Астафьев М .Г., руководитель группы Института физической химии Академии наук СССР, г. Москва (Дзержинский территориальный избирательный округ, г. Москва). Я предлагаю вторую часть этой статьи принять
в следующей редакции: ’’Съезд народных депутатов
РСФСР вправе принять к своему рассмотрению и решить
любой вопрос, затрагивающий интересы Российской Федерации”.

Председательствующий. Понятно. Пятый микрофон.
Депутат (не представился). Уважаемые депутаты!
Уважаемый председательствующий! Я выражаю протест
по поводу неэтичного поведения председателя Редакционной комиссии и прошу председательствующих впредь
давать оценку таким явлениям на нашем Съезде. Благодарю за внимание.
Председательствующий. Я, по-моему, давал такую
оценку. Еще по первой статье есть? Давайте мы сейчас
шестой микрофон включим, будем все-таки галерку уважать, как говорится.

Евтушенко К.М ., заведующий отделением Амурской
центральной районной больницы (Амурский территориальный избирательный округ, Хабаровский край). Уважаемый Василий Иванович! Я прошу Вас поставить на
голосование вопрос по первой статье с формулировкой:
’’Высшим органом государственной власти РСФСР является Съезд народных депутатов РСФСР”. И больше никаких дополнений. Благодарю за внимание.

219

Председательствующий. Это предложение уже было.
Прошу не повторяться. Было предложение снять вторую
часть.
Еще по первой статье есть? Пожалуйста. Товарищи,
только по первой статье.

Митюков М.А., заведующий кафедрой Абаканского
государственного педагогического института (Алтайский
территориальный избирательный округ, Хакасская автономная область). Товарищи народные депутаты! Статья
1 Временного регламента полностью соответствует той
идее, которую мы здесь отстаивали, идее суверенитета
Российской Федерации. Суверенным является народ,
а его интересы выражает Съезд народных депутатов Российской Федерации. Поэтому я не согласен с теми народными депутатами, которые предлагают исключить возможность принятия решения Съездом народных депутатов Российской Федерации по любому вопросу,
отнесенному к ведению Российской Федерации. Видимо,
здесь нужно учесть и прогнозировать будущую декларацию о суверенитете Российской Федерации и включить
вопрос о том, что Съезд народных депутатов РСФСР
участвует в решении и вопросов общесоюзного значения.
Благодарю за внимание.

Председательствующий. Так, есть еще предложения?
Давайте теперь пойдем от шестого микрофона.

Шишкин В.А., начальник управления внутренних дел
исполкома Читинского областного Совета народных депутатов (Нерчинский территориальный избирательный
округ, Читинская область). Вношу предложение дополнить статью 1 Временного регламента Съезда народных
депутатов РСФСР. После слов ’’может решить любой
вопрос, отнесенный к ведению РСФСР” дописать следующее: ’’Съезд народных депутатов РСФСР заслушивает
доклады Председателя Верховного Совета РСФСР
и Председателя Совета Министров РСФСР о политическом и экономическом положении'РСФСР и принимает их
к сведению”. Есть предложение без обсуждения поставить этот вопрос на голосование. Свое предложение., я передаю в Секретариат. Спасибо за внимание.
220

Председательствующий. Товарищи, дело в том, что
в Основном Законе есть специальный раздел о высших
органах и там эти пункты есть. Мы дойдем до них.
Пятый микрофон, пожалуйста.

Беспалов В.В., начальник цеха Ковылкинского электромеханического завода (Краснослободский территориальный избирательный округ, Мордовская АССР). Я предлагаю следующую редакцию второй части статьи 1:
’’Съезд народных депутатов РСФСР вправе принять
к своему рассмотрению и решить любой вопрос” . А уже
исходя из суверенитета, разумные власти будут решать
только вопросы, которые относятся к ведению РСФСР.

