьными сочинениями занялось некое учреждение покруче. В рамках, допустим, борьбы со школотой, которое с детства не умеет включать телевизор, а в Рунете увлеченно смотрит патриотические видеоролики обличительного содержания. И потом еще выходит на площадь по призыву разных блогеров. Желая, что ли, переписать на ходу неоднозначную нашу историю, с тем чтобы будущее, в котором жить, отличалось от настоящего, в котором мы помираем.

Да, но все-таки школьнице из Татарстана невероятно повезло. И всем нам везет, покуда существует "Мемориал" и в школах учатся дети, неравнодушные к истории своей семьи, своего города, своей страны. Погруженные в беспросветные наши будни и вынужденные каждодневно лицезреть вражеские рыла и слушать вражеские речи, мы не ценим этого везения, а зря. Дети пишут Историю, и это очень здорово, потому что рано или поздно они справятся с заданием, назло всем министрам, как федеральным, так и местным. Рано или поздно они ее напишут. И будут вознаграждены.

Не стучите, открыто
 

http://anonymouse.org/cgi-bin/anon-w.../m.260630.html
28.04.2017

Так обстоят дела и с теми, кого наша власть объявляет "нежелательными". Власть - это не та девушка, которая мнется и колеблется, вообще-то не любит и в гости не зовет, но провожать разрешает и скрепя сердце подставляет щечку для поцелуя. Власть - это девушка с коромыслом, и того, кто ей не мил, с ходу посылает, потом отбирает деньги, а потом бьет. Обрушивая на голову нежелательного всю тяжесть махины.

Имеются, правда, и прямо табуированные организации, типа ИГИЛа, который даже упомянуть нельзя, не сообщив читателям, что он запрещен на территории РФ. Иначе оштрафуют, отнимут лицензию, заставят жить в пятиэтажке и пятиэтажку снесут. А все потому, что этот самый ИГИЛ промышляет террором и бороться с ним нужно симметричными террористическими методами. По отношению к тем средствам массовой информации, которые почему-то не желают или забывают перманентно работать в режиме "попка дурак".

А еще бывают иностранные агенты, которые по статусу представляют собой нечто среднее между организациями разрешенными и шахидствующими. Они могут сравнительно безнаказанно действовать и передвигаться по территории России, но на каждом шагу обязаны доносить на себя, указывая гражданам на свою зловредность. То есть сообщать, что они агенты, причем иностранные. А там уж граждане пускай сами решают, надо им спутываться с такими смутьянами или отправить их лесом, от греха.

"Открытую Россию" называть без непременных мантр можно, и после решения Генпрокуратуры, объявившей "нежелательными" две зарегистрированные в Англии одноименные структуры МБХ и один связанный с ним институт, трафик ее возрос многократно. Тем не менее о нежелательности созданной Ходорковским организации пишут все, и все понимают, что речь идет о запрете. О том, что "Открытку" поставили вне закона, что это гораздо хуже, чем присвоение почетного отчасти звания "иностранный агент". Это почти ИГИЛ, с той лишь разницей, что статьи другие. Но среди них есть и тяжкая 284.1 УК РФ, предусматривающая срок до 6 лет - побольше, чем Варваре Карауловой дали.

Впрочем, в течение суток, покуда новость о прибавлении в семье нежелательных организаций еще как-то осмысливалась, о будущем "Открытой России" можно было гадать. А также искать и находить поводы для оптимизма, обнаруживая, что "нежелательность" не должна распространяться на общественное движение с тем же названием, расквартированное в столице нашей родины и некоторых других городах. Вот и в пресс-релизе карательного ведомства упоминались всякие OR да Open Russia Civic Movement, пусть и с переводом на русский, но очевидно же было, что это другие учреждения. Да, не чуждые Ходорковскому, но юридически не подпадающие под карающий меч Генпрокуратуры.

Вчера днем, с приходом правоохранителей в офис московского отделения ОР, гадать стало не о чем. Ясно, что на структуры Михаила Борисовича совершается запланированный тотальный наезд, и совершенно понятно, почему власть так вызверилась на людей, сотрудничающих с бывшим главой "ЮКОСа". Для чего проводится эта спецоперация по закошмариванию "Открытой России", где бы она ни находилась. Хоть в Англии, хоть в Америке, хоть в Москве.

Заодно выяснилось, что вызывавшая столько споров и даже насмешек акция "Надоел", посвященная Путину и его намерениям вновь баллотироваться в президенты, на деле оказалась весьма эффективна и чувствительна для ранимого сердца национального лидера. Наверняка он и поставил точку в дискуссиях либералов с либералами, сторонников Навального с единомышленниками Ходорковского. Открылось, что спорить глупо, поскольку обе команды со всеми их приверженцами равно ненавистны Кремлю, и стилистика общения с ними различается разве что в мелочах и датах.

ФБК грабили и громили 26 марта, в тот день, когда россияне вышли прогуляться по своей стране, а в штабе ОР учинили то же самое за пару суток до вручения известных писем Владимиру Владимировичу. Ну вот еще вчера в Навального опять зеленкой плеснули, вызвав химический ожог, и вся разница. Зато единая направляющая рука видна во всех этих крупных уголовных набегах и мелких криминальных нападениях.

Вывод банален, банальней некуда: обысканным, ограбленным, преследуемым, затравленным надо быть вместе. Несчастье должно объединять, из чисто патриотических побуждений, ибо страной правит банда властолюбивых и жутко обидчивых уркаганов, и тут уж совсем неважно, кому быть главным среди тех, кого оскорбляют и унижают. Все в заложниках, включая Михаила Борисовича, хоть он и живет за границей. Шанс солидаризироваться с ними появляется и у "Яблока" (не знаю, воспользуется ли им Явлинский), и у тех не растерявших остатки вменяемости граждан, которые представляют системную оппозицию, и у разных могущественных господ, от политики как бы далеких. Ибо ситуация складывается совсем нестерпимая, при том что зачистка пейзажа перед выборами только начинается. А цель прозрачна: ликвидация в России даже намека на политический протест. Уже и за прогулки стали сажать, и за подачу челобитных с просьбой свалить подобру-поздорову наказывают погромом.

Силы неравны, но если и есть надежда на перемену участи в противостоянии с кремлевской нежелательной организацией, то заключается она в сплочении перед лицом беспримесного зла. Идущий на пятый в сущности срок немало делает для этого, невольно раскручивая и ФБК, и "Открытую Россию". Следует воспользоваться его помощью и ни в коем случае не забывать о ней, когда придет время благодарить за содеянное.

Гопота развлекается
 

Язык меняется, и это касается не только образования новых слов, но и семантики старых. Раньше зеленка была просто зеленкой – антисептическим средством против ран, царапин и прочего бо-бо. Однако с началом чеченской войны аптечное ее значение едва не выпало из словаря, поскольку в "зеленку" обратились лесные массивы Ичкерии, в которых укрывались сепаратисты. Теперь зеленка снова стала зеленкой, но утратила свой первоначальный лечебный смысл.

С недавних пор данный медикамент активно используется в дискуссиях, которые хочется назвать политическими, но что-то это сделать мешает. Язык, что ли, сопротивляется – живой, великорусский. Следует лишь отметить однообразие тех сюжетов, которые язык не повернется назвать политическими, так что приходится подыскивать иные слова. Зеленка отныне – орудие боевиков-патриотов, привластных нанятых неравнодушных граждан, которые поливают этим раствором самых разных людей, которые в той или иной степени принадлежат к оппозиции. Журналистку Костюченко в Беслане. Активисток Pussy Riot Алехину и Толоконникову в Нижнем Новгороде. Политика Митрохина в Анапе. Правозащитника Каляпина в Грозном. Писателя Улицкую в Москве. Политика Касьянова в Москве. Политика Навального в Барнауле и Москве. Блогера Варламова в Ставрополе. Журналистку Сидорову в Йошкар-Оле. Список обширен и постоянно пополняется. Наряду с метанием тортов и яиц обливание зеленкой становится, как бы сказать, фирменным стилем в диалоге власти с обществом, причем зеленка преобладает.

Явление это уникальное, как уникален режим, выстроенный в России.

Это безусловно классический авторитарный режим, более всего озабоченный удержанием власти и хищениями, но в его особой чекистской разновидности. То есть помешанный на борьбе с врагами, внешними и внутренними, и склонный к бессмысленному мучительству оппонентов, своего рода троллингу, который начальству, вероятно, кажется, смешным. Не слишком рискуя ошибиться, можно предположить, что в администрации президента успешно функционирует некий отдел, занятый исключительно подобно рода акциями и рассылающий инструкции по назначению с указаниями, кого и как облить. А дальше за банки-склянки берутся примелькавшиеся уже казаки, нодовцы и прочий православный талибан, и информационные сводки укомплектовываются привычными уже новостями.

Цель преследуется двоякая: начальство стремится несогласных одновременно и унизить, и запугать. Человек с зеленым лицом – это же прикольно, не правда ли, а ежели вам не смешно, то вы, наверное, лишены чувства юмора. С другой стороны, если опять-таки обратиться к сокровищнице русского языка, то "намазать лоб зеленкой" – это синоним расстрела, и намек легко усваивается. Зеленка тут служит меткой, и как не вспомнить о судьбе Бориса Немцова, над которым долго и с удивительной изобретательностью измывались разные неуловимые отморозки, пока его не убили.

Помимо прочего, здесь еще действует и некая лотерея, и вот уже Алексею Навальному, пережившему немало всяких нападений, приходится обращаться к врачам, которые диагностируют "химический ожог правого глаза". А Наталье Федоровой, активно выступавшей против строительства церкви в московском парке, брызнули в лицо какой-то гадостью пострашнее зеленки, и она ослепла. И это чудовищное преступление не следует отделять от других, сравнительно мелких, ибо в конце концов речь идет о единой стратегии коммуникации власти с несогласными.

Просто имеет место разделение труда. Господа в шлемах и с дубинками избивают и затаскивают в автозаки демонстрантов. Господа в иных полицейских прикидах и в штатском учиняют обыски-погромы в офисах разных организаций, уже объявленных или почему-то пока не объявленных нежелательными. Господа и дамы в судейских мантиях приговаривают арестованных и отправляют их в лагеря. Господа каратели в колониях подвергают их пыткам. А тех, кого пока вроде не за что сажать или еще рано, прессуют эдак слегка, преимущественно в рамках мелкой уморительной уголовщины, но и предупреждают. Сегодня яйца, завтра зеленка, а послезавтра можем и зрения лишить, и посадить, и убить. Все можем.

Собственно, так она и должна вести себя, постсоветская гопота из подворотен и спецслужб, дорвавшаяся до высшей власти. Обижаясь на весь свет и в особенности на американцев, подбирающихся к нашим границам, понемногу отхватывать у соседей все, что плохо лежит. А со своими поступать так, как принято вести себя с иностранными шпионами или там дипломатами, предлагая им бесплатный секс в мышеловке при включенных камерах. Впрочем, здесь даже не шантажные технологии действуют, а исключительно репутационные. Поглядите, мол, на врага народа в голом виде или с лицом, испачканным зеленкой. Гопота развлекается, и конца этой уморе не видно.

