Насмешка богов
 

https://forum-msk.org/material/society/2776431.html
Опубликовано 28.03.2010

Действительность опережает наши самые изощренные фантазии. Не так давно я написал микрофантастический рассказ о том, как Лужков совместил третье транспортное кольцо с адронным коллайдером (это было нужно, чтобы выиграть суд у Немцова), и что из это вышло.

Теперь, по милости ироничных богов-олимпийцев, любящих поиздеваться над самоуверенностью смертных (а может, это - проказы скандинавского бога-насмешника Локи, он нам географически ближе), принято решение, что русский Лос-Аламос (или, если угодно, Silicon Valley of Russia) будет возводиться на базе дачи Брежнева, а также пансионатов ЦК КПСС и ЦК ВЛКСМ в Сколково.

Мой рассказ кончался мучительным выбором Кремля между судом над Лужковым и военным конфликтом одновременно с пришельцами и США. Посмотрим, что произодет на деле (пока только колумнист и (и даже лицо "Известий") Максик Соколов пулей вылетел из родной газеты за желание опубликовать фельетон с поддержкой идеи Лужкова строить оный силикон не на месте дачи Брежнева, а на месте ЗИЛа.

Кстати, комментируя решение Медведева о назначении Вексельберга главнокомандующим русским Лос-Аламосом, помощник президента мотивировал это тем, что чиновник, мол, с этим не справится.

Вообще-то, начальником американского суперинновационного проекта "Манхеттен" был генерал Гровс, т.е. военный чиновник. И ничего, справился. Но констатированная на высшем уровне глубоко неолиберальная идея о принципиальном превосходстве организационных способностей миллиардера над чиновником, должна быть развита путем скорейшей ликвидации всех госкорпораций и формирования органов исполнительной и муниципальной власти путем приглашения выходцев из бизнеса.

Что касается Вексельберга, то я предложил бы заменить его на Сергея Брина: а) создатель Google, б) наш, русский парень; в) Google уходит из Китая (в знак протеста против политической цензуры) и сейчас самое время заманить его на историческую родину, убеждая, что у нас то точно "свобода лучше, чем несвобода". И тем посрамить заносчивых пекинских хозяев Сибири.

Интрига абсурда
 

https://forum-msk.org/material/politic/2792598.html
Опубликовано 30.03.2010

Две недели назад в статье «Две годовщины» (20 лет посту президента СССР и 19 лет референдума по СССР) я описал, как парадоксальным стремясь сохранить Советский Союз и свою власть над ним, Горбачев методически делал всё возможное для ликвидации и того, и другого. Мораль была - нельзя пытаться управлять масштабными политическими процессами с помощью хитрых политических уловок.

Уже десять лет, как Россией управляют не политики, а спецслужбисты. От этого стиль политики - непрерывный каскад спецмероприятий. Попытаюсь обосновать, что в стратегической перспективе такой метод правления губителен не только для государства и общества, но и для самих правителей.

Зададимся простым вопросом - против кого обращена вся мощь путинской госпропаганды? Против оппозиционных либералов-западников, т.н. «оранжевых». Диапазон «наездов» - от прямых, или слабозавуалированных обвинений в предательстве и ненависти к народу, до непрерывных разъяснений «оранжевым», что они - никчемные, пустые людишки, не имеющие никаких шансов обрести широкую общественную поддержку. Не очень понятно, почему такой плотный огонь ведётся именно по «пустым и никчемным».

Судя по тому, кого хватают и отправляют на скамью подсудимых пачками, врагом №1 являются нацболы. Но никакой массированной пропагандистской атаки на идеологию национал-большевизма мы не наблюдаем. И власти, и либералы постоянно запугивают общество призраком русского фашизма. Фашизм - это авторитаризм, культ государства и национализм. Если государство видит в фашизме реальную угрозу, оно должно все силы бросить на разоблачение авторитаризма и национализма, ксенофобии. Мы видим прямо обратное - культ просвещенной диктатуры, бесконечные апелляции к этнонациональным ценностям и приоритетам.

Ни основные оппозиционные партии - КПРФ и ЛДПР, ни даже справороссы не удостаиваются и тысячной доли того поношения, которую заслужила уже, казалось бы, десять раз разбитая либеральная оппозиция, объявленная и Путиным, и левой, и правонационалистической оппозицией одновременно - главной причиной и единственным источником всех бед и несчастий матушки-Руси.

Последним примером изощренной травли либеральной оппозиции стала история с видеокомпроматом. Как оказалось, начиная с «грузинского» лета 2008 года многие молодые либералы были заманены на чекистскую блатхату на Нагатинском затоне. Одновременно, чекисты (чекист, как известно, это не принадлежность к ведомству, это - состояние души), под видом гаишников вымогали у светочей либеральной мысли сравнительно небольшие подношения. Демократическая общественность негодует и переживает: вот-вот на просторы Рунета выплеснется обильное излияние софтпорно с участием если не отцов, то «конкретных пацанов» оранжевого лагеря с одной стороны, и пары юных мата-харь - с другой.

И что? И выплеснется. В чем это убедит общество. Первое: младолибералы сильны чреслами (их хватает на двух герлушек сразу). Второе: они - отъявленные гетерасты (пластических юношей к оппозиционерам не забрасывали). Третье: они глубоко не чужды dolce-vita, не принимают кокс и другие простые радости жизни за случайно рассыпанное средство от моли и проч. Вывод, который сделает любой объективный наблюдатель: либералы - адекватные люди, чуждые фанатизма.

Спросим себя: эти сведения о вождях либерализма могут помещать либералам победить режим на демократических выборах или возглавить широкое общенародное оппозиционное движение? Нет, разумеется. Либералы в России ни в каком изводе (ни плейбои, ни аскеты) на свободных выборах победить (в смысле получить парламентское большинство) не могут. Не могут они и возглавить гипотетический «Народный фронт». Прежде всего, потому что сами этого не хотят (ни ельцины, чай, не тимошенки, ни валенсы...).

Очевидно, что тайная операция (начиная с разработки) против либералов была начата, по крайней мере, с момента приход Медведева в Кремль. И козыри держали в рукаве на крайний случай. Крайний случай наступил - появилось обращение «Путин должен уйти» и начались сравнительно массовые антипутинские протестные акции. И карты оказались на столе - в тщетной надежде уже окончательно «раздавить гадину». Но, тут, с точки зрения автора, чекисты совершили роковую, почти самоубийственную ошибку.

Если истеблишмент всё-таки решит пойти по пути гвардейцев, утомленных Павлом I, и, следуя духу и букве обращения «Путин должен уйти», отправит национального лидера и его достославную питерскую гвардию на заслуженный покой, кто станет главными акторами отечественной политике? Очевидно - магнаты крупного бизнеса и региональные бонзы. Кто им будет нужен, в качестве представителей нового политического класса - министров, парламентских и партийных лидеров, губернаторов, мэров, главных редакторов телеканалов и информагентств? Фанатичные леваки с их манией уравнительной справедливости? Олдгвардия Зюганова? Популисты, грозящие покарать «воров у власти»? Дымовский, Донской... Националисты, мечтающие о «мобилизационном рывке» и «диктатуре развития»? Естественно, нет - это всё слишком опасные деятели, могущие вызвать неуправляемые процессы. И массам не нужны крайности - замученные столичной коррупцией владельцы собственных квартир категорически не хотят потесниться, дав приют обитателям разваливающихся халуп; негодующие на правительство работяги, очевидно, не примут перспективы работать за те же деньги в два раза больше и в пять раз лучше, чтобы страна совершила какой-то неочевидный «прорывной рывок». Да, и «оборонное сознание», на самом деле, дорого только военным отставникам да романтическим публицистам.

Поэтому, если депутинизация начнется мягко и плавно, то вновь возникший олигархат постарается передать публичную политику именно либералам. Они не будут ни сажать, ни расстреливать, они принесут «верховенство права» (и забудется кошмарный страх перед генпрокуратурой). Более того, именно послепутинский истеблишмент будет больше всего заинтересован в том, чтобы защитить либералов от натиска непредсказуемых популистов. И тут, чекисты им как бы докладывают - вот, господа, прекрасные люди, готовые российские дантоны и, можно сказать, демулены. Никакого маратовского фанатизма, никакого, знаете ли, робеспьерианства - нормальные адекватные пацаны. И выносливые (двужильные, так сказать). А сонм псевдооппозиционных квалилибералов, приведённых за ручку к власти, необходимо, хоть на первое время, декорировать настоящими патентованными борцами с режимом.

А вброс компромата - еще на пользу. Представляя нового министра, например, спортивно-молодежной политики, так можно и сказать обновлённой Думе, вновь ставшей местом для дискуссий: стал жертвой низкопробных нападок со стороны тёмных сил, но грязные провокации не сломили его, не заставили отказаться от самоотверженной деятельности по объединению истинно-либеральных сил...

Антипутинская дворцовая оппозиция совершенно не хочет ни хунты голодных офицеров, ни народного вождя, заброшенного в Кремль бурнокипящими митингами. Поэтому, планируя демонтаж путинизма, она сделает всё, чтобы процесс был контролируемым. При всех своих минусах, либералы - фанаты права и репрессий не допустят. А то, что растущие светочи либерализма оказались с нормальными человеческими слабостями - надежнейшая гарантия того, что никаких революционных крайностей они не допустят. В любом случае, будут им сопротивляться изо всех сил.

Новую - послепутинскую госэлиту сформирует те же «телевизионные» выборы. Всех делов то: поменять плюсы на минусы. Мы еще увидим по НТВ, как барышня «Муму» и барышня «Чупс» будут с жаром говорить, что всегда поддерживали «Стратегию-31» и в знак этого, старались нацарапать ногтями на спине у клиентов «3» и «1». Видеосъемки исцарапанных спин прилагаются...

Путинизм понимал, что когда он надоест, то «большие деньги» постараются отобранную у него власть передать либералам, помнил, что кроме осени 1999 года, была еще осень 1991-го. Поэтому путинизм вёл огонь на психологическое уничтожение либералов. И этим дал им и раскрутку и даже образ гонимых.

Сейчас чекисты постарались выставить либералов на весь белый свет плейбоями. А заодно - и абсолютно нормальными русскими людьми, которые умеют договориться с гаишником (отнюдь не порываясь читать тому на память любимые места из Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод). А значит, у антипутинского олигархата ещё больше окрепло убеждение, что с либералами, как людьми, в высшем смысле договороспособными, пора договариваться. Ибо, как мудро говорил Воланд, есть что-то опасное в людях, чуждающихся вина и общества красивых женщин. Оказалось, что либералы - не опасны.

Мораль: так незнание глубинной сути политических процессов приводит интриганов к прямо противоположным результатам.

Криминализация экстремизма
 

https://forum-msk.org/material/politic/2909658.html
Опубликовано 14.04.2010

На основе доклада для Общественных Слушаний «20 лет нового российского парламентаризма - взлёт и падение» (Музей и общественный центр им. А.Д. Сахарова, 13 апреля 2010 года)

Если учесть задачи, поставленные перед ВЧК, то можно предположить, что задача противодействия 7 ноября стояли не только перед «белой» контрэлитой, но перед новой большевистской элитой, делавшей всё для того, чтобы самым решительным образом не допустить новую революцию, обращенную уже против неё. Отлично помня о своих приемах борьбы с царизмом и Временным правительством, правящие большевики самым жестоким образом преследовали тех, кто, как им казалось, готовил новую революцию, прежде всего, «троцкистов». Надо сказать, что после разгрома «левой оппозиции» в СССР 1927-29 годах, над правителями России буквально витали не только страх перед белогвардейским подпольем, помогающим потенциальной интервенции, но и перед «новым Октябрем». Именно это обусловило формулировки ст. 58 УК РФСРС, карающей за контрреволюционную деятельность, и ее аналоги, направленные против «врагов народа». При этом уголовное преследование за расизм (имеется ввиду не только призывы к погромам, но любое оскорбление национальных чувств) очевидно отделялась от общего перечня главных антигосударственных преступлений. А за отсутствием демократии никому и в голову не пришло бы опасаться нового «30 января 33-го» (имеется в виду победа Гитлера мирным политическим путём), который стал одним из навязчивых кошмаров западных демократий, начиная с середины 30-х годов. Одним из первых воплощений такого кошмара стал роман Синклера Льюиса «У нас это невозможно», из наиболее известных - рассказ Рей Бредбери «И грянул гром» и роман Стивена Кинга «Мёртвая зона» и его экранизации.

После ВОВ, напуганные появлением различных подпольных кружков, преимущественно «истинно-ленинского» характера, а также появлением протодиссидентского движения, власти законодательство изменили - в УК РСФСР в главе 1 «ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ» появилась ст. 70. (Антисоветская агитация и пропаганда) «Агитация или пропаганда, проводимая в целях подрыва или ослабления Советской власти либо совершения отдельных особо опасных государственных преступлений, распространение в тех же целях клеветнических измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй, а равно распространение либо изготовление или хранение в тех же целях литературы такого же содержания

- наказывается лишением свободы на срок от шести месяцев до семи лет или ссылкой на срок от двух до пяти лет.

Те же действия, совершенные лицом, ранее осужденным за особо опасные государственные преступления, а равно совершенные в военное время, наказываются лишением свободы на срок от трех до десяти лет».

Агитация была выделена в особый состав преступлений, ее отделили от таких классических (бесспорных) антигосударственных преступлений, как организация мятежа, заговора, беспорядков, шпионажа и измены.

Антисоветская агитация была четко отделена от расистской, и очевидно, рассматривалась как средство противодействия бытовому шовинизму, и как упрек Америке, охваченной в те годы движением за расовое равноправие и расовыми беспорядками.

ст. 74 УК РСФСР 1960 г.

Статья 74. Нарушение равноправия граждан по признаку расы, национальности или отношения к религии

Умышленные действия, направленные на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды или розни, на унижение национальной чести и достоинства, пропаганду исключительности либо неполноценности граждан по признаку отношения к религии, национальной или расовой принадлежности, а равно прямое или косвенное ограничение прав или установление прямых или косвенных преимуществ граждан в зависимости от их расовой, национальной принадлежности или отношения к религии -

наказываются лишением свободы на срок до трех лет или штрафом до шестнадцати минимальных месячных размеров оплаты труда.

Те же действия, соединенные с насилием, обманом или угрозами, а равно совершенные должностным лицом, -

наказываются лишением свободы на срок до пяти лет или штрафом до двадцати трех минимальных месячных размеров оплаты труда.

Действия, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные группой лиц либо повлекшие гибель людей или иные тяжкие последствия»

В сентябре 1966 года (после резкого всплеска протестных настроений на фоне дела Синявского и Даниэля) появилась антидиссидентская статья 1901. (Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй) Систематическое распространение в устной форме заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй, а равно изготовление или распространение в письменной, печатной или иной форме произведений такого же содержания - Наказывается лишением свободы на срок до трех лет, или исправительными работами на срок до одного года, или штрафом до ста рублей (введена Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 16 сентября 1966г.), карающая даже устные обсуждения ситуации в стране.

Таким образом, в СССР была формально криминализирована любая системная критика. Реально за это карали и раньше, но именно необходимость «правового» оформления тоталитаризма на фоне заметно возросшего диссидентского движения, появления правозащитного движения как отдельного феномена, стремление жертв политических репрессий открыто защищать себя и апеллировать к международной общественности, вынудило брежневское руководство законодательно оформить то, что раньше проходило только намёками. Точно также было закреплено и подробно расписано конституционное доминирование КПСС (пресловутая 6-я статья).

После августа 1991 г., когда власти России «поместили» себя в европейский политический контекст, к кошмару «нового 7 ноября» добавился западный кошмар «новое 30 января». Характерно, что по неприятию и того другого кошмара сложился консенсус, охватывающий и российские правящие круги, и интеллигенцию, и большинство оппозиционных партий (от правых до левых).

Активное использование радикально-антисемитской риторики антиельцинской оппозицией в 1992-93 гг. и стремление запретить любые «аватары» большевизма, заставили включить в новую (охранительную, «остановившую» августовскую революцию) конституцию 1993 года следующий запрещающий пассаж (статья 29): «2. Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства».

Затем панический страх либеральных кругов перед Жириновским в 1994 году создал и условия для объединения в одном нормативно-правовом акте идею борьбы с обоими кошмарами и для официального появления нового термина «политический экстремизм» (обратим на это внимание!), а также прямого ассоциирования экстремизма с фашизмом. Появился знаменитый антифашистский указ Ельцина.

Как известно, академикам не удалось сочинить юридически корректное определение фашизма. С моей точки зрения, это произошло, поскольку многие проявления авторитаризма, особенно в разгар Первой Чеченской войны (к назначенной формулировке определения фашизма как раз произошли Самашки), в отечественной политике могли попасть под эту дефиницию.

Затем началась борьба с терроризмом.

В принципе до этого всем было понято, что существуют отдельно:

- расизм и преступления на почве ненависти;

- неонацизм;

- террористические действия (даже если толковать их предельно расширительно, включая в их число участие в партизанских действиях против силовых структур);

- преступления против государства - заговоры, мятежи, попытки узурпации власти (то, что всегда однозначно трактовалось как правонарушение);

- оскорбительно-резкая критика властей и призывы к гражданскому неповиновению.

Следующим этапом стало объединение всех этих видов деятельности в одно - главное - преступление. Таким преступлением стал «экстремизм». Своим всеобъемлющим характером он практически сравнялся с «контрреволюционной деятельностью» 20-х годов, с «резиновой» зловещей 58-ой статьей с «литерными преступлениями».

После взрыва антисемитского плаката в конце мая 2002 года и «футбольного» погрома в центре Москвы в июне того же года на волне паники в либеральных кругах был стремительно принят антиэкстремистский закон, полностью подобный своим всеобъемлющим характером, условно говоря, указам о «коронных» преступлениях.

Это дало возможность как бы объединить по степени общественной опасности бытовой расизм с терроризмом и заговорами. Конституционный запрет на социальную рознь, вызванный кошмаром ожидания «нового 1917-го», был реакцией на печальный опыт массовых репрессий по классовому признаку в нашей стране.

Но здесь происходит важнейшая подмена - криминализация социальная (классовой) вражды заменяется криминализацией вражды по отношению к любой социальной группе (понятие современной наукой принципиально точно не определяемое). Единственным вариантом сдерживания неограниченных репрессий была оговорка в законе про связь социальной розни с насилием или с применением насилия. Теперь по российским законам можно было бы посадить не только Гитлера или Савинкова, но и Ленина.

Федеральный закон от 25 июля 2002 г. N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" Принят Государственной Думой 27 июня 2002 года, Одобрен Советом Федерации 10 июля 2002 года

Настоящим Федеральным законом в целях защиты прав и свобод человека и гражданина, основ конституционного строя, обеспечения целостности и безопасности Российской Федерации определяются правовые и организационные основы противодействия экстремистской деятельности, устанавливается ответственность за ее осуществление.

Статья 1. Основные понятия

Для целей настоящего Федерального закона применяются следующие основные понятия:

экстремистская деятельность (экстремизм):

1) деятельность общественных и религиозных объединений, либо иных организаций, либо средств массовой информации, либо физических лиц по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных на:

насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;

подрыв безопасности Российской Федерации;

захват или присвоение властных полномочий;

создание незаконных вооруженных формирований;

осуществление террористической деятельности;

возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию;

унижение национального достоинства;

осуществление массовых беспорядков, хулиганских действий и актов вандализма по мотивам идеологической, политической, расовой, национальной или религиозной ненависти либо вражды, а равно по мотивам ненависти либо вражды в отношении какой-либо социальной группы;

пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности;

2) пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

3) публичные призывы к осуществлению указанной деятельности или совершению указанных действий;

4) финансирование указанной деятельности либо иное содействие ее осуществлению или совершению указанных действий, в том числе путем предоставления для осуществления указанной деятельности финансовых средств, недвижимости, учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной, факсимильной и иных видов связи, информационных услуг, иных материально-технических средств;

экстремистская организация - общественное или религиозное объединение либо иная организация, в отношении которых по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности;

экстремистские материалы - предназначенные для обнародования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности, в том числе труды руководителей национал-социалистской рабочей партии Германии, фашистской партии Италии, публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное и (или) расовое превосходство либо оправдывающие практику совершения военных или иных преступлений, направленных на полное или частичное уничтожение какой-либо этнической, социальной, расовой, национальной или религиозной группы.

Однако время шло - разворачивалось протестное движение, проявили себя нацболы и «несогласные» и российское законодательство достигло высшей степени «универсализма» брежневской эпохи.

В соответствии с поправками от 29 апреля 2008 г. к экстремистской деятельности (экстремизму) нынче относятся:

насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;

публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;

возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;

пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения;

воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения;

совершение преступлений по мотивам, указанным в пункте «е» части первой статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации;

пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения;

публичное заведомо ложное обвинение лица, занимающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указанных в настоящей статье и являющихся преступлением;

организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению;

финансирование указанных деяний либо иное содействие в их организации, подготовке и осуществлении, в том числе путём предоставления учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной и иных видов связи или оказания информационных услуг.

В антирасистскую по замыслу статью 282 (Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства) добавилась криминализация пропаганды против «какой-либо социальной группы». Причем, в официальных комментариях термин социальная группа никак не уточняется, указываются лишь следующие признаки группы: имущественное, должностное, территориальное положение, «партийность» и - !!! - другие обстоятельства.

1. Действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации, -

наказываются штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо обязательными работами на срок до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Те же деяния, совершенные:

а) с применением насилия или с угрозой его применения;

б) лицом с использованием своего служебного положения;

в) организованной группой, -

наказываются штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо обязательными работами на срок от ста двадцати до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо лишением свободы на срок до пяти лет.

Комментарий к статье 282 УК РФ

1. В ст. 19 Конституции государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничений прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.

2. Объектом преступления является нарушение конституционного принципа недопустимости экстремизма как деяния, направленного на возбуждение ненависти или вражды по признакам, указанным в ч. 1 комментируемой статьи. Преступление, предусмотренное этой статьей, посягает на равноправие граждан независимо от их пола, языка, происхождения, рода занятий, национальной, расовой принадлежности или отношения к религии. Оно представляет большую общественную опасность, особенно в регионах со сложными межнациональными отношениями. В этой связи данный состав обоснованно включен в раздел преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства.

3. С объективной стороны комментируемый состав преступления состоит в оказании активного воздействия на людей с помощью документов, слов, рисунков и действий, предпринятых с целью побуждения их к совершению определенных действий, зарождению у них решимости и стремления совершить определенные действия или же способствования уже существующему намерению.

4. Публичность предполагает обращение к неопределенному, как правило, широкому кругу лиц. Если такое обращение адресовано одному или нескольким конкретным лицам, то такие действия не образуют публичности.

5. Средства массовой информации - это кино, телевидение, радио, печатные издания, подлежащие регистрации, а также сети ЭВМ.

Возбуждение ненависти, вражды, а равно унижение человеческого достоинства может привести к возникновению массовых беспорядков, вооруженному мятежу и другим преступлениям. В подобных случаях содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений.

Закон не конкретизирует действий, характеризующих объективную сторону преступления, а указывает лишь на их направленность. Действия могут быть направлены на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды (призывы к расправе с лицами иной национальности, депортации и т.п.); на унижение национального достоинства (оскорбления, затрагивающие национальные чувства, клевета по расовым или религиозным признакам и т.п.). Это может быть пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, национальной или расовой принадлежности.

6. Преступление окончено с момента совершения действий, указанных в законе, независимо от наступивших последствий.

7. Субъектом преступления является лицо, достигшее возраста 16 лет.

8. Совершается это преступление только с прямым умыслом. Виновный осознает характер своих действий и желает их совершить. В этой связи необходимо отделять случайные эмоциональные проявления недовольства от принципиальной позиции, например, политика или представителя той организации, к которой принадлежит то или иное лицо.

9. Ответственность за это преступление несут лица, достигшие 16-летнего возраста.

10. Часть 2 комментируемой статьи предусматривает квалифицирующие признаки при совершении этого преступления. Прежде всего, это совершение действий, указанных в ч. 1 этой статьи, с применением насилия или угрозой его применения. Имеется в виду как физическое, так и психическое насилие (угроза). Степень насилия закон не указывает, стало быть, она может быть любой. Однако, если насилие привело к убийству потерпевшего или причинению тяжкого вреда здоровью, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений.

Совершение данного преступления лицом с использованием служебного положения (специальный субъект) предполагает, что эти действия совершают не только должностные лица, но и любые другие, чье служебное положение позволяет им использовать его для совершения данного преступления.

11. Квалифицирующим признаком является также совершение этого преступления организованной группой.

Рассматриваемое преступление согласно закону (ч. 3 ст. 15 УК) относится к преступлениям средней тяжести.

Мы видим, как стремительно растет перечень «мыслепреступлений» в нашей стране. В частности, из признаков уголовно наказуемой пропаганды социальной розни выпал «фиговый листок» насильственности.

Теперь любое выступление против «дважды рожденных каст» (чиновников и силовиков) может караться так же строго как расизм, а неприятие национально-клерикальной мифологии, постепенно ставшей в России параофициальной идеологией, трактуется как оскорбление религиозных и национальных, понимаемых, как неразрывно связанных с религиозными, чувств.

Уже не говоря о правоприменительной практике. Двух процессов в отношении Юрия Самодурова (первый раз - его судили вместе с покойной Анной Альчук [была оправдана] и с Людмилой Василовской; сейчас - вместе с Андреем Ерофеевым) было достаточно, чтобы установить цензурный запрет на независимое художественное осмысление православия и русской истории.

Когда инкриминируют возбуждение вражды по признакам принадлежности к социальной группе, то органы следствия и суда имеют в виду любые, самые произвольные трактовки понятия «социальная группа». Это противоречит Конституции РФ и общепризнанным нормам по правам человека, поскольку носит абсолютно неконкретный характер и создаёт условия для неконституционного ограничения свободы слова и идеологического плюрализма.

Критика, в том числе очень резкая, определенных идеологических, профессиональных, социокультурных групп и группировок общества, в том числе даже и с требованием уничтожить их как социальное явление [например, такие социальные группы, которые часто используются в общественной полемике, как «номенклатура», коррупционеры, «бюрократия» (в негативном смысле), «оборотни в погонах» и т.п.] является неотъемлемой частью общественной полемики в правовом демократическом государстве.

Сейчас же речь доходит до анекдотических обвинений, которые, однако, завершаются приговорами, включая лишения свободы.

В сентябре 2009 г. прокуратура требовала признать экстремистской деятельность Новороссийского общества прав человека из-за плаката на пикете «Права не ждут, права берут», что было истолковано экспертами как призыв свергать власть.

Сейчас отечественная политическая юстиция использует для преследования на основании новых обвинений:

а) в разжигание «социальной вражды»; б) в членстве в запрещенных организациях.

На многих примерах мы убедились, что имеет место необоснованное, нарушающее свободу высказывания политически мотивированные преследований.

Под понятие социальная группа следствие и суды стали подгонять «менты» (как в деле блоггера Саввы Терентьева), «губернатор и его окружение» (процесс в Екатеринбурге в 2009 г.), «правительство» (как в деле жительницы Хабаровска Натальи Игнатьевой), "УФСИН" (тюремщики), "МВД", "следственные органы", "ФСБ" и "армия" (как в деле правозащитниц из Бурятии, членов Демократического союза Надежды Низовкиной и Татьяны Стецуры), «работники ФСБ» (как в деле екатеринбургского коммуниста Андрея Никифорова). В 2009 г. правозащитники обратились по поводу необходимости прекращения выдвижения таких обвинений к Дмитрию Медведеву. В марте 2010 г. Конституционный суд РФ, без рассмотрения, отказался принять жалобу жителя Костромы Романа Замураева на неконституционность обвинений в разжигание вражды к социальным группам.

Буквально на поток поставлена фабрикация обвинений в членстве в запрещенных организациях. Прежде всего, это обвинение в членстве в Национал-большевистской партии (НБП), основанной Эдуардом Лимоновым. Партия была ликвидирована в конце 2005 г. за участие ее членов в акциях гражданского неповиновения, до этого партии было отказано в регистрации за заявленную программную цель защиты прав соотечественников (русских и русскоязычных) в странах нового зарубежья. При этом, все привлеченные к ответственности были уже членами других партий и организаций, например, КПРФ (как Андрей Никифоров), или широкой оппозиционной коалиции «Другая Россия». Многочисленные подсудимые утверждали, что они являются просто сторонниками доктрины «национал-большевизм», созданной в 20-х годах русским философом Николаем Устряловым. Эта доктрина предлагала реформирование советского коммунизма и никогда не была признана экстремистской.

Другой необоснованного запрещенной организацией является «российская секция» сетевой партии «Хизбут-тахрир аль-Ислами». Российские ячейки этой структуры, очевидно, не имеют никакой организационной связи ни с партией, созданной в 1943 году в арабском мире, ни с одноименными организациями в Узбекистане и других странах мусульманского мира. Однако большое количество мусульман в России осуждены только за причастность к «Хизбут-тахрир». Необходимо отметить, что призыв к мирному созданию единого наднационального исламского государства должен уважаться в той же мере, как уважается официальная позиция Русской Православной церкви о преимуществе самодержавно-монархического строя над республиканским.

Еще одним вызывающим примером преследований за религиозное инакомыслие является уголовное преследование в Тамбове «Свидетелей Иеговы» за разжигание религиозной вражды - их обвинили в том, что они в своих брошюрах поставили под сомнение христианскую Троицу и другие догматы христианства.

Европейский Суд по правам человека специально неоднократно указывал на допустимость резкой, даже провокационной критики политиков и государственных деятелей. Именно из этого исходил суд, отклонив иск внука Сталина - Евгения Джугашвили к «Новой газете» и Обществу «Мемориал». Очевидно, что данная норма включает возможность резкой критики существующего государственного устройства.

Обратное было бы возвращением к законодательству тоталитарных режимов, карающий за критику режима и существующих порядков как за опасное уголовное преступление.

Сравним, как эти проблемы были решены в Германии.

Ст.131. Уголовного кодекса Федеративной Республики Германии:

«Изображение насилия; разжигание расовой ненависти.

1. Наказанию подлежат попытки публикаций, разжигающих расовую ненависть или изображающих чудовищные или иные бесчеловечные злодеяния против людей, в виде рисунков, которые выражают восхваление или преуменьшение таких злодеяний, или изображают злодеяния и бесчеловечное прошлое в оскорбительной для человеческого достоинства форме. Лица, которые эти публикации

а) распространяют,

б) публично выставляют, вывешивают, демонстрируют или иным способом делают доступными,

в) предлагают, предоставляют или делают их доступными лицам до 18 лет или

г) изготовляют, пересылают, поставляют, складируют, предлагают, извещают, рекламируют, ввозят на территорию действия этого закона или с тем, чтобы такие материалы или из них изготовленные вещи использовать или помочь другим использовать их в целях, указанных в пунктах а) - в),

- подлежат наказанию лишением свободы до 1 года или денежным штрафом.

2. Так же подлежат наказанию лица, распространяющие по радио изложенные в абзаце 1 сведения.

3. Положение абзацев 1 и 2 не действуют, если распространение сведений служит освещению исторических событий.

Этот важный момент также особо закреплён в ст. 86. УК ФРГ:

Распространение пропагандистских материалов антиконституционных организаций.

1. Тот, кто на территории действия этого закона распространяет или изготовляет для распространения на этой территории, складирует или ввозит на эту территорию пропагандистские материалы

а) партии, объявленной антиконституционной Федеральным конституционным судом, или партии или объединения, в отношении которых неоспоримо установлено, что они становятся эрзацорганизацией такой партии,

б) объединение, которое неоспоримо запрещено, поскольку оно выступает против конституционного строя или против строя или против идеи взаимопонимания народов, или в отношении которого неоспоримо установлено, что оно является эрзацорганизацией такого запрещенного объединения,

в) правительства, объединения, учреждения, находящиеся за пределами действия данного закона, которые действуют в интересах указанных в пунктах а) и б) партий и объединений, или

г) пропагандистские средства (материалы), которые по своему содержанию предназначены продолжать осуществлять устремления бывшей национал-социалистической организации

- подлежит наказанию лишением свободы до 3 лет или денежным штрафом».

2. Пропагандистскими материалами в смысле абзаца 1 считаются только такие публикации, содержание которых направлено против свободного демократического строя или идеи взаимопонимания народов.

3. Абзац 1 не действует, если пропагандистские материалы или действия служат цели просвещения граждан, искусству или науке, исследованиям или преподаванию, ознакомлению с событиями прошлого или с историей или предпринимаются в аналогичных целях.

Среди выходов, путем эволюции - инициировать внесение изменения в ч. 1 ст. 282 УК РФ или содействовать принятию Пленумом Верховного Суда России постановления по делам, связанным с применением антиэкстремистского законодательства.

Формулировка «принадлежность к какой-либо социальной группе» могла быть заменена на «по признакам имущественного положения, половой принадлежности, социального статуса, социального происхождения, законных политических или философских убеждений» или была бы разъяснена подобным образом для правоохранительных или правоприменительных органов Верховным Судом.

Необходимо также точно и конкретно определить, что именно может рассматриваться как призывы к свержению законной власти. Важно однозначно определить, что подобные призывы могут быть составом преступления, только в том случае, если они носят прямой и однозначный характер и были рассчитаны на реализацию (т.е. были обращены к вооруженным сторонникам или значительной группе, явно готовой на насильственные действия), а не быть просто высказываниям в дискуссии в Интернете, высказываниям на пикете или мирном митинге, т.е. там, где отсутствует субъективный состав деяния, поскольку явно не могли наступить реальные последствия призыва.

Автор-ответственный секретарь Общественного Экспертного Совета ООД «За права человека»

То, что понимал король Джон и не понял Зорькин
 

https://forum-msk.org/material/politic/2957531.html

Опубликовано 20.04.2010

800 лет напрасно, или две юридические цитаты

19 апреля 2010 года Конституционный Суд РФ провозгласил постановление по делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части второй статьи 30 и части второй статьи 325 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее - УПК).

Поводом к рассмотрению дела послужили запрос Свердловского областного суда и жалобы граждан Файзулина Ф.Р., Кудаева Р.В., Шаваева А.И., Хасанова А.Д., Зайнагутдинова Р.Р.

Слушания по делу состоялись 2 марта 2010 года.

... Позиция Суда

Конституция РФ (статья 20) гарантирует гражданам право на рассмотрение их дел судом с участием присяжных заседателей (далее - на суд присяжных) не во всех случаях, а только при рассмотрении дел об особо тяжких преступлениях... ...Таким образом, согласно Конституции, право на суд присяжных не входит в число основных прав, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения, таких, как право на независимый и беспристрастный суд или презумпцию невиновности.... ....При таких обстоятельствах федеральный законодатель вправе вывести названные составы преступлений из-под юрисдикции суда присяжных, если только это необходимо для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов граждан.

При ограничении прав граждан, в данном случае - права на суд присяжных, государство должно использовать не чрезмерные, а только необходимые и строго обусловленные этими целями меры...".

«Прайм-ТАСС»

Верните выборы народу
 

http://www.kasparov.ru.3s3s.org/mate...=49887513ED2D1
13-05-2010 (14:26)

Парламент еще станет надеждой России

20 лет назад, 16 мая 1990 года, произошло, не побоюсь этого слова, грандиозное событие в современной российской истории. Впервые после разгона Всероссийского учредительного собрания большевиками 19 января 1918 года собрался демократически избранный на многопартийной основе парламент. Несмотря на свой формально советский статус и неуклюжую конструкцию — Съезд и двухпалатный Верховный Совет РСФСР, — по своей структуре, объему полномочий и настрою большинства депутатов он, как никогда за всю послеоктябрьскую историю России, имел наибольшее количество признаков полноценного парламента. Более того, тогда Россия была парламентской республикой, поскольку главой государства был не президент, а спикер.

Это событие стало одной из кульминационных точек в поступательном развитии мирной российской демократической революции.

Именно наличие в России парламента, воспринимаемого обществом как высший и безусловно легитимный центр власти, остановило реакцию в марте 1991 года, когда в центр столицы были введены войска, и в августе 1991 года. И именно то, что сторонники демократических реформ опирались на парламент, способствовало ненасильственному и эволюционному характеру изменений в 1990-1991 годах.

Не хочу начинать дискуссию о дальнейших событиях. История учит, как быстро "устаревает" парламент, избранный во время революционного подъема, и как опасна эйфория от возможности, например, легко менять Конституцию. Возможно, надо было уже весной 1992 года провести новые парламентские выборы или, как предлагало движение "Демократическая Россия", выборы в учредительное собрание. Ведь все сочли естественным, что избранный в обстановке правового хаоса и горячке кризиса осени 1993 года парламент был наделен полномочиями сроком лишь на два года. Хотя во вновь созданной Госдуме было очень много ярких и сильных депутатов. Наверное, с профессиональной точки зрения это был лучший состав парламента России.

Если вернуться к законотворчеству Верховного Совета, то можно говорить со всей определенностью, что законы 1990-1992 годов и часть законов 1993 года (например, об отмене прописки) были в значительной степени направлены на защиту граждан и гражданского общества от государства, на сдерживание естественного стремления для власти, особенно для силовиков, всеми путями и способами ограничивать права и свободы. Сужу по своей правозащитной практике — удобнее всего находить основания для защиты прав в первых российских законах. Чем новее закон, тем больше в нем ловушек.

Демократический парламент — икона гражданского общества.

Разложение гражданского общества немедленно сказывается на парламенте.

Дальше включается механизм обратной связи: чем ниже престиж парламента, тем грязнее в нем нравы (отклонить дельный законопроект другой фракции, а затем после стилистической правки предложить как свой — это уже в порядке вещей), тем ниже уровень кадров, набиваемых в списки…

Да, 20 лет назад не было столь развитого гражданского общества, но это компенсировалось мощным эмоциональным подъемом, надеждами, впечатлением, что таланты вновь востребованы. Убежден, что новый общественный подъем, новый порыв к демократии и верховенству права вернет веру в парламентаризм и что честно и свободно избранный парламент России не только снова станет "местом для дискуссий", но и окажется центром политической жизни.

В 1989-1990 годы советское общество было разложено застоем, разочаровано провалами "верхушечной перестройки", расколото сверху донизу идеологическими спорами. Из этой социальной магмы стали выделяться протопартии с привычными для западного уха брендами. Но этот пусть общественной самоорганизации оказался тупиковым. Реальными массовыми организациями стали широкие объединения гражданских активистов, выросшие вокруг множества групп, основанных на защите или отстаивании достаточно частных тем или в поддержку конкретных кандидатов на выборах на Съезд СССР. Очень многое дала пресса, которая тогда, в том или ином виде, выступала в поддержку демократических реформ.

Как мы помним, с весны 1988 года появилась такая форма широкого коалиционного в своей основе объединения, как народные фронты. В республиках консолидирующим признаком был национальный антиимперский фактор, к нему уже добавлялись проблемы экологии, защита памятников культуры, память о репрессиях, борьба с коррупцией и бюрократией. В России уникальным центром общественной кристаллизации служили такие новые формы гражданской активности, как клубы избирателей. И так из разобщенного, казалось, безнадежно разложенного и развращенного коммунистическим тоталитаризмом, с его всепроникающими страхом и ложью, социума стало стремительно вырастать гражданское общество. Потом произошло объединение кандидатов демократической ориентации и их групп поддержки в коалицию "Демократическая Россия", выигравшую февральские выборы 1990 года.

Сейчас наше общественно-государственное устройство быстро превращается в партийно-правительственное. Вновь заметную политическую роль стало играть правительство, опирающееся на парламентское большинство. Именно партия-победитель получила право выдвигать кандидатов на пост глав субъектов Федерации. Общенациональные выборы стали только списочными, та же тенденция на региональном и местном уровнях. Единственным конституционным источником власти, по сути, оказалась партия, список которой на выборах получил (или ему записали) большинство голосов.

Причем очень важны были поправки в Конституцию об увеличении срока полномочий депутатов и президента России на год. Наша практика показывает, что как раз за пять лет доминирования в парламенте правящая партия успевает завершить превращение в "партию власти" — неконтролируемого обществом политического монополиста. Точно так же за шесть лет президент успевает аппаратными методами создать свою собственную партию.

И пусть "Единая Россия" особо не обольщается — за прошедшие 20 лет мы видели, как уже несколько раз теряли своей эксклюзивный статус партии, еще недавно считавшиеся несомненными "партиями власти".

Мне не нравится система доминирования сугубо списочно-партийных выборов. Это и в странах с сильными демократическими традициями ведет к бюрократизации и политической коррупции, что уж говорить о России. Мы прошли через горнило настоящей публичной политической борьбы, мы умели сами объединять вокруг себя коалиции гражданских и политических сил. Так воспитывались настоящие лидеры гражданского общества. А система партийных выборов, напротив, формирует тип политика-клерка, послушной и безликой детали партийной машины. Да, сильный демагог или влиятельный магнат могут одолеть на выборах, используя и недостойные приемы. Но в мажоритарной системе их удел — одно место. Никакие "паровозы", втаскивающие вереницы представителей новой политической номенклатуры, в такой ситуации невозможны.

Убежден, что, когда в нашу страну вернуться реально конкурентные свободные выборы, они будут проходить преимущественно по мажоритарному принципу, а право на выдвижение кандидатов и на участие в выборах будет возращено общественным организациям.

На пятом съезде Общероссийского общественного движения "За права человека" в декабре 2009 года мы жарче всего спорили именно о формах будущей политической системы. Результатом этого стало принятие резолюции "Верните выборы народу! Модернизация России должна начаться с политических реформ", которая впоследствии активно обсуждалась. В январе 2010 года эту резолюцию поддержало бюро федерального политсовета движения "Солидарность", а в апреле 2010 года — конституционная комиссия Национальной ассамблеи.

В итоговой части резолюции отмечается, что "мы предлагаем сделать первые шаги по возвращению к демократии, начать подлинную политическую модернизацию нашей страны. Для этого... провести законодательную реформу под лозунгом "Верните выборы народу!", которая, по нашему мнению, создаст необходимые условия для реализации конституционных прав граждан России на народовластие, на их непосредственное участие в управлении страной, на формирование демократических органов власти.

1. Члены обеих палат Парламента и все главы органов местного самоуправления и администраций субъектов Федерации должны избираться населением.

2. Гражданам должно быть возвращено право на самовыдвижение на выборах в Государственную Думу (возвращение выборов по мажоритарным округам), право голосовать против всех, должен быть восстановлен барьер явки. Голосование по мажоритарным округам должно проходить при выборах всех уровней и формировать не менее половины всех мест в органах представительной власти.

3. Политические и общественные организации должны быть избавлены от унизительного контроля и дискриминации, они должны получить право на равное и свободное участие в выборах Партии и общественные организации должны получить право создавать предвыборные блоки и коалиции. Участие общественных и политических организаций в выборах должно определяться формой их регистрации: общенациональные — по всей территории страны, межрегиональные и региональные — на территории действия их уставов. Должен быть введен фактически уведомительный характер регистрации политических партий, при численности порядка 3000 человек для общенациональных организаций; возвращено право создавать региональные партии. Барьер для прохождения партий и их блоков в парламент при выборах по пропорциональной системе должен обеспечивать прохождение в органы представительной власти по крайней мере одного депутата.

4. Центральная избирательная комиссия РФ в ее нынешнем составе, по мнению многих ставшая главной причиной фальсификации выборов, должна быть распущена. Избирательные комиссии всех уровней должны быть абсолютно независимыми и создаваться лишь на период выборов, полноправный доступ к их работе и к собранным ими данным (кроме специально охраняемых законом) должен быть обеспечен всем участникам выборов, а также общественным объединениям, в том числе не участвующим в выборах. Все общественные объединения должны иметь право направлять своего наблюдателя в день голосования.

5. Срок полномочий главы государства, глав исполнительной власти и местного самоуправления, срок полномочий депутатов всех уровней не должен превышать четырех лет.