СЪЕЗД СОЮЗНЫЙ - СЪЕЗД РОССИЙСКИЙ: ГОД СПУСТЯ
 

https://www.kommersant.ru/doc/266263

Журнал "Коммерсантъ Власть"
21.05.1990, 00:00

Открывшийся 25 мая 1989 года I Съезд народных депутатов СССР был триумфом режиссера. Первые три дня работы открывшегося 16 мая 1990 года I Съезда народных депутатов РСФСР - триумф кого угодно, но только не режиссера.
Работа Съезда возобновится 23 мая, но суть коллизий, которые разыгрываются в российском законодательном собрании, уже более или менее ясна.

Российские депутаты должны быть благодарны I Съезду народных депутатов СССР хотя бы за то, что он сплотил их в понимании того, как не надо делать. Год назад головы законодателей еще кружились от эйфории новизны; немалое значение имело и то, что в нарушение Конституции в кресле председательствующего вместо председателя Центризбиркома оказался Михаил Горбачев. Поэтому-то ему удалось с такой стремительной легкостью навязать
депутатам и повестку и процедуру.

В мая 1990 года эйфория уступила место мрачной настороженности - "когда же
нас начнут водить за нос?". Годичная школа процедурных уловок, явленная
тремя съездами и тремя сессиями ВС СССР, похоже, научила российских
депутатов мудрости американских отцов-основателей "Вечная бдительность -
цена свободы". В таких условиях официальный проект повестки, сделанный по
образцу годичной давности, имел мало шансов на успех - все ходы были
наперед известны. Михаил Горбачев на Ш Съезде народных депутатов СССР уже с
трудом держал зал в подчинении, ведущий российский Съезд председатель
Центризбиркома Василий Казаков имел вовсе мало шансов управиться с
депутатами. Аллергией на союзные съезды народных депутатов в немалой
степени объясняется то, что в прениях о повестке на стороне демократов
оказалась немалая часть съездовского "болота".

Съезд, знающий, чего делать не надо, похоже, куда менее тверд в вопросе о
том, что надо делать.

Два обстоятельства будут, по мнению наблюдателей, определять ход событий.

"Русский фактор" или, если угодно, "русский парадокс" во многом объясняет
редкостный результат голосования о включении в повестку дня вопроса о
суверенитете России - 1004 "за", 3 - "против", 1 воздержался. Нынешний
статус России в составе СССР - то ли колония, то ли метрополия - не
устраивает никого: ни правых, ни левых, ни красных, ни зеленых, ни
коричневых. На Съезде можно наблюдать сугубо сюрреалистические сцены типа
мирной беседы первого секретаря Краснодарского крайкома КПСС Ивана
Полозкова с активистом "Демократической России" Михаилом Бочаровым, ибо
желание иметь хорошую или плохую, но СВОЮ российскую верховную власть, по
возможности менее зависимую от Союза ССР, является всеобщим.

27 февраля 1990 года председатель Комитета ВС СССР Но науке Юрий Рыжов
предостерегал от скоропалительного введения президентства, пока не решены
проблемы Союза: "А если... противоречие возникнет завтра между Президентом
СССР и верховной властью России здесь, в Москве?" Тогда проблема носила
чисто умозрительный характер - сейчас, спустя три месяца, она может перейти
в разряд политической повседневности.

Но уровень непредсказуемости российского Съезда остается очень высоким.
Эфемерное единодушие в вопросе о суверенитете России может немедля
смениться жестокими конфликтами, как только дело дойдет до решения
конкретных вопросов, - не слишком дружелюбный ответ Съезда народных
депутатов суверенной России на приветствие ВС суверенной Литвы наглядно
показал это.

