Век троллей не видать
 

http://www.mk.ru/politics/2014/07/17...-ne-vidat.html
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...51_2039080.jpg
Антитроллинговый пакт изменит Россию

Если еще недавно мы с вами практически вовсе не слышали о существовании и жизнедеятельности депутата Государственной думы Романа Худякова (ЛДПР, 37 лет, уроженец Приднестровья), то сейчас мы почти наверняка знаем про столь масштабную политическую личность. Ведь именно этот человек предложил изъять из обращения сторублевую купюру за то, что на ней не вполне прилично — с рискованным преувеличением некоторых анатомических деталей — изображен так называемый Аполлон с фасада Большого театра.

С момента появления инициативы г-на Худякова депутат-заднескамеечник удостоился сотен статей и комментариев, посвященных ему. Общий смысл выступлений: вот дурак! Заодно досталось и в целом стране дураков, в которой из-за какой-то совершеннейшей ерунды могут запретить столь нужную в быту и народном хозяйстве сторублевку.

Впрочем, на мой взгляд, из всей этой истории как раз Роман Худяков — и только он — вышел очевидным и однозначным победителем. Я на 99,99% уверен, что он ни при каких обстоятельствах не рассчитывал победить развратные 100 рублей, которые любезны всем уже по факту своего номинала. Он просто хотел дешевой славы — и обрел ее. Быстро и эффективно. Если бы не сторублевка — нашел бы что-то иное. Например, предложил бы ввести отдельную статью Уголовного кодекса «Поддержка кровавой киевской хунты» — и посадить по этой статье всех или почти всех российских оппозиционеров.

А многочисленные журналисты, публицисты, экономисты, политологи и т.п., кто на полном серьезе обсуждал худяковский запрос, делая вид, что не понимает истинный смысл депутатского деяния, — в общем-то, и оказались в дураках. Они поработали бесплатными рекламными агентами и даже пиарщиками, придав шутовскому шагу депутата общенациональное политическое значение.

Сюда же — и другой думский элдэпээровец, Михаил Дегтярев. Очень активный молодой (33 года) человек, не умеющий скрывать своих амбиций и потому рассматриваемый многими как возможный преемник Владимира Жириновского на посту главы партии. Что, разумеется, возможно лишь тогда, когда Владимир Вольфович, внезапно ощутив неземное дыхание физической старости, согласится стать пожизненным сенатором по президентской квоте.

В 2013 году г-н Дегтярев баллотировался в мэры Москвы. Получил он только 2,86% голосов, зато приобрел некоторую известность. Эту известность он укрепляет всеми доступными ему недорогими методами. Вот только что он предложил заменить государственный флаг РФ, наш торговый триколор («бесик», т.е. бело-сине-красный), — на типа имперский черно-бело-желтый. Чтобы зафиксировать тем самым начало эпохи великих побед, из которых Россия, по идее, должна выйти империей почище СССР. Если по дороге не развалится от напряжения, конечно, но это уже другой вопрос.

Можем ли мы всерьез считать, что Кремль пойдет на смену флага? Нет, не можем. А если бы такие планы действительно возникли на высочайшем государственном уровне, то озвучивал бы их, наверное, не юный депутат Дегтярев. Тем не менее мы подробно разбираем дегтяревский «казус флага». Надо ли упразднять «бесика» или не надо, почему и как, да и какие мощные интриги стоят за такой инициативой. (Разумеется, на самом деле никаких интриг не стоит.)

В итоге флаг останется таким, как был, а Михаилу Дегтяреву следовало бы за счет прогрессивной общественности послать бутылку шампанского. Ведь он всех вчистую развел и кинул без каких-нибудь особенных трат. Всего лишь воспользовавшись нашей привычкой обсуждать то, чего нет, и вещи, которые не имеют никакого значения.

Не отстают от либерал-демократов и другие признанные системные оппозиционеры — коммунисты. Сейчас они требуют кровавой расправы над всем большим начальством города Москвы за аварию на Арбатско-Покровской линии московского метро. Будет ли расправа? Ставлю ящик коньяка против бутылки пепси-колы, что нет. Знают ли в КПРФ, что их инициатива не пройдет? Да, знают. Но надо же как-то пиариться при полном отсутствии реальных политических планов и дел. Хотя это желание серьезно сократилось бы, если б коммунисты не были совершенно справедливо уверены, что все их благоглупости будут тщательно обсосаны и обглоданы в разных масс-медиа и устами вполне солидных комментаторов.

Все это и называется модным ныне словом «троллинг». Я не будут приводить его определения, оно уже есть в разных словарях.

Но не надо думать, что в области троллинга профессиональных высот достигли только оппозиционеры, пусть и системные. И «партия власти» регулярно поставляет персонажей, которые могли бы открыть мастер-класс троллингового искусства и зашибать на том немалые деньги. Например, депутат-единоросс Евгений Федоров. За минувшие годы он сформулировал немало ярких идей. Самая свежая — запретить пребывание на госслужбе всем тем, у кого хоть какие-то близкие родственники живут за границей. Если предложения г-на Федорова будут одобрены, страну ждет кадровая революция. Потому что у двух третей влиятельных чиновников такие родственники есть — взять хотя бы родных детей, сплошь и рядом обучающихся на Западе. Уже поэтому предложения единоросса одобрены не будут. Он вообще не верит в большинство собственных публичных идей — во всяком случае, именно такое впечатление у меня сложилось по факту общения с многоуважаемым Евгением в эфире одной из популярных радиостанций. Его задача — постоянно плыть по информационной поверхности, не залегая на дно. И всякий субъект информационного пространства, кто неизменно начинает на полном серьезе обсуждать предложения Евгения Федорова, прямо работает на этого незаурядного депутата.

Таким же методом троллинга произросли на информационной почве многие псевдополитики самых разных уровней и рангов. Например, легендарный депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга Виталий Милонов. Он всю жизнь безуспешно пытается запретить концерты всяческих мировых рок-звезд. И всякий раз подпитывается, как вампир — свежей кровью, крупицами всемирной славы этих самых звезд. Точнее, подпитываем его мы — все те, кому не лень обсуждать всю эту милоновщину на полном серьезе.

Авторы виртуальных информационных поводов, не имеющих отношения к политике и жизни вообще, хотят использовать нас как полезных идиотов. И мы добровольно, активно и даже с некоторым причмокиванием используемся в этой роли. И это по-своему весьма закономерно.

Политики, полностью отстраненные от реальных политических решений, должны выковыривать из индивидуально-коллективного носа всякую небывальщину, чтобы поддерживать свой формальный статус. А мы готовы разглядывать небывальщину с помощью микроскопа и телескопа одновременно, поскольку тоже побаиваемся реальной реальности. В которой надо ответственно разбираться и рисковать хоть чем-нибудь по-настоящему. Хотя б своей глухою славой (с).

В последнее время мы очень сокрушаемся количеству и качеству новых запретов. Всё — от курения до социальных сетей — оказывается в их поле. (Подробнее о пользе и вреде этого явления см. мою колонку в «МК» от 11 июля 2014 г.) Есть ли убедительный способ борьбы со все нарастающей запретительной линией жизни?

Я бы предложил такую концепцию: из объекта запрета, т.е. тех, КОГО и КОМУ запрещают, надо превратиться в субъекта запрета, т.е. того, КТО запрещает.

Запретить же надо троллинг. Во всех его проявлениях. Заключив между общественно активными гражданами РФ некий антитроллинговый пакт.

Смысл его таков. Как только ты видишь проявления троллинга, в любых доступных человеческому сознанию формах, ты полностью отказываешься на него реагировать. Т.е. говорить, писать об этом и вообще поддерживать троллинг каким бы то ни было технологическим образом. Участия государства этот гражданский пакт не требует. Он может возникнуть неформально, но не станет от того менее действенным.

Антитроллинговый пакт приведет к скорейшему исчезновению большинства современных политиков. Которые ничего, кроме троллинга, делать не умеют. Актуальными оппозиционерами останутся лишь те, кто находится в тюрьме или, на худой конец, под домашним арестом. (Подлинность такого политического бытия под сомнение поставлена быть не может.)

Пропадут пропадом большинство идеологов, пытающихся убедить нас в том, что их идеи востребованы нынешней властью. Уйдут навсегда многочисленные генераторы фикций, заполняющие всевозможным шлаком наш дремлющий и воспаленный одновременно национальный мозг. В общем, общественно-политическая реальность кардинально изменится в кратчайшие сроки.

Если кто-то в России мечтает о мирной и бескровной смене власти, то антитроллинговый пакт — первый и сверхэффективный шаг в этом направлении. Он может стать объединяющей платформой всей реальной, небутафорской оппозиции.

Прошу рассмотреть.

Невозвращение в СССР
 

http://www.mk.ru/politics/2014/07/23...ie-v-sssr.html
Империя и ее двойник
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...86_4738981.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Мыслить штампами катастрофически удобно. Ибо так очень легко примириться с окружающим тебя политическим/околополитическим пейзажем. А главное — собственным местом в нем.

Например. Много лет подряд российский истеблишмент пестовал миф о том, что в российской власти существуют две основные группировки: «либералы» и «силовики». Первые — хорошие, вторые — плохие (или наоборот, в зависимости от позиции наблюдателя). От первых исходят экономические реформы, подоходный налог в 13% и дружба с Западом. От вторых — уголовные гонения на бизнес, милитаризм и самоизоляция. И, конечно, «силовики» давно бы уже сбросили атомную бомбу в самое сердце Европы, если бы либералы их не сдерживали.

По собственному опыту знаю: очень непросто отстаивать альтернативную точку зрения о том, что нет идеологически противостоящих друг другу «либералов» и «силовиков», а есть лишь множество кланов и кружков по интересам. И когда надо — из чисто практических соображений — «силовик» у нас легко становится «либералом», а «либерал» — «силовиком».

Всякого носителя такой альтернативщины стремительно записывали в интеллектуальную обслугу какого-нибудь мрачного субъекта (чаще всего все тех же мифических «силовиков»).

Шли годы, смеркалось. И в какой-то момент героическая схватка «либералов» с «силовиками» куда-то рассосалась. Мы перестали о ней знать и вспоминать. Штамп вышел из моды и перестал быть орудием описания этой реальности.

Впрочем, давно уже выросли и взяты на вооружение другие штампы. Которыми так же удобно оперировать для вторичного смесительного упрощения ((с) К. Леонтьев) всего и вся. Например, миф о том, что современная Россия практически вернулась в СССР. Что РФ — это Советский Союз, версия 2.0.

Доказательства: в Российской Федерации, как и в СССР, есть проблемы со свободой слова, собраний, политической деятельности, слышен грозный рев в одночасье восставших из пепла несметных войск, способных сокрушить все живое, а главное — проявления и продукты советской эстетики на каждом шагу. При президенте Путине мы начали возвращение на всеобщую историческую Родину и вот наконец вернулись. Enjoy.

А если разобраться?

Общие симптомы двух болезней еще не означают их тождества или хотя бы близости. Голова может болеть с похмелья, при мигрени и от опухоли мозга. Однако диагнозы в трех приведенных случаях — существенно разные, как и методы лечения. И не дай Бог перепутать опухоль с похмельем.

Попробуем разобрать ситуацию по пунктам, чтобы убедиться: Россия — это не СССР 2.0., а страна более чем антисоветская. Поверхностные черты сходства никак не должны отвлечь нас от осознания глубинных, сущностных различий.

1. СССР был идеократией — своеобразным религиозным государством, где высшая власть принадлежала институтам религии коммунизма (разноуровневым комитетам КПСС). Как многие уважающие себя религии, коммунизм претендовал на глобальность и экстерриториальность. Согласитесь, государство с названием «Союз Советских Социалистических Республик» могло бы возникнуть с любой части мира, ибо в этой формуле нет никакой четкой географической привязки. Власть в СССР предметно руководствовалась господствующей идеологией в своей деятельности.

РФ — государство типично светское, без какой-либо преобладающей идеологии, тем более — религиозного свойства/толка. Идеократии у нас нет и в помине. То, что формально именовалось идеологией в постсоветские годы, — почти забытая ныне «суверенная демократия» и т.п. — являло собою лишь набор пропагандистских конструкций, призванных объяснить отдельные действия власти. Но власть от такой псевдоидеологии было совершенна независима. И списывала очередную «концептуальную» модель в утиль, как только для того улучалась практическая возможность.

Советский Союз неудержимо двинулся к своему развалу, когда (конец 1980-х гг.) выяснилось, что коммунизм таки не победит, а стране придется становиться банальной частью «цивилизованного человечества». Для чего, разумеется, идеократия становилась препятствием, подлежащим устранению со столбовой дорогие истории.

РФ изначально строилась на стремлении интегрироваться в «цивилизованное человечество». И нынешние попытки отбрыкаться и отбрехаться от глобального «старшего брата» обусловлены не какими-то существенно новыми идеями, обрушившимися на нас метеоритным потоком из ночных глубин русского космоса, а внезапным осознанием, что строить мегакоррумпированную страну третьего-четвертого миров и одновременно сидеть на высокой скамье европейской цивилизации — нельзя. По крайней мере весьма затруднительно.

2. В развитие п. 1, но отдельно, чтобы первый пункт не показался читателю слишком длинноскучным. СССР предлагал миру некий универсальный проект. И выступал экспортером этого проекта. РФ ничего такого не делает. Единственный предмет ее цивилизационного экспорта — это коррупционно-отмывательные технологии. Но и здесь нет эксклюзива. Многие страны на разных континентах освоили коррупцию и ее производные не хуже нашего.

3. Советский Союз был, по сути, детищем и последствием двух мировых войн. Он принадлежал эпохе модерна, где все настоящее — война и революция, плоть и кровь, любовь и смерть. Российская Федерация — детище и последствие холодной войны, проигранной СССР. Она принадлежит эпохе постмодерна, где игрушечное превалирует над настоящим. В войне и мире, крови и лимфе. Только смерть остается самой собою, как водится и всегда.

4. В силу пп. 1-3, РФ, в отличие от СССР, не может быть империей. Можно сколько угодно фантазировать на эту тему, только фантазии невоплощаемы в жизнь. Кроме того, РФ не может быть империей согласно второму началу термодинамики (грубо говоря, разбитая чашка сама собой не может собраться из осколков). Эту мысль я развивать сейчас не буду, т.к. она сложновата даже для меня самого. Пытливого читателя хочу для начала адресовать к словарям. А в обозримом будущем, Бог даст, вернемся к теме.

5. СССР строился на относительно низком уровне коррупции. РФ отличает весьма высокий уровень коррупции, лежащий в основе нашей экономики РОЗ (Распил, Откат, Занос). Которая предполагает, что коррупционные соображения — именно они — служат ключевым мотивом принятия многих важных и важнейших политико-экономических решений.

Если коррупционные надежды и чаяния подточили советскую бюрократию и властную машину в целом (во второй половине 1980-х), то в России дело обстоит ровно наоборот: если вдруг в некий День гнева коррупция будет упразднена (чудесным образом, поскольку иного варианта пока не видно), аппарат госуправления схлопнется, ибо исчезнет сам смысл его существования.

6. Советская экономика была гигантским механизмом обслуживания своей сердцевины — военно-промышленного комплекса. Позволявшего нашим Вооруженным силам делать свое главное дело — ждать большой войны с целью обеспечения мира во всем мире.

РФ-экономика есть механизм обслуживания своей сердцевины — нефтегазового комплекса. Отрасли и сферы, в которых нефтегазовый комплекс особо не нуждается, неизбежно отмирают. Можно считать доказанным, что все многолетние разговоры о «диверсификации экономики», «новом технологическом укладе» и т.п. — заведомый фарс и блеф. Имеющий такое же отношение к реальной политике, как всякая «суверенная демократия» — к государственной идеологии.

7. В Советском Союзе деньги играли второстепенную роль. В Российской Федерации они определяют всё или почти всё. Превратившись из экономического инструмента в сакральную субстанцию, способную, как и положено всякой субстанции такого рода, обеспечивать физическое бессмертие. Систему власти в России можно описать как монетократию — господство денег.

8. СССР ориентировался на автаркию, т.е. полное обеспечения себя всем необходимым — от ядерных ракет (хороших) до легковых автомобилей (плохих, но все же своих) и колбасы (по-разному). РФ же изначально ориентировалась на импорт всего, что слишком дорого и муторно делать дома при избранной модели экономики. Потому сегодня РФ совершенно зависима от Запада, прежде всего технологически. И коллективный рогозин, на полном серьезе рассуждающий о некотором стремительном «импортзамещении», просто морочит голову — если не себе, то наиболее доверчивым из сограждан.

9. Постсоветская РФ-элита — это корпорация по утилизации советского наследства. Только одни приватизировали нефтяные месторождения и НПЗ, вторые — мясокомбинаты, а третьи — культурные символы и эстетические образцы. Поиски высокой неосоветской эстетики начались вовсе не с Путина, а с культовых программ нашего телевидения 1990-х годов: «Старые песни о главном» и «Намедни 61–91». Именно там СССР был очень талантливо показан как сусальная страна нашего детства, а не мрачное вместилище таежного ГУЛАГа. Национальный лидер стал во многом ответом на эти «Старые песни». Паразитическая эпоха, начавшаяся в конце минувшего века и устоявшаяся в нулевые годы столетия нынешнего, попросту не могла создать собственных символов и потому приспособила для своих нужд надежные советские, слегка модернизировав их. Но это вовсе не является истинным возвращением в СССР.

10. Пародист может быть очень способным и профессиональным, но не может взаправду занять место пародируемого артиста. Жанры не пересекаются. Как и эпохи.

А к чему это я всё? Ну не про Украину же нынче, в самом деле, писать.

Станислав Белковский: Путин был в дамках, но «Боинг» все изменил. ЧАСТЬ 1
 

Станислав Белковский: Путин был в дамках, но «Боинг» все изменил. ЧАСТЬ 2
 

Ходорковский не приедет в Россию, так как с него никто не снимал денежные претензии», – передает РИА Новости слова пресс-секретаря экс-главы ЮКОСа Ольги Писпанен. Марина Филипповна скончалась 3 августа на 80-м году жизни. Политолог Станислав Белковский объясняет, почему бывший заключенный не может вернуться на родину.

Мой черный человек
 

http://www.mk.ru/politics/2014/08/07...-chelovek.html
На день рождения Барака Обамы

http://www.mk.ru/upload/objects/arti...57_7472055.jpg

фото: Александр Астафьев
Барак Обама

Великие учителя публицистики, чьи имена не разглашаются в интересах единого и неделимого учебника Истории, говорили мне: старик, любой текст неплохо бы начинать с банальности и заканчивать ею же. Поскольку банальность плоха всем, кроме одного: она почти всегда верна.

Так я и поступлю.

Банальность стартовая: информационные поводы бывают разными.

Как российский писатель на политические темы я не могу не признать, что основные информационные поводы у нас генерирует президент РФ Владимир Путин. Что бы он ни сделал, что бы ни сказал, — все отзовется тысячеголовым эхом нашего творческого братства. А когда, редкими днями, он не говорит и не делает ничего (разве такое когда-нибудь случается, ей-Богу!), только ленивый не напишет, что политика в России приобретает многозначительный оборот, ибо верховный правитель что-то подозрительно затих. Да и совершенно глупо было бы мне все это отрицать, если своей относительной известностью в узких кругах, которая есть топливо моего жизненного пути, я обязан почти исключительно В.В.Путину. Я приобрел эту известность, потому что очень многие издания хотели от меня комментариев про него, про его дела (явные) и мысли (явные не всегда). А не было б ВВП — кому я был бы вообще нужен?

Но жизнь не стоит на месте. Всякая деятельность требует диверсификации, т.е. разнообразия живительных источников и составных частей. Этим путем придется идти и мне. Тем более что в последнее время официальная РФ-пропаганда на 97% убедила меня, что самая страшная совокупность опасностей для России и меня лично как гражданина моей Родины исходит от Соединенных Штатов Америки. Которые, дескать, очень хотят отомстить всемирной истории и самим себе за то, что вовремя, т.е. в начале 90-х годов минувшего века, так и не расчленили Российскую Федерацию. И нынче планируют взять реванш. Экономическими, политическими и даже военными средствами.

И если/когда со стороны родных Мытищ пойдут на меня зловещие американские танки, которые я доселе видал только в голливудских боевиках, должна быть у меня в кармане заветная бумага, способная спасти и сохранить. А именно — нотариально заверенный перевод колонки, которую вы сейчас читаете. Потому она, соответственно, посвящается президенту США Бараку Хуссейну Обаме. И не просто так, а с информационным поводом: 4 августа 2014 года у американского лидера был день рождения, ему исполнилось 53 года.

Некоторые мои соотечественники отметили Обамин день по-своему: на фасаде здания посольства США в Москве появилась зеленая лазерная проекция, демонстрировавшая, как Барак Хуссейнович поедает банан. Это, надо понимать, фирменный юмор так называемой «русской весны». Если вам это чувство юмора не по карману, то я советовал бы, кстати, осторожнее относиться к «русской весне» и всем ее титульным героям. Я же хочу отметить день рождения несколько по-другому.