6. Властями должно быть запрещено осуществлять какую-либо пропаганду внутри страны. Общественные СМИ и СМИ, которые в интересах общества получают бюджетную поддержку, должны быть защищены от вмешательства органов и учреждений власти в редакционную политику. С этой целью органам власти всех уровней должно быть запрещено владеть или выступать в качестве учредителей общественно-политических СМИ. Органы власти могут учреждать только СМИ и формировать теле- и радиопрограммы, посвященные исключительно публикации нормативных актов, их проектов с разъясняющими комментариями, содержательных дискуссий по проектам".

«Прайм-ТАСС»

Кремлю предлагается проследовать за Российской империей и КПСС
 

https://forum-msk.org/material/power/3185251.html
Опубликовано 20.05.2010


Слепые поводыри слепцов

(Матф:15, 12-19)

Изучение ответа (http://www.zaprava.ru/images/stories/doc/Grinj.pdf) Генеральной прокуратуры о том, кого тамошние аналитики считают пособниками террористов уже вызвало бурю возмущения. У меня чтение этого текста и выступление инициатора запроса, знатного "выхохолевца"* депутата Багдасарова, вызвало приступ мистического ужаса. Проблема не в том, что дородный депутат, заметно искренне волнуясь, честно давал понять что для него и боевики-исламисты, и "несогласные" одинаково опасны ибо - "раскачивают лодку", пугая и пугаясь тени большевиков (вот было их весной 1917-го всего 25 тысяч, а чего понатворили...), и не в том, что правоохранители, не дрогнув, причислили легальную либеральную и леводемократическую оппозицию к одному сонму "полчищ сатаны" (вместе с таинственным и ужасным пантюркизмом). В этом смысле прокурорские аналитики просто показали свое ментальное единство с депутатом - все, что радикальное, всё - подрывное.

Когда мне пришлось поучаствовать в полемике об экстремизме (в частности http://vestnikcivitas.ru/pbls/1031), я указал, что нынешние российские власти смешали политологическое определение "экстремизма" с юридическим, объединив (подобно дохрущевской советской власти) все мыслимые и немыслимые виды оппозиционности - от участия в белогвардейском подполье до публичной критики экономической политики тов. Рыкова - в одну безразмерную категорию "контрреволюция".

Критики ответа из прокуратуры даже потревожили (а может, напротив, временно освободили из котла с кипящей серой) тень генпрокурора Вышинского (http://www.yabloko.ru/news/2010/05/19). Чтобы завершить топтание на этом месте, отмечу, что дело не в титанических усилиях печальной памяти "Андрея Ягуарьевича", но в мудром подходе его руководителя к формированию нужных обвинений.

Ведь это вовсе не Вышинский, с учетом биографии** готовый на всё, придумал обвинить в декабре 1934 года, после убийства Кирова, давно опальных, и даже уже как бы прощенных Зиновьева и Каменева в «моральном и политическом вдохновлении террора»... А сегодня мы видим, что судя по извилистому ходу мысли, наша юстиция по прежнему готова на всё, и, как только будет убран сдерживающий её барьер, будет готова провернуть и изящно обосновать любые политические преследования.

Но не это повергло меня в мистический ужас, но чётко осознание того, что аналитики Генпрокуратуры абсолютно не понимают причин ни исламистского, ни расистского терроризма, угрозам которого они уделяют столько внимания.

Необходимо выделить ещё одну очевидную нелепость аналитической справки, отправленной в Госдуму. Говоря, о русском (радикальный этнический национализм или расизм всегда имеют очень конкретную этническую или расовую привязку) нацистском террористическом подполье, аналитики Генпрокуратуры применили термин «русизм». Однако, этот термин вовсе не означает радикальной русской идеологии (если не иметь в виду самоназвание идеологии шутовской «Русской республики»). Термином «русизм» сторонники Доку Умарова и другие чеченские радикалы называют агрессивную имперскую шовинистическую и репрессивную политику России, вкладывают в это понятие тот же смысл, который 100 лет назад в России вкладывали в понятия «черносотенство», «истино-русские люди», «погромная политика»... Это показывает всю степень эрудиции государственных антиэкстремистских аналитиков.

Главное, что упустили аналитики - это причину исламистского радикализма, вплоть до создания вооружённого подполья (как человек, пусть поверхностно, но знакомый с международным правом я категорически отказываюсь называть «терроризмом» нападения на силовиков), в России. Этот радикализм, действительно, можно считать очередной «аватарой» большевизма. Но его корни - в народном антикоррупционном движении. В условиях, когда у гражданского общества нет политических механизмов влиять на власть, а общество ощущает вопиющую несправедливость существующего порядка, некоторая часть протестующих объективно выбирает путь силовой революционной борьбы.

Дело не в идеологии, идеология в данном случае знак, семантический маркер, помогающий отличить своих от чужих. Был марксизм или народничество, стал «исламизм». Зачем-то прокурорские спецы впутали пантюркизм и этнический сепаратизм. Для Кремля этнический сепаратизм на Кавказе - счастливый вчерашний день, когда еще можно было откупится признанием формального или фактического суверенитета национальной государственности. Современная кавказская герилья - это религиозно мотивированный интернационализм, подобно большевизму, помогающий перешагнуть старательно культивируемую этнокультурную мозаичность региона. Яростный антинационализм принес большевикам победу на Кавказе, истерзанном повальной межнациональной резней 1905-21 годов.

«Зеркальной» является и причина «русского» расистского радикализма. Молодежь (и не молодежь), радикально отвергающая существующий авторитарный и коррумпированный порядок, готова радикально бороться... Но она не готова честно (перед самим собой) проанализировать причины своего (и общего) бедственного положения. Даже в мыслях опасаясь выступить против режима, против возникшего неофеодально-сословного строя, они срывают свою фрустрацию на тех, кто еще бесправнее их - на мигрантах, на инородцах... Другие, выступая против полицейского олигархического государства, не готовы признать исторических корней отечественного деспотизма, и самообманывают себя, полагая что причина бедствий - в инородческом («сионо-масонском») захвате «изначально благой по своей природе» государственности. Такая психологическая полутрусость... Собственно говоря, и такого понимания причин «русского» расизма нет у казенных борцов с экстремизмом.

В результате единственный рецепт, которые они могут предложить властям - это полицейская борьба с давно уже неактуальным сепаратизмом, с «западным пониманием демократии», с мифическим пантюркизмом и с работами исламских теоретиков. То есть они предлагают Кремлю еще раз проделать тот путь, которым шли исторические лузеры - царизм 100 лет назад и КПСС - 30 лет назад. Путь к развалу и краху презираемой или ненавидимой государственности, путь огульных репрессий, прямо провоцирующих общество на насилие.

* Даже иронически именовать "справороссов" именем героической партии эсеров такое же кощунство как именовать "птенцов загаженного гнезда Суркова" точно так же, как и краснодонских подпольщиков.

** Бывший следователь прокуратуры Временного правительства социал-демократ Вышинский, прославился тем, что в июле 1917 г. выдал ордер на арест гражданина Ульянова В.И. (состав деяний по нынешнему: госизмена в форме шпионажа и попытка насильственного изменения конституционного строя).

Наноюстиция
 

https://grani-ru-org.appspot.com/use...es/1.html.html
21.05.2010

Если бы я был ярким писателем, автором политического триллера под запоминающимся названием вроде «Кровавый меморандум»*, я бы со смаком описал, как где-то в начале этой недели члены коллегии по уголовным делам Мосгорштампа (две корпулентные дамочки, одна, постарше, с буклями, и пожилой благородный джентльмен с рассеянным взглядом) в беззвучной истерике нарезают круги вокруг начальственного кабинета. А их начальница в панике названивает тезке сталинского наркома иностранных дел, но ее соединяют только с замами. А замы намеков не понимают и указать, следует ли рассматривать жалобу Ходорковского, руководствуясь «верховенством права», либо напротив, исходя только из «независимости суда», отказываются. А сам тезка партнера Риббентропа по вертушке набирает главу администрации, но его соединяют только с покровителем молодежки, а тот сидит у себя, как забытая клизма, и вдумчиво изучает инновационный проект по борьбе с фальсификацией истории - расшить георгиевскими ленточками купальники для селигерских радений... А глава администрации с особо приближенными уже много часов сидят в ситуационной комнате, и думают тяжкую государственную думу. А в своем просторном кабинете потеет от волнения так, что голубой мундир на глазах становится черным, как у Штирлица, генерал всех прокуроров. Перед ним на столе две папки, красная и синяя. В одной постановление о возбуждении уголовного дела за духовное подстрекательство к терроризму в отношении адвокатов и правозащитников. В другой постановление о возбуждении уголовного дела за превышение должностных полномочий и хищение в особо крупном размере в отношении бывшего нацлидера и его охвостья... Ждет. Решается судьба России...

* Лет 10 назад, собирая с супругой грибы в подмосковном Тучкове, мы сочиняли сюжет пародийного триллера под таким названием. Пиши, пиши – перо у тебя бойкое, ты все интриги понимаешь, с издателями я дружу, напечатаем, разбогатеем… Но не вытянул… Еще через несколько лет, когда по книжным развалам, подобно метеору, промчался триллер двух бывших банкиров, живописующих гору трупов вокруг меморандума Путину, я понял, что жизнь опережает самую чудовищную пародию.

Аватара американской мечты
 

https://forum-msk.org/material/society/3278626.html

Опубликовано 01.06.2010

Поскольку я только вечером в пятницу (28 мая) я посмотрел «Аватар», то заранее извинюсь, что так поздно откликнулся на дискуссию по поводу сего фильма. Посмотрев же фильм, я еще раз укрепился в мысли, что рецензентам верить нельзя.

Но начав их разнос, я заранее выскажу основное мнение - шедевр Джеймса Камерона «Аватар» - наилучшая, со времен экранизации «Агента ОО7», глобальная идеологическая диверсия американской цивилизации.

Весь сгорающий от антиамериканизма мир, роняя слюни, посмотрел «Аватара», как ему показалось, насладился поражением американской военщины. На самом деле, он насладился только виртуальным крахом топорной стратегии неоконов Буша.

Как известно, звезды Голливуда сделали для свержения неоконов больше всех аль-Кайед и Талибанов вместе взятых. Для неамериканцев, особенно для страдающих антиамериканизмом в острой форме, трудно понять, что США - это особая цивилизация, дочерняя от западноевропейской цивилизации.

Как в каждой цивилизации, в американской ней есть две вечно соперничающие социокультурные традиции (в терминах Ленина - в каждой культуре есть две культуры).

Так вот, фильм Камерона внес огромный вклад в пропаганду альтернативной американской традиции - либерально-революционной. Он насаждает ценности либеральных революций 18-19 веков в социумах, глубоко враждебных идеям либерализма, основанным на идолоборческих и тираноборческих библейских ценностях (пророки и раннее христианство). Фильм Камерона пропагандирует на весь «крещенный» (а еще важнее - «некрещеный») мир простую истину - ценности свободы, справедливости и солидарности абсолютно приоритетны по сравнению с национальными, государственными и цивилизационными интересами.

Трудно придумать идею, более подрывную для обитателей Китая, Ирана... да и современной России.

Строго говоря, с российской точки зрения герой Камерона - генерал Власов: переход на сторону врага, убивающего твоих товарищей; более того, объединение единомышленников-предателей, а затем и создание целой армии для разгрома свой страны.

Тем более что как выясняется из фильма, земная цивилизация в глубоком экологическом кризисе - она уже лишена растительности, и антигравитационный минерал с Пандоры для неё - это единственный шанс хоть как-то улучшить жизнь на переполненной и страдающей Земле. Еще более точная аналогия: представим, агенты российских спецслужб, внедренные в структуры Доку Умарова, осознают справедливость борьбы народов Кавказа с российским империализмом, и, насмотревшись на кадыровские и прочие зачистки, не просто объединяют исламистское подполье, но и организуют грандиозную диверсию - уничтожают основные экспортные нефте- и газопроводы, лишают Россию многомиллиардных потоков углеводородных доходов. Дескать, живите, бедно, но честно. Назовите мысленно Аватаром Саида Бурятского. Или, хотя бы, Александра Литвиненко. И уж точно - полковника Пеньковского.

Сотни рецензентов «Аватара» помянули «Покахонтас». Несколько - вспомнили рыцарей, объединявших армии простолюдинов во время средневековых крестьянских войн. Кажется, ни один не вспомнил Джона Брауна, поднявшего восстание белых аболиционистов, с целью создания «Свободной горной республики» (так сказать, «Особый Район Америки») - для вооруженной борьбы с рабовладельцами. Никто не вспомнил и главного культового героя современного Запада - Че Гевару.

Глубоко неправы те, кто считал, что «Аватар» вступается за традиционное племя, с его жестокими законами. Нет, «Нави» - это не измученные неоколониализмом туземцы, но лесные эльфы - трогательно заботящиеся за обитателями леса, впадающие в медитативное общение с Деревом-богиней. «Нави» прямо перенесены из мира Толкина, из Золотого Леса Лориэна... И герои Камерона, как и подобает подлинным англосаксам, горой встают за героев Средиземья... В таком ракурсе земляне-десантники и их управляемые боевые роботы - это «аватары» орков и гоблинов, а безногий герой, разумеется, храбрый полурослик-хоббит. Тем более что синехвостые эльфы трогательно привержены современным экологическим теориям и жалеют даже местных хищников. Вы представляете индейцев из вырубаемых бразильских лесов или иракских суннитов, оплакивающих убитых шакалов?...

И, разумеется, вовсе не любовная линия ведёт Аватара к измене родной армии (тоже мне, Андрей Тарасович и прекрасная панночка). Ведь на сторону трехметровых эльфов выступает сразу несколько землян - ученых из спецлаборатории и морпехов (так сказать, единство народной интеллигенции и народа), совершенно равнодушных к прелестям туземных синеухих джамблей.

Но рецензентам было важно подчеркнуть лирическую линию измены, плюс, естественно, сентиментальные переживания от гибели взорванного ракетами безжалостных морпехов супердерева, а не политико-идеологическую причину перехода землян на сторону актуального противника. Ибо современным рецензентам идея праведности восстания «за нашу и вашу свободу» глубоко чужда.

Очень важно подчеркнуть, что победа над землянами одержана благодаря не военным, но политическим усилиям Аватара. Как известно, первую самоубийственную атаку Нави на десант, им организованную и столь напоминающую хрестоматийную атаку драгун на танки, морпехи быстро выкосили пулеметами и ракетами.

Победа пришла только тогда, когда Дерево-богиня натравила на армию всю живность Пандоры (у Стругацких - это знаменитая на весь космос охотничья планета чудовищ*). Таким образом, землян победила природа, направленная местным божеством - сплошь 10 казней египетских. И, как положено, армия беспощадного фараона сгинула под толщей, нет, не вод Моря Тростникового, но стад обезумевших тахоргов. Моисей, спасающий эльфов - вот грандиозное символическое соединение духовного старта и финиша западной цивилизации.

Спасительное выступление Дерева-богини (о, триумф политкорректности - женщина-Иегова) оказалось бы невозможно без совместной молитвы всех 15 племен (колен) народа Нави. Именно совместная молитва и потом яростный бой людей и зверей в одном строю открывают Пандоре путь к спасению.

Но объединение колен Нави мог осуществить только Аватар, ибо он чужак. Ни один из племенных вождей Нави не мог стать объединителем, поскольку по представлениям (очень хочется сказать по понятиям) архаического общества, тогда его клан становится самым главным, что совсем не устраивает остальные кланы. Но американские морпехи-дезертиры уже находятся на совсем ином, национальном, а не кланово-племенном уровне. Для них идея национального единства, отменяющего «племенной плюрализм» (иначе, феодальную раздробленность), понятна и самоочевидна. Не устаревшую военную тактику массированного наступления «волнами» принес Аватар навитянам, но инновационную идею национального единства.

* Сцены истребления чудовищ-тахоргов, которые Мак Сим «прокручивает» контрразведчикам при ментоскопии (для демонстрации собственной крутизны) - как раз с Пандоры.

Это именно юный Максим Камарер, сперва оттягивается, истребляя животный мир Планеты синехвостых эльфов (помните, как в «Попытке к бегству» Стругацких юный «структуральнейший лингвист» мечтает об охотничьем туре на Пандору, ради удовольствия швырнуть в соперника черепом им убитого тахорга), а потом, продолжая лечить свой комсомольский сплин, бросается открывать и освобождать иные цивилизации.

Никто не хотел восставать
 

http://www.kasparov.ru.3s3s.org/mate...=49887513ED2D1

03-06-2010 (18:23)

Оппозиция отчаянно пытается предотвратить революцию

Раздраженные слова Дмитрия Медведева на встрече с членами его Совета по гражданскому обществу и правам человека насчет повтора 1917 года (который наступит, если слишком критиковать разложение судебной системы) вспомнились мне на фоне пропагандистского контрнаступления властей после "милицейской Цусимы" 31 мая.

Тема провоцирования "оранжевыми" революции раздувается вовсю. Причем логический мостик от "раскачивания лодки" правозащитниками до кровавой смуты перекидывается с пугающей глаз непринужденностью.

Лодка, понятное дело, — это галера, на которой уже скоро 11 лет как неусыпно гребет нацлидер, похороны политического трупа которого так торжественно состоялись в этот понедельник у стен зала Чайковского.

Под "17-м годом", естественно, подразумевают Октябрь, который, вслед за монархистами и Солженицыным, прямо выводят из Февраля. Дескать, только тронули священное здание государственности, как тут же буйная солдатня, революционная матросня, и пошли чекисты с комиссарами… Таким образом, 1917 встает как единый поток апокалиптических событий — от князя Львова до ВЧК и Троцкого.

То, что Октябрь-17 прямо вышел из Августа-17 — из идиотской авантюры Корнилова, накрученного правыми либералами, обычно забывают. В конце концов, 19 лет назад большинство своими глазами видело победившую революцию и убедилось, что никакого большевизма и якобинства за ней не последовало. Самое смешное, что обе политические силы, совместно организовавшее крах самодержавия, делали все, чтобы предотвратить революцию. Никто не хотел повторения кошмаров 1905-1906 годов: с пылающими имениями, погромами, принявшими уже характер этнических чисток, безумной национальной резней на Кавказе, непрерывными стачками и восстаниями солдат и моряков, пушечной пальбой по городу (Москве), тысячами жертв терактов и тысячами повешенных военно-полевыми судами… Прогрессивный блок, уговорив генералитет устранить Николая II, рассчитывал стремительным дворцовым переворотом сменить режим и тем самым выполнить все задачи либерального движения 1905-1906 годов. Социалистическая коалиция (социал-демократы и эсеры) искренне полагали, что победа либералов даст им возможность осуществить свою программу исключительно мирно и эволюционно, в условиях демократической системы (как и учили их духовные вожди — социал-демократы Франции, Германии и Австрии).

"Темные силы", уговорившие царя на превентивный конституционный переворот — указ о роспуске Думы на неопределенный срок, — также стремились предотвратить революцию, которая для них была кошмарным видением Гучкова во главе всесильного правительства (пописывающего на тот момент в цюрихских читальнях антиплехановские передовицы эмигранта Ульянова они в таком качестве не представляли).

Итак, и будущие революционеры, и контрреволюционеры сперва делали все, чтобы Февраль 1917-го не перерос в Октябрь 1905-го, а затем, чтобы Февраль не докатился до 7 ноября. Как выяснилось впоследствии, каждый шаг царя приближал к власти его врагов: Гучкова и Милюкова. А каждый шаг победителей: Гучкова, Родзянко, Милюкова и Керенского, — приближал к власти их врагов: Ленина и Троцкого.

Сегодня, за исключением небольших ультрарадикальных групп, никто не призывает к революции, имея в виду свержения режима путем насилия или массовых акций гражданского неповиновения.

Не только вся палитра официально допущенных партий горячо выступает против новой революции, ассоциируя ее только с кровью, смутой и прочим безобразием, на тех же благонамеренных позициях стоит и практически вся оппозиция. Не только официоз и горлопаны-главари из "антиоранжевых" запасников хором скандируют: "Революция, СТОП!" Оппозиция каждый свой призыв к демократизации сопровождает заклинаниями насчет того, что это будет единственной возможностью избежать новой революции…

Точно также в 1988-1989 годах любимым сюжетом перестроечной публицистики было угрожать власти (то есть Горбачеву) "русским бунтом, бессмысленным и беспощадным" в случае промедления с реформами или, тем более, в случае попытки реакционного отката. Попытка отката действительно спровоцировала революционные события 1989-1993 годов. Но с учетом опыта предыдущего революционного цикла для России, а также для большинства республик бывшего Союза, скажем честно, произошедшее было неимоверно "бархатным", и ни о каком "бунте" и речи не шло…

Как и осенью 1991-го, сегодня либеральные реформаторы больше всего опасаются взрывного народовластия — с чередующимися у власти неистовыми популистами и воплощением в жизнь архаических народных представлений о праве и справедливости. В этом у либеральных реформаторов полный консенсус с Кремлем. Но именно их кремлевские консервативные реформаторы травят особенно последовательно и упорно, во всеуслышание называя экстремистами и пособниками террористов. Ведь в стране, измученной терактами и расистскими нападениями, такие политические ярлыки носят особенно оскорбительный характер. В этом опять жестокая ирония истории. Гучков был един с Николаем Романовым в стремлении не допустить к власти "русских якобинцев", но царь видел главную угрозу якобинства только в Гучкове.

Но при всем при этом невозможно избавиться от впечатления, что страна неуклонно сползает к революции.

Идиотическое поведение правящих дуумвиров (мне лично больше нравится легкая перефразировка эллинского "диархи" — вместо "четверовластников"-тетрархов — сразу богатая ассоциация с царем Иродом II Антипой, убийцей Иоанна Крестителя), которые то дразнят общество надеждами на возвращение к осмысленной политике, то позволяют реализоваться самым драматическим вариантам событий, глумливое издевательство сравнительно мелких (бесов) чинов над законом и всеми приличиями, последовательное профанирование любых разрекламированных начинаний — все это создает характерную предреволюционную атмосферу всеобщего отвращения и презрения к власти, тяжелую, обморочно-душную, как перед сильнейшей грозой. Рьяный милицейский чин, устроивший показные избиения демонстрантов на Триумфальной и ему подобные бесы еще более мелкого калибра, издевавшиеся над схваченными на площади, сладострастно избивавшие их в автобусах и участках, явно не понимают, что именно они старательно приближают день, когда разъяренная толпа будет охотиться за всеми носителями милицейской формы. Так не понимал вполне ничтожный служака жандармский ротмистр Трещенков, который, отдав в апреле 1912 года приказ стрелять по бастующим работникам "Лензото" и их семьям, мирно несущим жалобы прокурору, бездумно похоронил все плоды "столыпинского успокоения" и обрек жандармов на линчевание в марте 1917-го.
Никакие уверения, что кризис побежден, что "жизнь налаживается", никакие доводы, что партия власти "рулит", поскольку получила "мандат народного доверия", ни какие орды публично совращенных студентов, всегда готовых сражаться роком с террором, не дают власти легитимности. Влекомая роком истории, она сама толкает себя к гибели, подобно царизму и КПСС. Российское общество так же стремится избавиться от тупого и циничного путинизма, как мечтают, наплевав на все приличия, сбросить пропотевшую вонючую рубашку.

Оппозиция раздроблена и дезорганизована, она хором, а главное искренне вопиет, что главная ее цель — избежать революционной смуты.

Придворные реформаторы изощряются в конструировании схем, позволяющих режиму стать эффективным, сохраняя свою политическую монополию. Протестующие группы искреннее считают, что они только — всего лишь! — требуют от власти соблюдать законы и идти навстречу интересам простых людей. Спецслужбы и спецполиттехнологи раз за разом разят оппозицию, уверяя, что только этим они спасают государственность от краха. Как все знакомо. 1902. 1912. 1916. 1988…

Реформаторы в правящей группе слишком слабы, чтобы проводить последовательные либеральные преобразования, но поэтапно дискредитируют своих реакционных оппонентов. Реакционеры слишком слабы, чтобы раздавить прогрессистов и выстроить целостную консервативно-романтическую модель, но регулярно опрокидывают все прогрессистские начинания. Оппозиционеры даже и не пытаются бороться за власть, но выстраивая альтернативную режиму героическую мифологию, они нарастающими темпами морально-психологически делегитимируют власть.

Режим, умея запугивать и подкупать, совершенно не готов к созданию массовой базы на основе подлинной общественной поддержки, которая до последних дней была даже у Горбачева и даже у царя.

У истеблишмента в глазах очевидный животный страх перед новым 7 ноября 1917-го. Либеральная оппозиция не в меньшей степени охвачена паническим ожиданием нового 30 января 1933 года. По этой причине и те и те бояться слепой ярости простого народа. Однако, обоюдно прижатые оппонентом к стенке, и режим, и реформаторы, буквально спасая свою шкуру, обречены искать союза с массовыми популистскими движениями. Если реакционные фракции партии власти окажутся в этом успешней, то мы получим массовое фашизоидное движение, объективно смертельно опасное правящим технократам. Если либералы "успеют первыми" (как им это уже удалось в 1905, 1917 и 1989 годах), Россия увидит новое массовое революционно-демократическое движение.

А пока протестующий народ все чаще выходит на улицу, искренне считая, что он не экстремист и не "прозападный правозащитник", но, напротив (и это дает ему необычайную психологическую устойчивость), горой стоит за государство, только считает, что оно должно быть добрым и справедливым.

Бог весть, когда все эти элементы сольются в одну критическую массу.

Главное не то, когда локомотив российской истории придет на станцию "Революция", главное, что он едет к ней, размеренно перестукивая колесами, и с рельсов не сойдет. Только под откос...

Измена
 

09.06.2010

И не бойтесь убивающих тело, душу же не могущих убить.
(Мф. 10:28)
Почему статусные либералы всегда предают народные движения? Ровно по той же причине, почему правители-реформаторы всегда предают своих сподвижников – это их единственная надежная политическая валюта.

Когда царя (генсека, президента)-реформатора обступают консервативные элиты, он, тщась выиграть время для тактического маневра, кидает им одну за другой головы министров и советников. Когда режим сурово хмурит брови, статусные либералы старательно выстраиваются в очередь пинающих радикалов, чьи демократические лозунги они еще вчера столь дружно поддерживали в своих салонах. Таков неизбывный закон жанра в деспотиях, испытывающих давление со стороны поборников демократических перемен. Это я на тему атаки, начатой на умеренной либеральных ресурсах против «несогласных» и Стратегии-31.

В скобках отметим - в контраст и укоризну прогрессистам, – что правители консервативные и уж тем более реакционные всегда отвечают на верность придворных надежным покровительством, какие бы «шалости» те себе ни позволяли.

Когда сторонников организации и деятели соответствующего пошиба обзывают Эдуарда Лимонова и его сторонников фашистами и уподобляют их партию НСДАП, то первым импульсом приличного человека становится желание немедленно «записаться в фашисты» (или в «вольные каменщикиы», в общем, во что-нибудь ярко одиозное), невзирая даже на собственные антропологические недостатки, сему явно препятствующие. Эти патриотические петушки после бойни 31 мая свое немедленно откудахтали, не забыв обрызгать пометом не только Людмилу Алексееву, но и уже Владимира Лукина. Ведь как говаривал свежеизбранный генсеком ЦК КПСС Юрий Андропов: у нас не должно быть зон, закрытых для критики, – от дворника до министра.

Но после ритуальной пальбы по «несогласным» мелких мортирок из ресурсов, скажем так, направления добровольно-жандармского внезапно в бой двинулась тяжелая артиллерия либеральной публицистики. Сперва пристрелка из малого калибра (гнойным шепотком опытных растлителей): уступите, умные всегда уступают, вы же умные, уступите – это так хорошо, вам самим понравиться...

Затем бубухают из главного калибра: "У несогласных нет общей развернутой конструктивной программы (можно подумать, она есть у кого-то, включая партию власти); один у них негатив, и нечего им нам сказать кроме свободы митингов... (обращаясь к невидимому собеседнику) а дадут им эту свободу – и что они скажут? - Да вы дайте! - Нет, шалишь, ты сначала предъяви нам то, что скажешь свободно, а потом мы решим – достоин ты этого требовать на митинге или так, перетопчешься". Типа, обоснуй, пацан свою правоту... Это как грантовая заявка – докажи нам свое право митинговать, программку свою разверни, план-график преодоления извечных проблем Руси нарисуй (раздел I. «Дороги», раздел II. «Дураки», далее по списку), или, уж, извини, Вася, гуляй себе spazieren, ешь опилки...

Ровно четверть века назад, как раз когда ссыльный Сахаров держал голодовку протеста в Горьком, "Комсомольская правда" печатала, что коварный академик хотел сделать себе личную атомную бомбу, завоевать мир и учредить мировое правительство. Так то «КП», она при всех режимах «КП». Зато «Литературка» Чаковского – она считается «авторитетной газетой советской интеллигенции» (так западные корреспонденты из Москвы пишут). И правда, бумага тонкая, мягкая, хорошо помнешь, и как раз для солидной и взвешенной интеллигентской позиции.

У каждого отечественного деспотизма свою «Литературная газета». 37 лет назад: все корчатся под сусловским агитпропом, кругом только «взвейся и развейся», а тут и за чистоту Байкала гневные статьи, и про современную фантастику критические обзоры, и про йогу, и про проблемы моногородов, и про подростковую преступность, и резкие выпады против зажравшихся чинуш, и никаких цитат из «дорогого Леонида Ильича»... Завоевали доверие интеллигенции и.. жах – ОТПОР ЛИТЕРАТУРНОМУ ВЛАСОВЦУ (про Солженицына из номера в номер – академики, ветераны заградотрядов, операторы машинного доения, олимпийцы, суровые фрезеровщики с нетрадиционной ориентацией*...). А потом, на тщательно унавоженной почве – Указ Президиума Верховного Совета СССР от 13 февраля 1974 **

Так сейчас и «Эхо Москвы» - кругом либерализм и плюрализм, Сталина ругаем, нацлидера не славим – копим заслуженный авторитет. А потом этим за долгие годы накопленным авторитетом – по коварным «несогласным» (которые сами не знают, чего хотят) да по наивным правозащитникам.

Предложение на год «заморозить» Триумфальную площадь радует своей новизной – раньше так грубо попрать закон люди, считающие себя интеллигентами, не предлагали (ну разве что в 1993-м, когда так просили Бориса Николаевича разогнать к чертям свинячьим этот Съезд и править державно и либерально). Но ведь это ничего не изменит: «Россия молодая» ведь еще 31 мая дала зуб на своем сайте, что поелику карательные органы в своем непростительном потакании конституционности не берутся пресечь «несогласных» (каковые суть фашисты), то они сами, как гражданское общество, берут на себя блокировать оную фашистскую угрозу, выходя на Триумфальную площадь по 31-м числам. Пусть по слову Венедиктова закроют Маяковку. Так бравые юные антифашистики точно также заблокируют под свое культурно-массовое донорское мероприятие и любую другую площадь, куда формально смогут подать «уведомление» Лимонов и Алексеева. Вы скажете, что тут им не позволят – дескать, Медведев наберет по внутреннему Суркова, тот соединится по АТС-2 с депутатом Мищенко и бросит – нишкни... Но почему тогда Суркову не позвонить своим подопечным уже сейчас и по поводу Триумфальной? Слухай сюда, брателло***, пусть на этот раз твои красные дьяволята сдают кал на анализ на другой площади, например, на Болотной, там хоть обкакайтесь все под музыку прямо на сцене...

Смысл Стратегии-31 простой – хотим реализовать свое конституционное право, нам гарантированное 31-й статьей Конституции: свободно выходить на демонстрацию куда и когда нам заблагорассудится.

Но тут начинаются намеки – а давайте хоть раз и не на Триумфальную. Ведь мы, дает понять власть, спокойно разрешаем оппозиции митинги на Триумфальной и Зюганову, и Касьянову, и Алексеевой – всем, но только не Лимонову. Глупые вы какие-то, надо ведь понимать: какие бы изменения в Уголовно-процессуальный кодекс ни вносились – Ходорковский и Лебедев при жизни Путина на свободу не выйдут. Как бы вы ни надрывались про закон и права человека, пока в стране царит путинизм, Лимонову никогда не разрешат провести митинг на Триумфальной.

Право умирает не когда его запрещают (тогда оно становится знаменем). Право умирает, когда из обязанности власти перед обществом оно становится подарком обществу от власти. И этот подарок еще надо выклянчивать: Пап, а пап, ну купи мороженое! – А ты уроки выучил?

Деспотизм – это всегда Ад. В нем может быть вполне сносный климат (хотя, по известной английской поговорке, климат там хуже, зато компания там куда интересней, чем в Раю). Но правит в Аду всегда Мефисто (ЛЖЕЦ, СОБЛАЗНИТЕЛЬ – на языке оригинала).

В Аду главное тотальная безнадежность, поэтому искусство политической технологии любого уважающего себя деспотизма – это исчерпывающе ясно дать понять подданным, что сами они ничего не могут добиться и борьба за свои права всегда кончится поражением.

И если врагов деспотизма не удается сокрушить лобовым ударом, важно всегда иметь желающих подкрасться сзади и ударить в спину. И этих желающих мудрый деспотизм заботливо выращивает и культивирует, даже позволяя им мелкие идеологические вольности.

В дантовских прозрениях в самом нижнем, девятом кругу Ада находятся те, кто предал доверившихся, - они вморожены в реку озеро Коцит... Мне бы очень не хотелось, чтобы история обрекла на ледяные могилы тех, кто сегодня с такой яростью подлости ударил в спину демократическому движению, ударил именно в тот момент, когда оно только-только воспряло после поражений последних полутора десятилетий и показало свою силу 31 мая на Триумфальной площади.

Но ведь главное не это. Главное то, что есть основания для оптимизма: суетливые измены попутчиков-прогрессистов – всегда надежный признак растущей силы оппозиции и паники в рядах охранителей. Не зря же они поминают через слово 1917 год и спешно наделяют госбезопасность все новыми правами.

Раз уж власти бросили в бой все свои полки, включая запасные, значит, почувствовали они неизбежность своего исторического поражения. А про предателей и дезертиров всегда лучше узнавать перед решающим боем, а не в его разгаре.

* Не ведают еще убогие, что и двадцати лет не пройдет, как станет Александр Исаевич живым классиком в школьной программе, а потом и улицу (Большую Коммунистическую!) в честь него переименуют, да и над Кремлем триколор поднимут – с золотым царским орлом.

** «Указом Президиума Верховного Совета СССР за систематическое совершение действий, несовместимых с принадлежностью к гражданству СССР и наносящих ущерб Союзу Советских Социалистических Республик, лишен гражданства СССР и 13 февраля 1974 года выдворен за пределы Советского Союза Солженицын А.И. Семья Солженицына сможет выехать к нему, как только сочтет необходимым».

*** Данный фрагмент намеренно стилизован под семилетней давности радиофельетоны из кремлевской жизни Максима Кононенко (серия Владимир Владимирович.ру).

В защиту андроидов
 

https://grani-ru-org.appspot.com/use...es/1.html.html
11.06.2010

Я предлагаю не только существенно расширить применение уголовной ответственности за жестокое обращение с животными*, но распространить защиту закона на андроидов**. Мне глубоко чужда возня с целью обязать депутатов просиживать на всех заседаниях Госдумы (называть ЭТО парламентом я, вслед за Коковцевым***, не могу) и лично голосовать. Ибо это чистое мучительство живых существ, которые хотят пить, писать и гулять. Не для того была «избрана» могучая фракция единорогов, чтобы преть в душном зале, а дабы не пускать в нижнюю палату разных популистов, леваков, праваков и прочих раскачивателей лодки. Вроде как, например, заполняют Триумфальную площадь велосипедистами или донорами.

При тотальном контроле в органе законодательной «власти» одной партии и доброй традиции ограничиваться лит– и юробработкой правительственных законопроектов (часто уж совсем несуразных в первоначальном виде) постоянное пребывание в нижней палате всего временного контингента единорогов (всех трехсот с лишним штыков и сабель демократии) полагаю обременительно избыточным. Тем более сейчас, когда установление поголовной пропорциональной системы на выборах стало уникальным катализатором политической коррупции и вообще разорвало остатнюю связь депутата с электоратом.

Поскольку сейчас начинает входить в моду внесение - разумеется, не корысти ради, но томко во имя во имя общественной стабильности - антиконституционных предложений, то для существенного сокращения бюджетных расходов и лучшего применения хороших специалистов в нормотворческой деятельности, я предлагаю «реорганизовать госдум».

И, исходя из хрестоматийного ленинского алгоритма «лучше меньше да лучше», сократить число депутатов нижней палаты в десять раз.

Тогда вместо трех рот единорогов, ежедневно оборяющих в честнОй схватке три жалких взвода оппозиции, мы будем иметь хорошо отлаженный орган, подобно Московской городской думе, радующий глаз своей компактностью и аккуратностью. Сразу освободим на пользу отечеству свыше 280 опытных единорогов, а заодно позволим 120 оппозиционерам посвятить себя политической, просветительской, научной и прочей общественно полезной деятельности.

Ибо зачем тратить 20 депутатоединиц, чтобы задавить в комитете или комиссии инициативу 10 оппозиционеров, коли общение в стиле: «ну, будем поддерживать проект, внесенный правительством России, или продолжим заниматься экстремизмом?» или «проектик ваш так, лажовый, никуда не годится, но вы его мне сбросьте на флэшку, то потом мы попробуем сделать из него что-нибудь путное» - можно вести и при соотношении два единорога на одного отщепенца. Все равно все глубоко демократически решает большинство.

Самоочевидно, что для внесения рационального зерна в законодательную деятельность достаточно и одного, максимум двоих оппозиционных спецов на думский комитет, но зато и с лихвой хватает пятерки боевых депутатоединиц - дабы не позволять превращать демократию в анархию и вседозволенность.

Поэтому не надо мучить андроидов беготней по залу с карточками: пусть спикер, как судья в фигурном катании, поднимет цифру 315, а другие вице-спикеры – свои цифры... И процедура заканчивается. Но, спросим себя, зачем тогда держать на обильном казенном коште 400 балластных депутатоединиц, разводить лоббизм и кулуарные интриги?

Как метко вскрыл четверть века назад народ сущность предыдущей модернизации: аппарат надо сократить, а змеевик удлинить.

Отпустите андроидов на волю!

* Например, уголовную ответственность за несвоевременный выгул и кормление домашних животных вследствие задержания милицией на несанкционированной демонстрации, разумеется, должны нести - как экстремисты - именно организаторы массовой акции.

** Вслед за Максимом Кононенко считаю «андроидами» всех роботоподобных дистанционно управляемых представителей депутатского корпуса.

*** 7 (20) мая 1908 года министр финансов Коковцев, ставший после убийства в 1911 году Петра Аркадьевича Столыпина премьер-министром, на заседании Государственной думы в полемическом задоре бросил кадету Милюкову моментально ставшую знаменитой фразу: «У нас парламента, слава Богу, еще нет».


Каждый разгон "несогласных", начиная с апреля 2007 года — как бесконечное дурное повторение Кровавого воскресения, пусть и в значительно уменьшенном масштабе:

заблаговременные заклинания интеллигенции о гуманизме и праве, подчеркнуто мирный характер акций, пара дней туманных надежд, что у начальства на этот раз возобладает разум, надежд, подпитываемых намеками, что наверху решили не позориться, и неизбежное — стальной кулак в центре города, избиения, аресты, отвратительные кадры расправ, заполняющие интернет и западные телеканалы… Очередная порция проклятий в адрес власти. И каждый раз вал протеста все выше… И все больше людей проникается идеей единства в борьбе… Несмотря на все партийные и внутрипартийные склоки, и старательную политику провокаций и стравливания, без устали практикуемую властями и спецслужбами.

Да и шахтеры следующий раз не ограничатся одним митингом на путях — горечь поражений целебней, чем сладкий хмель побед.

Власть защищает только страх и последние тающие надежды на чудесные преобразования помудревшего Медведева.

Как Кремль победил аллергию
 

https://grani-ru-org.appspot.com/use...es/1.html.html
15.06.2010

Либерально-правозащитное движение потерпело в эти дни сокрушительный разгром – в российском обществе явно прошла аллергия на насилие как форму сопротивления режиму.

Когда в начале 60-х КГБ разгромил все подпольные кружки (от "истинно-ленинских" до православно-монархических), завершился начатый еще декабристами длительный исторический период, когда оппозиционная деятельность воспринималась как преимущественно заговорщическо-подпольная, насилие считалось неизбежной формой политической борьбы, а естественной кульминацией подпольной деятельности мыслилась революция. Но затем, с середины 60-х, точнее, с массовых подписантских кампаний 1965-1968 годов, с открытой защиты Синявского и Даниэля, а затем Гинзбурга и Галанскова, Солженицына, начался принципиально новый этап противостояния тоталитарному режиму: протесты против "ревизии решений XX съезда", цензуры, преследований за интерес к табуированным историческим и социальным темам, борьба за права национальных и религиозных групп, за создание независимых профсоюзов и творческих объединений.

Отныне конспирация считалась допустимой только для получения или передачи информации, распространения оппозиционной, религиозной или просто нонконформистской литературы. Лучше всего это отношение к конспиративному диссидентству выразил генерал Петр Григоренко: "В подполье можно встретить только крыс". Сформировалась новая, буквально "самурайская", этика диссидентства: прямо высказать свои взгляды (на пресс-конференции или своим именем подписать программный текст) и быть готовым заплатить за это преследованиями, изгнанием из страны, психушкой или лагерем. Протестующие открыто выходили на демонстрации, которые длились не больше 5 минут, и платили за это 5 годами лагерей или ссылки.

Это было высшим торжеством толстовской парадигмы: победить гонителей демонстрацией морального превосходства, готовности к мученичеству. В диссидентской среде, от левых коммунистов до правых националистов, сложился консенсус относительно невозможности добиться победы традиционным для России революционным путем: только мирная эволюция, завоевание общественной поддержки открытым распространением своих идей.

Так прошло 20 лет. В 1988 году тогдашние "несогласные" - "Демократический союз" (тогда он был широкой идеологической коалицией), "Гражданское достоинство" и другие группы в Москве и Питере, а также "народные фронты" явочным порядком осуществляли свое право на свободу митингов и собраний. С тем же финалом, что и сейчас. Но в 1989-1990 годах на улицы стали выходить десятки и сотни тысяч, и сама идея им что-то "не согласовывать" казалась властям дикой. Столичное ГУВД было так счастливо, что лидеры Московского объединения избирателей (а потом его преемника – "Демократической России") в отличие от Новодворской заранее сообщают, где будут митинговать, что тут же все разрешало. Лужники – это только для встреч с любимыми депутатами. Пушкинскую, Манежную и Зубовскую площади, Тверскую во всю длину – в любой день и час, с нашим удовольствием. И начальник ГУВД сам шел впереди демонстрантов и следил, чтобы их не обижали. Горбачев, дважды - в феврале 90-го и марте 91-го - вводивший в столицу войска, мог добиться лишь того, чтобы гигантские колонны протестующих не пересекали Бульварного кольца. Казалось, что мирная моральная мощь – залог победы.

Антипутинское движение, вдохновленное убедительным примером торжества принципа ненасилия: победа 1991 года (события января, марта и августа) и победы "цветных" революций - окончательно убедило себя, что отныне в массовом сознании революционно-насильственный путь сопротивления окончательно исчерпал себя и общество приемлет только толстовско-гандистские формы протеста.

Даже массовые выступления российских заключенных начиная с июня 2005 года (события во Льгове) проходили преимущественно в виде заштыривания (нанесения себе ран), в то время как в остальных странах бунтующие зэки режут не себя, а тюремщиков. Впечатляющим стал и переход ныне запрещенной Национал-большевистской партии от "бархатного терроризма" к совершенно гандистским формам протеста-мученичества: демонстративная ненасильственная акция гражданского неповиновения – и ее участники с гордо поднятой головой идут в тюрьмы и лагеря. Это было жуткое зрелище – как будто бы Молоха хотели заставить подавиться горелой человечиной, и целые шеренги девушек и юношей отважно бросались в раскаленное медное чрево идола. "Ведь был солдат бумажный". Эту стратегию переняла и остальная уличная оппозиция – и либеральная, и левая. Иисусоподобные юнцы и мариеподобные барышни под ручку со старушками-божьими одуванчиками так трогательно противостоят бульдозерам и зверообразному ОМОНу. И во весь рост своего авторитета встают на их защиту мастера культуры, наконец-то мучительно выбравшие с кем они. На миг почудилось: на стороне "несогласных" всех мастей полная и окончательная моральная победа, и отныне дорогу к свободе и справедливости освещает лишь путеводная звезда ненасилия.