Непредсказуемость усугубляется тем, что уже в первый день стало ясно:
Россия получила "подвешенный парламент". Если ядро оппозиции составляет
около четверти депутатов, что по вопросам, являющимся пробой сил между
аппаратом и демократической фракцией (включение редактора "Советской
России" Валентина Чикина в редакционную комиссию, отчет российского
премьера Александра Власова), голоса делятся поровну. Тем самым
десяток-другой депутатов могут своим решением повернуть ход Съезда. Не исключен и другой вариант: "подвешенный парламент" не может принять вообще никакого решения, ибо ни одно не набирает нужного числа голосов. ВС СССР уже попадал в такую ситуацию 17 апреля при слушаниях по делу Гдляна и Иванова.

Тем не менее первый итог российского Съезда очевиден: при любом исходе демократы составят как минимум сильную оппозицию, которая может блокировать неугодные ей решения. Такая ситуация в республике, которая фактически держит "контрольный пакет" в Союзе ССР, делает позиции центра еще более неустойчивыми.

... Впрочем, возможно, самым мудрым тактиком на Съезде оказался народный депутат РСФСР Артем Тарасов, раздававший в съездовском буфете бельгийское пиво со словами: "Только членам "Демократической России...
---

Как сделали Ельцина
 

http://www.panorama.ru/gazeta/1-30/p19snd.html

Интервью с одним из координаторов «Демократической России» Сергеем Александровичем ФИЛАТОВЫМ
– Как организовывались действия «Демократической России» на Съезде?

– К началу Съезда эффективной структуры, к сожалению, не было. Координационный Совет (в него входят Бочаров, Манохин, Ким, Дмитриев, Румянцев и я) был сформирован лишь через 2 недели.
Камчатов организовал группу связи со всеми демократами, сидящими в разных частях зала. Мы создали группу мозгового штурма, куда вошли наиболее крупные специалисты из народных депутатов.
Собирались где-то с полдевятого утра и работали до начала съезда, а иногда и по вечерам. Именно из этой группы и было большинство выступающих.

– После первого голосования мы поняли, что предстоит упорнейшая борьба за Бориса Николаевича. У нас попросили предварительного согласительного разговора «Коммунисты России».
Но, к сожалению, разговор с их стороны начался предложением подумать о том, кого еще нужно выдвигать. Спрашивали, есть ли у нас еще какая-нибудь кандидатура?
Я сказал, что мы стоим за Ельцина, и об этой кандидатуре у нас разговора не будет.
Они стали дальше прощупывать почву: Ну, а вот если он не пройдет еще раз – как будет? Я говорю; ну, будем еще выдвигать его кандидатуру. Ну а до каких пор? Когда придет момент, когда мы будем снимать его кандидатуру? Ну, если будем заходить в тупик. А что такое тупик?
Разговор этот был после второго голосования. Я сказал, что тупик – это когда рейтинг Бориса Николаевича начнет падать. Но пока он растет (а он действительно рос – 497, потом 503) то, естественно, мы не собираемся снимать его кандидатуру.
Ну, был задан нам такой вопрос А если мы будем блокировать его и дальше и полностью заблокируем, что вы будете делать? Мы сказали, что пойдем к народу. Это было им сказано совершенно открыто.

– К тому времени московская и ленинградская делегации историями с флажками, с выходом из зала настроили уже зал против себя.
Нам все время жаловались на то, что наше поведение очень раздражает нейтралов и на этом теряются голоса. Ну мы и договорились больше не бежать никуда, вести себя спокойнее, и вдруг вот этот самый момент, когда надо было и бежать, и захватывать трибуну.
К счастью, сделала это не московская делегация. Другие возмущенные люди побежали к трибуне и окружили Василия Ивановича. Я увидел его испуганного, совершенно беспомощного, и понял, что он был сломан этой сценой полностью.
Затем на трибуне оказался Борис Николаевич. Он выступил, выступил блестяще. Зал встретил его овацией, и после этого мы поняли – и они поняли, что, Ельцин будет избран.
Наутро после повторного выдвижения мы с ними встретились, и они совершенно откровенно сказали: понятно, что сегодня у нас председатель Верховного Совета уже будет, давайте думать, как нам с вами поступать с остальными.
Но, я скажу, единственное, о чем удалось с ними договориться за все время – это о порядке в зале. Все остальные – это был обмен мнениями. Но я думаю, он был полезным, и для той стороны, и для нашей.