За пять с половиной лет, что Обама занимает главный (Овальный) кабинет вашингтонского Белого дома, я привык слышать о нем две основополагающие версии.

Первая, до весны 2014 года: 44-й президент США — слабак, фуфло и чмо, которое неспособно диктовать свою волю миру, скоро профукает все американское доминирование и в подметки не годится образцовому Рональду Рейгану, чья несгибаемая воля сокрушила целый Советский Союз.

Вторая, начиная с весны 2014-го: Обама — страшный монстр, под черную дудку которого пляшут все, кому не лень, включая Евросоюз, Японию, Австралию и Канаду. Этот монстр явно тянется к славе Рейгана и способен на все, чтобы глобальное доминирование Америки не только не рассосалось, но и укрепилось до последней степени тяжести.

Притом адепты обеих версий любят подчеркивать, что Нобелевская премия мира, которую Обаме присудили в 2009 году, — это уж совсем какие-то сапоги всмятку. С одной стороны, его тем самым просто принудили быть голубем, а не ястребом, ибо только так он может отработать премиальный аванс. С другой — дискредитировали высокую награду путем вручения ее человеку, не сделавшему ну ничего существенного для умиротворения излишне нервозного человечества.

Проанализируем последовательно обе версии. Вкупе с нобелевской историей.

1. Живого Барака Обаму я видел один раз в жизни. Летом 2008 года, когда он был еще не президентом сверхдержавы, а простым американским сенатором. В Берлине, где г-н сенатор выступал с предвыборной речью. Сначала планировалось, что он выступит в священном месте — у Бранденбургских ворот, в двух шагах от виртуальных руин Берлинской стены. Но канцлер ФРГ Ангела Меркель строго указала, что с такой позиции прежде выступали только действующие президенты США, да еще какие: Джон Кеннеди и Рональд Рейган! Так что претендент должен найти точку поскромнее. Ее и нашли. Недалеко от легендарных ворот. Что нисколько не повредило выступлению, на которое собрались порядка 200 000 европейских (заметьте, не американских) человек. То был первый на моей памяти день, когда в Берлине зафиксировались реальные пробки московского образца. Я был в должной мере впечатлен (выступлением сенатора, а не пробками), чтобы позвонить после мероприятия нескольким своим друзьям (они могут подтвердить) и сообщить им: этот парень станет президентом! В то время, по ходу дела, многие московские аналитики отдавали победу конкуренту Обаме 72-летнему Джону Маккейну, потому что «Белый дом не зря называется белым» (цвет домашней кожи, как ясно).

С психологической точки зрения этот парень не мог быть слабым изначально. Иначе бы он, чернокожий, никогда не поставил бы перед собой задачу стать президентом США. Ведь эта идея явно пришла к нему еще где-то в 1980-е — о чем косвенно свидетельствуют книги Обамы «Мечты моего отца» и «Дерзновение надежды». А в те времена было совершенно не очевидно, что черный президент Америки вообще возможен. Сомнительность перспективы его не смутила — он выбрал цель и достиг ее.

И вся его политика никогда не говорила о слабости. Просто Барак Обама пришел как олицетворение качественно новой эпохи. Когда американское глобальное доминирование не утверждается исключительно авианосцами и морпехами. Сверхдержавность строится не на возможности втоптать народы в кровь и в грязь, а на решающем и определяющем преобладании в:

а) образцах жизни и творчества, в том числе — в области так называемой демократии;

б) технологиях;

в) финансах.

Нет, конечно, и при таком раскладе сверхдержав может быть больше одной. Но только при условии, что дерзкий кандидат на этот статус может соответствовать пунктам а, б и в. Не больше, но и не меньше.

Так что не слабость и не застенчивость были рулевыми 44-го президента Америки, а понимание новейшей реальности. Которую многие не хотят признавать уже потому, что им нечего в ней делать.

Пункты а, б и в поясняют нам, почему, скажем, КНР не может быть сверхдержавой — как бы монструозно она ни выглядела. Китай засматривается на Америку как источник образцов, и суровая порой риторика лишь доказывает стремление китайцев быть почти такими же крутыми. Как они, но не вместо них. В американских долларах хранятся 70% китайских валютных резервов (не наоборот, правда же?). В тех же долларах формулируется секретная цена «судьбоносного» газового контракта КНР и РФ. И без американских технологий китайская экономика так же немыслима, как российская. И если китайская рабочая сила слишком самонадеянно подорожает, ее вполне можно заменить на филиппинскую, вьетнамскую и мексиканскую. И т.д.

Барак Обама — дитя и управитель этой эпохи. Не надо спрашивать с него по меркам прошлых времен.

2. И в 2014-м году ничего в обамическом поведении не изменилось. Просто в этом миропорядке, который США возглавляют по факту победы в холодной войне над СССР — днем этой победы условно можно считать 9 ноября 1989 года, дату падения Берлинской стены; скоро исполнятся юбилейные четверть века, — есть вещи, которые допускать можно, а есть — которые нельзя. Выпендриваться и говорить слова — это пожалуйста, сколько угодно. А вот дестабилизация в Европе — это недопустимо. Не для того происходили первые две мировые войны, чтобы сейчас так легкомысленно скатиться в объятия третьей.

В обозначении всех этих ценностей и тезисов Барак Обама гармоничен, т.е. равен сам себе. Его можно не любить, но не стоит принимать его не за того, кто он на самом деле есть. В конце концов, не будем забывать, что лидер, который два раза подряд выиграл непредсказуемые выборы президента сверхдержавы, не может стоить слишком дешево.

И теперь — финишная банальность: с днем рождения, господин президент!

В этом мире русский платит за всё
 

http://www.besttoday.ru/read/6842.html
18.08 10:21

Дорогие друзья и сочувствующие,

продолжаю отчет о моей случайной встрече с Игорем Ивановичем Гиркиным - Стрелковым (по израильскому паспорту - Гарри Гиром), имевшей место на одном из испанских курортов, в ночь с 14 на 15 августа 2014 года.
К двум часам душной испанской ночи мы с Игорем Ивановичем уже заканчивали вторую бутылку Jack Daniels и третью дюжину устриц.
- Знаешь, что основное в русском мире? - твердо спросил меня Игорь Иванович.
- Что? Путин? - поспешил угадать я и тут же расстроился: какой Путин? товарищ Гир наверняка имел в виду себя, а я тут - такая бестактность...
- Какой Путин! - брезгливо поморщился герой.
Ну вот, так я и знал...
- Устрицы - вот что основное. Устрица - она как русский человек. Ее давно поймали, убили и ковыряют вилкой, а она все еще пищит. Вот ты думаешь, я чего я из Славянска ушел?
- Ну как чего. Понятно, чего. Чтобы не растягивать линию фронта. Сконцентрировать силы. Перенести центр тяжести в Донецк. Тем более от вторжения в Харьков отказались, а там зачем и Славянск, - робко спешил я исправить предыдущую ошибку.
- Херня собачья! - кажется, товарищ Гир уже начинал мною здорово раздражаться. - Я ушел, потому что в Славянске устрицы кончились. Вообще. Раньше поставляли каждый день свежие, с азовского моря. А потом укропы Мариуполь захватили и трассу всю перекрыли. А запас устриц на три недели был. Я у Москвы просил-просил, намекал-намекал, - и ни хрена! Они думали. можно отстоять город без единой устрицы?
Игорь Иваныч щелчком пальца позвал полусонного официанта.
- А в Донецке мне Сашка Бородай обещал каждые три дня новую поставку из Нормандии. Якобы там Путин с Олландом договорились, чтоб не было гуманитарной катастрофы. И поначалу шли устрицы. Шли-шли, шли-шли... А потом этот гребаный "Боинг" гиркнулся,..
Так и сказал: гиркнулся. Я даже похолодел, хоть ночь была душна.
- и все прекратилось. А что осталось, Ходаковский с Кургиняном распилили.
Я представил себе, как они пилят устрицы, а те все еще пищат... И предпочел промолчать.
- А тут еще твой Путин, мудила, продовольственные санкции ввел. Ну, мог я оставаться министром обороны, скажи мне?!
Кто мудила, я или, не дай Бог, В. В. Путин, я, признаться, не понял. Да и не надо было. Я быстро подтвердил:
- Не могли, не могли, товарищ Гир.
- Вот то-то же. Официант, еще полный "Джек Дэниэлс" и дюжину устриц! - скомандовал И. И. на ломаном иврите.
Интересно, кто платить будет, - пронеслось в моей голове.
- Не бойся, я заплачу! - с неровной улыбкой телепата тут же сказал командующий. - В этом мире русский платит за всё.

Умереть от скуки
 

http://www.mk.ru/politics/2014/08/27...-ot-skuki.html

Третья мировая как альтернатива надоевшему миру
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...53_6908046.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Намедни мой давний приятель, ветеран русской журналистики Игорь Дудинский, написал манифест о войне. Ключевой фрагмент манифеста такой:

«Война — сакральная святыня русских. Недаром у нас такое трепетное, болезненное отношение к Победе. Дискредитируя последнее, что у нас осталось, власть окончательно добивает творческий потенциал нации. Уж так исторически сложилось, что только война позволяет русским проявить свои лучшие человеческие и метафизические качества. Вне войны у нас связаны руки и обрезаны крылья. В «мирное» время мы лишены возможности заявить о себе как нация. Поэтому война — наше естественное, созидательное, пассионарное состояние.

Закончится война — и от нашей сегодняшней окрыленности и вдохновения не останется и следа. Мы снова превратимся в рабов системы».

Со сказанным можно спорить, но классик на то и классик, что всегда дает повод и причину порассуждать.

Последние 25 лет мы, как теперь выясняется, жили хорошо. Даже слишком хорошо.

Большие войны прошли мимо нас. Точнее, они достались и нам, но как-то больше по телевизору. Главный пропагандистский тезис брежневских времен «лишь бы не было войны» вошел в наш позвоночник достаточно глубоко, чтобы мы не мечтали о радикальных приключениях.

Чем мы занимались эти 25 лет? Жили.

В процессе проживания к нам приходили то хамон и пармезан, то нищета и депрессия, то «Санта Барбара» и богатые, которые тоже плачут, то выборы и их результаты, то отказ от выборов и совершенное политическое спокойствие. Но война как-то ушла с переднего плана. Она осталась в прошлом. В настоящем сохранилась Великая Победа — нужная, впрочем, для того, чтобы никогда таки больше не было войн.

И Советский Союз мы распустили вроде как бескровно, потому что слишком боялись именно повторения большой войны. Правда, в Приднестровье, Закавказье, Центральной Азии какие-то войны за советское наследство произошли. Но не у нас, не в центре, не в метрополии. Брежневское воспитание помешало нам всесторонне втянуться в процесс сражений. Мы решили жить ради жизни, тихо, по-обывательски. Мы радовались сугубо мирной радостью и грустили гражданской грустью.

Забыв о том, что после 1945 года, согласно официальной статистике, у человечества было только 26 мирных дней. И это — не учитывая всякие незарегистрированные вооруженные конфликты где-то в дебрях Вселенной. А у нас — целых 25 лет! Но может ли так продолжаться до бесконечности? Тезисы Леонида Ильича забыты, а мир должен доказать свою несостоятельность. Сейчас у нас тут, в наличном и окружающем русском человечестве, пахнет войной. И не маленькой, которая идет скромной кровью на чужой территории, а очень большой, даже если это пока не так заметно. Запись Игоря Дудинского (см. выше) — тому, конечно, не доказательство, но, как минимум, подтверждение.

Есть всякие теории, которые объясняют войну рационально. Дескать, люди берутся за оружие, чтобы переделить какие-нибудь территории, ресурсы, сферы влияния и т.п. И не жалко этим людям жизни своей ради ресурсов, которые им после смерти уже никогда не достанутся.

Такие теории имеют право на существование. Как и другие, согласно которым, война — просто одно большое благо. Потому что значительную часть человечества куда проще убить, нежели прокормить. Вот почему и возникают периодические войны — с целью оптимизировать численность нашего прожорливого биологического вида. И, кстати, совсем не случайно Европа, которая после 1945-го зареклась устраивать большую войну на своей территории, отличается такой умеренной рождаемостью. Чем меньше людей родится — тем меньше их (нас) придется, в крайнем случае, убивать.

Но есть и другой комплекс теорий. Объясняющий, почему таки война — естественное состояние человека. Существа, стремящегося к войне и порождающего ее постоянно, несмотря на все прекраснодушные аргументы о вреде массовых убийств.

Здесь надо привести сразу несколько соображений.

Во-первых, война придает человеческой жизни абсолютный, целостный смысл. Вот живешь ты себе, тянешь лямку, встаешь по будильнику, смотришь телевизор, забираешь детей из вечного сада, снова ложишься спать, уже под рюмку водки. Эта реальность, в которой один день не отличается от другого, бессмысленна. Твоя жизнь в ней не отличается от любой другой. Ты принужден постоянно думать, почему существуешь ты — маленький обыватель, не совершивший подвигов и не стяжавший славы. Совсем иное — война. Здесь ты совершаешь подвиг каждый день, даже если сам не пребываешь на фронте. Выжил — уже подвиг. И всегда можно будет рассказать потомкам, что ты прошел войну. Круто.

«Я хожу, чтобы, с этою книгой побыв, из квартирного мирка шел опять на плечах пулеметной пальбы, как штыком, строкой просверкав» (с).

Во-вторых, война приносит человеку столь необходимую людской голове ясность. В мирной жизни полно всяких нюансов и полутонов. То ли сосед хороший человек, то ли плохой — в общем, прямых формальных и логических оснований ликвидировать его на первый взгляд нет. Во время войны есть ты — и есть враг. Как и почему он оказался твоим врагом — не важно, этот вопрос подлежит анализу мирной жизни, которая во время войны забывается. Сделал врагу плохо — значит, у тебя все хорошо.

В-третьих, война обесценивает конкуренцию за мирные блага. Чем примиряет человека с его неудовлетворительным бытием. Какая разница, есть ли у тебя / твоего соседа большой дом, если его можно разрушить одним попаданием снаряда, или красивая машина, в мгновение ока превращающаяся в металлолом. Что, в сущности, есть для войны карьера, добытая в мирное время? Фикция и блеф. На войне важно, кто выстрелит первым и максимально точно. А перед лицом пули все регалии, звания и прочие активы мирного времени прочно теряют смысл. «Все слиняло, один голый человек остался», — как говорил персонаж пьесы А.М.Горького «На дне».

В-четвертых, только война обнажает саму ценность физической жизни. В мирное время человек длит ее каждый день, не очень понимая, чего бы ему завтра не умереть — днем раньше, днем позже, не все ли равно. Только на войне важно выжить, потому что иначе нельзя победить врага. А победить его надо обязательно. Чем ближе смерть, тем сильней и явственней работает инстинкт самосохранения.

В-пятых, война позволяет перезагрузить жизнь посредством умолчательного списания грехов. Ну и что, что при мирной жизни ты был пьяницей, вором или даже мелкобытовым убийцей? Ты пошел на войну — и все это исчезло. Ты начал жизнь с нуля. Если погиб — мертвый герой, выжил — живой. Но все равно типа герой. В любом случае, ты имеешь право не спрашивать себя, почему ты так бестолково жил до войны и вместо нее. Это ли не счастье?

В-шестых, война дает острое чувство принадлежности к общности себе подобных. Еще вчера ты ненавидел Сидора Петровича с пятого этажа за то, что его прыщавая дочь слишком громко играет на расстроенном пианино. А сегодня вы вместе идете уничтожать врага, и проклятущие гаммы сливаются в сладостный марш победы. Ты понимаешь, для чего судьба объединила тебя с Сидором Петровичем под одной жизненной крышей. Вы просто ждали войны, чтобы пойти на нее вместе и умереть, если получится, в один день.

В-седьмых, война обостряет все ощущения. Ведь каждое из них может оказаться последним. Один знакомый мне авантюрист всячески пропагандировал идею секс-туризма в места боевых действий — ведь такого оргазма, как под грохот канонады, больше ни при каких обстоятельствах не бывает. Если этот бизнес еще не налажен, скоро, возможно, для него создадутся все достаточные условия.

Пролонгация мирной жизни — это безумно скучно. Ожидание войны сравнимо с ожиданием праздника. Оно главнее, больше и удивительнее, чем сам праздник.

Вот почему мы, типа великий народ, потерявший за 25 мирных лет ощущение собственного величия, снова подошли к грани представления о пользительности сражений. И это, конечно, вовсе не маленькая война за независимость условных сопредельных территорий. Это совершенно новая мировая война.

По итогам которой выжившие снова захотят мира, хамона и пармезана. Если эти слова сохранят хоть какое-то положительное значение.

Марс наш
 

http://www.mk.ru/politics/2014/09/04/mars-nash.html
Космос как судьба русского человека
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...37_4582869.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Когда живешь в информационном потоке, постоянно узнаешь много всякой разной избыточной ерунды.

Вот я, например, слышал, что против России многие страны (так называемые западные, хотя их весомая часть находится не на Западе) ввели санкции. Ограничив нам доступ к западным (опять же в широком смысле) технологиям и деньгам. Еще правительство, кажется, изъяло (это очень деликатный термин, не правда ли?) пенсионные накопления граждан за 2015 год. Из-за бюджетных и прочих проблем. Министерство финансов в лице заместителя его главы Алексея Моисеева грозится, что скоро нефтяная цена упадет ниже $100 за баррель и тогда с государственными деньгами станет вовсе туго. Кто-то грозит нам приостановлением членства России в ФИФА и УЕФА — и если так случится, мы не станем свидетелями неизбежного триумфа нашей футбольной сборной на каком-нибудь очередном чемпионате мира/Европы. Да — еще, судя по всему, в близком будущем запретят импортные лекарства, которые многим из нас позволяли не умирать раньше времени. А импортные продукты во главе с устрицами, хамоном и пармезаном уже запретили.

Но самое удивительное — многие говорят и пишут, что совсем неподалеку от России нынче идет война. Настоящая, большая и горячая, как спелый чебурек. Я, правда, сам на эту войну не заглядывал, но опять же: когда живешь в информационном потоке…

Выйти из этого потока на берег разума можно только одним способом: оторваться от компьютера, занять удобную точку на свежем воздухе и поднять голову резко вверх. И если осенняя погода позволит, увидеть главное — Космос.

Я мало что понимаю в астрономии (как, впрочем, и в большинстве других дисциплин), но из детства запомнил: если ты посмотрел на звездное небо и тебе сразу же попалось на глаза что-то особенно яркое, то это — как раз не звезда, а планета Венера. Потом уже, вскоре после Венеры, глаз привыкает, и ты видишь все остальное. А если что-то кажется слишком красным, то это, скорее всего, Марс.

Отдельное же удовольствие — разглядывать Луну. Во-первых, потому что она близко. Во-вторых — всегда вызывающе разная, как изысканная дама. То белая, то кровавая, а то даже какая-то голубая. Она бывает всех размеров и форм. С поверхности московской земли — одна Луна. А из бара на крыше какого-нибудь высотного здания — совсем иная. Иногда хочется ущипнуть себя и спросить: да полноте, Луна ли это? Или какая-то космическая мистификация в особо крупных размерах?

В общем, согласно поэту, «в венцах, лучах, алмазах, как калифы, излишние средь жалких нужд земных, незыблемой мечты иероглифы, вы говорите: вечность — мы, ты — миг».

И там, где есть все эти труднопознаваемые светила, нет ни пенсионных накоплений, ни нефтяных цен, ни футбола, ни даже войны. Там царит гробовая космическая тишина — лучшее из того, к чему человеку стоит прислушаться.

А слышит эту тишину не только простое обывательское ухо, но и тонко настроенное высокопоставленное.

Вот, например, вице-премьер правительства РФ Дмитрий Рогозин, только что сопровождавший президента в поездке на Дальний Восток (это примерно там, где новый космодром «Восточный»), анонсировал создание сверхтяжелой ракеты, которая десятилетие спустя унесет нас прямо на Марс. Это очень правильно — ведь оптимизма по поводу того, что случится за предстоящие десять лет на пресловутой Земле, нет и не может быть.

Помните, это было еще у американского писателя Рэя Бредбери в «Марсианских хрониках»:

«Он хотел улететь с ракетой на Марс. Рано утром он пришел к космодрому и стал кричать через проволочное ограждение людям в мундирах, что хочет на Марс. Он исправно платит налоги, его фамилия Причард, и он имеет полное право лететь на Марс. Разве он родился не здесь, не в Огайо? Разве он плохой гражданин? Так в чем же дело, почему ему нельзя лететь на Марс? Потрясая кулаками, он крикнул им, что не хочет оставаться на Земле: любой здравомыслящий человек мечтает унести ноги с Земли. Не позже чем через два года на Земле разразится атомная мировая война, и он вовсе не намерен дожидаться, когда это произойдет. Он и тысячи других, у кого есть голова на плечах, хотят на Марс. Спросите их сами! Подальше от войн и цензуры, от бюрократии и воинской повинности, от правительства, которое не дает шагу шагнуть без разрешения, подмяло под себя и науку и искусство! Можете оставаться на Земле, если хотите! Он готов отдать свою правую руку, сердце, голову, только бы улететь на Марс! Что надо сделать, где расписаться, с кем знакомство завести, чтобы попасть на ракету?».