Тревожный звоночек прозвенел 19 января 2010 года на Чистых прудах – в ответ на неспровоцированное нападение омоновцев на согласованный пикет (вместо запрещенного шествия в память о Насте Бабуровой и Стасе Маркелове) юные, но крепкие антифашисты и анархисты забрасывают правохоронителей кусками льда. Через три месяца лед сменился на пламень: в столичные отделы милиции полетели дымовые шашки и "коктейль Молотова". Затем глухие раскаты из Междуреченска – впервые за долгие годы протестующие категорически отказались подставлять бойцам ОМОН вторую щеку.

И вот уже не звоночек и не отдаленный гул - набат: Приморье и Пермь. "Антиментовские партизаны". Не нравится слово "партизаны" - скажите "герильерос" или "гайдамаки" (тоже были очень-очень не ангелы).

Главное тут не число партизан и жертв со стороны милиции, а мощнейшая общественная поддержка "народных мстителей".

На глазах как будто произошла кристаллизация в перенасыщенном растворе - в общественном мнении наблюдается очевидный перелом: отныне, как и в сто пять лет назад, оно демонстративно санкционирует вооруженную борьбу "революционеров-героев" с "жандармами и сатрапами", то есть соплеменниками-силовиками. А ведь такая борьба – это очевидный акт гражданской войны. Но и такая война, кажется, более не пугает, наоборот, начинает возбуждать как предчувствие грандиозной всеочищающей социальной грозы: "пускай же гром великий грянет над сворой слуг и палачей". Так российская интеллигенция молилась на Революцию в 1905-м и на Войну в 1914-м: "От ликующих, праздно болтающих, обагряющих руки в крови, уведи меня в стан погибающих за великое дело любви"... "Глупый пингвин робко прячет тело жирное..."

Насильственно-революционный сценарий отныне уже не табу, не теоретизирование мелких политических сект - массовая ненависть к милиции (и к власти в принципе) размыла все плотины на пути к выстраданному желанию "убивать их, гадов, казнить судом народным", перечеркнула этические принципы политики, заботливо создававшиеся интеллигенцией четыре десятилетия. Сколько лет милицию усердно превращали в опричников и полицаев - теперь она воспринимается как оккупационная армия, как СС и гестапо, а в ответ в массовом сознании немедленно включается стереотип народного мстителя, сражающегося с фашистскими оккупантами и их пособниками.

Происходящее сейчас - это истерическая реакция общества, которое год после бойни в зябликовском универсаме ждало, что милиция, условно говоря, встанет перед народом на колени и покается, но дождалось лишь невнятных указов, туманных рассуждений о реорганизации. И непрекращающихся избиений, пыток, разгонов... Это печальная, но закономерная реакция общества, которое полгода ждало, когда Дмитрий свет Анатольевич от решительного осуждения сталинских репрессий перейдет к более актуальной для его народа теме ментовского палачества.

Простые душой (честно, лучше бы они украли что-нибудь) православные миссионеры, которые сопроводили детскую брошюрку с молитвой за "Президентов Владимира и Димитрия" изображением святого страстотерпца Николая II, сами не поняли своего вполне толстого намека обоим главам государства на возможный ипатьевский финал их карьеры: мол, подумайте на досуге, каким сложным способом добился гражданин Российской республики Романов Н.А. права быть изображенным с нимбом.

Через много лет историки будут жарко спорить о том, когда - только весной 2010 года или еще в ноябре 2009-го (при явлении народу майора Дымовского) интеллигентский этап революционного движения сменился на народный.

Происходящее, кстати, показывает возвращение России как социокультурного феномена к общезападному стандарту, для которого характерно появления "городских партизан" в качестве реакции на крах надежд на мирное демократическое обновление общества. Так завершилась еще одна легенда про "особый путь России".

Парадоксальное подтверждение получала старательно исклеванная сейчас теория модернизации. По отношению к нашей стране ее можно сформулировать так: если с горцами обращаться как с русскими (образование и медицина европейского типа, некий минимум гражданских прав и почти неограниченная возможность для вертикальной мобильности при принятии общеимперского поведенческого стандарта., то постепенно горцы станут в цивилизационном плане вполне русскими. Но путинизм провел широкомасштабный социальный эксперимент на тему, что будет, коли с русскими обращаться как с дагестанцами/ингушами: полная беззащитность перед произволом, тотальная коррупция, пытки, беззастенчивая фальсификация уголовных дел и обвинений в экстремизме, "восточные" методы и результаты выборов. И по итогам эксперимента вдруг оказалось, что закавказенные властями до потери инстинкта самосохранения русские начали себя вести как дагестанцы/ингуши – с оружием в горы и стрелять ментов как куропаток. Русский народный "оборонительный джихад".

Опять драма российской либеральной интеллигенции, когда весь выбор: либо жандарм с кандалами да каратель с нагайкой, либо эсер с бомбой да анархист с маузером. И никто не хочет, вдумчиво выясняя в инсоровских докладах, сколько именно нам нужно демократических партий для успешной модернизации, расширять верховенство закона и усиливать контроль гражданского общества.

СССР: смерть вторая
 

https://forum-msk.org/material/fpolitic/3441571.html
Опубликовано 22.06.2010

Второй Смертью мистики называют гибель души, полное и окончательное исчезновение сущности. В эти дни мы воочию убедились - СССР (Большая Россия) - мёртв полностью и окончательно.
Как всегда обвинители либералов не отказали себе в удовольствии, благо есть информационный повод - «День России», попинать демократов за развал Союза. Власти отпраздновали 12 июня немыслимо разгульно, но стыдливо не акцентировали внимания сотен тысяч юнцов и юниц, собранных на ура-патриотические митинги-концерты, на истинном значении праздника - годовщине фактического выхода России из СССР. Острословы опять проехались по прежнему полуофициальному названию праздника - День Независимости России: от кого независимость - от Украины, от Белоруссии?.. И попали в точку. Два события, наложившиеся на 20-летие Декларации о суверенитете Российской Федерации, убедительно показали необратимость гибели СССР и, следовательно, правильность действий отцов-основателей суверенной России. Ибо смертельно опасно для живого лежать в одном гробу с мертвецом.

У сторонников сохранения Союза есть два довода, которые надо выслушать с уважением.

Первый - хорошо бы русскому народу и дальше сохранять свою империю. Этот довод - иррационален, и потому логический спор с ним бессмысленен. Противники империи, приводящие бесчисленное количество исторических примеров, доказывающих неминуемую их обреченность, так же не могут пошатнуть детское желание быть хозяином целого многонационального космоса, как и сторонник республиканского строя никогда не переубедит монархиста, которому просто по-человечески приятней видеть на стене в налоговой инспекции портрет стройного мужа в мундире с эполетами и золотой короне, а не расплывшейся от парламентских прений жабы в сером костюме и лиловом галстуке.

Второй довод - что советский народ составлял единую нацию (новую общность) и её нельзя было разбивать на части. Я утверждаю, что границами нации являются границы солидарности. Полтора века назад Ренан писал, что нация - это «каждодневный референдум» (тогда просто не знали употребляемое сейчас при каждом удобном и неудобном случае слово «идентичность»). Когда нация построена только на этнокультурном родстве, этот «референдум» очевиден - кругом свои, дальше - чужаки. Когда нация более открытая и сложная система, внутри которой значительное историческое и культурное, а то и этническое и религиозное разнообразие, границей нации становится именно солидарность - свои - это те, для которых мне ничего не жалко. Фламандцам стало жалко тратить налоги на валлонов - и Бельгия стала стремительно таять. Так 19 лет назад разделилась Чехословакия - принявшая радикально-рыночную стратегию Чехия радостно выставила из страны Словакию с ее сельским населением, привыкшим при «гуляш-социализме» к государственному патернализму. Так курортная Черногория удрала от озабоченной национальными проблемами Сербии. Италия едина - потому что Север согласен тащить Юг.


Вот что случилось к 20-годовщине нашего суверенитета:

1) Россия отказалась (и это решение дружно поддержало общественное мнение) направлять свои войска для прекращения резни в Оше и Джалал-Абаде, хотя о вмешательстве Россию умоляли и киргизские власти, и узбекские демонстранты на лицах Москвы;

2) Россия предъявила Белоруссии «газовый ультиматум», что тоже нашло массовую поддержку: а пущай платит, сколько можно за наш счёт...

Начну с последнего. Разные страны по-разному предъявляют ультиматумы. Одно всегда неизменно - ни одна уважающая себя страна не может позволить принять публично заявленный ультиматум. Чего греха таить, многие студенты (обоего пола) спокон веков соглашаются на сексуальную «компенсацию» слабого знания предмета. История академической науки не знает ни одного примера, когда бы сделка «трах-зачет» была бы предложена публично...

Когда гарант, драматически выкатывая глаза, в прямом эфире всех телеканалов (отлично принимаемых в соседней Беларуси) велит главному по газу дать Минску пять дней, а потом принять необходимые меры - это рассчитанная провокация, прямо направленная на провал переговоров.

Скажу в сторону, всегда интересно, хоть и противно смотреть, как Путин, а затем и Медведев угрожают отключить соседям газ... Это даже немного порнография - слишком сладострастное выражение лица, как у угрожающих взорвать мир генералов-маньяков или сумасшедших учёных из старых фильмов-антиутопий. Мне всё время кажется, что, в очередной раз отдав приказ перекрыть вентили, они делают от радости маленькую неприличность, и после ухода съемочной группы тут же бегут переодеваться.

Но общественное мнение почти однозначно - пусть платят. Но тогда глубоко правы те, кто издевательски называет День российского суверенитета - днём независимости от Украины и Белоруссии. Да, теперь сбылась мечта популистов 1990 года (в первую очередь из рядов российской компартии) - пусть республики нам платят за наше сырьё по мировым ценам. То, что следствием этого, как в Крыму, будет необходимость щедро платить за аренду баз - бремя великой державы, ничего не подделаешь.

12 июня 1990 года Российская Федерация завоевала право не заботиться о соседних народах. Телевизионный ультиматум братской и союзной Республике Беларусь - новое подтверждение отсутствия полного братства и союза. Конечно, дорогим россиянам нравится покупать дешевые белорусские товары и нанимать за гроши белорусских работяг - но это преимущества метрополии перед бедной бывшей колонией - и никакой национальной солидарностью здесь не пахнет. А если нет ощущения национального единства между русскими и белорусами, то с остальными народами этнокультурная дистанция ещё больше.

Значительно трагичнее события в Киргизии. Очень важным стимулом для суверенизации России в 1990 году стало нежелание отправлять «наших мальчиков» в тогдашние многочисленные «горячие точки»: Карабах, Баку, Абхазия, Приднестровье, Тбилиси... Пусть «азиаты убивают азиатов» - русские солдатики должны быть дома.

И вот, на фоне жутких картин резни и воплей о помощи общественное мнение удовлетворенно переводит дух - российских солдат не пошлют спасать жертв погромов. Ничего, приучайтесь сохранять хладнокровие - французских солдат не послали спасать тутси от хутту, а ведь в Руанде реки выходили из берегов, запруженные сотнями тысяч тел... Голландские миротворцы, которых нелёгкая занесла в Сребреницу, и не думали спасать тысячи боснийцев от сербских боевиков (а вдруг самим придётся огрести). И российские миротворцы со своей базы в Кане (слава Чуйской долине!) и не подумали повторить свой «героический бросок» 11-летней давности - когда они промчались из-под Сараево в Приштину (Край Косово). Тех, кстати, ехавших под прикрытием сербской дорожной полиции с мигалками, именовали «спартанцами». Эти же - сдержанные римляне под началом мудрого полководца Квинта Фабия прозванного Кунктатором.

В отличие от многих, я убежден, что немедленный бросок еще 12 июня пусть на первых порах и пары рот российских солдат - с помпой и лязгом, под развивающимися триколорами - мог остановить резню, хотя бы предотвратить её эскалацию, помочь создать гуманитарный коридор для выхода беженцев к узбекской границе. Все резоны о невмешательстве во внутренние дела ломаются о пример Южной Осетии. Туда рванули «останавливать геноцид». Здесь, где жертв не меньше и о спасении также умоляют на русском языке - поистине британская сдержанность и такая же дипломатическая туманность. Ах, да - осетины нам родней узбеков? Или может - броском на Ош не выйдешь на подступы к Тбилиси, не будет названивать дружище Берлускони, не прискачет уговаривать Саркози...
Рутинный подвиг спасения человеческих жизней. Добродетель, которая содержит награду в себе самой... Но не поднялся российский народ требовать гуманитарной интервенции, не признал он в киргизах и узбеках соотечественников, которых нужно защищать любой ценой. Узбеки могли сегодня так же обожать Россию, как албанцы Америку. И ведь был совершенно гениальный и практически безопасный для жизни солдат вариант: договориться с американским командованием (у президента США есть право экстренно задействовать вооруженные силы, и кто будет слушать возражения временного президента Розы) и перебросить на юг Киргизии совместный миротворческий контингент. Представляю, с какой скоростью разбежались бы погромщики, когда в города вошли бы американские и российские части одновременно. Затем - российский контингент становится лицом к узбекам, американский - к киргизам, и вместе заставляют киргизских вояк разоружать погромщиков. Погром как истерика, он быстро прекращается от пощечины... Поскольку у Обамы нобелевка уже есть, то следующую получил бы Медведев.
Правда, цена этого решительного шага, достойного романов Тома Клэнси - появление американского фактора в импотентном ОДКБ и разрушение очередной порции антиамериканских стереотипов у российского населения. Но чем не поступишься для спасения своего народа!
Но если этих людей в халатах считают глубоко чуждыми, пригодными лишь для уборки мусора на рынках мегаполиса, то и нет никакого «советского народа», и сколь же правы были те, кто дал возможность России своевременно выбраться из склепа с гниющим трупом империи.

20 лет Россия свободна - прежде всего, она свободна от морального долга кормить и защищать бывших своих соотечественников. И эта национальная свобода бодрит и вдохновляет широкие массы.

Статья написана 17 июня, в день (точнее в ночь) ультиматума Белоруссии.

От редакции: Очень трудно (да и не нужно) спорить с Евгением Ихловым, потому что он прав. Однако у этой ситуации с Киргизией есть некоторый военно-технический аспект, из которого вытекают весьма неудобные вопросы властям как РФ, так и ряда сопредельных с Киргизией государств.

Перво-наперво, стоит отметить, что в сегодняшнем своем состоянии РФ просто не может проводить операций, подобных той, которая должна была пройти в Киргизии. И тут не нужно сравнивать с Южной Осетией и Абхазией, где ситуация созревала достаточно долго и у Генерального штаба была возможность подготовиться, стянуть к Рокскому тоннелю боеспособные части СКВО, а для операции в Гальском районе подтянуть десантные части и даже отозвать из запаса генерала Шаманова. И все равно ввод войск в Южную Осетию осуществлялся по-старинке, бронетанковой колонной, без высадки десанта за неимением соответствующих сил и средств. Да и в Абхазию десантные части вводились с моря, а не с воздуха. Что же говорить о Киргизии, отстоящей от ближайших границ РФ на тысячи километров? Думается, решись в Кремле на что-либо, танковая колонна еще тянулась бы где-нибудь под Карагандой, а исправные самолеты ВТА в это время вкупе с бортами МЧС выполняли бы коммерческие рейсы где-то в Африке или Юго-Восточной Азии. И аренду бортов Минобороны должно было бы оформлять через коммерческую структуру "Эмерком", что потребовало бы не один месяц согласований.

Но есть другой вопрос. Именно на такой, "киргизский" случай с большой помпой еще в 2001-м году было заявлено о создании в рамках ОДКБ сил быстрого развертывания. Документ о создании был подписан еще на Совете коллективной безопасности в Ереване ровно 9 лет назад. Эти документы непосредственно касались России, Казахстана, Таджикистана и Киргизии. Силы быстрого развертывания должны были применяться в случае, если одной из стран "четверки" потребуется помощь в борьбе с экстремистами. С точки зрения бюрократических процедур подписанный протокол являлся итоговым и не требовал дополнительной ратификации. Решение о применении сил быстрого развертывания должно приниматься главами государств при согласии просящей о помощи стороны, и это решение не требует одобрения парламентов государств.То есть классический наш случай.

Интересно спросить, а где эти силы быстрого развертывания? Чего это они не развернулись быстро?

Может быть, эти силы так и остались на бумаге? Ничуть не бывало! В апреле 2002-го года в Киргизии и Таджикистане прошли масштабные учения "Юг-Антитеррор-2002". Их провели Антитеррористический центр СНГ и Коллективные силы быстрого развертывания (КСБР) Центрально-Азиатского региона Содружества. В ходе учений отработано взаимодействие на случай внешней угрозы. На заключительном этапе маневров прошли тактические учения с боевой стрельбой. Учения проходили с привлечением сил и средств органов национальной безопасности, внутренних дел, министерств обороны и погранвойск Кыргызстана, Казахстана, России, Таджикистана и подразделений КСБР ЦАР.

В августе 2004 года прошли новые учения "Рубеж-2004", прямо по сегодняшнему контексту - по сценарию учений мусульманские террористы вторгаются в горную Киргизию. С 4 по 6 августа 2004 на горном полигоне "Эдельвейс" на северном побережье Иссык-Куля состоялась активная фаза учений. На полигоне и на расположенных рядом военных базах были сконцентрированы боевые части - сухопутные войска, авиация, спецназ, десантно-штурмовые бригады - в количестве до тысячи человек. Всего же, как сообщили в объединенном штабе, в учениях приняли участие свыше 2000 военнослужащих многонационального воинского контингента.

В феврале прошлого года уже новый президент РФ Медведев внес на ратификацию в Госдуму Соглашение о порядке оперативного развертывания, применения и всестороннего обеспечения коллективных сил быстрого развертывания Центрально-азиатского региона коллективной безопасности. Целью соглашения является правовое регулирование основ оперативного развертывания и применения сил в рамках ОДКБ. Предусмотрено, что решение об оперативном развертывании коллективных сил принимает Совет Коллективной безопасности по просьбе одного или нескольких государств - членов ОДКБ на основании предложений совета министров обороны.

Документ был подписан в Минске в июне 2006 года. В ОДКБ входят: РФ, Белоруссия, Армения, Казахстан, Узбекистан, Таджикистан и Киргизия. В Центрально-азиатском регионе созданы коллективные силы быстрого развертывания, представленные Россией, Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном.

Более того, в тот же момент было принято решение о значительном финансировании сил быстрого развертывания (которое и раньше было не маленьким) - 4 февраля на внеочередных саммитах ЕврАзЭС и ОДКБ были приняты решения о создании антикризисного фонда в десять миллиардов долларов.

6 апреля прошлого года президент Медведев подписал федеральный закон "О ратификации соглашения о порядке оперативного развертывания, применения и всестороннего обеспечения Коллективных сил быстрого развертывания (КСБР) Центральноазиатского региона (ЦАР) коллективной безопасности". Документ был направлен на создание международно-правовой основы функционирования КСБР, их оперативного развертывания, а также планирования применения и всестороннего обеспечения. Согласно документу, объединенной группировкой являются дислоцированные в мирное время на национальных территориях или развернутые в регионах органы управления и войска, другие воинские формирования государств ЦАР, предназначенные для участия в совместных общевойсковых, контртеррористических и специальных операциях. Решение об оперативном развертывании и применении указанных войск принимает Совет коллективной безопасности по просьбе одного или группы государств - членов ОДКБ на основании предложений Совета министров обороны организации.

Уже 9 июня этого года более 450 сотрудников МВД и внутренних войск шести государств-членов ОДКБ (России, Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и Таджикистана) должны были принять участие в совместном тактико-специальном учении "Кобальт-2010" на полигоне "Кадамовский" Ростовской области, сообщил РИА Новости представитель пресс-службы ОДКБ.
То есть 9 лет президенты Путин, а затем Медведев в компании с господами Каримовым, Рахмоном, Назарбаевым, Лукашенко и другими тратят серьезные средства, отвлекают ресурсы, проводят какие-то учения как раз в местах нынешних событий - и все это, получается, в реальной ситуации никак не работает? Военные из ряда стран на халяву раскатывают по просторам СНГ, играют в "войнушку", красуются перед телекамерами, а на финал не могут абсолютно ничего? Президенты в обход парламентов выцарапывают средства, опять-таки фотографируются на фоне военной техники и бравых вояк, а на финал, когда происходят кровавые события, картинно разводят руками?

«Это будут серьезные формирования, достаточные по своему объему, укомплектованные самой современной техникой, эффективные. Они должны быть по своему боевому потенциалу не хуже, чем силы Североатлантического альянса», - сказал российский лидер на пресс-конференции по итогам саммитов ОДКБ и ЕврАзЭС в Москве ровно год и четыре месяца назад. Где результат?

«Россия готова передать дивизию и бригаду (в состав коллективных сил). То есть масштаб (сил) вы понимаете», - сказал Медведев тогда же. В качестве возможного варианта рассматривалось, что костяком сил будут российские 98 гвардейская воздушно-десантная дивизия и 31 десантная штурмовая бригада ВДВ. Где дивизия? Где бригада?

На что потрачены 9 лет и миллиарды долларов? Кто ответит за сотни (или тысячи) погибших в результате преступного раздолбайства так называемых "элит", не сумевших за годы сформировать несколько батальонов спецназа и оснастить их необходимой техникой?

И вот это уже вопрос не только политический, но и уголовно-процессуальный. В УК РФ есть статья 293 "Халатность":

1. Халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение крупного ущерба, -
наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок от ста двадцати до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок от шести месяцев до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев.
2. То же деяние, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека, -
наказывается лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.
3. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц, -
наказывается лишением свободы на срок до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Не кажется ли Генеральной прокуратуре РФ, что со стороны высших должностных лиц РФ допущены деяния, очень четко подпадающие под часть 3 статьи 293 УК РФ?

Анатолий Баранов, главный редактор ФОРУМа.мск

Почему Сталин не готовился отступать
 

https://forum-msk.org/material/society/3453275.html
Опубликовано 23.06.2010

Вот уже полвека постоянной темой советских историков и публицистов является установление вины руководства СССР и, прежде всего, лично Сталина за летние поражения Красной Армии в 1941 году. Кроме тезисов о неготовности и «внезапности нападения» от которых современные школы историков-ревизионистов не оставили и камня на камне, в обороте активно присутствует и тезис о в корне ошибочной стратегии, исходящей из наступательной доктрины Красной Армии. Для всех, способных к тонкому анализу, было очевидно - в борьбе с Гитлером оптимальным было постепенное отступление вглубь страны с опорой на многоэшелонированную оборону. Об этом лишний раз напомнила «Новая газета», процитировав дневники Трифонова-отца http://www.novayagazeta.ru/data/2010/gulag07/00.html

Жизнь, как известно, полностью подтвердила правоту «оборонительного сценария». И промышленность удалось достаточно эффективно эвакуировать (а можно было и заранее развивать преимущественно на Урале), и первые победы Красной Армии удались лишь тогда, когда передовые части вермахта слишком оторвались от основной массы армии вторжения, бесконечно растянулись линии снабжения.

Отметим, что неизбежность войны СССР с объединенными силами капиталистических держав было основой не только военного планирования, но и вообще советской историософии. Битва Красной армии с армиями гипотетической Антанты-II (Германия+Польша+Франция+Великобритания, не говоря уже о Румынии, Финляндии и Японии) мыслилась как некий коммунистический Армагеддон, после которого должно было наступить «тысячелетнее царство социализма».

Такое видение будущего не только требовало тотальной мобилизации, централизации и милитаризации экономики*, но и соответствующей сугубо оборонительной военной доктрины, хорошо апробированной не только хрестоматийными примерами кутузовской стратегии, но и живым опытом Гражданской войны, когда Красная Армия дала возможность контингентам Антанты-I глубоко вклиниться на территорию бывшей Российской империи, а затем, используя комбинацию ударов на фронтах, партизанской и подпольной борьбы, а также разжигание просоветского движения на Западе, выдавила интервентов.

Вместо этого «единственно рационального» плана, вместо поэтапного перевода военного производства на Волгу и Урал, вместо интенсивного строительства укреплений на восточном берегу Днепра, на Дону и в Дальнем Подмосковье, сталинское руководство, как известно, строит новые укрепрайоны и аэродромы у самой кромки демаркационной линии с Третьим Рейхом, а сталинские маршалы сочиняют сугубо наступательные планы ведения кампании***

Как известно, 22 июня 1941 года все эти планы похоронило, а наступающие части вермахта прошли новые грандиозные оборонительные сооружения «линии Молотова», даже не заметив их.

Что же произошло, какое затмение нашло на «кремлёвского горца» и его окружение, которое, кстати, было совсем не раболепно, и даже, особенно военные, было готово спорить?

Учтем еще два немаловажных фактора - после Польской, а особенно после Западноевропейской кампаний вермахта, у сталинского руководства было точное и абсолютно адекватное представление о тактике, стратегии и возможностях вермахта. Одновременно, опыт войны с Финляндией не оставлял никаких надежд на возможность Красной Армии одним ударом сокрушить сопоставимую по численности и оснащению современную европейскую армию.

Год, прошедший после падения Парижа, можно было с пользой истратить на постепенную эвакуацию военной промышленности и строительство тысяч километров траншей и противотанковых рвов. Причем, это не оказывало бы никакого провоцирующего воздействия на союзный Третий Рейх - страна, лихорадочно создающая трудоармии для рытья окопов в сотнях километров от границы, явно непохожа на готовящуюся к агрессии... Однако в реальности, дело шло как раз наоборот - весной 1941 года десятки советских дивизий тайно выдвигались к самой демаркационной линии, что было известно в Берлине и упоминалось в «Меморандуме Риббентропа», объясняющем причины разрыва Великогерманией**** «Пакта о ненападении».

Неужели, советское руководство так уж стремилось любой ценой отстоять восточнопольское и прибалтийское предполье, захваченное им в сентябре 1939 и июне 1940 года, причем, именно в качестве стратегического предполья?

Мне кажется, что загадку парадоксального поведения Сталина объясняет еще одна июньская годовщина - 70-летие знаменитого выступления в Лондоне генерала де Голля, призвавшего французов не соблюдать перемирие, заключенное с Третьим Рейхом, и создавшего «Комитет Свободная Франция» http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%...BB%D0%BB%D1%8C

Надо отметить, что Вторая Мировая война сопровождалось еще несколькими гражданскими войнами между силами, поддержавшими Третий Рейх и их противниками. Это были гражданские войны на оккупированной территории СССР, на территории Франции, Югославии, Северной Италии и Греции. В Югославии эта война приняла характер многосторонней гражданской и межнациональной войны (с партизанами Тито воевали не только прогитлеровские хорватские фашисты-усташи, но и антигитлеровские сербские монархисты-четники, в свою очередь, воевавшие с хорватами и боснийцами). Схожие было в Восточной Польше и Западной Украине, где антигерманские националистические польские и украинские отряды вели страшную этническую резню.

В Греции партизаны-коммунисты попытались силой не допустить возвращение на английских штыках монархии. Во Франции силы «консервативной революции» (правительство Виши) воспользовались падением Третьей Республики и оккупацией урбанизированного индустриального севера страны, для создания фашизоидного режима на патриархальном крестьянском юге. Фактически Гитлер стал для Франции «внешним Франко». Поэтому французское движение «Сопротивление» было и антиоккупационным, и «республиканским» (в испанском смысле). Тоже было и на Севере Италии, после падения Муссолини и нацистской оккупации страны в 1943 году.

О многомиллионном коллаборационизме в оккупированной части ССР написаны не тома - библиотеки: с Советской армией сражались и национальные формирования, движимые и антибольшевизмом, и антиимперским сепаратизмом, и русские - охваченные антибольшевизмом.

Важно обратить внимание на то, что если в Западной Европе сильный лидер появлялся как вождь движения против оккупации и коллаборационизма, то в СССР, напротив, Власов появился именно как прогерманский деятель. Это совершенно уникальный случай в истории II Мировой войны - фактически коллаборационистское восстание.

Как известно, Третий Рейх открыто объявил войну на уничтожение трем народам (евреям, полякам и цыганам) и одной державе - Россия. Среди обреченных народов нацисты даже не искали союзников (эпизодические коллаборации не в счет). Всем остальным было предоставлена возможность создания «суверенной» либо автономной этнонациональной государственности, построенной на принципах ксенофобии, клерикализма и авторитаризма.

Насчет русского народа планов уничтожения не было (рекомендации чиновников розенберговского ведомства поощрять в России этнический и региональный сепаратизм, невежество, лень, пьянство и контрацепцию к планам геноцида отнести трудно).

Гитлер был по-своему мудр. Он видел Рейх преемником Рима и хотел избежать ошибок, приведших к так вкусно расписанным западным историкам «закату и краху Империи». Он не хотел сделать русских нацистами, ибо опыт римских отношений с покоренными и ассимилированными германцами и сирийцами показал ему, что в совсем недолгой исторической перспективе это означает появления воцарения в Берлине русских рейхсмаршалов, а потом русского рейхсфюрера, а то и русского рейхсканцлера. Он не хотел и полного распада русской государственности, потому что предвидел стремительное разложение победителей, превратившихся в изнеженных патрициев, окруженных рабами - славянами и славянками...

Гитлер хотел:

а) ликвидации коммунистической империи Сталина;

б) уничтожения высокой русской культуры и абортирования потенциальной русской националистической великой державы (тайна, которую власовское руководство, по понятным причинам, тщательно скрывало от своих сторонников);

в) вечной тлеющей войны между Рейхом и русскими отрядами из Заволжья, Урала и Сибири - для поддержания тонуса среди истинно-арийских воинов.

Некая возрожденная Римская Империя - в центре Держава, затем - колонии, затем федераты (союзные племена), затем - Вал с крепостями, вдоль которого идет вечная война с варварами.

Так вот, Сталин страшно боялся появления русского Антидеголля - вождя, который, опираясь на население оккупированных советских территорий, создаст антитезу его режиму - некий русский франкизм. Поэтому он категорически отказался от любых военных планов, предусматривающих сравнительно длительную оккупацию врагом целых исторических областей, а тем более республик СССР.

В отличие от сегодняшних апологетов Сталина, сочиняющих мифы о всенародной любви к нему и к большевизму, он сам отлично знал, как относиться к нему население, испытавшее и террор, и коллективизацию, и всесоюзный голодомор. Массовое вступление пленных красноармейцев в полицаи и «хиви» (добровольные помощники вермахта), встреча наступающих колонн вермахта цветами и крестными знамениями (вплоть до Подмосковья), нападения националистов на отступающие части Красной Армии в Литве и в Галиции - всё это, полагаю, Сталина не удивило.

Не надо забывать, что Сталин играл существенную роль в Гражданской войне 1918-22 годов, а потом организовал подавление восстаний в Средней Азии и на Северном Кавказе.

Его просчет был в том, что он думал, что раз вермахтом руководят ученики и соратники Гинденбурга и Людендорфа, то и планировать свою стратегию они будут исходя из опыта кайзеровских полководцев. Вспомним, события 1915-18 годов: немедленное установление на занятой территории Польши, Украины, Балтии, Закавказья прогерманских и протурецких формально суверенных консервативных националистических режимов, при одновременной поддержке большевиков - самой радикальной антивоенной политической группы. В Киеве появился гетман Скоропадский, австрийцы создавали антироссийское польское формирование... В Западной Европе началось вроде похоже: Квислинг - для Норвегии, Петэн - для Франции. В Италии, Венгрии и Румынии - и так свои люди...

Если бы вместо визионера Гитлера, провидящего тысячелетний рейх, Великогерманией руководили бы рациональные ветераны I Мировой, то, скажем в ответ на знаменитое сталинское выступление 3 июля «Братья и сестры... к вам обращаюсь я, друзья мои» http://www.hrono.ru/dokum/194_dok/19410703stln.php, через пару дней в оккупированном Смоленске было бы опубликовано некое Обращение Русского Национального правительства. Со вполне ожидаемым содержанием: иудобольшевицкий режим низложен, колхозная система ликвидируется, прекращается гонения на церковь и на свободную культурную и научную жизнь, разрешается частная торговля и печать, все политические репрессированные получают свободу и равенство в правах, российские народности обретают самостоятельность, достаточную для полноценного развития их культурной и хозяйственной жизни, лояльные евреи могут не опасаться за свою безопасность и получат возможность выехать в Палестину (как только оттуда германские союзники выгонят английских колонизаторов)... Солдаты и командиры, обманутые сталинами и мехлисами, переходите на сторону патриотов, вставайте под истинно-русский трехцветный флаг...

Дальше могла быть тактическая развилка - либо в сентябре Русское Национальное правительство переезжает в Киев, а столицей суверенной Украины остается Львов, либо все-таки принимается решение о создании Большой прогерманской Украины, и в Киеве провозглашается восстановление Соборной Украинской державы.

Недостатка в пленных генералах и офицеров для новой Русской Национальной армии, а также управленцев и идеологов (с учетом огромного резерва в эмиграции) для прогерманской администрации бы не было. Дальнейшее понятно: распад Красной армии (есть куда бежать и понятно будущее «под германцем») и вход в Москву уже не Гудериана, но новых русских «национальных» частей http://www.hrono.ru/dokum/lukin411214.html

Как известно, руководство вермахта многократно предлагало Берлину красивый (французский) вариант завершения блицкрига путём привлечения на свою сторону антибольшевистских сил. Это мгновенно превратило бы план «Барбароссу» из многократно осмеянного за прожектерство в признанный шедевр военной мысли. Однако, партийное руководство исходило из расовых и мистических теорий.

Но реалист Сталин, за несколько дней перешедший от союза с Гитлером к заигрыванию с международными еврейскими организациями, на такой «догматизм» не смел и рассчитывать. Поэтому он планировал наступать прямо с линии новой границы - понимал, что каждый потерянный им район - ресурс Гитлера. У солдата, идущего во встречное наступление, куда меньше соблазна сдаться в плен или дезертировать, чем у бесконечно отступающего под рефрен нескончаемых воплей: окружили, командиры нас бросили... И хотя жизнь немедленно показала тактическую ошибочность Сталина, безумная политика нацистов на оккупированных территориях и в отношении пленных действительно превратила почти проигранную войну Сталиным большевистско-нацистскую войну в победоносную Великую Отечественную, а 22 июня, которое могло бы показать, что СССР поистине «колосс на глиняных ногах», стало началом длинной и немыслимо кровавой дороги, в конце которой режим, повально ненавидимый населением, превратился в фундамент современной русской национальной идентичности.

* Коллективизация была начата уже через месяц после краха нью-йоркского фондового рынка в конце октября 1929, а согласно тогдашней «катастрофической» советской идеологической доктрине мировой кризис капитализма обязательно вел к новой мировой войне.

** «Линией Сталина» на Западе называли мощнейшие укрепления на старой советско-польской границы, которые по разным данным, были в 1940-41 годах частично демонтированы, а частично разоружены и законсервированы.

***В контексте уже произошедших событий эти планы смешны - лихой прорыв позиций победителей французов и англичан, занятие южной Польши, затем - резкий поворот на север, стремительный выход по германским тылам к Балтике и старушка Европа встречает своих освободителей: товарищей Абакумова, Берия, Кобулова, Меркулова, Серова - кто там у нас еще проходит по «катынскому делу», как «превысившие должностные полномочия»?

**** Автор принципиально использует только официальные гитлеровские наименования страны, поскольку Великая Германия - это не только собственно Германия, но Германия + Австрия + Судеты + Данциг и Мемель, население которых в своей большинстве поддержало Гитлера, и следовательно, должны разделить с собственно германским населением всю моральную ответственность за это, но и является новым политико-идеологическим образованием, которое так же соотноситься с исторической Германией, как СССР с исторической Российской империей.

Не винитесь перед Шейлоком
 

27.06.2010

Завершается суд над организаторами выставки «Запретное искусство 2006» - Андреем Ерофеевым и Юрием Самодуровым. Судья ушла писать приговор – к 12 июля. Судя по взятому ею времени – 3 недели, - она скрупулезно сошлется на показания всех полутора сотен не видевших выставки «свидетелей». В отличие от процесса по выставке «Осторожно, религия!», где роль «коллективного Каиафы» отважно взяли на себя главный пятидесятник Сергей Ряховский и реформаторский раввин Зиновий Коган, на этот раз Московская патриархия в лице Патриаршего совета по культуре эту роль взяла на себя. А что до прокурора, так его дело известное - «прокураторское»...

Я убежден, что интеллигенция должна пересмотреть свое отношение к Русской православной церкви Московской патриархии. Эта организация последовательно превращается в коллективного олигарха, она посвящает себя борьбе за недвижимость и объекты общенационального культурного достояния, а также стремлению установить тоталитарный по духу идеологический диктат в обществе.

Поэтому отношение к Московской патриархии должно определяться не скорбной памятью о многих тысячах священнослужителей, монахов и мирян, погибших от рук советского и нацистского тоталитарных режимов, не благодарной признательностью к тем сотням тысяч верующих, которые прошли тюрьмы и лагеря, подверглись жесточайшим преследованиям и травле за свои религиозные убеждения, за свою веру, за свою честность и бескомпромиссность, но только тем, что РПЦ на глазах, при помощи и содействии государства, превращается в нового духовного диктатора в нашей стране.

Созданная Сталиным и Берией в 1943 году Московская патриархия имеет такое же отношение к истории мученичества и религиозного сопротивления коммунистической системе, какое ватиканские банкиры и разоблачаемые сейчас священники-педофилы имеют к христианам первых веков, которых императоры приказывали распинать и бросать львам.

Не надо ждать решения суда – РПЦ свою позицию в лице иеромонаха Никодима и благословившего его архимандрита Тихона (Шевкунова) выразила с исчерпывающей полнотой.

«Венецианский суд» в лице партии власти передал РПЦ «фунт мяса» - архитектурные памятники, иконы... Но не давайте шейлокам крови – не ведите с ними диалог. Еще четверть века назад каждый честный интеллигент не вел диалога с КГБ или отделом по идеологии ЦК КПСС. Научитесь этике сопротивления. И каждый раз, видя аббревиатуру РПЦ МП, мысленно заменяйте на ЦК ГБ.

Власовская альтернатива
 

http://www.kasparov.ru.3s3s.org/mate...=4C340173653B2
07-07-2010 (08:40)

Мощное освободительное движение даст народам России шанс сохранить государство

Название — специально провоцирующее. Новый взрыв дискуссии о тех подданных Сталина, которые пошли сражаться с его режимом в составе войск Третьего рейха, дискуссия, которая стала тенью дискуссии о сути сталинского режима, как обычно, обошла самый важный вопрос по данной теме: "Какую альтернативу сталинизму предлагал генерал Власов, точнее, его идеологи, близкие к "солидаризму" — русской версии доктрины "консервативной революции"?" В том числе как они видели национально-государственное устройство России (имелась в виду "Большая Россия" равно СССР) и место России в мире. Как ни странно, но это абсолютно взаимосвязанные вещи.

Задача Власова (конечно, речь идет о коллективном Власове) была опереться на более-менее целостную программу, альтернативную сталинизму.

Ультраправые (православно-монархические) и левые (троцкистские и социал-демократические) доктрины он отсек как уже потерпевшие историческое поражение.

Концепция Сталина (в переводе на язык современных понятий) в конце тридцатых — начале сороковых годов выглядела так: убеждение в избранности (исторически-цивилизационная особость) общности имперского типа, формально разделенной на этнические сатрапии, в которых заботливо культивируется этнографическое своеобразие, при безусловном доминировании особо тщательно селектированного (гонения на церковь, традиционную интеллигенцию, аристократию, сельскую элиту) великорусского типа — в качестве Старшего Брата для других этносов и цивилизационного эталона для натурализации.

Альтернативой этой концепции стала "власовская" (см. Пражский манифест Комитета освобождения народов России — запоздалая идеологическую откровенность власовцев) — предоставление государственной самостоятельности народам СССР и создание национальной русской государственности — внимание, — интегрированной в европейскую цивилизацию, в которой заведомо доминирует иная, чем русская, цивилизационная модель (на тот момент — немецкая).

Вот она, дилемма последних пяти веков русской государственности. Либо то, что называется универсальная мессианская империя, либо национальное русское государство — равный партнер с другими бывшими частями Российской империи и младший партнер (ученик) европейской цивилизационной доминанты — германо-романского мира.

Это две устойчивые модели: империя и особый путь; национальное государство и интеграция в Европу.

Рекомбинация элементов дает, как показала история, неустойчивые сочетания: ускоренная европеизация империи при последних Романовых и европеизация СССР при Горбачеве привели их "лоскутные" державы к распаду. По очень простой причине: каждый народ (каждая национальная элита) империи счел, что лучше европеизироваться он сможет самостоятельно. Национальное государство, избравшее "особый путь" и отказывающееся от причастности к цивилизационным полям следующего порядка, быстро превращается в исторический заповедник.

Ельцин попробовал создать под видом СНГ и РФ либерально-имперскую "матрешку". Выяснилось, что "российско-демократическая" модель не обладает никакой привлекательностью ни как культурный, ни как социальный, ни как политико-идеологический образец. Эта "матрешка" держалась только на основе экономических преференций (для СНГ по ценам на углеводороды; для республик России — по оставляемым на местах налогам и доходам), показательных расправ с сепаратистами (чеченцами) и полного развязывания рук республиканских этнократий.

Путинская "суверен-демократия" стала попыткой воссоздать модель "особого пути" — патернализм и националистическая и клерикальная альтернатива европейской демократии. Обещанием политической стабильности, милитаристско-авторитарной эстетики и грезами о каплях от потоков газоеврового изобилия путинизм привлек сердца внероссийского электората, но жесткий экономический эгоизм и кичливая имперская риторика оттолкнули от России большинство ее соседей.

Обещанием "модернизации" Кремль второй раз за последние четверть века приступил к разрушению концепции "особого пути".

Пропадает и старательно насаждаемый страх перед демократией как разгулом вседозволенности. С социальным патернализмом будет покончено немедленно после следующих президентских выборов. Для национальной консолидации остается только национализм. Однако в современной России основой идентичности подавляющего большинства населения является этноконфессиональная идентичность.

В этих условиях национальный вопрос (в котором, как уже было отмечено, спрятаны два — место России в мировой цивилизации и отношения между этносами внутри Российской Федерации) становиться главнейшим.

Именно поэтому основные политические силы от него либо уходят, либо отделываются невнятными лозунгами. Так ведут себя и правые, и левые, и умеренные. Все понимают его сугубую важность при воссоздании разваливающейся государственности и не желают вынести на общую дискуссию, понимая его взрывчатый характер.

В принципе, этому есть объяснение — определенность может оттолкнуть электорат. А электорат мучается раздвоением: с одной стороны, хочется сохранить многонациональную державу или даже вернуть, пусть и частично, СССР; с другой стороны, хочется, чтобы твой народ был самым крутым (по всей стране или в "титульной" республике) — без особых представлений о том, как убедить остальных с этим смириться. Это, как ксенофобия мегаполисов: выходцы из мелкобуржуазной среды (вежливо называемой средний класс) вовсе не претендуют на места дворников или рыночных разнорабочих, но их раздражает обилие смуглых, непонятно говорящих, жарящих шашлыки на балконах… Они хотят великую державу… и таможенную заставу на МКАД. Они хотят иметь в составе своей страны Белоруссию и Украину — и продавать им нефть и газ даже дороже, чем любимым немцам (см. данные опросов "Левада-центра"). Да, это социальная шизофрения. Но какой вменяемый политик скажет избирателям про их шизофрению?

Последовательность могут позволить себе только политические аутсайдеры.

Из оппозиции лишь крайне правые готовы досказать до конца про желаемое национально-государственное устройство.