Язык меняется, но все же большинство слов и понятий остаются неизменными, и в том надежда на перемену участи россиян и демонтаж уникального режима. Они ведь имеют смысл – слова, в них фиксируются время и люди, соотнесенные с эпохой. Имею в виду и прозорливо запрещенные Роскомнадзором слова, очень точно описывающие нашу реальность, и цензурные, типа "беспредел", "негодяи", "мерзавцы", "подонки". Это слова применительно к сегодняшнему дню уже не только ругательные, но и констатирующие события новейшей российской истории и дорогих руководителей, историю творящих. Это слова, без которых не обойтись, когда наблюдаешь и описываешь то, что происходит в стране и далеко за ее пределами. Это слова, которые повторяешь каждый день, которые забыть не хочешь и не можешь, дивясь лаконичной строгости родной речи.

Автор – журналист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Драка с дураками
 

https://grani-ru.appspot.com/opinion.../m.261189.html
26.05.2017

Ситуация в сущности мало отличается от той, что сложилась в начале декабря 2012-го, когда сотрудники СКР вломились в квартиру Павла Костомарова, одного из режиссеров документального фильма "Срок". Это вызвало громкий скандал, известные деятели кино вступились за коллегу, а премьер-министр Медведев после интервью пяти телеканалам, но тоже под запись, счел необходимым обозвать силовиков "козлами". Вельможная брань тогда повисла на вороту у следователей и они от режиссера отстали. Правда, Бастрыкин, поначалу не разобравшись в происходящем, позволил себе обидеться на премьера, и подзабытый ныне Маркин, пресс-секретарь СКР, разразился было гневным заявлением на сайте ведомства, но сверху на генералов прикрикнули, и пост свой Маркин потер.

Отличия разве что в мелочах. Все-таки "дураки", как поименовал Путин напавших на Гоголь-центр следователей, - это ругательство куда более мягкое в сравнении с тем, что обронил Медведев. Обижаться не на что, да и кто посмеет? К тому же искушенный в таких делах Владимир Владимирович прямых улик не оставил, и о том, как он утешал огорченного артиста Миронова, мы знаем только со слов летописца. Можно, конечно, предположить, что подслушанное летописец тут же и завизировал, и получил устный приказ немедленно опубликовать, дабы успокоить встревоженную общественность, но это лишь наши домыслы. Опираться следует на факты, с которыми не поспоришь: Кирилла Серебренникова обыскали и допросили дураки. Так сказал президент, и это уже можно воспринимать как официальную позицию Кремля, поскольку опровержений не было.

А это значит, что в диалоге с верховной властью творческая интеллигенция выбрала самый верный тон. Идеальную форму самообороны без оружия. Тактику кнута и пряника, но в той ее разновидности, которая годится именно в общении с начальством, именно в России, именно в наши дни, и не предполагает излишней дерзости. Люди собрались на несогласованный митинг протеста, однако сильно против властей не бунтовали, и в письме, зачитанном Чулпан Хаматовой, звучала довольно твердая вера в то, что борьба с коррупцией на современном этапе не будет сопровождаться гестаповскими методами ведения допросов. Худрук Государственного театра наций вышел получать орден, но, соблюдая приличия, не стал ничего говорить в микрофон, а пошептался на ушко с президентом и передал ему письмо с просьбой его прочесть и разобраться. И тот же Миронов, если верить коррепонденту "Коммерсанта", на приеме в честь награжденных Путиным снова подошел к награждавшему и "жарко и даже громко" повел речь о том, что всех нас, не правда ли, беспокоило больше всего.

О предстоящем визите Владимира Владимировича в Париж, который может быть омрачен событиями, связанными с Гоголь-центром. И если до той минуты недоверчивый гарант как-то еще сомневался в патриотизме творческой интеллигенции и самого Миронова, то яркое выступление артиста, посвященное проблемам геополитики и репутации России на международной арене, должно было окончательно утвердить Путина в мысли, что режиссеры с актерами желают ему добра, а силовики - вредят. "Зачем? Ну зачем это делать?! Вы же во Францию в понедельник летите! Вам-то это зачем?!" - вопрошал президента народный артист, и тут, потрясенный, как видно, великолепной игрой, правдой образа и открывшейся интригой, Путин наконец осознал случившееся. Кирилл Серебренников - режиссер с мировым именем, весьма популярный в стране, избравшей Макрона, и кто, как не дураки, имели наглость обыскать и допросить знаменитость накануне визита российского национального лидера во Францию?

Такова сила истинного патриотизма. А также сила искусства, и ежели позавчера мы гадали о том, чей ресурс круче - Бортникова с Бастрыкиным или государствообразующей творческой интеллигенции, - то теперь, похоже, с этой мучительной неизвестностью покончено. Конечно, и чекисты нужны Путину, и дознаватели, и спецназ, куда ж без них, но рядом с великими актерами они выглядят, согласитесь, не вполне убедительно. По крайнее мере вчера нам так показалось.

Закрадывается даже подозрение, что если бы в таком духе вся наша творческая интеллигенция выступала с самого начала, заботясь об имидже России и того же Владимира Владимировича, то многих бед можно было бы избежать. Когда бы она, любимица, не подписывала позорных писем против Ходорковского и за оккупацию соседнего государства. Когда бы не служила своими доверенными лицами у того, к кому ныне с мольбой взывает. Когда бы не молчала в остальное время, увлеченная театральными и иными играми, - до тех пор пока жареный петух не добрался и до нее, постукивая клювом. Тогда, наверное, и сегодня не пришлось бы шепотом и криком привлекать к себе внимание и вносить раскол в тандем Путина с карательными органами. Впрочем, лучше поздно, чем никогда, и вопрос только в том, наступило уже это "никогда" или не наступило. Вопрос немаловажный.

И вот еще что непонятно: почему Путин подражает Медведеву? Мы же помним, что стилистика поведения в подобных случаях у него другая. Бывало, он не мог дозвониться до генпрокурора, но чаще, играя желваками, повелевал прекратить истерику либо сообщал, что вор должен сидеть в тюрьме, или просто никак не откликался на обращения. Он же привык к тому, что социум российский расколот, солидарности в нем ни на грош и слушать никого не надо. Но вдруг прислушался, когда взмолились верные и обласканные, и чудится даже, что завтра он, пораженный тупостью спецслужб, заговорит про свободу, которая лучше несвободы. А там возьмет и подаст в отставку, призывая на трон кого-нибудь из тех, кто не похож на чекиста и с чекистами не чикается. Да неужели?..

Принадлежа отчасти к творческой интеллигенции, автор этих строк тоже не чужд театру и воображает себе некие сценки, в которых нежданно-негаданно узник выходит на волю, палач кается, вообще побеждает добро и звучат аплодисменты. Автор этих строк в детстве то ли во сне видел такие спектакли. Автор этих строк не теряет надежды скоро увидеть их вновь и наяву.

Шекспировские страсти
 

https://grani-ru.appspot.com/opinion.../m.261236.html
29.05.2017

В истории Оскара Миронова, задержанного по подозрению в попрошайничестве путем чтения "Гамлета", много неясного.

Непонятно, зачем надо было вообще арестовывать мальчика. Почему проблема не была решена на месте, когда мачеха Кристина бросилась ему на помощь. Отчего указанная мачеха представлялась соседкой. Как так вышло, что с ней никто из полицейских не пожелал разговаривать, хотя она их и упрашивала, и называла по-разному, и пыталась хватать руками, и обещала немедленно соединить с отцом ребенка. А главное, остались без ответа все вопросы, которые ставил перед прохожими девятилетний артист - и на улице Арбат, и на Воздвиженке.

К примеру, быть или не быть? Достойно ли терпеть безропотно позор судьбы иль нужно оказать сопротивленье? Странное дело, но и по прошествии четырех дней никто из сильных мира сего не удосужился удовлетворить наше любопытство на сей счет. Ни министр внутренних дел, ни детский омбудсмен, ни даже всесильный и всезнающий адвокат Кучерена.

Зато открылось, что это вообще было. То есть как следует правильно понимать случившееся в пятницу в центре Москвы, когда правоохранители тащили в машину плачущего и кричащего третьеклассника, мачеха-соседка с ними полемизировала, обступившие полицейскую машину граждане снимали инцидент на свои телефоны и набирал обороты невиданный в наших краях скандал. В субботу прославленный кремлевский политолог Мухин запостил фотографию папы Оскара с нелестной подписью, и скоро среди комментаторов обозначилось официальное лицо. Вице-спикер Государственной думы, секретарь генсовета "Единой России" Сергей Неверов сообщил публике, что происшествие возле кинотеатра "Художественный" - это была "сто процентов подготовленная провокация". Недаром же, по его словам, "и журналисты рядом, и соседка" оказались.

Правда, никаких журналистов, как мы знаем, при интернировании школьника близко не было, и соседка по имени Кристина только прикидывалась соседкой, но это детали, к тому же мелкие. Государственный муж зрит в корень, и нам остается только посожалеть о том, что он, человек с допуском, не углубляется в тему и главную тайну все-таки от народа скрывает. Так что приходится гадать о том, кто организовывал, оплачивал и проводил спецоперацию в нашей столице, имея целью дискредитировать и органы правопорядка, и верховную власть, да и самого г-на Неверова. Ибо инцидент уже который день обсуждают и в газетах, и в сети, страсти кипят, позорище налицо. Но все же попробуем, раз уж это такой секрет, своими силами допереть и постичь, кому было выгодно устраивать дикую сцену в ЦАО г. Москвы на потеху нашим врагам.

Тут на ум приходят разные версии.

Взять, допустим, западные спецслужбы. Разве они накануне визита Владимира Владимировича во Францию не могли попытаться скомпрометировать Россию, где, представьте себе, дошло уже до того, что полисмены хватают детей, читающих Шекспира? Опять же Дания - член Североатлантического альянса, про Англию уж и не говорю. Или Украину взять. Почему бы Петру Порошенко и его СБУ в рамках гибридной войны не устроить нам эту подлянку? Нельзя забывать и про Навального с его школотой, на что уже проницательно указал у себя в "Телеграме" один известный публицист, причастный к Кремлю и кремлевским тайнам. На днях, как мы знаем, у Алексея Анатольевича вышел косяк с очередным расследованием, и отчего бы ему было не подговорить ребенка, чтобы отвлечь внимание от своей неудачи? Очень похоже на то, что публицист прав, вы не находите?

Не исключено также, что на Воздвиженке проводилась совместная операция, в которой под руководством ЦРУ поучаствовали и европейские шпионы, и украинские, и ФБК, и менты, конечно, были в доле. Единственное, в чем просчитались заговорщики, так это в том, что слово возьмет г-н Неверов и разоблачит их провокацию. Впрочем, не до конца. Он, наивный человек, пишет еще, что, мол, "нужно и правоохранителям вести себя грамотно", как бы отвергая саму мысль о том, что щупальца спрута уже дотянулись до ОП "Арбат". Даже странно, что такая простая мысль не посещает голову вице-спикера. Или он тоже... но здесь остановимся, должен же хоть кто-нибудь остаться вне подозрений. Да-да, мириться лучше со знакомым злом, чем бегством к незнакомому стремиться!.. Иначе как жить.