Но ближе (во всех смыслах) Марса — Луна. Как еще намного раньше говорил тот же вице-премьер Рогозин, а с ним и многие другие чиновники космического профиля, уже типа к 2025 году мы сделаем базу на Луне. И специальные роботы (человекообразные или нет, я, по правде сказать, не помню) будут там добывать нам полезные ископаемые. Да, еще к тем же временам появятся специальные лунные автомобили, чтобы нам было удобнее ездить по поверхности Луны. Не метро же там прокладывать, в самом деле, — а то пришлось бы завозить в космос неисчислимое множество стрелочников на случай возможных аварий.

Верят ли наши официальные лица в эти лунно-марсианские проекты? На мой взгляд — да, верят. Не могут не верить. Доказательства? Ну, они бы очень громко засмеялись в присутствии первого лица РФ, если бы не верили. А все космические обсуждения происходят на полном серьезе. Да и как можно думать о полете на Марс, если хоть на минуту сомневаться, что когда-нибудь, к 2030 году (на русской земле тогда, вы будете смеяться, должны пройти еще очередные выборы президента), мы таки окажемся на Красной планете? Не в полном составе, конечно, но делегацией из максимально достойных.

Но даже если сверхамбициозная космическая программа все же гикнется — а этого нельзя исключать с учетом неясных нефтяных цен и поступлений средств в бюджеты всех уровней, — она все равно принесет немалую пользу. По меньшей мере тем самым чиновникам, которые отвечают за марсианские перспективы. Ведь все равно какое-то финансирование будет, а будет оно немаленькое, по обычным человеческим меркам. И часть финансирования удастся освоить. А если конечный результат окажется недостижим — что ж, мы хотя бы попробовали, разве плохо?

В конце концов, во всем так или иначе будут виноваты США, которые, движимые глобально-имперскими амбициями, на ровном месте, без ощутимой причины оставили нас без доступа к международному финансированию, а заодно и весьма полезным нам технологиям. Нет, мы ей-ей добрались бы до Марса и Луны в полном расцвете сил, если бы не иррационально-империалистическое поведение Вашингтона.

Но мы, россияне, конечно, все же расстроимся, если не попадем на сопредельные планеты. Хотя вообще-то мы почти никогда не расстраиваемся. Ну отобрали у нас пенсионные накопления — и что? Всё равно они куда-нибудь со временем рассосались бы. Да и кто верит, что в России XXI века можно действительно жить на одну пенсию?

Говорят, вот еще у нас есть проблемы с образованием и здравоохранением. Нас это не должно беспокоить. Как известно из авторитетных источников, лишние знания умножают печаль. А печаль и есть конечная (она же и первичная) причина всех болезней. Не сомнительный импортный медикамент, который вот-вот запретят, а постоянная радость на сердце продлит нам жизнь выше планки пенсионного возраста.

А вот без космических путешествий мы не обойдемся. Можно смириться со всем, но только не с крахом звездной мечты.

У нас, конечно, есть еще Крым. Не полноценная замена Марсу, но тоже хорошо. Хотя Крым все-таки слишком близок и материален. Говорят — я не проверял, — что там есть даже какие-то проблемы с электроэнергией и паромом, чего в принципе не может быть на Луне, населенной нашими роботами и автомобилями.

Весь этот космос необходим нам, чтобы сбежать из земного измерения нашей жизни. Побег — это вообще очень русская идея. И он совсем не географичен. Мы бежим от самих себя, чтобы не предъявлять к себе никаких требований по части обыденного существования. Это побег по вертикали, а не по горизонтали. Побег от ощущения, что земная жизнь все равно не сложится. Так собака, которой злые насмешники привязали к хвосту пустую консервную банку, бежит, подгоняемая и пугаемая ее грохотом. И чем быстрее бежит — тем пуще грохочет банка, а чем громче банка — тем быстрее надо бежать.

Мы не в состоянии поверить, что кто-нибудь когда-нибудь достроит полноценную дорогу из Москвы в Санкт-Петербург (или хотя бы обратно). Но в Марс мы — верим.

И не надо нас этого лишать, эта вера куда важнее устриц, хамона и пармезана.

Главное только, чтобы профильный вице-премьер Рогозин не раскололся и не захохотал в самый неподходящий момент, например, на важном совещании и в прямом эфире. Такого разочарования наша нация беглецов, боюсь, не переживет.

«Без цензуры» 5 марта (N 1065)
 

В целом можно согласиться с оценкой Белковского Путина, но вот уйдет ли он в 18 году, как это предсказывает Белковский, мы можем проверить. Вот тогда и будем знать какой он Нострадамус.

«Повестка дня» для России
 

"К барьеру!" Павловский vs Белковский
 

ЕЖЕДНЕВНИК Юрия Пронько: Станислав Белковский (17.07.13)
 

"Главная Тема" - Будет ли власть говорить с обществом?
 

Станислав Белковский: Ходорковского выпустят -- Навального посадят
 

Россия любит Америку
 

http://www.mk.ru/politics/2014/09/11...t-ameriku.html
И поэтому ее ненавидит
Вчера в 13:26,

http://www.mk.ru/upload/objects/arti...87_9726919.jpg

К сожалению или к счастью, я не слишком долго прожил в Советском Союзе. Родная империя развалилась, когда мне было лишь немногим более двадцати.

Но советскую антиамериканскую пропаганду — во времена от позднего Брежнева до раннего Горбачева — я помню неплохо. Была она, честно говоря, усталой и вялой. Беззадорной. Пропагандисты той волны отбывали номер, не веря в собственную правоту и не особенно надеясь убедить в чем-то других. США — исчадие ада? Ну исчадие и исчадие, подумаешь. Мало ли у нашего теплого ада исчадий. Совсем другое дело сейчас.

Россия любит Америку
фото: morguefile.com

Антиамериканизм в современной РФ достиг концептуальных и технологических высот, о которых идеологическая машина СССР не могла и мечтать. В этой сфере стальной «Майбах» пришел-таки на смену крестьянскому «Запорожцу». (Кстати, почему до сих пор не запрещен импорт украинских автомобилей? Надо как-нибудь разобраться.)

Мы в последнее время поняли про США сразу всё. Например:

— Америка уничтожила Советский Союз, потому что она всегда хочет уничтожать нашу страну, как бы та ни называлась;

— Америка 23 года подряд стремилась развалить независимую РФ, но мы с большим трудом устояли и сдюжили;

— США специализируются на принесении миру больших несчастий; их бизнес — кровавый хаос; почти все войны и революции конца XX — начала XXI века организовал Вашингтон;

— Государственный департамент (пресловутый легендарный Госдеп) США всегда финансировал и продолжает финансировать непримиримую антигосударственную оппозицию у нас в РФ;

— тот же Госдеп готовит серию майданов по всей территории РФ — от Калининграда до Курильских островов;

— США оккупировали Украину и превратили ее в посмешище (причем посмешище, опять же, кровавое);

— США не соблюдают никаких законов и пытаются править миром по беспределу; в частности, средь бела дня похищают на курортах мирных торговцев оружием, арестовывают родственников наших депутатов, облыжно обвиняя их в хакерстве, и т.п.;

— США нагло и беспардонно, методами грубой силы и вежливого шантажа подчинили себе Единую Европу, Канаду, Австралию, Японию и еще тучу государств / народов; государства / народы не хотят американского владычества, стонут, сопротивляются, но отбиться от гегемона пока не могут;

— в самих США неукоснительно нарастают фашизм и нацизм;

— американцы безответственно умудрились избрать себе на голову чернокожего президента, который, с одной стороны, лидер слабый и никчемный, с другой — ястреб почище покойного Рональда Рейгана;

— наконец, с помощью околоземных спутников и других новейших приспособлений (айпады, айфоны и др.) Америка в состоянии контролировать сугубо частную жизнь любого человека в мире: прослушивать разговоры, перлюстрировать почту, вести деликатные съемки в спальнях — в общем, Большой Брат смотрит на тебя такими завидущими глазами, каких еще не знала мировая история.

При позднем Брежневе / раннем Горбачеве многие мои знакомые, хотя и не особенно любили Америку, но и люто ненавидеть ее как-то не стремились. Сегодня прямо вокруг меня стремительно нарастает число людей, вполне разумных и вменяемых, которые преисполнили себя подлинной ненавистью к США. Они совершенно искренне убеждены, что все наши проблемы, от неурожая бобовых до эпидемии свинки, порождены американцами. Так говорят по телевизору, а по телевизору врать не будут.

Да я и сам, как выясняется, чему-то плохому про Америку вполне верю. Например, я так и не понял, что хорошего принесла война в Ираке (2003-й — наст. вр.). И удастся ли ее когда-нибудь закончить, если не иметь в виду под желательным концом триумф Исламского государства (Ирака и Леванта).

Но во многом остальном антиамериканская мифология все же представляется мне сильно преувеличенной. Ей-ей, далеко не во всех революциях США играли инфернально решающую роль. Нередко они шли за событиями, легитимируя уже свершившийся без них результат: на постсоветском пространстве в 2003–2005 гг., в Тунисе и Египте (2010–2011 гг.). Не все чисто, конечно, в Ливии, где без Америки, а заодно Франции и Великобритании, режим Муаммара Каддафи еще несколько лет продержался бы. Но и там без внутреннего конфликта не было бы иностранного вмешательства. И уж в чем я действительно уверен — делайте со мной все, что угодно, — что вовсе не США свергли Виктора Януковича в феврале 2014 г. Как пристальный наблюдатель я берусь утверждать (и утверждал это в «МК» еще в самом начале года): Янукович пал потому, что решил узурпировать (опять же, по беспределу) всю возможную власть, а украинские элиты и вообще активная часть общества этого решительно не захотели.

Да и в принципе на постсоветском пространстве после 1991 года всемирный жандарм был скорее стражем границ, чем их нарушителем. Можно сколько угодно выдумывать, как США хотели распустить РФ на мелкие кусочки, только фактических доказательств тому почему-то не найдено. Если не считать позднейшие пропагандистские изобретения.

Что же до глобального наблюдения со спутников за человеческим муравейником — страхи здесь несколько преувеличены. По крайней мере, для христианского сознания (а мы вроде как православная страна). Ведь гораздо эффективнее любого американского агрегата за всяким человеком следит непосредственно Господь Бог. И репрессивные меры он подчас принимает такие, что кровавому Госдепу и не снились. Так что если хоть немного бояться Бога, то спутник уже не так страшен.

Впрочем, я понимаю, насколько я сейчас малоубедителен. Даже для узкого круга моих знакомых, не говоря уже о большой аудитории.

Что же произошло с нами? Почему мы так яростно и истово возненавидели США?

Ответ: от большой любви. Мы просто влюбились. В Америку. Причем давно. Только до некоторых пор были не готовы себе в этом признаться.

Ведь любовь и ненависть — практически синонимы. Общий же антоним их — безразличие. Мы нынче относимся к США как угодно, но только не безразлично.

Америка — не та, что существует в реальности, а та, которую мы сами себе надумали, — реализовала русскую мечту. Воплотила нашу тягу к вселенскому размаху. Наше стремление жить и действовать, не сковывая себя скучными рамками законов. Наше желание дать миру последнее и окончательное представление о справедливости.

От этой Америки мы хотим ответной, встречной любви. Ее-то нам и не хватает. Нам кажется, что нас, таких красивых и умных, глобальный гегемон пытается не просто проигнорировать, но даже задвинуть в медвежий угол истории с географией. А это неправильно, нехорошо. Мы хотим сидеть с Америкой за одним пиршественным столом, говорить комплименты, сыпать анекдотами и тостами, а не как бедные родственники подъедать отбросы на сиротской кухне.

Столетиями мы страдали от нескольких профессиональных недугов.

Во-первых, от нашей маргинальности (и в хорошем, и в плохом смысле слова) — чувства обитания на краю Ойкумены; ощущения огромного, но заброшенного пространства, из которого надо хоть немного выйти, чтобы подойти к глобальному мейнстриму, теснящемуся где-то на Западе.

Во-вторых, от чувства провинциальности, этой маргинальностью порожденного. Преодолеть собственную провинциальность — важнейшая сознательно-бессознательная задача русского человека. И вот — Америка хочет втоптать нас в эту провинциальность? Нет, так не пойдет. Она обязана нас полюбить, иначе мы за себя не ручаемся.

А спутник этой смертоносной любви — зависть.

Реальная (невыдуманная) Америка все-таки выиграла у нас холодную войну. Потому что ее модель к концу XX века оказалась для разных стран и народов привлекательнее нашей.

Будучи страной молодой, возникшей в XVIII столетии буквально на ровном месте, эта проклятая Америка научила разные народы забывать свое самодовлеющее над ними прошлое. Хотя бы отчасти. Чтобы на пространствах, свободных от роковой памяти, громоздить проамериканское настоящее-будущее. А это совершенно убойная технология.

Ведь любой, наверное, человек хотел бы стереть какую-то часть своего прошлого, точно зная, что это невозможно. А США вторглись в память целых цивилизаций, чтобы перепрограммировать их. Вот что такое настоящее американское вторжение, а не всякие там ракеты с авианосцами.

Мы тоже так хотели, но у нас не вполне вышло. А в последние годы выходит все меньше и меньше. Коррупция, конечно, вещь по-своему более добрая, чем коммунизм, но совершенно непривлекательная с точки зрения всеобщей этики и эстетики. На ее базе экспорт цивилизации не построишь.

Любовь и ненависть к Америке у нас когда-нибудь закончатся. Одновременно. Вопрос лишь в том, до какой степени мы готовы себя изнурить ради этих сверхценных чувств. И сколько еще продлится церемония изнурения.

Белковский.Путин не понимает, что происходит
 

Белковский - Русские Войны 2013
 

С. Белковский на форуме национального развития
 

Белковский: желающих умирать за путиных-рогозиных немного
 

Эра пресечения
 

http://www.mk.ru/politics/2014/09/18...secheniya.html
Жизнь как ожидание домашнего ареста
Сегодня в 15:12
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...44_3450317.jpg
фото: Елена Минашкина

В последнее время в России все более популярным становится домашний арест. В первую очередь благодаря известным людям, которые стали его объектами (жертвами): от оппозиционера Алексея Навального и поэта-художника Евгении Васильевой до олигарха Владимира Евтушенкова.

Конечно, условия этой меры пресечения фактически для всех разные: скромную квартиру Навального в Марьине не сравнить с пышной резиденцией Васильевой в Молочном переулке и тем более с поместьем Евтушенкова на Рублевке. К тому же г-же Васильевой, как мы помним, разрешили по нескольку часов в день гулять центром Москвы. Навальный такой чести не удостоился, Евтушенков — пока неизвестно.

Но все же много и совершенно общего. Не покидать жилище без начальственного разрешения. Не пользоваться ни телефоном, ни Интернетом. Не общаться ни с кем, кроме близких и адвокатов (и, конечно, следователей, которые через суд и устроили тебе новую надомную судьбу). И еще электронный браслет, который с помощью спутника всегда расскажет и покажет, где ты есть. И не нарушил ли режим, определяемый мерой пресечения.

Все познается в сравнении. Думаю, Михаил Ходорковский в 2003-м сильно предпочел бы домашний арест «Матросской Тишине». Но и первое — это мрачно. Особенно для русского человека, исторически страдающего:

— бессознательной клаустрофобией, подчиняющей жизнь поиску расширенного пространства;

— манией побега, в географическом или надгеографическом смыслах.

(Эти клинические случаи мы подробно разбирали в некоторых прежних колонках вашего покорного слуги. Повторяться я не имею права из-за спрессованности газетного листа).

Особенно же тягостным домашнее заточение должно быть для тех, кто привык к каждодневной демонстрации своей популярности, власти и/или влияния. К десяткам, сотням, тысячам наставленных глаз, восторженных, подобострастных и/или заискивающих. Осознание собственного большого (национального, государственного, мирового) значения — это наркотик, постоянно требующий новых инъекций. Делать такие инъекции под домашним арестом намного сложнее, чем на воле.

Стойкий человек всегда может утешить себя тем, что каждый день заточения — это монетка в копилку будущей великой славы. И что терпение вознаградится результатом на следующей, постарестной стадии жизни. Хотя запас подобной уверенности со временем истончается. Тем более с нарастанием вероятности, что завершится домашний арест не возвратом в привычный мир свободных перемещений, а обвинительным безусловным приговором со всеми вытекающими последствиями.

Но.

Можно посмотреть на домашний арест чуть более широко. С позиций, так сказать, метафизических и даже, если угодно, цивилизационных. И если употребить такой взгляд, то может оказаться, что домашний арест — это не только драма/большая проблема, но и благо. Для арестованного и некоторых людей, его окружающих.

Ибо домашний арест позволяет человеку, не принося (в отличие от полноформатной русской тюрьмы) избыточных жертв, круто изменить жизнь в направлении очищения и самоограничения.

Прежде всего посмотрим на выпадающие коммуникации: Интернет, телефон.

Систематизацией смертельного вреда, наносимого Интернетом, мы с вами уже занимались, повторю главное.

Интернет — наркотик, по убойной силе сопоставимый с героином. Сетезависимый человек с каждым днем своей утлой жизни все больше времени проводит во Всемирной паутине, отодвигая далеко вглубь книги, спорт, природу, еду, секс и т.п. Он находится в непрерывном потоке новостей, 90% которых — лишние, избыточные или фейковые. Несколько астрономических часов каждый день проходят в социальных сетях — легко посчитать, какую часть жизни в итоге посвящается этому иллюзорному псевдоспособу преодоления одиночества.

В результате интернет-наркоман превращается в заложника некоей альтернативной реальности. Которая трудно соприкасается с подлинной жизнью по эту сторону баррикад. Какие-нибудь 100 минут без Интернета — и уже начинаются ломка, лихорадочные поиски «точки доступа», позволяющей погрузиться в эту закабаляющую реальность вновь.

Слезть с интернет-иглы весьма непросто, а домашний арест дает такую возможность, быструю и эффективную. Да, это суровая терапия. Но ведь и наркоманов нередко приковывают наручниками к кроватям и батареям — вспомним прославленный опыт Евгения Ройзмана, нынешнего мэра Екатеринбурга. Условия домашнего ареста всё же помягче будут.

Дальше — телефон. Вы никогда не задумывались, сколько лишних, ненужных звонков вам поступает каждый день? Сколько времени вы проводите в общении с собеседниками, которые на поверку оказываются случайными неопознаваемыми объектами в вашей жизни? Какой стресс порождает аппарат, каждые 5 минут разрывающийся от чужого желания сообщить вам нечто совсем бесполезное или задать абсолютно никчемный вопрос? Находит ли на вас время от времени нарочитое стремление выключить мобильный ко всем чертям на неведомое время?

Домашний арест снимает эту проблему.

Избавившись от телефонно-комьютерного крепостничества, человек воленс-ноленс вновь, как в прошлые эпохи, начинает читать. Домашний арест реанимирует и реабилитирует книгу — еще непознанную или хорошо забытую. (Неплохо, кстати, своевременно задуматься, хватит ли вашей нынешней библиотеки на весь срок домашнего ареста или ее надо заблаговременно расширить.)

Но есть блага и более глубокие.

Семья. Сколько времени современный городской человек, муравей сумасшедшего мегаполиса, уделяет своим родным и близким? Утром он растворяется в городе с его офисами, ресторанами, пробками, выхлопными газами, случайными связями, чтобы лишь поздним вечером/ранней ночью приземлиться дома. 2/3 жизни (как минимум) проходят без жены и детей. Горожанин — заложник не только Интернета, но и всего духа времени, помноженного на дух места. Обыденные мечтания удалиться под сень струй и поселиться с семьей где-то на отдаленном озере никогда не воплощаются в реальность — по меньшей мере без готовности к обрушению всей предыдущей жизни с системой ее целей и результатов.

Домашний арест отвечает на эти вопросы.

Будучи ограничен собственным домом и электромагнитным браслетом, человек возвращается внутрь семьи. Ему вновь становится ясна истинная цена отношений с родными и близкими. Их присутствия (равно как и отсутствия) в его жизни. Цена верности и солидарности. Измены и безразличия. Из фона для тараканьих бегов семья превращается в неотменимую среду обитания.

Более того — домашний арест создает новую философию Дома.

Наш неутомимый герой, постоянно бегущий по лезвию современности, давно утратил патриархальные представления о Доме. Дом — это место для регулярного сна, поскольку все прочее совершается во внешнем (по отношению к дому) мире. Еще — объект финансовых инвестиций. И в некоторых случаях знак/символ престижа. Не более и не менее того.