Таковых два, и оба основаны на национальной гомогенности: либо принудительной — унитарное государство с этническими бантустанами (преимущественно для мусульман), либо добровольной — исключение из будущего Русского государства нерусских территорий (с обязательной русификацией желающих остаться). Правым националистам просто. Они понимают, что к власти их приведет только национальная катастрофа — распад Российской Федерации или хаос после падения режима фашистского типа, который и так будет вовсю эксплуатировать национальную тему. Им достанет только высадить на эту тщательно возделанную национализмом почву свои лозунги прямого народовластия и социальной справедливости.

Сложнее левым националистам — они почитают только сталинский вариант решения национального вопроса, но, по нынешним временам, они ничего из него повторить, кроме, скажем, "дела врачей-олигархов", не смогут.

Левые интернационалисты и либеральные интернационалисты — политически исчезающе малая величина. И чем больше они будут проявлять принципиальность, тем меньше у них электоральных шансов. В этой принципиальности разгадка недавнего кризиса в "Солидарности": деятелям, которые честно сказали в своих блогах (но на сайте организации), что они думаю о мусульманах и о том, какое им должно быть отведено место в будущем, когда страна сделает демократический выбор, показали на дверь. Хотя их доводы должны были гораздо больше нравиться потенциальному среднеклассовому избирателю, чем правозащитные заклинания.

Российская Федерация — это сердце гигантской континентальной империи, а не просто огромное пространство, населенное различными этносами и представителями различных конфессий, она включает в свой состав несколько поглощенных или неразвившихся государств. Эти потенциальные государства вполне могут восприниматься как страны/земли (land), поскольку их население имеет отчетливое этнокультурное своеобразие, автономную систему социальных связей и исторически связано с определенной географической областью.

Поэтому утопичны любые административно-унификационные проекты, ибо трудно объяснить народам этих land-ов, что все отменяется и отныне они — подданные единой унитарной страны, а свою национальность они могут оставить для дома и семьи, а также для фольклорных кружков.

Это вызовет, мягко говоря, непонимание. Грезы о превращении Татарстана в Казанскую область тем смешнее, что грезящие понимают: такое превращение станет либо итогом кровопролитной гражданской войны в центре России, либо — ее запалом.

Сегодня бессмысленно соблазнять нерусских, привязанных к своим land-ам, возможностью стать "русским". На их глазах дважды распалась русская империя и пала русская власть.

Они отлично знают, что "энергетическая сверхдержава" Путина жива лишь экспортом углеводородов, каждая молекула которых добыта на родовых land-ах тюрков и мусульман. Житель land-а — это не представитель диаспоры, жаждущий скорейшей натурализации, для которого предел мечтаний — "этнический квартал" со своими храмом, рестораном и библиотекой; он чувствует себя жителем своей страны, пусть и входящей в состав державы (страны второго порядка)…

Россия содержит в себе и несколько альтернативных вариантов государственного развития, привязанных к отдельным историческим областям:

несостоявшееся вольное государство американского типа (без крепостных и аристократии) на территории за Уралом;
несостоявшиеся казачьи республики на Дону и Кубани;
несостоявшийся "конституционный" феодализм — феодальные республики европейского типа на базе торговых городов — Великого Новгорода и Пскова (точнее, по всей Северо-Западной Руси);
несостоявшийся горский эмират на Северном Кавказе;
несостоявшееся мощное тюркское царство от Поволжья до Восточной Сибири;
несостоявшееся русское национальное княжество (королевство) между Смоленском и Самарой (не так важно, со столицей в Москве, Твери или Владимире)…
Эти альтернативы — не просто благодатная почва для вдохновения историков и фантастов. Каждая из этих альтернатив может получить шанс для перехода из потенциального состояния в кинетическое при благоприятных исторических условиях.

1918 год дал шанс казачьим республикам (что похоронило планы Деникина).

Лужковская Москва — это выглянувший из прошлого феодальный торговый город-государство.

Ельцин "высвободил" "вечевую", феодально-республиканско-олигархическую традицию, заглушенную Иваном Третьим, избравшим имперско-цезаристскую парадигму государства…

Колчак, точнее борьба с ним сибирских партизан, давала шанс сибирской демократической республике… То, что было свернуто в 20-м, при большевизации Сибири, может "развернуться" еще раз (скорее всего, обязательно развернется).

Сейчас понятно, что

в России сейчас нет доктрины, которая могла быть одновременно и наднациональной, объединяющей ее этносы и конфессии, и уникальной.

В "Европу" проще стремиться врозь (и не просто отдельно РФ и отдельно Украина), но и отдельно Тюмень, отдельно Москва, отдельно Петербург, и отдельно Кенигсберщина. Православная идея объединит с частью Украины и Белоруссии, но разделит с Северным Кавказом. С другой стороны, "истинный ислам" объединяет кавказскую этническую чересполосицу, но отделяет и от Кремля, и от "европейского выбора".

Национальная этническая идентичность тождественна сама себе — ей не нужны никакие сложные доктрины для обоснования, только мифологизация истории, точнее запрет на критический подход к уже культивируемым историческим мифам. Недохунвейбины устраивают публичные поругания книг историков-ревизионистов, назначенная следствием экспертиза признает экстремистской статью убитого адвоката Станислава Маркелова "Патриотизм как диагноз" (не убили бы — сейчас судили бы как Самодурова и Ерофеева). Юстиция преследует организаторов художественных выставок и художников, работы которых критически осмысляют русско-православную национальную мифологию, например Елену Хейдиз.

Но такая мифология — политическая эзотерика, ее не то что другим народам не предложишь, ее серьезным-то людям показать совестно.

Многонациональные государства могут достаточно стабильно существовать, когда они — империя, основанная на цивилизационной общности и уникальности. Империя, помещенная в поле цивилизации более высокого порядка, неминуемо распадется, как только имперский центр перестанет быть эксклюзивным "порталом", обеспечивающим доступ к этой цивилизации, а интеграция в общеимперский истеблишмент (говоря словами Айтматова, превращение в "манкурта") — единственный вариант значимой социальной мобильности.

Государства, состоящие из нескольких национальных общин: любимая Лениным Швейцария, Великобритания, Канада, Бельгия, Ливан, — могут быть стабильны, когда у них есть позитивный опыт совместного межэтнического партнерства и были факторы, более значимые для объединения, чем разделяющее их. Ливан был арабским островом стабильности и свободы среди ближневосточных войн и диктатур. Для французов-кальвинистов религиозная и политическая свобода в Швейцарской Конфедерации была важнее, чем племенное родство с рьяными французами-католиками, терпящими феодальный разгул, а затем абсолютизм Версаля и кошмар революций и войн. 180 лет назад, когда Бельгия восстала и добилась независимости, католицизм Фландрии объединял ее с франкоязычной Валлонией и разделял с голландскими соплеменниками-протестантами. Сейчас два века секуляризации убрали религиозный фактор и во весь рост закрасовался фактор национальный.

Огромный вред любому обсуждению национального вопроса наносят напоминания о мартовском референдуме 1991 года. Во-первых, он юридически мертв — и в России, и в других государствах, после этого прошли другие референдумы: по утверждению государственного суверенитета и независимости. Во-вторых, он мертв политически — нет силы, которая могла бы уничтожить 15 независимых государств (с явным риском третьей мировой войны), объясняя свои действия выполнением воли народов. И, в-третьих, референдум вообще очень лукавая вещь — на выборах ты формируешь власть на 2-7 лет, потом ты можешь передумать и привести к власти оппозицию. На референдуме ты как бы определяешь судьбу страны на десятилетия. Но ты уже передумал… Еще более смешны ссылки на сделанный народами 400-500 лет назад выбор — как будто соглашения феодалов между собой что-то значат для современных наций.

Возможно, многие турки хотели бы воскрешения Османской империи. Осталось уговорить арабов, греков, болгар, сербов… армян… Для воскрешения Австро-Венгерской монархии кроме ностальгии кучки австрийских немцев нужно было еще желание венгров, чехов, хорватов, поляков…

Инерционное политическое развитие неизбежно ведет к демонтажу Российской Федерации.

Алжир не будет французским. Ливия не будет итальянской. Индия не будет английской. Кавказ не будет…

Единственное, что может сохранить Россию, — это актуализация общности судьбы.

Такая актуализация возможна только в результате нескольких сценариев: всенародная борьба с жестоким захватчиком; всенародное освободительное движение против полицейской диктатуры и невыносимого гнета; всенародный цивилизационный прорыв. Мечты различных сегментов оппозиции о Сталине, Гитлере, Столыпине и организаторе геноцида народов Северного Кавказа Александре II страну не объединят.

В китайские полчища, отражая которые у стен Москвы, братаются русские, чеченцы и азербайджанцы, как-то не верится. В то, что "Сколково" — эта новая синтезированная "Кукуйская слобода", или даже финансовый дождь на наукограды — объединит народы, верится еще меньше. Об объединении народов России с помощью предвыборного набора парламентской лево-патриотической оппозиции (поделить углеводороды, усилить социалку, поддержать малый бизнес, дать отпор русофобам) говорить смешно. Три века российской имперской традиции исчерпали ее полностью. Россия может обрести устойчивость либо как гражданская нация, либо как этноконфессиональная Русь (существенно меньшая по размеру — в процессе утраты Кавказа отломится и Сибирь). Но не может быть гражданской нации рабов. Поэтому

только мощное освободительное движение даст народам России шанс сохранить государство, обретя единство надежды вместо нынешнего единства страха.

Только тогда можно будет внятно возразить генералу Власову. 66 лет тому назад ему как бы говорили: "Мы едины, потому что мы — равноправны, мы защищаем страну от немецких поработителей, у нас — самое справедливое общественное устройство".

Сегодня мы — неравноправны и измучены ксенофобией, мы молимся на Германию, мы считаем власть оккупантами, а правители нас — быдлом. Даже защитники Сталина (в отличие от защитников тридцатых-пятидесятых годов) уже не скрывают террора, искусственного голода и депортаций — они многократно прославляют эти меры как единственно возможные.

При любой политической и идеологической дискуссии, пущенной на самотек, вопрос стремительно съезжает в этнонациональную плоскость как психологически самую привлекательную.

Это настоящий вызов тем, кто ассоциирует себя с победителями 1945-го. Но нужно либо практически найти возможность без террора и тотальной цензуры сохранить Россию как многонациональное образование, либо честно признать, что генерал Власов был прав: лучшая участь для нашей страны — это разделиться на этнические государства, высшим достижением которых будет интеграция в Западную Европу на правах трудновоспитуемых младших братьев.

Если на некоем спиритическом сеансе (хоть и проклят вызывающий мертвых) возразить русскому Антидеголлю: "Вы проиграли, вас повесили", то тень генерала, потирая странгуляционную борозду, ответит: "Моих палачей расстреляли или с позором отправили в отставку, мой флаг — над Кремлем".

Последняя ошибка Христа
 

https://forum-msk.org/material/society/3674062.html

Опубликовано 22.07.2010

Да не будет у вас ни эллина, ни иудея, ни скифа, варвара,
ни раба, ни свободного, ни мужского, ни женского...

Автор не ставит своей целью разжигание ненависти и вражды между потомками (с одной стороны) и поклонниками (с другой стороны) своего гипотетического пра-пра-пра-прадеда Изи, а также вражды к ним, оскорбления и унижения их легкоранимых художественными выставками чувств.

Поток тупых и гнусных антисемитских комментариев, которыми отвечает формально левое интернет-сообщество на публикации автора, заставляет задуматься о том, что в современной России левые идеи - это не радикальный прогрессизм, как это было еще четверть века назад, а напротив, радикальный архаизм, обращение к догосударственному фундаменту русской культуры. Поток ассоциаций легко приводит к рассуждениям о сути антиглобализма, как псевдолевого, а на самом деле, реакционно-романтического движения, в принципе тяготеющего к инстинктивному антисемитизму. Но если даже левый, имеющий своим источником марксизм, край идеологического спектра европейской цивилизации впадает в антисемитизм, то это указывает на его, антисемитизма, поистине всепроникающий характер.

Автор глубоко убежден, что Холокост был кульминацией развития западного христианства, ибо Холокост объединил средневековую жестокость с наисовременнейшими для своего времени достижениями административного планирования, пропаганды, химии и инженерной мысли...

В той степени, в которой современная Западная Европа стала, как говорят клерикальные критики либерализма, постхристианской, она стала и постантисемитской, поскольку, по глубокому убеждению автора, западное христианство и антисемитизм - синонимы.
Указывая на это, автор не умаляет подвигов множества отдельных глубоко верующих христиан, с огромным риском для себя и своих семей спасавших евреев или выступавших против фашизма именно из-за его расисткой политики. При этом они искреннее считали, что реализуют гуманистические ценности той церкви, к которой они принадлежали, не отвлекаясь на разгадывание цивилизационных задач, возложенных историей на церковь.

Поэтому речь идёт о системном отторжении еврейства «сердцевиной» западнохристианской цивилизацией и длительном, многовековом поиске путей и методов такого отторжения, в нынешнее время благополучно завершившемся... Под водопад раскаяний в преступлениях церкви и тоталитарных режимов.

В современной Германии, где сама жизнь выполнила программу-минимум Адольфа Гитлера по еврейскому вопросу и обеспечено вытеснение евреев с позиций, которые дают возможность реально влиять на немецкое государство и общество, политику, экономику, науку и культуру, можно всё вокруг заставить мемориальными комплексами жертвам нацизма и наводнить страну бывшими советскими евреями. Все равно это будут «евреи-бета», т.е. знающие свое место - в отличие от «евреев-альфа» кайзеровского и Веймарского периодов, которые задохнулись бы в гетто «пенсионер-программист-ювелир-гинеколог-маклер».

Говоря о нацистской вине за Холокост, необходимо четко и однозначно сказать, что в существенной степени истребление евреев происходило в Европе при активном участии или посильном содействии местного населения. Немцы обеспечивали техническую сторону и администрирование. Другое дело, что людей сугубо западных, например, французскую и итальянскую полицию можно было заставить только отлавливать и транспортировать (на заведомое уничтожение) своих еврейских соотечественников, а восточных европейцев приходилось порой даже сдерживать в их стремлении собственноручно искоренить своих соседей-евреев.

Над разгадкой многовековой тайны европейского антисемитизма, берущего свои истоки в эллинистическом периоде истории, ломали себе головы лучшие умы, написавшие целые библиотеки. Многие мыслители просто принимали «вечность» антисемитизма за данность и предлагали свои рецепты, исходя именно из этого.
Не углубляясь в подноготную «коренного антисемитизма», автор пытается понять место еврейства в мире Запада и именно с этой точки зрения оценить методы и приемы антисемитов.
Прежде всего, автор считает нужным отметить, что считает евреев нацией-цивилизацией, подобно китайцам, индусам, японцам, русским и американцам. Поскольку феномен нация-цивилизация мало используется, то очень многие пытаются передать смысл этого понятия в иных выражениях. Например, с лёгкой руки Льва Гумилева, русскую нацию-цивилизацию стали называть «суперэтнос» (видимо, очень понравилось быть «супер»), хотя, если рассматривать процессы становления наций последовательно, то стадия имперского этноса исторически всегда предшествует стадии национального государства, и, строго говоря, «суперэтнос» надо бы называть «преднация». Другие считали еврейство исключительно конфессией, и были очень удивлены, что еврейские цивилизационные признаки не только не исчезли в результате гражданской эмансипации и секуляризации 18-20 веков, но даже проступили более четко и контрастно. Что и вызвало невиданный в истории всплеск антисемитизма в Европе, начиная с конца 19 века и завершая политикой государственного антисемитизма в СССР и Польше на закате коммунизма.
Выделяя понятие цивилизация в качестве основного социокультурного элемента человечества, автор исходит из того, что необходимо выделять цивилизации «материнские» (или 1-го порядка) и «дочерние» (или 2-го порядка). Ведь, строго говоря, великий имперский Рим, абсолютно самобытный как культура, был с цивилизационной точки зрения «дочерний» от Эллады, и римские переживания 1-го века н.э. по поводу эллинизации до смешного напоминали современные российские дискуссии на тему вестернизации.
Македония - истинный рассадник эллинизма - была цивилизационно «дочерней». Но именно ее «вторичность» избавила ее от многих внутренних проблем греческой культуры и обеспечила необходимый динамизм. Для примера: дочерняя американская цивилизация поистине триумфально глобализировала идеи французских просветителей, в то время как «материнская» культура смогла обеспечить мировую экспансию лишь некоторых направлений в искусстве и философии.

В лоне эллинистского мира Восточного Средиземноморья цивилизационно противостояли только греки и евреи. Это было поистине смертельная борьба. Греки, постоянно практикуя жесточайшие погромы, вырезали еврейское население мегаполисов. Зато во время еврейских национальных восстаний первой жертвой становилось окрестное греческое население. Именно александрийские эллинизированные интеллектуалы создали первые антисемитские доктрины - тщательно разработанные, даже с историософским обоснованием. Когда Рим перехватил у греков эстафету тотальной эллинизации, то немедленно столкнулся в смертельной схватке с евреями.

Известнейшая новозаветная цитата, которую постоянно обрывают на иудеях (кому нужны какие-то скифы), как раз и показывает, что Восточное Средиземноморье цивилизационно было разделено на эллинов, евреев, варваров (традиционное обозначение неэлленизированных народов, изначально семитов Леванта, потом и персов) и скифов (имелись в виду кочевые народы Северного Причерноморья). Из контекста фразы следует вся фундаментальность различия этих культур - через уподобление противостоянию полов и, главное, различию статусов раба и свободного гражданина. Разница между повелителями вселенной - римлянами (вообще не упомянутыми евангелистом) и подвластными им греками явно не была столь значима, как «священный рубеж» между эллинами и иудеями. Это еще раз подчеркивает усиливающий повтор - «ни обрезания», ни «необрезанья». При этом сам Иисус, совершенно солидарно с талмудистами, горячо осуждает прозелитизм фарисеев. Очевидно, он против распространения иудаизма (еврейской цивилизации) за пределы ее этнического ядра. А ведь за несколько десятилетий до начала христианства иудаизм, до того гонимый эллинистическими монархиями (с их точки зрения евреи были как, скажем, северокавказские ваххабиты выглядят сейчас в глазах московских либерал-империалистов), одержал грандиозный триумф - его приняли бедуинские племена восточного Синая, и их шейх Эродотос (Ἡρόδοτος) I, короновавшись царем Иудейским, создал мощную региональную державу. Прошло еще сто лет и среди римской знати иудаизм становится столь же модным, как йога среди московской и ленинградской интеллигенции в годы махрового расцвета застоя. Впрочем, Первая Иудейская война мгновенно пресекла увлечения римлян иудейской мистикой (греки этим не страдали), и Империя на полтораста лет погружается в пучину государственного антисемитизма. Забавно, что синхронно с повальным отмечанием шабата римскими аристократками (на что обильно сетовали Тацит и Сенека), эмансипированные александрийские евреи, типа Филона, искренне убеждали других (и себя), что между учениями праотца Моисея и Аристотеля нет принципиальных противоречий и возможен, говоря современными терминами, диалектический синтез.
Прошли еще века. Наряду с мощным еврейским очагом в персидской Месопотамии появляются влиятельные нееврейские бастионы иудейства - царства Хазарское и Йеменское. Появляются очаги иудаизма на Кавказе и в Крыму. На этой основе вполне могла бы сложиться иудейская цивилизация. Однако войны сносят эти царства, гасят внееврейские центры иудаизма. Видимо, последним подспорьем для пополнения еврейства, изрядно прореженного римскими погромами, послужило присоединение к иудаизму остатков испанских и африканских финикийцев.

Постепенно, к 17 веку на Западе сложилась нынешняя цивилизационная структура: «материнская» европейская христианская цивилизация с античными корнями и созвездие «дочерних» цивилизаций: Русская, Североамериканская, Латиноамериканская. Автор добавляет к этому списку еще две «дочерние цивилизации» (или субцивилизации) Южнобалканская и Еврейская. В лоне материнской цивилизации шел интереснейший процесс соревнования между национальными культурами за право стать матрицей цивилизационной глобализации. Сначала отпали испанцы, а французы уступили свое лидирующее место англичанам. Затем в соревнование включились и две «дочерние» культуры - американцы и русские. В итоге бились немцы, англосаксы и русские. Победители-англосаксы вступили между собой во внутреннюю борьбу и с 1990 года очевидно - именно Америке досталась роль определить принципы всемирного цивилизационного синтеза (и стать главной мишенью врагов этого синтеза). В каждом раунде побеждали именно те, кто сумел привлечь на свою сторону европейских евреев.

Но вернемся к нашей главной теме. Первый катастрофический по масштабу удар по европейскому еврейству наносят крестоносцы, направляющие на «освобождение Гроба Господня» (на прорыв установленной арабами экономической блокады западной Европы). Итог: погромы в самых экономически развитых частях Европы - Рейнской области, северной Франции и Италии... Постепенно на руинах еврейского бизнеса поднимается гигантская финансовая империя тамплиеров.

Другой, еще более страшный удар - разгром блестящей «синтетической» христианско-арабско-еврейской цивилизации в Испании, начиная с 1492 года. Разгром именно цивилизационный - множество богатых и успешных евреев готовы креститься. Формальный переход в христианство, как известно, не удовлетворил власти и инквизицию. Характер испанской цивилизации радикально меняется - самая развитая, блестящая и толерантная становится самой нетерпимой и косной, и постепенно полностью теряет историческую динамику, проигрывает восставшим голландцам, проигрывает британцам...

Мы видим первую отчетливую попытку побороть еврейство именно как враждебную цивилизацию. Это делается перед тем, как испанцы готовятся создать первую всемирную империю и пытаются стать гегемоном Европы, для этого стремясь подчинить Англию, Нидерланды, Францию, Италию и Австрию. Очень возможно, что политика кастильской династии и Торквемады именно и преследовала цель принудительно героизировать испанцев, вдохновить их фанатизмом, без которого процветающий торговый толерантный Андалус, поглотив Гренаду и добравшись до Вест-Индии, смог бы стать лишь Венецией Атлантики... Погром стал способом радикальной социокультурной коррекции.
Следующим проявлением антисемитизма на Западе, соразмерным испанским гонениям по масштабу, становится лишь нацизм.

Конечно, между крестоносными погромами и трагическими событиями августа 1492 года евреи изгонялись из многих королевств и иных владений. Перед изгнанием обычно ставился ультиматум - крещение или «изыди!». Крещение было очень важно - оно доказывало историческую победу Церкви. Впрочем, изгнанные одним христианнейшим владыкой, евреи немедленно находили прибежище во владениях соседнего, предвкушающего расцвет торговли от своего милосердия. Тем не менее, очень многие евреи были постепенно вытеснены на восток Европы - в страны, граничащие с грозной Османской империей - Польшу, Литву (включающую нынешние Белоруссию и Украину), Венгрию, Дунайские княжества (нынешнюю Румынию).

Но отметим очень важную подробность: Римская Церковь отказалась признать Талмуд еретическим или сатанинским произведением (в ином случае каждый упорствующий еврей должен быть отправлен на костер, или, по крайней мере, в заточение), в начале 16 века на защиту Талмуда поднялись все идеологи немецкого гуманизма.

Подчеркнем - ни Исламская, ни Русская цивилизация не знали антисемитизма европейских масштабов. Арабы и турки вообще не делали никаких усилий для обращения евреев. Византийская и унаследовавшая ей Русская цивилизация вели с иудаизмом яростную идейную полемику, начиная с проповедей Иоанна Златоуста, через обвинения католиков в скрытом филоиудаизме (спор об опресноках, сыгравший такую огромную роль в Великой Схизме 1054 года) и завершая гонениями на жидовствующих при Иване III. Однако погромных волн на Руси не было. Чудовищная резня во время хмельнитчины, повторившаяся век спустя в виде гайдаматчины, была феноменом сугубо западноевропейским - казаки (люди с принципиально европейской ментальностью) уничтожали евреев, которых рассматривали как часть польской имперской системы.
Параноический антисемитизм проявил только Иван IV, считавший что евреи (купцы из Польши) - отравители и устроивший бойню во взятом Полоцке. Но Иван Грозный искренне считал себя «немцем» - наследником римских цезарей, т.е. частью европейской традиции. И подражал он в своих обвинениях и действиях средневековым европейским правителям.
Парадокс в том, что если Екатерина II обосновывала антиеврейские ограничения рационально - опасностью экономической конкуренции со стороны еврейских торговцев и ремесленников, и так же обосновали резкое усиление этих ограничений при ее правнуке Александре III, уже его сын - Николай II обосновывал их сохранение вполне мистически: не могу, дескать, уравнять в правах врагов Христа. Это - очевидный цивилизационный надлом, как и реанимация кровавого навета (дело Бейлиса, Фастовское дело), бешеная популярность «Протоколов...».

Начиная с Александра I, и особенно Николая I, власти империи, воспринимая евреев как неких отсталых туземцев, делают все для их европеизации и интеграции, но через полвека политика меняется на прямо противоположную - евреев старательно «запихивают обратно в гетто». Выходов из нищеты «штетлов» и бесправия Черты оседлости два: исход за океан или смена веры. Интересно, что еврейские торговцы и коммивояжеры юга России, которым нужно было получить свободу передвижения, чисто символически принимали ислам. Это давало возможность продолжать соблюдать кашрут (в виде халяля), также покрывать голову, но уже не подпадать под антииудейские ограничения. Те же евреи, которым смена религии была нужна для интеграции в истеблишмент, для брака с православными, в т.ч. с аристократами - крестились. Еврейские женщины «из общества» часто предпочитали переходить в евангелические деноминации. Например, вторая жена министра Витте Матильда Хотимская. Это открывало дорогу к церковному браку, но избавляло от необходимости носить крестик, посещать православную службу, причащаться.

Советская власть в своей еврейской политике повторила путь царизма - от интенсивной интеграции евреев в 20-30-е годы, до политико-идеологической изоляции евреев конца 60-х - начала 80-х годов. Советские евреи, лишенные Сталиным элементов идишистской культуры (по сталинской формуле - «национальной по форме и интернациональной по содержанию»), восстановили свою идентичность как часть глобальной нации, имеющей своей государство-«очаг» и свою древнюю религию. С коммунистической точки зрения они стали «сионистами».

Нацизму, как известно, начиная со второй половины 19 века, предшествовали расистские антисемитские теории и движения. Эти движения появились именно в момент полного торжества еврейского просвещения (h-Аскалы) и уравнивания евреев в гражданских и политических правах. Европейские евреи стали искренне считать еврейство только религией. Секуляризация евреев и секуляризация западноевропейского общества оставили одетым евреям только некоторые черты средиземноморских народов, очевидно не выглядевшие слишком контрастно на городских улицах, тем более что интеллектуалы и те политики, которые претендовали на интеллигентную внешность, сплошь старались носить пышные шевелюры и густые бороды.

Ментально западные евреи 80-х годов 19 века совсем слились со своими соотечественниками. Они стали не только повелителями финансового мира, но и лидерами партий, редакторами и ректорами. И тут грянули два предвещающих будущее громовых раската - книга Дрюмона «Еврейская Франция» стала бестселлером, а в легковесной очаровательной Вене была учреждена и пошла от победы к победе Антисемитская партия. Потом было Дело Дрейфуса - острейший кризис либеральной цивилизации. Даже многие пламенные защитники оклеветанного капитана выступали за него и против антисемитизма клерикалов и помоечных аристократов не потому, что считали евреев такими же французами, как, например, католики и кальвинисты, а потому что обижать гонимое племя - не рыцарственно, а мы - французы - «нация рыцарей и мушкетеров».

Я представляю как поразился кайзер Вильгельм II, когда к нему пришёл на приём немец, видный общественный деятель Теодор Герцль (бывший известный венский журналист) и попросил помощи в переезде других немцев (пусть и Моисеева закона, но зато не латиняне-паписты) на безлюдную окраину Оттоманской Порты - и всё из-за того, что его напугали грубые истерики парижан (так всем известно, что эти лягушатники известные скандалисты и варвары и ещё со времён гильотины осуждают невиновных).

Уже давно отмечено, что исследователи антисемитизма (или, с другой стороны, жидоведы) в качестве обоснования гонений на (процитируем «Сказание о Гайавате») «богом проклятое племя» называют множество предлогов, которые часто противоречат друг другу. Миф об экономической конкуренции полностью разбивается о феномен глубоко филосемитских Нидерландов, где поселилось множество сефардских евреев (т.е. внешностью и языком напоминавших недавних испанских угнетателей), которые активно устремились в исконно голландские сферы - торговлю, включая, разумеется, и работорговлю, в международные финансовые операции. Казаки, громившие евреев, вовсе не хотели ликвидировать их конкуренцию в мелкой торговле и ремеслах - казаки не хотели становиться мещанством. Сравним. Евреи Франции и Италии в 19 веке резко увеличили свое присутствие в истеблишменте. Франция и Италия одинаково враждовали с немцами (Италия с Австрией). Франция с 80-х годов билась в припадках антисемитизма - Италия его не знала в принципе. Франция отстаивала свою социальную и культурную гегемонию в Европе - итальянцы и так знали, что наследуют величайшие культурные сокровища Запада.

Испания (мировой чемпион по антисемитизму в 16 веке) через 400 лет - при правлении Франко - совершенно про антисемитизм забывает, даже пропускает через свою территорию евреев, бегущих от нацистов. И это несмотря на то, что в годы Гражданской войны в Испании евреи были очень активны в борьбе с франкизмом, горой стояли за республику.
Антисемитизмом не страдали оба полюса Европы - Скандинавия и Южные Балканы. О нем быстро забыли в гиперкатолической Италии, но он безумно обострился в секуляризованной Франции конца 19 века.

Сейчас, когда российская радикальная оппозиция неосталинистского и православно-фундаменталистского толка уже 20 лет как превратила антисемитизм в своё знамя, тезис об отсутствии его как феномена Русской цивилизации представляется странным, однако за все это время оппозиционный антисемитизм почти не вышел с газетно-листовочных страниц и Интернета. Десятки тысяч зафиксированных органами членов экстремистских организаций и группировок, убивая направо и налево кавказцев и азиатов, пугливо обходят стороной обладателей длинных носов, бород и пейсов.

Требование уничтожить ядро еврейской цивилизации путем растворения Израиля в некоем гипотетическом общем палестинском арабско-еврейском государстве (Ливан-2) - это лозунг только исламистской революции в лице ее красы и гордости - ХАМАСа и Хезболлы, а отнюдь не большинства респектабельных государств, входящих в современную Исламскую цивилизацию. Цель этих государств ограничивается только оттеснением Израиля к линии перемирия 1949 года.

Поразительно здесь разве что смыкание исламистских революционеров и левого крыла западного правозащитного движения, так наглядно проявившееся в майской провокации с «Флотилией свободы». Оба эти движения едины в стремлении к элиминированию еврейской государственности. Разумеется, левые правозащитники и прочие антиглобалисты мечтают, чтобы с «сионистской оккупацией Палестины» было покончено «без пролития крови». Забавно, что канал EuroNews, начиная с военной операции на Юге Ливана в июле 2006 г., упорно называет израильские части - армией еврейского государства. И получают возможность много тысяч раз просклонять слово еврей в негативном аспекте. Возможно, так они снимают с себя и со своих зрителей подсознательное чувство вины за европейский антисемитизм (задолбали с вашим Холокостом)...

Вернемся ненадолго в 1 век. Вожди первых христиан, возможно, потому осуждали иудейский прозелитизм (хотя он, очевидно, должен был подготовить почву для последующего быстрого распространения христианства, подобно тому, как эллинизация Востока проторила дорогу Исламу), что ставили себя целью не изменение в свою пользу кода еврейской цивилизации, а изменении цивилизационного кода всего Восточного Средиземноморья, создание единой цивилизации второго порядка.

Мы не знаем, чем еврейская «дочерняя» цивилизация так раздражает материнскую цивилизацию Запада. Евреи полагают, что либо «проклятым геном социальной справедливости» (Дина Рубина), либо некоей особой иронией, особым критически настроенным умом... Евреи мистического склада считают, что антисемитизм - это социальное проявления первозданного животного зла - Йецер-h-а-Ра.

Окружающие антисемиты выделяют «разрушительный характер» еврейской ментальности. Когда нацисты писали о тотальном заговоре еврейских плутократов с еврейскими марксистами, они не только злопыхали. Возможно, это была и косноязычная попытка сказать, что существует общецивилизационные признаки европейского еврейства, которые не отменимы социальным статусом, культурной дистанцией, религией и мировоззрением. Задолго до Гитлера Маркс писал, что эмансипация (освобождение) евреев не возможна без эмансипации Европы от евреев. Примитивно понимать эту мысль как призыв обеспечить гражданское равноправие, ликвидировав финансовый капитализм, в котором было сильно еврейское присутствие. В конце концов, евреи очень быстро потеряли монополизм в банковском секторе, а коммунизм и нацизм вообще полностью «эмансипировали» евреев от частной собственности. И именно после этого антисемитизм запылал в полную силу. Скорее всего, внук раввина и сын прусского чиновника давал понять - еврей не станет равноправен как личность, пока не перестанет быть евреем в своей сущности. Это не означало призыва к тотальной ассимиляции, но к такой перемене цивилизационного кода Европы, при которой исчезнет восприятие еврейской цивилизации как отличной от европейской.

Важно отметить, что европейское еврейство - это первый и, безусловно, удачный вариант модернизации неевропейской цивилизации. Балканы и Япония были позже. Муки российской модернизации мы переживаем непрестанно. Поэтому многие внутриеврейские кризисы определяются трудностями модернизации и вестернизации.

Интересно, что в самой еврейской цивилизации идёт постоянный спор двух «сверхзадач». Первая, понятна, это - периодическое собирание народа Израиля из диаспоры (из «рабства») на Святой Земле и укрепление суверенной еврейской государственности, с одновременным отстаиванием еврейской идентичности.
Вторая задача формулируется так: "Вы... будете Моим уделом из всех народов... будете у Меня царством священников и народом святым" (Исх: 19:5-6). В современном виде это можно сформулировать так: поддерживать определенный социокультурный код (например, этический трансцендентальный монотеизм, представления о тождественности милосердия, справедливости и праведности - понятие Цдек) и способствовать его экспансии в другие социокультурные среды.

Очень многие острые споры в еврейской среде, а также известный феномен еврейской «самоненависти» как раз и вызваны борьбой между этими цивилизационными сверхзадачами.
Дело в том, что формирование стабильного еврейского национального государства, успешно завершая выполнение первой задачи, фактически отменяет вторую, поскольку в таком случае поддержание нации не требует никаких особых духовных усилий - нация тождественна сама себе и живет своей историей и мифологией, а её духовные искания малоинтересны окружающим, поскольку направлены на неё саму. Одновременно выстраивание нации-государства радикально меняет статус социальных слоев (сословий и квазисословий): центральная роль, принадлежащая в лишенном аристократии социуме духовенству (затем, вообще, интеллигенции), быстро переходит к военным, партийным и профсоюзным вождям, предпринимателям.

Характерно, что ни одна из других дочерних Западу цивилизаций антисемитизмом в острой форме не страдала - ни Североамериканская, ни Латиноамериканская (антисемитизм был только в европеизированной Аргентине), ни Южнобалканская (там не любили турок и соседние народы, а евреев даже спасали), ни Русская.

Этот момент выделю отдельно: погромы - признак Черты оседлости, а это сейчас - Восточная Европа. Ни Черноземная - очень консервативная - Русь, ни Поволжье, ни казачьи области, ни, тем более, Русский Север и Сибирь погромов не знали. Доводы о том, что к востоку от Днепра не было еврейских поселений, отмету, напомнив, что и во Франции 1896 года их не было, как и в Германии 1933 года. Один квартал улицы Розье в Париже и еврейский район Берлина ничего не определяют.

Сегодня еврейская субцивилизация из Европы полностью вытеснена. Евреи, которые уцелели после антисемитских волн времен Гражданской войны 1918-20 годов и после Холокоста, либо вытеснены в Южную и Северную Америку, либо - в Израиль. Как только Русская цивилизация европеизировалась, она вытеснила евреев, завершив «200 лет вместе». Причем, это случилось в самый разгар либеральных преобразований, на втором - после двадцатых годов - пике еврейского присутствия в истеблишменте.
В СССР Сталин уничтожил к 1952 году все институализированные элементы еврейства - прессу, театры, смыслоопределяющие позиции в госаппарате, науке, производстве, культуре и армии.

Сейчас в Европе, включая Россию, евреи потеряли подавляющее большинство социальных позиций, которых достигли к 20-м годам 20 века. Евреи вытеснены либо на маргинальные, либо на социально низкие и «грязные» позиции. Не кардиология, но стоматология, гинекология и психоанализ. Во властных сферах позиции именно для борьбы с оппозицией и инакомыслием. Директорами банков, но не заводов. Комментаторы, но не главные редакторы. Аналитики, но не депутаты и лидеры... Шпионы, но не полководцы. Хотя все знают опыт СССР и Израиля, где евреи сверхуспешно проявили себя и в социально «высоких» сферах.

Горький юмор ситуации в том, что европейское (и б. советское) евреи после Холокоста, антисемитских практик в странах советского блока и либеральных реформ оказались - мягко и бережно - оттеснены на позиции средневекового народа-сословия. Нет больше еврейской бедноты и еврейского пролетариата (100 лет назад в Царстве Польском, в Черте оседлости и в Лондоне и Нью-Йорке еврей был синонимом бедняка и пролетария). Но, с другой стороны, в Европе и Северной Америке больше нет евреев-военачальников и партийных и политических лидеров - сплошной «средний класс», интеллигенция, богема и немного финансовых и ювелирных воротил.

Консервативные европейские круги самоотверженно поддерживают Израиль. Ведь Израиль - это нация. Отдельное государство-нация. За теплым морем.

Христианские сионисты - единственные люди Запада, искреннее (бескорыстно) любящие евреев, очень трогательно поддерживают Израиль, тотальную алию и даже восстановление Третьего Храма. Ведь они хотят второго прихода Иисуса. Третий Храм будет означать только одно - первая попытка «ни эллина, ни иудея» провалилась... Надо начинать всё сначала.

Итак, за последние 22 столетия европейская цивилизация, начиная с агрессивного эллинизма диадохов и заканчивая полусонным либеральным постхристианством, добилась полного успеха в предотвращении органического проникновения в себя еврейской цивилизации и вытеснила из своего лона все её компоненты.

Прямо по английской пословице: чем выше забор, тем лучше соседи.

От редакции: Автор несколько сгущает краски относительно левого интернет-сообщества. Скажем, Евгений Ихлов навряд ли является левым, но публикуется на ФОРУМе.мск. А что говорить об открытом форуме на нашем ресурсе? Или автор полагает, что посты типа "перевешать всех коммуняк" размещает левая общественность?

То же самое и касательно еврейского вопроса - на форуме присутствуют полярные точки зрения, например, одни участники называют главреда антисемитом, а друге упрекают его же в сионизме и русофобии (Ихлова хотя бы в антисемитизме не подозревают). Не говоря о такой деликатной материи, как государственная пропаганда - популярность ФОРУМа.мск давно обратила на него внимание различных прокремлевских активистов, работающих на постоянной основе, они и пытаются моделировать общественное мнение, своими, подчас, нарочито параноидальными репликами. А есть еще участники с Украины, Белоруссии, других стран СНГ и граждане Израиля. И при чем тут позиция левого движения?

Та же ситуация и с патриотическим движением. Оно очень разнородно, но в своих организованных формах на самом деле достаточно толерантно. Отсюда и диссонанс между массовыми антисемитскими агитками неорганизованной (часто психически неуравновешенной) публики - и отсутствием реального действия со стороны организаций, где от душевно больных и просто сильно навязчивых быстро избавляются. Это не значит, что патриотические организации (в отличие от левого движения в целом) полностью свободны от антисемитизма, но он не является проблемой, ни для самих этих организаций, ни для евреев.

Автор весьма точно отметил, что для России как таковой антисемитизм, особенно в его погромной форме, не был характерен. Это, кстати, не совсем так, это не вполне заслуженный комплимент - история столкнула Русь с еврейским миром на самых ранних этапах формирования государства, и жид, жидовин был для раннего периода русской истории синонимом государства-конкурента, Хазарии. Отсюда отрицательный образ Жидовина и Чуда-Юда в былинах, отсюда гонения на средневековую "ересь жидовствующих" и так далее. Но, видимо, русский мир пережил этот конфликт раньше Европы, тем более Восточной Европы. И к моменту начала "200 лет вместе" у русских как субцивилизации выработался определенный иммунитет к антисемитизму - во всяком случае, негатив к татарам был гораздо сильней, потому что был более свежим, но и он давным-давно выветрился. И в этом еще присутствует недооценка влияния еврейской культуры на культуру русскую, влияния, куда более древнего, чем даже тюркское.

Опять же требует прояснения два как-будто взаимоисключающих высказывания автора: активное участие казачества в еврейских погромах и отсутствие еврейских погромов в казачьих областях. Но речь идет о принципиально разных казачествах - украинском (запорожском), сугубо восточноевропейском, и донском, яицком (уральском), терском и других казачьих войсках, бывших столь же сугубо российскими, принципиально не-европейскими. Вплоть до того, что в составе Уральского казачьего войска состояли многочисленные казаки-мусульмане, какая уж тут Европа...

Здесь та же путаница, что и с левыми, к которым относят по традиции и КПРФ в ее зюгановско-никитинском изводе, с теорией "русского социализма" и плохо скрытыми антисемитизмом позднесоветского номенклатурного периода, и - с реальным левым движением в России, образовавшемся вовсе не на обломках КПСС, а имеющим совершенно иной генезис. Сегодня коммунистами в России называют и последователей идей Маркса (Энгельса-Ленина-Троцкого-Сталина), и остатки "патриотической фракции" в поздней КПСС, открыто призывающих к ревизии марксизма, а о пролетарском интернационализме отзывающихся как о чуждому "русскому духу" веянию.

Впрочем, у настоящих левых есть другое принципиальное расхождение со сторонниками "еврейского государства", на самом деле, более глубокое, чем у евреев с поклонниками "русского социализма", поскольку последний есть адаптированный под иную конфессию бундовский социализм, а вот ортодоксальный марксизм, по сути, антагонистичен не только национальному государству, но и государству как таковому...

Анатолий Баранов, неотроцкист

Как возразить генералу Власову
 

https://forum-msk.org/material/society/3690981.html
Опубликовано 24.07.2010

Новый взрыв дискуссии о тех подданных Сталина, которые пошли сражаться с его режимом в составе войск Третьего рейха, дискуссия, которая стала тенью дискуссии о сути сталинского режима, как обычно, обошла самые важные вопросы: Какую альтернативу сталинизму предлагал генерал Власов, точнее, его идеологи, близкие к солидаризму http://www.ntsrs.ru/solidarizm.htm (русской версии доктрины "консервативной революции); каким они видели национально-государственное устройство России (имелась в виду "Большая Россия" равно СССР) и место России в мире?

Как ни странно, но это абсолютно взаимосвязанные вещи.

Задача Власова (конечно, речь идет о коллективном Власове) была опереться на более-менее целостную программу, альтернативную сталинизму.

Ультраправые (православно-монархические) и левые (троцкистские и социал-демократические) доктрины он отсек как уже потерпевшие историческое поражение.

Концепция Сталина (в переводе на язык современных понятий) в конце тридцатых - начале сороковых годов выглядела так: убеждение в избранности (исторически-цивилизационная особость) общности имперского типа, формально разделенной на этнические сатрапии, в которых заботливо культивируется этнографическое своеобразие, при безусловном доминировании великорусского типа, который был подвергнут особо тщательной селекции (гонения на церковь, традиционную интеллигенцию, аристократию, сельскую элиту), и потому удостоился стать Старшим Братом для других этносов и цивилизационным эталоном для натурализации представителей других культур.

Альтернативой этой концепции стала "власовская" (см. Пражский манифест Комитета освобождения народов России - запоздалая идеологическую откровенность власовцев) - предоставление государственной самостоятельности народам СССР и создание национальной русской государственности - внимание, - интегрированной в европейскую цивилизацию, в которой заведомо доминирует иная, чем русская, цивилизационная модель (на тот момент - немецкая).