А следствие продолжается, и сохраняется надежда, что заговор рано или поздно все-таки будет раскрыт. Слабая такая надежда, но как ее не лелеять? Нельзя же поверить, что заговора не было, а случившееся следует объяснять простым идиотизмом, который в равной степени распространяется и на тех, кто охотится в Москве на малолетних чтецов, и на тех, кто ищет и находит врагов там, где надо бы искать и находить друзей по разуму. Мы и не верим, медленно и мучительно прозревая вслед за секретарем генсовета, и вот еще важные вопросы напрашиваются: а не связан ли оглушительный этот скандал с нападками лживой американской прессы на Дональда Трампа, эскалацией напряженности на Корейском полуострове и грядущими выборами в Германии? Связь явно просматривается, но пока Сергей Неверов или кто-нибудь из его коллег эту связь не установил, мы блуждаем тоскливо во тьме неведения.

Немая сцена
 

https://grani-ru.appspot.com/opinion.../m.261139.html
24.05.2017

В памяти заложен страх, и легко догадаться о том, какие чувства испытал режиссер, когда к нему в дом вломились вежливые люди. Или что пережили актеры, когда их с утра пораньше согнали в зал Гоголь-центра, отжав мобильные телефоны. То есть едва ли Серебренников умом допускал, что его сейчас повезут пытать и расстреливать, как Мейерхольда, и труппа вряд ли ожидала массовых репрессий, но себя ведь не переделаешь и заложенное в генах не перекодируешь. Оттого в промежутке между обыском и допросом Кирилл Семенович высказывался очень аккуратно и беседу с журналистами возле подъезда сворачивал на полуслове. Да и как было не спешить, когда сотрудники ФСБ уже загрузились в свою машину и со всей деликатностью ждали завершения блиц-интервью. Отнимать у них время не стоило.

А в крови - умение приспосабливаться к условиям, созданным по окончании эпохи тотального террора, и эти навыки диктовали текст коллективного обращения к начальству, которое зачитывала перед театром Чулпан Хаматова. Растасканного уже на цитаты и парафразы и более всего поражающего солидарной готовностью сдать неких "лиц", хозяйствующих, что ли, субъектов, лишь бы их справедливо судили и не подвешивали на дыбе в ходе следствия. Лишь бы оставили в покое режиссера Серебренникова и его артистов. Лишь бы удалось донести до руководства свое ощущение ужаса и объяснить ему, лично дорогому Владимиру Владимировичу, который наверное не в курсе, что мы потрясены, мы в отчаянии и с нами так нельзя!.. И тот, кто видел молящие глаза учредительницы фонда "Подари жизнь", когда она призывала голосовать за Путина, ясно понимал, о чем идет речь и что происходит ныне с творческой интеллигенцией.

Сюжет, связанный с гастролями силовиков в Гоголь-центре, понятен в меньшей степени. Известно, что пять лет подряд, с момента его назначения режиссером туда, где вчера весь день выступали чекисты, Серебренников живет в атмосфере постоянных доносов, которые пишут и оставшиеся без ролей старые артисты, и неравнодушные граждане из прикремленного фонда "Искусство без границ". Теперь, вероятно, количество перешло в качество, и слабо знакомые с Мельпоменой Бастрыкин с Бортниковым, полистав эту очень пухлую папку, пришли к выводу, что надо бы восполнить пробелы в культуре и как-то к ней приобщиться.

Известно также, что театры наши в эпоху санкций и навязанного обществу мракобесия выживают с большим трудом, и это порой прорывается из-за кулис на сцену. Когда тот же Серебренников матом обкладывает цензоров, запретивших ему показывать в Гоголь-центре фильм про Pussy Riot, но потом все же смиряется и распоряжение начальства выполняет. Когда Константин Райкин клеймит позором и цензуру, и "церковь нашу несчастную", и богомерзких православных экстремистов, и самого замминистра культуры - невежду и сталиниста, а власть вдруг отзывается и финансовые проблемы бунтующего худрука обещает порешать.

Иными словами, успех в дискуссии государственно мыслящих и сотрудничающих с государством (о других здесь не говорим) мастеров культуры с властью всегда непредсказуем. А способы имеются разные. В ходе противостояния Гоголь-центра и ФСБ-СКР опробованы оба. Артисты в знак протеста против произвола карательных органов собрались возле театра, самые знаменитые подписали письмо, Хаматова письмо зачитала - и это бунт. Однако письмо по тону растерянное, отчасти даже верноподданническое - и это знак лояльности. Кирилл Серебренников в шоке, но и объективен, подобно Герцену, сказавшему однажды, что жандармы - цвет учтивости. Это одновременно и бунт, и благонадежность, а дальше интрига будет развиваться уже по законам нынешнего времени, которое все-таки не сравнить ни со сталинским, ни с брежневским, когда интеллигенция обещала взять на поруки оступившихся писателей Синявского и Даниэля. Дальше, как мы все знаем, должна начаться подковерная игра, и ошибется тот, кто станет утверждать, будто административный ресурс Бастрыкина с Бортниковым непременно окажется сильнее, нежели точка зрения Табакова, Миронова, Хаматовой.

Дальше царь будет думать, достаточно он напугал знаменитого режиссера с его артистами или недостаточно. Нужны ему знаменитые актеры в качестве доверенных лиц в будущем году или не нужны - или они в любом случае его поддержат, если сами на свободе останутся. Важен и международный аспект. На будущей неделе Владимиру Владимировичу предстоит знакомство с президентом Макроном, а Серебренников как назло очень популярен во Франции, и это порождает еще один вопрос: попридержать пока Гоголь-центр в качестве заложника или же скандал притушить, и как можно быстрее? Вопрос непростой.

С одной стороны, это же хорошо для высшей власти, что страхов в России снова прибавилось и мрак еще слегка сгустился, и чекисты с автоматами ясно показывают, кто в театральном храме хозяин. С другой стороны, традиция - она в России не одними только страхами кормится. Ненавистью к начальству тоже, причем столетиями, и сформировалась уже некая презумпция виновности власти, когда она накидывается на художника. Это тоже придется учесть, размышляя о том, как откликаться на обращение артистов. Песков уже на всякий случай сказал, что обыски в театре и на дому - "это не дело Кремля", ему, как всегда, никто не поверил, но кое-кто обнадежился. Ведь если не дело, то, может, и дела никакого не будет?

Свою интеллигентность и деликатность чекисты проявили, сам Серебренников подтвердил, а такие слова дорогого стоят. Ни сталинские орлы, ни андроповские ничего подобного не слышали. Только путинские удостоились этих удивительных похвал, и если дозволено нам давать советы президенту, то мы бы ему порекомендовали в знак благодарности режиссеру отвязаться и от него, и от всех, кто с ним работает.

Сцена и стоимость
 

https://grani-ru.appspot.com/opinion.../m.223020.html
30.12.2013

Обсуждение письма тоже не выходит за рамки привычных схем. Обыкновенная, освященная веками смесь пафосного негодования, сочувствия, растерянности, внутрицеховых разборок, злорадства. Истинное нутро Капкова!.. Признанных режиссеров попросту травят!.. Коллективное бессознательное бюрократии... Плохо, что запретили, но хорошо, что разрешили дышать. А вы как хотели: и рыбку съесть, и мягко сесть? Серебренников, почему не уходишь из театра?! Браво, Капков!

Относительной новизной пленяет сюжет. Не посмертное издание замученного Мандельштама издается с диким предисловием Дымшица, а фильм про девочек, только что вышедших по амнистии из зоны, анонсируется в Гоголь-центре. Хотя вот Чернышевский даже сидел в Алексеевском равелине, а роман его добрые люди печатали в "Современнике". Всякое у нас бывало, случались и чудеса, но все-таки нечасто. Не приучены.

Важная часть дискуссии посвящена налогам, и это тоже довольно свежая тема. Чьи они, в конце концов, эти бюджетные поступления, кому принадлежат и кто вправе ими распоряжаться? При грозных царях и отмороженных коммунистах таких вопросов не возникало.

В эпоху Путина и Капкова проблема выходит далеко за рамки экономических споров. Ибо если театр Кирилла Серебренникова принадлежит народу, то при чем тут Путин и Капков? А ежели, и к этому склоняется большинство финансовых аналитиков, никакого народа нет, а есть суперолигарх Путин и при нем на посылках Капков, то им и решать, какие фильмы показывать в Гоголь-центре. Поскольку речь идет о государственном учреждении, типа нефтяной корпорации или метрового телеканала, и кто платит, тот заказывает музыку и танцует девушку. Или не танцует, если девушка сама станцевала в храме.

Наконец, под елкой лежит еще одно письмо, и вот это послание, прямо скажем, уникально. Тут, сколько ни напрягай память, не сыщешь исторических аналогов. Это высшее достижение отечественной модернизаторской мысли десятых годов – текст режиссера про цензуру, и в горестных его словах, щедро зачерпнутых из сокровищницы родного языка и запретного списка Роскомнадзора, полной грудью дышит время.

Время сетевой вольности. Время безграничной свободы в границах микроблога. Время, когда художник, полемизируя с властью, никак не стеснен в выразительных средствах, хотя последнее слово, конечно, остается за начальством. Время, когда можно отвести душу так, чтобы услышал и содрогнулся весь русскоязычный мир, но при этом подчиниться приказу, исходящему сверху, из циркулярного письма, которое, шевеля краями, валяется под елкой. Благословенные времена!

В остальном же все по-старому, в рамках традиций. Власть, как заповедал национальный лидер, стремится поиметь общество, а люди защищаются, матерясь, как это иногда бывает в жизни. Фильм про политзечек запрещен в государственном театре, и это значит, что они по-прежнему вне закона. Словно и не было никакой амнистии. И когда Надежда Толоконникова задает "ребятам" разные вопросы, то ответа на них не требуется, потому что вопросы чисто риторические. Нормального диалога с этой властью, помешанной на запретах, нет, не было и не будет. И если хочешь до нее докричаться, то надевай балаклаву и пой про Богородицу. Тогда тебя посадят, а про песню снимут фильм, который отменят, - и это высшая форма взаимодействия граждан с начальством.

Такова мораль, которую можно вывести из этой истории, разбирая новогодние подарки под елкой и вчитываясь в тексты искрометных писем. Что же касается документальной ленты "Показательный процесс: история Pussy Riot", то в Москве немало площадок, свободных от Путина, Капкова и душераздирающих дискуссий о бюджетных деньгах. Вот и надо, по-моему, без всего этого обойтись.

Скандал полезен, даже необходим для развития гражданского общества в эпоху неслыханной модернизации театрального искусства, но непонятно, почему фильм нельзя показать в другом зале. Тем более сейчас, когда все его создатели, герои и модераторы на месте, зрители по-хорошему заинтригованы и запись готова к воспроизведению на экране. Все-таки показать фильм вообще гораздо важнее, чем продемонстрировать его именно в Гоголь-центре. Гоголь простит.

За него и держись
 

http://graniru.org/opinion/milshtein/m.262349.html
07.07.2017

Пойдет в качестве самовыдвиженца. Будет баллотироваться от "Единой России", у которой внезапно вырос рейтинг, буквально на ровном месте. А вот Песков по-прежнему всего лишь надеется, причем уже давно, что его шеф тем или иным способом выставится и останется на своем посту. Однако ничего определенного пресс-секретарь президента до сих пор сказать не может.

Забавные вообще дела творятся в нашей цифровой Византии.