Но если ты знаешь, что твой дом — место твоего будущего заключения, где тебе придется провести один из самых драматичных периодов жизни, 24 часа в сутки, то отношение к жилищу не может не измениться. Дом становится твоим альтер эго, вернейшим другом и надежнейшим партнером. Который, если что, не сдаст и не предаст. Пространством не просто идеального комфорта, но взаимной любви. Тогда априори меняется представление о назначении дома. Он снова твоя крепость — в самом старом и правильном смысле слова. Ты вовремя в и полном объеме посвящаешь себя дому — и даже если тебя никогда не арестуют, тьфу-тьфу-тьфу, любовь и дружба с домом принесут свои достойные плоды. Возвращение из чужого холодного муравейника в собственный теплый дом — сладостное путешествие.

Накануне и вскоре после краха тоталитарной советской системы мы много говорили о необходимости самоограничения. О том, что соблазны свободного мира, рухнув на голову после десятилетий тотального «нельзя», могут оказаться непосильными для наших слабых душ и мозгов. Так во многом и получилось. Окунувшись в безграничный океан «можно», мы утратили берега. Нам нужен инструмент принуждения, чтобы вновь выйти на сушу.

Домашний арест — такой инструмент. Его неплохо было бы сделать и добровольным, по контракту с правоохранительной системой. Заодно у этой системы появился бы новый легальный источник внебюджетного финансирования. Захотел — отсидел у себя дома на общих правовых основаниях. Месяц, три, год. Столько — сколько необходимо для обратного превращения из монстра в человека.

Вообще в стране, где в соответствии с глубокой традицией уголовным обвиняемым может в любой момент времени оказаться всякий, по надуманной причине или вовсе без таковой, где самое неверное — зарекаться от тюрьмы, очень правильный режим жизни — ожидание ареста.

И очень хорошо, если домашнего.

Путин, инвалиды и герои
 

http://www.mk.ru/daily/newspaper/art...yi-igeroi.html

Не надейтесь: не забудется, не простится
27 декабря 2012 в 18:18,
http://www.mk.ru/upload/iblock_mk/47...__37992008.jpg
фото: Геннадий Черкасов

Я — [полу]профессиональный тамада. В те годы, когда у меня совсем не было денег, меня спасала запасная специальность.

Потому редакция «МК» поручила мне сказать (или написать, что в данном случае одно и то же) новогодний тост.

И тост этот будет произнесен. Чуть позже. А начнем мы немного с другого.

Только что Совет Федерации принял так называемый «закон Димы Яковлева». Который запрещает американцам усыновлять российских сирот. Больше того: обещано, что и всем другим иностранцам запретят усыновлять наших детей тоже.

С нравственной точки зрения оправдать то, что сделал Совет Федерации, невозможно. И геополитика со всей сопутствующей фигней здесь совершенно ни при чем.

Главное дело в том, что в России отсутствует культура усыновления (удочерения) детей-инвалидов. А на Западе — она есть. И, кроме как американцев и прочих извергов, никто наших маленьких инвалидов по большому счету не пристроит. Они все просто умрут в свинцовых объятиях российских государственных и общественных институтов. Умрут в прямом смысле, не в переносном.

Мой отец был инвалид первой группы и умер в страшных мучениях в 47 лет. А сам я — инвалид второй группы. Я знаю, о чем говорю. Потому, если какая-то подкремлевская ряха откроется, чтобы покритиковать мою позицию, я бы советовал ей сразу и превентивно закрыться. А то всякое бывает. Инвалиды иногда ведут себя излишне жестко. У нас есть про запас настоящие костыли, если что.

И вот в такой обстановке Совет Федерации решил то, что решил.

Этих — с позволения сказать — сенаторов надо пожалеть. У многих из них — большие проблемы именно что с детьми. Поэтому, видимо, они так детей ненавидят.

Ну что сделаешь, если у одного из руководителей Совета Федерации сын — законченный героиновый наркоман, которого так и не удалось вылечить? Но благодаря связям родителя этот наркоман занимает высокие позиции в бизнесе и зарабатывает на ровном месте (в русском народе принято это называть — «на халяву») миллиарды. И, конечно, родитель привык утверждать, что он(о)-то здесь ни при чем, сынок-торчок всего сам добился.

А вот, например, еще есть сенатор Ш., бывший тесть известного эстрадного певца Б. Против него еще 30 лет назад возбуждали уголовное дело по подозрению в педофилии. Как же ему теперь не поддержать закон против русских детей, доставивших ему столько неприятностей?

Еще один моральный... скажем так, инвалид, бывший президент компании АЛРОСА Вячеслав Штыров, конечно же, совершенно и никогда не замеченный в коррупции, заявил, что надо «обезопасить» российских детей полным запретом на иностранное усыновление. «Это не соответствует ни нашим традициям, ни морали, которая присуща всем народам, населяющим Российскую Федерацию», — сказал он.

Конечно. Нашим традициям и морали соответствует безудержное воровство из бюджетов государственных компаний.

Особо отметился бывший адвокат, а ныне трудящийся верхней палаты Евгений Тарло. Он предложил провести парламентское расследование судьбы детей, переданных иностранным усыновителям. Изучать судьбу детей, загибающихся в наших садистских детдомах, этот г... государственный деятель совершенно не хочет.

Я бы, напротив, предложил провести парламентское расследование о возможной причастности экс-адвоката к загадочным операциям с землей и недвижимостью в Московской области. Это было бы гораздо полезнее, чем воевать с детьми.

Всему свое время, господа. Такое расследование, как и многие другие, обязательно состоится. Многие нынешние сенаторы узнают, что сидеть в России можно не только в кресле парламентария. Почему? А потому, что есть вещи, которые делать нельзя, потому что нельзя делать никогда. Например, лишать детей-инвалидов возможности обрести нормальную семью.

Сенатор Тарло мотивировал свою позицию тем, что в «этой сфере» (международном усыновлении) крутятся $1,5 млрд в год. Ну да. По ныне принятым меркам воровства — сущие копейки. А не ответит ли он, сколько стоит слезинка ребенка?

Не читали ничего про это? Прочитаете. У нас в местах не столь отдаленных до сих пор неплохие библиотеки — спасибо советской власти.

Не переживайте, Господь вам не простит.

Да, кстати. Русская православная церковь Московского патриархата (РПЦ МП) устами некоторых своих наиболее фриковатых спикеров тоже отметилась поддержкой детоедского закона. Вот, например, протоиерей Всеволод Чаплин благочестиво указал на то, что усыновление русских детей зарубежными парами в большинстве случаев означает «невозможность получить истинно христианское воспитание, а значит, отпадение от Церкви и от дороги в вечную жизнь, в Божье Царство».

Думаете, Бог не расслышал? Как бы не так. Но и что касается дел земных, они у РПЦ МП крайне плохи. Церковь, благосклонно взирающая на гибель детей, сама обрекает себя на гибель.

Да, я все понимаю. Всезнающие люди даже говорят, что спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко пару дней назад была у Владимира Путина. И просила разрешения закон не принимать. А Президент России якобы ей недвусмысленно указал: принимайте и не выпендривайтесь!

Вот оно так и получилось.

Теперь вы можете себе представить, насколько наш президент одинок, если он санкционировал такой закон? Как мы должны жалеть его, но ни в коем случае ему не завидовать?

Правда, непосредственными разработчиками текста детоедского документа считаются некоторые титульные привластные геи. Им на детей вообще наплевать с прибором. Они их могут использовать только совсем в другом смысле. Отсюда и содержание документа.

А теперь — переходим к новогодней программе, в полном соответствии с формальными обязанностями тамады. Пусть и [полу]профессионального.

Оказывается, есть члены Совета Федерации, которые отказались голосовать за антидетский закон. Может быть, это лишнее, но я таки приведу их полный список.

Виталий Богданов (Курская область)

Геннадий Горбунов (Астраханская область)

Константин Добрынин (Архангельская область)

Виталий Игнатенко (Краснодарский край)

Сулейман Керимов (Дагестан)

Анатолий Лысков (Липецкая область)

Ефим Малкин (Чукотка)

Валентин Межевич (Иркутская область)

Вячеслав Новиков (Красноярский край)

Лариса Пономарева, мать депутата ГД Ильи Пономарева (Чукотка)

Владимир Рушайло (Архангельская область)

Вадим Тюльпанов (Санкт-Петербург)

Вячеслав Фетисов (Приморский край)

Дорогие ребята! Я не считаю вас героями. Потому что вы ничем не рисковали, кроме изгнания из Совета Федерации — конторы и так более чем позорной.

Но все-таки я вами горжусь. Потому что в эту эпоху всеобщего забвения всего человеческого (а главное — Божеского) вы остались людьми. Сохранили человеческий облик.

Потому мой новогодний тост сегодня — за вас. Вы молодцы. Будьте здоровы и живите богато.

Еще я поднимаю свою праздничную рюмку за путинских чиновников, которые тоже выступили против «антимагнитского» закона: вице-премьера Ольгу Голодец, министра иностранных дел Сергея Лаврова, министра юстиции Александра Коновалова. Я вас никогда не знал и не любил. Но есть вещи, которые надо ценить, даже если не любишь.

В России, как выясняется, даже на самом начальственном верху еще остались живые люди. И милосердие стучится в их сердца. И даже квартирный вопрос не до конца испортил их.

Значит, как-нибудь, да прорвемся.

Согласовала ли РФ в Сирии свои действия с США?
 

http://echo.msk.ru/blog/belkovskyi_s/1632626-echo/
14:38 , 01 октября 2015

Дорогие друзья и сочувствующие,
сегодня много дебатировался вопрос о том, согласовала ли РФ в Сирии свои действия с США.

В ходе недавнего общения В. В. Путина с Б. Б. Х. Обамой.

На мой взгляд, конечно, согласовала.

США сказали РФ примерно следующее: если вы, деточки, готовы выполнить нашу грязную работу своими силами и за ваш счет, в т. ч. счет ваших многочисленных дешевых жизней, то мы не против.

А там — как получится.

Никакой любви, никакого возврата в Ялтинско-Потсдамский мир, даже снятия санкций в обмен на разгром ИГ Вашингтоном обещано не было.

Идите в ИГ и разгромите его, если сможете. А там и поговорим.

А у В. В. Путина, наверное, эйфория. Он кого-то там ударил по морде типо.

Спасибо за причиненные неудобства.

Власть посредственности как непосредственное проявление демократии
 

http://www.mk.ru/politics/2014/10/16...tvennosti.html
16 октября 2014 в 15:52,
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...55_1090806.jpg
фото: Алексей Меринов

Споры пикейных жилетов на российской политической — или, скажем точнее, околополитической — кухне в последнее время часто сводятся к двум тезисам:

1) мы в глубокой заднице;

2) ну а Запад вообще полностью сошел с ума и идет к гибели.

(Таким образом, с точки зрения прикладной сравнительной политологии задницу можно определить как нишу или тихую гавань, где мы традиционно укрываемся от гибельного безумия т. наз. цивилизованного мира.)

К Западу много претензий. Прежде всего: он недостаточно эффективно борется с нами. Мы бы и сами призвали себя к порядку, но не хотим покидать нашу эксклюзивную нишу (см. выше). Так что вся надежда до недавнего времени была на Запад. И вот теперь надежда тает прямо на слезливых глазах.

Запад окончательно потерял рычаги управления ситуацией в мире. (Предполагается, что эти рычаги у него всегда были и прежде работали безотказно.) Потому, по вине Европы и Америки, нас ждет смерть от трех неискоренимых факторов риска, обозначенных главным начальником Запада, президентом США Бараком Обамой, на Генеральной ассамблее ООН.

А) Лихорадка Эбола.

Уже ясно, что она унесет миллионы жизней в кратчайшие сроки. Как чума XIV века, от которой тогда погибла четверть населения Европы, или 25 млн человек.

Правда, врачи-скептики (они же оптимисты, это с какой стороны посмотреть) утверждают, что участи заболеть Эболой достоин не каждый, так что не надо преувеличивать. Да и я сам, как простой обыватель, живущий на свете не то чтобы давно, но и не совсем недавно, помню, что на моем веку человечество должно было умереть от трех страшных недугов: СПИДа, атипичной пневмонии и птичьего гриппа. Так, может, и Эболу переживем?

Б) Исламское государство (ранее известное как Исламское государство Ирака и Леванта, ИГИЛ).

Виноваты в его появлении целиком США и союзники. Потому что они сначала ввели войска в Ирак, а потом решили вывести обратно. Что в целом оказалось крайне безответственно и непоследовательно. Надо было или не вводить, а если уж ввели — никогда не выводить.

Скоро Исламское государство захватит российский Северный Кавказ, параллельно войдет в Ташкент, в Душанбе, и противостоять этому изнеженный Запад не сможет. Итог: всему конец. Чему всему — точно сказать нельзя, но — конец.

В) Мы, т.е. Россия.

Широта русской души в сочетании с ее непредсказуемостью не позволяют ожидать от нас ничего хорошего. Сами мы контролировать себя не в состоянии и вообще за себя не ручаемся. А поскольку Запад после краха СССР почему-то не догадался нас раздолбать, то теперь ему придется нас же расхлебывать. И ведь не расхлебает, потому что морда треснет и вообще сил нет.

В общем, если верить нам самим, то свой мандат на всемирное руководство евроатлантический мир позорно профукал. Начинаются новые века мрака и всемирного разрушения.

А почему?

А потому, что на Западе произошло катастрофическое вырождение политических лидеров и политической элиты вообще.

Когда-то этим миром правили титаны уровня Гая Юлия Цезаря, Уинстона Черчилля, генерала Шарля де Голля. Каждый из них выиграл по своей мировой войне, формальной или неформальной. Все они многократно побывали на передовой, под самыми пулями. Повидали смерть с ультраблизкого расстояния. Они знали истинную цену большим победам — жизнь — и потому умели этих побед достигать.

Ну или, возьмем попозже, Рональд Рейган и Гельмут Коль. Первый благодаря своей подлинно голливудской неколебимой решимости довел до логического конца «холодную войну» и развалил СССР. (Сам СССР в том, конечно, не виноват.) Второй не прощелкал тевтонским клювом финал «холодной войны» и воссоединил Германию.

С такими героями никакая Эбола никому не была страшна!

А что сейчас?

Самые главные мировые начальники — Барак Обама и Ангела Меркель. Кто они на фоне богатырей прошлого? Пигмеи. (Это метафора. Не надо путать с теми настоящими пигмеями, которые, питаясь зараженными обезьянами в диких саваннах Африки, и стали первичными разносчиками Эболы.)

Господин Обама ни дня нигде не работал, кроме как в политике. На войнах не был, пороху не нюхал. Не имея серьезного опыта госуправления, не говоря уже о международных конфликтах высокой степени сложности, стал президентом. Потом — тут же — исключительно за пацифистскую демагогию, без единого практического деяния получил Нобелевскую премию мира. И, отрабатывая незаслуженную репутацию миротворца, шесть с половиной лет судорожно предотвращал какую бы то ни было войну. Не предотвратил. Даже Сирию раздолбать не сумел, пойдя на поводу у Владимира Путина. Говорят, правда, что он устроил «арабскую весну» и как-то приложил руку к революции-2014 в Киеве. Но это его нимало не оправдывает.

Госпожа Меркель в своей доканцлерской карьере тоже ничем выдающимся не отметилась. Долгие годы была функционером партии Христианско-демократический союз (ХДС) и даже снискала прозвище «девушка Коля» (в хорошем смысле, разумеется). А главным промежуточным событием ее карьеры стал скандал 1999–2000 гг. — тогда г-жа Меркель почему-то поспособствовала разоблачению незаконного финансирования ее собственной партии, что сильно ударило все по тому же Гельмуту Колю, боссу и наставнику будущей лидерши ФРГ. В результате Коль навсегда ушел в тень, а для Меркель открылись новые волнующие возможности, коими она чуть позже воспользовалась.

Ну а президент Франции Франсуа Олланд даже на этом фоне выглядит посмешищем. Служил он раньше то депутатом, то мэром провинциального городка, отсиживался в тени своей экс-супруги Сеголен Руаяль. Затем, на совершенном политическом безрыбье, заскочил дуриком в Елисейский дворец. Чтобы через два года обнаружить, что рейтинг его упал до скандально позорных 12%.

И эти люди могут что-то сделать, например, с нашим Владимиром Путиным, образцом политической мощи? М-да. Так что падение современного мира неизбежно, остается лишь завороженно подождать.

С такой концепцией можно было бы согласиться, если бы не хотелось несколько возразить.

Да, классическая западная демократия, которую мы научились презирать быстрее, чем сумели в ней разобраться, ведет к некоторому вырождению правящего человеческого материала. К усреднению всего и вся. Люди сильные и яркие, но неформатные, склонные тянуть политическое одеяло резко и строго на себя, сейчас не очень в чести. Да, они прорываются на поверхность по-прежнему — взять хотя бы Сильвио Берлускони. Но, подобно Берлускони, завершают правящую карьеру далеко не самым красивым образом.

На смену лидерам-харизматикам демократия привела устойчивые политические и общественные институты. Парламенты, партии, суды, независимые СМИ. Которые стали выше личностей. И не дают этим личностям взять реванш, как бы последним ни хотелось. Кроме того, при институциональной демократии резко возросли требования к прозрачности политика. Да, Обама признался, что в знойном гавайском детстве нюхал кокаин, но ничего действительно радикального с ним с тех пор не произошло. Он никого не убивал и даже не превышал автомобильную скорость. Меркель? Там даже кокаином не пахнет.

А люди без скелетов в шкафу, не пережившие многих запретных приключений, как правило, куда скучнее изощренных авантюристов и вообще азартных игроков с жизнью. Вот, помните, был такой французский социалист Доминик Стросс-Кан, который должен был, по всем опросам, стать президентом своей страны вместо Олланда? И что же? В нужный момент выяснилось, что у него крайне отвратительный сексуальный облик. Скрыть который не удалось. Большой игрок сошел с дистанции, уступив трассу бледной тени.

В таких условиях ожидание подлинных героев старинного образца — дело неблагодарное. Да, телевизионная картинка очень страдает. И очень сосет под ложечкой от предчувствия нового Черчилля. Но…

А если могучий харизматик все же прорывается к власти, особенно в той стране, где институты не особенно устоялись, то рано или поздно он начинает крошить демократию и возводить себя на бессменный пьедестал. Вот, например, Реджеп Тайип Эрдоган в Турции. Прекрасный лидер, не правда ли?

Нарастание и упрочение демократии означает и широкое распространение политической посредственности. А по-иному — того самого среднего класса, в том числе и среди лидеров, на котором, как нас учили, держится стабильность западного мира. Но мы не поверим в эту стабильность, пока она не приобретет знакомые нам, как никому другому, черты с усами генералиссимуса. Вот тогда мы и успокоимся. И, может быть, поверим в демократию вновь.

ДАМа прошу не обижать
 

http://www.mk.ru/politics/2014/12/11...e-obizhat.html
Семь причин не «наезжать» на Дмитрия Медведева
11 декабря 2014 в 16:12,
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...52_8717115.jpg
фото: Наталия Губернаторова

Премьер-министр России Дмитрий Медведев намедни дал большое интервью сразу нескольким телеканалам. По итогам информационной акции разнообразные эксперты подвергли главу правительства вполне ожидаемой критике.

Основные претензии к ДАМу примерно таковы.

1. Из выступления премьера так и осталось неясным, есть ли у его правительства какая-нибудь внятная стратегия — как в части выхода из кризиса, так и вообще. Иными словами, в чем базовая философия правительственной политики, нам не объяснили и даже не попытались.

2. В который уже раз за последние 15 лет мы услышали, что пора слезать с нефтяной иглы. Но никаких конкретных идей, как бы все-таки это наконец сделать, вновь не прозвучало. Зато Медведев заявил, что на пресловутую сырьевую иглу нас подсадил лично дорогой товарищ Л.И.Брежнев в 60–70-е годы прошлого века. Найден новый, совершенно уже мертвый виновник торжества, на которого можно все списывать.

3. Что-то невнятное Дмитрий Анатольевич сказал про западные санкции против России. Дескать, санкции эти скорее полезны, чем вредны, поскольку позволят нам наладить полное импортозамещение. И потреблять по всем фронтам свою позицию вместо чужой. А вот каким макаром такое чудо случится, опять же не пояснил. Хотя признал, что типа за полгода ничего не сделаешь, требуется по меньшей мере несколько лет. Была использована и традиционная для нынешней РФ-власти аргументация «сам дурак»: да, мы потеряем из-за санкций несколько десятков миллиардов долларов, но и Европа окажется в проигрыше: в этом году на 40, а в следующем — на все 50 млрд. Это осознание должно облегчить нашу подсанкционную участь.

4. Премьер не вполне трезво оценил проблемы, связанные с падением рубля. По его версии, национальная валюта еще вырастет, ибо сейчас решительно недооценена. Надо просто запастись терпением и подождать. Сколько и чего ждать — твердо не разъяснено. Но зато сказано, что сам ДАМ хранит сбережения в рублях. (Уж не лукавит ли он? Кто доподлинно знает?) Потому что премьерские расходы — все в рублях, а в обменники не набегаешься. И остальным гражданам надо поступать точно так же. Не слишком убедительный призыв, особенно с учетом того, что граждане, по предварительным подсчетам Центробанка, за 2014 год приобрели около $60 млрд наличными. И не останавливаются.