Вот она, дилемма последних пяти веков русской государственности. Либо то, что называется универсальная мессианская империя, либо национальное русское государство - равный партнер с другими бывшими частями Российской империи и младший партнер (ученик) европейской цивилизационной доминанты - германо-романского мира.

Это две устойчивые модели:

империя и особый путь;

национальное государство и интеграция в Европу.

Рекомбинация этих элементов дает, как показала история, неустойчивые сочетания: ускоренная европеизация империи при последних Романовых и европеизация СССР при Горбачеве привели их "лоскутные" державы к распаду. По очень простой причине: каждый народ (каждая национальная элита) империи счел, что самостоятельно он сможет куда лучше европеизироваться. Национальное государство, которое избрало "особый путь" и отказалось от причастности к цивилизационным полям следующего порядка, быстро превращается в исторический заповедник.

Ельцин попробовал создать под видом СНГ и РФ либерально-имперскую "матрешку". Выяснилось, что "российско-демократическая" модель не обладает никакой привлекательностью ни как культурный, ни как социальный, ни как политико-идеологический образец. Эта "матрешка" держалась только на основе экономических преференций (для СНГ по ценам на углеводороды; для республик России - по оставляемым на местах налогам и доходам), показательных расправ с сепаратистами (чеченцами) и полного развязывания рук республиканских этнократий.

Путинская "суверен-демократия" стала попыткой воссоздать модель "особого пути" - патернализм и националистическая и клерикальная альтернатива европейской демократии. Обещанием политической стабильности, милитаристско-авторитарной эстетики и грезами о каплях от потоков газоеврового изобилия путинизм привлек сердца внероссийского электората, но жесткий экономический эгоизм и кичливая имперская риторика оттолкнули от России большинство ее соседей.

Обещанием "модернизации" Кремль второй раз за последние четверть века приступил к разрушению концепции "особого пути".

Пропадает и старательно насаждаемый страх перед демократией как разгулом вседозволенности. С социальным патернализмом будет покончено немедленно после следующих президентских выборов. Для национальной консолидации остается только национализм. Однако в современной России основой идентичности подавляющего большинства населения является этноконфессиональная идентичность.

В этих условиях национальный вопрос (в котором, как уже было отмечено, спрятаны два - место России в мировой цивилизации и отношения между этносами внутри Российской Федерации) становиться главнейшим.

Именно поэтому основные политические силы от него либо уходят, либо отделываются невнятными лозунгами. Так ведут себя и правые, и левые, и умеренные. Все понимают его сугубую важность при воссоздании разваливающейся государственности и не желают вынести на общую дискуссию, понимая его взрывчатый характер. Национал-демократы лимоновцы отделались невнятными тезисами (http://www.rg.ru/2010/07/20/programma-dok.html) о том, что дадут мусульманам свои анклавы с правом на шариат (что уже означает распад РФ как правового целого), но забыли про угро-финов и буддистов.

В принципе, этому есть объяснение - определенность может оттолкнуть электорат. А электорат мучается раздвоением: с одной стороны, хочется сохранить многонациональную державу или даже вернуть, пусть и частично, СССР; с другой стороны, хочется, чтобы твой народ был самым крутым (по всей стране или в "титульной" республике) - без особых представлений о том, как убедить остальных с этим смириться. Это, как ксенофобия мегаполисов: выходцы из мелкобуржуазной среды (вежливо называемой средний класс) вовсе не претендуют на места дворников или рыночных разнорабочих, но их раздражает обилие смуглых, непонятно говорящих, жарящих шашлыки на балконах... Они хотят великую державу... и таможенную заставу на МКАД. Они хотят иметь в составе своей страны Белоруссию и Украину - и продавать им нефть и газ даже дороже, чем любимым немцам (см. данные опросов "Левада-центра"). Да, это социальная шизофрения. Но какой вменяемый политик скажет избирателям про их шизофрению?

Последовательность могут позволить себе только политические аутсайдеры.

Из оппозиции лишь крайне правые готовы досказать до конца про желаемое национально-государственное устройство.

Таковых два, и оба основаны на национальной гомогенности: либо принудительной - унитарное государство с этническими бантустанами (преимущественно для мусульман), либо добровольной - исключение из будущего Русского государства нерусских территорий (с обязательной русификацией желающих остаться). Правым националистам просто. Они понимают, что к власти их приведет только национальная катастрофа - распад Российской Федерации или хаос после падения режима фашистского типа, который и так будет вовсю эксплуатировать национальную тему. Им достанет только высадить на эту тщательно возделанную национализмом почву свои лозунги прямого народовластия и социальной справедливости.

Сложнее левым националистам - они почитают только сталинский вариант решения национального вопроса, но, по нынешним временам, они ничего из него повторить, кроме, скажем, "дела врачей-олигархов", не смогут.

Левые интернационалисты и либеральные интернационалисты - политически исчезающе малая величина. И чем больше они будут проявлять принципиальность, тем меньше у них электоральных шансов. В этой принципиальности разгадка недавнего кризиса в "Солидарности": деятелям, которые честно сказали в своих блогах (но не на сайте организации), что они думаю о мусульманах и о том, какое им должно быть отведено место в будущем, когда страна сделает демократический выбор, показали на дверь. Хотя их доводы должны были гораздо больше нравиться потенциальному среднеклассовому избирателю, чем правозащитные заклинания.

Российская Федерация - это сердце гигантской континентальной империи, а не просто огромное пространство, населенное различными этносами и представителями различных конфессий, она включает в свой состав несколько поглощенных или неразвившихся государств. Эти потенциальные государства вполне могут восприниматься как страны/земли (land), поскольку их население имеет отчетливое этнокультурное своеобразие, автономную систему социальных связей и исторически связано с определенной географической областью.

Поэтому утопичны любые административно-унификационные проекты, ибо трудно объяснить народам этих land-ов, что все отменяется и отныне они - подданные единой унитарной страны, а свою национальность они могут оставить для дома и семьи, а также для фольклорных кружков.

Это вызовет, мягко говоря, непонимание. Грезы о превращении Татарстана в Казанскую область тем смешнее, что грезящие понимают: такое превращение станет либо итогом кровопролитной гражданской войны в центре России, либо - ее запалом.

Сегодня бессмысленно соблазнять нерусских, привязанных к своим land-ам, возможностью стать "русским". На их глазах дважды распалась русская империя и пала русская власть.

Они отлично знают, что "энергетическая сверхдержава" Путина жива лишь экспортом углеводородов, каждая молекула которых добыта на родовых land-ах тюрков и мусульман. Житель land-а - это не представитель диаспоры, жаждущий скорейшей натурализации, для которого предел мечтаний - "этнический квартал" со своими храмом, рестораном и библиотекой; он чувствует себя жителем своей страны, пусть и входящей в состав державы (страны второго порядка)...

Россия содержит в себе и несколько альтернативных вариантов государственного развития, привязанных к отдельным историческим областям:

1. несостоявшееся вольное государство американского типа (без крепостных и аристократии) на территории за Уралом;

2. несостоявшиеся казачьи республики на Дону и Кубани;

3. несостоявшийся "конституционный" феодализм - феодальные республики европейского типа на базе торговых городов - Великого Новгорода и Пскова (точнее, по всей Северо-Западной Руси);

4. несостоявшийся горский эмират на Северном Кавказе;

5. несостоявшееся мощное тюркское царство от Поволжья до Восточной Сибири;

6. несостоявшееся русское национальное княжество (королевство) между Смоленском и Самарой (не так важно, со столицей в Москве, Твери или Владимире)...

Эти альтернативы - не просто благодатная почва для вдохновения историков и фантастов. Каждая из этих альтернатив может получить шанс для перехода из потенциального состояния в кинетическое при благоприятных исторических условиях.

1918 год дал шанс казачьим республикам (что похоронило планы Деникина).

Лужковская Москва - это выглянувший из прошлого феодальный торговый город-государство.

Ельцин "высвободил" "вечевую", феодально-республиканско-олигархическую традицию, заглушенную Иваном Третьим, избравшим имперско-цезаристскую парадигму государства...

Колчак, точнее борьба с ним сибирских партизан, давала шанс сибирской демократической республике... То, что было свернуто в 20-м, при большевизации Сибири, может "развернуться" еще раз (скорее всего, обязательно развернется).

Сейчас понятно, что

в России сейчас нет доктрины, которая могла быть одновременно и наднациональной, объединяющей ее этносы и конфессии, и уникальной.

В "Европу" проще стремиться врозь (и не просто отдельно РФ и отдельно Украина), но и отдельно Тюмень, отдельно Москва, отдельно Петербург, и отдельно Кенигсберщина. Православная идея объединит с частью Украины и Белоруссии, но разделит с Северным Кавказом. С другой стороны, "истинный ислам" объединяет кавказскую этническую чересполосицу, но отделяет и от Кремля, и от "европейского выбора".

Национальная этническая идентичность тождественна сама себе - ей не нужны никакие сложные доктрины для обоснования, только мифологизация истории, точнее запрет на критический подход к уже культивируемым историческим мифам. Недохунвейбины устраивают публичные поругания книг историков-ревизионистов, назначенная следствием экспертиза признает экстремистской статью убитого адвоката Станислава Маркелова "Патриотизм как диагноз" (не убили бы - сейчас судили бы как Самодурова и Ерофеева).

Юстиция преследует организаторов художественных выставок и художников, работы которых критически осмысляют русско-православную национальную мифологию: кроме нашумевшей выставки «Запрещенное искусство 2006» (http://www.aerofeev.ru/content/view/133/165/), сошлюсь на Елену Хейдиз.

Но такая мифология - политическая эзотерика, ее не то что другим народам не предложишь, ее серьезным-то людям показать совестно.

Многонациональные государства могут достаточно стабильно существовать, когда они - империя, основанная на цивилизационной общности и уникальности. Империя, помещенная в поле цивилизации более высокого порядка, неминуемо распадется, как только имперский центр перестанет быть эксклюзивным "порталом", обеспечивающим доступ к этой цивилизации, а интеграция в общеимперский истеблишмент (говоря словами Айтматова, превращение в "манкурта") - единственный вариант значимой социальной мобильности.

Государства, состоящие из нескольких национальных общин: любимая Лениным Швейцария, Великобритания, Канада, Бельгия, Ливан, - могут быть стабильны, когда у них есть позитивный опыт совместного межэтнического партнерства и были факторы, более значимые для объединения, чем разделяющее их. Ливан был арабским островом стабильности и свободы среди ближневосточных войн и диктатур. Для французов-кальвинистов религиозная и политическая свобода в Швейцарской Конфедерации была важнее, чем племенное родство с рьяными французами-католиками, терпящими феодальный разгул, а затем абсолютизм Версаля и кошмар революций и войн. 180 лет назад, когда Бельгия восстала и добилась независимости, католицизм Фландрии объединял ее с франкоязычной Валлонией и разделял с голландскими соплеменниками-протестантами. Сейчас два века секуляризации убрали религиозный фактор и во весь рост закрасовался фактор национальный.

Огромный вред любому обсуждению национального вопроса наносят напоминания о мартовском референдуме 1991 года. Во-первых, он юридически мертв - и в России, и в других государствах, после этого прошли другие референдумы: по утверждению государственного суверенитета и независимости. Во-вторых, он мертв политически - нет силы, которая могла бы уничтожить 15 независимых государств (с явным риском третьей мировой войны), объясняя свои действия выполнением воли народов. И, в-третьих, референдум вообще очень лукавая вещь - на выборах ты формируешь власть на 2-7 лет, потом ты можешь передумать и привести к власти оппозицию. На референдуме ты как бы определяешь судьбу страны на десятилетия. Но ты уже передумал... Еще более смешны ссылки на сделанный народами 400-500 лет назад выбор - как будто соглашения феодалов между собой что-то значат для современных наций.

Возможно, многие турки хотели бы воскрешения Османской империи. Осталось уговорить арабов, греков, болгар, сербов... армян... Для воскрешения Австро-Венгерской монархии кроме ностальгии кучки австрийских немцев нужно было еще желание венгров, чехов, хорватов, поляков...

Инерционное политическое развитие неизбежно ведет к демонтажу Российской Федерации.

Алжир не будет французским. Ливия не будет итальянской. Индия не будет английской. Кавказ не будет... [окончание фразы подпадает под антиэкстремистское заокнодательство]

Единственное, что может сохранить Россию, - это актуализация общности судьбы.

Такая актуализация возможна только в результате нескольких сценариев: всенародная борьба с жестоким захватчиком; всенародное освободительное движение против полицейской диктатуры и невыносимого гнета; всенародный цивилизационный прорыв. Мечты различных сегментов оппозиции о Сталине, Гитлере, Столыпине и организаторе геноцида народов Северного Кавказа Александре II страну не объединят.

В китайские полчища, отражая которые у стен Москвы братаются русские, чеченцы и азербайджанцы, как-то не верится. В то, что "Сколково" - эта новая синтезированная "Кукуйская слобода", или даже финансовый дождь на наукограды - объединит народы, верится еще меньше. Об объединении народов России с помощью предвыборного набора парламентской лево-патриотической оппозиции (поделить углеводороды, усилить социалку, поддержать малый бизнес, дать отпор русофобам) говорить смешно. Три века российской имперской традиции исчерпали ее полностью. Россия может обрести устойчивость либо как гражданская нация, либо как этноконфессиональная Русь (существенно меньшая по размеру - в процессе утраты Кавказа отломится и Сибирь). Но не может быть гражданской нации рабов.

Поэтому только мощное освободительное движение даст народам России шанс сохранить государство, обретя единство надежды вместо нынешнего единства страха.

Только тогда можно будет внятно возразить генералу Власову. 66 лет тому назад ему как бы говорили: "Мы едины, потому что мы - равноправны, мы защищаем страну от немецких поработителей, у нас - самое справедливое общественное устройство".

Сегодня мы - неравноправны и измучены ксенофобией, мы молимся на Германию, мы считаем власть оккупантами, а правители нас - быдлом. Даже защитники Сталина (в отличие от защитников тридцатых-пятидесятых годов) уже не скрывают террора, искусственного голода и депортаций - они многократно прославляют эти меры как единственно возможные.

При любой политической и идеологической дискуссии, пущенной на самотек, вопрос стремительно съезжает в этнонациональную плоскость как психологически самую привлекательную.

Это настоящий вызов тем, кто ассоциирует себя с победителями 1945-го. Но нужно либо практически найти возможность без террора и тотальной цензуры сохранить Россию как многонациональное образование, либо честно признать, что генерал Власов был прав: лучшая участь для нашей страны - это разделиться на этнические государства, высшим достижением которых будет интеграция в Западную Европу на правах трудновоспитуемых младших братьев.

Если на некоем спиритическом сеансе (хоть и проклят вызывающий мертвых) возразить русскому Антидеголлю: "Вы проиграли, вас повесили", то тень генерала, потирая странгуляционный шрам, ответит: "Моих палачей расстреляли или с позором отправили в отставку, мой флаг - над Кремлем".

Правнуки князя Дракулы
 

29.07.2010

Раздался призыв судить гаденышей, точнее, подавать на них гражданский иск в Селигерский басманный районный суд. За оскорбление чести и достоинства своей деловой репутации. С другой стороны, звучат угрозы засудить Эллу Памфилову, кажется, за обзывание не то «недоносками», нет то «выкормышами». Ну, тут председатель президентского совета действительно не права: назвать так авторов и исполнителей галереи «незваных гостей» Селигера – это грязно оскорбить всех, увидевших Б-жий свет досрочно.

Когда я приду к власти, то одним из первых декретов будет декрет о запрете политической педофилии* – за развратные политические действия в отношении умственных младенцев я бы давал в два раза больше, чем за грязные прижимания к детям в лифтах и в переполненных автобусах. Но нельзя же карать самих жертв совращения!

Давайте посмотрим непредвзятым взглядом на происшедшее в Селигерском инкубаторе модернизаторов. Берусь утверждать, что имела место игра в черную магию: акт публичной инвольтации – нанесения ритуальных увечий на изображение жертвы с целью причинения ей вреда. Классическая магия подобия! Помните, за что казнили главного положительного героя в «Королеве Марго» - куколка в парче с булавкой в сердце (решил, идиот, «присушить» королеву).

Чертова дюжина голов с позорными надписями, объясняющими вину и в позорных головных уборах с изображением нечистой силы (в данном случае нацистской символики, что, кстати, очень даже подпадает, дорогая прокуратура). Это отвратительный микст из предказневого издевательства над еретиком и людоедским ритуалом устрашения врага частоколом отрубленных голов. Вечер стрелецкой казни. Или, допустим, Иван Васильевич воссоединяет Великий Новгород с Московским княжеством. Или трансильванский князь Влад Дракула устанавливает властную вертикаль... Или султан укрепляет непоколебимое единство Сербии с великой евразийской державой...

Когда я был маленький, фельетон про такое действо назвали бы «Пионеры-чернокнижники» (а уж какие были бы оргвыводы – что там рутинный судебный иск).

Ну разве можно современному просвещенному человеку (а в галерее «незваных» были сплошь такие) подать в суд на инвольтацию? И как поименовать ответчиков – организованная преступная группа ведьмаков и ведьмачек?

Если никакого трансцендентного мира нет, то вытворенное группой «Сталь» (их логотип – пряжка широкого ремня - красуется на всех плакатах, в т.ч. с критикой Николая Карловича), является всего-навсего действом, сравнимым с детским грехом. (Интересно, проходящего мимо Вячеслава Юрьевича не забрызгало... эктоплазмой? – впрочем, если что – языком слижут). И самое тяжкое наказание за этот грех – применение по назначению эмблемы оной группы. Хотя тут замучает ювенальная юстиция, но, опять же, всецело поддержит православная общественность.

Другое дело, что взрослые подстрекатели к политмастурбации подлежат строгой уголовной ответственности за половое преступление – совращение малолеток магией (ау, уполномоченный Астахов – вот здесь я бы не возражал против химической кастрации). Вот настоящее бесовство (ау, патриарх Кирилл). И еще, я представляю, как бесился куратор, когда в СМИ прошла утечка про ритуальное поношение Сванидзе: совсем от жары о…[все богатство великорусского языка] – члена Общественной палаты!!! Российской!!! Федерации!!! На кол!!! Убрать сей миг!!! Оправдайтесь как хотите: что пили беспробудно, что по обкурке, что перепутали с Лукашенко, что враги плакат подбросили...

А вот если трансцендентный мир есть (чему нас учит денно и нощно телевидение), тогда беда. Потревоженные неправильно выполненным обрядом элементали так ответят, что мало никому ни покажется: ни старшим товарищем («ибо кто соблазнит хоть одного из малых сих, лучше ему надеть на шею мельничный жернов и утопиться» (Мк.9:42) – Иисус знал что говорил), ни бездумным юным исполнителям – ТАМ на возраст не смотрят.

И после всего этого стращать этих юных дракуловцев судебной тяжбой? Нет, «мне отмщение, и Аз воздам» (Рим.12:19). А вдруг потом, за гробовой доскою, участников селигерских радений неприятно поразит весть, что старательность их в водружении голов на колы оценена по достоинству и что отныне (и навсегда) участь их быть вечными подручными у господаря Влада «Цепеша», или у Грозного-царя, или у султана Мехмеда... В местах, где погодка пожарче будет...

* Статья 135-1. Развратные политические действия
(Уголовный кодекс РФ, Глава 18, Cтатья 135-1)

1. Совершение развратных политических действий без применения насилия должностным лицом, либо общественно-политической организацией в отношении лица, интеллектуально заведомо не достигшего шестнадцатилетнего возраста, -
наказывается штрафом в размере до шестисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до четырех лет, либо ограничением свободы на срок до шести лет, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до десяти лет или без такового.

2. То же деяние, совершенное в отношении лица, интеллектуально заведомо не достигшего четырнадцатилетнего возраста, -
наказывается лишением свободы на срок от шести до двенадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до четырёх лет либо без такового.

3. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, совершенное в отношении лица, интеллектуально заведомо не достигшего двенадцатилетнего возраста, -
наказывается лишением свободы на срок от десяти до двадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до четырех лет либо без такового.

4. Деяния, предусмотренные частями второй или третьей настоящей статьи, совершенные группой должностных лиц по предварительному сговору или организованной группой, -
наказываются лишением свободы на срок от пятнадцати лет по двадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до четырех лет либо без такового.

Дубинка в левой руке
 

https://grani-ru-org.appspot.com/use...es/1.html.html
02.08.2010

Мне совершенно непонятно, почему либеральные оппозиционеры с такой злобой говорят об акции "антифа" у администрации Химок. Происшествие очевидно не требует такой эмоциональной реакции. В чем суть случившегося вечером 28 июля? Произошла демонстративная десакрализация власти: вооруженные милиционеры, комически тикающие от группы безоружных тинейджеров (дымовые шашки, пустые бутылки от минералки и пара травматиков – не тот потенциал, который должен обращать патрули в ретираду), да позорно незащищенное здание районной администрации, глава которой в апогей кризиса вокруг лесопарка отбыл на вакации в Красноярск (вот алиби - всем алиби алиби). Такой рейд Басаева-light.

Был ли этот рейд ошибкой? С моей точки зрения, да: из-за несопоставимости политического эффекта и издержек, главная из которых - формальное основание спецслужбам вести повальные гонения на молодежное анархо-антифашистское движение.

«Точечное» насилие, даже «бархатное» (а в Химках, подобно тому, как писали в титрах при экранизации Толкина, «во время съемок не один орк не пострадал») - это всегда самая неэффективная политическая стратегия. Вот это и должны были сказать либералы горячей молодежи. А не проклинать и не брызгать слюной. Ведь либералы претендуют на обладание высшей политической мудростью (история учит, что все дороги кроме дороги свободы и терпимости ведут в тупик и проч.). Ну, так с позиции этой мудрости исторических победителей клерикализма, абсолютизма, деспотизма, фашизма и коммунизма и дайте советы племени младому, незнакомому. А истерические проклятия еще никого не убеждали. Разъясните радикально-демократической оппозиции необходимость мирных либеральных методов борьбы за общественные интересы. И делайте это так же вдумчиво и старательно, как вы это делаете, десятилетиями склоняя Кремль к либеральным реформам. Ведь в нашем обществе, каждая клеточка которого пронизана насилием (и физическим, и психологическим), острым ощущением бесправия и ксенофобией, простые причитания на тему, как нехорошо кидаться камнями, оказывают такой же педагогический эффект, как, допустим, негодующие крики пенсионеров на юных футболистов, разбивших мячиком окно.

Только через много лет историки смогут оценить, был ли «рейд на Химки» поражением народного антикоррупционного движения или, напротив, переломным моментом, рождением новой героической мифологии сопротивления. Был ли это, условно говоря, «десант в заливе Свиней» или «штурм казарм Монкада»?

Но, повторюсь, я не понимаю раздражения либералов. Конечно, соответствующие публицисты, которые сейчас объединяют либеральную оппозицию с фашизмом, начнут – до кучи – объединять и с "антифой". Такая у них получится страшная оппозиционная гидра – союз «оранжевых» с национал-большевизмом и интернационал-анархизмом. Но ведь это только повышает политическую капитализацию. Получается, что либеральной оппозиции удалось создать многовалентную оппозиционную коалицию – справа налево. Такая способность всегда признак силы. Типа, трепещите, супостаты...

Главная «разводка» либеральной фронды – это нескрываемый намек апологетов путинизма: раскачаете лодку – придут русские фашисты, радикал-популисты, неосталинисты и антисемиты. Действует идеально: вот вам не нравится, что не соблюдают там какую-то статью Конституции. Может, вы хотите, чтобы к власти пришел Лимонов?! А вы читали в «Российской газете» его программу?! (Вот газета, а вот сухие памперсы.) Положим, Лимонов к власти не придет, даже если очередную акцию на Триумфальной выкосят из пулеметов. Впрочем, нас ли, видевших в Кремле Коржакова, Грачева, Сечина и Сергея Иванова, запугивать «подростком Савенко»?

Но теперь у либеральной оппозиции появилась возможность для ответных публицистических заходов: вы нам скажете, что либо еще раз Путин – либо Квачков. А в ответ не хотите ли: либо мы, гарантирующие вам, гады, какой-никакой, а «Habeas corpus», либо – memento Химки.

Вы нам грозите «коричневой» дубиной - ну так понюхайте «черный» кулак.

Сон о справедливом возмездии*
 

09.08.2010

Плодовитый литератор товарищ Юрий Мухин и ветеран спецслужб, китайский бизнес-аналитик Павел Басанец дали гневную отповедь Андрею Пионтковскому, предложившему позволить нынешним правителям России вывести значительную часть своего награбленного состояния и избавить их от уголовной ответственности (по совокупности содеянного). Пусть живут себе на уютных виллах. А их детишки (состоятельные молодые люди с хорошим западным образованием) получат шанс войти если не в элиту, то уж в субэлиту будущей свободной России. Цена этой беспринципности - отступит тень гражданской войны, которая вновь замаячила в этом мае, поскольку легендарное народное долготерпение стало таять на глазах и стало явно, что в обществе проходит аллергия на идею насильственного сопротивления власти, на восстание.

Довод Мухина - только увидев расправу над своими преступными и нерадивыми предшественниками, новые правители страны будут работать честно и самоотверженно, на благо народа. Номенклатура 20-х воочию была свидетелем расправ с элитой старой России (сама приняла в этом посильное участие). Однако, чтобы "подтянуть" свою "элиту" тридцатых-сороковых, Сталину пришлось расправиться с большевистской элитой (этот метод нашел поддержку у таких разных авторов, как сам Мухин и его антипод - Суворов-Резун). Однако сталинская элита пошла на разоблачение "культа личности", а затем брежневский партаппарат пресек оба варианта романтическо-мобилизационной реакции - заговор Шелепина в начале 70-х и "наведение дисциплины" Андропова в начале 80-х. "Народная расправа" с власть имущими, с одной стороны, создаст атмосферу террора, которая затянет и самих революционеров (скорее всего романтик Мухин станет одной из первых жертв чистки), а затем - когда общество устанет от террора - механизм "самоочищения" элиты будет отключен. Кажется, это называется Термидор. За ним следует оргия коррупции и стремительное разложение.

Проблема в том, что в атмосфере террора и нескончаемых разоблачений истинных и мнимых врагов не захотят жить люди честные, свободолюбивые, критически мыслящие. Они уедут. Как уезжают в США и Англию индийские интеллектуалы (на родине им платят неплохо, очень уважают, демократия есть, но только под окнами периодически режут "еретиков" - сикхов, мусульман...). И в новой революционной элите останутся одни демагоги, сражающиеся за власть, должности и имущество, вовсю орудуя дубиной народного гнева.

Басанец сетует, что без разоблачений и арестов негодяев из нынешней элиты (силами "честных чекистов") народ не узнает правды о преступлениях путинизма. Но вскрытие правды о преступлениях и амнистия виновников - разные вещи. Обещание амнистии - это будет самый лучший рычаг для давления на нынешних правителей в ходе торга за гипотетическим круглым столом режима и оппозиции. Современный испанец отлично знает, сколько и когда расстреляли франкисты (и сколько республиканцы). Но условием мирного ухода франкизма стала полная политическая амнистия. За попытку ее нарушить лишился поста знаменитый судья-разоблачитель Гарсон. Абсолютно беспринципная амнистия по двум путчам - 1991 и 1993 годов, - объявленная Госдумой в феврале 1994-го, убрала политическое насилие с повестки дня российской политики. И наступил гражданский мир. В Чили и Аргентине судят только самых отъявленных палачей и садистов.

Общество безусловно должно знать всю исчерпывающую правду. Одно это полностью делегитимирует нынешний режим, заблокирует его возвращение к власти, но если мудрая часть режима пойдет на бескровную капитуляцию, то почему бы не предложить гнилой исторический компромисс? Правители только должны четко понимать, что шанс на амнистию они имеют только, если откажутся удерживать власть, заливая улицы кровью и набивая тюрьмы. Всю оппозицию они не расстреляют, а потом начнется то, после чего будапештский октябрь 56-го с его мстительным кличем "Выстричь!" и развешанными на столбах чекистами и ответработниками им покажется тихими селигерскими игрищами.

Советские правители очень боялись кровавых восстаний и народных расправ. Будапешт на десятилетия стал их родовой травмой. Живые воспоминания о нем толкнули на расстрел демонстрантов в Новочеркасске в июне 1962-го и в Гданьске в декабре 1970-го. Этих расправ над "коммуняками" десятилетиями ждали диссиденты (одни - предвкушая, другие - страшась), их до обморока боялись "прорабы перестройки". Но ненасилие польской "Солидарности" и "бархатность" событий 1988-90 годов в Восточной Европе всех немного успокоили.

Осенью 1990 года в сверпопулярном тогда журнале "Огонек" вышла программная статья гуру раннего либерализма, сопредседателя Межрегиональной депутатской группы и будущего мэра Москвы Гавриила Попова. Статья была сделана в виде рецензии. Ее суть - прямое обращение к здравомыслящей части советской партхозноменклатуры: если вы без боя согласитесь с приходом демократов на значимые властные посты, то мы обещаем вам: а) уважаемый статус необходимого в обществе консервативного крыла элиты, б) все гражданские права, никаких люстраций, в) возможность стать частными собственниками и наслаждаться богатством в буржуазно-демократическом обществе.

Как все неписанные соглашения, это было исполнено идеально. Громогласно объявленный в ноябре 1990 года призыв к коммунистам "выйти из окопов" выродился в пару "митингов пыжиковых шапок". Скоро последовали стремительный провал ГКЧП и бесславный роспуск 19-миллионной "партии власти". Итог: превращения одной части КПСС и КГБ в новые правящие классы независимых национальных государств, а другой части - в солидные оппозиционные парламентские партии, получающие хорошую мзду на нужные голосования.

Через 20 лет со стороны Андрея Пионтковского явно последовало аналогичное предложение правящей группировке и особенно поддерживающим ее магнатам: сдайте самых отъявленных козлов, слейте путинизм - и у вас есть шанс.

Самое смешное, что гневная отповедь компромиссному предложению Пионтковского со стороны Мухина и Басанца - это прежде всего еще одно мощное подспорье либеральной оппозиции. Когда режим зашатается и будут назначены достаточно свободные выборы, то перед нынешними богатенькими буратинами и "беспартийными" экспертами и "еще более беспартийными" генералами, в том числе возрожденной полиции, будет стоять простой выбор - чью сторону занять: единомышленников Пионтковского, который отъявленный либерал-западник, но зато сулит им корректное обращение и некую даже юридическую амнезию; или же, напротив, единомышленников писателя Мухина, который хоть и обожает Сталина, отрицает участие НКВД в катынских расстрелах (то есть обладает массой патриотических добродетелей), но зато, что твой князь Дракула, сулит им виселицы и насаживание на кол.

19 лет назад советская партхозноменклатура уже сделала исторически верный выбор между поклонниками оппортуниста Попова и поклонниками принципиальной Нины Андреевой. Весьма вероятно, что и в следующий раз выбор будет сделан сердцем.

* Принципиальная ссылка на одноименную шестую часть эссе Григория Померанца "Сны Земли" (журнал "Синтаксис", Париж, 1984); отрывок здесь

К суду истории (мои показания)
 

20.08.2010

Когда путинизм накроется медным тазом* - в нашей стране победит Освободительное Движение. Как всегда в истории, в этом Движении воцарится центристская линия: нынешних хозяев жизни не выпустят со всем награбленным (как предлагают умеренные) и не казнят прилюдно за грехи их многотяжкие (как предлагают радикалы) – а будут судить. Честно и справедливо. За самые тяжкие преступления – государственный терроризм, узурпацию власти, политическую коррупцию... Судить Особым трибуналом. Поскольку финал путинизма будет фашистским (ибо уже сейчас фашизм является криптоидеологией правящей группировки), то Трибунал этот будет, наверное, назван Антифашистским.

И вот на этот Трибунал я принесу документальное доказательство государственного террора путинизма. Судя по собственному признанию, «Молодежное антифашистское демократическое движение «НАШИ» выпустило подметную брошюру «Стратегия 31» «Кому вершки, кому корешки». Тираж явно больше 999 экз., но выходных данных нет. Что уже нарушение закона. В том числе и со стороны издателя. Но это самое мелкое нарушение закона. В тексте помещена фотография председателя МХГ Людмилы Михайловны Алексеевой, сделанная тайно вечером 31 декабря 2009 года в кабинете начальника ГУВД по г. Москве. Тут развилка – либо офицер милиции (или ФСБ) «слил» документальную съемку в генеральском кабинете общественной организации – одна статья. А вот если общественная организация завербовала осведомителя в правоохранительных органах или установила шпионскую технику в кабинете генерала Колокольцева – совсем другая статья.

Но это мелочи. Не мелочи: обвинение лидера партии «Другая Россия» Э.В. Лимонова в том, что он «посылает доверчивых парней по грязным подворотням клеить листовки (а где клеить листовки, если подворотни предварительно не вымыл ДЭЗ?), делать растяжки, покупать оружие» (а это прямая клевета с обвинением в терроризме).

После разоблачения в Орле нацистской террористической организации, созданной офицерами ФСО, такие идиотские нападки в отношении людей, ничего опаснее листовок и яиц для метания** в руках не державших, выглядят особенно подло.

Самое главное – в упрек Лимонову ставится, что из-за принадлежности к его организации (она называется то «фашистская партия НБП», то коалиция «Другая Россия») были убиты 12 (включая сомнительные случаи самоубийства) его сторонников – все с фотографиями. А в отношении более 20 были возбуждены уголовные дела (включая реальные приговоры). Какие это дела – мы знаем: выбрасывание портрета Путина из кабинета Зурабова, «разжигание межнациональной вражды» между амурскими островами, разжигание социальной ненависти к ФСБ путем приравнивания к КГБ...

А вот про убийства надо подробнее. Даже ярые враги Лимонова, всячески стараясь его скомпрометировать, не нашли никаких иных причин для убийств его сторонников кроме самого факта участия в НБП. Случай «приморского партизана» Сухорады, то ли убитого при попытке сдачи, то ли покончившего с собой, стоит отдельно.

Что-то подсказывает мне, что «сторонников Лимонова» за их взгляды убивают вовсе не боевитые либералы, не кадыровский спецназ, не боны (наци-скинхеды) и не настоящие антифашисты (фальшивые могут только насаживать на кол куклы оппонентов). А также и не какая-нибудь тайная изуверская гандистская секта младо-социал-демократов.

Методом исключения остаются правоохранители. Действующие либо сами, либо с помощью «социально близких» уголовников. Действующие в рамках службы или решившие, что служение Отечеству заставляет проявлять личную инициативу... Хотя дюжина убийств членов одной партии – многовато для личных инициатив.

Вот четкое и недвусмысленное документальное доказательство существования в России, и не на Кавказе, а в центральных областях, в столице и ее окрестностях «эскадронов смерти», убивающих идеологических оппонентов режима. Оппонентов, не только не прибегающих к революционному насилию, но выступающих за исключительно мирные методы борьбы.

Прошу будущий Антифашистский Трибунал приобщить это доказательство к делу и учесть при вынесении приговора.

* Приближение к этому подтверждается массой симптомов проступающего маразма:
1) полет Бэтмена-пожаротушителя;
2) превращение спорной Триумфальной площади в археологический раскоп стоянки древнего москвича, где есть надежда найти бесценный артефакт – березовую грамоту, где рунами нацарапан первый в мировой истории отказ в согласовании митинга;
3) главное – угроза президентской администрации Лукашенко распечатать стенограммы президентских переговоров, более всего напоминающий сюжет из «Брачного чтива» или посулы школьника однокласснице: мол, не дашь списать контрольную - разошлю по мобиле, что я у тебя под юбкой сфоткал...

** В Никиту Михалкова и Михаила Касьянова, который (в отличие от режиссера) им все по-христиански простил.

Победитель и побежденные
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52B2F449B53AC
Крах умеренных вновь дает шанс новым радикалам
19-12-2013 (18:32)

Мне опять приходится спорить с коллегами-радикалами: с Александром Лукьяновым, Гарри Каспаровым, Андреем Пионтковским. С другой стороны, какой смысл спорить с умеренными — с ними спорит сама жизнь.

Ну вот, например, какой смысл спорить со славной своими словами и делами партией "Яблоко", ее лидерами — Явлинским и Митрохиным, когда первый говорит, что наилучший способ борьбы с путинизмом — это стать "проевропейцем" и, отказавшись от борьбы лично с Путиным, сосредоточится вообще на "системе", а второй призывает демократов в их политической деятельности уделить основное внимание российской (русской — у остальных она есть) национальной самоидентификации.

Уныло писать, что при персоналистских режимах борьба с автократом есть сердцевина борьбы с властью, что путинизм при президенте Медведеве и премьере Кудрине — это все-таки немножко более приспособленный к жизни вариант, чем при Путине и премьере Рогозине или Сечине. Разжевывать, что национальная идентичность формируется именно в ходе политической борьбы, что целью политической борьбы являются: обретение национальной независимости или (и) целостности; расширение гражданских и политических свобод; достижение социальной справедливости (в т.ч. "уравнительной"); блокирование прихода к власти "темных сил" (реакционных кругов или тоталитарных движений); обеспечение стране утерянной исторической динамики (это уже правые — Муссолини, де Голль).

Нация формируется, совершая экзистенциальный выбор, отвечая на вызовы истории, а не размышляя над тем, что хорошо бы вот сформироваться, стать европейцами.

Да, об "орудиях олигархии". В нынешней России до власти олигархов — крупного капитала, определяющего политику на региональном и федеральном уровне, еще так же далеко, как, допустим, было при Николае II или Вильгельме II на рубеже XIX и XX веков. Тому самые свежие примеры — судьбы политической карьеры Прохорова и экономической амнистии Титова.

Внимательный мой читатель знает, что я постоянно ссылаюсь на работы английского военного историка Лиддел-Гарта, посвященные "стратегии непрямых действий". Ее суть: самое сильное сопротивление — в направлении "лобового удара". Самый лучший способ — охват с флангов. Прикладывая эти рассуждения к общественно-политической борьбе, я делаю два вывода:

а) революция (или протореволюция — массовое протестное движение) — это полный аналог коалиционной войны;

б) успех приносят либо радикальная линия, либо достаточно умеренная. Заранее угадать нельзя.

Итак, если представить общественную позицию "атакующей стороны" при социально-политической конфронтации в виде шкалы, проградуированной от 1 до 5, то наибольший успех ждет занимающих 2-ю и 4-ю позиции, а труднее всего тем, кто действует с позиций №1, №3 и №5. Если представить шкалу общественной позиции в виде спектра, то здесь успех, скорее, на оранжевых, желтых, голубых и синих полях, а труднее всего — на красном, зеленом и фиолетовом. По мере радикализации ситуации, вся шкала одновременно смещается в условную красную сторону (красное смещение — как в физике), при "угасании" — в синюю сторону, в умеренность и консерватизм.

Неудача на одном фланге дает исторический шанс другому. Уже два года как идет борьба между радикальным и умеренным крыльями в протестном (т.е. исходящем из нелегитимности путинизма). Ультрарадикалы потерпели поражение в самом начале — за Лимоновым вечером 10 декабря 2011 года на площадь Революции пошли не больше полутысячи человек. Будь их раз в 10 больше — был бы московский Майдан. Но десятки тысяч пошли на Болотную — послушать випов, а потом, устав и замерзнув, вернуться домой, и за чайком-коньячком смаковать в Интернете свою массовость и крутизну.

Сегодня я спорю с тезисом уважаемого коллеги Андрея Андреевича Пионтковского о том, что 2013 год превратил Путина в политический труп, исполнив тем самым пророчество о том, что этот год будет для хозяина Кремля последним. Уходящий год Змеи принес России целый ряд важных событий: выдвижение Навального в лидеры протестного движения, Западное Бирюлево, Евромайдан... Но 2013 год превратил в политические трупы именно умеренных представителей протеста, а вовсе не Путина. Путин вышел победителем. О причинах этого чуть позже. Сейчас об оппозиционных деятелях. Вторая "кастрированная" амнистия наглядно показала, что политический вес правозащитно-демократической общественности столь же ничтожен, что и у бизнес-сообщества. Владимир Рыжков, дважды выпрашивавший у Путина амнистию для всех "узников Болотной"; Людмила Алексеева, отмечающая с Путиным 65-летие Всеобщей декларации прав человека; Михаил Прохоров, рекламирующий конструктивность предлагаемых Путиным реформ...

Но крах умеренных стал возможен только потому, что предыдущий год стал крахом радикалов. Именно радикалы не смогли создать русский Майдан. И тогда освободилась пружина альтернативной стратегии. Почему я всегда говорил о важности одновременного действия и радикалов, и умеренных. Радикалы давят на власть, запугивают и деморализуют ее. Умеренные, протягивая руку колеблющимся из числа истеблишмента, разрыхляют ряды власть имущих. Так было в 1990-92 годах. В условиях натиска на режим самое глупое устраивать склоку между этими двумя стратегиями, каждая из которых взламывает оборону врага на своем участке. Борьбу стоит начинать лишь когда фронт прорван и начинается соревнование за право захватить главные трофеи. Но до этой "весны 1945" еще очень далеко.

Теперь о Путине. Он победил оппозицию по одной простой причине — каждое крыло оппозиционного и протестного движение считало торжество над Путиным конкурирующего крыла большей (ну, даже столь же большой) проблемой, чем жизнь при власти Путина. Кроме того, Путин находится даже не в центре, а в эпицентре общества — он всегда может создавать временные коалиции: с бюджетниками — против предпринимателей, с бизнесом — против "иждивенцев", с "патриотами" — против "толерастов" и с "проевропейцами" — против "анонимного интернационала". Отнимая пенсионные накопления нескольких поколений, он показывает по телевизору шоу "моя борьба за Украину"...

Силу Путина показывает то, как он сперва лишил чиновников и депутатов заграничных счетов, а затем отлучает "олигархические" госкорпорации и "карманные банки" — как нас уверяют, экономическую основу путинизма — от офшоров, отдавая их под полную власть бастрыкиным и набиуллиным. Во имя общих интересов правящей номенклатуры — сохранения ее полновластия и обеспечения неуязвимости от западного давления — Путин явно пошел против частных интересов высших слоев. Это — безусловный признак силы. Оба его предшественника, Горбачев и Ельцин, на это не решились. Что, как известно, и привело их к краху, когда масса противоречивых сепаратных интересов размыли их политический курс.

Но крах умеренных вновь дает шанс новым радикалам. Я не собираюсь предвосхищать их появление, описывать их типажи. Я только скажу, что общество вступает в период очень жесткой борьбы. Отказ от амнистии всех "болотных" и подготовка второго "болотного процесса" — дела Развозжаева-Удальцова — это очень плохой симптом. Это признак мощнейшего наступления на независимое общество и оппозиционные круги. Потому что отечественная история хранит память о том, что такое "двойной процесс".

Как известно, стержнем Большого террора 1937-38 годов стали два "московских процесса". Я имею в виду только открытые процессы. Первый начался в январе 1937 г., и на нем были деятели явно второго-третьего эшелона (самым яркой фигурой был полукомический незадачливый организатор германской большевистской революции Радек). Этому процессу предшествовал закрытый процесс Зиновьева-Каменева и еще 14 большевиков ("дело Троцкистско-Зиновьевского террористического центра"). Этот процесс, как сейчас бы сказали, "создал преюдицию" для автоматического обвинения оппонентов Сталина в терроризме. Но январский процесс был только средством для разогрева параноической истерии. Главным был второй процесс — в марте 1938 года, на который были выведены главные архитекторы НЭПа во главе с идеологом большевизма Бухариным. Подсудимые наперегонки каялись во всех смертных грехах. По сути, это был сталинский суд не только над Октябрьской революцией, но и над всей ленинской генерацией большевиков. Ведь только хрущевская оттепель заново создала культ "верных ленинцев" и "настоящих большевиков". До вдохновленной Никитой Сергеевичем интеллигенции в общественном сознании понятия "большевик" и "ленинец" были синонимами террориста, коварного двурушника и вредителя.