Технология победы
 

http://www.panorama.ru/gazeta/1-30/p21el.html

Поначалу казалось, что скептики были правы: «Демократическая Россия» и сочувствующие получили едва ли треть голосов на Съезде народных депутатов РСФСР.
Кандидат демократов – Михаил Бочаров – не стал премьером, не был принят «Декрет о власти», поражение на выборах в ВС казалось сокрушительным: там, по сравнению с ситуацией на съезде, соотношение между «демократами» и «консерваторами» резко изменилось в пользу последних.

ПРЕЗИДИУМ

Политика, однако, не сводится к арифметике. Переломила ситуацию активность демократов. Это особенно сказалось на составе комитетов: очень мало народных депутатов не-членов ВС, вошедших в комитеты и комиссии ВС, принадлежит консервативному лагерю.
Благодаря этому большинство инициативных групп, занимавшихся формированием комитетов ВС, выдвинуло кандидатами в свои председатели демократов или профессионалов-центристов. Их утверждение обеспечило бы ВС дееспособный и независимый от внешних влияний Президиум (он формируется по должности).
Вынося на обсуждение этот вопрос, Ельцин, вопреки желанию значительной части зала, отказался поставить на голосование предложение избирать председателей комитетов отдельно от всего комитета.
По сути дела, он злоупотребил положением ведущего, навязав свою интерпретацию Конституции РСФСР. Последняя, в отличие от союзной, действительно не предусматривает процедуры избрания председателей комитетов всем ВС, но, надо сказать, и не запрещает ее.
Эта неожиданная жесткость Бориса Николаевича, ранее обычно стремившегося (по крайней мере внешне) к компромиссу, понятна. Он боялся оказаться блокированным в случае, если будет сдан и этот последний рубеж.
В результате ярые консерваторы, готовые к обструкции и к тому, чтобы вместе с неугодным председателем не утвердить и весь комитет, остались в меньшинстве. В Президиум вошли такие известные деятели «Демократической России», как Николай Травкин, Сергей Красавченко и (после повторного голосования) Сергей Ковалев.