Помнится, в ночь на 17 февраля Сергей Кириенко собирал журналистов кремлевского пула и под страшным секретом, который следовало затем выбалтывать по сигналу из башни, рассказывал о победе Путина в 2018 году. Выяснялось, что выборы станут "референдумом о доверии", что грядущий триумфатор должен набрать больше голосов, чем в ходе предыдущих кампаний, что Навального не допустят и т.д. Прошло полгода, и нам сообщают новые подробности. Со ссылкой на три источника, один из которых близок к АП, другой тоже близок, но к Кремлю, третий служит федеральным чиновником, и каждый из них, если приглядеться, страшно похож на Сергея Владиленовича.

Он, един в трех лицах, вероятно и оповещает нас о нюансах самовыдвижения, сохраняя при этом интригу. Есть, мол, "приоритетный" сценарий, но не исключено, что будет отчасти как в прошлый раз, когда лидера нации выдвигал уходящий Медведев от имени и по поручению ЕР. Короче, идет дискуссия, продолжается мозговой штурм, открываются бездны, и никому неведомо, что увидит заглянувший туда, где Путин избирается на четвертый срок. Если он еще согласится, о чем не устает напоминать его пресс-секретарь, который все боится спугнуть удачу.

Параллельно развиваются другие предвыборные сюжеты. Так, по всей стране обыскивают, грабят и громят штабы Алексея Навального, что сильно запутывает ситуацию. Непонятно, зачем так буйствуют провинциальные и столичные правоохранители, - ведь всем известно и растолковано не раз, что лидер Партии прогресса избираться не может. Правда, если Владимир Владимирович уже решился, то никакой Навальный ему вроде не страшен, и тут закрадывается мысль, что огонь по штабам ведется с целью раскрутки ФБК и ее лидера. Напротив, ежели Путин подбирает себе очередного Димона для спецоперации "Преемник", тогда, конечно, нужно поляну зачищать и несогласных закошмаривать, поскольку тот же Дмитрий Анатольевич на фоне своего разоблачителя будет выглядеть бледновато. Но разве такое возможно, чтобы при живом Путине, имеющем право баллотироваться хоть самовыдвиженцем, хоть тушкой, народу подсунули другого царя?

Самые разные, короче, мысли приходят в голову, когда отслеживаешь хронику всех этих удивительных событий. Разглашение тайн под покровом ночи. Обыски и погромы. Тягостные рефлексии на тему "пойдет - не пойдет". Однако постепенно, по мере приобщения к этим последним тайнам, преобладающей становится одна мысль. О том, что выборы Путина в 2018 году - это жуткая тягомотина и с явкой на них могут возникнуть реальные проблемы. Мало кто придет, включая многочисленных сторонников, которые не сомневаются в том, что любимый руководитель и без них как-нибудь одолеет конкурентов.

При этом не имеет в принципе ни малейшего значения, кто там его выдвинет. Сам он объявит о своем желании еще повкалывать на галерах, какие-нибудь изнемогающие от страсти к начальству трудовые коллективы за него впишутся или взбодрившиеся единоросы - какая разница? Бюджетников сгонят, цифры пририсуют, Кавказ и Кузбасс поставят новые рекорды всенародного волеизъявления, Памфилова их все зафиксирует, подавляя тяжкий вздох, адресованный мирозданию. Проблема в том, что само слово "выборы" применительно к путинской России наводит тоску, и наверное именно эту проблему решают сегодня в администрации президента и в его пресс-службе. Интрига нагнетается искусственно.

Потому новости из жизни обреченного на победу и подаются так медленно. В час по чайной ложке, раз в полгода. При строгом разделении труда. Президент с ленинской лукавинкой в глазах высказывается в том смысле, что все решает избиратель. Кириенко работает с пулом, подкармливая его новостями про "референдум" и "самовыдвижение". Песков ничего не знает, хотя надеется. Народ исподволь готовят к неизбежному, слегка мучая неизвестностью, но как бы и намекая, что все кончится хорошо. Держат в тонусе. Это на их языке называется "позитивной повесткой".

Другой вопрос, хочет ли сам Путин еще шесть лет вести страну к той пропасти, которая все яснее обозначается в геополитическом тумане. Надо полагать, он и рад бы отдохнуть, но в силу специфики обстоятельств и характера уйти не может. Сказал же он Стоуну, что боялся идти в президенты, ибо Борис Николаевич мог передумать, выгнать его из премьеров, и что тогда делать, "куда спрятать детей". Поразительная фраза, которую вообще никто из отставленных при Ельцине вторых лиц сказать не мог, только Путин. Так что едва ли он уйдет, даже если вымотался до предела, и в новостях из его предвыборной жизни легко угадывается будущее. Превозмогая ту же скуку, анонимные как бы источники в Кремле сплачивают население вокруг фигуры президента.

Впрочем, из всех возможных безотрадных версий предстоящего эта, связанная с унылыми выборами, кажется не самой скверной. Согласитесь, лучше уж так, чем дома взрывать, учинять новую войнушку и злить старика Дональда, окончательно загоняя электорат в осажденную крепость и заколачивая ворота. Нельзя же постоянно предаваться унынию, заглядывая в завтра и обнаруживая там осточертевшее прошлое, ну вот и повод для оптимизма. Он пойдет в качестве выдвиженца или от "Единой России", а больше не случится практически ничего. Все уже случилось, дальше надо запасаться терпением, запасы которого у нас безграничны.

Между силой и харизмой
 

http://graniru.org/opinion/milshtein/m.261873.html
19.06.2017

В авторитарной стране, где результаты выборов более или менее известны задолго до дня голосования, оппозиция бывает двух видов. Системная и несистемная. Вписанные в элиту фрондеры, расположившись на ветвях законодательной, изредка исполнительной власти, успешно обменивают свой дозволенный протест на кормление из государственной казны. В элиту не вписанных никуда не допускают, задерживают при выходе из дома, избивают на площадях, сажают, убивают. Прикармливают или карают для простоты опознавания. Дабы независимый эксперт не перепутал системного оппозиционера с несистемным.

А еще имеется Евгений Ройзман, чья политическая судьба, сбивая с толку экспертов, ни в какие рамки не вписывается.

Созданный им фонд "Город без наркотиков" по методике жестокого обращения с людьми вполне соответствовал укорененным в отечестве нравам. С властью они совпадали в главном: в абсолютном презрении к праву, соединенном с твердым убеждением в том, что цель оправдывает средства. При этом сам социально близкий Кремлю Ройзман, с его бунтарским характером, личной храбростью и несомненной харизмой, все-таки сильно отличается от всех так или иначе связанных с властью граждан. И то обстоятельство, что ему разрешили избираться и стать избранным мэром Екатеринбурга, почти не повлияло на его убеждения и деятельность.

Он участвует в пикете, организованном в защиту болотных узников. Невосторженно отзывается о цензуре в СМИ и даже о российской войне в соседнем государстве. В своем городе считает необходимым выступить на митинге против коррупции, отчасти поддержав Навального. В его кабинете на том месте, где должен висеть президент Владимир Владимирович, располагается портрет поэта Бродского.

Он уникален, этот полусистемный Ройзман. Оттого игры в политику, куда его пытаются вовлечь разные партийные лидеры, постоянно сопровождаются скандалами, которые развиваются по одной и той же схеме. Сперва системные оппозиционеры, вроде бы договорившись с Кремлем, заносят его имя в свои списки, но затем начальство начинает морщиться и брать ходы назад, и тут выясняется, кто чего стоит в элитных кругах.

Так, лет десять назад Миронов и его справедливоросы выдвинули было Ройзмана первым номером по Свердловской области, однако скоро его оттуда убрали, повинуясь приказу. Четыре года спустя Евгения Вадимовича позвали в "Правое дело", что кончилось совсем уж печально. У лидера партии, не вполне сговорчивого олигарха Прохорова "Правое дело" отобрали, и он ушел, сурово заклеймив напоследок "кукловода" Суркова.

А в наши дни, когда присмиревший олигарх прощается с лучшим своим медиаактивом, в привычном уже конфликте участвует "Яблоко". Правда, на местном уровне, но за кресло губернатора, которое в табели о рангах оценивается куда выше, нежели депутатское. Потому ни малейшего удивления не вызывает такой вроде немыслимый разворот сюжета, когда председатель регионального отделения партии вдруг учиняет буйство и вместе с большинством делегатов уходит из зала и из "Яблока". Не до конца ясным остается, что заставило его восстать и высказаться против Ройзмана в присутствии самого Явлинского, идет ли речь о местной интриге или снова вмешалась Москва, но это детали. Суть дела заключается в том, что у популярного в народе мэра, если ему удастся пройти предвыборный фильтр, есть реальные шансы побороться за должность с ушедшим в досрочную отставку ради переизбрания врио губернатора Куйвашевым. Больше ни у кого из кандидатов ни малейших шансов нет.

То есть на кону довольно серьезная ставка. Куйвашев, протеже Собянина, ушел, чтобы вернуться; должность ему обещана на самом верху, и это значит, что Ройзман для него - нечто вроде Навального для Путина, с поправкой на губернские масштабы. Реальной конкуренции, как и повсюду, за исключением разве что Москвы, на этих выборах быть не должно. С другой стороны, конкурент Куйвашева, в отличие от всяких столичных смутьянов, не какой-то там несогласный, занятый саморекламой, а мэр города. Номенклатурный, как ни крути, товарищ. А это слегка усложняет задачу, которую высшая власть поставила перед местной: борца с наркотиками на выборы не пускать.

Приходится что-то выдумывать, закошмаривая региональных "яблочников", но Явлинский не сдается, столичный федеральный совет партии все равно выдвигает Ройзмана. Ну и на всякий случай ПАРНАС тоже готов его поддержать. То есть жизнь в форме вялотекущего скандала еще теплится там, на родине Бориса Ельцина, и в этом можно усмотреть некую обнадеживающую символику, если возникнет желание. Хотя можно и не усматривать, желания-то никакого нет.

Скорее на примере Ройзмана обнаруживается иная закономерность. Наблюдая его мытарства, легко заметить, как неуклонно сжимается пространство, на котором действует полусистемный политик, некогда депутат Госдумы. Сначала в недолговечном союзе с Мироновым, который по заказу путинской администрации отращивал левую ногу партии власти. Позже в партии олигарха, создание которой тоже ведь было согласовано с руководством. Теперь вот "Яблоко" и ПАРНАС, влачащие призрачное легальное существование. А больше, похоже, никого и не осталось.

Впрочем, взглянуть на происходящее можно и по-другому. Тревожными глазами начальства, которое неустанно год за годом очищает кабинеты от врагов, буквально до мышей зачищает, а они все не успокаиваются, лезут и лезут. Уж и "Яблока" практически никакого нет, и Гудковы изгнаны, и всюду, куда ни плюнь, одни системные оппозиционеры, но ни минуты отдыха у несчастного правящего класса в авторитарной стране, где результаты выборов более или менее известны задолго до дня голосования, нет и не предвидится. Все время надо кого-то давить, и в этих неустанных трудах проходит уже второе десятилетие. Истинно рабы на галерах.

Выход из плена
 

http://graniru.org/opinion/milshtein/m.262252.html
03.07.2017

Все люди разные и переменчивые, в том числе родители заблудившихся в соседней стране российских воинов. Помнится, отец сержанта Александрова, "жилистый мужчина в кофте", грозился спустить собаку на репортера "Новой", жена его стращала гостя кочергой, оба называли журналиста предателем, но потом все-таки приглашали в дом, кормили пельменями, записывали для сына видеописьмо. В сущности, Павел Каныгин вернул им сержанта, спас, ведь если бы не шум вокруг заблудившихся, вряд ли Путин согласился обменять на них Надежду Савченко.