Даже если Путин разрешит Никулинскому суду дать неотпущенным по амнистии "узникам 6 мая", что называется, "за отбытым", этот приговор окончательно утвердит версию властей о "массовых беспорядках". А второй "московский процесс" создаст видимость, что все протестное движение — это результат заговора финансируемых и подстрекаемых из-за границы авантюристов. Процесс Развозжаева-Удальцова будет превращен в суд над "Болотной площадью", над всем протестным движением. Точно так же, как суд над унизительно кающимся Бухариным был на деле сталинским судом над ленинизмом.

А после пропагандистского разогрева по либеральной оппозиции будет нанесен завершающий удар. В этих условиях обществу нужно вновь попытаться создать широкий фронт отпора. Первым делом прекратив ненужные склоки и отказавшись от безудержного политического прожектерства.

Доказательство от противного
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52B7EA3299C5F
О Ходорковском, Кавказе и "законе Альбац"
23-12-2013 (11:53)

Ну, вот, он на свободе, и как говаривали в старые времена, в свободном мире, в окружении любящих родных и верных друзей. Теперь с ним можно спорить, не опасаясь того, что бьeшь лежачего. Но спорить я с ним не намерен, поскольку то, что он высказал по национально-имперскому вопросу — блестяще характеризует истинную картину приближающейся к финальному распаду империи. Так за что критиковать уникальную фокус-группу. Это я о субботнем интервью (http://newtimes.ru/articles/detail/76448) Михаила Борисовича Ходорковского Евгении Марковне Альбац, невольной причине скороспелого принятия "закона Альбац" — о запрете сепаратистских размышлений.
Итак, что принципиально важного сказал бывший политзэк №1.

Первое. От империи к "мультикультуральности", минуя стадию национального государства перейти также невозможно, как и от феодализма к социализму, вывел формулу Михаил Борисович.

Видимо, у Ходорковского прочные западноевропейские представления о социализме — как о свободном обществе высокоразвитых людей. Именно поэтому для российских меньшевиков большевизм был еретическим извращением Маркса, и не было более последовательных критиков сталинизма, чем российские демократические социалисты.
Однако жизнь показала, что социализм в качестве формы тоталитаризма укрепился и сохранился именно в странах недавнего феодализма (азиатских) или полуфеодальных типа Кубы. Страны, затронутые буржуазным развитием, его рано или поздно добровольно отвергли. Точно также варианты с гражданской (внеэтнической) нацией хорошо удались в бывших колониях — Северной и Южной Америках, отчасти в Индии и Иране, но очень проблематичны в бывших европейских метрополиях. История показала, что фаза этнического национального государства надолго сдерживает переход к гражданской нации, в которой этническая идентичность — частное дело, а не предмет государственной заботы. Ровно также как сохранение мелкого крестьянского хозяйства является главной препоной для коммунистических правителей.

Второе. По мнению Ходорковского, России предстоит выбор: стать ли еe русским национальным государством [европейского типа — Е.И.] или российским национальным государством [гражданской нацией североамериканского или бразильского типа — Е.И.]. Михаил Борисович убеждeн, что это вопрос должен стать предметом диалога с основными этническими меньшинствами. Названы конкретно татары, башкиры и якуты. Здесь вся тонкость в том, что этнические меньшинства воспринимаются как субъекты — партнeры главного этнического субъекта — русских. Но если в общественном сознании России общество, прежде всего, делится по этническому признаку и именно этнические группы планируется убедить стать частью "российской нации", значит представление о том, что все живущие на территории Российской Федерации — это суть один народ осталось абстракцией из преамбулы к Конституции. Представим, что лет полтора сто назад видный американский деятель, хоть сам президент Линкольн, сказал бы: мы должны решить: либо мы все — американцы, либо главные — англосаксы, а голландцев, немцев, ирландцев и французов (на тот момент крупнейшие этнические массивы после англосаксов, время мексиканской, итальянской, польской и еврейской волн миграции придeт позже) мы должны убедить стать этническими меньшинствами при англосаксах. Это означало бы уже случившийся провал идеи Соединeнных Штатов как гражданской нации. Нация или уже ощущает себя как внеэтническая, внерасовая, внеконфессиональная гражданская общность, или — нет, и тогда выражения "новая историческая общность советский народ" или "россияне" становятся лишь поводом для злых шуток.

Третье. О Северном Кавказе. Этому региону Михаил Борисович даже не предложил дискуссии. Ходорковский совершенно справедливо сказал, что его отделение приведeт к множеству человеческих жертв. Он также сказал, что стремление избежать этого оправдывает очень многие издержки внутри страны (можно понять — и финансовые перераспределения бюджетных средств, и поддержка коррумпированных местных кланов, и ограничения демократии…). Но дальше: эта земля завоевана нашими предками… все страны когда-то бы завоеваны… и мы еe не отдадим… я сам возьму в руки оружие и буду сражаться за Кавказ…

Можно поeрничать: дрожи Кавказ, идeт Ермолов… Я дам вам парабеллум… По мобилизации старший лейтенант интендантской службы Ходорковский, Арбатский военный округ, группа снабжения ГСМ…

О завоеванных землях. Земли галлов (кельтов) и кельто-иберов были завоеваны германскими племенами (Галлия — выходцами из Франконии — это Бавария). Англов и ютов, завоеванных саксами, завоевали викинги из Нормандии, уже говорящие по-французски (диалект латыни, усвоенный кельтами как родной). Другая ветвь саксов завоевала Саксонию. Но в результате почти везде возникли единые народы. Там, где не возникли и до сих пор считаются, кто кого завоевал — там страны распадаются.

Проведeм мысленный эксперимент. Видный британский общественный деятель, может быть, даже лорд (за гуманитарные заслуги) заявляет: я с оружием в руках пойду, чтобы Шотландия не покинула Соединeнное Королевство, чтобы там не решил референдум — эту землю завоевали наши предки (срочно — перевозку и бригаду покрепче, буйный). Видный испанский общественный деятель заявляет: я с оружием в руках пойду, чтобы Каталония не покинула Испанское Королевство, чтобы там не решил референдум — эту землю завоевали наши предки (франкист недобитый). Однако, проговорив эти слова — явно предназначенные не для западной, а для отечественной, особенно, кремлeвской аудитории, Ходорковский, очевидно, не рисковал заслужить репутацию сумасшедшего или фашиста. Просто в массовом сознании устоялось — Северный Кавказ можно сохранить только силой или непрерывно нависающей угрозой силы. Ни в какую "российскую гражданскую нацию" его никакими "дискуссиями" не включишь. И чудовищные для современного западного европейца слова здесь естественны и органичны.

Подведeм итог. Наша атомарная фокус-группу показала, что население Федерации воспринимается даже рафинированным столичным либеральным сознанием как разделeнное, прежде всего, на этносы, а северокавказский региона — лишь как военный трофей всех последовательных правителей России — царей, большевиков и демократов. Следовательно, гонки между дезинтеграцией страны и гражданской консолидацией уже проиграны.

Слово в защиту российских либералов
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52BAD50D7E487
Либералы могут гордиться и тем, что они — самая "трезвая" и "честная" партия
25-12-2013 (18:11)

Ну, вот, опять приходится спорить с коллегами по протестному движению. На это раз — с социологом и "сетевиком" Игорем Эйдманом, судя по публикациям, левым коммунистом (западный термин "свободный коммунизм" в нашей стране не употребляется), который обрушился с резкой критикой за самодовольство на "упертых" российских либералов.

Строго говоря, в России словом "либерал" называют/ругают представителей двух совершенно различных систем взглядов.

Первые — это сторонники умеренных реформ в условиях умеренного режима, гарантирующего и расширяющего автономию личности.

Второе — это сторонники приоритета личных прав перед общественными и государственными интересами, считающие, что личность должна делегировать обществу только те права, с которыми не справляется, а общество — государству, местная власть — центральной — также те прерогативы, которые им эффективно реализовать невозможно. От этого вера в частнособственнический рынок и идейный и политический плюрализм, представления о том, что демократия — это честное соревнование политических проектов.

В обществе незавершенной буржуазной революции, находящейся в фазе феодальной реакции,

либералы как таковые (т.е. либералы второго типа) возможны лишь в качестве редких частных персонажей.

Более того, по критериям либерализма, ставшими у нас главенствующими, во Франции 1793 года классическим либералом был бы признан казненный гражданин Луи Капет — умеренный прогрессист, проводивший умеренно прогрессивные реформы.

Те, кого в России называют/ругают либералами — это классические буржуазные революционеры. Тот "большевизм", которым их попрекают — это нормальное "манихейство", свойственное любому уважающему себя революционеру. 220 лет назад во Франции революционные либералы самоназвались "патриоты", 25 лет назад в СССР — "демократы". Ставить революционеру в вину нетерпимость, воинственность, целеустремленность, склонность делить социальную жизнь на "светлую" и "темную" стороны — это насмешка. Без всех этих качеств он мгновенно проигрывает. И своим оппонентам, и своим конкурентам в революционном лагере. Только проиграть он не хочет, поскольку искренне убежден — его поражение и победа контрреволюции означает гибель для общества и страны, а его проигрыш внутренним оппонентам означает торжество ошибочной политической линии, обрекающей на проигрыш дело революции. В этом и трагедия честного революционера — он всегда исходит из того, что лишь он (и те, кого он считает своими вождями) знает рецепт спасения. В этом его сознание сродни религиозному, ибо истинный верующий всегда исходит из того, что поражение его церкви или распространение еретического направления грозит гибелью и церкви, и душе.

Коллега Эйдман упрекает идейно мотивированных буржуазных революционеров тем, что они так же идейно мотивированы, как и побежденные ими противники — коммунисты-(пост)сталинисты. Просто 40 лет назад в СССР и Восточном блоке (государствах Варшавского договора) схватились два идеологических противника — сталинисты и будущие буржуазные революционеры. Коммунисты-реформаторы и диссиденты социалистического и религиозно-консервативного толка были постепенно, со всем уважением их заслуг оттеснены в зону маргинализации.

Российские либералы (для простоты буду в дальнейшем называть буржуазных революционеров именно так), скажем честно, имеют повод для самодовольства — коммунизм они победили. Более того, основания для самодовольства имеет либерализм в целом. В XVIII веке либерализм победил королевский абсолютизм, феодализм и клерикализм, руководимый иезуитами. В XIX веке — добил монархизм, аристократизм и клерикализм. В XX веке — сперва победил нацизм, затем социалистические тенденции в западноевропейском обществе, а под конец столетия и советский коммунизм, вынудив коммунизм китайский и индокитайский идти по пути рынка. Во всех мировых турнирах либерализм — пусть и с трудом, часто жуткими методами и привлекая жутких союзников — но лидировал. Очевидный крах Иранской революции, поражение революционных исламистов в Египте, Тунисе и Ливии — симптомы того, что

либерализм берет вверх и над своим последним самым жестоким врагом последних двух десятилетий — исламизмом.

Либералы могут гордиться и тем, что они — самая "трезвая" и "честная" партия. Либералы в принципе исходят из полного отказа от любой социальной мифологии — религиозной, национальной, историко-романической, из неприукрашенного взгляда на народ, на общество, в т.ч. "гражданское". Если либералы и прибегают к пропагандистским клише, то делают это как специалисты по рекламе, которые отлично знают, что чем хуже сорт сока или стирального порошка, тем более трогательная девушка (или дедушка), должны его прославлять. Чтобы не говорилось об обмане либералами масс, сравнение между западным и советским магазином 90 года, и советским магазином и ельцинским магазином 93 года говорило само за себя и несло либералам победы.

Я не понимаю, почему Игорь Эйдман удивлен убежденностью российских либералов в своей правоте. Либералы видели, как побеждают во всем мире. Это при СССР член КПСС мог быть криптомонархистом, рыночником и пиночетовцем в душе. Представить, что некий деятель, разочарованный приватизацией, стал тайным социалистом, но под давлением среды притворяется либералом, очень сложно. Такие переходы происходят явно. Но, как правило, не в сторону социализма, а в сторону фашизма. Требовать от либерала отказа от убежденности в своей правоте из-за неудач либеральных реформ Гайдара-Чубайса так же странно, как предполагать, что шведского социал-демократа гложет раскаяние за преступления красных кхмеров, французского либерала — охватывает стыд за оппортунизм жирондистов или экстремизм якобинцев, а католик немедленно уйдет в атеизм или протестантизм, если ему ткнуть в глаза страдания Джордано Бруно.

В 1992 году либералами-рыночниками были почти все противники коммунизма. Некая фракция либералов (одна из полудюжины) получила шанс проводить свои взгляды в жизнь. Почему остальные должны за это себя винить? Кстати, партия "ЯБЛОКО" уже 20 лет играет на интеллигентском чувстве вины за действия "младореформаторов". И что, каков политический результат этого?

Победивший либерализм, как это происходит со всяким победившим течением, немедленно раскололся на движения, вступившие между собою в ожесточенную схватку.

Так сейчас линия идеологической конфронтации на Западе идет уже не между либерализмом и социализмом. А между правым и левым либерализмом. У каждого из этих полюсов есть своя функция. Правый либерализм защищает базовые ценности западного общества, выступая в качестве цивилизационного фундаментализма (в российском — неовизантийском в своей основе обществе — ту же социокультурную роль играют постсталинисты зюгановского толка и их аналоги). Левый либерализм адаптирует институты, созданные для защиты базовых ценностей, к новым вызовам, включая интеграцию незападных элементов — мигрантов, культур незападных стран. "Левый" Голливуд, свергнувший обоих Бушей, "мягко" несет в мир ту же правую в существе своем Американскую идею, которые Буши пытались нести "жестко" — на танковой броне.

Когда 18 лет назад я читал в Университете Натальи Нестеровой курс "прикладной политологии", то объяснял универсальную разницу между "правыми" и "левыми" так: "Левые" — это лоббисты будущего состояния данного общества, "Правые" — защитники его ценностного ядра, а следовательно, лоббисты прошлого. Поэтому при абсолютизме либералы — леваки, а правые — сторонники феодальных вольностей и власти церкви. При демократии либералы — правые, а социалисты — левые. Глядя из середины XIX столетия, видно, как неукоснительно левело западное общество. Самая умеренная германо-скандинавская социал-демократия тогда воспринималась бы как воплощение самого неистового коммунизма. В шутку можно сказать, что при Римской империи левыми были бы защитники грядущего феодализма (ограниченная, но личная свобода для земледельца и горожанина, независимость церкви от императора и гарантии прав для аристократии), а правыми были хранители идеалов сенатской республики, жесточайшего рабовладения и разграбления колоний как "общего трофея римского народа".

Сохранение левых позиций в сегодняшнем посткоммунистическом мире по этой схеме означает, что человечество движется к гипотетическому состоянию единой нации свободных и бескорыстных творческих личностей ("Мир Полудня" Стругацких, земляне из "Часа Быка" Ивана Ефремова). Почти весь прошлый век шел спор о том, какая цивилизация — русская или американская станет основой (цивилизационной матрицей) этого будущего единого человечества. Ни Германия, ни Китай и близко не смогли претендовать на такую роль. Русская "матрица" проиграла благодаря застою, поэтому в условно-либеральной России Брежнева чествуют заслуженно — его вклад в американский цивилизационный триумф столь же велик, как и вклад Николая II в триумф большевизма.

Но вернемся к отечественным либералам. Современные западные "внутрилиберальные" идеологические дискуссии так же искусственно перенесены на нашу почву, как, допустим, споры между троцкистами (теми самыми "свободными коммунистами") и сталинистами "о возможности построения социализма в одной стране", перенесенные в Испанию 1937 года. Ярости много, а общий смысл утерян.

Необходимо понять, что поскольку задачи буржуазной революции не решены, то главными социальными оппонентами по-прежнему остаются либералы и сторонники феодальных принципов. У нас эту роль играет номенклатурная рыночная бюрократия и силовая (чекистско-прокурорская) "опричнина". Игорь Эйдман неправ, определяя события 1991 года как раздел советской (общеноменклатурной) собственности между бюрократией. Суть того, что происходило с 1990 по 2000 год — это переход общеноменклатурной собственности к частной буржуазии, в т.ч. в форме захвата ее криминалитетом. Но все основные собственники на 2000 год, если и были выходцами из номенклатуры или КГБ, то из их нижнего слоя.

Повторное огосударствление собственности инкорпорацией ее в госмонополии разного уровня — это суть путинской опричнины, процесс настоящей феодальной реакции.

Не зря все организованные массовые протесты против путинизма проходили и проходят под либеральными (точнее, буржуазно-революционными) лозунгами ликвидации государственного рэкета и "опричного" перераспределения собственности и бюджета. А все путинское подавление буржуазной демократии 90-х служит именно обеспечению такого перераспределения. Но до сих пор частные состояния магнатов бизнеса значительно превосходят средний уровень номеклатурно-бюрократических или силовых. Либеральная фронда видит союзников в бывшей олигархии. Леваки, воспринимающие бизнес только как благодарных партнеров бюрократии, лишены возможности найти социального союзника.

Ошибка в определении правильной социальной диспозиции фатальна.

Точно так же ошибались троцкисты 75 лет назад, исходя из того, что сталинская номенклатура — это орудие кулачества. Превращение самих коммунистических функционеров в коллективный эксплуататорский правящий класс, понимаемый как класс феодальный по своей природе, пришло к диссидентам только начиная с Джиласа. Поэтому троцкисты проиграли Сталину, а диссиденты — выиграли у его преемников. Когда обещали низшим эшелонам номенклатуры возможность стать крупной буржуазией — элитой при демократии.

Россия будет первой
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52BFFFD2AE4D7
"Вечная Россия" будет "жить вечно", чередуя эпохи процветания и бедствия
29-12-2013 (17:41)

Мой вечный незримый оппонент писатель Андрей Андреевич Пионтковский задал риторический вопрос: "Кто уйдёт первым – Путин или Россия?" Он, в общем, правильно определил и гибельность для России и второго "золотого" застоя, и бессилие, возникшего при Ельцине, реформистского истеблишмента покончить с путинизмом, и неспособность путинизма к внутренней эволюции – ни в сторону мобилизационного (фашистского), ни в сторону умеренно-реформаторского (авторитарно-либерального) проектов.

Просто в данном контексте, словом "Россия" называют два совершенно разных явления. Россия как национально-цивилизационный феномен, непрерывно формирующийся с XV века* – с правления великого князя (короля по феодальным стандартам тогдашней Европы) Московского Ивана Третьего – в качестве православной русской империи на основании византийской цивилизационной матрицы.

Этот феномен прошёл следующие стадии:

сословно-представительной этнической империи (рейха – по тем же стандартам),
"универсальной" континентальной сословно-представительной империи,
ядра** континентальной абсолютистской империи,
ядра континентальной империи ограниченного абсолютизма,
ядра идеократической тоталитарной (мессианской) континентальной империи (коммунистический "халифат"),
демократической национальной державы имперского типа (конституционный рейх),
авторитарной национальной державы имперского типа…

Россия в этом качестве сохранится веками. Возможно, она пройдёт фазу конфедерализации или даже мозаичности, когда, подобно донаполеоновской Германии или постосманского Арабского мира, будет какое-то время конгломератом политически чуждых или даже враждебных государств с общим этническим большинством, культурным и языковым единством. Вероятно, крах предыдущих моделей – советского неомосковского и путинского неопетербургского, вновь, как в 1992 году, освободит "новгородскую" традицию и мы увидим развитие русской национальной и демократической альтернативы, прерванной в 2001 году. Словом, "вечная Россия" будет "жить вечно", чередуя эпохи процветания и бедствия, централизации и децентрализации. Как Германия, Италия, Греция…

Совсем иное дело Россия как послеавгустовское (1991) политическое образование. Вот здесь я убеждён, оно исторически не переживёт путинизма. Точно также, как путинизм не переживёт его создателя. Революция 1991 (точнее, кульминация Революции 1989-93 годов) была антифеодальной (антисредневековой) и антиимперской.

Вместо идеократической континентальной империи должны были возникнуть национальные государства, связанные в экономический, военный и гуманитарный союз на основе общей цивилизационной традиции.

Вместо тоталитарной социалистической системы – свободный рынок и многопартийная парламентская демократия. Высвобождалась "новгородская альтернатива", заглушенная при формировании того, что позднее историки назвали "русское централизованное государство". Но такой альтернативы – вечевой олигархической демократии было на роду написано жить всего лишь 9 лет. Затем многое вернулось. Федерация обернулась усечённым СССР (малой империей). Роль монопольно правящего класса заняла ФСБ, которая подчинив себе и бюрократию, и большой бизнес, и публичную политику, и медиа, и криминалитет, воссоздало номенклатуру – монопольно правящий сословный класс, в котором разделение социальных функций заменено распределение социальных ролей: депутаты назначены литредакторами министерских чиновников, часть обвинителей назначены быть судьями, часть политиков назначены служить парламентской оппозицией…

В результате оказались восстановлены все противоречия, разнесшие СССР – между центром и провинциями, между паразитарным феодальным сословием и классом свободных собственников, между потребностью общества в свободной и критической мысли и стараниями государства насадить очередную версию общеобязательной консервативной идеологии.

Неопетербургская неофеодальная неоимперия Путина существует уже дольше, чем ельцинско-лужковская неоновгородская «удельная» олигархическая демократия. Что, очевидно, означает, что дни её быстротекущей жизни завершаются.

Путинизм – неопетербургский период отечественной истории – это режим личной власти. Весь секрет этой власти в том, что Путин и только он обеспечивает ФСБ статус ядра власти, и, одновременно, в том, что основная часть населения всё еще воспринимает его как "диссидента на престоле" – внутреннего врага ненавистной и презираемой коррумпированной номенклатуры.

Поэтому путинизм без Путина невозможен.

Единственный, кроме Путина, уважаемый в обществе сановник – Шойгу, очевидно, не сможет сделать ничего для сохранения не просто режима, даже и стабильности на переходный период. Один из самых приличных и опытных путинских бюрократов – Собянин выглядел крайне бледно даже в соревновании с Навальным. Что уже говорить об условиях действительно состязательной политики.

ФСБ не может править напрямую, без ослепляющей толпу политической маски цезаризма. Оттеснение ФСБ нетерпеливо ждущими реванша бюрократическими и олигархическими кланами обнажит такую неприглядную наготу номенклатурного режима, что его падение станет лишь вопросом времени. Ни армия, ни полиция взять на себя роль нового стрежня режима неспособны. Одновременно, у фрондирующих группировок правящих групп, в отличие от 1991 года, нет своих политических агентов – ни слоёв бюрократии, ни реальных политических сил. Весь путинизм висит на Путине – на его аппаратной ловкости, на тщательно поддерживающемся балансе кланов, на тщательно дозированном давлении на власть имущих (запрет загрансчетов, запрет офшоров) и игре в кошки-мышки с гражданским обществом.

Путин олицетворяет непреходящую надежду всех социальных групп – от провинциальных инвалидов до нефтепромышленников – на то, что в следующий исторический миг он пойдёт им навстречу. Реальная социальная база Путина так узка и при этом так прочна, что он никогда не рискует стать заложником своих сторонников. С другой стороны, каждая фрондирующая группировка, прикидывающая свои возможности по устранению Путина, отлично понимает, насколько быстро и она будет сброшена в политическое небытие. В Украине революционную эскалацию может остановить олигархия – но в России уже 12 лет нет олигархии.

Нет и никакой непререкаемо уважаемой общественной силы, способной контролировать течение социально-политического кризиса. Ни армия, ни церковь, ни правозащитники, ни оппозиционные партии, ни независимый бизнес.

Вот цена предельной социальной атомизации, цена превращения путинизмом всех общественных институтов либо в инструменты власти, либо в декорации. Новый средний класс, больше всех заинтересованный в ликвидации путинской «опричнины» (силового перераспредения собственности), коррупции и произвола, единственный способный заместить кадрами вычищенных путинских номенклатурщиков, резонно опасается вызывать неконтролируемую революционную эскалацию. Ибо он станет одной из первых жертв народного недовольства – как слишком культурный, как стилистически чуждый массам.

Но крот истории всё равно упрямо роет.

Путинский миф тает, как сугроб под московским кислотным дождём. Неовизантийская (сталинская) цивилизационная матрица, на которую перенёс Путин свою опору в поисках желаемого консерватизма – исторический анахронизм, она постоянно разрушается под воздействием европеизации общества, в т.ч. европеизации самой правящей номенклатуры.

Поэтому сперва рухнет путинизм как социальная система бонапартистского типа. И лишь потом зашатается личная власть Путина.

Возможно, это будет выглядеть так, как описал Андрей Андреевич – миллионные толпы протестующих захлёстывают городские улицы и площади, а потом генерал внутренних войск отказывается повторять 6 мая 2012 года. Как в ночь на 11 декабря 2013 "Беркут" отказался зачищать Майдан. Но это не привело к победе Второй Помаранчевой революции.

После развала путинизма автоматически рухнет сама послеавгустовская государственность. Только путинизм, виртуозно чередуя запугивание, обман, раздачу бюджетных подачек, включая и отключая социальные лифты, мог её поддерживать. В этом момент Россия как держава исчезнет. Путинизм так и не смог дать общее будущее, а общее прошлое – Август 91-го помог обесчестить и оклеветать. Современная же Россия – создана именно Августом 1991, и предшествующей ему четвертью века интеллигентского-диссидентской традиции. Её дискредитация вынудила власть искать исторической опоры в думской монархии вековой давности. Что при отсутствии монархии, аристократии, почитаемой интеллигенции и всепроникающей церкви оказалось лишь любительской театральной постановкой. А опора на этническую национальную идентичность возвращает в эпоху "великого прошлого" – когда все этносы враждовали***, и их соединяла лишь твёрдая рука петербургских императоров.

И уже после распада Российского рейха (национальной империи) уйдёт последний российский цезарь – Путин. Он 14 лет последовательно заменял все живые ткани государства пластмассовыми протезами, а сейчас это пластмасса крошится на глазах. Но к несчастью, страна, пусть на исторический миг, но опередит его на пути в небытие. За оставшееся время полумёртвое гражданское общество вырастить новую живую плоть страны просто не успевает.

*Наследниками Киевской Руси наравне с Владимирским и Московским великими княжествами стало Великое Княжество Литовское, Русское и Жемойтское – первая европейская поликонфессиональная феодальная федерация. Поэтому однозначно выводить преемственность России от Руси я не решаюсь.

** Мы рассматриваем Россию как социально-культурный феномен в границах почти совпадающих с границами РСФСР-РФ. Поэтому она – «ядро» империй Ивана IV, Петра I и его преемников, СССР.

*** Всем моим критикам, которые скажут, что автор, дескать, повторяет ленинскую/либеральную клевету о «тюрьме народов», в то время как… отвечу: все континентальные империи формировали имперские элиты и субэлиты, интегрируя выходцев из подчинённых этносов; однако самоидентификация всех народов Российской державы сформировалась вокруг эпоса сопротивления оной. От воспевшего гайдамаков Кобзаря до движения евреев за выезд в Израиль.

И свобода, и справедливость… и равенство, и братство
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52C4103FDAEEE
Ответ Ивану Старикову
01-01-2014 (22:49)

В последнее время меня всё больше вдохновляет полемика. На этот раз, с коллегой по оппозиции Иваном Стариковым, который оптимистически, как и полагается видному общественному деятелю, сказал, что победить терроризм в России можно, но лишь обретя осмысленное национально-государственное будущее и соединив в нашем протестном движении идеалы свободы с идеалами справедливости.

Я же будучи несколько большим пессимистом, убеждён,

что исламистский терроризм в России абсолютно победить невозможно, но вполне реально сделать его маргинальным – как это произошло с терроризмом палестинским.

В отличие от многих критиков путинизма, я не считаю волгоградскую трагедию доказательством полного банкротства режима. Бостонский теракт ведь никто из нормальных людей не воспринял как символ краха правления президента Обамы. Целью исламистского (или, выражаясь словами Буша-младшего, "исламо-фашистского") террора в России является создание условий для торжества на части Северного Кавказа (а возможно и Поволжья) Исламской революции. Добиться этого нельзя, точно так же как палестинский террор не заставил Израиль покинуть Иерусалим, арабский террор не заставил США покинуть Ближний Восток и прочее. Точно так же народовольческий, а потом и эсеровский террор не смогли свергнуть самодержавие. Но этот тот случай, когда главное не результат, а сам процесс.

Исламистский террор – это отныне такая же неотъемлемая черта российской жизни, как и жизни британской, израильской и американской. Ибо Российская Федерация уже два десятилетия как неотъемлемая часть "Большой" Западной цивилизации – главной преграды на пути Исламистской революции. Даже если Россия "прекратит кормить Кавказ", и над Махачкалой и Джохар-Калой (Грозным) взовьётся зелёное знамя джихада, террор не прекратится, поскольку на повестке дня возникнут и Казань, и "несправедливость" новых границ… Но ослабить террор революционно-исламистский террор можно. Двумя испытанными способами.

Первый – создание в регионе политически эффективной мирной демократической оппозиции, не просто активно выступающей с антикоррупционными, социал-демократическими и правозащитными программами, но и имеющая возможность регулярно побеждать на выборах, иметь доступ к прессе… Люди должны иметь вменяемую и влиятельную альтернативу и консервативному правящему истеблишменту, и вооруженному подполью.

Второй – активное контрразведывательное проникновение в вооруженное подполье.

Как видно, ничего из вышеперечисленного не требует никакого чудесного изменения сути оппозиционного движения или обретения "национально-государственного суперпроекта". Разве что несколько "подвинуть" "Едро" в СКФО и хоть временно, но "заткнуть фонтан" ЛДПР. И вместо борьбы с "экстремистами" и НКО больше сил уделять агентурной борьбе с террором. Для всего этого не нужна даже отставка Путина. В конце концов, США, Израиль и Великобритания имеют внятные национально-государственные проекты и очень разнообразную оппозицию. На частоту и жестокость террористических атак против них это никак не влияет.

Впрочем, если правы те, кто считает предновогодние теракты провокацией отечественных спецслужб, то здесь для пресечения корней "управляемого терроризма" без проведения гипотетического Московского процесса, а также тщательной люстрации нынешнего истеблишмента не обойтись.

Другой важнейшей темой, поднятой Иваном Валентиновичем, стал его призыв привить либеральной оппозиции ценности справедливости, по его мнению, характерные для русской цивилизации. Дальше была приведена красивая публицистическая формула, как всякая красивая формула, весьма далекая от реальности. Дескать, в 1917 году победила "справедливость без свободы", а в 1991 – "свобода без справедливости". Вот здесь я решительно не могу согласиться. В марте 1917 революционеры были уверены, что выступают и за свободу (за демократию), и за справедливость. И в ноябре 1917 революционные солдаты и матросы были убеждены, что идут не только за любимой поклонниками особого пути Русской цивилизации "уравнительной справедливостью", но и за свободой – в том числе от гнёта господствующих классов (сейчас бы сказали – элит). Существуют очень разные понимания справедливости. От гражданско-правовой до общинно-уравнительной. И очень часто они сосуществуют в одной революционной голове. И свобода также понимается очень различно. Часто народы, избавившиеся от колониальной зависимости и получившие себе на шею вполне авторитарные режимы, искренне почитают себя свободными – у них одноплеменная полиция, мэры и министры. Это и считается национальным освобождением. То же относится к политической свободе. Под которой сплошь и рядом понимают диктатуру единомышленников, а вовсе не гарантии плюрализма для бывших власть имущих.

Революции вообще бессмысленно делить на совершаемые во имя "свободы" и во имя "справедливости".

В прошлом феврале я попытался свести воедино свою типологию революций, исходя из которой, выделил революции, ставящие себе целью усложнение общества, и революции для упрощения общества.

Идя по пути китайской натурфилософии, первые я определил как Ян (мужские), а вторые – как Инь (женские). Стариков, возможно, Ян-революции отнёс бы к "революциям свободы", а Инь-революции – к "революциям справедливости". Тогда мы косвенно выходим на традиционное марксистское деление революций на буржуазные и пролетарские.

Только непонятно, куда отнести Исламскую революцию Хомейни и революции Арабской весны 2011 года. Там были и требования демократии, и пафос ликвидации настоящего кастового деления, и огромная антикриминальная составляющая.

Свергнутые сейчас в Египте "братья-мусульмане" выступали не только за исламизацию общества (т.е. за ограничение бытовых свобод), но и за люстрацию коррумпированного госаппарата эпохи Мубарака. А это вполне демократический лозунг радикального крыла российского протестного движения 2012 года. Они ввели серьёзные налоговые льготы для малого бизнеса. А это отнести к социальной справедливости или к экономической свободе?

Поскольку сейчас – по моей классификации – в России актуальны задачи незавершённой Августовской революции 1991 года, то естественным проводником протестного движения (движения "За вторую революцию") является новый средний класс, находящийся на либеральных, право-социал-демократических и либерально-русско-националистических позициях. Этот социальный слой ненавидит произвол и коррупцию (т.е. он – за справедливость). И одновременно – за "буржуазную" парламентскую демократию, за усиление прав местного самоуправления (т.е. он – за свободу). Но он – категорически против таких "социалистических мер", как увеличение налогообложения, национализацию или бюрократические гарантии прав наёмных работников. Возможно, он согласится на некоторое увеличение налогов и усиление социальных программ для самых обездоленных – но только в обмен на ликвидацию коррупционного давления со стороны власти. Он не готов заплатить за демократию ни гиперинфляцией, ни венесуэльским популизмом. И этот социальный слой "русских европейцев", который прошлой весной я, по ассоциации со знаменитым романом Василия Аксёнова, назвал "Островом Крымом" – единственный, выступающий как осознанная оппозиция путинизма. Слой, требующий, чтобы на смену декоративной европеизации Горбачёва, Ельцина и Путина пришла европеизация полноценная. И другой оппозиции путинизму нет. Архаические (неовизантийские) круги, выступающие за некий демократический сталинизм, ни реально сорганизоваться, ни найти реальную социальную поддержку так и не смогли.

Как было отмечено чуть выше, под справедливостью и свободой понимаются совершенно разные, часто просто взаимно враждебные сущности. Равенство всех перед законом и равенство шансов в честном соревновании предпринимателей и политиков – это справедливость. Но и требование централизованного перераспредения доходов для выравнивания скандального социального раскола – тоже справедливость.

Это похоже на то, как менялась концепция прав человека. Ещё полвека назад права человека были правами "большого" человека, который требовал ликвидировать полицейский гнёт, дать ему возможность выбирать веру, публиковать свои взгляды и организовываться в партии. Дальше он всё был готов решить сам – использую демократию. Постепенно правами человека стали права "маленького" человека – который требовал особой защиты и покровительства от государства. Не права выбирать судей, прокуроров и шерифов, а бесплатного дежурного адвоката в каждом полицейском участке. Не свободной уведомительной регистрации бизнеса, а дотаций и пособий. Не свободного соревнования, а защиты аутсайдеров.

Сегодня в протестном движении, особенно в его "навальнианской" части, считается, что множество социальных и экономических проблем разрешится, если уничтожить коррупцию власти. И только потом придёт понимание, что бедность и непритязательность большинства населения – единственный козырь России в рамках международного разделения труда. Социальный популизм может разрушить экономику, как это произошло с сельским хозяйством эпохи НЭПа при сочетании уравнительного наделения крестьян землей и слабо развитых рыночных отношений.

Задача не в том, чтобы соединить эфемерную свободу и воображаемую справедливость в лозунгах. И даже не в том, чтобы сочинить красивую программу, обещающую всем сёстрам по серьгам.

Надо просто, чтобы прогрессивный (революционный) класс "русских европейцев" перестал воспринимать основное население как туземцев. Народ надо суметь полюбить.

У националистов масса минусов. Но у них один плюс – в отличие от имперцев, они считают народ своей плотью и кровью, а не строительным материалом. Минус этого плюса в неизбежной биологизации гражданского долга. Но, повторюсь, самая жесткая экономическая политика может быть социально приемлемой, если её предлагают те, кто любит народ.

Открытое обращение к Никите Джигурде
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52CB327DA5811
Шутить над подвигом и страданиями узника совести Иисуса-Иешуа так же неприлично
07-01-2014 (02:58)

Уважаемый Никита Борисович!

Я очень оценил Ваше выступление перед революционным Майданом. Мне в принципе понравился и Ваш новогодний клип. Однако одно вызвало моё сильнейшее внутреннее отторжение – это комическое изображение распятого.

Прежде всего, распятие – это мучительнейший вид карфагенской и римской казни. Который применяли, как правило, к смутьянам и бунтовщикам, т.е. людям, которым мы не можем не симпатизировать за их отвагу и свободолюбие. Не стоит над этим смеяться. И уже совсем нехорошо, бить по основоположнику христианства (или по его прообразу), протестуя против клерикализации.

Я отлично понимаю и разделяю Ваши чувства. Приговор Алёхиной, Толоконниковой и Самуцевич также точно провёл линию раздела между интеллигенцией и церковью, как отлучение Льва Толстого от церкви в феврале 1901 года.

Но, поддерживая любой протест против государственного использования российских конфессий для официальной пропаганды и одновременно стремления глав конфессий использовать государство для получения выгод и расправ с оппонентами, я не могу принять любых инвектив против того, кого Михаил Булгаков (с моей точки зрения – ужасно и комично) вывел в образе Иешуа Га-Ноцри.

Основоположники христианства (или его исторический прообраз) был по нашим критериям классическим узником совести, жертвой политических репрессий. Как и Алёхина, Толоконникова и Самуцевич, он был обвинён в богохульстве – за акцию, которая была направлена против коррумпирования религии, отчуждение духовенства от верующих. Эта акция также была проведена в главном храме. Она также была протестом против того, что «дом молитвы» стал «домом разврата» и торжищем. Против угодничества клира перед оккупационной властью, перед узурпаторами.

Точно также вдохновителем расправы стало церковное руководство, которое организовало кампанию давления на светские власти с целью заставить их применить уголовное обвинение.

Конечно, 22 месяца тюрьмы и колоний – это не прибивание к кресту, но в те времена осуждение оппозиционеров на смерть было столь же привычным делом, как и раздача «двушечек» в современной России.

Не забудем, что, исходя из дошедшего до нас ритуала казни и предшествующих издевательств (порка в пародийном царском одеянии – пурпурный плащ и диадема-венец) речь шла именно о наказании за самозванство. В любом ином случае такая процедура подпадала под очень строгие римские законы по обвинению в оскорблении «величия Римского народа» - публично высечь и казнить бродягу, переодетого императором, – это было бы расценено, в лучшем случае, как насмешка, а в худшем – как наведение порчи через «магию подобия»! Именно для того, чтобы не было и тени подозрений, что самозванец претендовал на место владыки Средиземноморья, на кресте было велено написать «Король Иудейский». Никому из других казнённых таких надписей не полагалось…

Но то, что казнённый по такому чрезвычайному обвинению как самозваничество пребывал на кресте без «подельщиков» (Варавва, Десмос и Гестис были обвинены совсем по другим делам, и ни первосвященник, ни римская власть не стали делать из этого единый заговор) означало только одно – выступление было сугубо ненасильственное и быстро спало.

Иначе вокруг Голгофы вырос бы лес крестов. Примеры бывали. При том же Пилате

Поэтому шутить над подвигом и страданиями узника совести Иисуса-Иешуа так же неприлично, как шутить над подвигом и страданиями молодых женщин, публично обличивших ложь и трусость клерикалов, подлость и жестокость государства.

Извините за резкость.

"И всё завертелось" – как начинали Первую мировую
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52CD253A69A25
Mоя ложка дёгтя в бочку юбилейного гламура
08-01-2014 (14:31)

2014 год торжественно объявлен в России Годом Столетия Первой мировой войны. Юбилей – всегда период торжества казённой мифологии. И дабы поубавить гламура, напомню несколько давно известных фактов, которые, однако, старательно вытесняются из массового сознания.

До начала Первой мировой войны в мире царил прогресс, даже так – Прогресс. Все самые вопиющие политические и социальные недостатки в странах Запада, включая тогдашнюю Российскую империю, исправлялись путём постепенных эволюционных изменений. В главных незападных странах – Китае, Японии, Персии, Османской империи – начались необратимые реформы в духе вестернизации. Затем происходит срыв, отбрасывающий человечество к политической архаике, за какие-то два десятилетия перечёркиваются сто лет общественного развития.

Как Запад влез в Мировую войну

Основными конкурентами были Великобритания и Германия. Франция не была экономическим конкурентом Германии. Эти страны также не были соперниками в основных сферах колониального соперничества – Африке, Китае и на Среднем Востоке. Марокко тогда – до открытия там месторождений бокситов и до открытия алюминия и создания металлической авиации (основного потребителя алюминия) – никакой ценности не представляло, и спор за него был только вопросом престижа. Франции были нужны лишь утраченные за 40 лет до этого Эльзас и кусок Лотарингии. Однако 40 лет терпели, и непонятно было, чего страсти разыгрались. Прозорливым людям было ясно, что через несколько лет и в Германии, и во Франции (и в Великобритании) к власти придут социалисты (в коалиции с левыми либералами), которые смогут договориться о мирном и демократическом варианте разрешения спора.

О том, как в войну влезла Российская империя

При Александре I Россия, получив Варшаву и Хельсинки, стала европейской империей. Теперь была поставлена следующая задача – стать империей мирового класса. Завоевания на Кавказе и в Центральной Азии дали России статус великой евразийской державы, но все эти приобретения были геополитическими тупиками. В 1853 году Российская империя попыталась стать гегемоном "христианской" части Османской империи, но была остановлена объединённым Западом. России не удался прорыв ни на Балканы, ни на Ближний и Средний Восток. Новая попытка – 1878 года – также встретила отпор Запада, а отвоеванная Болгария была быстро перекуплена Германией.

Утешительным призом для России стали лишь нищие Сербия и Черногория. Китайский карательный поход 1900-1901 годов сделал Россию хозяином Манчжурии, но через 4 года война с Японией лишила Россию плодов и этих завоеваний, похоронив проект "Жёлтая Россия".

Для обретения статуса мировой империи России пришлось вернуться к балканско-ближневосточному вектору. Роль главного гаранта Османской империи тем временем от Великобритании перешла к Германии. Особенно после явно германофильской Младотурецкой революции 1908 г. К этому времени российский консервативный истеблишмент преисполняется буквально священной ненавистью к "германизму". При этом Великобритания остаётся главным геополитическим противником России и на Дальнем (через союз с Японией), и на Среднем Востоке, и в Центральной Азии, т.е. на подступах к Индии и Персидскому заливу. Республиканская и декадентская Франция же выглядит в глазах русских консерваторах "дьявольским соблазном" либерализма, "Содомом и Гоморрой".

И, несмотря на всё это, Петербург идёт на антигерманский альянс с Францией и Великобританией. После создания в 1892 году негласного военного союза между Россией и Францией стремительно складывается профранцузское лобби в российских военных, промышленно-торговых и аристократических кругах. Интеллигенция же и так душой и сердцем с "прекрасной Францией". Замысел петербургских дипломатов, возможно, кажется им гениальным – опираясь на Францию, полвека не пускавшую Россию в Восточное Средиземноморье, туда как раз и прорваться. Залог прорыва – Проливы. Они становятся навязчивой манией российской политики. Итак, к началу XX века Франция любой ценой хочет отвоевать потерянные в 1870 году провинции, а Россия – заполучить ушедшие буквально из-под носа в 1853 и 1878 годах турецкие владения. Два безумца находят друг друга. В апреле 1905 года Франция, презрев то, что сейчас бы назвали "грубые и массовые нарушения прав человека в России", даёт Петербургу огромные кредиты (главное – это, конечно, публичное размещение российских облигаций во Франции). Это даёт средства и для социальных реформ, помогающих задушить "Освободительное движение 1905-1906 годов", и для невиданного перевооружения армии, создания буквально заново флота. Одно условие – тайный протокол требует от России через две недели после мобилизации начать наступление на Берлин. Игнорируя и "тюремщика славян" Австро-Венгерскую империю, и "тюремщика восточных христиан" Османскую империю – казалось бы, главных противников петербургских славянофилов.

С этого момента обречены и Германская, и Российская империи. Германии никогда не выиграть войны у объединённых франко-британских сил, имея в тылу миллионную российскую армию, даже отступающую по Польше и Галиции. Российской империи (т.е. полуфеодальной монархии) заведомо не пережить огромного напряжения сил, необходимых для участия в общеевропейской войне.