5. Несмотря на дешевую нефть, падающий рубль, санкции и т.п., правительство так и не скорректировало пока ни бюджетные расходы на 2015 год, ни основополагающий сценарий развития. А почему? Надеемся, что пронесет и кривая куда-нибудь выведет.

6. Премьер дал понять, что четкого плана действий в условиях запрета на импорт продовольствия из стран — источников санкций у правительства тоже нет. Стоило ли в таком случае вводить сам запрет? Или можно было подождать, пока появится план?

7. Качественной разницы между кризисом-2008 и нынешней ситуацией, когда нам почти перекрыт доступ к западным рынкам капиталов, г-н Медведев не видит. Логика его такая: пережили мы разные кризисы, переживем и еще много всего, прорвемся. Может быть, и неплохой настрой для частного лица, отвечающего исключительно за свой семейный бюджет, но несколько легкомысленный для главы правительства большой страны. Опять же: где программа? где стратегия? прорывные идеи? Или их не существует, или их от нас скрывают. И неизвестно еще, что хуже.

8. Вот премьер нам говорит, что все ничего (типично русская формулировка, она же и российская), а правительство тем временем приостановило исполнение майских (2012 года) указов президента об индексации зарплат врачам и учителям. А ведь еще недавно майские указы считались абсолютно сакральными. Не подлежащими никакой ревизии. Правда, в 2014 году место этих указов в сакральной нише занял Херсонес (Корсунь), в связи с чем зарплаты можно, видимо, и не повышать. Ведь за все в жизни надо платить, в том числе и за возвращение в состав РФ святых мест.

9. Снова что-то сказано об улучшении инвестиционного климата, но никаких конкретных мер не обозначено. И так уже долгие годы подряд. Сколько можно?

10. Премьер несколько затруднился с ответом на вопрос, является ли он твердым либералом. И перевел обсуждение идеологического вопроса в возрастную плоскость: в 16 лет легко быть либералом, а вот попробуй им остаться к поздней зрелости, под грузом откровений и страданий накопленной жизни!

В общем, критиковать медведевское общение с журналистами нынче довольно модно. В связи с чем считаю необходимым премьер-министра от разнузданной критики несколько защитить. По нескольким фронтам, они же позиции.

Во-первых, благодаря премьерскому эфиру мы убедились, что Дмитрий Медведев существует. И по-прежнему занимает свой пост. А это само по себе является фактором какой-никакой, но стабильности, что для страны в принципе психологически важно.

Во-вторых, в интервью принимал участие телеканал «Дождь», что приносит нам легкую дополнительную надежду на сохранение и грядущее процветание этого независимого СМИ, претерпевшего в уходящем году немалые гонения.

В-третьих, хорош премьер или не очень, но он в очередной раз продемонстрировал, что свою роль в системе российской власти понимает очень четко. Эта роль — не мешать президенту править страной. Нет, конечно, если ты не простой председатель правительства, а сам Владимир Путин (как это было в 2008–2012 гг.), тогда ты еще и полупрезидент, и реальной власти у тебя очень много. Но во всех других случаях премьер не должен выходить из-за несгибаемой спины главы государства. Такими были и прежние первые министры, назначенные лично Путиным: Михаил Фрадков, Виктор Зубков. Таков и Дмитрий Медведев. А когда человек — будь то большой государственный начальник или бомж, базирующийся на провинциальном вокзале, — полностью адекватен своей позиции, это уже хорошо. Здесь, собственно, кроется и ответ на вопрос, почему вопреки намекам и даже прямому давлению с разных сторон (включая давление обстоятельств) Путин не меняет своего премьера. Потому что новый глава правительства может оказаться уже не столь соответствующим своей роли, по крайней мере на первых порах, когда незрелые амбиции бьют в голову почище любого игристого вина. (Не говоря уже о том, что ДАМ — надежнейший товарищ ВВП, что он доказал всеми годами и делами службы, включая экстремальную рокировку 24 сентября 2011 года.)

В-четвертых, эфир показал, что Дмитрий Анатольевич отнюдь не лишен отчаянной смелости, граничащей, как принято говорить в либеральных кругах, с потерей инстинкта самосохранения. Ведь он не мог не понимать, что ему зададут все неудобные вопросы, которые не любят (потому что боятся, и не только) ставить перед истинным источником политики в стране — президентом. И что эксперты, лишенные священного трепета перед номинально вторым лицом государства, оттопчутся и отлежатся на любых ответах, какие бы Медведев ни дал. Человек осторожный, пекущийся только о собственном имидже и нервной системе, в такой ситуации от интервью просто уклонился бы. Медведев пошел на риск. Молодец.

В-пятых, председатель правительства честно признался, что с экономикой ничего хорошего сделать нельзя, поскольку она слишком зависит от внешних параметров, факторов и сил. Он не наводил тень на плетень, а резанул правду-матку. Разве мы более не считаем честность достоинством политика?

В-шестых, глава правительства правильно вычленил ключевое достоинство своего верноподданного народа — терпение. А умение находить в контрагенте, будь то человек или целая нация, ключевое позитивное свойство и работать именно с этим свойством — есть показатель всякого хорошего управленца. Такого, например, как самый популярный российский политик всех времен Иосиф Сталин, поднявший тост за терпение народа на победном банкете в мае 1945-го. Действительно: если бы не терпение тогда, мы могли и не выиграть великую войну. Если бы не терпение сейчас — нас мог бы ожидать проклятый украинский сценарий. А на черта он нам?

И, наконец, в-седьмых. Еще в годы медведевского односрочного президентства мы как-то любили над ним подтрунивать. То он у нас был «айфончиком», то «лунтиком», то кем-то еще. А если сейчас, из нынешней исторической дали, оглянуться назад, в ДАМские времена, то не покажется ли нам, что в тех временах было нечто неуловимо хорошее, чего больше нет? Я говорю даже не о каких-то элементах гражданских и человеческих свобод, с которыми с тех пор, кажется, стало существенно хуже. А о том, что тогда была некая надежда на размытое, но лучшее будущее, а сейчас…

Все познается в сравнении. И, может быть, у правителя, который умеет быть забавным и даже смешным, есть определенные преимущества перед тем, над кем смеяться совершенно не хочется. Хотя, чем бы все ни кончилось, нам так или иначе придется посмеяться над собой. Такая наша судьба. Жить не можем иначе.

Кризис - отец родной!
 

http://www.mk.ru/politics/2014/12/18...ec-rodnoy.html

Свободу Алексею Навальному!
18 декабря 2014 в 14:49,
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...68_3955078.jpg
фото: Алексей Меринов

Пришла хорошая новость: Московская служба психологической помощи населению (МСППН), которая существует при департаменте социальной защиты правительства Москвы, открыла бесплатные консультации для пострадавших от внезапного финансового кризиса. Занятия ориентированы на людей, кто эмоционально переживает тяжелую экономическую ситуацию, потерял (или вот-вот потеряет) работу, не может выплатить кредит и т.д.

Правда, в этой службе всего 350 психологов, а эмоционально пострадавших от кризиса — наверное, миллионы. Это значит, что каждый психолог должен обслужить бесплатно по несколько тысяч пациентов в день. Невозможно.

Поэтому я решил внести посильный вклад в решение наших общих психологических проблем. Постараюсь практически бесплатно сформулировать, что кризис — это, в общем, не так плохо (как гласит русская народная пословица, пить водку не только вредно, но и полезно).

Кризис не должен восприниматься лишь как время больших и малых проблем, тягостных раздумий и горьких разочарований. В эти дни у нас появляется объективная возможность пересмотреть свою жизнь и резко развернуть ее в правильном направлении. А в обычные дни, когда стабилен рубль и высока нефть, времени и желания переосмысливать бытие у нас не было.

Возьмем, к примеру, кредит. Говорят, что сейчас трудно будет рассчитываться по валютным кредитам, имея рублевую зарплату. Ну и? Только что принят Закон о банкротстве физических лиц — надо быстро научиться им пользоваться. (Какая-нибудь «школа банкротства» стала бы сейчас архиуспешным образовательным проектом.) Зачем вообще чего-то отдавать? Долгие годы вы, мои сограждане, кормили банки, выплачивая нечеловеческие проценты. Не пора ли понять и признать, что все долги, включая моральные, уже отданы? Именно кризис предоставляет нам уникальную возможность для облегчения не только кошелька, но участи и совести.

Я вас уверяю, что и многие банки будут поступать точно так же. По принципу «война все спишет». Понаберут экстренных больших кредитов у Центробанка и прочих государственных институтов. А потом скажут, что кризис не позволяет им ничего не вернуть, и нужны новые вливания. Чем же простые физические лица хуже банкиров, почему они не могут рассуждать и действовать аналогично?

Еще, насколько можно понять, вот-вот прекратится огромное потребительское кредитование населения. И это, если разобраться, — очень позитивное последствие кризиса. Ведь на протяжении долгих лет так называемого экономического роста россияне брали кредиты, которые были им (нам), в сущности, не нужны. На кредитные ресурсы покупались бесконечные холодильники, телевизоры и микроволновые печи. Точную процентную ставку среднестатистический россиянин своими математическими силами, как правило, подсчитать не мог. Потому банки бессовестно обманывали заемщиков, впаривая им, например, кредиты под 40–50% годовых при номинальной ставке, скажем, 15%. И россияне все равно брали, потому что очень хотелось новую микроволновую печь! А потом, не будучи способными рассчитаться с банком-грабителем, продавали свои внутренние органы или отправлялись воевать типа добровольцами в сопредельные государства. Так что система потребительского кредитования в РФ давно стала неофициальным спонсором войн, членовредительства и всякого прочего варварства. Не пора перезагрузить, а точнее — обнулить эту систему? Вот кризис и приносит такую возможность.

Что касается возможной потери работы. В русском сознании эта категория (в отличие от Херсонеса–Корсуни и майских 2012 года указов президента Путина) никогда не обладала сакральным статусом. Работа у нас, как известно, не волк и вообще любит дураков. К тому же тучные годы породили в России колоссальную искусственную занятость. Когда человек работает не по специальности, а занимает высосанное из пальца в силу каких-то внеэкономических соображений место. Например, профессиональный агроном охраняет ресторан. (Хочу заметить, что на Западе, типа там в Париже или Нью-Йорке, найти у входа в хороший ресторан охранника почти невозможно. Там, если что, вызывают полицию, и она приезжает за три минуты.) Или вот еще случай: я лично знал одного очень богатого человека, который для выгула своих домашних собак нанимал исключительно докторов наук. Чтобы животные, общаясь с умным человеком, умнели во время прогулок. Теперь же кризис создал ситуацию, когда агроном вернется в свою агрономию, а доктор наук — в докторантуру (где будет выгуливать скорее людей, чем животных).

Конечно, все это случится не со всеми и не сразу. Некоторое время придется поваляться на диване и мечтательно повспоминать о временах большой халявы. Но результат, маячащий но горизонте, более чем достойный — выпрямление искривленного ныне российского рынка труда. В конце концов, ради того, чтобы профессоры не работали мелкими лакеями, а охранники исчезли из ресторанов, стоит пройти через многократное падение рубля.

Кстати, о халяве. Она ведь в нашем сознании тоже неистребима. Вот уже долгие столетия. И за минувшие 15 лет мы как-то привыкли, что деньги — не зарабатываются. Они валятся с неба. Вот просто еще выросла нефть на пару долларов за баррель — и в нашем кармане автоматом что-то новое зашуршало. Потому, стало быть, работать можно только за деньги, превосходящие объективную цену самой работы. Иначе и смысла нет. Кризис нанесет по халявному мышлению решительный удар. Что само по себе станет радикальным фактором трансформации нашей экономики в каком-нибудь более-менее разумном направлении.

Спокойные (неинтересные) времена приучили нас к тому, что не мы кормим (как налогоплательщики) государство, а государство — нас (как нахлебников). Дескать, всяческие «Газпром» с «Роснефтью» зарабатывают гигантские триллиарды, часть из которых обламывается и нам, бездельникам. В такой финансово-психологической ситуации ни о какой реальной демократии, гражданском обществе, подконтрольности и подотчетности власти избирателям говорить, конечно, не приходится. Не может же нахлебник-паразит требовать отчета у щедрого кормильца! Кризис способен сломать эту философию отношений «власть–человек», превратив дорогого россиянина из подданного в гражданина. Не стоит ли хотя бы ради этого потуже затянуть наши кожаные пояса?

Кризис, как смерть, уравнивает многих. Вот намедни агентство Bloomberg сообщило, что за 2014 год российские богачи-олигархи потеряли $62 млрд, что превышает четверть их совокупного состояния. Представляете, как они локти себе грызут? И, подобно нам, простым смертным, сделать ничего не могут. Разве это не принесет нам дополнительное облегчение? К тому же, если и когда ты на своей практике понимаешь, что в гробу карманов нет, а значит, в стратегическом измерении богатый совершенно равен бедному, твоя длящаяся жизнь становится куда спокойнее и гармоничнее. Из нее исчезает навязчивая тяга погони за недостижимым материальным идеалом — тяга, которая нередко толкает недозрелое человеческое существо на большие ошибки, промахи и даже преступления.

Кризис пробуждает во многих, даже циничных и зачерствевших людях некоторые их лучшие качества. Например, честность. Вот губернатор Краснодарского края Александр Ткачев откровенно разрезал правду-матку, сказав накануне: «Мы пожинаем плоды наших завоеваний, политических побед нашей страны. Это расплата, цена вопроса, которую и экономика, и жители края и страны рано или поздно должны были разделить с президентом, с правительством, со страной. Потому что чудес не бывает. Нам казалось, что если мы присоединим Крым, сделаем этот политический шаг, ничего не произойдет, Запад и Америка это проглотят, и Россия останется устойчивой, крепкой, стабильной. Все будет по-прежнему здорово и хорошо. Но если почитать аналитику и высказывания наших зарубежных партнеров, а сегодня уже относительно недружественных стран, то это предрекали и на это рассчитывали. Мы же все рукоплескали, мы же все говорили, что здорово, Крым наш. Значит, мы должны разделить не только эту ответственность, но и эту ношу, эти потери». Заметьте, это в открытую говорит не какой-нибудь маргинально-оппозиционный Белковский, а мейнстримный заслуженный губернатор, один из ходячих символов крупного РФ-чиновничества. Да. Кризис учит ответственности. Напоминает, что за все в жизни надо платить, любящим кататься рано или поздно придется отвезти в горку тяжкие саночки и т.п.

Еще кризис часто и помногу заставляет власти отказываться от дурацких решений в пользу немного умных. Просто потому, что на все дурацкие денег не напасешься. Кажется, уже почти решено отложить введение в Москве, Санкт-Петербурге и Севастополе торговых сборов, грозивших катастрофой недобитому малому бизнесу. Говорят, что переносят введение в действие закона о хранении персональных данных граждан РФ исключительно в России (этот закон мог парализовать социальные сети и привычные нам интернет-сервисы). Сейчас, возможно, еще что-нибудь такое случится. Например, сегодня, 19 декабря, суд оправдает Алексея Навального по несколько надуманному (как мне представляется) делу Ives Roches. Почему бы нет, в конце концов? Оправдательный приговор хоть ненамного, но улучшил бы инвестиционный климат в охваченной демонстративными конвульсиями стране.

В общем, не будем печалиться. Кризис впереди долгий, но мы рискуем выйти из него совершенно другими людьми. Такими, чтобы за самих себя было не совсем стыдно.

Год самоопределения человека
 

http://www.mk.ru/politics/2014/12/29...cheloveka.html
http://www.mk.ru/upload/objects/arti...69_1529926.jpg
2015-й и детектор лжи
29 декабря 2014 в 19:16,
фото: Алексей Меринов

В 2014 году, в контексте Крыма и не только, мы вновь немало говорили о праве наций на самоопределение. Задаваясь в очередной раз нелегким вопросом: где та околица, которая точно отделяет одну нацию от другой? Есть ли право на самоопределение у леса, поля, города, микрорайона, квартала, подъезда?

Но кроме самоопределения наций есть еще самоопределение каждого отдельного человека. И это не только человеческое право, но и обязанность.

Самоопределение человека происходит всю жизнь — от самого рождения и до конца. И для многих не заканчивается ничем внятным. Ведь и на смертном одре кто-то нередко не может дать себе ответ на вопросы: что это было? почему? зачем? «Жизнь прошла, будто и не жил», — говорил чеховский Фирс из «Вишневого сада».

Чем раньше любое физическое лицо займется вопросом о своем самоопределении — тем больше надежд, что это священное право-обязанность будет своевременно реализовано.

Например.

Неплохо бы задаться вопросом: герой ли ты? Нет, героями, конечно, считают себя многие, особенно по юности-молодости. А на самом деле?

Ведь за участь и статус героя надо платить дорогую цену. Можно героизировать себя в своем воображении, не вставая из-за обеденного стола. А вот способен ли ты, скажем, закрыть грудью амбразуру дзота? Или сесть в тюрьму за свои убеждения? Если нет — то лучше не провозглашать себя героем. Чтобы потом в решающий жизненный момент не испытывать разочарования в самом себе — наигорчайшего из разочарований.

Притом я вовсе не хочу сказать, что быть героем лучше, чем обывателем. Нет, обыватель ничуть не менее матери истории ценен. Сегодняшний демократический миропорядок европейского образца, собственно, и держится на обывателе. На идее и практике банальности добра. Когда очень простые действия, повторяемые непременно и регулярно, — от выноса мусора до уплаты налогов, — постепенно превращают свое количество в качество свободного, эффективного общества.

Герои же предназначены скорее для дестабилизации общества. Не только/столько для созидания, сколько для разрушения. Они сознательно и бессознательно летят на пламя подвига, потому что не выносят бремени обыденности и банальщины. Зачастую провоцируя критические ситуации, в которых подвиг становится совершенно необходим, а их героическая миссия — отчетливо заметна всему человечеству. Не надо идеализировать героев — их главным мотивом может быть дьявольское тщеславие, скорее чем ангельское благородство.

Так что брехтовский вопрос, какая страна несчастнее — та, в которой нет героев, или та, что нуждается в героях, — остается открытым.

Но выбор — обыватель ты или герой — все-таки лучше сделать. Чтобы в единственно правильный момент не пойти против самого себя и себя этим не разрушить.

То же касается и понятия «святой».

Я знаю людей, которые совершенно искренне (по-другому в таких случаях не бывает) считают и называют себя святыми. И считаются святыми в далеких-близких кругах почитателей/обожателей. Почему? Ну, типа, по роду занятий и долгу службы. Например, они распределяют благотворительную помощь детям и старикам, и уже потому святые. Особенно если их в этом качестве постоянно показывают по телевизору. И не дай Бог попытаться объяснить таким людям, что святость не предполагает пиара, тем более назойливого. Что святой приносит себя скорее Богу, чем человеку. Что готовность кротко выносить не только нищету, но и пытки на колесе — неизменная часть подлинной святости. А потому не может быть святых по профессии. Никогда.

И в общем, если ты действительно ощутил себя святым, то готовься к нравственному подвигу, о котором будет сказано уже после твоего конца. А если это не твое — то не заявляй себя в качестве святого. Будь просто хорошим, добрым обывателем, который может регулярно и банально (см. выше) помогать себе подобным без включенных телекамер и торжественного пафоса с элементами сентиментализма.

Самоопределение человека может/должно происходить и на более мелких, поверхностных, если угодно, уровнях. Например, в какой-то момент жизни неплохо бы понять, кто ты: ньюсмейкер или комментатор?

Ньюсмейкер — тот, чья жизнь создает постоянный поток новостей. Сделал ли такой субъект какое-нибудь заявление, сходил в ресторан или просто протер лоб шелковым платком — всё это есть события. О которых другие, особенно СМИ, обязаны и будут говорить и писать. Вот, скажем, В.В.Путин, М.Б.Ходорковский и А.Б.Пугачева — ньюсмейкеры. Они такой статус стяжали всеми своими судьбами.

Комментатор же самим фактом своей жизнедеятельности информационных поводов не порождает. И если он чем-то может быть интересен широкой аудитории, то лишь высказываниями по поводу ньюсмейкеров. Не первичными своими фактами, но вторичными словами о чужих фактах. Характерный пример — автор этих строк.

Я знал и знаю немало комментаторов, которые искренне относят себя к ньюсмейкерам. Искренне думают, что они всем интересны сами по себе, а не в приложении к царям, святым и героям. И очень обидятся, если раскрыть их повернутые внутрь себя глаза. Потому никаких примеров приводить не буду. Рано или поздно — все сами догадаются.

Или вот еще выбор из самоопределенческой колоды: руководитель ты или советник? Что есть твоя стезя — принимать сложные решения или обеспечивать их экспертизу? Конечно, бывает, что сразу и то, и другое, но редко.