Судьба ефрейтора Агеева - точная копия того, что случилось с Ерофеевым и Александровым. Служба в спецназе ГРУ, командировка в ЛНР, боестолкновение, плен, и вот уже Минобороны РФ уполномочено сообщить, что он год как уволился из армии. Правда, от капитана и сержанта открещивался лично генерал-майор Конашенков, а нынче хватает и анонимного пресс-релиза. Дескать, никогда Агеев не служил контрактником. Причем следы пребывания уволившегося в мире виртуальном убираются с такой заполошной скоростью, что прямо диву даешься. За годы войны, отрекаясь от своих, генералы сильно продвинулись в деле освоения самых дурацких способов маскировки, но это в скобках. Армейское начальство совсем не меняется.

А вот люди - они разные, и случай Светланы Агеевой является ясным подтверждением этой простой мысли. При всем их внешнем сходстве, современных российских граждан, несомненных патриотов, одобряющих политику руководства страны и гордящихся своими сыновьями. О маме Виктора Агеева мы узнаем еще, что она "очень политикой увлекается" и постоянно смотрит Киселева с Соловьевым, причем выделяет Владимира Рудольфовича. Трудно сказать, почему выделяет, по мне так Киселев не хуже, но спорить не хочется. Хочется понять, почему она в схожих обстоятельствах ведет себя не так, как принято.

Охотно встречается с тем же Павлом Каныгином в квартире у старшего сына в Барнауле. Через "Новую газету" обращается с просьбой о помощи к Путину, Лаврову и Шойгу. Опровергает заведомо лживые измышления о том, будто бы ее сын ушел из армии, и входит в контакт с Борисом Вишневским из "Яблока", предъявляя ему копию недавнего приказа о присвоении Виктору звания ефрейтора. Изъявляет готовность поехать в Киев вызволять пленного, опять-таки в отличие от несчастной матери Александрова из деревни Рожки, которая боялась, что ее "посадят там... чтобы давить на Сашу".

Это можно по-всякому объяснять. Степенью запуганности некоторых родственников, которые даже о погибших своих детях, братьях, мужьях - псковских десантниках не желали ничего рассказывать никаким журналистам. Уровнем образования: все же политически подкованная Светлана Агеева работает учительницей английского языка. Однако ответы эти представляются неполными. В конце концов сердце кровью обливается у всех, кто потерял близких в чужой стране или услышал о том, что они попали в плен, но выражает несогласие с начальством, превозмогая страх, именно Светлана Викторовна.

Быть может, дело в том, что война идет уже три года, у людей накапливается опыт и самые информированные из них постепенно догадываются о том, куда следует обращаться, если на Украине заблудился сын. Они понемногу склоняются к мысли, что в "Новой" им скорее помогут, как помогли Ерофееву с Александровым, чем в "Комсомольской правде". И в "Яблоке" к ним отнесутся иначе, нежели в "Единой России" или там в ЛДПР. Люди медленно, но верно начинают, что ли, прозревать, сталкиваясь с прямой ложью, и случай Агеевой, один из первых в подобном роде, не станет последним. Поскольку в Донбассе воюют сотни, если не тысячи сослуживцев ефрейтора и каждый может завтра, заблудившись в чужом краю, попасть в плен. О том, как завтра их будет защищать Родина, все они давно знают, и матери с отцами тоже. Равно и о том, где им искать помощи, когда армия их предаст.

А это может стать для многих из них, исчисляемых уже сотнями тысяч, если не миллионами военнослужащих и членов их семей, довольно важной информацией к размышлению. О войне и мире, о Киселеве и Соловьеве и о цене, которую приходится платить за победоносную внешнюю политику, которую проводит мудрое руководство. Пройдет время, и цена эта может показаться непомерной, а вопрос лишь в том, сколько времени еще должно пройти и сколько солдат заблудиться в непроходимых джунглях Украины и сгинуть в Сирии, и сколько раз еще собирательный Конашенков должен отречься от пленных и убитых, чтобы до матерей и отцов дошло, в каких газетах про их детей пишут правду. И за какие партии предпочтительней голосовать, чтобы дети из армии возвращались домой живыми.

Тут хочется сказать, что в предвыборном году такие догадки могут посетить многих и жизнь в стране резко изменится в ближайшие времена, однако эта мысль представляется слишком оптимистичной. Скорее следует говорить о сроках куда более длительных. Тем не менее тенденция вроде уже намечается, если уж доверчивый зритель самых гнусных наших пропагандистских программ, подозревая неладное, взывает одновременно и к Владимиру Путину, и к Павлу Каныгину. Когда Путина совсем не будет, а войны вдруг прекратятся, очень разные, но в чем-то главном схожие между собой россияне окончательно прозреют.

Заметить разность
 

http://graniru.org/opinion/milshtein/m.246055.html
20.11.2015

В Донецке Ростовской области судят гражданку Украины Надежду Савченко. В Киеве продолжается процесс по делу двух россиян - Евгения Ерофеева и Александра Александрова. События происходят одновременно, новости поступают почти синхронно, к тому же на скамье подсудимых сидят исключительно военнослужащие, участники войны России с Украиной, оттого постоянно их сравниваешь - пленную летчицу и спецназовцев. Сравниваешь и поражаешься: какие разные люди!..

Савченко вызывает у наблюдателя, доверчиво читающего судебные хроники, шок и трепет. Вот в зале суда оглашаются предварительные показания репортера НТВ Токарева, который некогда брал интервью у ополченца по кличке "Батюшка", побывавшего в плену, и тот рассказал, как Савченко допрашивала его и других несчастных. "Она с ненавистью била всех задержанных по детородным органам таким образом, что большие мужчины весом по 100 килограмм отрывались от земли", - свидетельствовал этот правдивый человек, и было по-настоящему страшно. А подсудимая выслушивала показания, не скрывая издевки по отношению к летающим мужчинам, и потом еще долго мучила журналиста. "Вы сказали, что "Батюшка" говорил низким голосом. То есть не было похоже, что я отбила ему детородные органы?" - уточняла она у журналиста, и тот прямо не знал, что и ответить. "Батюшка" сказал, что я отбила ему яйца, когда была на другом конце Украины? Вы журналист или сплетник?" - не унималась летчица, и можно было понять председательствующего, который все эти вопросы снимал как некорректные.

Явно побаивался Савченко и неустрашимый с виду руководитель ЛНР Плотницкий, которого допрашивали позавчера. Иначе бы не просил удалить публику из зала и не утверждал, что не имеет никакого отношения к похищению украинской гражданки. И даже, словно желая понравиться подсудимой, говорил, что уважает ее "как офицер офицера", а процесс в Донецке называл "политическим". Складывалось впечатление, что ему, большому мужчине, как-то неуютно и тяжело на душе и о том, как по приказу из Москвы его подчиненные вывозили Савченко в Россию, он теперь вспоминает с неудовольствием.

Иное дело - киевское. Дело сложное и безусловно тоже политическое, но по-человечески понятное, если говорить о подсудимых и их выступлениях: на предварительном следствии и в зале суда. Капитан Ерофеев и сержант Александров - они ни у кого не вызывают страха, только жалость и некоторые другие чувства, которые здесь не будем называть. С ними все ясно: воевали там, где велело начальство, попали в плен, испытали стресс, когда узнали, что Родина от них отреклась, объявив уволенными со службы, и Александров даже выражал поначалу желание вчинить иск Минобороны РФ, но потом, наверное, передумал. В целом предварительное и судебное следствие по делу пленных россиян и все события, сопровождающие этот процесс, предсказуемы, и кровь не стынет в жилах, когда узнаешь подробности их биографий. Типовые биографии, типовое предательство генералов, типовое горе родителей.

Предполагаю, что Ерофеев и Александров не лгали, исповедуясь дознавателям и выражая свое отношение к войне, и слезы на глазах сержанта, когда он говорил о жене, были непритворными. Однако Родина о них внезапно вспомнила и, общаясь через адвокатов и дипломатов, дала понять, что когда-нибудь они вернутся домой, и бойцы это осознали, и тут концепция поменялась. Оказалось, что они все-таки безработные, в таком качестве и выдвигались к городу Счастье Луганской области и принимали бой. Впрочем, оставаясь безработными, они просят судить их за шпионаж и незаконное пересечение границы с целью сбора разведданных и считать военнопленными, на которых распространяется действие Женевской конвенции. Вчера Ерофеев, отказавшись от своих прежних показаний, еще пожаловался на пытки в ходе предварительного следствия, что тоже вряд ли кого-нибудь удивило. Вне зависимости от того, правда это или нет, подсудимый должен был объяснить, почему раньше сознавался, а теперь опровергает, и объяснение прозвучало.

В Донецке судят Надежду Савченко, а в Киеве - пленных российских воинов, и ходят упорные слухи, что со временем их всех приговорят и обменяют. Хотя обмен будет неравноценным. С одной стороны, страшная и бесстрашная летчица, ни единой долькой не отступающая от своих показаний, с другой - простые ребята, попавшие в переплет и потому каждый раз говорящие как под диктовку. С одной стороны, женщина, сражавшаяся за свою страну, с другой оккупанты. Поразительно разных людей судят в России и на Украине.

Тем не менее тот день, когда они выйдут на волю и обнимут близких, станет счастливым для многих, включая автора этих строк. Причем в случае Савченко это будет чистое, беспримесное счастье, и можно не сомневаться в том, что дома ее встретят как героиню и миллионы людей возрадуются. О будущем Ерофеева и Александрова ничего подобного не скажешь. Хорошо если не отведут куда-нибудь в спецчасть, не замучают допросами, а просто оставят в покое. Такой финал тоже можно будет назвать счастливым, и здесь, по законам жанра, надо бы как-то обыграть название места, где оборвалась их служба в рядах Вооруженных сил РФ, но едва ли стоит это делать. Сюжет не завершен, и новости, почти синхронно поступающие из Донецка и Киева, надежд на перемену участи никому пока не сулят.

В конце концов все это может затянуться надолго: суды и сроки, которые им придется отбывать. Приговор Савченко вынесут в Кремле, и в соответствии с этим решением в Киеве будут приговаривать Ерофеева и Александрова. Ясно также, что неравноценность обмена очевидна и Путину - и свою заложницу он скорее всего захочет продать подороже, а на сержанта с капитаном ему плевать. Правда, торговаться с ним украинское руководство сегодня не собирается, и правильно делает, да и сроки, отмеренные самому президенту РФ, неведомы, так что самый вероятный исход этих двух процессов - все-таки одновременное освобождение приговоренных. Хочется верить, что это произойдет довольно скоро, и заложники путинской войны обретут свободу. Такие непохожие.

Скукины дети
 

https://grani-ru-org.appspot.com/opi.../m.262717.html
21.07.2017

У сочинителя политических колонок, посвященных России, немало жизненных льгот: работа на дому, ненормированный день, еда, кофе и сигареты когда пожелаешь, а не в перерыв на обед или перекур. Однако имеются и трудности в этой работе, неведомые тем, кто ежедневно пашет в поле или у станка либо даже пишет статьи, но не про Россию. Ибо тема депрессивна, особенно в последние 18 лет, вдобавок комментатор обязан смотреть телевизионные передачи про политику и отслеживать в сети выступления разных деятелей. Это, поверьте, занятие нелегкое.