ТОНКАЯ ИГРА

Еще более существенным успехом стало формирование Правительства. В первую очередь это результат неожиданно хитроумной политической игры Ельцина.
Сразу после избрания Председателем ВС он оказался перед труднейшей задачей – добиться формирования «своего» правительства. То, с каким трудом, лишь после третьего тура, ничтожным большинством голосов, был избран сам Ельцин, подсказывало, что действовать в лоб, предлагая (согласно Конституции) своего кандидата, бессмысленно.
«Коммунисты России», поминая предвыборное обещание Ельцина о коалиционном правлении, и на Съезде, и в кулуарах требовали, чтобы премьером остался Александр Власов и никто другой.
В этой патовой ситуации, казалось бы, единственным выходом был поиск компромиссной фигуры, приемлемой для всех; правда, ни одной из проблем страны такое правительство компромисса не решило бы.
И тут Ельцин предлагает неожиданную и довольно рискованную инициативу по созданию согласительной комиссии, то есть на первый взгляд, подготавливает компромисс, ограничивая собственное право на выдвижение.
При более внимательном рассмотрении выясняется, что не было не только попытки компромисса с «Коммунистами России», но и никакой согласительной комиссии.
Такая комиссия обычно составляется из представителей противостоящих сторон (в данном случае – из «Демократической России» и «Коммунистов России») и ставит своей целью достижение единого решения (единых кандидатур на те или иные посты). Комиссия же, которая была образована по инициативе Ельцина, представляла собой минисъезд из 200 человек, образованный представителями территориальных и профессиональных групп.
Когда «Коммунисты России» осознали эту ситуацию и попытались предложить более естественный порядок образования комиссии, то немедленно оказались подставлены под удар со стороны центристов, недовольных такой попыткой отстранить их от принятия решений.
Поразительно, но никто не обратил внимание на то, что согласительная комиссия, по-существу, ничего не согласовывала. Произошло выдвижение кандидатур на должности заместителей Председателя ВС от различных групп. Производился, правда, отсев наименее поддерживаемых кандидатов, так что Ельцину было оставлено по 5 человек самых различных взглядов (на каждое место), из которых он мог бы выбрать 3 для представления Съезду.
На пост Председателя Совмина было выдвинуто 11 человек. Отобрать из них первую пятерку Ельцин предложил позднее, на следующем заседании «Согласительной» комиссии, которое так и не состоялось.
Борис Николаевич рассчитывал, видимо, что возможность альтернативного выбора уменьшит настороженность «центристов», заставит их обращать внимание на личные достоинства
предлагаемых кандидатов, позволит ему выяснить более «проходные» фигуры среди демократов. Т.е. он действительно стремился достичь консолидации, но не всеобщей, а лишь консолидации Демократической России и «центра».
Ельцин однако явно недооценил неприязнь к «Демократической России». Все ее кандидаты потерпели поражение. Он получил двоих консервативных заместителей и лишь после тажелейших усилий, отказавшись от альтернативного выдвижения, добился утверждения первым замом формально не входившего в демблок Руслана Хасбулатова. Это позволило ему покидать сессию, не опасаясь неожиданных фокусов со стороны ведущего.

ЗАПАС ПРОЧНОСТИ

Куда более успешно использовал Ельцин процедуру альтернативного выдвижения в решающем вопросе – при назначении премьера. Прежде всего он «забыл» о необходимости проведения дополнительного заседания согласительной комиссии для ограничения числа возможных кандидатов в премьеры, предоставив себе таким образом возможность выбрать наиболее удобное сочетание 3 фигур из 11.
Горький опыт выдвижения заместителей Председателя ВС говорил, что рисковать, выдвигая «не своего» кандидата, каким бы непопулярным и некомпетентным он ни выглядел, ни в коем случае нельзя. В то же время, если бы были выдвинуты 3 очевидных демократа, то они неизбежно были бы отвергнуты. (Так, на выборах одного из заместителей председателя, более половины депутатов проголосовали сразу против всех трех кандидаток из демократического лагеря: Домниной, Корягиной и Денисенко.)
Ельцину оставалось изобразить альтернативность там, где ее не было. Это он и сделал, выдвинув кандидатами Михаила Бочарова, Ивана Силаева и Юрия Рыжова. При этом о последнем заранее было известно, что от выдвижения откажется.
Бочаров с самого начала выступал как наиболее вероятный кандидат «Демократической России» в премьеры. На нем я должен был сосредоточиться огонь консерваторов.
Силаев, зампредсовмина СССР, напротив, выглядел фигурой относительно приемлемой для «Коммунистов России». Тем более, что их фаворит • Александр Власов – даже если бы они добились его выдвижения, мог бы не набрать большинства. Было известно, что многие центристы (например, группы «Экономика» и «Промышленность») предпочли бы видеть премьером не его, а технократов типа Силаева или Воронина.
Демократы, напротив, в ходе обсуждения яростно атаковали Ивана Степановича, видя в нем кандидата от аппарата.
Теперь уже не вызывает сомнений, что к моменту выдвижения Силаева у него уже было достигнуто взаимопонимание с Ельциным относительно' того, каким будет курс нового Правительства и из кого (ориентировочно) оно будет сформировано. Иначе после первого голосования Борис Николаевич не стал бы выдвигать набравшего относительное большинство голосов Силаева во второй тур, причём не просто выдвигать, а сопровождать выдвижение довольно энергичным призывом к его поддержке.
Характерно, что экономическая политика правительства Силаева будет базироваться, видимо, на программе «500 дней», которую отстаивал и за которую был бит при своем выдвижении Бочаров. Автор этой концепции -секретарь Комиссии по экономической реформе Союза ССР Григорий Явлинский – стал председателем Госкомиссии по экономической реформе и зампредсовмина РСФСР.
В российском правительстве оказались народные депутаты, зарекомендовавшие себя активной работой в ВС СССР. Среди них Геннадий Фильшин, бывший премьером в теневом кабинете Межрегиональной Депутатской группы, Виктор Ярошенко, Михаил Полторанин, Виктор Кисин, Борис Федоров. Они, вероятно, и будут определять политическое лицо правительства, ибо большинство других министров – это технократы, которые вряд ли окажутся склонны к активной политической игре.