Основная иллюзия советника — думать, что он может легко заменить руководителя. Потому что глубже знает предмет. Мысль о том, что на руководительском месте есть совершенно другая ответственность, часто невыносимая для советнического сознания, не приходит в голову своевременно.

Основная иллюзия руководителя — думать, что он может обойтись без советников. Что его опыт и интуиция всегда посоветуют ему лучше, чем субъективные люди, заложники своих страстей и страстишек. А значит, советники нужны не для реальных советов, а для дополнительного подкрепления уже принятого решения. Не больше и не меньше того. Когда большой босс заряжается такой иллюзией — чему история знает прорву примеров, — начинается его закат, порой быстрый.

О самоопределении человека можно говорить еще долго. В конце концов, обнаружение своей национальной, культурной, гражданской и всякой прочей идентичности — тоже часть самоопределения. Только тот может жить в гармонии с собой, кто безошибочно дал системный ответ на комплексный вопрос «кто я?».

Вернемся к теме 2014 года, ведь перед вами, читатель, — последний номер «МК» в этом году.

2014-й стал для нас годом ускоренного самоопределения. Поскольку поставил некоторые вопросы, уклоняться от ответов на которые уже невозможно.

Как политический аналитик я вынужден был многие годы подряд наблюдать за людьми, которые считались критиками Кремля и чуть ли не врагами Владимира Путина, одновременно заседая во всяческих советах при президенте/правительстве России, получая обильное бюджетное финансирование, не слезая с экрана большого федерального телевизора. Представляя себя изряднопорядочными и рукопожатными, они как бы боролись с «кровавым режимом», но так, чтобы с этим режимом ничего ни в коем случае не произошло, ибо его падение равносильно потере кормильца.

Ответ, как они умудряются совмещать яркую оппозиционность с недвусмысленной сервильностью, был у них всегда прост и высок: если мы исчезнем, на смену нам придут люди куда хуже, и тогда уже точно стране настанет полная труба (даже не газовая). И в таком режиме изряднопорядочные могли существовать очень долго, до бесконечности, потому что режим никакой тяги к самопрекращению официально не испытывает.

И вот сначала наступила крымская эпопея, а потом украинская война. И рассуждение на тему «с кем вы, мастера» (культуры и не только) перестало быть схоластическим. Или туда — или сюда. Пробежать между дождевыми струйками, не замочив благородных волос, стало уже практически невозможно. Здесь-то и произошло для многих ускоренное самоопределение — фактически какой-то несексуальный каминг-аут. И год, который потребовал от многих четко определиться — что, куда и где, не может не остаться в истории в добром ореоле. Ведь многие из нас давно ждали такого года.

И, быть может, 2015-й будет в этом плане не хуже. Он поможет нам понять, кто действительно верит собственным обещаниям умирать за Родину до победного конца — а кто на самом деле предпочитает лозунг «пора валить». Кто может отлучить себя от государственной кормушки ради заявляемых ценностей — а кто отлучит от себя ценности ради кормушки. Кто и как у нас умеет говорить, а наипаче — молчать.

Позади остается год — лакмусовая бумажка, впереди год — детектор лжи. Неплохое сочетание для интересных времен, в которые вошла наша Россия.

Белковский на Дожде 06.10.2015
 

22.10.2015 РОССИЯ - СТРАНА 3-ГО МИРА! Кризис, оон, сирия
 

ПРО Владимира ПУТИНА. 22.10.2015
 

ПУТИН ПРОТИВ ВСЕЛЕННОЙ! (Рубль вверх - курс, доллара) 14.10.2015
 

Станислав Белковсий - САМОЕ НОВОЕ! ПУТИНу И ЕГО ДРУЗЬЯм - ВСЕ ДОЗВОЛЕНО!
 

Идеальный преемник Путина
 

http://slon.ru/russia/idealnyy_preem...a-734309.xhtml
http://slon.ru/images3/6/700000/232/...jpg?1375603938
Фото ИТАР-ТАСС/ Митя Алешковский

Вот уже примерно месяц, как мы наблюдаем стремительную попытку экс-министра финансов Алексея Кудрина ворваться в публичную политику. Стало окончательно ясно, что амбиции многолетнего идеолога путинской финансово-экономической политики простираются гораздо дальше совершенно независимой позиции умудренного опытом отставника или даже поста уровня председателя Центробанка России. Человек, вкусивший сладкого плода от древа власти, теперь решил попробовать этот плод с другой, еще более привлекательной стороны.

Сначала Алексей Кудрин предлагал себя в качестве переговорщика между Кремлем (точнее: Владимиром Путиным и Ко) и активом русских образованных горожан (РОГов), выходивших на Болотную площадь и проспект Сахарова. И вроде как даже согласовал это свое задание с Путиным. Впрочем, согласование, судя по всему, получилось фирменно путинское: да-да-да, делай все, что хочешь, только я тебе ничего не гарантирую. В результате переговоров пока не вышло: свои полномочия кремлевского представителя Кудрин подтвердить не сумел, а под промежуточный финиш заявил, что его старый друг и патрон «не доверяет лидерам протестов» (как будто мы этого раньше не понимали).

Потерпев первое локальное фиаско, экс-вице-премьер перешел к более радикальным суждениям / поступкам. Он позволил себе заметить, что они с Путиным – хоть и друзья, но не единомышленники. Упомянуть, что инвективы старшего товарища в адрес участников и формальных организаторов митингов были не вполне корректными. И объявить о своей готовности к сотрудничеству с Григорием Явлинским, безвременно снятым с предвыборного забега (а не фиг было договариваться с Кремлем о роли статиста-легитиматора! впрочем, это уже другая история).

Зададимся вопросом: есть у Алексея Кудрина как публичного политика серьезные перспективы?

Как оратор он пока себя не проявил. Хоть и выступал на проспекте Сахарова, мужественно, в отличие от того же Михаила Прохорова, подставив себя предсказуемому РОГовому освистанию.

Сказать, что из него так и прет харизма (дар благодати), – никак нельзя.

Что касается идеологии Кудрина – перед тем, как по заданию Slon взяться за эту статейку, я перечитал несколько десятков публичных текстов бывшего министра финансов. Каких-либо серьезных прорывных идей по части реформирования страны я в этих текстах, хоть убейте, не обнаружил. Везде речь идет примерно об одном и том же: надо жить по средствам, сокращайте расходы бюджета, главное – избежать дефицита, ВПК дополнительных денег не переварит, тяжелые годы приходят, они будут так же трудны и т.п.. То есть типичный подход главного бухгалтера, но не генерального директора, призванного разрабатывать стратегию развития вверенного его попечению предприятия и проводить ее в жизнь. Стратегией у Кудрина, честно говоря, и не пахнет. Ни из одного кудринского выступления нельзя сделать вывод, что сложившаяся в РФ сырьевая экономика его чем-то принципиально не устраивает.

Если кто-то думает, что новоявленный публичный политик как-то качественно отличается от своих правительствующих собратьев по морально-ценностным установкам, то есть не принадлежит к «партии жуликов и воров» в самом широком смысле – то это было бы слишком смелым допущением. Я мог бы привести целый список бизнесов, в которых Алексей Леонидович был / остается прямо или косвенно заинтересован – от банковского до драгоценно-каменного. Но редакция Slon попросила меня эту тему не трогать с формулировкой «не впадайте в фантастику». (Хотя, как может профессиональный фантаст не впадать в это самое дело, не очень ясно, ну да ладно, ради Slon чего не сделаешь. Именно так: нЕ сделаешь. Даже не впадешь в фантастику). Хорошо, не буду.

В общем, казалось бы, предпосылок для возгорания Алексея Кудрина как сверхновой политической звезды почти нет.

И тем не менее – есть.

Точнее, есть только одна роль, которую бывший главбух Российской Федерации мог бы исполнить не только с честью, но даже и не без некоторого блеска.

Эта роль – преемник Владимира Путина. Практически то, с чем не справился Дмитрий Медведев. Но уже совсем по-другому.

Возможно, Кудрин стал бы идеальным временным постпутинским президентом, призванным провести фундаментальную политическую реформу, обеспечить честные выборы и потом навсегда уйти куда-нибудь в МВФ или Credit Suisse.

Это – киргизский сценарий. Там, в Киргизии, дама по имени Роза Отунбаева стала временным президентом, превратила страну в парламентскую республику, довела (в хорошем смысле, кто бы что ни говорил) дело до парламентских выборов и правительства парламентского большинства и – на отдых.

Да, да, вы будете смеяться, дорогой читатель, Россия теперь учится у Киргизии. Правда, в сфере демократии мы уже можем учиться у Приднестровья с Южной Осетией. Дожили. Ну ничего. Соберемся с духом, смирим гордыню, выучимся, потренируемся, и…

Сценарий кудринизации российской политики мне видится примерно таким.

В 2012 году АЛК, как он и собирался, может создать праволиберальную (хотя это немного оксюморон, но нашей России не привыкать) партию из обломков, осколков, объедков и обмылков всех прочих либеральных партий.

Потом, пользуясь близостью к Путину, – организовать досрочные парламентские выборы.

По их итогам, где-нибудь в 2013–14 гг., Алексей Леонидович, направляемый не только собственными амбициями (а они, как мы отмечали выше, судя по всему, выходят далеко за рамки его пиджачно-очечного образа), но и волей элит, которым несколько подосточертел Владимир Путин и решительно не нравится «рокировка» 24.09.2011, способен поставить вопрос о досрочном уходе босса. На абсолютно мирных и почетных основаниях. Причем сделать это, пожалуй, может именно Кудрин, если не только он. Почему-то думается, что кудринским гарантиям спокойствия и безопасности ВВП вполне в состоянии поверить. Все-таки они 100 пудов соли вместе съели. А может, и не только соли, не только съели.

Если все получается, Кудрин где-то в 2014-м становится премьером, а через полгода – досрочные президентские выборы. На которые наш новый мегаполитик идет как преемник своего предшественника.

При этом АЛК берет на себя четкие обязательства: только 2 года президентства, и только ради кардинальной политической реформы. А зачем ему, собственно, больше 2 лет? Главное – войти в историю. А на узурпатора Кудрин почему-то совершенно не похож. Фактура, она же конституция (я не имею в виду Основной закон РФ) не та.

В конце концов, Нобелевская премия мира еще ни одному бывшему министру не помешала.

Состав и содержание политической реформы (основные меры):

– фактический переход от президентской республики к парламентской; в частности, передача парламенту функции формирования федерального правительства;

– введение системы избрания губернаторов законодательными собраниями регионов;

– передача функции назначения органов судебной власти президенту, освобожденному от бремени власти исполнительной.

Здесь бы я еще добавил словосочетание «конституционная монархия», столь милое моему стареющему уху, но не буду, чтобы не засорять пространство для обсуждения.

Если все это получится, и к концу второго года временной кудринщины состоятся свободные выборы – АЛК раз и навсегда выполнит свою миссию в российской политике.

Не надо поручать ему экономических реформ – как уже говорилось выше, у него пока не просматривается никакой реальной стратегии, а взгляды на экономику почти не отличаются от путинских.

У Кудрина как политика – два главных актива:

– личное доверие Путина;

– компромиссный дух, который должен устроить всех остальных.

Потому двигать Кудрина во временные преемники Путина – пожалуй, самое правильное решение.

Для всех троих: Путина, Кудрина и, собственно, вы будете смеяться, России.

Призрак Химкинского леса, или Метель августа
 

http://slon.ru/russia/prizrak_himkin...a-455579.xhtml
Медведев vs. Путин 27.08.10 | 17:56 о Медведеве и Путине

Третий призрак

Будь смел как лев. Да не вселят смятенье
В тебя ни заговор, ни возмущенье:
Пока на Дунсинанский холм в поход
Бирнамский лес деревья не пошлет,
Макбет несокрушим.
(Исчезает.)

Макбет

Не быть тому!
Стволы не сдвинуть с места никому.
Их не наймешь, как войско. Я воскрес!
Спи, бунт, пока стоит Бирнамский лес.
Ликуй, Макбет! В сиянии венца
Земным путем пройдешь ты до конца,
Назначенного смертным.

Уильям Шекспир, «Макбет»

Небо звездное, метель августа,
На дороге – машин канителица.
Возят засуху, а мне радостно,
Знаю точно: погода изменится.

Юрий Шевчук, «Метель августа»

[Дмитрий Медведев. Фото: Reuters] В связи с решением президента Дмитрия Медведева приостановить вырубку Химкинского леса многие наблюдатели вновь заговорили о «трещине в тандеме». Еще бы: совсем недавно Владимир Путин устами своего пресс-секретаря Дмитрия Пескова сообщал, что все решения по Химкинскому лесу давно приняты и пересмотру не подлежат. А тут такое!

На мой взгляд, слухи о трещине несколько преувеличены. Дорога через лес, хоть и строится всяческими ротенбергами, для Путина отдельной самостоятельной ценности не представляет. Заявление через Пескова было нужно не столько для того, чтобы защитить алчных дорогостроителей, сколько в качестве традиционного путинского сигнала гражданскому обществу: «всё бесполезно». Никогда Воробьянинов не протягивал руки – то есть никогда Путин не принимал и не менял решений под давлением протестующих сограждан.

Приостановительный поступок Медведева – не знак его великой ссоры с премьером, а подтверждение того, о чем мы с вами прежде говорили вот здесь и вот тут:

– Никаких проблем с полномочиями у третьего президента РФ нет, есть проблема с нежеланием принимать многочисленные решения, которых от него почему-то ждут; когда Медведев хочет – он решает;

– Медведев, в отличие от Путина, способен принимать чисто политические, то есть не бизнес-обусловленные решения.

Но даже если трещина выросла, это – не главное. В конце концов, после «дополнительного изучения» маршрут роковой дороги может и остаться неизменным – чем чёрт не шутит.

Главное: решение по Химкинскому лесу так или иначе аукнется России большими общественно-политическими последствиями. Которых коллективный Кремль, должно быть, вовсе не хочет, и уж точно – пока не осознаёт.

Во-первых, медведевское решение стало сигналом всем гражданским активистам, настоящим и будущим, реальным и потенциальным, по всей стране: не всё бесполезно. Можно побеждать, даже когда стартовый шанс на успех минимален. Не надо просить власть, надо говорить с ней языком прямого действия.

Во-вторых, промежуточный финиш эпопеи с Химкинским лесом, в ходе которой на политическую авансцену вышли такие разные, но настолько похожие фигуры, как Евгения Чирикова и Юрий Шевчук, нанёс смертельный удар по политическому дискурсу «профессионального подонка». На котором пока что держались все подкремлевские молодежные организации и, в значительной мере, сама «партия власти» – «Единая Россия».

Дискурс «профподонка» предполагает, что преуспеть в современной РФ может только человек, который является подонком по специальности, то есть зарабатывает себе на жизнь посредством подчеркнутого и демонстративного небрежения традиционными нравственными нормами. Причем прикладная сфера деятельности профессионального подонка не имеет значения: сегодня одна, завтра другая. Хрестоматийные примеры такого типа персонажей: братья Якеменко из «Наших» и идеолог Чадаев из «Единой России».

Едва профподонки развернули танец с саблями вокруг защитников Химкинского леса и особенно Юрия Шевчука (которого пресс-секретарь «Наших» умудрилась назвать даже «г…на куском»), как получили болезненный щелчок по носу от собственных хозяев. Вдруг выяснилось, что работа профподонка более не приносит желаемых результатов – ни заказчику, у которого от такой работы начинает сильно падать рейтинг, ни исполнителю. Тут же оказалось, что формальный глава «Молодой гвардии «Единой России» сенатор Гаттаров инсценировал свое участие в тушении лесных пожаров, а начальник «Наших» и Госкоммолодежи Якеменко-младший переспал на Селигере со школьницей.

В общем, вся совокупность объединений профподонков получила тяжелые повреждения, не совместимые с политической жизнью. На «Наших», МГЕРе и т.п. можно ставить крест. Собственно, и «Единая Россия» решила стремительно, в последний момент примкнуть к защитникам леса, чтобы избежать такой же смертельной травмы. Насколько ей удалось – покажут ближайшие месяцы.

В-третьих, выдвижение Юрия Шевчука в большую политику – к чему, я уверен, поэт совершенно не стремился, – показало: нет, таки не все в России одним монетократическим мирром мазаны. Есть кое-какой строительный материал для контрэлит, и потенциальный моральный лидер контрэлит – юродивый. Такой, как Шевчук. Который хочет не власти, но правды и справедливости.

В-четвертых, недвусмысленная поддержка защитников леса так называемой «активной частью» российского общества – то есть выгодоприобретателями эпохи монетократии – указывает нам, что не жалкие маргиналы / фрики типа автора этих строк, а вполне мейнстримные люди пришли к интуитивному выводу: в стране всё не так, как надо. Это значит, что ближайшие перемены неизбежны.

Призрак Химкинского леса, который бродит по России, – это провозвестник новой Перестройки. Римейка той, что случилась с нами почти четверть века назад.

Надо только определиться терминологически. Многие думают, что перестройка – это революция сверху. На самом же деле, наоборот. Перестройка – это попытка правящей корпорации в условиях кризиса и разложения Системы путем хаотической / бессистемной имитации реформ законсервировать Систему и избежать любой революции: и снизу, и сверху. Именно так действовал и Михаил Горбачев во второй половине 1980-х. Он вовсе не хотел ни демократии, ни гражданских свобод. Напротив – стремился путем косметического ремонта фасада и создания некоторых дополнительных стимулов для «активной части» тогдашнего населения укрепить «реальный социализм» и продлить его усталый век.

Но Перестройка, как мы уже выяснили, случается в период глубокого разложения и кризиса Системы. А в такие времена косметический ремонт уже не спасает. Коммунистическая система в определенный исторический момент обнаружила свою вопиющую неэффективность и просто пошла вразнос – по НЕзависящим от Горбачева и Ко причинам / обстоятельствам.

К такой же точно стадии развития приближается и нынешняя РФ: накопление неэффективности системы, построенной на тотальной коррупции, приближается к критическому уровню. А власть тем временем не готова ни к каким преобразованиям, кроме сугубо формальных. Это и есть два необходимых слагаемых и предусловия Перестройки.

В общем, бирнамский лес всё-таки пойдёт. Погода – изменится.

Михаил Сергеевич Медведев-Путин
 

http://slon.ru/russia/mikhail_sergee...n-727426.xhtml
Политика

22.12.2011, 18:28
http://slon.ru/images3/6/700000/232/...jpg?1364952516
Михаил Сергеевич Медведев-Путин Фото: REUTERS/Alexander Zemlianichenko

Я прошу прощения у моих читателей за эмоциональный фон этого текста, но вы тоже должны понять меня.

Представьте. Человек годы напролет ждет у моря погоды, два раза в день к нему походят солидные мужчины в черных костюмах и, заламывая котелки, говорят:

– Старик, уходи на фиг с пляжа, погоды не будет!

А ты им отвечаешь:

– Не, чуваки, будет-будет, вот увидите!

Чуваки отваливают, скептически усмехаясь. И тут вдруг – бац, погода! Та самая!

Что должен чувствовать этот человек, таки досидевший на пляже, под мокрым ветром и грязным песком, до самого до?

Потому, друзья, не могу излить на вас несколько полулитров мстительной радости.

Вот здесь мы с вами очень давно говорили о том, что есть Медведев и медведевщина:

Здесь – про перестройку-2:

А здесь – что 12-летнего путинского застоя, реченного через многих экспертов после 24 сентября 2011 года, не будет: Ну что, подтвердилось?

А теперь переходим к главной теме сегодняшнего дня – посланию все-еще президента РФ Дмитрия Медведева Федеральному собранию.(Кстати, «все-еще» здесь имеет особый смысл. Чего-то чует мое больное сердце, что избрание Сергея Нарышкина, который комфортен для Дмитрия Медведева, спикером Государственной думы, и назначение Сергея Иванова, который удобен для Владимира Путина, руководителем администрации президента, может означать следующее: фактическая рокировка «Путин-Медведев» свершится куда раньше 7 мая 2012-го. Может, уже в самом близком будущем. И тогда Путин пойдет на выборы с позиции и.о. президента, а Медведев досрочно станет премьером. Это для всех удобно. Особенно для ДАМа, который тем самым застрахуется от возможного грядущего кидалова с назначением на пост главы правительства).

Впрочем, вернемся. Так называемая «кардинальная политическая реформа» (КПР) им. Медведева, основные положения которой изложены в нынешнем послании, – это следующий, после Михаила Прохорова, ответ Кремля на Болотную площадь. Она же – краеугольный камень «нового Путина» . Став президентом в третий раз, Владимир Владимирович захочет изображать из себя либерал-реформатора, мощного властелина судьбы, способного в очередной раз поднять на дыбы загнанную клячу (aka хромую лошадь) Россию. Насколько у него это получится – другой вопрос. Обсудим отдельно.

Цель анонсированной КПР – легитимировать состоявшиеся думские выборы 04.12.2011 и предстоящие в марте президентские выборы. Кремль (в широком смысле слова) говорит русскому образованному горожанину, который вышел на Болотную площадь и вот-вот выйдет на проспект Сахарова: признайте легитимность выборов, а мы вам взамен – неожиданные и невиданные политические свободы. При том, что важнейшие составные части КПР представляют собою заведомый фейк и блеф.