Взять хоть "прямые линии" нашего президента, которые длятся до бесконечности, при том что слушать там почти нечего, от скуки можно осатанеть, но и деваться некуда: сидишь и смотришь. Потом еще пишешь, тщательно подбирая слова. Потом перечитываешь написанное... Не всякий человек выдержит такое испытание, а только притерпевшийся к сочинению политических колонок на заданную тему.

Короче, вчерашние дебаты Алексея Навального с Игорем Стрелковым были хороши тем, что продолжались сравнительно недолго, около полутора часов. Больше, правда, при всем желании ничего хорошего о них не скажешь - будь ты поклонником грядущего нашего президента или бывшего героя Новороссии. Это была вполне предсказуемая скука, усиленная еще тем обстоятельством, что главным персонажем в полемике стал указанный выше Путин, поминаемый чуть ли не ежеминутно. Собственно, вся дискуссия свелась к тому, кто из них на самом деле Путин - Навальный или Стрелков.

Выяснялось, что Гиркин - это Путин вчера, поскольку воевал за Путина в Чечне и на Украине. Алексей же Анатольевич - это Путин сегодня и завтра, потому что не хочет освобождать самый разделенный в мире народ и намерен, придя к власти, поддерживать "оккупационную колониальную администрацию Запада в России". Вслед за Владимиром Владимировичем, да. В таком духе они высказывались очень долго, перекидывая Путина друг другу как волейбольный мяч, отбивая Путина, вколачивая Путина в сетку. К спорам о том, какой из Путиных губительнее для страны, свелось по сути все содержание разговора. Разобраться в этом не удалось.

Зато каждый из выступавших успешно решил задачи, которые ставил перед собой накануне поединка. Гиркин пришел для того, чтобы разочароваться в Навальном и лишний раз доказать своим немногочисленным сторонникам, что Россия кишит предателями сверху донизу, от Кремля до окраин, и лидер несистемной оппозиции тут не исключение. А Навальный, на радость многочисленным своим болельщикам, обкатал на Стрелкове затверженные тезисы предвыборной программы. Насчет коррупции и борьбы с ней, которая скоро и победоносно завершится, после того как законно избранный Алексей Анатольевич, во-первых, организует в России политическую конкуренцию; во-вторых, учредит независимые суды; в-третьих, прикажет прессе быть свободной.

Вообще говоря, это тоже была "прямая линия": спор Навального со Стрелковым. Точнее, две прямые линии, не пересекающихся нигде, даже когда они вроде соглашались друг с другом - грядущий президент и бывший герой. Например, в оценке нынешнего режима, который оба называли узурпаторским. Однако тут же открывалось, что Навальный видит все беды в коррупции и только в ней, тогда как Гиркин плевать хотел на коррупцию, если русофобский Запад подбирается к нашим границам, и в Америке бал правят русофобы, и в Европе, и в Киеве, и в Москве. И пропасть, разверзшаяся между ораторами, становилась совсем уж бездонной, когда обнаруживалось, что Алексей Анатольевич не воевал ни в Приднестровье, ни в Чечне, ни в Донбассе, в то время как Игорь Иванович ни разу не был на Западе.

Впрочем, возникала еще мысль, что если бы Навального сперва послать на фронт, а Стрелкова - в Европу, то после они могли бы хоть о чем-нибудь договориться, но эта мечта казалась несбыточной, да и жестокой. Теоретически лидер Партии прогресса мог бы воротиться домой. Гиркин точно не вернулся бы из Гааги.

Историкам тоже нечем было поживиться. Хотя незадолго до дебатов и в ходе беседы затеплилась надежда, что как минимум о войне мы узнаем что-нибудь новое. Все-таки Стрелков - человек весьма информированный, а Навальный собирался его спросить про сбитый "Боинг", и вопрос этот прозвучал. Увы, Гиркин военной тайны не выдал, сделав два взаимоисключающих заявления. С одной стороны, сообщил он, "ополчение, подчиненное ему, "Боинг" сбить не могло от слова "никак". С другой стороны, "он не участвовал в расследовании и даже им не интересовался принципиально". Слово "принципиально" здесь представлялось ключевым, адресовалось явно не нам, и это, пожалуй, был самый острый момент в дискуссии. Дальше опять пришлось скучать - до конца, томясь и тяжко вздыхая.

В итоге пустой тратой времени этот разговор обернулся для всех - и для зрителей, и для участников, и для ведущего Зыгаря, от которого веяло тоской совсем уж беспросветной. Видно было, что человека оторвали от каких-то куда более увлекательных дел, и тут опять нельзя было не вспомнить о том, чем работа фрилансера выгодно отличается от скучной обязаловки, даже временной. Можно вообще не выходить из дома, а для того чтобы узнать, чем национал-патриот отличается от популиста, достаточно войти в сеть и посмотреть широко разрекламированный диспут.

Да вот тем и отличается, что популист, который хочет понравиться избирателям, все-таки хотя бы на словах жалеет людей и довольно внятно говорит о том, что воевать не нужно, а нужно больницы строить и уровень образования повышать. Национал же патриот не мыслит счастья Родины без массовых убийств и миллионов беженцев, порожденных бойней, и в данном вопросе им тоже никогда не сойтись - Навальному с Гиркиным. Но мы это знали и раньше, интересуясь историей и следя за новейшими трендами. Убеждаться в их неизменности не было нужды.

Мобилизующий и вызванный
 

https://grani-ru-org.appspot.com/opi.../m.262484.html
12.07.2017

Игорь Стрелков вызвал на дебаты Алексея Навального. Герой Новоросии желает обсудить с лидером несистемной оппозиции такие проблемы, как борьба с коррупцией, отношения РФ с Западом, будущее страны, судьбы Крыма и Донбасса. В ходе дискуссии Игорь Иванович намерен разоблачить Алексея Анатольевича, доказав, что никакой он не оппозиционер. Лидер Партии прогресса вызов принял.

Новость - мечта конспиролога.

Известно же, что Гиркин - "полковник ФСБ", тогда как Навальный - "проект ФСБ", и вот они сходятся, повинуясь приказу из той башни, где рулят полковниками и проектами. Древняя Новороссия сшибается со школотой нового тысячелетия, национализм имперского толка единоборствует с умеренным национализмом, а пейзаж после битвы таков. Националисты, как и прежде, пребывают в разброде, либералы отворачивается от своего кумира, учащиеся недоумевают, и Владимир Владимирович, так и не произнеся имени Навального, на белом коне снова въезжает в Кремль в 2018 году. Хитрые чекисты опять всех переиграют.

Однако жизнь устроена не столь гармонично, как ее описывают конспирологи, оттого едва ли следует усложнять картину грядущего столкновения. Все, наверное, проще. Давно никому не нужный Гиркин, чья звезда закатилась осенью 2014-го, вскоре после отставки с поста министра обороны ДНР, ревниво приглядывается к восходящей звезде и мечтает как-то о себе напомнить. Точнее, полковник довольно активен у себя в микроблоге, его привечают на родном РОЙ ТВ, но герой в сущности забыт. Даже в соседней стране, где Стрелков вдоволь погулял и поубивал, его могли бы почаще вспоминать, примерно с теми же чувствами, с какими поляки вспоминают Шухевича.

Увы, прикладная демократия в Крыму, вторжение в Славянск, оккупация Донбасса - все это уже история, подобно Волынской резне. Есть повод - вспоминают. Ну вот сейчас повод имеется, к чему Игорь Иванович и стремился.

Простыми причинами следует, вероятно, объяснять и стремительный ответ Навального. Несистемный наш президент молод, азартен, боевит - и как он мог отказаться, когда человек с белогвардейскими усиками прислал ему форменный картель. К тому же Алексей Анатольевич считает себя националистом с человеческим лицом, и тут у него возникает соблазн легкой победы над отставным отморозком. Победы тем более важной, что он хочет привлечь на свою сторону почитателей Гиркина, о чем и сам пишет. В ходе поединка Навальный надеется "доказать, что он наилучший кандидат для всех избирателей, называющих себя патриотами". Наконец, полезно в его положении политика, противостоящего нынешнему автократическому режиму, проявить демократичность.

Это же всякие либералы ввели моду на рукопожатность и не желают дискутировать, допустим, с убийцей. Соглашаясь встретиться со Стрелковым, Алексей Анатольевич демонстрирует предельную открытость и готовность к диалогу с любым потенциальным избирателем. В данный момент он выступает объединителем нации в стане националистов.

Проблема, однако, в том, что мир, в котором отменены теории заговора, не только негармоничен, но и порой скучен до безобразия. Особенно отчетливо это проявляется в разговорах с конспирологами, в чем Навальному скоро предстоит убедиться. Рекламируя Гиркина, он совершает ошибку, но это полбеды. Настоящая беда в том, что мировоззрение бывшего реконструктора сводится к набору банальных и глупых геополитических схем, которые он и будет продвигать, полемизируя с лидером Партии прогресса.

Стрелков - тот же Путин, только до власти не дорвавшийся, такая ходячая осажденная крепость. На свой лад он даже честнее, поскольку все людоедские замыслы руководства призывает не скрывать от народа, но открыто и прямо проводить в жизнь, сея смерть. И когда они с Навальным начнут спорить о Крыме и крымчанах, которые не бутерброд, и о Донбассе, где российские войска не воюют, кровожадный искренний полковник будет выглядеть убедительней своего виляющего оппонента. Как минимум в глазах тех, кого принято считать националистами имперского толка.

Для того чтобы оторвать этих людей от Гиркина, Навальный должен с ним как бы объединиться. То есть, условно говоря, поставить у себя во дворе памятник Ивану Грозному со сталинскими усами и страшными словами заклеймить Путина за то, что Харьков все еще стонет под гнетом украинской фашистской хунты. Привлекая в свои ряды самую озверелую часть посткрымского большинства и теряя людей нормальных, ему придется без обиняков отвечать на главные вопросы и всем сердцем полюбить Россию в кольце врагов. Если же он намерен остаться самим собой, довольно здравомыслящим человеком и популистом от бога, то ему надо будет с предельной жесткостью объяснять Стрелкову и зрителям равно и преступность российско-украинской войны, и бандитскую сущность того, с кем он вышел спорить.

Не исключено, что тем дело и кончится и диспут двух националистов обернется вербальной дракой, но едва ли Навальный в ней победит. При том что ему нужны победы. Ибо такого рода словопрения бессмысленны и бессодержательны по определению, а в тех случаях, когда весьма известный политик полемизирует с никому не нужным и позабытым боевиком, это оборачивается еще и пустой тратой времени. Сторонников у политика больше не станет, хотя количество их вряд ли и уменьшится. В той пустыне, в которую обращена российская политическая жизнь, многие ведь поддерживают Навального не потому, что согласны с ним во всем. А потому что в пустыне миражи выбирать не приходится. Где увидел, туда и бредешь.

Впрочем, отменять их, эти дебаты, уже поздно, так что будем смотреть. Слегка мучаясь от стыда, но и сдерживаясь, поскольку к бесславным зрелищам приучены. Одним больше, одним меньше.