О подготовке к войне

Все понимали, что основные события франко-германской войны развернутся на территории между Мецем и Парижем. На активную часть кампании отводили два-три месяца. На будущем восточном фронте точно так же дело обстояло на линии Варшава-Кёнигсберг. Поэтому львиная доля российских, германских и британских военных расходов уходила на строительство линкоров и дредноутов. Хотя логика войны, казалось, напротив, требовала делать множество грузовиков повышенной проходимости, с противопульной защитой и пулемётными турелями.

Однако это было вовсе не романтично и как-то не величественно. Кайзер, царь или король могли позировать на спуске на воду линкора, но не могли торжественно выпускать бронегрузовик, даже 1000-й, хотя без колёсного транспорта план Шлиффена был вообще практически нереализуем – армия пешком, тем более подтягивая тылы, не могла за три недели дойти до Парижа, а затем, не останавливаясь до Меца, начав марш от Льежа, – и не упасть от истощения замертво. Что в реальности и произошло после "Чуда на Марне".

Ещё о парадоксах стратегии

Для Германии, чтобы выиграть войну, критическим было удержать (или серьезно затруднить) Великобритании отправку экспедиционного корпуса в северную Францию – для защиты Парижа. Было понятно, что важнейшим доводом в пользу отказа от и так очень непопулярного среди английских генералов варианта действий – немедленной высадки на севере Франции, стал бы захват немцами портов вдоль Ла-Манша. Конечно, английская армия могла бы высадиться и южнее, например, в Нормандии и даже Аквитании, но её интенсивное и оперативное снабжение через такие удалённые от фронта пункты при тогдашней логистике было очень сложным мероприятием. Поэтому настоящими ключевыми пунктами к любой операции по овладению северной Францией, наряду с крепостью Верден, были порты у бельгийской границы и Амьен – на полпути от Парижа к побережью. Однако после прорыва через Бельгию немецкие войска, тупо следуя архаическому плану Шлиффена 9-летней давности, поворачиваются спиной к беззащитному побережью Па-де-Кале и мимо незащищённого Амьена прут на Париж. Чтобы через месяц, наперегонки с французами, устроить "бег к морю"…

А другая немецкая армия, уже в августе разметав французов в Приграничном сражении, послушно останавливается у стен Вердена и старательно ждёт, когда Париж возьмут те, кто в это время даёт кругаля по северно-западной Франции…

О последствиях метастратегии, или Не знаешь, где найдёшь, где потеряешь

Грандиозная победа российских войск под Луцком в июне 1916 (Брусиловский прорыв) стоила таких потерь, что сам Брусилов получает в войсках репутацию "генерала-мясника", аналогичную репутации Жукова в Красной армии.

Поэтому, когда в июле 1917 года Брусилов начинает печально знаменитое "наступление Керенского", то после первых больших потерь войска с ужасом забиваются обратно в окопы. Дальнейшее известно: июльское выступление Ленина, сентябрьское – Корнилова, и далее как по накатанному – новое выступление Ленина и Брест. Полное поражение России в Первой мировой войне.

Обратное происходит во Франции. Грандиозное поражение после провала французского наступления весной 1917 доводит дело до настоящих солдатских бунтов. Это французское поражение было куда более серьезным, чем провал второго Брусиловского прорыва, синхронизированного с действиями французов в рамках генерального наступления 1917 года. Но вот дальние последствия его оказались противоположными. Уверившись в слабости Франции, немцы отвели свои войска на укреплённую линию Гинденбурга, оставив за собой выжженную землю. И стали ждать перемирия, о котором они пытались договориться через Папу Римского. Но через год, весной 1918, после труднопредставимой немцами капитуляции Ленина в Бресте, немцев вновь послали брать Париж. И им пришлось потратить все накопленные силы на обратное отвоевание того самого гигантского пустыря, который они сами оставили французам. В середине июля это наступление выдохлось, и Антанта рванула вперёд…

О начале войны

К лету 1914 года военные верхи держав – после второго Марокканского кризиса в июле 1911-го – были убеждены в неизбежности общеевропейской войны. Однако в каждой из основных стран – Великобритании, Германии, Австро-Венгрии, Франции, России были очень сильны политические силы, категорически выступающие против войны. Кроме очень влиятельных социал-демократов, в Великобритании и России пацифистами были и либералы. В России самодержавие вновь нешуточно раскачивалось, Британию сотрясал ирландский кризис. Во Франции и в Дунайской монархии социалисты были уже на пороге превращения в младших партнёров по правящей коалиции. В том случае, если причиной войны был сговор элит каждой из двух европейских коалиций, то необходимо было очень тщательно подойти как к поиску предлога для объявления войны, так и порядка и очередности вступления в неё. Например, французские социалисты ответили бы массовыми протестами, если бы сошедшая с ума либеральная политическая элита (пришла к власти на защите Дрейфуса) вдруг решила бы напасть на Германию – для отвоевывания потерянных 44 года назад провинций. "Уважительным" предлогом могли бы стать только антифранцузские этнические чистки в Эльзасе-Лотарингии. Но кайзер такого "подарка" Парижу не сделал бы никогда. Ни Великобританию, ни Российскую империю невозможно было бы втянуть в войну для защиты Франции-агрессора. Притом, что Италия была формальным союзником Германии, крах Франции был бы мгновенным. И затем, возможно, начало гражданской войны, рождение новой Коммуны. Великобританию втянуть в войну на континенте в защиту легкомысленных "лягушатников" было невозможно. В реальности для этого потребовалась оккупация Бельгии – немцы в бельгийских портах воспринимались в Лондоне так же угрожающе, как советские ядерные ракеты на Кубе воспринимались в Вашингтоне – спустя 48 лет.

Неспровоцированное нападение Российской империи на Германию – одного из важнейших экономических и культурных партнёров – своей дикостью дало бы повод немедленного начала новой революции. У Германии также не было никаких причин нападать на Россию – для правых были святы заветы Бисмарка никогда не ссориться с русским медведем, а левые были принципиальными противниками империалистических войн в принципе.

Но Россию, которую уже два десятилетия буквально "облучали" панславистским "антигерманизмом", а с осени 1908 года, после Боснийского кризиса – концентрированной антиавстрийской истерией, можно было вдохновить на войну, только превратив страну в жертву германской агрессии. Францию можно было подловить только сыграв на "рыцарственности" – на необходимости встать на защиту России – жертвы германского нападения. Никакие африканские склоки держав общественное мнение склонить к войне не могло.

Суммируем
Первая мировая война могла начаться только так, как она началась. Германия объявляет войну России-агрессору. Франция, "верная своим союзническим обязательствам", объявляет войну Германии-агрессору. Великобритания вмешивается лишь когда "кованый сапог прусской военщины" выходит к Ла-Маншу. Осталось лишь заставить Российскую империю напасть на империю Германскую, руководимую Вильгельмом Фридриховичем – внуком английской королевы Виктории и двоюродным братом царя Николая Александровича. Или создать столь достоверную угрозу такого нападения, чтобы даже социал-демократы прокричали бы "Хох" кайзеру.

Для этого Российской империи надо было либо подвергнуться нападению со стороны Австро-Венгрии или, напротив, объявить ей войну, вынудив Берлин защищать ближайшего и соплеменного союзника. И, вдобавок, объявить мобилизацию в военных округах, прилегающих к Германии.

На самом деле именно это и произошло. Но заставить Санкт-Петербург объявить войну Вене можно было только в двух случаях: ничтожном с точки зрения вероятности австрийском наступлении из Галиции или куда более вероятном австрийском наступлении на российских союзников на Балканах. Таковых было два – Сербия и Черногория. В октябре 1912 Черногория уже сыграла роль запала Первой Балканской войны. Но для мировой войны Черногории было маловато…

Словом, для начала большой войны Австро-Венгрия должна была напасть на Сербию. И сделать это в сложнейшей внутренней ситуации, когда было ясно, что император Франц-Иосиф II доживает последние годы, а его преемник – кронпринц Франц-Фердинанд – публично заявляет, что превратит империю в федерацию, коронуется для этого королем славян, тем самым уравняв их с немцами и венграми, и умерит антиславянский шовинизм венгров.

Для справедливости отметим, что войну запаливали с обеих концов. В ноябре 1913 кайзер Вильгельм предложил бельгийскому королю Альберту добрый ломоть Франции, если тот согласится пропустить немецкие войска на Париж. Король был в шоке, и, несмотря на то, что был настоящий аристократ и супругу имел из Гогенцоллернов, дал знать французам о конфиденциальном предложении своего венценосного коллеги. Но те не вняли предупреждению. Или самодовольно решили, что пусть себе боши топают на Брюссель – всё дальше от Парижа и Эльзаса.

Почти одновременно царь Николай распорядился отправить в подарок сербам полмиллиона новейших винтовок и пять миллионов патронов. Через год для российской армии винтовки приходилось закупать в Южной Америке. Но только что победившая прогерманскую Болгарию Сербия нуждалась в компенсации боевых затрат. К тому же, через полгода ей придется выдержать удар австро-венгерской армии. Без такого пополнения арсеналов даже сербские генералы могли призадуматься, надо ли провоцировать собой общеевропейскую войну. Но в результате победитель болгар сербский принц-регент Александр I Карагеоргиевич, полностью оттеснивший от власти больного короля Петра, решился на то, перед чем спасовал Альберт I Саксен-Кобург-Готский – за будущие территориальные приращения стать запалом войны. Осталось переправить в Сараево романтических гимназистов с револьверами, гранатами и выдохшимся цианистым калием. Последнее очень важно. Ибо покушавшиеся на наследников престола обязательно должны были рассказать императорско-королевским следователям и о том, как их переводили через границу сербские офицеры, и как их учили стрелять в тире при сербском генштабе… Ведь без этого рассказа какие будут основания для ультиматума Белграду с требованием расследования теракта на суверенной сербской территории? Что столь ужасно унизит Сербию, что она решится на войну с Дунайской монархией?

Через пару дней Белград будет обстрелян, Россия объявит мобилизацию в военных округах, окружающих Германию, кайзер почувствует, что хитроумная ловушка Антанты захлопывается, и прикажет срочно – до завершения мобилизации российской армии - брать Париж…

Но тут сработают секретные франко-российские договоренности, и кадровая российская армия начнёт наступление на Аллентштейн и на Кёнигсберг. Аналогичное наступление – на Торн (Торунь) и дальше на Берлин, которое было обещано французам ещё в 1911 году на совместном совещании генштабистов в Красном селе, – было сорвано самоубийственно дерзким австро-венгерским фланговым ударом на Люблинском направлении.

С этого момента, говоря словами, которыми завершали описания эротических сцен застенчивые русские писатели вековой давности, "и всё завертелось"…

Русская Идея и русские альтернативы
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52D2C7E85D170
В русской истории всегда есть возможность опереться на демократическую альтернативу
12-01-2014 (21:42)

Настойчивый Игорь Чубайс, философ и россиевед, явно искупая прагматизм своего знаменитого младшего брата, даже Явлинского заразил своей идей поиска новой российской идеи. Каковая представляется ему обычным в таких случаях рассуждений миксом из идеалов свободы, социальной справедливости, восстановления исторической преемственности (в виде думской монархии) и Учредительного собрания… Я должен огорчить Игоря Борисовича и его поклонников и, одновременно, вдохновить пессимистов, после угасания протестной волны 2012 года решивших уже, что Россия приближается к завершению своего земного пути.

Прежде всего, нет никакой "российской идеи". Есть "Русская идея" — варианты, определяющие ключевые моменты развития Русской (суб)цивилизации, цивилизации "дочерней" — сперва от Византийского цивилизационного узла, а затем и от Европейской цивилизации.

В своём развитии, мощная Русская субцивилизация "перемагнитила" втянутые ею в свою орбиту мусульманские культуры Поволжья и Кавказа, культуры Уральских и Сибирских народов. Но целостной Российской культуры ещё нет, и поэтому говорить о "Российской идеи" как о единой культурной парадигме невозможно.

Светлой памяти Григорий Померанц, философ и историософ, считавший, кстати, что Византии целостной цивлизации создать не удалось и она осталась лишь узлом Восточно-Средиземноморских культур, относил и русскую, и еврейскую культуры к общему типу проблематичных", "кризисных", поэтому я в дальнейших рассуждениях буду сравнивать закономерности русской и еврейской истории.

Итак, Русская культура знала три Идеи. Идея Третьего Рима — мировой мессианской империи, автономного духовного центра, противостоящего как Западу — цивилизационному наследнику Древнего мира, так и Византии — цивилизационной наследнице Эллады и Ближнего Востока. Из этой Идеи выросли две побочные доктрины — создания централизованного североевразийского государства и самодержавия — сакральной монархии. Затем, через четыре столетия, появилась следующая Русская идея — славянофильская идея "Нового Израиля" — представление о русском народе как новом богоизбранном народе. Что несколько отдавало ересью, поскольку согласно каноническим христианским представлением, "новым Израилем" стали все христиане, без национальных разделений. Если даже согласиться с православной позицией о том, что христиане Запада — католики и протестанты — "уклонились", то непонятно, почему православные греки, сербы, болгары и грузины "недотягивают" до нужного статуса. В казенной интепретации эта идея выразилась в доктрине "Православие, Самодержавие и Народность (в значении Национализм)", а затем и в идеологии панславизма — стремлении создать автономную от Запада единую славянскую цивилизацию, которая минует европейский буржуазный путь развития. В оппозиционном изводе эта доктрина отразилась в представлениях о возможности аграрной общинной России придти к социальному государству, минуя ужасы буржуазного развития.

Апофеозом этих двух Идей стала третья Русская Идея — Большевизм. Созданная Лениным как универсальная мировая псведорелигия, она за полвека охватила полчеловечества. Сталин и Мао создали на ее основе две гигантские империи. Ленинско-сталинский коммунизм объединил в себе и представления о выходящей из русской цивилизации идее спасения человечества, и противостояние одновременно рационализму Запада и традиционализму Востока (и Юга). Ничего выше и грандиозней (и, одновременно, чудовищней и самоубийственней), чем этот Красный квазихалифат XX века, Русская цивилизация создать не смогла и не сможет. В связи с явной исчерпанностью духовных и демаграфических ресурсов.

Благодаря Горбачеву и Ельцину (и Чубайсу Анатолию Борисовичу), в России теперь создано потребительское общество, а оно на такие самоедские эксперименты явно не решится. В этом смысле потенциал "русской особости" как мобилизационного фактора полностью исчерпан. Точно так же, как это случилось у греков в послемакедонскую эпоху, когда Эллада всё основное миру уже сказала, и дальше идёт инерционное развитие предыдущего грандиозного всплеска, давшего миру философию, секулярное искусство и правовую демократию. Современная Россия не сможет дать миру никакой новой левой или правой идеи, которая могла бы революционно обновить доктрины современной цивилизации. Поэтому никакой новой "Русской идеи" в будущем быть не может. Могут быть лишь русские интепретации консервативных или, напротив, социально-демократических концепций.

Это — чтобы охладить романтические мессианские чаяния.

Но я обещал и почву для оптимизма. С моей точки зрения, русская история делится на автономные эпохи. Каждая из последующих "проклинает" предыдующую и старается всё делать "перпендикулярно" к ней.

Эти эпохи я называю красивым греческим словом "эон". Вот они — языческий период, Киевское-Владимирская Русь, Ордынско-Владимирский период, Московское царство, Петербурская монархия, Советский период и начавшаяся 22 года назад "демократия". В каждом из таких периодов конкурируют две альтернативные парадигмы. Одна из которых побеждает и определяет лицо эпохи. Но "побежденная" тенденция не исчезает полностью, она частично присутствует и как фон, и как опора для субкультур и контрэлит. Самое главное, что когда, через эпоху, Русская цивилизация возвращается к предпредыдущему периоду, например: Сталин — к опричнине и антизападничеству, "августовские демократы" — к романовской монархии, то у парадигмы, потерпевшей крах в далекую эпоху, появляется шанс на успешную самореализацию. Только опытным деятелям нужно найти и освободить необходимую им "пружину". Дальше она будет им помогать.

С моей точки зрения, культура и, тем более, великая культура, достигшая уровня цивилизации — "материнской" или "дочерней", несёт в себе очень сложный набор социально-исторических "генов". Точно так же, как в биологии существуют наборы генов доминантных и рецессивных. Близкородственнные связи, статистический разброс или мутации периодически меняют наследственные признаки, и господствующим становится рецессивный набор. Культура как грампластинка (или диск) — её надо периодически переворачивать. Однако набор таких альтернатив принципиально ограничен — культура не может выдать линию развития, не закреплённую в ней заранее. Но зато если она закреплена, смена парадигмы происходит как по волшебству.

Все мы помним, как после семи десятилетий коммунистического тоталитаризма, казалось, выжегшего на семь метров вглубь все рыночные и демократические "родимые пятна", в считанные годы в стране появились яркие политики и журналисты, фермеры, предприниматели, даже биржевики. События 1990-2000-х годов необычайно напоминали по стилю и основным узлам развитие 1905-1914 годов. Хотя реальных наследников тогдашних социо-культурных групп почти не осталось. Подобное историческое чудо имело место и в 60-е годы XIX века, когда гоголевское царство "мёртвых душ" николаевской России мгновенно превратилось в щедринский шабаш первоначального накопления — с его плеядой блестящих литераторов и энергичных предпринимателей. Градус общественно-политической дискуссии и экономического бума тогда почти не уступал французскому или немецкому.

Обещанный еврейский пример. В еврейской истории известны две генеральные Идеи. Стать "народом-священником, уделом святым". Создать мощную еврейскую державу "от реки Египетской до реки Евфрат". Сравнительно быстро выяснился конфликт при их реализации. Затем выяснилось, что пребывание в Рассеянии, без своего государства, в сильнейших "магнитных полях" чужих культур значительно больше способствует распространению в мире еврейских представлений об этике, правде и справедливости, о метафизике мироздания... Наивысшими точками здесь были эпохи раннего христианства и распространение левых идей в первые декады XX века.

С другой стороны, кульминациями еврейского великодержавия стали правление царей Соломона и Ирода Великого, а также современный Израиль — от лета 1967 до лета 2000 года. Конфликт двух парадигм проявился сперва в яростной полемике между сионистами и евреями-социалистами. А затем — борьбе между левыми и левоцентристами и правыми в нынешнем Израиле.

Еврейская этика не вынесла бремени империи, и Израиль, пробыв больше трети столетия настоящей империей, на неё плюнул и ушел из Южного Ливана, территории Автономии на Западном берегу, из Газы...

Самое интересное, однако, не в этом. Сто лет назад евреи считались классическим примером утраты государственности, "государственного инстинкта". Рассказать еврею 1914 года, что через пять лет евреи дадут генерацию военачальников, строителей новой империи, создателей отменной разведки и контразведки, что еще через полвека с небольшим у евреев будет репутация одних из лучших военных летчиков и танкистов, пехотинцев — это значило бы повергнуть его в шок. Просто в недрах еврейской культуры что-то щелкнуло, и включилась спящая 18 веков, после разгрома революционного государства Бар-Кохбы, программа восстановления государства.

Временами я грустно шучу, что "братскому палестинскому народу" сказочно повезло — большая часть еврейской активности была поглощена Советами. Воображение искусно подсказывает жуткую картину строительства Нильско-Евфратского канала силами раскулаченных бедуинов.

Тогда бы сионистское движение возглавляли бы не довольно, как выяснилось в ретроспективе, кроткие Бен-Гурион, Вейцман и Бегин, а Троцкий, Мехлис и Ягода. При этой радикальной смене парадигмы вовсю проявилось частичное объединение обеих парадигм. Государство Израиль мыслилось как эталон демократического социализма. Именно этот «утопический заряд» через много лет остановил имперское перерождение еврейского государства. Воссоздаваемый Израиль начал стремительно проходить все свои исторические фазы: киббуцианское движение стало повтором военной демократии и простой и дружной бедуинской жизни, бывшей социальным идеалом для еврейских пророков.

Потом, как при Маккавеях, страной стали править военные-герои. Которые стали насаждать американизацию Израиля точно так же, как династия Хасмонеев - яростных борцов с эллинизмом быстро превратилась в главных эллинизаторов Иудеи. И начался их знаменитый конфликт конца II — начала I века до н.э. с фарисеями — "война сынов Света с сынами тьмы". Запалом этого конфликта стало распятие "нечестивым первосвященников" (не понял, как должно быть) Учителя праведности. Подробнее — в "Кумранских" текстах и в "Древностях" Иосифа Флавия. Вот этот конфликт во многом повторился в конфликте израильских религиозных движений с покойным Шароном.

Мы видим на этих примерах, что в истории могут внезапно начать реализовываться социально-культурные программы, спящие чуть ли не двадцать с лишним столетий и совершенно чуждые окружающему историческому контексту. Но зато при их реализации неукоснительно соблюдается логика развития.

Точно так же в отечественной истории мы просто увидели сейчас, чем завершилось бы победа Февральской революции. В 1905 году успех либерально-буржуазного выступления в октябре помог поражению "утопистов" в декабре на Пресне. Через 12 лет, наоборот, "утописты" в ноябре победили мартовских победителей-либералов. Прошло еще три четверти столетия, и августовские победители-либералы одолели в октябре 1993 года "утопистов". То, что спад протестного движения 2012 года предотвратил такое "разрыхление" государства, которое могло бы вновь дать шансы "утопистам", совершенно не исключает, что следующий кризис путинизма не приведёт к революционной эскалации, принимающей в итоге уже явно антилиберальные формы.

Никаких особых новых "русских идей" нам не предстоит. Будет лишь высвобождение нереализованных или заглушенных "программ". Логика истории неумолима. Если путинизм будет развиваться по опричной линии, то итогом станет новое "Смутное время". "Закон" чередования парадигм (при повторе закономерностей предыдущего исторического «эона» реализуется сценарий, альтернативный тому, который в прошлом стал доминантой), скорее всего, приведет к тому, что вместо триумфа Минина-Пожарского мы станем свидетелями долгого и удачного правления Лжедмитрия. С одновременным торжеством конституционных гарантий, но и с "окатоличеванием" и превращением в сателлита "Речи Посполитой" (Евросоюза).

"Февральская" либеральная парадигма, победив, перешла в путинизм (буржуазный сталинизм), а значит, исторически "выработана" полностью.

Однако 1993 год и фашизоидные трансформации в зюгановской компартии показывают полную исчерпанность и "ленинской" альтернативы. Строго говоря, российское крайне левое движение имеет будущее только как "высвобождение" троцкизма. "Набор" левой оппозиции 1923-29 годов никогда не имел ещё серьезных шансов на реализацию, поэтому он не растрачен и может быть тем ветром, который раздует паруса российских левых.

В принципе, в Русской цивилизации остались нереализованы еще два мегасценария. Это — русский фашизм (скажем мягче, "консервативный революционизм"), идущий отнюдь не от "чёрной сотни", которая сама развалилась ещё до 1917 года, а от части философов Серебряного века. Не охранительный фашизм погромщиков и юдофобов, а фашизм, "защищающий" государство от левого радикализма, развернувшегося после краха самодержавия. Не увиденный нами в реальности режим "полностью победивших" Корнилова или Колчака. С опорой на консервативную массу получивших землю крестьян и мелких собствеников города.

Второй нереализованный сценарий — это "правоэсеровская" социальная демократия. Лишь тень которой прошла в виде правительства Петлюры. Режим, черты которого мне очень сложно представить, но моделировать его основные черты можно, мысленно заменяя крестьян 1918 года, уже успешно поделивших помещичью землю, но избавленных от продразверстки и большевизма (а значит и от белых и от Гражданской войны), на их социальные аналоги современной России.

Поэтому не ждите новой спасительной "Русской идеи", а помогайте высвободиться той "пружине" исторического развития, которое вам желательна. Если вы ее адекватно угадаете и сможете толково распорядиться высвобожденной кинетической энергией, вам будет сопутствовать успех.

Одержание
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52D6785B679EC
По ком горят рейхстаги в России
15-01-2014 (17:03)

81 год назад пожар в зале заседания Рейхстага (даже если считать, что его совершил один эксцентричный левак Маринус ван дер Люббе) дал Гитлеру возможность установить гитлеризм — исключительно "легитимно" — путем приема пакета законодательных инициатив.

Как мы помним, 9 лет назад бесланская трагедия принесла отмену выборов глав регионов. И до сих пор, даже отменив этот антиконституционный* бред, нам внятно не объяснили причину его появления. Как и не объяснили, почему среди захватчиков школы №1 были выпущенные задержанные по подозрению в участии в бандформированиях, почему отряд террористов спецслужбы "вели", но упустили в последний момент...

Волгоградская трагедия создала предлоги для: а) введения принципа коллективной ответственности родственников террористов; б) безграничного расширения понятия "терроризм" (как это раньше произошло с понятием "экстремизм"); в) попытки введения контроля за интернет-ресурсами, находящимися за рубежом; г) резкое ограничение в пользовании интернет-кошельками. Последнее очень выгодно банкам, мимо которых шли финансовые потоки, с которых очень хочется брать процент. Особенно — Сбербанку.

Глупо считать, что финансирование терактов ведется через яндекс-кошелек, особенно из-за рубежа. Тут как раз бдит Агентство национальной безопасности США, прославленное Дэном Брауном и за это же опозоренное Сноуденом. Но зато подсекается массовое народное финансирование общественных кампаний и выборов. Как это было минувшим летом с поддержкой Алексея Навального.

В результате власть предержащие смогли тщательно законопатить еще несколько щелочек, через которые пыталось дышать независимое гражданское общество. И заодно создали стимул для ухода в подполье целыми семьями. Подобно тому, как карательные расправы гитлеровцев приводили к уходу в партизаны целыми деревнями.

А чтобы потом никто не отнекивался, "оппозиционные" парламентские фракции также расписались "кровью" на этой новой удавке для остатков демократии. Как и немецкие партии в марте 1933 года.

*Конституция РФ запрещает прием законов, умаляющих имеющийся уже объем прав и свобод — статья 55 пункт 2.

Идеологический мусорщик
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52DBD6BFC6D34
Гитлеру было проще чем путинизму...
19-01-2014 (20:23)

Уже несколько дней учёные мужи и дамы ломают голову, что имел в виду Путин, высказавшись за удаление из курса отечественной истории "идеологического мусора". Им хочется большей четкости. Но серьёзной загадки я лично не вижу.

Прежде всего, хитроумный Путин просто дал отмашку чиновникам убирать всё им не нравящееся под предлогом, что это – оный мусор и есть. Ещё лет тридцать назад выразились бы сложнее – "влияние буржуазного объективизма", а ещё раньше – "проявления мелкобуржуазного идеализма", "тлетворное влияние Запада", "низкопоклонство и космополитизм"…

С другой стороны, любой отечественный глава государства (кроме Ельцина), включая Генеральных секретарей и батюшек-царей, которые, впрочем, мутное слово "идеология" не ведали, а высказались бы насчёт разных "сомнительных, идеек, чуждых истиннорусскому духу". А высказавшись подобным образом, имели бы ввиду всегда одно и тоже – либерально-западнические концепции, критически оценивающие внутреннюю и внешнюю политику. Лишь совершенно стихийный антикоммунист Ельцин под идеологическим замусориванием науки однозначно понимал бы только и исключительно элементы советских идеологических концепций, преимущественно сталинистского толка. Посему не надо, господа либералы и либеральши, притворяться наивными – именно с вашим влиянием на историю и её преподавание Путин и велел бороться. И вовсе не зря основным полем битвы избрана оценка советской (сталинской) политики накануне и во время Второй мировой войны. Ибо трактовка этой политики есть отношение к самым сущностным моментам неочекистской государственной идеологии.

Но предварим анализ такой "немусорной" идеологии кратким разговором о смысле изучения истории вообще. Отметим несколько моментов. Во-первых, история это не наука, а область знаний. В ней нет и не может быть ни чётких законов, ни экспериментальной проверки теорий. Любой, утверждающий обратное – по определению не историк, а носитель историософской научной идеологии. Во-вторых, история (если это не специализированное направление истории – культуры, технологии, военного дела…) – это социология, опрокинутая в прошлое. С того момента, как история зародилась, она строится на двух взаимно противоположных подходах.

История – это предостережение правителям, а затем и гражданам о том, каких ошибок следует избегать при проведении политики.

Иной подход что история – это мифология, являющаяся фундаментом национальной идентичности, и посему должна быть сосредоточена на "воспитании гордости и величия…", а негативные моменты должны изучаться только особо посвященными специалистами-жрецами. Ибо, объясняют нам, народ, у которого нет красочной и прочной мифологии, теряет свою идентичность и становится лёгкой добычей вечно враждебных соседей. Согласитесь сами, что версия о том, что святых князей Бориса и Глеба заказал варяжскому киллеру непосредственно святой князь Ярослав Мудрый (и ведь ещё и кинул с оплатой, вынудив злодея горько сетовать в сочиненных им балладах), преподанная в средней школе, вносит совершенной излишний диссонанс в гармоничное восприятие учащимися русской православно-монархической истории. Так и до отрицания благотворности договора Сталина о дружбе с Гитлером подросток может додуматься… Или о справедливости завоевания Кавказа и Центральной Азии...

Так мы постепенно вернулись к главной теме. И к главной загадке идеологического успеха путинизма. Петербургский период российской истории был устремлён к европеизации империи, а советский и вовсе был "проектным". Это значит, что существовали чёткие доктринальные ориентиры при выборе ценностного подхода при оценке исторических событий. Двадцать лет назад некоторое время тоже считалось, что стране задан вектор – демократизация. 14 лет назад всё это прекратилось. Укрепление государственности в послереволюционную эпоху трудно сделать общенациональной задачей, а все предшествовавшие глобальные общественные задачи – строительство европейской империи, модернизация, "коммунистическое строительство" и демократизация – были отброшены.

Путинизм оказался в ситуации, когда он лишён возможности (или избавлен от бремени) публично отстаивать набор непротиворечивых идеологических ценностей.

Конституционными целями и задачами государства по инерции считаются защита прав и свобод, а также обеспечение демократии. Каждый знает, что это настолько же не соответствует действительности, как, например, сталинская кампания против "буржуазных космополитов" не соответствовала официальной доктрине "пролетарского интернационализма" (каковое несоответствие было признано советским руководством уже 4 апреля 1953 г.). В этом смысле Гитлеру было куда проще, он, совершенно не маскируясь, мог высказываться о "мировом еврействе" даже в канун Берлинской олимпиады.

Коммунисты могли противопоставлять Советскую власть "продажной буржуазной многопартийности". Российские монархисты уверенно развивали теории о превосходстве "пекущегося о стране и народе самодержавия" над "гнилым либерализмом". Но в современном мире даже своим подданным невозможно с серьёзным видом рассказывать, что твердая путинская президентская вертикаль, дескать, превосходит по эффективности британский или немецкий парламентаризм. Это будет выглядеть столь же забавно, как анекдотично звучали на фоне пустых полок и общего магазинного убожества в послеолимпийском СССР заклинания советских пропагандистов и агитаторов о превосходстве социалистического планового хозяйства перед анархией капиталистического производства…

Точно также, в западном мире вот уже полвека невозможна апология империи. Итак, путинизм лишён возможности открыто отстаивать свои основные несущие конструкции – полицейский авторитаризм, цензуру и имперскую национальную политику. С точки зрения истории, он оказался обречен защищать союз с Гитлером 1939-40 годов (с начала 1941 года обе стороны, уже почти не таясь, готовились друг с другом воевать) и советские интервенции в Европу. В утешение Кремлю остались лишь борьба с "нацистской угрозой" в Эстонии и "содомией" во Франции. Представлять всю мировую историю как один русофобский заговор и порицать однополые браки – вот и весь убогий набор путинистской пропаганды.

Но в этой невозможности открыто заявлять свою истинную позицию таится и огромная выгода.

Огромный экономический и культурный рывок России "Серебряного века" наглядно показал преимущество даже весьма усеченного "думского" парламентаризма по сравнению с предшествующими периодами абсолютного самодержавия.

И православная монархия бесславно рухнула.

Когда Запад и даже полурыночный Китай Дэн Сяопина посрамили Госплан, коммунизму настал закономерный конец почти по всем миру (и даже в Северной Корее и на Кубе начались рыночные эксперименты).

Но путинизм не имеет стройной идеологической концепции. Каждый его сторонник волен сам выдумывать доводы в его защиту. И каждый его оппонент – приводить доказательства его несовершенств. В 2012 году путинизм окончательно потерял поддержку критически мыслящей части общества. Но режиму хватает и поддержки некритически настроенной массы. А мыслящих хватило сил запугать репрессиями или перспективой революционного хаоса. Или банально подкупить. Поэтому с путинизмом невозможно полемизировать. Путинисты и сами знают, что социальное расслоение в стране скандально, экономика убога, государство коррумпировано, культура и наука агонизируют, а политики нет вовсе. Но их это устраивает. Как и анекдотичная легитимация верховного правителя в качестве одинокого борца (ну, ещё рядом верный Санчо Панса – Шойгу), осажденного "внутренними врагами" в виде собственных министров, губернаторов и генералов).

Путинизм в своей основе – это великодержавная компонента советской тоталитарной идеологии в чистом виде.

Госбезопасность была "мечом партии". Партия распалась и отправилась на "пепелище истории", где ей и пожелал публично сгинуть Рейган, в своей темпераментной речи в связи с военным переворотом Ярузельского в Польше в декабре 1981 года. Остался одинокий и бесхозный "меч". Традицию построения справедливого общества и прочие мессианские заморочки компартия унесла с собой в историческое небытие. Но остались традиции защиты и расширения империи и защиты власти любой ценой. Осиротевший "меч" покрутился десяток лет рэкетиром и наемным телохранителем, а потом стал "вертикалью".

Но чекистская вертикаль должна для самозащиты ограничивать любую критику как массовых внутренних репрессий, так и имперской политики. Для обоснования наиболее массовых форм сталинских репрессий – не против ныне официально почитаемых статусных интеллигентов, священников и аристократов, а против миллионов простых крестьян и рабочих, низшего и среднего слоя офицеров и инженеров была уже почти официально выдвинута теория телеологического оправдания победы 1945 года. Это, мол, – всё жертвы, необходимые для создания мощной армии и военной промышленности. Просто к 30 миллионам жертв Великой Отечественной как бы прибавляют ещё миллионов 10 жертв Голодомора и Большого террора, а также депортаций. Дескать, 20-30-40 миллионов – кто их теперь считать будет: главное, красиво написать на собственном "бумере" или "мерине" "Спасибо деду за Победу!".

Если путинист или сталинист готовы морально оправдать ГУЛАГ, то просто не надо им это мешать, подбрасывая "идеологический мусор".

Путинизм силён именно тем, что сам уступает подданным увлекательную возможность подыскивать обоснование тоталитарного зла. Для сохранения собственного душевного комфорта. Иначе придется чувствовать себя трусом и подлецом, раз терпишь… И народ, не разу не восставший против такого режима, воспринимается не очень героически. Разумеется, с точки зрения путинизма, любая попытка нарушить такой душевный комфорт "добродетельного раба" – вредный "идеологический мусор".

Тоже относится к оправданию имперской политики. Если консолидация и расширение империи однозначно хорошо (плох была только "коммунистический интернационализм" с его расточительной манией помогать вассалам и союзникам), то история должна быть выстроена так, что завоевания царей – правильная вещь, а сопротивление им поляков, дагестанцев, чеченцев и черкесов – проявление "русофобии". Ещё большая "русофобия" – это сочувствие западноевропейцев восстающим полякам и коварные попытки Англии ограничить российскую имперскую экспансию на Ближний Восток и в направлении к Индии.

С той же точки зрения союз СССР с Третьим рейхом (против Польши, Чёрчилля, де Голля и отчасти Рузвельта) необходимо оправдывать оборонными и геополитическими резонами. На самом-то деле за этим стоит: "как классно мы врезали по сопатке этим либералам и вернули себе Восточную Польшу, Бессарабию, и Балтию, утраченные из-за большевиков". Точно также надо оправдать контроль СССР над Восточной и Центральной Европой. Ведь была же империя с границами до Эльбы, почти уже до Майями! И стесняться этого – "мусор".

Смывают "Дождь"
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52E91E6ADE77F
Почему вопрос о человеческой цене Ленинградской блокады вызвал такой взрыв страстей
30-01-2014 (11:33)
http://www.kasparov.ru/content/mater...926DFEAD43.jpg
"Дождю" понятно за что достаётся – за его украинские репортажи, разрушающие бред сивых телевизионных меринов о нацистских бандах, громящих Мать городов русских, обижающих добрых ментов и гонящих законно избранного президента…Но и попутно каналу случайно удалось своим "ленинградским опросом" попасть пальцем в солнечное сплетение главного мифа путинизма. И вот уже "Дождь" отрезают от пользователей. Тупая и злобная месть.

А в ответ – только лепет оправдания, скулёж и причитания.

Чай, не апрель 2001 года – десять тысяч во главе с Явлинским в Останкино не соберутся.

Как писал Наше Всё: "его пример – другим наука".

Почему же вопрос о человеческой цене Ленинградской блокады вызвал такой взрыв страстей. Перед этим всё так бушевало и сочилось словесным гноем только в прошлом мае, когда у Леонида Гозмана вырвалось, что основная разница между руководимой Абакумовым советской контрразведкой и имперской службой безопасности, руководимой Гиммлером, была в том, что последние носили форму, придуманную Хуго Боссом. Современный мир делится на две части. В одной – историки-профессионалы и общество спокойно анализируют даже самые "священные страницы" национальной истории. Все понимают, что мифологизация исторических фактов слишком часто служит прикрытием старых преступлений и новых злоупотреблений политиков, военных и спецслужб. В другой части мира – деконструкция исторических мифов, да и вообще, любое стремление выйти за пределы "черно-белой", манихейской картины мира – это ужасающее кощунство и, говоря словами персонажей Орвелла, "мыслепреступление". Между этими частями есть неширокая зона, в которой раньше была свобода исторической дискуссии, но затем она ограничивается. В этой межеумочной зоне оказалась и современная Россия. В принципе в нашей стране "закрытых" зон в истории очень немного. И все они связаны с историей Второй мировой войны. Дело в том, что в каком-то смысле событиям 1939-45 года очень не повезло – путинизм их избрал в качестве одного из важнейших элементов новой государственной идеологии.

Это произошло потому, что нынешним правителям страны, вышедшим из органов советской госбезопасности, но целиком погруженным в рыночную стихию, нужно было одновременно решить две сложнейшие задачи:

сделать так, чтобы огромный массив фактов о чудовищных масштабах и неимоверной жестокости чекистских преступлений, ставший общедоступным в нашей всё-таки вполне информационном обществе, власть нынешних чекистов не делегитимировал;
дать хоть какой-то психологический фундамент создаваемому в Российской Федерации квазигражданскому обществу.

Всеобщий культ Победы Мая 1945 помогает реализовать обе эти цели. Прежде всего,

людям, ежедневно осознающим своё бесправие, разделённым огромными социальными и культурными разрывами, и находящим успокоение только в пугливом погружении в быт, невозможно дать идею общего будущего.

Национальные, религиозные разделения и вот уже 96 лет непрекращающийся идейный конфликт "красных и белых" не позволяют объединить и прошлым. Собственно, в прошлом нащупан только один момент, принимаемый консенсусом – это победа над Третьим рейхом, поскольку сторонников победы Гитлера над Сталиным в России до сих пор исчезающее мало. Поэтому только успешное для СССР окончание Второй мировой войны может служить социально-психологической консолидации российского общества. Для оправдания сталинского геноцида народов СССР придумали "телеологическое" (цель освящает средство) обоснование: дескать, только нещадная эксплуатация могла дать необходимую промышленную и технологическую базу для войны со Великогерманской империей, и только нещадный террор мог обеспечить такие сверхчеловеческие мобилизационные усилия и вынудить советскую номенклатуру действовать с необходимой эффективностью.

Широкие массы такое обоснование репрессий против их предков приняли. Одним из доказательств этого служит то, как малозаметно прошла 95-годовщина большевистской директивы о расказачивании. А ведь масштаб жертв расказачивания среди донских и уральских казаков вполне сравним с армянским геноцидом в Османской империи, Катастрофой европейского еврейства и изгнанием западнокавказских народов (мухаджирство) из Российской империи полтораста лет назад. Но уровень общественно-информационного резонанса совершенно несравним.

Однако полному пропагандистскому расцвету удобного властям культа Мая 1945 года сильно мешают два обстоятельства – сравнения сталинского и гитлеровского режимов и утверждения о неадекватных потерях Советского Союза.

Поэтому такую официальную ярость властей и неофициальные хорошо наигранные истерики у псевдообщественности вызывают любые публикации о родстве обоих тоталитарных режимов и о плодах их альянса. Не зря Путин назвал их "идеологическим мусором".

Разница, безусловно, есть. Гитлер спешил – и широко пользовался газовыми камерами и расстрелами. Сталин чувствовал себя уверенней и поэтому предоставил дело голоду и нечеловеческому труду в тайге и тундре. Гитлер начинал с евреев, а Сталин ими заканчивал. Для Гитлера фермер был культурным героем, а для Сталина – исчадием, подлежащим "диалектическому снятию".

Но между Третьим рейхом и СССР в августе 1939 года был создан военный и политический союз, и если бы Нюренбергский процесс был более справедлив, то Сталин, Молотов и Берия заняли бы на нём достойные места… на скамье подсудимых.

Учёные штудии относительно явной избыточности советских потерь, например, при наступлениях на Ржевском направлении или при штурме уже окруженного Берлина, подрывают тезис об оправданности любых человекозатрат, начиная с коллективизации, во имя итогового триумфа. Именно поэтому передача на "Дожде" и оказалась самой большой угрозой центральной мифологемы путинизма.

Обсуждение точки зрения знаменитого писателя-деревенщика, фронтовика Виктора Астафьева о целесообразности обороны колыбели Октябрьской революции любой ценой, изложенная не на сайтах, а на телеэкране, видимо, приоткрывала дверь такой ревизии исторических мифов, что было решено эту дверь не просто вновь захлопнуть, но заколотить намертво.

Ведь в ходе дискуссии можно услышать, что Париж в июне 1940 года объявили открытым городом. И он уцелел. И что снабжение Второй столицы можно было эффективно организовать через Ладогу (мнение военного историка Марка Солонина), но этого сделано не было. Что Сталин в принципе плохо относился к Питеру – город был местом непрерывных чисток и террора с декабря 1934, а полвека назад после страшных пыток были расстреляны руководители блокадного Ленинграда (за исключением Жданова, но и он попал в опалу). Кстати, следствие по "Ленинградскому делу" вёл ранее упомянутый Абакумов.

А вот споры о том, готовил ли Сталин первым врезать по Гитлеру, или он честно прохлопал ушами все предупреждения разведчиков и дипломатов о скором начале "Барбароссы", особого гнева в Кремле не вызывают. Волнуются только казённые военные историки. В конце концов, ведь величие тирана не уменьшается от того, кем он выглядит в глазах потомков – хитроумным разработчиком превентивного удара против абсолютного зла или немного наивным поборником мира, даже с абсолютным злом.

Главное и самое отвратительное в травле "Дождя" – это возвращение мелочного совкового диктата над всей интеллектуальной деятельностью, даже над допустимостью абстрактных споров о ходе боев 72-летней давности. Путинизм, становясь всё более тоталитарным, отлично воспроизводит такой испытанный приём, как редукция подданных до уровня детей, которые должны спрашивать разрешение буквально обо всём.

Я надеюсь, что травля "Дождя" не заставит его сникнуть до уровня "Эхо Москвы", ведущие которого уже две недели наперегонки уговаривают Майдан сдаться, а, напротив, если им удастся уцелеть, они займутся главным делом интеллигенции, оказавшейся в условиях деспотии – интеллектуальным сопротивлением лжи и конформизму, демонтажем тоталитарной мифологии.