Возвращение мажоритарных округов – это попытка усилить, а не ослабить контроль над парламентами всех уровней. Поскольку давно известно: депутаты-одномандатники более зависимы от исполнительной власти, чем партийные списки. Их легче завербовать и перевербовать. После фактического поражения «Единой России» на выборах 4 декабря одномандатники нужны, чтобы при любом раскладе голосования за те или иные партии удерживать большинство «партии власти» в законодательных органах и на федеральном, и на региональном уровнях.

Угроза возвратить «прямые выборы» губернаторов – это уж совсем издевательство. Коль скоро вносить губернаторские кандидатуры на рассмотрение смущенного народа будет президент РФ, ни одна независимая (оппозиционная) фигура губернатором никогда не станет. Это иранская модель формирования корпуса региональных лидеров, которая имеет мало общего с реальным демократическим федерализмом.

Упрощение регистрации партий – да, это круто. Аплодисменты. Другой вопрос: а не посадят ли превентивно всех тех политиков / гражданских активистов, кто может создать действительно опасные для Кремля партии? Дай Бог, чтобы нет, но…

Общественное телевидение – ну, мы с вами давно про него рассуждали. Оно, с одной стороны, окажется чуть более свободным, чем нынешнее антиобщественное. Но основные рычаги контроля над ОРТ-2 останутся в руках Кремля. И через проверенные топ-кадры, и через финансовые потоки, и много еще через что.

Итак, перед нами – имитация политических реформ. Хорошо это или плохо? Ответ: не просто хорошо, а очень хорошо. Это суперзашибись. Это все – типичная горбачевщина. Точно так же во второй половине 1980-х Михаил Горбачев, желая спасти и сохранить коммунистическую систему, пошел на виртуальные политические уступки. В результате этих уступок система пошла в разнос. Активная часть общества перестала верить Горбачеву, зато поверила в свою способность и готовность стать политическим субъектом и покуситься на власть. ЦК КПСС дал палец – у него откусили руку, ту самую, руководящую и направляющую.

Нечто подобное случится и сейчас. Русские образованные граждане (РОГ) поняли, что старый пакт с властью не работает, что гламурный авторитаризм, прикрывающий тотальную коррупцию, более неэффективен, морально не приемлем и потому не легитимен. Перестройка-2 набирает обороты. Выходите (я имею в виду, на проспект Сахарова), будет интересно.

Не волнуйтесь, Олег! Кровавый Каспаров нам не страшен
 

http://echo.msk.ru/blog/belkovskyi_s/1691182-echo/
15:57 , 09 января 2016

Дорогие друзья и сочувствующие,
после того, как великий перелом января 2016 года поставил под временный удар мои программы на уникальном телеканале «Дождь», я особо обеспокоился психосоматическим состоянием подлинных звезд канала. Например, Олега Кашина. Уже потому, что дополнительные проблемы с графиком эфиров любимому «Дождю» совсем не нужны.

Олег Кашин в своей свежей колонке выражает большие опасения по поводу того, что к первой послепутинской власти рвется кровавый Г. К. Каспаров, у которого весьма специфическое видение русского будущего. Говоря в целом и бездетально, экс-чемпион хочет заменить жесткую диктатуру В. В. Путина на еще более жесткую, но всецело свою, каспаровскую. И грубо наказать за путинскую эпоху не только все современные элиты и субэлитные группы РФ, но и народ-коллаборант в целом. Голосовали за Путина — получите по морде в рамках доктрины коллективной ответственности!
Спешу успокоить автора колонки.

Дорогой Олег!

У Г. К. Каспарова нет никакого особого видения русского будущего. В этих терминах и категориях вопрос для него не слишком стоит.
Экс-чемпион — профессиональный фандрейзер. Т.е. привлекатель под разные проекты банальных денег. Значительная часть которых, в конечном счете, достается самому фандрейзеру.

А психология профессионального фандрейзера такова. Для него в момент выделения / получения средств проект не начинается, а заканчивается. Дальнейший результат не столь важен. Весьма вероятно, проект провалится и развалится. Ну так это в силу форс-мажорных обстоятельств, порожденных как отмороженностью Путина, так и уступчивостью Запада, до сих пор, с***а, не готового нанести ядерный удар по резиденции «Прасковеевка» близ Геленджика.

У фандрейзера в любом случае все хорошо. Он очень логично объясняет спонсорам неудачу и идет собирать денег на новые проекты.
Потому приоритет блистательного Г. К. — не та или иная стратегия развития России. А правильная тактика собирания денег на текущую войну с путинизмом.

Не русское будущее здесь важно, а вполне себе каспаровское настоящее.

Нынче же, в свете очевидных успехов миролюбивой внешней политики РФ в 2014-15 гг., на Западе легче собрать средства под максимально ястребиный план. Типо, настанет день, когда я всех в РФ разорю и не потерплю! Ибо источники, хотя бы относительно толерантные к факту существования ВВП-режима, денег все равно ГКК не дадут.

Изменится конъюнктура фандрейзинга — и ГКК, возможно, поголубеет (то есть превратится из суперястреба в полуголубя, не подумайте ничего двусмысленного).

Именно потому экс-чемпион живет в США, хотя в РФ ему ничего особо не угрожает. Деньги-то где надо собирать? Там, где их могут ему дать, особенно памятуя о великой ГКК-славе 1980х гг. и не очень понимая его подлинную (более чем скромную, признаемся(ся)) роль в российской политике ВВП-времен.

Не волнуйтесь, Олег! Кровавый Каспаров нам не страшен. Концентрируемся на оптимизме.

Путин и довольно нервно
 

https://snob.ru/selected/entry/104278
09.02.16

Почему российские медиа не должны торопиться умирать
https://snob.ru/i/indoc/05/rubric_is...nt_1078178.jpg
Иллюстрация: Corbis/East News

В некоторые времена лучше обсуждать второисточники — изложения, комментарии и толкования, чем первоисточники — непосредственно сакральные слова царей, первосвященников и приравненных к ним федеральных лиц. Поэтому очередной разговор о Владимире Путине и его оппонентах пойдет у нас через недавнюю колонку Михаила Зыгаря про полицейское самоубийство российских независимых СМИ.

Главный тезис колонки: вторгнувшись в пространство частно-семейной жизни президента РФ, последние независимые СМИ перешли черту, за которой кремлевский деспот еще мог позволить себе дать им выжить. Дальше — тишина, она же политическая смерть. На которую сами же последние независимые и напросились, подобно тому как американский обыватель, замысливший самоубийство, атакует настоящего полицейского игрушечным пистолетом, чтобы получить государственную пулю в измученный жизнью лоб.

Вывод Михаила Зыгаря более чем имеет право на существование. Но я все же хотел бы уточнить отдельные критерии, параметры и оценки, приведенные одним из лучших публицистических кремлеведов наших баснословных времен.

Путин и его невроз

Итак, прихлопнет ли в ближние месяцы ВВП всё медиаживое, оставшееся в РФ?

Универсальный правильный ответ: неизвестно. Специальный правильный ответ: кого-то прихлопнет, а кого-то и нет. В общем, независимых русских СМИ осталось не так много, скоро всё узнаем на практике.

Вопрос в том, как мы можем и можем ли вообще реконструировать логику высочайшего поведения в поставленном медиавопросе.

Как говорил Венедикт Ерофеев, если здесь есть система, то какая-то нервная.

История свидетельствует, что у Владимира Путина бывают два базовых агрегатных состояния: сильной невротизации и относительного спокойствия.

Невротизируется он тогда, когда ситуация в РФ, с его точки зрения, опасно выходит из-под контроля. Такое поведение свойственно всякому классическому контроль-фрику (фанату всеобщего контроля), к числу которых доказательно относится теперешний российский лидер. Например, 2011 год (не берем раннепутинские истории). США и их вассалы-сателлиты (как считает Путин, конечно) организовали «арабскую весну» и сбросили конструктивных автократов типа Мубарака и Каддафи, поставив на грань существования сразу несколько арабских стран, прежде всего — социально щедрую Ливию.

Здесь становится почти ясно, что такой же сценарий был запланирован и для РФ. И плюшевый Д. А. Медведев с его вечной готовностью перезагрузить всё и вся ситуацию под контролем не удержал бы.

Значит, В. В. надо было вернуться в Кремль еще на шесть (минимум) президентских лет, чтобы убить угрозу в зародыше.

Случившиеся на рубеже 2011/2012 (при финансовой поддержке американцев, а чьей же еще?) Болотная площадь с проспектом Сахарова только подтвердили версию: Россию должны были пустить по ливийскому пути.

И, кроме возвращения в Кремль, Путин учинил новую зачистку политического поля. Главное — перекрыл даже малейшие каналы иностранного финансирования политических безобразий. Ибо от таких каналов все зло, а без заграничных денег в XXI веке русский бунт нерелевантен.

А когда дело было сделано, наступили прохладные дни предустановленного спокойствия.

Перед сочинской Олимпиадой (на днях как раз отмечалась вторая годовщина ее открытия) помиловали Ходорковского, отпустили на волю певиц-художниц из Pussy Riot, отдали голландскому королю и королеве экологов из Greenpeace, в постыдном безумии пытавшихся штурмовать морскую платформу «Газпрома» «Приразломная».

Вообще, в начале 2014-го многие в Кремле и вокруг ожидали, что ВВП вот-вот вернется к ценностям истинно ДАМской перезагрузки. И, сразу после несомненного триумфа наших спортсменов на зимней Олимпиаде, повернется к Западу разглаженным, как бархатная салфетка, и улыбчатым, как у Моны Лизы, лицом.

Но нагрянуло 22 февраля 2014 года. Украинская «революция достоинства», она же, понятно, (анти)государственный переворот по вашингтонскому наущению. С бегством Януковича и прочими необязательными прелестями.

И невротизация пошла по новой.

Лидер отчетливо осознал в тот момент, что с недели на неделю войска НАТО войдут в Крым. А оттуда вражья ядерная ракета долетает до Кремля так быстро, что и часовой Боровицких ворот не выйдет из похмельного оцепенения. А значит, все опять планируется как в Ливии, где карьера тирана Каддафи завершилась изнасилованием при помощи лопатного черенка.

Перезагрузка-2 срочно отменилась, объявилась гибридная война.

И так далее, циклически.

В 2015-м Путин, скорее, тяготел к относительному спокойствию. Санкции казались не страшными, война в Сирии — мудрой, Запад — нерешительным. А главное, всё под контролем, значит, прорвемся.

Но к концу года кое-что поменялось. Враги перешли две красных черты сразу, которых раньше не пересекали.

Во-первых, как правильно отмечает г-н Зыгарь, пошли полоскать родных и близких лидера.

Во-вторых, уличили в принадлежности к коррупции не просто путинское окружение, а уже лично его, ВВП. Причем не силами клоунов типа Белковского, носившегося с этой темой еще с 2007 года. А официальными американскими устами.

Сперва — Адам Шубин, начальник финансовой разведки США OFAC (Office of Foreign Assets Control). Имя говорит само за себя: согласитесь, есть в нем что-то польско-литовско-предательское, пригодное для Смутного времени. Мнишек, Вишневецкий и Курбский воедино. Такой вполне сидел бы во время оно в Самборском замке и строил планы ядерного удара по Годунову, если не хуже.

А дальше и вовсе Джошуа Эрнест, пресс-секретарь, транслятор личных взглядов Барака Обамы. Стало быть, Обама дал отмашку, и все раскрытия-расследования-копания в белье — звенья одной цепи.

Да не идет ли к тому, что родных детей Путина втравят во что-то антикоррупционное, с арестом активов и прочим, — вот в чем вопрос.

Отсюда и несколько, похоже, паническая реакция верховного руководителя. Вопреки привычной практике игнорирования заведомо ложных измышлений, призванных опорочить самого ВВП, цитировать англосаксонские обвинения принялись даже федеральные телеканалы, популяризируя их тем самым среди верного электората. А это скорее чья-то ярость, чем пропагандистский профессионализм.

Так что новая невротизация началась, и гуманитарные погромы весьма вероятны. Но не факт, что тотальные и что после них никакой свободной журналистики у нас совсем не останется.

Источник возможного спасения — всё в том же мировоззрении Путина.

Великий вождь, наверное, все-таки считает крайне неудобным излишеством свободу слова как таковую — нечто, не приносящее особой пользы, зато постоянно мешающее жить и работать.

Но он не может считать реальными врагами те или иные конкретные СМИ. Потому что в его глазах последние не наделены реальной субъектностью. Они не сами по себе, а по заказу или приказу. Не четвертая власть, как они сами про себя все еще думают, а инструмент в руках неких противников.

Разве (он думает) РБК само расследовало историю про Катерину Тихонову (дочь), «Собеседник» — про Артура Очеретного (нового мужа жены), а BBC — про высочайшие миллиарды? И Сергей Канев лично, по своей инициативе, изучил тайны Марии Путиной-Фаассен?

Нет. Это всё американцы с англичанами плюс какие-то их РФные операторы.

К тому же внутренние предатели, разочарованные «крымнашем» и санкциями, могут сливать фактуру, а это уже взаправду нехорошо. Вот со всеми такими партнерами-оппонентами и следует разбираться. И разберемся.

Если кто-то из СМИ по ходу дела попадет под раздачу, не жалко, хотя это не цель. Кто сможет выжить — отдельный молодец.

Еще другое дело, что под предлогом путинских обид могут сводить медиасчеты сановники и бизнесмены рангом пониже. Они и страшнее, потому что больше обижаются и лучше знают то мясо, на съедении которого пойманы.

Но это не Путин.

Его мощный прицельный ответ на высокой невротической ноте должен прийтись прямо по штабам глобального противника. А не по продажным столичным редакциям, сто лет бы про них ничего не знать.

Вот большая война в Сирии — это, например, достойный ответ. Там фактуры и мяса хватит на всех.

До возвращения правительствующей души в системно спокойное состояние.

Самоубийство и СМИ

Ничто, впрочем, не отменяет истинности гипотезы о приближении некоторых СМИ к попытке самоубийства. Не столько американского и полицейского, сколько нашего русского, литературного. Как у Пушкина — главного, архетипического самоубийцы такого рода и толка.

Как я думаю, Александр Сергеевич специально организовал свою дуэль с Дантесом: необходимо было как-то уйти. По исчерпании земной миссии главного гения. По невозможности сделать большее, чем то, что уже было.

Но это отдельная песня, в исполнение которой сейчас не погружаемся.

Независимые русские СМИ, сколько бы их с нами ни оставалось, переживают, как мне кажется, бессознательный кризис веселого отчаяния. Их миссия тоже близка к исчерпанию. С одной стороны, пространства для звучания свободного слова слишком мало осталось, а будет еще меньше. С другой стороны, в эпоху путинской монетократии действительно ушло ощущение четвертой власти — и чего ради творить? Если слово твое не звучит набатом и мало кого разбудит, даже в самом разреженном воздухе государственного (у)молчания.

При таком запахе конца нельзя просто выйти из игры мирно: люди, остающиеся в живых, не поймут. Все-таки мы православные, значит, формально самоубиться не вправе. Но мы такие хитрые православные, что хотим еще поторговаться с Господом, чтобы он принял наши мотивы и разрешил красиво умереть.

Я не стал бы критиковать наши СМИ за формат и метод самоубийства, тем паче осуждать кого-то.

Но в контексте все же вспомню такое.

Святой Дионисий Парижский (III век), которому плохие язычники отрубили голову, сразу ее не бросил — он долго нес ее под мышкой до храма, аккуратно положил в нужное место и рухнул только потом. По русскому православно-языческому поверию, он прошел без головы на плечах целых восемь парижских верст.

Св. Дионисий (тот самый Сен-Дени) был бы идеальным покровителем русского слова сегодня, в начале второй половины второго десятилетия XXI века. Чтобы успеть договорить, досмотреть и все остальное, не надо торопиться выбрасывать голову, сколь отрубленной она бы ни казалась.

Путин и довольно нервно. Окончание
 

https://snob.ru/selected/entry/105597
10.03.16

Мы все, простые русские люди, живем внутри программы чужого саморазрушения
https://snob.ru/i/indoc/8a/rubric_is...nt_1104626.jpg
Иллюстрация: РИА Новости

В прошлый раз, в первой части этого бимодального текста мы обсудили примерно такие темы:

— полицейское, оно же литературное самоубийство некоторых независимых российских СМИ, продиктованное веселым отчаянием на почве утраты роли и статуса четвертой власти;

— формы и механизмы невротизации президента РФ Владимира Путина.

Осталcя необсужденным один аспект российской политико-медийной жизни. Ради чего и было анонсировано окончание текста.

Этот аспект — литературное самоубийство самого ВВП.

Путин и его невроз. Продолжение

Но перед тем затронем эволюцию клинической картины высочайшего невроза. Ведь пациента надо наблюдать в динамике, не так ли? Чтобы не потерять нить, ведущую к верным выводам и оценкам.

Важнейший вопрос: за минувшие три недели президент Путин двигался к усугублению текущей невротизации или же от нее — к относительному спокойствию?

До середины первой декады марта, как нам видится, — к нервному успокоению.

Начался этот позитивный процесс 21 февраля 2016 года. В тот день государственный секретарь США Джон Керри вкупе с российским коллегой Сергеем Лавровым вроде как заявил, что США и РФ будут вместе решать судьбу военно-надорванной Сирии. Так настанет перемирие, блюсти непрерывность которого призваны Москва и Вашингтон.

Это значит: мечты ВВП выйти на прямой диалог с глобальным жандармом о судьбах современного мира если и не сбываются пока, то выглядят хотя бы чуть-чуть менее фантастично. Во всяком случае, кому-то в Кремле так показалось.

Не случайно поздним вечером 22 февраля Владимир Путин лично вышел в эфир гостелевидения и, не скрывая расслабленной улыбки, сообщил о психодипломатических подвижках. Ясно, что сообщение предназначалось не сонному народу РФ, который слипающимися глазами и галлюциногенными ушами едва ли мог оценить масштаб бедствия. А, как водится в случаях ночного вещания ВВП, ровно двум физическим получателям информации: Бараку Обаме (в Вашингтоне — разгар рабочего дня) и Владимиру Путину (чтобы самозафиксироваться для истории).

Дальше, на рубеже февраля и марта, пришли еще хорошие новости в контексте Украины. Евросоюз отложил ей предоставление безвизового режима — из-за коррупции, отсутствия реформ и т. п. А председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер 3 марта прямо заявил в Гааге, что в ЕС и НАТО страна двух победивших Майданов будет прорываться еще 20–25 лет.

А мы же говорили! — привычно торжествующе отозвался на эти слова персонализированный Кремль. Можно легко выдохнуть и вновь признать собственную неистребимую правоту.

И, хотя тем временем чертов Обама продлил все антироссийские санкции США еще на год, а Евросоюз — крымские на полгода, поползли намеки, что к лету Украина так надоест европейцам, что донецко-луганские ограничения (т. е. вторую волну) могут с РФ и снять. Хорошая таблетка успокоительного.

Так начиналось путинское расслабление. Впрочем, накануне Международного женского дня вновь возникли предпосылки для частичного обострения.

Например:

— мирные сирийские оппозиционеры — как говорят, при военной поддержке Турции — вдруг начали в хвост и гриву громить наших (Башара Асада + РФ), причем сразу по нескольким ключевым местам: и на севере провинции Латакия, и на юге провинции Алеппо;

— за допинг (безобидный, как сладкая вата, сердечный препарат милдронат, он же мельдоний) начали чморить наших крупных спортсменов-чемпионов во главе с несравненной теннисной звездой Марией Шараповой;

— обострилась тема Надежды Савченко: всемирная общественность бьет копытами, почетные условия обмена до конца не согласованы, а если что нехорошее случится с героиней, то могут случиться и новые санкции, и очередной виток гибридной войны.

Так что на момент публикации этого текста может начаться новый виток невротизации. С вытекающими. Подождем — посмотрим. Всем, кого это может затронуть, просьба приготовиться. Хотя они и так готовы, я убежден.

Самоубийство: окончание

Человеку, как известно высокочтимой аудитории «Сноба», вообще присуще влечение к смерти. Всю жизнь наш брат (сестра) разрывается между любовью (Эросом) и смертью (Танатосом), чтобы в конце концов закономерно выбрать вторую опцию. Неотвратимую, как дежурный букет на Восьмое марта.

Так говорили многие мудрецы. Особенно же классики психоанализа во главе с Зигмундом Фрейдом — начиная с его мегаработы «По ту сторону принципа удовольствия» (1920).

Последующий XX век, когда смерть стала такой обыденной, что умерли почти все, кто и оставался, — включая автора, субъекта и даже Бога, — сделал влечение к смерти самым важным активом и приятным занятием для человечества. Культовый француз Жан Бодрийяр вообще сказал, что Эроса надо понизить в звании перед лицом Танатоса, ибо всевозможная любовь — лишь окольный путь к смерти, а не что-то самостоятельно важное.