А вы откуда знаете?
 

https://grani-ru-org.appspot.com/Pol.../m.262076.html
26.06.2017

- Об акциях Навального знаете? - Знаем. - Откуда знаете? - По телевизору рассказывали!

Среди всех ответов, которые собирательный российский респондент дал любознательным социологам, эти, пожалуй, самые характерные. Гражданина опрашивает ФОМ, то есть Кремль, и гражданин мучительно ищет правильные слова, чтобы не спалиться. Подобрать их непросто.

Чуть меньше половины россиян до сих пор предпочитают вообще ничего не знать о знаменитом оппозиционере, и это по-своему мудрое решение: тогда и все прочие вопросы снимаются. Чуть больше половины сознаются в содеянном: про Навального они слыхали. Сознавшихся пытают дальше, и тут они, что называется, вступают на минное поле. Откуда вы узнали, спрашивают, об акциях протеста, которые планируется провести 12 июня? На этом и других подобных вопросах отваливаются еще некоторые, но оставшиеся смельчаки готовы поговорить и про акции. За день до их проведения.

Половина из них решает идти до конца и честно сообщает, что информацию о грядущих протестах получили там, где и все нормальные люди. В социальных сетях, на сайтах, в печатных СМИ (понятно каких), в разговорах с друзьями (ясно, что за друзья). А другая половина... но здесь необходима аккуратность. 43% сообщают, что про митинги и прогулки узнали из телевизора, и теоретически можно предположить, что в числе опрошенных были подписчики "Дождя", но едва ли такие подписчики преобладали. Большинство, по всей вероятности, склонилось к мысли, что жертвовать собой и друзьями во имя науки, тесно связанной с Кремлем, не следует, оттого граждане и дали этот поразительный ответ.

От телевизора узнали, сказали россияне, а телевизор у нас - это известно что. Первый телеканал, РТР, НТВ. Ровно те средства массовой информации, где ни слова не говорилось о демонстрациях 12 июня. Они там, прямо скажем, не афишировались. Иными словами, респонденты занялись троллингом.

В той же смелой, но отчасти и лукавой манере свидетели Навального отвечают и на другие вопросы. 7% опрошенных от общего числа относятся к нему хорошо, 23% - скверно, 18% равнодушны к этому политику, а 8% россиян пока не знают, что о нем сказать. 15% граждан верят создателям фильма про непопулярного Димона, 8% не верят, 10% колеблются. Отдельные исследования проводятся в молодежных фокус-группах, с ними работают и ФОМ, и ВЦИОМ, но цифры сообщаются только руководству, которое эти опросы тоже заказывает. Известно также, что в Челябинске для указанных целей разыскивали "политически активных и начитанных 17-летних девушек", суля им по 800 рублей за сговорчивость, но чем дело кончилось - неизвестно.

Собственно, с протестными настроениями в России, особенно в молодежной среде, давно уже так, и мы можем вслед за генсеком Андроповым сегодня повторить, что плохо знаем свою страну. Незнание складывается из многих неведомых величин. Путин надоел, но как жить без него - россияне забыли. Коррупция осточертела, и это еще мягко сформулировано в отношении совершенно зажравшихся и утерявших берега элит, но как изживать беду - непонятно. Навальный интересен, но куда двинется страна под его, допустим, чутким руководством - покуда неясно.

Ясно лишь, что под слоем внешнего внушенного патриотического подъема и дикорастущего благолепия в стране бушует подземный пожар и Навальный - это только имя, хотя и весьма популярное, символизирующее недовольство. Недовольство, которое способно внезапно выплеснуться на площади и улицы многих российских городов и надолго оттуда уйти, затаившись, но это не значит, что его нету. Недовольство копится, тычется вслепую, размахивает национальными флагами, распевает михалковский гимн, кричит "путинвор", корчится под сапогом росгвардейца, томится в автозаке. Недовольство вроде безвыходно, как пар в кастрюле с прибитой гвоздями крышкой, но давление велико, и не то что гвозди, даже скрепы могут не выдержать. Недовольство глухое, мощное, глубокое, которое не нуждается в идеологии, и в этом смысле лидер Партии прогресса - идеальный его проводник.

Понемногу он превращается в Сим Симыча из бессмертного романа, чье имя под запретом, но в толще народной вызревает мечта о его победе на честных выборах или еще как, и кое-кто уже прозревает Алексея Анатольевича на гостелеканалах, где дикторы с преобразившимися лицами рассказывают зрителям об очередной протестной акции, и участники ток-шоу яростно спорят: есть Россия без Навального или только с Навальным. Их пока немного, прозревающих, но власть уже осознала масштаб проблемы и замеряет протестные настроения. В рамках секретных опросов с участием начитанных девушек и в рамках незасекреченных опросов, к которым привлекаются все россияне. Заметно, что число их, догадывающихся о существовании вождя несистемной оппозиции и одобряющих его деятельность, с каждым годом растет.

Ситуация нестандартная. С одной стороны, навеки законно избранный твердо сказал, что выступает решительно против тех смутьянов, которые используют временные наши коррупционные трудности для самораскрутки на политической арене в преддверии каких-то политических событий. С другой стороны, если вспомнить еще одного героя бессмертного романа, оратор явно пребывает в астрале, и уже не всякое, наверное, его высказывание воспринимается в верхах как руководство к действию. Навального поддерживают деньгами и иными средствами не одни лишь фанатичные поклонники ФБК, игры там ведутся очень непростые, и в яростных попытках выбраться из того тупика, куда загнал Россию наш несменяемый президент, варианты, по всей видимости, рассматриваются разные. Потому начальство и запускает пробные шары, и социологи на подхвате фиксируют рейтинги сидящего в каталажке.

Рейтинги растут, и в Кремле, в этих его легендарных башнях, люди, вооруженные нооскопом, стремятся познать будущее. В частности, пытаются понять, что с ним дальше делать, с Навальным, в преддверии политических событий. И с теми, кто видел его по телевизору. В какие списки их вносить и надо ли составлять подробные эти списки.

Беда, однако, в том, что опросами горю не поможешь. Поскольку в замороченной, заколдованной, засекреченной стране социология вряд ли в состоянии установить, чего люди хотят и за кого готовы проголосовать или даже драться, - ведь они и сами нередко этого не знают. И удивляться тут нечему, ибо в авторитарном государстве только так и бывает. Ушедший чекист-генсек догадался об этом первым. Его наследники бьются лбом в ту же вязкую стену, ими сооруженную.

Манифестация независимости
 

https://grani-ru-org.appspot.com/opi.../m.261700.html
13.06.2017

Вы может не знаете, но санкционированный митинг на Сахарова вчера состоялся и прошел, как бы сказать, успешно. Народ, правда, отсутствовал, о чем с подчеркнутой сухостью сообщила девушка с Первого телеканала. Зато всех затмила легендарная Виолетта Волкова, поставленная на сцену с тем, чтобы символизировать протест и успокоить тех многочисленных россиян, которые все еще верят ящику. Больше никаких антигосударственных акций в тот день телевизор, в полном соответствии с кремлевской разнарядкой, не зафиксировал, и доверчивые зрители могли со спокойной душой отправляться на боковую. Точнее, жить дальше, не просыпаясь.

Начальство легко понять: ему есть что замалчивать.

Дело в том, что протестные акции 12 июня по сути своей сильно отличались от событий 26 марта и даже от разнообразных выступлений 2011-2012 годов. Впервые в путинской РФ массовые мероприятия несогласных пришлись на День России - праздник, олицетворяющий свободу и все, что с ней связано в новейшей нашей истории. Бунт Москвы против центрального руководства, объединение системной оппозиции с несистемной, братание с Западом и в конечном итоге - освобождение России от осточертевшей власти Кремля. И хотя ситуация в стране сильно отличалась от той, что была в самом начале проклятых 90-х, ассоциации она порождала скверные. Поскольку крупнейшая геополитическая катастрофа ХХ века начиналась именно тогда, и громогласная ельцинская Декларация о суверенитете предвещала демонтаж авторитарного государства и скорый развал нерушимого Союза.

Оттого, как ни относись к Алексею Навальному и к его неожиданному решению перенести акцию с проспекта Сахарова в центр столицы, на Тверскую, подставляя тысячи людей под дубинки и кулаки бойцов Росгвардии, следует признать: время и место он выбрал безошибочно. Начальство да и народ в массе своей до сих пор не определились, что за праздник такой они отмечают 12 июня и не следует ли его отменить от греха. А российские недобитые либералы и вольнолюбивая молодежь точно знают, что День независимости от совка был и остается их главным праздником.

Так сложилось исторически, и сколько в этот день ни затевай народных гуляний с реконструкторами, побивающими Орду, люди помнят, с какими татаро-монголами в широком смысле ратоборствовал Борис Николаевич. Они могут проклинать его и прославлять дорогого Владимира Владимировича за то, что покончил с ельцинским бардаком и подарил неволю. Но вычеркнуть из памяти ненавистный День России не могут.

Часы коммунизма все-таки свое отбили, это непреложный факт. Все до единой союзные республики и страны Варшавского договора обрели независимость, хоть ты лопни. С братской дружбой покончено, а что касается братской вражды, злобы и прочей усердно разжигаемой в осажденной крепости ксенофобии, то это уже личный, а также политический выбор президента и его администрации. Жажда реванша - чувство необычайно сильное, порой помрачающее разум, но и бесплодное. Можно на время заразить им большинство соотечетвенников, но едва ли очень надолго. Сменяется одно-другое поколение, и школяры со студентами начинают недоумевать, глядя на несменяемую генерацию воров и мракобесов во власти. Недоумение вытесняется ужасом и отвращением, когда люди в праздничный день выходят на улицы родного города, а их избивают и затаскивают в автозаки.

Поэтому в сухом остатке вчерашнего дня не только страх, но и растущее неприятие в отношении государства, органически неспособного к диалогу. А также своего рода патриотизм, в рамках которого слоганы "Мы любим Россию!" и "Путин - позор России!" звучат одновременно и пронзительно, и непротиворечиво. Особенно в такой день, когда слова "Россия" и "Свобода" великолепно рифмуются, в отличие от понятий вроде "Отечество" и "Ваше превосходительство". В такой день даже сомнительные с виду словосочетания вроде "оккупационный режим" звучат вполне убедительно. А как иначе его охарактеризовать, этот режим, глядя на целую армию согнанных против демонстрантов росгвардейцев, которые расположились в наших городах и действуют подобно чужеземным завоевателям.

Так что лучше уж показать телезрителям Виолетту Волкову на фоне пустынного, почти безлюдного пейзажа. Кратко и правдиво комментируя происходящее с ней и заблудившимися прохожими: мол, "нарушений и беспорядков не зафиксировано". Телезрителю непонятно только, чего это его сын сегодня пришел домой такой мрачный или вообще не пришел. И этого... Навального, как говорят информационно избалованные соседи, почему свинтили и посадили аж на 30 суток, если вчерашний день, загадочный День России выдался такой бесконфликтный и безоблачный.

Это случай неясный, однако заморачиваться на сей счет не нужно. Сын все равно ничего не скажет. Врагу Навальному самое место в тюрьме. Ну и праздники, слава богу, позади, пора опять впрягаться в работу. Бабки-то надо зарабатывать, иначе зачем живешь?