ПОЧЕМУ ИГРА УДАЛАСЬ?

Снова встает вопрос: каким образом консервативный ВС допустил создание Правительства, еще более радикального, чем даже Президиум ВС.
Причин несколько. Во-первых, с течением времени депутаты все более смелеют, начинают вести себя самостоятельнее. Это показал еще опыт Союза. Далее, людям свойственно стремиться к повышению статуса организаций, в которых они состоят. Для российских депутатов это означает утверждение власти ВС, отстаивание суверенитета, а значит и поддержку в той или иной мере курса Ельцина.
Немаловажным обстоятельством служит и то, что организация работы фракции «Коммунисты России» осуществлялась, в первую очередь, не изнутри, а из ЦК КПСС. (Мне приходилось присутствовать на собрании, где ведущий в самом начале сообщил, что он не самозванец, а действует по поручению «товарищей из орготдела». Возможно, что Горбачев, стремясь к компромиссу с Ельциным, намеренно ослабил давление.
Может быть самой важной из причин была неоднородность группы твердых консерваторов, против фамилий которых в списках поименных голосований на Съезде стояли сплошные минусы. Непримиримые реакционеры среди них составляли, вероятно, менее половины. Остальные – это люди, привыкшие к неукоснительному исполнению указаний свыше.
И вот эти последние попали в тяжелейшую для себя психологическую ситуацию, когда от них требовалась отчаянная и часто безуспешная борьба в оппозиции, постоянные усилия для срыва замыслов руководства, каковым являются Председатели ВС и Совмина. Естественным образом они дрейфовали в сторону конструктивного и склонного к компромиссу центра.

ТУДА ДУЕТ ВЕТЕР

Ельцин на этом Съезде показал себя гораздо более ловким и расчетливым политиком, чем думали о нем многие. Тем не менее, я вовсе не хочу сказать, что своей победой демократы обязаны исключительно ему. И не только потому, что наряду с удачными решениями у него были и крупные ошибки (особенно в вопросе о формировании ВС).
За всеми происходившими событиями нельзя не видеть дух времени, сам по себе ставший серьезнейшим политическим фактором, способным ломать любые арифметические расчеты. Он ясно проявился, когда люди довольно консервативных взглядов проголосовали за Ельцина, когда только трое из тысячи депутатов осмелились проголосовать против включения в повестку дня вопроса о суверенитете. (Даже самые отъявленные реакционеры понимали в этот момент, что, проголосовав, как того хотел аппарат, они превратятся в политические трупы.)
Именно из-за этого совминовский ветеран Силаев меняет руководство, из-за этого Украинский ВС, где демократы составляют едва ли четверть, принимает радикальную Декларацию о суверенитете и именно поэтому в 1989 г. в Польше Солидарность пришла к власти после выборов, которые гарантированно, по заранее обговоренному распределению мест, не могли и не принесли ей большинства в парламенте.
Именно это дает уверенность, что в ближайшее время консерваторы ни в ВС ни на Съезде уже «не воспрянут ото сна», не смогут повернуть события вспять.