Разбить матрицу
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52F0A8AAB3A4C
Путинизм — это очередная аватара традиционного отечественного полицейского имперского деспотизма
04-02-2014 (17:31)

Несколько лет назад я совершил большую ошибку — почти перестал вести тему идеологической полемики с путинизмом. Решил, что раз столько светлых умов и блестящих перьев посвятили себя разоблачению нашего коррумпированного провинциального деспотизма, то мне важнее уделить внимание дискуссиям внутри оппозиции и протестного движения. И я сосредотачивался на проблемах формирования гражданской нации, на взаимоотношениях между радикалами и умеренными, на диалектике свободы и народовластия (демократия включает в себя обе эти сущности). Однако прошедшие два года реакции наглядно показали и всю ширину антидемократического фронта, и те основные социокультурные бастионы, на которых держится оборона путинизма.

Немного отвлекусь на горячую украинскую тему. Когда в западных областях Украины стали запрещать структуры Партии регионов и компартии, даже правозащитная часть моей натуры не возмутилась. Хотя общепризнанное право на свободу ассоциаций членов этих партий безбожно нарушалось. В современном мире есть два различных толкования политического экстремизма. Одно значительно более широко распространено и лапидарнее всего обозначено в Шанхайской декларации 2001 года. Обобщаю его так: подготовка и организация насильственной смены власти или насильственного воздействия на государство и общество.

Это юридический запрет на любую "небархатную" революцию.

Именно исходя из такой, обязательной для РФ формулировки, Венецианская комиссия несколько лет назад признала неадекватным европейским стандартам права половину отечественного антиэкстремистского законодательства. Хотя, в принципе, в западном мире экстремизм стал синонимом политического террора. (В мире незападном экстремизм — синоним любой неуправляемой оппозиционности). Другое, сугубо западноевропейское, толкование политического экстремизма — это использование демократии для уничтожения демократии. Самый распространенный пример — это использование победы на выборах для принятия законов, запрещающих базовые демократические принципы — свободы слова и совести, многопартийности, идеологической нейтральности государства... Такая трактовка экстремизма направлена против тоталитарных движений — большевизма, маоизма, нацизма, фашизма, радикального политического исламизма. И законодательство демократических государств не только разрешает, но и предписывает властям блокировать экстремистам допуск во властные институты.

Запрет на политическое насилие сталкивается с естественным историческим правом на антитираническое восстание, на тираноборчество и сопротивление национальному порабощению. Очень сложный компромисс проявляется в разрешении насилия перед лицом еще большего по масштабу и неправового насилия со стороны государства или оккупирующей (колониальной) державы. Но законными целями комбатантов (партизан) признаются лишь военные объекты и вооруженные силовики, от комбатантов требуется дисциплина и неуклонное соблюдение гуманитарного права (запрет убивать безоружных, пытать, грабить и насиловать, применять коллективное наказание).

По мнению региональных украинских законодателей, запретивших обе партии, голосовавших за антиконституционные и дискриминационные "ручные" законы 16 января, перестали соответствовать критериям допустимости участия в политической жизни. Строго говоря,

с 16 января на Украине столкнулись два вида экстремизма — "парламентская" ликвидация демократии и революционное восстание против этого.

Западноевропейцы, помня и взятие Бастилии, и "демократическую" победу Гитлера 81 год назад, совершенно явно предпочли демократических революционеров Евромайдана их "легитимным" гонителям. Чем, разумеется, вызвали бешеную ярость отечественных правителей и их подголосков, до сих пор психологически травмированных как свержением самодержавия в марте 1917, так и приведшим их к власти свержением ГКЧП в августе 1991 (тогда ведь тоже, помнится, были и баррикады, и летели "коктейли Молотова").

В обществе, где правящий класс сформировал номенклатуру, путь к демократии лежит только через временное удаление из политики как номенклатурно-тоталитарных партий, так и через механизм люстрации (или, как это было в западных оккупационных зонах Германии, денацификации) бенефициаров тоталитаризма и номенклатурных бенефициаров (благоприобретателей от узурпации власти и чужой собственности) в личном качестве.

Здесь необходимо остановиться на понятии "номенклатура" в современном смысле слова. До 80-х годов под этим понимали принадлежащий к монопольно правящей (коммунистической) партии набор должностей, распределяемых партийными боссами. Я предлагаю немного по-другому сформулировать суть номенклатуры — применительно к квазирыночному и псевдодемократическому обществу. Это правящий слой, который монополизировал власть, ключевую собственность и медиа, пополняемый путем кооптации, в котором распределение социальных функций заменено (точнее, подменено) распределением ролей. Тут надо несколько подробнее. Это когда парламентская оппозиция — лишь младший партнер "партии власти", когда депутаты — литературные редакторы подготовленных чиновниками законопроектов; судьи — юридические корректоры государственных обвинителей; журналисты — политические рекламщики и прочее.

И вот этот слой должен быть "развеян по ветру".

Иначе номенклатура будет непрерывно воспроизводиться, как отрастают отсеченные драконьи головы. То, что украинская национальная демократическая революция пошла по этому пути, что честно и откровенно написала требование люстрации (для начала — неправедных судей) указывает на то, что она действительно является антикриминальной, в отличие от нашего протестного движения двухлетней давности.

Два года реакции по уровню болезненности и жестокости кары показали, что путинизм опирается на по меньшей мере три неполитических центральных мифа — страх перед западным либеральным влиянием на политическую и идеологическую жизнь, на доктрину о церковной поддержки режима и на некритическую трактовку советского участия во Второй мировой войне.

При этом выяснилось, что

левые из числа сталинистов — не только не потенциальный союзник протеста, но и объективный союзник путинизма,

потому что поддерживают не только апологию государственного террора, но и даже сам принцип исторического мифотворчества как основы государства и нации.

Прошедшее же время показало, что путинизм — это такая же очередная аватара традиционного отечественного полицейского имперского деспотизма, какими перед этим были сталинизм (и хрущевский, и брежневский постсталинизмы) и петербургское самодержавие.

Поэтому интеллектуальное противостояние путинизму должно включать в себя критику всей доктринальной базы российского деспотизма, включая клерикализм и историческую имперскую мифологию.

Как и российские демократы 100 лет назад, как советские инакомыслящие 40 лет назад, оппоненты путинизма должны "смотреть в корень": почва для деспотизма — вся "византийская" цивилизационная матрица. Поэтому демонтаж путинизма должен сопровождаться не только политическим разгромом номенклатурной матрицы, но и интеллектуальным разгромом матрицы "византийской", разгромом сталинизма и принципа самодержавности.

Поражение протеста 2012 года произошло не только потому, что "рассерженный" новый средний класс мегаполисов не смог выдумать ничего значимого для остальной страны, кроме неопределенной критики раздутых тарифов ЖКХ, но и потому что задолго до формирования открытого политического движения не было "антипредрассудочного" движения просвещенческого характера.

А надо было открыто говорить и доказывать, что, к сожалению, Россия не смогла выдвинуть ни одну политическую или социальную позитивную доктрину, превосходящую уровень западноевропейских. Что большевизм, сталинизм, панславизм и православный монархизм к позитивным доктринам отнюдь не относятся, а все, кто думает иначе — объективно — союзники путинизма, ибо исходят из приоритета интересов государства перед человеческой личностью.

Надо было говорить и доказывать, что за попытками отвести от Сталина и ЦК ВКП(б) ответственность за расстрелы пленных польских офицеров весной 1940 года таится оправдание этого военного преступления.

И критика клерикализма не должна сводиться к брани в адрес "голубой" мафии "чекистов в рясах", которые, дескать, охмуряют массы, приучая их к покорности. Придется вновь и вновь разъяснить "простым людям" не только такие странности, как то, что якобы изготовленные в разгар античности персидские золотые изделия изукрашены по моде позднего средневековья, и "школьный" характер фокусов с самовоспламеняющимся на воздухе бороводороде, но и куда более важное: что грех — это стремление причинять другим страдания и лишения, а вовсе не нарушение сексуальных запретов для пастухов бронзового века.

Интеллектуальное наступление на деспотизм и его союзников придется вести самым широким фронтом, разоблачая и отвергая всю антизападническую и антидемократическую традицию. Но более легкого пути к свободе нет. Путь быстрого и поверхностного наскока оказался авантюрой сродни выступлению декабристов в декабре 1825 года. И за крах этой авантюры придется расплачиваться не только резким ростом числа политзаключенных, но и годами мрачной реакции, утратой многих либеральных благ, например, вольнодумного телеканала "для избранных", которыми режим разрешал баловаться, пока не чувствовал угрозы.

Поражение собственных олимпиоников
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=52FC823B6F3E6
Иногда "пораженчество" — это сочетание мудрости и патриотизма
13-02-2014 (13:13)

Все негодование "выходкой" Шендеровича, поставившего рядом Берлинскую Олимпиаду Гитлера и Сочинскую Олимпиаду Путина (Лев Пономарев добавил в контекст Московскую Олимпиаду Брежнева и Андропова) объясняется психологическим сопротивлением так называемого ленинского лозунга о желательности поражении собственного правительства в империалистической войне. В этом контексте стараются забыть и явную благотворность для самих Германии, Японии и Италии во Второй мировой войне, благотворность поражений Российской империи в Крымской и Японских войнах.

Главный психологический тормоз здесь — это Брестский финал для России Первой мировой войны.

Осуждающие в данном случае противников "войны до победного конца", как правило, не учитывают те сотни тысяч погибших и миллионы раненых и тяжело заболевших, которыми Россия должна была бы оплатить свое почетное место среди Версальских победителей. А ведь число жертв прославленных наступлений Брусилова и Алексеева далеко оставляли за собой число жертв чекистских расправ.

Отказ от продолжения Российской империей войны с Центральными державами вовсе не означал обречь западных союзников на разгром. Это показал успех июльского контрнаступления Антанты в июле 1918 года. Более того, публичный российский призыв к миру и готовность к сепаратному перемирию, если бы он был сделан не "врагами цивилизации" большевиками, а Временным правительством, мог подвигнуть Антанту на выход на ничейное перемирие, отказавшись от лозунга тотальной победы. Что автоматически убирало из всемирной истории и Ленина, и Сталина, и Гитлера, и Мао. Единственной серьезной потерей для России при таком варианте была бы печальная необходимость признать бессмысленность ранее понесенных жертв. Да, еще, пожалуй, пришлось бы примириться с утратой Польши, Финляндии, Литвы и западной Украины. И оплакать так и недоставшийся Царьград. Вот и все издержки нормального осознания неудачи участия России в той авантюре, в которую она влезла летом 1914 года.

Все это занудное предисловие нужно было мне, чтобы показать — "пораженчество" — это не всегда синоним предательствау. Иногда это — сочетание мудрости и патриотизма.

Теперь о пораженчестве в Сочи. Что означает триумф путинизма на Олимпиаде - густой слой ура-патриотической косметики на пораженном проказой коррупции и произволе теле страны.

Это будет оправдание суперворовства - среди разваливающейся медицины и трещащей по швам науки и культуры.

Это будет оправдание череды политических процессов и окончательно удушения (в том числе и в кремлевских объятиях) гражданского общества. Путин, разумеется, не Гитлер, но доля его сторонников мечтающих о том, чтобы он вел себя по-гитлеровски сопоставимо с процентом поддержки нацистов на последних мало-мальски демократических выборах в Германии.

Да, еще победа России в Сочи — это личное счастье полутора десятков обладателей молодых, красивых и сильных тел, Тех, кто выиграв по полметра и полсекунды, расплатятся за это на десятилетия своими искореженными организмами. И еще страданиями сотен и тысяч профессиональных и полупрофессиональных спортсменов, которые также изуродуют себя, в нескончаемой погоне за победителями.

А проигрыш? Например, пятое место в командном зачете — при утраченных полутора триллионов. Горькое осознание, что Сочи — это великая ударная стройка фараона.

И наступает горькое отрезвление. Час истины, "сатори" по-буддийски.

Конечно, это горе полутора-двух десятков российских олимпиоников и кружащий голову триумф такого же числа иностранцев — не менее молодых, не менее сильных и красивых. И надо перетерпеть шовинистическую досаду, и ревность к чужому успеху.

Это — стон разочарования над страной... И горькое похмелье: "Дождь" потеряли, еще несколько смелых и честных людей на многие годы ушли за решетку. Еще новые и новые потоки ядовитой демагогии выплеснуты на общество и отравили сознание новых тысяч. И это все надо будет изживать и преодолевать.

Вот он выбор — за одни прекрасные молодые руки, победно поднятые над пьедесталами уплачено другими прекрасными руками, сжатыми в кулак — за решеткой клетки Замоскворецкого суда. Поэтому будем пораженцами.

Синдром Шендеровича-Гозмана
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=53021904A009C
Писатель-сатирик задел базовые принципы, объединяющие правоконсерваторов и "левую" оппозицию
17-02-2014 (19:22)

В немного устаревшем, замечательном и по прежнему политически актуальном цикле о космическом императоре Алана Коула и Криса Банча один из персонажей, перепутав змею с хвостом леопарда, вместо ловкого приема по перелому шеи, попадает пальцем леопарду в анус.

Схожий эффект произвели рассуждения Виктора Шендеровича о параллелях между берлинской Олимпиадой 1936 и сочинской Олимпиадой 2014. Если бы в классическом жанре блатной истерики бились только педитуты из Госдуры и вольнонаемные интернет-портянки, не было бы и темы для разговора, но призывы "моргалы выколоть и рога поотшибать" понеслись и из левопатриотического стана оппозиции. Забормотали что-то осуждающее и либералы из умеренных прогрессистов. Это означает, что сравнениями писателя-сатирика были задеты какие-то базовые принципы, объединяющие вместе и правоконсервативный истеблишмент, и "левую" оппозицию.

Я полагаю, что впоследствии мировую политологию обогатит понятие "синдром Шендеровича-Гозмана" — как обозначение нервического раздражения общества при попытках нарушить коллективный заговор молчания вокруг некоего табу. Остроту проявлений добавляют периодические попытки представителей наиболее прямодушного крыла "партии власти" (в 2009 — Лужкова и Шойгу, сейчас — Яровой) внести закон, запрещающий осуждение сталинской политики в ходе Второй мировой войны и в невнятной форме карающий за сравнения гитлеризма и сталинизма.

Все подобнее политические возбуждения связаны только и исключительно с публичным уподоблением двух форм тоталитаризма — коммунистического и фашистского (вариант: национал-социалистического). Первый всплеск ранимых чувств был вызван резолюцией Парламентской ассамблеи ОБСЕ о подобии нацизма и сталинизма. Второй — репликой Леонида Гозмана о сравнительных достоинствах эсэсовской формы от Хуго Босса и суконных доспехов рыцарей советской военной контрразведки СМЕРШ. Третий — выпадом Виктора Шендеровича на тему того, что то, как путинский деспотизм маскируется олимпийским гламуром, весьма напоминает ему аналогичную операцию прикрытия пропагандистов Третьего рейха.

Именно поэтому я, по некоторому размышлению, выделил синдром Дождя-CNN в отдельное проявление болезненных социально-психологических реакций, ибо они — чистый наигрыш и демагогия для оправдания травли фрондирующих журналистов. В отличие от реального шока от сравнений сталинского и гитлеровского режимов.

Но сами Гозман и Шендерович могли счесть происходящие всплески чувств результатом недоразумения, поскольку со времен выхода на экраны великолепного "Обыкновенного фашизма" Михаила Ромма для либеральной части советской интеллигенции параллель между гитлеризмом и сталинизмом была самоочевидна. Несмотря на внешние попытки режиссера подтянуть обвинения в современном фашизме в адрес Джона Кеннеди и Вилли Брандта (тогда бургомистра Западного Берлина). Вторая волна идеологического сравнения накрыла общество лет через десять — при просмотре "17 мгновений весны" Юлиана Семенова и Татьяны Лиозновой. "Жизнь и судьба" Гроссмана, экранизация которой вновь недавно прошла на канале "Культура", вся построена на этом сравнении.

Тем более, что в законе РСФСР 1991 года о реабилитации репрессированных народов сталинская депортация 1941-45 годов прямо названа "геноцидом", а в решении Конституционного суда РФ 1992 года политика КПСС прямо названа преступной и тоталитарной.

Поэтому и Гозман, и Шендерович, проводя параллель между разновидностями тоталитаризма, считали, что говорят трюизмы, а вовсе не срывают покров со страшной и сакральной тайны государства. И глубоко ошиблись. Оказалось, что в сегодняшней России нет более страшной и позорной тайны, чем подобие гитлеризма и сталинизма.

Педантично придираясь к мелочам, я должен сообщить, что это подобие с исторической точки зрения — некая условность. Тридцать лет назад светлой памяти философ Григорий Померанц, градуируя тоталитарных лидеров, отнес Гитлера и Ленина (а также Мао) к тоталитарным вождям первого поколения — циников-идеалистов, а Сталина — ко второму поколения — полным циникам. В этом смысле аналогом Сталина был бы аппаратчик — преемник Гитлера, скорее всего, фигура типа Бормана. Развивая сравнения Григория Соломоновича, надо отметить, что правление Гитлера по степени огосударствления соответствовала СССР эпохи НЭПа: что расправа эсэсовцев над штурмовиками в 1934 году напоминает расправу чекистов над первыми союзниками большевиков — анархистами и левыми эсерами. Гитлер в отличие от Сталина никогда не обрушивал террор на лояльные слои партаппарата, ибо ему в избытке хватало реальных оппонентов — коммунистов, социал-демократов, католиков, аристократов, либералов... И, разумеется, евреев и геев. Впрочем, с рассуждениями о том, что для немцев правление Гитлера было менее опасным, чем для русских правление Сталина, согласиться нельзя — просто у Гитлера был один архивраг (евреи), а у Сталина — другой (крепкие крестьяне). И те и другие подлежали тотальному уничтожению. Гитлер строил классическую империю — с "господствующей расой" и покоренными туземцами разной степени "цивилизованности". Сталин же воссоздал деспотическую мессианскую империю восточного (византийского или, если угодно, ордынского) типа — где социальная иерархия строится не по этническому принципу, а по готовности к слепому подчинению, и поэтому элита и особенно субэлиты могу быть мультиэтничны по своему составу.

Сталин — это следующая, куда более тотальная и "самоедская" форма тоталитаризма, до которой Великогерманской империи просто не дали дожить. Благодаря чему обрадованные было свалившейся на них "свободой от евреев", "арийцы" просто не успели стать жертвами Холокоста-II, теперь уже в отношении "духовных евреев".

Поэтому наиболее точное сравнение гитлеризма может быть только с большевизмом и ранним сталинизмом (до начала Большого террора в декабре 1934). С другой стороны, фашизм и нацизм вышли из радикального романтизма, а большевизм — из радикального просвещенчества. Распадаясь, большевизм "обратно" сдвигался к гуманизму и демократическому социализму. Так появились "оттепели", "левые оппозиции" и, наконец, перестройка. А фашизм был насильственно оборван в своей эволюции, и мы не увидели, способен ли он к самолиберализации. Что до эволюции франкизма, греческих хунт и режима Пиночета, то они изначально были не разновидностями фашизма, но лишь "консервативными революциями".

Но тезис о принципиальном тождестве видов тоталитаризма очень важен. Только развивая его, можно убедительно обосновать изначальную преступность не только репрессивных диктатур, но в принципе преступность таких типов государства, в которых расхождение с государственной идеологией объявляется уголовным преступлением, подданных низводят до уровня несмышленых детей, а государство присваивает себе функцию воспитателя, террор же оправдывается как наиболее эффективный инструмент социальной инженерии.

И путинизм, и постнеосталинистская ("левая" в кавычках, тоталитарная по своей сути) оппозиция равно вырастают из сталинизма, который с учетом вышеприведенных рассуждений можно назвать гиперфашизмом.

Поскольку современная российская оппозиция противостоит путинизму как наследию тоталитаризма, а именно репрессивно-номенклатурной организации власти и имперской организации государства, то эта борьба не может быть успешной без морально-психологического преодоления отечественного тоталитаризма в форме сталинизма и ленинизма. Поэтому, защищая свою социально-историческую базу, "псевдобелогвардейцы" и "квазибольшевики" объединились сегодня в черносотенной травле либералов-западников.

И если мы не хотим, чтобы нас пропускали через каждую следующую колониальную войну, мы должны честно сказать себе четыре жестокие правды.

Вторжение советских войск в Восточную Польшу, Молдавию и страны Балтии в 1939-40 годах в качестве союзников Великогерманской империи — и было агрессивным входом СССР во Вторую мировую войну. Столь же аморальным, как вторжение Гитлера в Австрию и Чехословакию в 1938-39 годах, а Японии — в Маньчжурию в 1931 году. Вторжение же Сталина в Финляндию было столь же аморальным, как и вторжение Гитлера в Польшу в 1939, в Югославию, Грецию и СССР в 1941, а Японии — в Китай в 1937.

Вторжение СССР в Венгрию в 1956, в Чехословакию в 1968, и в Афганистан в 1979 годах — были аморальными вторжениями в союзные страны.

Для очень многих афганцев 1979-89 годов советская оккупация была тем же, чем было вторжение Третьего рейха в Советский Союз. И методы этой оккупации имели большие черты сходства.

Военные операции российской армии в Чечне воспринимались многими чеченцами подобно вышеперечисленным примерам агрессий и оккупаций.

Вот пример-притчи, с которой я хотел начать этот текст, но передумал, сохранив на сладкое.

Представьте себе французского политика, лихо набирающего очки на критике маразма финансовых мер, близорукости миграционных законов, имиджевых провалов правительства. И вдруг в приступе блаженной откровенности он сообщает, что не так все однозначно в истории с Жанной д’Арк, и поясняет: в Средние века считалось, что "голоса" могут быть либо от ангелов, либо от дьявола; тогдашним священникам было решительно непонятно, как это можно совмещать христианство с воинствующим этническим национализмом (ибо в противном случае основатель христианства был бы не менее резок по отношению к римским оккупантам, чем к единокровным книжникам и фарисеям), что означает — призывы "святых" поднимать французов на борьбу с англичанами — суть сатанинский соблазн, а отказ Орлеанской девы подчиниться увещеваниям матери-церкви — смертный грех, заслуживающий показательной кары.

После чего все "здравомыслящие" начинают пинать свежеиспеченный политический труп: кто тебя тянул за язык, надо считаться с массовым сознанием, кому сейчас нужно ворошить прошлое и прочее в том же духе... После чего разъяренный правдоискатель уже вовсе впадает в раж и начинает увещевать направо и налево: мол, некритическое отношение к истории, особенно культивирование военно-патриотической мифологии — неминуемо порождает военные психозы, используя которые демагоги развязывают войны, что Франция уже несколько раз подряд умывалась кровью из-за шовинистических психозов, охватывающих ее... И тут критики из числа "просвещенных консерваторов" снисходительно, хоть и несколько витиевато замечают: мосье не понимает, что только имея нацию, убежденную в том, что высшая доблесть — погибнуть по указанию правителей, можно проводить действительно энергичную внешнюю политику.

Мы видим последние судороги империи
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=531336E6DE4C2

02-03-2014 (17:54)

Царское правительство мучительно оттягивало свой конец
(Из сборника анекдотических экзаменационных ответов советских времён)

Я пишу эти строки когда массированное российское вторжение ещё не началось и оккупация идёт по принципу "салями" (тонкими ломтиками). Начнётся это вторжение или нет, но путинизм уже в агонии. Это я в смысле фильма Элема Климова "Агония" про последний год царствования Николая Второго.

Сейчас мы видим последние судороги империи, руками Путина пытающейся продлить своё историческое бытие хоть на одни лишний миг.

Но вначале не могу удержаться от реплики: как оглушительно в эти роковые дни тактичное молчание бывшего политзэка №1 Ходорковского Михаила Борисовича. А ведь победи два года назад Московский "майдан" и он бы стал нашей "Тимошенко".

Итак. Вариант один. Российская имперская федерация начинает вторжение. Интересно, как они мыслят перекачку газа и нефти через линию фронта? В стране приходится объявлять частичную мобилизацию — нынешней российской армией вести даже контрпартизанскую войну на такой территории как Украина невозможно. Отток капиталов и цепная реакция банковских банкротств. Миллионы русскоязычных беженцев. Украинцы отстреливаются. Российская авиация, как положено по уставу, наносит удары для прикрытия. Все телеэкраны и интернеты мира обходят кадры типа "Рашен бомбят украинцев". Самое смешное, что только две недели назад, к четвертьвековому юбилею окончания афганской авантюры все написали, что она погубила "великий и могучий Советский Союз". Не она, конечно, но мгновенное переключение сознания характерно. Война в Украине явно не будет популярна среди российских мусульман, на которых панславянская демагогия не действует по определению. Когда в Крыму начнется то, что фантаст и археолог Андрей Валентинов описал в романе "Созвездие пса" (украинские террористы сражаются с русскими коллаборационистами и мешающими им в этом ооновскими миротворцами) и начнутся зачистки в крымскотатарских селениях, срезонирует Татарстан. В такую войну легко войти, но выход будет длиться годами — на фоне бесчисленных мирных конференций.

Вариант два. Российская имперская федерация не начинает вторжение. В глазах имперских патриотов Путин станет слабаком. И в глазах всего мира тоже. Новая киевская власть расправляется с сепаратистами. Запад сплочен против России, и сплочен до краха путинского режима. Все убеждаются в правоте "русофоба" Бжезинского говорившего о том, что Россия опасна даже избавившись от коммунизма. Украина переживает невиданную консолидацию, как всегда бывает с нацией, героически сбросившей деспота, а потом устоявшей перед интервентами. Украинцы убеждаются в правоте тех, кто говорил — Россия — её естественный исторический враг. Русские в Украине должны будут либо доказывать свою лояльность Украине, либо бежать. Из Россия всё равно бегут капиталы. Банки всё равно лопаются. Социальные обещания Путина остаются пустым звуком, уже сделанные популистские шаги 11-12 годов обесцениваются инфляцией. Народ. начитавшийся в интернете об украинских люстрациях коррупционеров, "с просветленными лицами" выходит на Майдан...

Ответ Михаилу Ходорковскому
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=5315D5277BE13
Я ждал от Вас жеста, что есть "вторая Россия" свободных и честных людей
04-03-2014 (18:00)
Уважаемый Михаил Борисович!

Прежде всего, хочу попросить у Вас прощения за то, что в воскресенье, 3 марта – еще не зная, что Вы готовите свое обращение по поводу украинского кризиса – удивился.

Вашему молчанию на фоне явной российской интервенции в соседнюю страну. Вряд ли Вы откликнулись на мою подначку. Я был убежден, что в современной России Вы, как единственный моральный лидер в либеральном сегменте общественного мнения, должны были четко и твердо высказать свою позицию. И не на пятый день интервенции…

Я полностью согласен с Вашим призывом (если я правильно его понял) ко всем ньюсмейкерам ехать в Украину и выступать за мирное и демократическое урегулирование кризиса. Но два пункта из Вашего обращения вызвали мое решительное возражение.

Оба они содержаться в предположении, что Россия стоит на пороге вмешательства в украинскую гражданскую войну. Но, прежде всего, в Украине нет никакой гражданской войны, и последние выстрелы звучали в Киеве две недели назад – 20 февраля.

Гражданскую войну, в т.ч. создавая вооруженные отряды и засылая наемников и "анонимный" спецназ, в Украине провоцируют российские власти.

Ситуация в Украине очень напоминает март 1917 года в Петрограде. Было бы странно, если в конце марта кто-нибудь говорил о гражданской войне, хотя еще в первой декаде по Невскому текла кровь расстрелянных демонстрантов. Украинская революция сейчас находится в совершенно мирной фазе и новое правительство и территориальную целостность страны поддержала даже значительная часть бывшей партии власти и госаппарат.

И второе. Россия не стоит на пороге – Россия начала открытую, общепризнанную в мире, официально санкционированную верхней палатой "парламента" интервенцию. По всем международно-правовым критериям, прежде всего, тем, которые появились в публичном праве усилиями СССР, Российская Федерация – страна–агрессор.

Признаться, я ждал от Вас если не присоединения к стихийно складывающемуся в нашей стране антивоенному движению, то хотя бы жеста, который дал бы понять великому и славному украинскому народу, что есть – "вторая Россия" - не шовинистическая полицейская империя, а сообщество свободных и честных людей. Сегодня мир, для которого Россия вновь предстает как отвратительная агрессивная империя, нависшая над Европой, должен эту Россию увидеть. Как он увидел ее в "шестьдесят проклятом" (1968), и увидел 34 года назад, когда началась афганская авантюра, а академик Сахаров был отправлен в ссылку. Как он увидел ее в годы чеченской войны.

Я надеялся на Вас как на личность, способную консолидировать зарубежных россиян вокруг антивоенной идеи. Но может быть, я ошибаюсь, тороплюсь, а Вы пишите свое очередное заявление. Рад буду перед Вами еще раз извиниться.
881

Последний взрык дракона
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=53186A6A9BFF1
Золотой дракон
http://www.kasparov.ru/content/mater...86C09F40FB.jpg
Это безумие характеризуется явной идеологической шизофренией
06-03-2014 (16:37)

Когда я в прошлом июле рассуждал о причинах внезапного роста популярности Навального, то вспомнив русского поэта и мистика Даниила Андреева, в полушутку выдвинул гипотезу: Навальный стал человекоорудием эггрегора (демона-гения) новой русской национальной государственности, которым его руками добивает эггрегора российской империи (в версии Андреева – уицраора по имени Жругр). Андреев, идя по следу пророков Иезекиила и Даниила и их продолжателя – автора "Апокалипсиса", изображает демонов империй фантастическими чудовищами, драконами, которые сражается между собой.

Сейчас мы увидели, как явно агонизирующий Жругр, напугав весь "крещеный мир", с рычанием навис над Украиной, но силы тут же оставили его и он, сварливо бормоча что-то вроде: "больно надо было", уползает в свою берлогу. Очевидным признаком конца стал сюжет в сегодняшнем (6 марта) утреннем выпуске новостей "Первого канала": некая дама из Донецка громогласно причитала: что все захватили олигархи, фашисты взяли власть… Эти сменившие победоносные литавры последних дней причитания, где за кадром был арест украинской милицией пророссийского самозванного губернатора и изгнания пророссийских симпатизантов из многократно переходившей из рук в руки донецкой областной администрации, лучше всего показали – путинский "дранг нах Вестен" завершился лопаньем мыльного пузыря.

Вопли о вот-вот случащимся присоединении Крыма – кремлевская игра на нервах, попытка спровоцировать хоть какое-то насилие – восстание крымскотатарского и украинского населения против аксеновской хунты, отправку украинских силовиков в Крым для ареста сепаратистов (по донецкому сценарию), согласны на драку с патрулем... Цена вопроса в случае попытки аншлюса Крыма – это вылет из Совета Европы и полная потеря международной респектабельности - только для начала.

Разумеется, политические элиты России в самоубийственном экстазе делали все, чтобы началась война с Украиной и НАТО. Разумеется, широкие народные массы слабоумно приветствовали готовящуюся "братскую помощь" соседней стране, немедленно забыв про Афганистан, хотя лишь за две недели до этого тема подобной "братской помощи" и ее долговременных последствий была буквально обсосана со всех сторон. Это походило на печальную пародию одновременно на патриотический раж в начале Первой мировой и на экстаз простых советских людей при оккупации Чехословакии.

Заодно, мы воочию увидели как начиналась Крымская война 1853-55 годов. Российская империя решила, Блистательная Порта совсем загибается и решила отхватить хороший кус – все населенные христианами области. Но и Порта не совсем загибалась, и объединенный Запад дружно дал отпор. Последовала утрата Российской империей статуса 40 лет бесспорного европейского гегемона. И начало либеральных реформ Александра II.

Возможно, есть закономерность агрессивного "похмелья" после завершения либерального "опьянения". 105 лет назад, когда полностью выдохлось то, что современники называли "Освободительным движением" 1905-06 годов, а марксистские историки – Первой Русской революцией, и умеренные либералы стали призывать к "внутреннему самоусовершенствованию", российская общественность внезапно впала в форменное буйство. Причиной послужило то, что на фоне разразившейся в Османской империи либеральной революции, Австро-Венгрия распространила свою конституцию на занятую ею еще в 1878 году область Боснию – Герцеговину. Королевство Сербия грозилось начать войну, а от царя громогласно требовали встрять в это дело (т.е. в войну с Австро-Венгрией и Германией). Остановил эту авантюру Столыпин, именно тогда сказавший Николаю II свои знаменитые слова про "необходимые 20 лет мира". И у нас после окончательного краха протестной волны 2011-13 годов настала фаза великодержавного безумия.

К разочарованию радикально-демократических критиков "системных либералов" должен сказать, что они свою уникальную историческую роль "коллективного Столыпина" сыграть смогли, и явно вереща про себя от нестерпимого ужаса, но повисли всем своим весом на той – левой – ноге Путина, что стояла на педали тормоза, вынудив его отступить от своих замыслов по "освобождению" Украины и этим опозориться перед всем миром, и главное – перед собственными имперскими шовинистами.

Это безумие характеризуется явной идеологической шизофренией. Поскольку явно были заготовлены два-три варианта действий: присоединение Крыма, присоединение юго-востока Украины (докуда удастся дотянуться – как с Грузией в августе 2008), именуемый "освободительный поход в защиту русскоязычных", или даже "антифашистский" поход на Киев, то идеологические выбросы отличало не только трогательная наивность, но и полная противоречивость.

Войска в Крыму защитили русское население от "бандеровских фашистов" (которых в Крыму не было, потому что войска были), - но российских войск (защитивших) в Крыму не было, а было некое ополчение, купившее в военторгах спецназовское обмундирование, автоматы и джипы с пулеметами – на припляжных толкучках.

Россия идет: возвращать Крым России – возвращать Крым легитимной власти Януковича, а также защищать: русских от украинских националистов, украинцев – от фашистских путчистов, малороссов – от националистов, внушающим им что они – отдельная нация.

По России прокатилась волна митингов: в защиту русских Украины от украинцев - и в защиту братства с украинцами. В России начали сбор средств голодающим братским украинцам - и тут же объявили о повышении в два раза цены на газ для Украины.

В этом во всем блестяще проявился изощренный византизм путинизма (в отличие от дубовой прямоты нацистской пропаганды). Нацисты всем народам говорили, что идут освобождать их от "иудейского ига". Но одновременно говорить евреям, что они идут бороться с польским, чешским, австрийским, французским антисемитизм даже Геббельсу наглости не хватило. Только сусловская пропаганда могла одновременно утверждать: о помощи чехам в борьбе с контрреволюцией – и о наказании чехов за их свинскую неблагодарность стране-освободителю.

Послесловие. Как отступил Адольф.

Мне несколько раз приходилось обращаться к жанру альтернативной истории. То я описывал, как современные либеральные историки ругают Черчилля за удар по Германии осенью 1938 года (то, что это предотвратило Вторую мировую – они не знают). Потом – как Столыпин с Фандориным создают Израиль (королевство Иудея), а Николай II использует это для похода на Константинополь и развязывает Первую мировую.

Сейчас я попытаюсь описать, как удалось предотвратить Вторую мировую войну.

Итак, на рассвете 1 сентября 1939 года части вермахта бронетанковыми клиньями пересекли польскую границу. На следующий день Герману Герингу позвонил его доверенный финансовый агент из Парижа: "Гера, вы там совсем охренели с вашими польскими заморочками – в наши банки пришла полиция, и арестовали все наши счета. Оказывается Сюртэ Женераль* все вычислила, все раскрыла. Это конкретный пападос на все бабло!".

Почти одновременно аналогичный разговор произошел и с брокером концерна "Герман Геринг" в лондонском Сити. Экспрессия была чуть меньше, но смысл – столь же панический.

Геринг бросился к фюреру: "Адя, что за хрень вы там замутили с этим большевистским Чингизханом? Зачем столько фанатизма! Ты нас всех без штанов оставил! Реальные кенты пролетели… Собирай своих вояк и пусть вертают в зад".

Через полчаса Геббельс захлебывался по берлинскому радио: "По всему видно, что французские шелкоперы в своих кафешантанах** перешли с аперитивов на кальвадос, и как следует нюхнули кокаинчика… Никаких германских войск на территории Польши нет и не было. Нам в голову не могло нарушить соглашения о дружбе с братским польским народом. Просто часть немецкого населения вооружилась для борьбы с большевистскими агентами…"

А Гитлер в этот момент писал Сталину:

"Майн либер Зепп***

К сожалению, как писал Кант, человек предполагает, а Провидение - располагает. Придется нам притормозить то, о чем договорились твой Вячеслав и мой Иоахим. Подождем. Как правильно говорит Молотов: это уродливое детище Версаля все равно не жилец. Будем по-восточному мудры".

* Французская разведка.

** Пародируется стиль критики Сталиным сообщения французского агентства "Гавас", которое в ноябре 1939 года привела выдержки из советско-германских секретных протоколов.

*** Мой дорогой Ося

В пяти минутах от фашизма
 

http://www.kasparov.ru/material.php?id=531C388F91288
Путинский режим - действительно имперская реваншистская сила
09-03-2014 (17:06)

"Идут бараны и бьют в барабаны,
А шкуры на них дают сами бараны..."
Б.Брехт

"Фашизм - это голод и война"
Предвыборный слоган 1931-32 годов Компартии Германии

Вот уже 67 лет на обложке "Bulletin of the Atomic Scientists" изображены часы, где стрелка застыла без 5 минут полночь атомного всеуничтожения. Вот так же российская действительность уже приблизилась к фашизации...

Мне уже несколько раз приходилось напоминать, что превращение старых политических памфлетов, принадлежащих перу радикальных авторов, в остроактуальную публицистику (с небольшой заменой имён и географических названий) – признак острейшего общественного кризиса.

В августе-сентябре 1914 года (привет юбилею!) оказалось, что всё написанное Лениным по внешнеполитическим вопросам – сбылось. Европейские державы действительно как обреченные неслись навстречу всеобщей войне и все силы "буржуазных обществ" – и консерваторы, и либералы, равно к ней подталкивали. Европейские социалисты, решив стать системным парламентским фактором, постоянно оглядываясь на свой быстро растущий электорат, стали подручными своих правых оппонентов в поддержке разразившейся войны и быстро отказались от своих базовых принципов.

Сейчас оказалось, что тезисы Валерии Новодворской, Виктора Шендеровича, Андрея Иллирионова, Александра Подрабника, Андрея Пионтковского и других радикально-либеральных критиков режима полностью подтвердились:

путинизм – это действительно фактор фашизации; путинский режим - действительно имперская реваншистская сила, угрожающая Европе, который любые попытки начать с ним диалог воспринимает как капитуляцию, и только жесточайшие дипломатические санкции, включая исключение из Совета Европы, уже за Чечню и, уж тем более, за агрессию против Грузии, могли предотвратить нынешний кризис; путинизм – это вовсе не "единственный европеец" в России, а фигурально выражаясь – "первый ордынец"; только НАТО даёт гарантию соседям России и абсолютно правы были те, кто расширял НАТО на восток, игнорируя завывания отечественных дипломатов и иных "просвещённых государственников"; российские базы в Крыму действительно стали плацдармом агрессии; французский авианосец "Мистраль" – приобретается для войны на Черном море...

Сегодня российское общество разделилось. Я не берусь сказать по какой внутренней идейной или духовной склонности происходит размежевание. По принципу ориентации на "европейскую" или "византийскую" матрицы в недрах нашей цивилизации? По признаку ностальгического стремления к тоталитаризму, к "совку" или стремления к образцам персоналистской демократии, объединяющей и либералов, и анархистов? По тяготению ли к империи или к национальному гражданскому государству? Главное, что это размежевание стремительно идёт. Точно также советская интеллигенция была расколота вторжением в Чехословакию 21 августа 1968 года. Тогда одна часть сторонников спасения оттепели и продолжения реформ, борьбы с цензурой в культуре и науке решительно (пусть и внутренне) порвала с системой, а другая – стала частью консолидированной общественной базы брежневского застоя.

Я убеждён, что истинной целью путинизма, то, что я назвал его "сатанинским планом" – было развязывание новой "холодной войны", и использование драматического разрыва с Западом для завершения фашизации режима.

Этот план был запущен ещё когда он приободрял в Сочи Януковича применять силу, чтобы спровоцировать кровопролитный гражданский конфликт в Украине. создающий предлог для вооруженного вмешательства – и, следовательно, для конфронтации с "цивилизованным" миром, для превращения в заложников своих возомнивших было о себе при Медведеве "элит".

Но духовное, интеллектуальное сопротивление фашизации путинизма растёт не под дням, а по часам. Какая появилась блестящая публицистика, какие яркие образы, сильные слова! Ничего схожего с унылыми причитаниями двухлетней давности о честных выборах и развитии местного самоуправления. Никаких вялых острот насчёт морской болезни у крысы. А вслед за яркостью слов придёт яркость действий. В автозаках задержанные уже начали петь. И скоро это будут не грустные интеллигентские баллады, а что-нибудь вполне героическое. Люди, наконец, поняли за что они ненавидят систему. И чем система смертельно опасна.

Теперь чуть подробнее о фашизации. Фашизм – это разновидность тоталитаризма. Их три – "правый", рыночный (фашизм, нацизм); "левый", антирыночный (сталинизм, маоизм); политический религиозный фундаментализм (то, что Буш-мл. назвал "исламофашизмом", хотя правильнее было бы сказать "исламобольшевизм"). Если мы говорим о тоталитарном реванше, мы должны определить к какой именно модели тоталитаризма он тяготеет. Мы идём к рыночному националистическому. Следовательно, к фашизму.

Для меня самого не вполне ясно, можно ли отнести систему "консервативной революции" (Франко, Салазар, Пиночет, "русский солидаризм") к наиболее "мягкой" разновидности фашизма или это только предшествующая фашизму стадия правоконсервативного направления. Но признаком перехода путинизма от правоавторитарной модернизирующейся системы латиноамериканского (70-80 годов) или восточноевропейского (20-30 годов) типа к фазе "консервативной революции" стали слова путинского пресс-секретаря Пескова об "идеологии лидера", которую почти весь народ не только разделяет (кроме "нано-пятой колонны"), но и "обогащает своим единством". Наличие "общенародной" идеологии в виде лидерской доктрины – обязательный признак режима "консервативной революции". После его появления для перехода к тоталитаризму достаточно сделать лишь ещё один, последний шаг – объявить уголовными преступлениями критику такой доктрины и любую несанкционированную творческую и общественную активность. Например, если сейчас "Дождь" подвергают экономическому бойкоту, то потом "провокационный вопрос" объявят экстремизмом. Если сейчас НКО, получающие западные гранты, повергают унижениям и преследованиям, то потом вообще не будет существовать НКО, не созданное по указанию властей. Вот это и будет завершением перехода к тоталитаризму.

По моей классификации фашизм отличает от полицейской авторитарной деспотии ещё и такой важный критерий, что фашизм всегда появляется там, где есть гражданское общество – как орудие его разрушения. Раз у нас идёт фашизация, значит развитие оппозиционности у нас достигло потенциально опасной для режима черты. Как ни чахло выглядит у нас протестное движение, но интеллектуально и нравственно оно лидирует в российском обществе, точно также как лидировали диссиденты в начале 80-х. И предчувствие "народно-хозяйственных" трудностей толкнуло режим на превентивный удар.

Немного оснований для оптимизма.

Вернёмся к Чехословацким событиям. Если бы меня из любого года, начиная с 1990, перебросили бы на машине времени на час-другой в компанию придавленных депрессией тогдашних интеллигентов (всё пропало, изменения невозможны, это режим на века!!!), я бы бросился бы их утешать: всё наоборот – либеральная интеллигенция теперь просто обречена на победу. Брежнев, Суслов, Андропов, отправив в Прагу танки, полностью закрыли дорогу любым реформам. Коммунизм экономически и культурно ущербен. Когда отставание от Запада станет невыносимым – простые люди захотят "западной жизни", вновь, как в 20-40-е годы появится "народный антикоммунизм". Через двадцать лет гниения коммунисты начнут судорожные реформы, и советский строй поползёт как гнилая ткань. И измученные народы потянутся за примером к буржуазной демократии. Их героями и кумирами станут нынешние гонимые диссиденты, правозащитники, писатели, режиссёры...