Похвала меланхолии
 

Вы не поверите, но все имеют право идти на выборы. Вот буквально все, вообразите себе, и дальше он еще перечисляет их, имеющих право избираться и быть избранными, и замечает, что кто-то ему нравится больше, а кто-то меньше. И если поразмышлять над озвученным им списком, в котором нет Путина, но есть Зюганов, Явлинский, Собчак и он сам, Алексей Навальный, то можно даже предположить, что герой минувшей недели, знаменитая телеведущая и светская львица, заявившая о своих притязаниях на президентский пост, ему нравится больше. Ну, чем Зюганов с Явлинским, не говоря уж о Владимире Владимировиче.

Это ход довольно неожиданный со стороны освободившегося вчера политика. Это ход ловкий. Это ход правильный.

Притом что еще месяц назад Алексей Анатольевич, узнав о вероятном выдвижении Ксении Собчак, рвал и метал. То есть не выбирал выражений и называл ее взгляды на политику и экономику “людоедскими”. Что не означало, будто Навальный действительно так думает. Означало, что любого, кто попытается занять его место, единственного и неповторимого лидера несистемной оппозиции, Навальный считает предателем. Вне зависимости от того, дозволят этому “некто” баллотироваться или нет. Можно также допустить, что отторжение у Навального вызывала сама ситуация, при которой кому-нибудь из оппозиционеров разрешат конкурировать с Путиным, а ему, не без оснований считающему себя единственным реальным оппонентом лидера нации, участвовать в гонке не дадут.

Оттого Навальный и реагировал с такой избыточной яростью даже на слухи, запущенные поначалу кремлевской администрацией. Ему, наверное, казалось, это вообще разные сюжеты: Путин против Зюганова с Жириновским и Явлинским, и Путин против тех же деятелей плюс Собчак. Однако на прошлой неделе, почти сразу после известного обращения Ксении Анатольевны к российскому народу, выяснилось, что ее целевая аудитория скорее неприятно поражена, нежели обрадована открывшимися перспективами.
Убавилось надежд, прибавилось тоски и отвращения к выборам как таковым. Напротив, отношение к Навальному, еще отбывавшему в тот момент очередной срок, на фоне происходящего только улучшилось.

Вот он и отвечает на вопрос о сопернице по-путински хладнокровно, сильно, державно. Дескать, все в своем праве, все хороши, хотя одни ему больше по сердцу, другие меньше. Чувство стыда за страну, где судьи имитируют правосудие, а власть изощряется в финтах накануне выборов, стремясь окончательно расколоть несогласных, увеличивается постоянно, и покуда Навальный нервно и ревниво откликался на выдвижение амбициозной дамы, начальство успешно решало задачу по окончательному моральному изничтожению пятой колонны. К чему, собственно, и сводился замысел, связанный с выдвижением Ксении Собчак — вне зависимости от того, вольно или невольно она участвует в представлении.

Навальный в эту чужую игру позволил себя вовлечь — в силу неопытности и некоторой необузданности чувств. Теперь, по-видимому, догадавшись о том, что за его конфликтом с телеведущей власть будет наблюдать с большим и нескрываемым удовольствием, он по навязанным правилам играть перестал. Не исключено, что после беседы с Ксенией Анатольевной, которая уже заявила о готовности снять свою кандидатуру в пользу Навального. Или просто узнав о том, как общественность отнеслась к ее желанию биться “против всех”, и оценив, если можно так выразиться, предвыборную программу Собчак.

Разумеется, от того, что раскол в лагере несогласных пока не будет усугубляться, страна не изменится, настроение не улучшится, выборы Путина (или кого он там назначит Путиным) не обретут заметных черт сходства с нормальным всенародным волеизъявлением. Успешно зомбированное население проголосует как надо, кого бы там начальство, посчитав рейтинги, ни включило в списки. Алексей Анатольевич останется популистом, пусть и весьма талантливым, и свежие его выступления по-прежнему будут вызывать чувство неловкости наряду с иными, более сильными и возвышенными чувствами. Вообще в той пустыне, в которую обращена российская политическая жизнь, многие ведь поддерживают Навального не потому, что согласны с ним во всем. А потому что в пустыне миражи выбирать не приходится. Где увидел, туда и бредешь.

Тем не менее это хорошая новость — про завершение разборок не допущенного к выборам с той, которую нянчил сам дядя Володя. Новость не то чтобы очень обнадеживающая, но свидетельствующая о том, что демократы в России способны не только ожесточенно пригвождать друг друга к позорному столбу и выявлять в своих рядах предателей и спойлеров, но и к рациональному поведению. К речам одновременно насмешливым и примирительным, чего так не хватало и в лихие девяностые, которые увенчались победой Путина и превращением страны в концлагерь без колючей проволоки и с открытыми покуда границами, и в счастливые нулевые, и после.

Алексей Навальный, меланхолически похваливая имеющих право идти на выборы, подает неплохой пример другим политикам либерального толка, и хочется верить, что в этой новой, позитивной и конструктивной стилистике будут в дальнейшем вестись дискуссии о выдвижении единого лидера несистемной оппозиции. Если, конечно, Алексей Анатольевич не передумает и не даст волю своему темпераменту, привычно проклиная всех, кто не с ним. Что же касается выборов, то ходить на них безусловно не следует, ежели Навального к ним не допустят, что почти неизбежно. Здесь следует проявить достойную в иных случаях порицания нетерпимость.
Автор — журналист

Высказанные в рубрике “Право автора” мнения могут не отражать точку зрения редакции

Человеческий детеныш
 

https://grani-ru-org.appspot.com/opi.../m.265780.html
22.11.2017

Сталинградская победа и судьба немецких пленных

2 февраля Россия отмечает 60-летие великой победы под Сталинградом. В эту годовщину мы испытываем не только патриотическую городость и скорбь по погибшим соотечественникам. Историк Борис Соколов рассказывает о страшной участи немецких солдат, попавших в плен в сталинградском котле.

Cоветский Верховный Главнокомандующий предписывал расстреливать не только пленных, но даже перебежчиков, тогда как немецкие власти против советских перебежчиков репрессий не применяли. Из 90 тысяч немцев, попавших в плен в Сталинграде, войну пережили не более 6 тысяч.

Школьник из Нового Уренгоя, выступая в Бундестаге, сказал, что немецкий солдат, который умер в советском плену, тоже был человек и его жалко, - и юношу конечно затравили на Родине. При помощи доносов, обращенных к администрации Путина, Генпрокуратуре и ФСБ. Стараниями центральной прессы и самых неравнодушных представителей депутатского корпуса - в центре и на местах. Усилиями блогеров и микроблогеров. Дошло и до прямых угроз, так что родители гимназиста стали опасаться за его жизнь и безопасность.

Иначе и быть не могло, поскольку он заговорил о "невинно погибших" врагах, а враги все должны подыхать. Без разбора и прощения, хоть бы даже и в плену. Жалеть любого из них, неважно, шли они на фронт осознанно, желая убивать и умирать за фюрера, или их гнали на убой, как это принято в фашистской стране, - значит предавать дедов, которые воевали.

Сперва это была простая история - из тех, что про войну и про либералов, которые покушаются на святыни. Задавая гнусные вопросы про Ленинград и цену человеческой жизни или приравнивая нашу олимпийскую чемпионку к немецко-фашистскому олимпийскому чемпиону. Оттого ясно было, чем дело кончится. Малолетнего гуманиста повоспитывают вербальным дубьем, поунижают и потопчут, и пригвоздят к позорному столбу. А потом про него забудут, как забывают у нас все и всех, начиная с дедов. Ибо нынешние патриоты - народ легко возбудимый, но и отходчивый. Потому что по сути им плевать и на войну, и на либералов, и на страну, и на врагов, но чувство ненависти к жизни как таковой необходимо время от времени подпитывать, вот они и беснуются.

Однако эта простая с виду история внезапно оказалась сложной.

Сначала в защиту Николая Десятниченко выступил мэр Нового Уренгоя Иван Костогриз, причем очень резко. Доносы и прочие отклики неравнодушных граждан он назвал "провокацией... против всего российского народа и нашего отношения к событиям истории Великой Отечественной войны". Мэра поддержала пресс-служба ямальского губернатора. И если эти спонтанные речи можно было объяснить желанием заступиться за земляка (впрочем, много ли мы знаем глав регионов и городов, способных противостоять погромной толпе, а не возглавить ее?), то дальше события стали развиваться совсем уж неожиданно. Школьника защитили большие дяди и тети в Москве.

Они принялись гасить скандал, призывая бесноватых к порядку. Жестче всех полемизировала с ними Анна Кузнецова, детский омбудсмен, которая потребовала "немедленно прекратить гонения на мальчика и его родных", а правоохранителей попросила "присмотреться" к тем, кто увлечен травлей. Гораздо мягче, но тоже критически отозвался о гонителях бывший министр образования, ныне советник президента Фурсенко, который призвал их к терпимости и что-то еще сказал про "карающий меч", который следует вынимать из ножен лишь "на последней стадии". Черту подвел пресс-секретарь Путина. Обычно отметающий все вопросы как не относящиеся к компетенции Кремля, Дмитрий Песков сообщил на сей раз, что руководство не одобряет "экзальтированных" нападок на гимназиста.

О том, почему не одобряет, гадать можно долго. Ликующая, равно и свирепеющая гопота опять не нужна? После "Матильды" начальство решило как-то дозировать "атмосферу ненависти"? Владимир Владимирович велел чиновникам поаккуратней вести себя со школотой, чтобы она вся не пошла за Навальным? На международной арене хочется выглядеть поприличнее? С чего вдруг? Тем не менее факт остается фактом: привычный вроде сюжет разворачивается куда-то не в ту сторону, и на фоне неравнодушных озлобленных граждан равнодушные граждане начальники кажутся чуть ли не гуманистами. Типа либералов.

Быть может, разгадка в том, что непростое отношение к пленным немцам сложилось у самого Путина. О чем напомнили коллеги, воспроизведя довольно давний его текст, в котором президент России пишет про свою маму, поражаясь, почему у нее "не было ненависти к врагу". Как и у многих других советских людей, переживших войну. И про погибших немцев она говорила примерно то же самое, что и воевавшие отцы и деды - и что сказал старшеклассник из Нового Уренгоя. Эти их беседы с мамой до сих пор сидят занозой в душе национального лидера, и он не знает ответа на вопрос: права она была или нет. Вот и с Николаем Десятниченко возникает та же проблема, которую нелегко разрешить. Но на всякий случай уровень скотства в обществе надо бы хоть немного снизить, и пресс-секретарь Путина, переговорив с шефом, с внезапной внятностью отвечает на поставленный вопрос.

Однако же и останавливать уже запущенную доносчиками и газетчиками машину тоже было бы неправильно, потому механизм продолжает крутиться. Дабы мальчик не загордился и не подумал, что замученных в плену дозволено безоговорочно жалеть. В частности, доносы и запросы отрабатывает ФСБ, которую интересует, как всегда, самое главное: а нет ли у Николая родственников на Украине? Биографией бесстрашного мэра с фамилией явно нерусской чекисты тоже интересуются. Так простая сперва история, заметно усложнившаяся потом, становится совсем уж запутанной. Зато все при деле: одни поносят школяра, другие защищают, а третьи под него копают. Никто, как говорится, не забыт, и в новейшей этой школьной истории отражается наше удивительное время.