Нет, конечно, влечение к смерти — это бессознательное. Большинство опрошенных по этой теме на сознательном уровне скажут, что помирать не собираются, да и вообще дел полно: завтра — пропылесосить ковер, послезавтра — забрать из сервиса «Ладу Калину» и т. п.

Но на бессознательном уровне нет никакой «Калины». А есть программа саморазрушения, запускаемая или запущенная для скорейшего перехода в новое агрегатное состояние: из живых — в мертвые. «Ибо прах ты есть и в прах возвратишься» — это почти дословно процитировано у Фрейда в «По ту сторону…», и так бы он прямо и сказал, будь открыто и определенно религиозен.

Не надо, пожалуйста, здесь особенно пугаться слова «смерть». Нам ведь рассказывали свидетели-очевидцы, как она начинается. Взлет куда-то вверх, где то ли свет в туннеле, то ли обыденная обстановка твоего быта, — это технические подробности. Главная концептуальная штука: обретение полного, тотального спокойствия. Отвечая на карнегианский вопрос «Как перестать беспокоиться и начать жить?», можем смело ответить: помирай, и все как-то устроится.

Определившись бессознательно со смертельным приоритетом, подсознание включает программу саморазрушения. Как правило, настолько рациональную по сути, что ее затруднительно распознать, тем паче — остановить.

В первой части этого текста мы осмелились дотронуться до А. С. Пушкина как главного русского литературного самоубийцы. Сейчас дотронемся подробней.

А. А. Ахматова говорила, что в «Моцарте и Сальери» Пушкин отождествляет себя с Сальери. Мое мнение несколько иное: и с тем, и с другим. В маленькой трагедии описан процесс психоподготовки молодого классика к самоуничтожению. Он — это Моцарт, он же — и его убийца.

«Нет! не могу противиться я доле. Судьбе моей: я избран, чтоб его остановить», — говорит Сальери о Моцарте, а значит, Пушкин о самом себе.

«Что пользы, если Моцарт будет жив
И новой высоты еще достигнет?
Подымет ли он тем искусство? Нет;
Оно падет опять, как он исчезнет:
Наследника нам не оставит он.
Что пользы в нем? Как некий херувим,
Он несколько занес нам песен райских,
Чтоб, возмутив бескрылое желанье
В нас, чадах праха, после улететь!
Так улетай же! чем скорей, тем лучше».

Искусство и я — суть одно, мы жили (не)счастливо и умрем в один день. Вот принципиальный message гениального самокиллера.

Программа саморазрушения автоматически включается в некоторые минуты жизни. Например, когда клиент бессознательно ощущает исчерпание своего жизненного задания. Потому, собственно, перепрограммирование жизненного задания — важнейший способ пролонгации жизни, но мало кто пока этим оснащен и пользуется.

Что-то подобное мы начали замечать во Владимире Путине на границе февраля/марта 2014-го. Только что отзвучала триумфом Олимпиада в Сочи, и надо было сделать последний ход — заключить альянс с Западом о вечном мире и распределении обязанностей. И тут-то Запад, на путинский взгляд, нанес удар в спину. Революция (она же переворот) на Украине завершила долгую попытку ВВП разрешить неразрешимое: сохранить Россию такой, как она есть, и одновременно стать совершенно своим по все стороны Атлантики.

Тогда Путин объявил недостижимым друзьям войну. Аннексия Крыма и далее — гибридный конфликт по всем направлениям. Для страны, которая с 1991 года выстраивалась как часть Большого Запада, столь зависимая от него финансово, технологически, а главное, психологически, — это смерть.

Не говоря уже про перспективу большой войны с применением средств массового уничтожения.

На сознательном уровне это формулируется как «все хорошо». Я, ВВП, безраздельный правитель одной седьмой части суши, убедился в том, что принудить евроатлантических партнеров к любви по-хорошему не получается. Значит, принудим по-плохому. Это только кажется, что мы слабее. На самом деле — сильнее. У нас есть настоящая, а не игрушечно-демократическая власть, готовая отдавать самые страшные приказания — и будут они исполнены. У нас есть решимость перейти границы (географические и нет), которые они, в силу изнеженности и расхлябанности, не перейдут. У нас есть русские люди, всегда, в отличие от европейских недолюдей (или перелюдей), отдающие жизнь за царя. И у нас есть царь, который будет править столько, сколько захочет, а не сколько требуют закон или избиратели. Наконец, у нас осталось ядерное оружие, которое игнорировать нельзя даже с самой высокомерной позиции.

Потому мы победим. Сегодня или послезавтра — не имеет значения. У нас в запасе вечность, что нам поболтать часок-другой (с).

На бессознательном уровне все звучит совсем иначе. Я, могущественнейший из земных командиров, сделал все, что мог, но главного не добился и не добьюсь. Так что гори оно все космическим пламенем! Тем более что Россия и я — суть одно. И исчезнем мы в один день, как Пушкин (Моцарт) — со своим неотрывным искусством.

Эта программа саморазрушения и реализуется с весны 2014-го. И если вы ищете дальнюю логику украинской, сирийской и всех еще не начатых Путиным войн — она уже найдена. Вот она.

Еще — применительно к Танатосу. Фрейд научил нас принципу навязчивого повторения. К своему удивлению, основатель психоанализа заметил за долгие годы профессиональных занятий, что человеку свойственно бессознательно повторять жизненные сценарии, на рациональном уровне вовсе не приносящие успеха или удовлетворения. Например, вопреки практическому опыту постоянно жениться на женщине, похожей на мать, только для того, чтобы по заданному шаблону через краткие годы скандально развестись.

У Путина тоже есть такой шаблон. Я бы назвал его синдромом Феникса.

Первый подобный опыт случился у нашего пациента в 1990 году. Когда, будучи в Дрездене, он неожиданно понял, что больше не посланец империи и не представитель системы, гарантировавших его статус и безопасность, но в одночасье отрекшихся, — а просто частное лицо, охраняющее никому не нужный, пустеющий до звона (с) Дом советской культуры. (Повезло, что все это происходило не в Тегеране и даже не в Сараево.)

Будучи брошен погибавшей системой и выброшен ею, ВВП хоть и должен был заниматься поначалу частным извозом — унижение для офицера КГБ СССР, — но открыл для себя совершенно новую жизнь. По шику и блеску никак не сравнимую с прежней. За считаные годы он проходит путь от помощника мэра Санкт-Петербурга до первого заместителя мэра, почти хозяина второй столицы. Он познает, что такое настоящие деньги, но главное — власть. Из пепла он восстает быстро и эффективно.

Если бы не крах СССР, позже названный им самим величайшей геополитической катастрофой XX века, не видать бы Путину его блестящей питерской карьеры. Сознательно он страшится катастрофы и оплакивает ее. Бессознательно — благодарит ее и восхищается ею.

Дальше — попытка № 2. В 1996-м мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак проигрывает выборы, и глава его предвыборного штаба ВВП вновь лишается своего места в жизни. Прежде всего и опять — теряет систему, гарантирующую его авторитет и безопасность. Ну и что дальше? Переезжает в Москву, быстро наверстывает упущенное, выходит на новейший уровень власти и возможностей, а там и становится президентом страны. Пусть даже поверх своего декларируемого желания.

Опять же: Собчака было очень жалко, поражение 1996-го страшно болезненное. Но если б не тот горький финал, Путин так и остался бы большим политиком регионального значения или, в лучшем случае, федеральным чиновником среднего звена.

Пытаемся обобщить. Путин — человек системы, и всегда сознательно защищает ее, сколько хватает сил. Но жизненные рывки в светлую даль ему всегда удавались в момент и вследствие краха возлюбленной системы, т. е. по итогам собственного поражения. Проигрывая в главном, он потом выигрывал в самом главном. К чему и привык.

Не умрешь — не воскреснешь. Не сгоришь — не станешь вновь Фениксом, только современной, совершенной модели.

Этот повтор происходит и в наш исторический день.

Да, Россию надо защитить любой ценой. Иначе ее разорвут и съедят на куски любимые падальщики, с которыми невозможно договориться с позиции дружбы. Но если в процессе защиты Россия рухнет — так что ж, откроется что-то небывалое, что вновь вынесет нашего клиента на гребень вселенской волны.

Индюк-индуктивист

Если бы пациент пытался рационализировать свой синдром Феникса, ему пришлось бы задуматься о сколько-нибудь пригодности логики индуктивиста. Который рассуждает таким образом: если дождь шел позавчера и вчера, и уже накрапывает сегодня, он обязательно случится завтра и послезавтра.

Путин, вообще, конечно, классический индуктивист, что свойственно ему как неискоренимому консерватору. И позволяет, например, игнорировать серьезность экономического кризиса. Действительно, это уже далеко не первый кризис на его памяти. И все прошлые успешно урегулировались. Почему? Во-первых, потому, что Россия — богатая страна и на всякую проблему у нее завсегда найдутся скрытые резервы. Во-вторых, до выхода из кризиса надо всегда просто дотерпеть, а с терпением у российского народа все в порядке. Доказано хотя бы на примере отношения к нынешнему царю.

Вспомним простую притчу Бертрана Расселла об индюке-индуктивисте. Который за долгую жизнь понял, что каждый день утром его будут хорошо кормить. И считал, что так будет всегда. Пока, наконец, не наступил канун Дня благодарения, когда его уже не вскармливали, а просто зарезали. Для человеческих нужд.

А вот если бы индюк умел глубоко анализировать с разных сторон, то сбежал бы накануне Дня благодарения и потом вернулся обратно. Откармливаться до ближайшего Рождества.

Да, всегда прежде ВВП расцветал на собственном же крахе. Но никогда прежде он не был последней инстанцией решений и первым в очереди к вечности. Решение о возрождении за него принимал кто-то другой: Собчак, Ельцин и т. п.

Сейчас же верховному правителю РФ не на кого переложить свою ответственность.

Никого не осталось.

Кроме разве что Бога, в которого, он, кажется, верит довольно технически.

И бежать уже не получится, потому что некуда. Индюки-индуктивисты так скоро не бегают и найдутся везде, куда мог бы привести их побег.

День благодарения обратного хода не имеет.

(Я не очень понимаю разницу между индюком и индейкой, потому превентивно прошу меня за то не критиковать.)
Жизнь внутри

Мы все, простые русские люди, живем внутри программы чужого саморазрушения. И должны понимать, что являемся заложниками этой программы.

Это плохо? Конечно, как всегда, когда ты не контролируешь какой-то очень важный для твоей жизни процесс.

Это хорошо? Да. Как показывает опыт ВВП, на чужом саморазрушении можно очень неплохо восстать из пепла.

И то, что «Россия = Путин», тоже в этой ситуации отнюдь не критично. Мы же знаем, что стране нужна кардинальная трансформация в европейское государство, а перед тем — учредительный процесс (Учредительное собрание и пр.).

И еще мы знаем, что нельзя воскреснуть, не умерев.

Да будет так.

Когда конец?
 

https://snob.ru/selected/entry/107414
Посильные соображения по методологии политического анализа и прогноза с применением юбилея Лермонтова
https://snob.ru/i/indoc/de/blog_entry_1142756.jpg
Иллюстрация: Bridgeman Images/Fotodom

У всякой эпохи есть не только типический герой, но и ключевой вопрос, по которому об этой эпохе можно судить.

Ну, например: что происходит? Кто виноват? Что делать? Быть или не быть?

Такой вопрос для научного наблюдателя за эпохой — вроде ключевой ставки Центробанка для финансовых рынков. Собственно, чтобы приступить к описанию эпохи, надо прежде всего правильно поставить, сформулировать ее основной вопрос. На который зачастую нет ответа в реальном времени. Ответ может возникать уже потом, в следующей эпохе.

Вопрос нашего времени: когда все (это) кончится?

Притом почти никто (точнее, совсем никто из известных мне хотя бы заочно людей) не может определить, что такое «это», которое должно кончиться, и что есть главный, всенепременный признак бесспорно свершившегося конца.

Скажем, если Владимир Путин вдруг сдвинется с поста президента куда-нибудь, например, на позицию координатора программ Всемирного виолончельного фонда имени Портного из Панамы, а на смену ему придет обычный Дмитрий Медведев, это будет означать, что все кончилось? Или пресловутое «все» продолжится как ни в чем не бывало?

А если Тунгусский метеорит, взращенный в секретных лабораториях Барака Обамы, грохнется на Кремль (не дай Бог, конечно)?

Или, условно, Путин, никуда не уходя с августейшего места, объявит о возвращении Украине Крыма — типа поигрались и хватит, скором вступлении РФ в НАТО и назначении А. А. Навального военным комендантом сельского поселения Барвиха (в ранге заместителя командующего Роснацгвардией?).

Неясно.

Хотя интуитивное представление о конце «этого» у многих имеется. Семантически оно коррелирует с онтологическим понятием *** (конца), столь популярным у нас, ибо сверхзначимым для эсхатологически заточенной души русского народа. Представления о пресловутом *** (конце) у каждого из нас врожденные и скорее бессознательные, чем наоборот.

Но подобное интуитивное знание не приближает нас к ответу на ключевой вопрос «когда».

В минувшие недели ваш покорный слуга совместно с группой специалистов Центра паллиативной вопросологии НИУ ВШЭ и кафедры сравнительного эпоховедения РАНХиГС при президенте РФ провел серию мозговых штурмов, приведших нас к такому результату: точного, научно обоснованного ответа на вопрос «когда?» быть не может.

Вот, скажем, недавно Михаил Ходорковский сказал, что сегодняшнее состояние росбытия завершится в 2022–24 гг. А откуда? Почему не тремя годами раньше приведенного интервала или пятью позже? Да, можно ссылаться на то, что Путин — приверженец формального ритуала. Даже если следование ритуалу достигается за счет полного выхолащивания сути явления или процесса. Недаром властитель РФ любит вспоминать ленинскую формулу «по форме правильно, а по существу — издевательство» (как учит нас психоанализ, у кого что болит, тот о том и говорит). А значит, в 2024-м он уйдет с президентского поста, ибо того требует Конституция — и как поступил он в незапамятном 2008-м. Но будет ли такой шаг означать конец, тем более всего?

Мы способны лишь выделить группу ключевых факторов, указывающих на приближение конца и некоторую этапность этого приближения.

О чем далее и поговорим.

Принцип Лермонтова

Великий русский поэт Михаил Юрьевич Лермонтов родился 15 октября 1814 года и погиб, а точнее, совершил наше классическое литературно-полицейское самоубийство на дуэли 27 июля 1841 года. С его юбилеями часто связаны роковые события отечественной истории.

Так гласит принцип Лермонтова, впервые развернуто сформулированный Анной Ахматовой.

Анатолий Найман в «Записках об Анне Ахматовой» описал это так: «Октябрьским днем 1964 года мы ехали в такси по Кировскому мосту. Небо над Невой было сплошь в низких тучах с расплывающимися краями, но внезапно за зданием Биржи стал стремительно разгораться, вытягиваясь вертикально, световой столп, красноватый, а при желании что-то за ним увидеть — и страшноватый. Потом в верхней его части возникло подобие поперечины, потом тучи в этом месте окончательно разошлись, блеснуло солнце, и видение пропало. Назавтра мы узнали, что в этот день был смещен Хрущев. Ахматова прокомментировала: “Это Лермонтов. В его годовщины всегда что-то жуткое случается. В столетие рождения, в 14-м году, первая мировая, в столетие смерти, в 41-м, Великая Отечественная. Сто пятьдесят лет — дата так себе, ну, и событие пожиже. Но все-таки, с небесным знамением”».

Избегая слишком пристального лермонтоведения, подчеркнем, что по случаю 150-летия суицида Михаила Юрьевича был необратимо распущен Советский Союз. Не хрен собачий, а наша общая Родина, между прочим.

Двухсотлетие поэта пришлось на 2014 год. Переломный для современной РФ. Тот год начинался не только сочинской Олимпиадой, но и тайно-явными планами Кремля устроить перезагрузку-2 в отношениях с Западом. Не случайно перед всемирными зимними Играми выпустили из тюрьмы Ходорковского, Pussy Riot и голландских активистов Greenpeace, полезших зачем-то на арктическую платформу «Приразломная» ОАО «Газпром». Однако потом произошла революция достоинства (по кремлевской версии — организованный США госпереворот) на Украине, и курс Путина резко уехал в другую сторону. Вышла нам аннексия Крыма, повлекшая за собою изоляцию РФ, международные санкции и т. п. Во внутренней политике перешли к новому витку закручивания всех и всяческих гаек. ГКЧП-2 капитально пришел на смену дискурсу перестройки-2, существовавшему в тех или иных формах с легких времен президентства Дмитрия Медведева.

Нынешний год — 175 лет со дня лермонтовской смерти.

Июль. Ждем чего-нибудь.

Мы со специалистами НИУ ВШЭ и РАНХиГС при президенте РФ пришли к предварительному соглашению о подготовке лермонтовской конвенции, согласно которой никакой политический анализ, не учитывающий принцип Лермонтова как фундаментальный, не может претендовать на научность. Согласно нашим общим планам, первый вариант текста документа будет представлен в ходе научно-практической конференции, которая пройдет 27 июля 2016 года в музее-заповеднике «Тарханы». Плата за участие (скажем мягче, регистрационный сбор) — 1 500 рублей.

Дни затмения

1 сентября 2016 года будет кольцеобразное затмение Солнца. Крупнейший теоретик и сторож этого явления — старший научный сотрудник РАНХиГС при президенте РФ Павел Глоба.

Согласно теории Павла Глобы, во дни кольцеобразных затмений всегда или происходят некие роковые события, или закладываются основы для таковых в краткой (5–6 месяцев) перспективе. Например, во время затмения 1817 года родился Карл Маркс, основоположник идеологии, которая стала основой наикровавейшего тоталитарного режима на русской почве. В 1854 году в такие же дни созрела Крымская война, приведшая не только к горькому поражению России, но и к смерти императора Николая I — самодержца, по духу и букве столь близкого к Владимиру Путину. (О специфической роли Крыма в судьбе обоих государей мы без нужды лишний раз не вспоминаем.) В 1872-м, где-то на краю затмения родилась последняя российская императрица Александра Федоровна, сыгравшая весьма неоднозначную роль в судьбе империи в целом и государя Николая II в частности. Распутинщина состоялась под патронажем этой яркой дамы, как мы помним, и вместе они вконец дискредитировали трехсотлетнюю монархию — до такой степени, что отречения Николая II добивались и добились его же собственные генералы вкупе с депутатами-монархистами. В 1944-м в ситуации кольцеобразного затмения генералиссимус Иосиф Сталин принимал решения о выселении целых народов Кавказа и Крыма далеко на Восток. В 1962-м в аналогичной ситуации грянул Карибский кризис, лишь чудом не обернувшийся ядерной войной СССР и США. В 1998-м в РФ случился дефолт, обрушивший, среди прочего, федеральное правительство Сергея Кириенко и, в конечном счете, сделавший необратимым приход Владимира Путина на высший государственный пост.

Много еще исторических свидетельств, не станем читателя перегружать.

В 2016-м затмение идет буквально в хвосте лермонтовской даты, что тревожно и примечательно вдвойне.

Март 17-го

Согласно зороастрийскому гороскопу, активным пропагандистом которого выступает уже ваш покорный слуга, в марте 2017 года должен завершиться большой, 32-летний цикл нашей политической истории. Подобно тому, как 32 года назад, в 1985-м к власти в СССР пришел Михаил Горбачев, провозвестник перестройки, кардинально изменившей не только Россию, но и весь мир. В 1953-м умер Сталин, что сразу же привело к довольно-таки глубокой либерализации советского режима. В 1922-м тот же Сталин де-факто присвоил власть на фоне тяжкой болезни Владимира Ленина. И т. п.

Исходя из изложенного, мы совместно с учеными из НИУ ВШЭ и РАНХиГС приходим к выводу, что волна политико-экономических перемен (в широком смысле слова) в России будет, так или иначе, неким образом связана с чередой случайных, важных, не прогнозируемых обыкновенными способами событий — «черных лебедей», по определению британского мыслителя Дэвида Юма, — в период с июля 2016-го (Лермонтов) по март 2017-го (Заратустра). Мы полагаем, что эффективными могут быть только те политические прогнозы и аналитические выводы, которые базируются на рациональном понимании упомянутых закономерностей.

Все прочее, в той или иной мере, шарлатанство, как бы жестко, простите, ни звучал этот термин.

Мы отнюдь не утверждаем, что то самое «все» кончится в марте 17-го. Мы лишь говорим, что череда «черных лебедей» к тому моменту вполне может привести нас в нечто небывалое-незнаемое.
Если все кончится

«Когда погребают эпоху, надгробный псалом не звучит. Крапиве и чертополоху украсить ее предстоит». Так сказал автор «принципа Лермонтова» — в другой раз и по другому поводу.

Не надо забывать, что, когда все кончится, новое все может оказаться куда хуже предыдущего. Так в истории не раз бывало. Но к политическому прогнозированию это напрямую не относится.